home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА ПЯТАЯ. 16–31 ЯНВАРЯ 1995

Утро выдалось ясное.

Сергей, обернув бёдра махровым полотенцем, выбежал из ванной.

– Женечка?

Из кухни вышла стройная девушка, одетая только в вязаную шерстяную кофту, и отхлебнула кофе из кружки.

– Я здесь.

Женя повернула голову, демонстрируя Трошину вдетые в уши длинные серьги, сделанные из мелких ракушек. Её густые золотистые волосы соскользнули, открыв мягкий изгиб шеи.

– Что это у тебя? – Сергей коснулся ракушек.

– Каури. Речные раковинки.

– Что-то туземное.

– Угадал. Это индейские подвески. Сюзан Блэктэйл подарила. Этнолог из Оклахомского университета. Она к нам в институт с лекциями приехала.

– И что – ты вот с такими штуковинами на улицу выйдешь?

Женя повернулась к нему и коснулась губами его рта.

– К сожалению, не выйду – одежды у меня соответствующей нет. А так бы продефилировала с большим удовольствием.

– Никогда не видел, чтобы ты носила серьги.

– Ну, это не серьги, это совсем другое. Ты же знаешь, я к золоту равнодушна, к бриллиантам и вообще к драгоценностям… А вот ракушки, костяшки – это по мне… Ты уж извини, что я у тебя такая… – Она нежно погладила его по обнажённому плечу.

– Какая?

– Этнограф я, и этим сказано всё… – Она отстранилась от него, повернулась спиной и пошла в комнату, демонстративно покачивая бёдрами. – Люблю первозданность… и первобытность… От этого, так сказать, не отмыться. Это образ жизни, образ мыслей… Придётся тебе мириться с моими странностями. Люблю дым костра и шитьё бисером, а не рестораны с золотыми канделябрами…

– Это хорошо. На канделябры у меня денег нет…

Женя снова повернулась к нему и игриво приподняла подол кофты.

– Я дикая сердцем и необузданная в желаниях. – Она театрально вздохнула и развела руками. – Меня навек околдовала культура древних племён…

– Слушай, дикарка, ты оденься, не то у меня всё… бр-р-р…

– Что у тебя «бр-р-р»? – невинно улыбнулась девушка и потрясла подолом кофты.

– Женька, я завожусь от одного взгляда на твои ноги. Не маячь, пожалуйста, передо мной.

– А может, нам, дикарям, нравится маячить, – улыбнулась она. – Туда помаячу, сюда помаячу… Я профессиональная маячница…

– Женечка, я на работу опаздываю.

– Лично у меня сегодня библиотечный день. А завтра я уезжаю на конференцию, на целых три дня, между прочим. – Она подошла к нему, пристально глядя ему в глаза, и поцеловала в плечо. – Мне, конечно, там будет очень интересно, однако кое-чего будет недоставать.

– Женька, я обожаю тебя. Выходи за меня замуж.

– Зачем? Ты ревновать меня станешь.

– Не стану.

– Так-таки не станешь? Ты же правильный, почти зануда. А если тебе скажут, что я провожу время в объятиях другого мужчины?

– Почему это?

– Ну вдруг… – проговорила она тоном избалованной девочки. – Мало ли что у меня в голове. – Она нежно провела ладонью по его щеке. – И «доброжелателей» вокруг полно. У красивых людей всегда много «доброжелателей». Я ведь красивая?

– Давай поженимся.

– Зачем? – Её голос сделался серьёзным. – Какой ты занудный. Разве тебя не устраивает так?

– Не устраивает. Я хочу, чтобы ты всегда была здесь.

Она мягко отступила от него.

– Как собачка на поводочке? Дёрнул – и я тут как тут. По твоему хотению, так? А если я хочу тоже дёргать за поводок? Если я хочу сейчас потянуть? – Она пятилась к кровати. – Я хочу сейчас! Иди ко мне!

Трошин улыбнулся и отрицательно покачал головой.

– Женька, ты так не должна. Меня время поджимает…

– Имею право. Сегодня первый день весны.

Трошин шагнул к ней, и она сдёрнула обёрнутое вокруг него банное полотенце.

– Женя, мне пора на службу…

– Глупый… Ты даже не догадываешься, от чего отказываешься. Я сегодня в необычном настроении…

– И всё же…

Она легонько оттолкнула Сергея.

– Ладно. Одевайся. – И добавила великодушно: – Не стану тебя насиловать.


* * * | Во власти мракобесия | * * *