home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Утро

Славка натянул новую голубую рубашку и – со вздохом обречённого – лёгонькие синие шорты. Они тоже были почти новые. В Усть-Каменске Славка надевал их всего два-три раза: лето выдалось зябкое и слякотное.

Мама сама повязала Славке галстук, поправила пришитый белый воротничок. Причесала Славку, стараясь не задеть гребнем кисточку на макушке. Она смотрела потеплевшими глазами, и Славка понял: наконец-то он выглядит, «как нормальный воспитанный мальчик одиннадцати с половиной лет».

– Для полного вида возьми портфель и покажись мне издалека, – попросила мама.

Квадратная физиономия портфеля стала удивлённой. Он привык соседствовать с потёртыми синими брюками, а сейчас в его никелированных очах отражались тощие незнакомые ноги.

– Чего уж теперь… – сердитым полушёпотом сказал Славка то ли портфелю, то ли себе.

Он нехотя крутнулся на пятке перед мамой. Потом дрыгнул поцарапанной ногой:

– Вон какое украшение…

– С каких пор мальчики стали стесняться боевых ранений? Такие украшения только придают мужественный вид.

– Вот и получается, что я хвастаюсь, – буркнул Славка.

Мама вздохнула:

– Вашему сиятельству не угодишь… Ладно, если ты так страдаешь, сегодня купим новые брюки. Только пойдём вместе, чтобы примерить. Сколько у тебя уроков?

– Пять. И ещё классный час.

– Классный час был позавчера.

– И опять будет. В четверг говорили, чтобы никто посторонние вещи в школу не таскал, а сегодня какой-то военный придёт. Будет опять… ну, про это рассказывать. Чтобы не трогали всякие штуки, если кто найдёт.

У мамы сразу испортилось настроение. Славка увидел мамины тревожные глаза и пожалел её.

– Мам, ну ты так боишься, будто на каждом шагу мины понаставлены. Что ты за меня волнуешься? Я же по разным оврагам и закоулкам не ползаю!

Славка немного хитрил. В «разных закоулках» он бывал. Ему нравилось бродить по старым улицам, и эти улицы приводили его в неожиданные места. То в заросший незнакомый травой тупичок с заколоченным домом без крыши, то на полянку среди высоких стен из ноздреватого песчаника, то на старое кладбище, где между кипарисами темнели пустые окна разбитой часовни.

На серых камнях брошенного дома можно было разглядеть длинный ряд круглых выбоин – видимо, след пулемётной очереди. На полянке среди редкой травы, мелких жёлтых цветов и осколков черепицы Славка нашёл ржавую шлюпочную уключину и маленький якорь с курсантского погона. А в колючих кустах на кладбище прятались памятники с настоящими тяжёлыми якорями и горками пушечных ядер…

Славка уже побывал с мамой на Кургане Славы, на бастионах, где дремали на солнце старые корабельные орудия, в Панораме и Музее флота. Сильной, хотя и осторожной любовью новичка он любил многоэтажные белые улицы, зелёную чащу Приморского бульвара и площади с бронзовыми памятниками адмиралов. Любил причалы, где над вышками трепещут флаги сигнальных сводов и где вместо причальных тумб впаяны в бетон стволы старинных пушек. Но это были места, известные всем, там ходило множество людей.

А в старых переулках Славка оставался с Городом один на один.

Славке всё было интересно. Как растут в щелях среди камней маленькие синие цветы. Как блестят на лестничных ступенях спрессованные в камень ракушки. Что за слова оттиснуты латинскими буквами на разбитых плитках оранжевой черепицы. Где живут громадные чёрно-лиловые жуки-рогачи…

Однажды на пустыре, позади маленького уютного стадиона, он долго крался за таким жуком. Тот привёл его к нагромождению бетонных глыб у жёлтого каменного обрыва. Между глыбами торчало ржавое железо и чернела узкая щель. Наверно, это был разбитый дот. Славка придвинулся к щели. Но из темноты веяло такой могильной сыростью, что он подумал: «Как-нибудь потом, когда буду не один…»

Мама, конечно, тревожилась, если Славка долго не приходил домой. Расспрашивала, где был.

– Просто гуляю. Смотрю вокруг, – объяснял Славка.

Он не обманывал. Он просто не касался подробностей, чтобы не волновать маму.

Схитрил Славка и сегодня. Накануне объявили, что не будет первого урока, но он вышел пораньше. Ему хотелось пойти в школу длинной дорогой, через гору, на склоне которой стоял на гранитном уступе зелёный «Т-34» – памятник погибшим танкистам. У танка Славка уже бывал, но выше не поднимался. Что там?

Было нежаркое утро с очень синим небом и маленькими жёлтыми облаками. Славка стал поднимать по кремнистой тропинке. Хотя и круто шла дорога, но шагать было легко. Славка ничуть не запыхался, когда добрался до верха.

Слева была стройка с башенным краном и клетчатым каркасом большого дома. Далеко впереди – привычно-белая улица с зелёными калитками. А прямо перед Славкой лежала поляна с густой высохшей травой. Трава была серая, высокая – Славке по пояс. Немного похожая на бурьян, только с колючками на редких листьях.

Прикрывая портфелем колени, Славка двинулся через траву. И только сейчас заметил удивительную вещь: на ломких стеблях тут и там висели раковины улиток. Они были пустые и лёгкие. Кое-где они приклеились так густо, что стучали друг о друга, как маленькие кастаньеты.

Славка сорвал несколько самых крупных и сунул в карман.

Скоро трава стала ниже. Теперь это была свежая трава с мелкими цветами. Какие-то очень крупные кузнечики запрыгали перед Славкой. Он загляделся на них и почти наткнулся на низкую каменную стенку.

Стенка была чуть выше Славкиных колен, а длиной в несколько шагов. По краям её стояли квадратные башенки – Славке до пояса. В их верхние площадки были вмурованы чёрные ядра, а посреди стенки на широком выступе лежала чугунная плита с выпуклыми буквами и цифрами:


Гремучая ртуть | Трое с площади Карронад | Батарея Вhдhнскаго 1854-1855