home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

Loading...


8

Утром полицейский участок напоминал улей. Камеры предварительного заключения были переполнены. Задержанные ругались, требовали освободить их, пели песни и устраивали потасовки между собой. Полицейские щедро пускали в ход дубинки.

Капитан Лукаш Смолак был раздражен. Он плохо спал этой ночью – мучали кошмары.

– Что, черт возьми, происходит? – спросил он детектива-сержанта Мирека Новотны, встретив его в коридоре.

– Открылись врата ада, – усмехнулся сержант. – По Вацлавской площади прошел марш национально-фашистской партии. Решили выплеснуть эмоции, проиграв на выборах. Каким-то образом коммунисты узнали об этом и организовали свою демонстрацию. А теперь прикиньте, что из этого получилось.

– Есть жертвы? – спросил Смолак.

– Много раненых, проломленные головы, но убитых нет. А мы, как обычно, оказались между двух огней.

Смолак кивнул.

– Да бог с ними, с демонстрантами. Вы собрали все материалы по делу Петрашовой?

– Да, капитан. Я также получил полный отчет патологоанатома. Хотя какой там отчет. Как сказал доктор Бартош, пропавших бесследно органов слишком много, поэтому определить точное время и причину смерти не представляется возможным.

– А что со стеклянной бусиной?

– Пока ничего. Я не нашел секретаря, который знает английский и смог бы перевести запрос для британской полиции.

– Попробуйте обратиться к сыну президента, – сказал Смолак.

– К кому, к кому?

– К Яну Масарику, сыну президента, он посол в Великобритании. Отправьте запрос в наше посольство и попросите связаться с полицией. Обязательно укажите, что это очень важно.

– Бусина? Вы в самом деле думаете, что это так важно?

– Пока не знаю, но это все, что у нас есть. И все, что мы пока знаем об этой бусине, так это то, что она, вероятно, была изготовлена в Англии.

– Хорошо, я займусь этим. – Новотны развернулся было, чтобы уйти, но остановился. – Кстати, вам пришла посылка. Я положил ее на ваш стол.

– Спасибо, – сказал Смолак. – Доктор Бартош здесь сегодня, вы не знаете?

– Я не видел его. Могу проверить список дежурных врачей, если хотите.

– Нет, не надо, идите.

В кабинете было тихо. Смолак подошел к окну и несколько минут позволил себе полюбоваться на Прагу. Конечно, вид отсюда открывался не столь прекрасный, как из окон Орлиного замка, он был ближе и понятнее ему. Хоть он и вырос в деревне, но был городским человеком.

Он стоял и курил, вглядываясь в геометрию пражских крыш и шпилей, и думал об Анне Петрашовой. Она продолжала вторгаться в его сны. На этот раз убитая владелица магазина лежала голой в его постели в пражской квартире. Они занимались любовью, и он почему-то был уверен, что они муж и жена.

Во сне Смолак ощутил ни с чем не сравнимую радость – никогда раньше такой не испытывал. Оставив Анну, он встал, чтобы открыть шторы. Ярко сияло солнце, он посмотрел вниз и увидел на улице женщину. Она стояла в тени и смотрела на его окно. В ее взгляде читался упрек. Но лица ее он не мог разглядеть. Женщина отвернулась и пошла по улице переваливающейся походкой калеки.

Он посмотрел на Анну Петрашову, чтобы спросить ее, что это значит, и его взгляд встретился с ее холодным, застывшим взглядом. Лицо владелицы магазина было по-прежнему идеальным, но все, что находилось ниже шеи, представляло собой кровавое месиво. Он стоял и кричал, а кровь, как краска из опрокинутой банки, заливала стены его квартиры.

Смолак проснулся от собственного крика. Понятно, почему у него было дурное настроение.

Через некоторое время он сел за стол и начал просматривать утреннюю корреспонденцию. Его взгляд упал на сверток в коричневой бумаге. Посылка, про которую говорил Мирек Новотны, догадался он. Размером примерно с обувную коробку, на белой этикетке указаны его имя и адрес полицейского участка.

Развернув бумагу, Смолак обнаружил явно дорогую лакированную шкатулку черного цвета, кажется, русский Палех. На крышке была изображена крылатая фигура в бело-голубом, которая тянула руки, чтобы ухватить за хвост другую фигуру – демона в красно-золотых одеждах. Этот сюжет циклично повторялся множество раз, и, глядя на картинку, Смолак так и не смог понять, кто кого преследует – ангел демона или демон пытается схватить за крылья ангела. Нет, понял он, это не христианские символы – на шкатулке изображены славянские божества: бог света Белобог и бог тьмы Чернобог – ночь, преследующая день, и день, преследующий ночь.

Смолак открыл шкатулку, она была набита темно-красной крепированной бумагой, поверх которой лежала карточка. На карточке было напечатано три строки: на чешском, на немецком и на английском. Все три имели одинаковое значение:

Pozdravy z pekla

Gr"usse aus der H"olle

Greetings from Hell[46]

Затем он вытащил из шкатулки предмет, завернутый в темно-красную бумагу, положил на стол и осторожно развернул. Некоторое время молча смотрел на него, затем снял трубку и позвонил сначала Вацлаву Бартошу, а затем дактилоскописту, попросив обоих зайти к нему в кабинет.

Бартош прибыл первым. Увидев, что лежит на измятом листе, он насупил брови.

– Хорошо бы проверить шкатулку на наличие отпечатков пальцев, – сказал Смолак. – Хотя не думаю, что мы найдем их.

Вацлав Бартош наклонился поближе, чтобы осмотреть ступню, отрубленную примерно на пять сантиметров выше лодыжки. На срезе обнажилась идеально ровная плоскость серо-красной плоти и кремово-белой кости. Сама ступня была изогнута под неестественным углом к лодыжке.

– Talipes equinovarus[47], – сказал Бартош, закончив осмотр и выпрямившись. – Надо искать жертву с косолапостью, но, насколько я понимаю, вы уже догадались, кто это.

Смолак кивнул.

– Боюсь, я это знаю точно.


предыдущая глава | Аспект дьявола | cледующая глава







Loading...