Book: Нам суждено любить



Нам суждено любить

Джуди Кристенберри

Нам суждено любить

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Табиса Тайлер проснулась. Был первый день летних каникул. День, о котором она мечтала последние несколько месяцев. Наконец-то она сможет спокойно отдохнуть!

Вдруг раздался телефонный звонок. Табиса машинально посмотрела на часы. Полдесятого. Должно быть, у Томми, старшей из тройняшек, начались роды. Табиса сняла трубку.

— Алло?

— Табиса, это Мона.

Мона Лэнгстон была агентом Табисы, когда в прошлом году та разработала учебные видеопрограммы для подростков. Они стали хорошими подругами.

— У тебя какой-то странный голос. Что-то случилось?

— Я в больнице. Попала в аварию. Перелом обеих ног.

— О, Мона, мне так жаль!.. Я могу что-нибудь для тебя сделать?

— Табиса, у меня есть новый многообещающий клиент. Его издатель, узнав, что наш с тобой прошлогодний тур имел успех, рекомендовал ему меня.

— Поздравляю, Мона, но я пока ничего не поняла.

— Я не могу сопровождать его, и нет никого, кто бы мог меня заменить.

— А это турне нельзя отложить?

— Ни в коем случае! Мы должны были отправиться завтра на шесть недель. Все уже спланировано.

Тебе нужно лишь подтвердить договоренности и следовать плану. Ты справишься, Табиса.

— Подожди, Мона! Я же не агент по связям с общественностью.

— Зато ты красива, умна и легко сходишься с людьми. Кроме того, уже все готово. Осталась самая малость. К тому же ты сможешь бесплатно путешествовать.

— Но Мона…

— Это такой шанс для меня, Табиса! Шанс заявить о себе нью-йоркским издателям. Пожалуйста, скажи, что ты согласна!

— Допустим, я согласна, но вдруг я что-нибудь испорчу?

— Не испортишь. Пакуй свои деловые костюмы и приезжай ко мне в больницу Я дам тебе ключи от своего офиса, чтобы ты смогла взять необходимые бумаги. Не волнуйся, будет очень весело.

Весело? Да это будет настоящее событие Кроме того, ее ничто не удерживает в Форт-Ворс…

— Хорошо, я согласна. Кстати, кто твой клиент?

— Я говорила тебе о нем. Это доктор Алекс Майерсон. Психолог, для которого ты составила режим тренировок.

— И мистер Майерсон соблюдает его?

— В точности. И выглядит потрясающе.

Оплаченная поездка в компании красивого парня? Табиса улыбнулась. Хорошее начало лета.

На следующее утро Табиса, одетая в красный костюм, гармонирующий с ее светлыми волосами, прибыла в аэропорт. В одной руке она держала портфель Моны, в другой — фото клиента.

Он сидел в зале ожидания у входа. Слова Моны подтвердились полностью: Алекс Майерсон был красивым, хорошо сложенным мужчиной со светло-каштановыми волосами и карими глазами.

— Доброе утро, мистер Майерсон, — с улыбкой поприветствовала его Табиса.

Он поднял взгляд, внимательно осмотрел ее с головы до ног и пробормотал:

— Не заинтересован.

Удивленная его ответом, Табиса произнесла, запинаясь:

— П-прошу прощения?

— Не знаю, откуда вы узнали мое имя, но я не намерен заводить новые знакомства. К тому же я уезжаю.

— Ну конечно. Со мной.

Почему он так странно себя ведет?

Майерсон встал и посмотрел на нее сверху вниз:

— Леди, я никуда с вами не еду. Я даже не знаю вас.

— Разве Мона не сказала вам?

— Сказала что?

— О несчастном случае… и о вашем турне.

— В последний раз я разговаривал с Моной несколько дней назад, когда она вручила мне билет.

Чувствуя, как у нее подкашиваются ноги, Табиса присела. Она достала сотовый телефон и позвонила Моне в больницу.

— Мона, ты забыла сообщить мистеру Майерсону!

— О, Табиса, вчера вечером я приняла обезболивающее и уснула, так и не позвонив ему.

— Он здесь, со мной, Мона. Объясни ему, что произошло. — Она передала телефон доктору Майерсону.

— Алло? — раздраженно произнес тот в трубку.

Интересно, подумала Табиса, будет ли это самым коротким турне в истории, которое закончилось, не успев начаться?

— Производится посадка на рейс один-девять-восемь до Сан-Франциско. Пассажиров первого класса просим подняться на борт.

Табиса встала.

— Извините, но нам пора.

Майерсон вернул ей телефон. Сейчас он выглядел не более радостным, чем до разговора с Моной. Он сложил газету, засунул ее под мышку, взял свой ноутбук и, не сказав ни слова, проследовал к турникету.

Так вот, значит, какой он, доктор Майерсон.

Табиса схватила портфель и кинулась вдогонку.

Алекс знал, что был груб. Но события сегодняшнего утра совершенно выбили его из колеи. К тому же ему, несмотря на настойчивость издателя, не хотелось ехать в это турне.

С Моной он чувствовал бы себя в относительной безопасности. Приятная женщина средних лет не флиртовала и не навязывалась в друзья. В ее обязанности входила лишь подготовка турне. Алекс волновался, так как это был его первый выход в свет с тех пор, как год назад умерла его любимая Дженни. С Моной ему было спокойно. Он даже перестал бояться.

До этого утра.

Увидев вместо Моны сексапильную блондинку в красном костюме, он лишился дара речи. Провести шесть недель в обществе такой женщины? Он не вынесет этого!

Но когда самолет оторвался от земли, Алекс понял, что назад дороги нет. Им овладела паника.

Голубоглазая блондинка наклонилась вперед.

— Вас укачивает в самолете, мистер Майерсон?

Ее голос был полон сочувствия, которое разозлило его еще сильнее.

— Нет!

Вместо того, чтобы отплатить ему той же грубостью, она вытащила из портфеля рекламный проспект и начала читать, не обращая внимания на своего спутника.

На этот раз нарушил молчание сам Майерсон:

— Извините, мисс Тайлер, я не уверен, что это турне должно продолжаться. С Моной мне было спокойно.

— Неудивительно. Мона надежный друг. Но если оно не состоится, ей придется распрощаться со своим бизнесом. Вот почему я здесь. Я закончила преподавать, сейчас у меня летние каникулы. Это турне не входило в мои планы, но я сделаю все, чтобы оно прошло успешно, конечно, если вы дадите мне шанс.

Это была самая длинная речь за все недолгое время их знакомства.

Алекс глубоко вдохнул.

— Простите, я не должен был так себя вести.

Просто вы застали меня врасплох…

— Уверена, вы испытали потрясение. Я постараюсь свести наше общение до минимума. — Ее голос звучал невозмутимо. — Мона передала список возможных вопросов для сегодняшнего интервью. Хотите сами прочитать их или, может, это сделаю я, а вы отрепетируете ответы?

— Я прочитаю сам, — отрезал он.

Табиса молча протянула ему бумаги. Прочитав их, он брезгливо скривился.

— Я не могу отвечать на эти вопросы!

— Доктор Майерсон, о чем ваша книга?

— Вы мой агент и даже не знаете, о чем она! — прорычал он.

Рядом с ними неожиданно появилась стюардесса:

— Все в порядке?

— Да, спасибо, — спокойно ответила Табиса. — Но было бы неплохо выпить чего-нибудь.

— Что вам принести?

— Диетическую колу для меня. Мистер Майерсон, не хотите ли выпить чего-нибудь?

— Да, спасибо. Апельсиновый сок.

Несколько минут они сидели молча. Табиса заговорила первой:

— Я согласилась на эту поездку только вчера днем, доктор Майерсон. Разумеется, я как можно быстрее прочитаю вашу книгу. Я спросила о ее содержании, так как не поняла, почему эти вопросы недопустимы.

— Они глубоко личные. Я ни с кем не обсуждаю свою личную жизнь!

— А почему ваша книга вызывает эти вопросы?

— Она… она о моем браке.

— Думаете, ваша жена будет возражать?

Майерсон помедлил, затем твердо сказал:

— Да. — Наклонившись, он достал из сумки книгу. Вот она. Можете начать прямо сейчас.

— Спасибо. Пока я читаю, подумайте над вопросами, которые заинтересуют потенциальных покупателей. Интервьюер же должен о чем-то спрашивать.

Майерсон был вынужден признать ее правоту.

Нехотя он достал ручку и бумагу.

— Хорошо. Я напишу несколько вопросов.

Табиса откинулась в кресле и открыла «Бери от жизни все». Основываясь на том впечатлении, которое произвел на нее автор, она посчитала название не вполне подходящим.

Прежде чем приступить к книге, Табиса решила прочитать его биографию на обложке. Фотографии не было, лишь короткая реклама, в которой говорилось, что доктор Майерсон получил образование на востоке. Там же он получил степень доктора философии. Прежде чем переехать в Техас, он успешно практиковал в Нью-Йорке.

Да, подумала Табиса, немногословная биография, как и он сам.

Открыв первую страницу, молодая женщина начала читать. Когда несколько часов спустя Табиса закрыла книгу, она была очень взволнованна. Книга была посвящена исследованию супружеских отношений доктора Майерсона и его жены Дженни.

— Вы быстро читаете, — заметил он, выведя ее из раздумий — Да, я люблю читать. — Табиса помедлила. — Ваша книга просто изумительна. К тому же она очень личная. Разве вам не понятно, почему у интервьюера могут возникнуть вопросы о личной жизни?

Он стиснул зубы и уставился прямо перед собой.

— Никаких вопросов о личной жизни.

— Могу я посмотреть вопросы, которые вы составили?

Майерсон протянул ей листок бумаги. Табиса внимательно прочитала то, что было на нем написано. Умно, тонко, но очень сухо. Ее изумила разница между человеком, который сидел рядом, и человеком, который написал эту книгу. Автор писал с такой теплотой, с такой нежностью. Супружеская жизнь доктора Майерсона была настоящей идиллией.

Несмотря на благосостояние, родители Алекса не были счастливы в браке. У него было несчастливое детство. Он изучал психологию, чтобы научиться решать свои жизненные проблемы. Из-за неудачного брака родителей он решил никогда не жениться.

Пока не встретил Дженни, — Должно быть, ваша жена — удивительный человек, доктор Майерсон. Вы уверены, что она будет против любых вопросов о вашем браке?

— Да, против всех.

Табиса вздохнула. Мона не предупредила, что с этим человеком так тяжело общаться. Она снова взглянула на вопросы. Взяв ручку, она немного конкретизировала их, но так, что они лишь косвенно затрагивали его личную жизнь.

Затем вернула ему листок.

— А как вам такой подход?

Он перечитал вопросы с ее исправлениями. Табиса терпеливо ждала, потягивая колу.

— Оказывается, не все блондинки глупы.

— Я должна воспринимать это как комплимент, доктор Майерсон?

Она из кожи вон лезла, чтобы услужить этому человеку. Теперь Мона в вечном долгу перед ней.

— Да. Я недооценивал вас, мисс Тайлер. Да, я принимаю эти вопросы, если вы объясните интервьюеру, что я не хочу говорить о своей личной жизни. — Он отвернулся и уставился в иллюминатор.

Вдруг ей пришла в голову ужасная мысль.

— О, нет! Только не говорите, что вы недавно развелись. Кто-нибудь обязательно пронюхает, и тогда вашему турне конец. Скажите мне прямо сейчас, не в этом ли дело?

— Нет, не в этом! — выпалил он, уставившись на нее.

Табиса облегченно вздохнула.

— Хорошо. Тогда, пока вы сохраняете невозмутимость, все будет в порядке. Если вам зададут вопрос о личной жизни, сведите его к обобщению. Уверена, ваша жена не будет возражать.

В этот момент стюардесса принесла ленч. Табиса прекратила этот нелегкий разговор. Ей хотелось спокойно поесть.

Неудивительно, что Майерсон тоже молчал. Воспользовавшись моментом, Табиса начала украдкой изучать его. Его профиль был словно высечен из гранита. Твердая линия рта придавала внушительности его облику.

Однако она была уверена, что за этой неприступностью скрывается ранимое сердце. Несомненно, его жене Дженни удалось растопить лед.

— Доктор Майерсон, если вы хотите, чтобы ваша жена присоединилась к вам во время турне, я могу все устроить. Только скажите мне.

— В этом нет необходимости.

— Мона хочет, чтобы вы были счастливы. Прочитав вашу книгу, нетрудно догадаться, как близки вы с Дженни. Итак, я буду рада…

— Нет, она не сможет присоединиться ко мне! — Его голос снова стал резким.

— Почему?

— Потому что она мертва, мисс Тайлер. Теперь вы оставите меня в покое?

Мона не говорила ей об этом.

— Мне так жаль. Когда…

— Сегодня ровно год.

Алекс не собирался никому говорить о смерти Дженни. Предпочитал оставаться наедине со своим горем. У Дженни не было семьи, а его родным было все равно. На людях он вел себя так, словно ничего не произошло.

Писать книгу он начал за два месяца до того дня, когда Дженни не вернулась домой из магазина. Вечером полицейские постучали в его дверь и сообщили, что водитель грузовика уснул за рулем и сбил трех человек. Одной из жертв была Дженни. Эта книга стала посмертным даром его удивительной жене.

Алекс был уверен, что не сможет говорить о Дженни во время интервью. Не сможет сдержать своих чувств. Он не хотел, чтобы люди покупали его книгу только из жалости.

Остаток пути Алекс смотрел в иллюминатор. Он больше ничего не сказал своей спутнице. Она была даже еще красивее, чем Дженни…

Когда они наконец покинули самолет, она предложила ему понести его ноутбук. Неужели думает, что горе сделало его немощным?

При этой мысли Алекс еще сильнее разозлился.

— Нет, спасибо, — пробормотал он. — Сам справлюсь.

— Очень хорошо, — ответила она, затем добавила:

— Встретимся у камеры хранения.

— Куда вы? — спросил он.

— В дамскую комнату. Хотите пойти со мной?

— Нет, — прорычал он.

Когда Табиса вернулась, Алекс уже получил свой багаж.

— Где ваши чемоданы? Я понесу их, — сказал он.

Это было что-то вроде извинения.

— Не нужно. Для того есть носильщик. Оскар, это чемоданы мистера Майерсона. А вот мои, положите их на тележку. Спасибо, Оскар. Остается только поймать такси.

— Вот сюда, мисс Тайлер, — услужливо сказал Оскар.

Алекс нахмурился. Как быстро она расположила к себе носильщика!

Табиса дала Оскару чаевые и объяснила водителю такси, куда ехать.

— Думаю, нам нужно зарегистрироваться в отеле и отдохнуть часика два перед интервью. После этого вы подпишете контракт. Тем временем я закажу для вас что-нибудь перекусить.

Он кивнул. Его волновало то, что он позволяет этой женщине собой командовать.

Прибыв в Сан-Франциско, они остановились в красивом отеле, фойе которого напоминало диковинный сад. Мисс Тайлер немедленно выразила свое восхищение:

— Какие прекрасные цветы!

— Да, Дженни бы они понравились, — ответил Алекс, не подумав. — Затем нахмурился и добавил:

— Я только хотел сказать, они очень красивы.

Одарив его сочувственной улыбкой, она подошла к стойке портье.

Майерсон заметил, что внимание всех мужчин в зале приковано к Табисе Тайлер.

— Вас не беспокоит, что мужчины таращатся на вас? — спросил Алекс.

— Нет, я привыкла к этому.

Должно быть, она уловила в его взгляде неприязнь, порожденную таким откровенным ответом.

— Потому что нас три сестры. Мы тройняшки, доктор Майерсон. Люди таращатся на нас с самого рождения.

— Тройняшки? — изумился он.

Алекс не мог себе представить сразу трех Табис Тайлер.

— Да, правда волосы теперь у всех разной длины.

У меня самые длинные. — Она встала в очередь для регистрации. — Кажется, отель ужасно переполнен.

— Наверное, здесь всегда так, — рассеянно заметил Алекс, все еще пытаясь представить, себе одновременно трех Табис Тайлер.

— Не волнуйтесь. Я вчера позвонила и подтвердила наш заказ. : :

Когда подошла их очередь, Табиса с улыбкой поприветствовала молодого человека и назвала их имена.

— Добро пожаловать, мисс Тайлер. — Клерк, который все еще оставался бодрым, несмотря на наплыв гостей, улыбнулся ей белозубой улыбкой. — Мы подумали, раз вы путешествуете вместе, то предпочтете смежные комнаты.



ГЛАВА ВТОРАЯ

Алекс уставился на молодого человека, словно не верил своим ушам. Их комнаты будет разделять только дверь? Так не пойдет!

— Это все, что вы можете нам предложить? — спокойно спросила Табиса.

— Да, мэм, к сожалению, отель переполнен, — ответил клерк. — Но зато ваш клиент всегда будет рядом. Знаете, нам с трудом удалось сохранить этот номер за вами.

— Ну, если так…

Алекс схватил ее за рукав и, стиснув зубы, прошипел:

— Я этого не потерплю! Мне нужен отдельный номер.

— Но других вариантов нет, доктор Майерсон. Все в порядке. Обещаю, что не буду вторгаться к вам.

Все, что вам нужно, — это запереть дверь между нашими комнатами.

Табиса расписалась в книге, и клерк вручил ей два ключа, один из которых она отдала Алексу.

— Ну что, поднимемся наверх? — спросила она и, продолжая улыбаться так, словно все было превосходно, направилась к лифтам.

Эта улыбка просто возмутила его.

— Так дело не пойдет, — пробурчал себе под нос Алекс, когда они вошли в лифт.

— Все будет в порядке, доктор Майерсон, — настаивала Табиса, Пожилая женщина, стоявшая перед ними, повернулась к ним лицом.

— Молодой человек, если вы сомневаетесь, вам не следует идти с ней в номер. Ведь вы женатый человек, не так ли?

Вдруг спокойствие мисс Тайлер куда-то улетучилось.

— Вас, мадам, никто не спрашивал, — ответила она ледяным тоном.

— Раз он сомневается, стоит ли ему проводить с вами ночь, вам следовало бы проявить больше гордости.

К счастью, лифт остановился на их этаже. Даже не взглянув на пожилую даму, Табиса взяла Алекса под руку, и они вышли из лифта.

Как только за ними закрылись двери лифта, Алекс отстранился:

— Я не люблю, когда меня трогают!

Она уставилась на него с раскрытым ртом, словно хотела сказать что-то резкое, но промолчала и направилась к их номеру. Когда Алекс поравнялся с ней, она сказала холодным тоном:

— Я учту это на будущее, доктор Майерсон.

Затем вставила ключ в замок и, открыв дверь его комнаты, пропустила его вперед. Это был номер с видом на Рыбацкий Причал и Золотые Ворота.

— Ух ты! Я слышала о красотах Сан-Франциско, но это даже прекраснее, чем я себе представляла.

Она широко улыбнулась ему, словно ожидая, что он разделит ее восхищение.

Алекс не собирался обсуждать с ней пейзаж или говорить о том, как она напоминает ему Дженни.

Только оставшись один, он сможет прийти в себя.

Вздохнув, Табиса подошла к двери и открыла ее.

— А здесь моя комната, доктор Майерсон. — Табиса взглянула на часы. — До интервью два с половиной часа. Если захотите перекусить, дайте мне знать.

С этими словами она вышла в холл и закрыла за собой дверь.

Его внимание привлекла королевских размеров кровать, и он плюхнулся на нее. Черт побери! Эта женщина просто сводит его с ума!

Не то чтобы его влекло к ней. Конечно, нет! Просто иногда она напоминала ему Дженни. Эти чувства причиняли ему боль. Когда она взяла его под руку, ему захотелось вырваться. Он вынужден был признать: между ними промелькнуло что-то. Но больше он этого не допустит.

Вдруг кто-то постучал в дверь. Поняв, что это была дверь в холл, Алекс облегченно вздохнул и открыл ее. За ней стоял рассыльный с багажом.

Алекс пригласил его войти и постучал в смежную дверь. Когда мисс Тайлер открыла, он кивком указал ей на рассыльного.

Затем Алекс снова скрылся в своей комнате и лег на постель, но через пару минут кто-то снова постучал. Должно быть, рассыльный что-то забыл. Когда он распахнул дверь, на пороге стояла Табиса Тайлер.

— Да?

— Если я вам пока не нужна, я пойду в спортзал, чтобы снять напряжение.

Если она и была напряжена, то тщательно это скрывала. Но ее намерение расслабить напряженные мышцы заинтересовало его. Он и сам знал цену физическим упражнениям.

— Не возражаете, если я пойду с вами? Я тоже не прочь позаниматься.

Кажется, она удивилась.

— Конечно. Я иду минут через десять. Когда будете готовы, постучите.

Он кивнул и снова закрыл дверь, затем достал из чемодана тренировочный костюм. Хорошая разминка поможет легче перенести интервью.

Когда она открыла дверь, Алекс испытал легкую панику. Табиса Тайлер в тренировочном костюме была сногсшибательна. Красный костюм лишь намекал на то, что с фигурой у нее все в порядке, но трико и шорты не оставили места для воображения.

Алекс был уверен, что никакие упражнения не помогут ему расслабиться, пока в поле его зрения будет находиться Табиса Тайлер.

Табиса взяла с собой в спортзал одну из своих видеозаписей. После короткой разминки она вставила в видеомагнитофон кассету с комплексом упражнений по аэробике. Она не заметила, как к ее тренировке присоединились еще несколько женщин. Когда через сорок пять минут кассета закончилась, они спросили у нее, где можно приобрести копию.

Табиса дала им адрес сайта в Интернете, через который они могли заказать ее. Затем огляделась в поисках своего подопечного и обнаружила его на беговой дорожке.

— Доктор Майерсон! — позвала она, поравнявшись с ним.

— Да? — сказал он, не останавливаясь.

— Я закончила. Вы готовы вернуться в номер?

— Еще нет, но буду через минуту.

— Что вам заказать?

— Пусть это будет для меня сюрпризом, — резко ответил Алекс.

— Хорошо.

Она сошла с дорожки. Как же с ним сложно!

Вернувшись в номер, Табиса просмотрела меню, в котором предлагалось множество разнообразных закусок. Что-нибудь из этого обязательно придется по вкусу доктору Майерсону, если ему вообще можно угодить.

Заказ обещали доставить через пятнадцать-двадцать минут, и Табиса поспешила в душ. Когда пришел официант с закусками и напитками, она была уже одета в блузу и узкие слаксы. Ее волосы высохли, и она завила их с помощью щипцов. Табиса научилась быстро одеваться, еще учась в колледже, — она постоянно просыпала.

Проводив официанта, она постучала в смежную дверь. Ответа не последовало.

— Замечательно!

Она не знала, был ли он в душе, вернулся ли вообще или просто не отвечал, желая, чтобы его оставили в покое.

Табиса подошла к окну, чтобы полюбоваться панорамой побережья. Это было восхитительно.

Вдруг неожиданно раздался стук в смежную дверь, и она поспешила открыть.

— Доктор Майерсон, входите. Заказ уже принесли.

— Я одевался, когда вы постучали. Извините, что заставил вас ждать.

На нем был темный костюм и голубая рубашка.

Он не улыбался, но, видимо, вспомнил о хороших манерах.

— Ничего. Я заказала много разных блюд, чтобы вы могли выбрать что-нибудь на свой вкус.

— Спасибо. — Он налил ей стакан содовой.

Табиса поблагодарила его и села напротив. Они ели в полной тишине. Наконец, когда Табисе стало совсем невмоготу, она спросила:

— Нервничаете перед интервью, доктор Майерсон?

— Нет.

— Вы до этого уже были в Сан-Франциско?

— Да.

Табиса вздохнула. Он неисправим!

— Когда? — не унималась она, пытаясь найти тему для разговора.

— «Четыре года назад во время медового месяца.

Его голос звучал сурово, но она осмелилась продолжить:

— Понятно. Я и представить себе не могла, какой трудной может оказаться для вас эта поездка. Через полчаса нам нужно выходить. Извините, мне еще надо кое-что сделать, прежде чем мы пойдем.

Она встала и взяла со стола несколько папок.

Алекс знал, что он невыносим. Он встал вслед за ней и подошел к окну.

Ему нужно взять себя в руки. Дженни все равно уже не вернуть. Неужели он правда думал, что ему станет легче, если он не будет ни с кем делиться своим горем? Если так, тогда он не более здоров, чем его пациенты.

Чем лучше он проявит себя во время интервью, тем больше людей купят его книгу. А Алекс хотел, чтобы читатели поняли, что за человек была Дженни.

И не хотел, чтобы они узнали, как он опустошен.

Мельком взглянув на мисс Тайлер, Алекс вернулся в свою комнату. Ему было нужно собраться с мыслями и перестать считать мисс Тайлер своим врагом.

Как и обещала Мона, Табиса сделала его путешествие более комфортным. А он ведет себя как неблагодарная свинья. Нужно извиниться.

А как она привлекательна! Его тело моментально откликнулось на ее прикосновение. А когда он наблюдал за ней в спортзале…

Алекс сидел на краю кровати. С тех пор как Дженни умерла, он прятался от внешнего мира. Общался только со своим издателем, Моной и несколькими пациентами.

Он вел себя как нездоровый человек. И знал об этом, но отмахивался от всего, что писали в книгах, будто это было неприменимо к нему самому. Какая ошибка! ;

Возвращение в реальный мир будет слишком болезненным, но, если он собирается продолжить турне, у него нет другого выбора.

Нужно примириться с мыслью, что Дженни больше никогда не вернется. :

Табиса глубоко вдохнула, готовясь к предстоящей встрече с драконом из соседней комнаты. Всякий раз, когда он говорил, ей казалось, что у него изо рта вырывается пламя — своеобразное предупреждение, чтобы она не приближалась. Если он будет продолжать в том же духе, то из интервью ничего хорошего не выйдет.

Когда она постучала в: дверь, мистер Майерсон тут же открыл.

— Мы должны выйти сейчас, чтобы прибыть туда немного раньше. — Она улыбнулась, не ожидая, что он улыбнется в ответ, затем повернулась на каблуках и направилась к двери.

Когда они вошли в лифт, Табиса отодвинулась от него, вспомнив недавнее замечание. Ее все еще удивляло то, что Майерсон мог написать такую книгу. Она даже собиралась перечитать ее после турне.

В такси Табиса еще раз взглянула на свои записи.

— Брать у вас интервью будет Хелен Уилсон, репортер из раздела «Стиль жизни». Ядам ей список вопросов, который мы с вами составили, и назову ограничения, которым она должна следовать.

— Спасибо. Я хочу извиниться за свое поведение, Табиса. Прошу вас, зовите меня Алекс. К чему формальности? Это… неприветливо.

Табиса с удивлением повернулась к своему спутнику. Он смотрел вперед, его лицо не выражало никаких эмоций. Ей показалось, что она ослышалась.

— Это было бы замечательно… Алекс.

— Я ценю ваше терпение. — Подобно чревовещателю, он говорил, не раскрывая рта.

— Вам следует сказать это моим сестрам, но вряд ли они вам поверят.

Он наконец посмотрел на нее.

— Вашим сестрам-близнецам?

— Да, я самая нетерпеливая из нас троих.

— А ведь я собирался заняться изучением близнецов, — задумчиво произнес Алекс. — Но далеко не все хотят быть подопытными кроликами.

Табиса улыбнулась.

— Потому что на нас постоянно таращатся. Нам нравится находиться в обществе друг Друга, но, когда мы появляемся где-нибудь втроем, люди удивляются и задают вопросы.

— Вам это не нравится? — спросил он, впервые проявив заинтересованность.

— Да нет, мы просто устали выделяться среди других.

— Ваша мама одевала вас одинаково?

— Да, когда мы были маленькими. Но когда мы стали достаточно взрослыми, чтобы принимать самостоятельные решения, это закончилось. Наш гардероб напоминал огромную свалку. — При этих воспоминаниях она улыбнулась.

— А я был единственным ребенком в семье, — нахмурившись, сказал Алекс.

— Мне очень жаль. Наверное, это было… — Табиса осеклась, подумав, что он мог быть другого мнения. — Хотя некоторым нравится находиться в центре внимания родителей.

Алекс не ответил.

Табиса не знала, почему он снова замкнулся. Ее слова обидели его? Такси остановилось, и она мысленно обещала себе, что извинится позже.

В телевизионной студии их ждала Хелен Уилсон, жизнерадостная женщина, которая всех вокруг заряжала своей энергией. Табиса подошла к ней.

— Я буду рада познакомиться с доктором Майерсоном! Его книга просто чудесна. Когда ее читаешь, словно заново переживаешь свою влюбленность.

— Потрясающая характеристика, — похвалила Табиса. — Но мистер Майерсон желает посвятить интервью практическим аспектам книги, а не обсуждению своей личной жизни.

— Конечно, он хочет, чтобы читатели извлекли пользу из его опыта. Кстати, жена сопровождает его?

Я была бы рада познакомиться с ней.

— Нет, — хладнокровно ответила Табиса.

— Жаль, но я думаю, что присутствия доктора Майерсона вполне достаточно. Уверена, он очарователен.

Табиса улыбнулась. Уж она-то имела честь испытать на себе его очарование!

— Да, конечно. Могу я вас представить друг другу? — Мысленно скрестив пальцы, Табиса подвела Хелен к доктору Майерсону. Алексу, напомнила она самой себе. — Алекс, позвольте представить вам Хелен Уилсон, вашего интервьюера. Она в восторге от вашей книги.

Табиса надеялась, что ее широкая улыбка немного подбодрит его.

К ее удивлению, он поцеловал руку Хелен и улыбнулся ей, будто ему доставляло удовольствие находиться здесь. Она не могла поверить своим глазам.

— «Рад познакомиться с вами, Хелен. Я без ума от вашего прекрасного города.

— Живя здесь, я чувствую себя в привилегированном положении. Вы уже были здесь раньше?

— Да, но недолго.

— Мы рады вашему приезду.

Хелен взяла Алекса под руку и повела на съемочную площадку.

Табиса сделала глубокий вдох, когда Хелен коснулась Алекса. Она боялась, что его реакция будет не очень дружелюбной. Но напротив, Майерсон вел себя как истинный джентльмен.

Заняв место в зрительном зале, Табиса молилась, чтобы Хелен не упоминала о его жене. Он мог сорваться.

Через полчаса она стояла и аплодировала вместе со всеми. Хелен задавала нужные вопросы, и он вел себя более раскрепощенно, чем до этого. Табиса пожала руку Хелен и поблагодарила за помощь.

Когда она повернулась к Алексу, чтобы поблагодарить и его, он наклонился и проскрежетал:

— Уведите меня отсюда!

И опять выражение его лица не соответствовало словам. Табиса снова начала думать, что имеет дело с чревовещателем. Обратившись к Хелен, она сказала:

— Надеюсь, вы извините нас. У нас не было времени поесть, и перед встречей с читателями мы собираемся пойти перекусить. Было очень приятно работать с вами.

— Ну конечно, я понимаю. Желаю выгодной сделки, Алекс.

Он на ходу улыбнулся и помахал ей рукой.

— С вами все в порядке? — спросила Табиса, догнав его.

— Да. Может, выпьем кофе?

Она кивнула, напряженно вспоминая, нет ли поблизости кафе.

Выйдя из студии, они заметили неподалеку кафе и зашли в него.

— Садитесь, я принесу кофе. Вам без кофеина?

— Нет, с кофеином, — резко ответил Алекс, не глядя на нее.

Неужели это было всего лишь кратковременное перемирие? Табиса надеялась, что нет. Она не была уверена, что сможет в течение шести недель выносить общество Алекса Майерсона.

Она заказала две чашки кофе и два куска морковного пирога. Ему не повредит немного подкрепиться перед встречей с читателями.

Когда Табиса вернулась с подносом, Алекс сидел, обхватив голову руками. Что было не так на этот раз?

Интервью прошло просто замечательно. Что могло послужить причиной внутреннего опустошения, которое выражалось этим жестом?

Табиса поставила тарелки на стол, отнесла поднос и села напротив Алекса. Тот даже не поднял головы.

— Алекс, я могу вам чем-нибудь помочь? — Она пододвинула к нему кофе и тарелку с пирогом. — Вы любите морковный пирог? Это одно из моих любимых блюд.

Вместо ответа, он поднял чашку и сделал глоток кофе.

Табиса попыталась снова:

— Интервью прошло просто великолепно. Я думаю…

Алекс бросил на нее испепеляющий взгляд и прорычал:

— Заткнитесь!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Табиса уставилась на него.

— Что я такого сказала?

— Я думал, что поступаю правильно, а на самом деле это было предательство.

Его глаза были полны боли. Табиса инстинктивно протянула руку, чтобы коснуться его.

Он тут же отдернул руку.

— Извините. — Табиса не собиралась сдаваться. Алекс, расскажите мне, пожалуйста, что произошло.

— Я предал Дженни. Я использовал ее, чтобы продать книги.

Табиса глубоко вдохнула. Она не сомневалась в том, что его страдания были искренними. Прочитав книгу, она поняла, что Алекса и его жену связывали глубокие чувства.

— Я думала, вы хотели, чтобы люди узнали, что за человек была Дженни.

— Да, но чем дольше продолжалось интервью, тем больше я… — Он снова закрыл лицо руками.

— Алекс, вы написали эту книгу для того, чтобы поделиться своим опытом с другими, ведь так?

Он кивнул.

— Значит, если они не прочитают ее, они не узнают, что вы хотели сказать. Вы не предавали Дженни.

Она бы хотела, чтобы ваша книга имела успех. Она верила в вас и любила.

— Но…

— Я права?

— Да.

— Тогда вы сделали как раз то, чего ждала бы от вас Дженни.

— Об этом я не подумал. — Алекс распрямил плечи. — Может, вы и правы.

— Я полностью уверена в этом. А сейчас пейте кофе и ешьте пирог.

Потягивая кофе, она наблюдала за Алексом.

Вдруг ей стало ясно: ему было не по себе оттого, что до сих пор он никому не рассказывал о своей жене.

Сегодня его вынудили сделать это впервые.

Благодаря кофе Алекс постепенно успокоился.

Табиса надеялась, что к моменту встречи с читателями он будет в форме.

Допив свой кофе, она сказала:

— Вы не думаете, что вам лучше вернуться в студию и рассказать обо всем Хелен?

— Зачем?

— Со временем все узнают, что Дженни мертва.

Когда это дойдет до Хелен, она подумает, что вы лгали ей. Она хорошо провела интервью. Если вы доверитесь ей, Хелен не рассердится. Наоборот, будет польщена.

Алекс невидящим взором уставился на стену позади нее. Табиса ожидала, очередного взрыва.



— Думаю, вы правы, — неожиданно сказал он, вставая. — Вы ведь пойдете со мной?

— Конечно. — Табиса поднялась, сглотнув слюну при виде своего недоеденного пирога.

У входа в студию они столкнулись с Хелен Уилсон.

— Хелен, — позвал Алекс.

— Алекс, я думала, вы пошли перекусить.

— Да, но я… — Алекс недоверчиво посмотрел на Табису, будто сомневаясь в правильности ее совета. — Я должен вам кое-что сказать.

— Я вас слушаю, — произнесла Хелен, подойдя ближе.

— Моя жена мертва.

— Мертва? Дженни мертва?

Эти слова застали ее врасплох.

Поняв, что Алекс не собирается ничего объяснять, Табиса решила сделать это сама:

— Дженни погибла в автокатастрофе год назад.

Тревога на лице Хелен уступила место смущению.

Табиса продолжила:

— Алекс начал писать книгу, когда она была жива, и закончил ее в память об их любви. Он боялся, что, если люди узнают о ее смерти, они будут покупать его книгу только из жалости. К тому же ему очень тяжело говорить о Дженни.

— Конечно, я понимаю.

— Вы были так добры сегодня. Алекс не хочет, чтобы вы думали, будто он лгал вам.

— О, Алекс, — промурлыкала Хелен, взяв его руку в свою. — Вы такой удивительный человек.

Позвольте мне пригласить вас на ужин. У нас с вами так много общего. Знаете, я вдова. — Она поцеловала его в щеку. — Сейчас я должна бежать. Увидимся в книжном магазине.

Алекс посмотрел ей вслед.

— Это был последний раз, когда я последовал вашему совету! — воскликнул он.

— Я не ожидала, что Хелен будет рассматривать вас как потенциального мужа! — возразила Табиса.

— Что? Потенциального мужа? Да она же старше меня по меньшей мере лет на десять! Кроме того, мне не нужна женщина.

— Полагаю, ее приглашение вам неприятно? усмехнувшись, предположила Табиса.

— У меня есть идея получше, — ответил Алекс, пристально глядя на нее.

— Не думаю, что она мне понравится.

— Может, и нет. Но вы пойдете с нами.

— Нет! Меня не приглашали!

— Будем считать, что она имела в виду нас обоих, — улыбнулся Алекс, показывая, что им уже пора.

Табиса взглянула на часы. Действительно, они уже опаздывали.

В такси Табиса снова принялась за свое:

— Алекс, я не могу пойти с вами. Меня она не приглашала.

— Или вы идете со мной, или я скажу Хелен, что никуда не пойду. А это очень ее расстроит.

— Мое появление в роли вашей компаньонки расстроит ее еще больше.

— А как бы поступила Мона?

— Это нечестно, Алекс!

— Думаю, Мона защитила бы меня от охотницы за мужьями.

— Вы притворщик, Алекс Майерсон. Во время интервью вы были обходительны с Хелен. Уж можно и потерпеть.

Она надеялась, что, бросив вызов, сумеет убедить его.

Алекс покачал головой. На его лице появилась ухмылка. Просто очаровательная ухмылка. Неудивительно, что Хелен решила приударить за ним.

— Прекрасно! Я иду с вами. Взамен вы не будете выказывать мне свой характер.

— Договорились. — Он облегченно вздохнул. — Я ценю вашу помощь. Постараюсь держать себя в руках.

— Я всего лишь выполняю свою работу, — с улыбкой сказала Табиса. — Хотя поначалу подумывала отказаться от нее.

Вдруг он посерьезнел.

— Я рад, что вы не сделали этого.

Когда такси остановилось у книжного магазина, Алекс вышел из машины первым и помог Табисе.

— Мы как раз вовремя, — сообщила она, взяв его под руку.

Затем, вспомнив, что ему не нравится, когда его трогают, отдернула руку и извинилась.

Алекс ничего не сказал.

В магазине Табиса быстро разыскала директора и представилась заместителем Моны.

— А это мой клиент, доктор Алекс Майерсон.

Алекс пожал мужчине руку.

— Добро пожаловать, доктор Майерсон. Ваши книги лежат здесь, у двери. Мы принесли графин с водой, стаканы и перьевые ручки, как вы просили.

Может, вам понадобится что-то еще?

— Нет, не думаю.

— Кстати, я видел по телевизору ваше интервью.

Оно было просто великолепно. К нам продолжают поступать звонки.

— Правда? — От удивления брови Алекса поползли вверх.

— Да. Мы ожидаем большого наплыва посетителей.

Алекс взглянул на Табису, и та ободряюще улыбнулась ему. Она не была уверена, что он обрадуется огромной толпе.

За пятнадцать минут до начала презентации магазин был уже полон людей, которые столпились вокруг стола с книгами Алекса. Табиса и Алекс сидели в кафе, которое было частью магазина.

— Может, начать пораньше? — спросила она. — Там яблоку негде упасть.

— Думаю, вы правы.

Когда Алекс шел к столу, несколько женщин выкрикнули его имя. Он резко остановился и растерянно уставился на них.

Табиса подошла и нему.

— Пойдемте, я защищу вас, — прошептала она.

Стараясь не касаться его и не позволяя делать это посетителям, она провела его к столу. Только тогда Алекс почувствовал себя в безопасности. Он поприветствовал женщин и подписал для каждой книгу, затем немного побеседовал с мужчинами.

Встреча с читателями должна была продлиться полтора часа, но, так как Алекс не хотел обидеть никого из присутствующих, презентация затянулась.

Служащие магазина также попросили его подписать несколько экземпляров для них.

Нетерпение Хелен, без конца поглядывавшей на часы, с каждой минутой все возрастало.

Табиса усмехнулась. Что будет с ней, когда она узнает, что Табиса за ужином составит им компанию?

Алекс заметил Хелен уже давно — он просто не мог не заметить ее. Она помахала ему рукой и произнесла его имя, когда он подписывал книгу.

Хелен специально надела платье из серебристого ламе с глубоким вырезом, чтобы привлечь его внимание… Слава богу, что ему удалось убедить Табису пойти с ними. По правде говоря, ему довольно часто приходилось иметь дело с настойчивыми женщинами.

Особенно с тех пор, как он по настоянию Моны занялся спортом.

Дженни любила его таким, какой он есть.

Алекс взглянул на Табису, чтобы убедиться в том, что жа видела Хелен, подумал, что платье Хелен смотрелось бы куда лучше на стройной фигуре Табисы…

Закончив подписывать книги, Алекс увидел рядом с собой Хелен.

— Я думала, это никогда не кончится. — Ее накрашенные глаза довольно улыбались.

— Благодаря вашему замечательному интервью мы собрали целую толпу, — с ухмылкой произнес он. — В знак признательности Табиса приглашает нас на ужин. Нам троим есть что отпраздновать. — Алекс выжидающе посмотрел на Табису.

— Он совершенно прав, — подхватила та, положив конец его тревогам. — Я заказала для нас троих столик в ресторане нашего отеля. — Табиса посмотрела на часы. — Нам надо поторопиться. Пойду поймаю такси.

Табиса ускользнула прежде, чем Алекс смог остановить ее. Он не хотел ни на минуту оставаться наедине с Хелен. Разумеется, Хелен тут же начала выражать недовольство, но Алекс повел ее к выходу, остановившись лишь для того, чтобы поблагодарить директора магазина.

К счастью, Табиса уже поймала такси. Алекс надеялся, что она поедет на заднем сиденье, но она села рядом с водителем.

Хелен моментально прижалась к Алексу. Он лихорадочно искал тему для разговора, боясь, что она может поцеловать его, если он не отвлечет ее.

— Э-э… Хелен, как долго вы вдова?

— Несколько лет. Очень тяжело вспоминать об этом, правда?

— Да. Чем зарабатывал на жизнь ваш муж?

— Да так, ничем. Кормильцем семьи всегда была я. Но зато я преуспела.

Алекс ждал помощи от Табисы, но она весело болтала с водителем, словно ее не интересовало то, что происходит сзади.

— Я люблю кататься на фуникулере, — сообщил Алекс, заметив за окном канатную дорогу. — Это так увлекательно.

— Да. Они являются достопримечательностью Сан-Франциско. Как и пейзажи. Куда ни глянь, повсюду голубая вода. Это потрясающе. Если бы вы жили здесь, Алекс, вас бы постоянно посещало вдохновение.

— Думаю, я бы постоянно бездельничал, — возразил он.

— О, Алекс-, я уверена…

Хелен так и не закончила свою реплику, потому что в этот момент такси остановилось у входа в отель.

Алекс вышел и от облегчения вздохнул, но уже через секунду Хелен крепко держала его за локоть. Ее самодовольная улыбка говорила, что так просто от нее не отделаешься.

Но тут к нему на помощь пришла Табиса.

— Вы когда-нибудь были в этом ресторане, Хелен? — спросила Табиса, пытаясь отвлечь ее внимание.

— Конечно. Ходить по ресторанам — часть моей работы.

Ее тон был неприветливым. Видимо, она не могла простить Табисе то, что она так бесцеремонно расстроила их свидание. Но Алекс благодарно улыбался.

— Что бы вы порекомендовали? — спросила ее Табиса.

— Здесь хорошо готовят рыбу. А крем-брюле просто сказка, — Хелен пожала плечами. — Впрочем, все, что они готовят, превосходно.

— Я рада, что сделала правильный выбор.

Когда они подошли к лифту, Алекс пропустил обеих женщин вперед, а затем встал рядом с Табисой.

— А в Форт-Ворс есть приличные рестораны? насмешливо спросила Хелен.

— Конечно, есть несколько, — улыбнулась Табиса. — Приезжайте к нам, мы вас обязательно туда сводим.

—  — Да, мы можем сводить Хелен в ресторан Джо Гарсии, — предложил Алекс. — Он довольно известен.

— И что там подают?

— Это мексиканский ресторан, — пояснила Табиса.

— Я думаю, у меня слишком утонченный вкус для подобной пищи. Рестораны — это еще одна здешняя достопримечательность. Их посещение — незабываемое событие.

— Ресторан Джо тоже неплох, — ухмыляясь, заметил Алекс. Эта женщина слишком самодовольна, подумал он. — Если вы приедете в январе, мы можем сходить на Родео. Хот-доги там просто великолепны.

Хелен посмотрела на него так, словно он сказал что-то ужасное. Все же это было лучше, чем откровенные взгляды, которые она бросала на него до этого.

— Алекс шутит. Там есть несколько хороших ресторанов, — вмешалась Табиса.

— А здесь их тысячи! — отрезала Хелен.

Двери лифта открылись, и они вошли в ресторан.

Из многочисленных окон открывались великолепные виды Сан-Франциско.

— Уверена, в Форт-Ворс нет ничего подобного, потому что там нет океана.

— Вы правы, — согласилась Табиса.

Она подошла к метрдотелю, и тот проводил их к столику.

Хелен хотела заказать шампанского, чтобы отпраздновать их успех. Табиса согласилась, хотя и не любила шампанское, но Алекс сказал Хелен, что не будет ничего пить на ночь глядя. Разочарованная, Хелен попросила принести ей бокал домашнего вина.

Алекс подождал, пока обе дамы сядут, обогнул столик и занял место рядом с Табисой.

После того как они сделали заказ, Хелен попыталась вовлечь Алекса в интимный разговор, но это ей не удалось, так как между ними сидела Табиса.

Во время ужина Хелен задавала вопросы о личной жизни, а Алекс уклончиво отвечал на них, спрашивая мнение Табисы.

Когда ужин подошел к концу, Хелен сказала:

— Алекс, вам следовало сказать мне, что вы близки с Табисой. Я бы не стала беспокоить вас этим вечером. — Она встала. — Я ухожу. Спасибо за ужин, Табиса.

Убедившись, что Хелен удалилась на почтительное расстояние, Алекс спросил:

— Думаете, я обидел ее?

— Да уж, вы постарались на славу, — ответила Табиса, закатив глаза.

— Мне казалось, я был тактичен.

— Едва ли. Впрочем, она продержалась дольше, чем я предполагала. Мне даже немного жаль ее.

— Давайте утопим ваши печали в крем-брюле, — с улыбкой предложил Алекс, не испытывая ни малейших угрызений совести.

Подзывая официанта, он кое-что вспомнил.

— Кстати, за этот ужин плачу я. Сначала я решил позволить заплатить вам, а потом возместить ваши расходы, но, раз Хелен ушла, я заплачу сам.

— Слушаю, сэр? — спросил подошедший официант.

— Мы хотели бы заказать крем-брюле. Нам его очень рекомендовали.

— О, вы увидите, оно просто великолепно! Официант ушел, забрав грязную посуду.

— Алекс, я заплачу за ужин. В конце концов, пригласила-то я.

— Нет. Я угощу вас в благодарность за то, что вы помогли мне избавиться от Хелен. — Он притворно содрогнулся. — Ее платья было достаточно, чтобы напугать меня до смерти.

Табиса попыталась сдержать» смех, но Алекс улыбнулся ей.

— Оно бы лучше смотрелось на вас.

— Я не ношу ламе. Для Форт-Ворс это не подходит.

— Я не шучу.

Принесли крем-брюле. Табиса заговорила о планах на завтра, намеренно переводя разговор в деловую колею.

Алекс внимательно выслушал. Затем осторожно заметил:

— Вы знаете обо мне многое, я же о вас не знаю ничего.

— Я должна была узнать вас, чтобы помочь вам в трудных ситуациях. Я не прошу вас помогать мне, поэтому вам не нужно ничего знать обо мне.

Алекс на это не поддался.

— А как насчет моего желания изучать близнецов? Вы не будете возражать, если я задам вам несколько вопросов?

— Полагаю, нет.

— Вы с вашими сестрами обсуждаете очередность вашего появления на свет? Ведь братья и сестры, не являющиеся близнецами, придают большое значение старшинству и ведут себя соответственно.

— Томми, родившаяся первой, чувствует себя ответственной за нас. Вы это имеете в виду?

— Да. А вы самая младшая?

— Нет, младшая — Тереза. Томми и я всегда старались защитить ее, но она доказала, что сама может прекрасно о себе позаботиться. Несмотря на свой отрицательный опыт.

— Что произошло?

Табиса рассказала ему, как в дом Терезы залез вор и перевернул в нем все вверх дном.

— Это ужасно! А где находилась она в тот момент?

— К счастью, ее не было дома. Она пошла к отцу своих близнецов.

— Ваша сестра носила близнецов и не была замужем за их отцом? — Хотя Алекс пытался скрыть это, в его голосе слышалось неодобрение.

— Да.

— Но сейчас они женаты?

— Да. Они поженились, когда он сказал, что любит ее. Она не собиралась выходить за него только потому, что была беременна. Для нее было лучше воспитывать детей одной, чем жить без любви.

— Ваша сестра действительно доказала, что она сильная женщина.

— Да, это так.

— А вы такая же сильная?

— Надеюсь, что да, — ответила Табиса, вскидывая подбородок. — Но я не собираюсь попадать в подобное положение. Тереза всегда была немного наивной.

Знаете, она работает воспитателем в детском саду.

Всегда ищет в других что-то хорошее. Влюбилась и думала, что он тоже ее любит.

— А он не любил?

Его голос был полон сочувствия, и Табиса оценила это.

— В действительности любил, но начал ухаживать за ней из-за своего брата-близнеца и….

— У него тоже есть брат-близнец? — удивился Алекс.

— Да. Джим — брат-близнец Пита.

— Кто такой Пит?

— Муж Томми.

— Значит, Тереза и Томми замужем за братьями-близнецами?

Табиса кивнула.

— Тереза несколько месяцев назад родила близнецов. Томми сейчас ждет ребенка, но только одного.

— А обилие племянников и племянниц не заставляет вас чувствовать себя немного одинокой?

Табиса вздохнула и облокотилась на спинку стула.

— Да. Хотя я надеялась, что хорошо это скрываю.

— Не беспокойтесь, у вас хорошо это получается, просто я очень проницателен. — Алекс улыбнулся. — Ну, а как насчет вас? Есть ли у вас на примете кто-нибудь, кто мог бы стать вашим мужем?

— Да. Я познакомилась с ним два месяца назад.

Его зовут Дерек. Пока мы присматриваемся друг к другу.

— И как вам нравится то, что вы уже увидели?

— Очень, — с улыбкой ответила она. — Я думаю, он…

Ее реплика была прервана официантом, подошедшим к их столику.

— Не хотите ли еще кофе?

Когда Алекс оглянулся, он, к своему удивлению, заметил, что остальные посетители уже ушли.

— Нет, спасибо. Вот моя кредитная карточка.

— Благодарю вас, сэр. Я сейчас вернусь. , — Думаю, мы засиделись, — прошептал Алекс.

Табиса лишь кивнула в ответ. Она заговорила только тогда, когда они подошли к своему номеру.

— Доктор Майерсон, я должна перед вами извиниться. Мне следовало слушать вас, вместо того чтобы рассказывать о своей семье. — Она опустила взгляд.

— Что? К чему снова эти формальности? Я думал, мы договорились. К тому же я спрашивал, а вы отвечали на мои вопросы. Вам не за что извиняться.

— Но, может, вам хотелось бы поговорить об этом вечере?

— Вы имеете в виду Елену Ужасную? — спросил он, ухмыляясь.

— Алекс, она замечательно провела интервью, которое подогрело интерес читателей к вашей книге.

— Думаю, вы правы. Но я такое перенес!

— Вы не любите быть в центре внимания, ведь так?

— По правде говоря, нет. Мне хотелось спрятаться под столом.

Табиса засмеялась.

— Вы говорите как настоящий интроверт.

— Я такой и есть.

— Уже поздно. Увидимся утром. — Она вставила ключ в замок и снова обратилась к нему:

— Вы пойдете утром в спортзал или предпочитаете поспать подольше?

— Если вы пойдете, разбудите меня, и я пойду с вами.

— Хорошо. Спокойной ночи.

Он помедлил, прежде чем открыть свою дверь.

— Что-то не так, Алекс?

— Нет. Я… я просто хотел поблагодарить вас за все, что вы сделали для меня сегодня. Сам бы я ни за что с этим не справился. — Он взял ее за плечи и поцеловал в щеку. — Примите это в знак моей благодарности.

Затем, прежде чем она смогла что-то сказать, он скрылся в своей комнате.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

После Сан-Франциско они отправились на север, в Сиэтл. Несмотря на то что в первый день там Алекс сильно нервничал, Табиса обнаружила, что он уже меньше нуждается в ее помощи. Доктор Майерсон просто очаровал зрителей. Его интервью имели успех на радио и телевидении, хотя он и продолжал обобщенно отвечать на вопросы о личной жизни.

На второй день в Сиэтле они рано закончили, и Табиса предложила прокатиться на пароме до островов Святого Хуана. Дерек ездил туда в прошлом году, и ему там очень понравилось. Припарковав машину у причала, они сели на паром и тут же пошли в зал для пассажиров, так как дул нещадный ветер.

Когда паром прибыл к месту своей конечной остановки, Фрайдей-Харбор, они сошли на берег и побрели в город.

— Как здесь здорово! — глубоко вздохнув, сказала Табиса.

— Вы бы хотели жить на острове?

— Наверное, нет. Я бы не хотела находиться так далеко от моей семьи.

— У меня нет таких проблем, — тихо сказал Алекс. Я мог бы жить здесь отшельником.

— У вас не осталось никого из родных?

Он пожал плечами.

— Мои родители еще живы, но мы не навещаем друг другу.

— Почему? — спросила Табиса, ужаснувшись при этой мысли.

— Потому что они всегда думали только о себе.

Они — полная противоположность Дженни.

Табиса тупо уставилась на него. Родители не любили своего родного сына? Даже Джоэл, ее новый отчим, сделал бы все ради нее и ее сестер.

— Мне очень жаль, — только и могла сказать Табиса.

Ей было очень неловко. Всю оставшуюся часть прогулки они молчали. Только увидев в универмаге книгу Алекса, Табиса смогла нарушить молчание:

— Алекс, посмотрите, здесь ваша книга. Это же здорово!

Они замечательно провели этот день, гуляя и разговаривая. Пили кофе в маленьком кафе на побережье. Ветер стих, и весь обратный путь они провели на палубе парома.

Вернувшись в свой номер, Табиса обнаружила, что ей пришло сообщение. Она тут же набрала номер Томми. Услышав голос сестры, Табиса облегченно вздохнула. Она боялась, что у Томми начались роды.

— Надеюсь, ты еще не рожаешь?

— Нет, — ответила Томми. — Доктор сказал, что до родов еще по меньшей мере три недели.

— Возможно, к тому времени я смогу быть рядом.

— Хорошо. Но я звоню не поэтому.

— Что-то с Терезой? Или с кем-то из близнецов?

— Успокойся, с ними все в порядке. Послушай, Табиса, я поговорила с Терезой, и мы решили, что ты должна знать.

Предчувствуя что-то плохое, Табиса спросила:

— Знать что?

— Дерек звонил маме. Он был просто взбешен, потому что ты уехала, когда он уже строил планы для вас двоих. Дерек попросил маму сказать тебе, что так больше продолжаться не может. Он не будет ждать шесть недель.

Табиса онемела. Она разговаривала с Дереком после того, как согласилась заменить Мону. Ей казалось, что он все понял. Очевидно, она сильно в нем ошиблась.

Как и во многих мужчинах, которые были до него.

Сначала в Роджере, затем в Томе.

Тем временем сестра продолжала:

— Он не тот, кто тебе нужен, Тэб. Мужчина, который не может подождать шесть недель, не готов к серьезным отношениям. Он такой эгоист! Зачем он тебе?

— Ты права, но я думала…

— Я знаю, дорогая. Тереза и я собираемся подыскать для тебя кого-нибудь, пока ты в отъезде. Я знаю, как тяжело быть одной.

— Не волнуйся. Со мной все в порядке, Томми.

Лучше узнать сейчас, чем через полгода после свадьбы. — Ее голос задрожал, и она поспешила завершить разговор:

— Спасибо за звонок, Томми. Береги себя. Пока.

Табиса повесила трубку, прежде чем сестра успела попрощаться с ней. Ей нужно было побыть одной и все обдумать. Сначала ей стало грустно. Стоя у. окна, она дала волю слезам.

Почему она всегда привлекает лишь тех мужчин, которые хотят только переспать с ней? Табиса гордилась своим телом, но разве это все, что она может предложить? Она думала, что Дерек понимал ее и хотел быть с ней. С настоящей Табисой Тайлер…

Ничтожество. Вот кем был Дерек. Как и все мужчины, с которыми она встречалась. Ведь достойные парни перевелись. Но Томми и Тереза встретили таких.

— А где мой? — спросила она провидение.

В ответ раздался стук в дверь.

Алекс. В своем несчастье она совсем забыла об ужине с ним. Вытирая на ходу слезы, Табиса пошла открывать дверь.

К ее ужасу, Алексу понадобилось лишь раз взглянуть на нее, чтобы понять: что-то не так.

— Табиса, что случилось? Плохие новости из дома?

— Не совсем. Ну, что-то вроде. Да, — наконец призналась она. Печаль в ее голосе сменилась горечью.

— Что произошло? Вам нужно уехать?

— Нет. Это… личное. — То, чем она не хотела ни с кем делиться. Взяв кошелек, она вышла в холл. — Вы готовы к ужину?

— Да, но мы можем подождать.

— Нет. Этого не нужно. Пойдемте.

Они решили поужинать в ресторане отеля, потому что рано утром им предстояло лететь в Лос-Анджелес. После ужина они собирались паковать вещи.

В ресторане Алекс взял ее за руку и сказал:

— А сейчас расскажите мне, почему вы плакали.

Вам будет легче, если вы сделаете это.

— Это ваше профессиональное мнение, доктор? — немного резко спросила Табиса.

— Мне это помогло. До вас я ни с кем не говорил о Дженни. Выдали мне веру в будущее.

Табиса была рада тому, что смогла помочь ему.

Вероятно, Алекс прав: ей следует рассказать обо всем.

— Помните, я рассказывала вам о мужчине, с которым встречалась?

— И?

— Кажется, шесть недель без обожающей его женщины слишком много для Дерека.

— Тогда он полный идиот. Вы ведь не хотите выйти замуж за идиота? — улыбнулся он. — Подумайте о ваших несчастных детишках.

На лице Табисы появилась улыбка. «

— Вы правы. Если он так расстроился из-за моей работы, значит, ему вообще нельзя угодить.

— Это ему следовало бы думать о том, как угодить вам, а не наоборот. — Алекс поднес руку Табисы к своим губам. — Я знаю вас всего несколько дней, но уже понял, что вы удивительная женщина.

Табиса чувствовала легкое покалывание в руке и боялась, что ее щеки зальет румянец. Когда прошлым вечером он поцеловал ее у двери их номера, она испытала нечто подобное.

Интуиция подсказывала ей, что Алекс никогда не поступил бы так, как Дерек. Речь шла не только о том Алексе, который написал такую трогательную книгу, но и о мужчине из плоти и крови, который сидел рядом с ней.

— Спасибо вам, Алекс. — Она пожала ему руку. — Признаюсь, у меня были некоторые сомнения насчет Дерека…

Сомнения, о, которых она не говорила никому, даже сестрам. Томми и Тереза помогали ей пережить прежние неудачи, но на этот раз все было по-другому. Они были счастливы в браке, создавали свои семьи. Она сама так сильно жаждала того же, что не заметила недостатков Дерека.

Табиса поделилась этим наблюдением с Алексом.

— Наверное, я была слепа.

— Часто мы принимаем решения, руководствуясь нашими желаниями, а не настоящим положением .дел. Особенно в том, что касается брака. Женщина думает, что может изменить мужчину, выйдя за него замуж. А мужчина не понимает, каких усилий стоит .всегда оставаться красивой, взяв на себя всю грязную работу.

— Мужья моих сестер очень поддерживают их.

Джим наравне с Терезой заботится о детях. Пит взял на себя приготовление пищи, пока Тереза, в положении.

— Так и должно быть. — Немного помолчав, Алекс добавил:

— Я хотел иметь детей, хотя не был уверен, что из меня выйдет хороший отец. Но я отложил это на потом. Лучше бы…

Он остановился, но Табиса поняла, что он собирался сказать.

— Я знаю…

Вдруг до Алекса дошло, что они держатся за руки.

Отдернув свою, он произнес:

— В любом случае мне жаль, что у вас все так сложилось.

— Гораздо тяжелее потерять жену после нескольких лет счастливого брака.

Алекс нахмурился.

— Я немного преувеличивал совершенство Дженни. Она была живым человеком, а не идеалом.

Дженни совершала ошибки, но всегда старалась их исправить. Она любила меня, а я ее.

— Я знаю. В школе у меня была подруга, которая умерла от рака. У нас было много общего. Она была почти так же близка мне, как сестры. После ее смерти все стали говорить, что она была совершенством.

Как меня это раздражало! Я словно теряла ту, кем она была в действительности.

— Думаю, что делал то же самое, когда писал книгу. У меня не хватило духа указать на недостатки Дженни. Чем больше я старался обожествить ее, тем больше она отдалялась от меня. Только на этой неделе, когда я начал думать о ней как о реальном человеке, она вернулась ко мне.

— Я рада за вас. — Табиса искренне улыбнулась, затем, чтобы отвлечься от проблем, сказала:

— Я хочу заказать на десерт шоколадный торт. А потом в спортзал, сжигать калории.

— Хорошая идея. Я присоединюсь к вам.

— Вы о торте или спортзале?

— И о том, и о другом. — Алекс подозвал официанта.

Голливуд значительно отличался от Сиэтла.

— Сколько мы пробудем здесь? — спросил Алекс после первого дня интервью.

— Три дня. Мона говорит, что Лос-Анджелес читающий город.

— Хорошо, — устало ответил Алекс.

— Вы выдохлись?

— Дело не в этом. Но здесь жарко и многолюдно, везде, куда бы мы ни пошли. Большинство людей кажутся сделанными из пластмассы. Я уже давно не видел столько красивых грудей.

— Доктор Майерсон! — с притворным возмущением произнесла Табиса.

— Мисс Тайлер! — отпарировал он. — А вы видели достаточно мускулов? Может, нам сходить на пляж?

— У нас нет на это времени, — с улыбкой возразила она.

После третьего интервью они возвращались в отель на такси. Алекс взял Табису за руку.

— Мне нужно крепко держаться. Сегодня я чуть не стал жертвой очередной Хелен. Каждый раз, когда мы прерывались на рекламу, эта женщина похлопывала меня по ноге.

— Она была красива.

— Да, но вы лучше подошли бы на роль матери.

Вот что я вам скажу. Я дам вам свой номер телефона.

Когда вы будете готовы завести ребенка, а у вас не будет подходящего кандидата на роль отца, позвоните мне. Я доброволец!

— Не хотите ли вы этим сказать, что я не в состоянии сама кого-нибудь найти? — улыбнулась Табиса.

— Не совсем. Я имею в виду, что вы просто можете не найти того, кто вам нужен. Может, я сгожусь? — ухмыльнулся Алекс.

— А теперь, я полагаю, мне нужно сделать вам комплимент? Спасибо вам, доктор Майерсон! Я с удовольствием рожу от вас ребенка! — театрально воскликнула она.

Когда водитель такси озадаченно посмотрел на них, они рассмеялись. К счастью, до отеля оставалась всего минута езды. Табиса на всякий случай дала водителю хорошие чаевые.

— Мона разорится, если мы не прекратим флиртовать на глазах у водителей такси.

— Не беспокойтесь об этом. Вы отлично со всем справляетесь. Вы могли бы зарабатывать этим на жизнь.

— Спасибо. Пока мне нравится преподавать, но всегда хорошо, когда есть выбор. Давайте вместе поужинаем, а завтра утром сходим в спортзал.

— Звучит заманчиво. Я хочу поговорить с вами о том, что мне рассказала одна из позвонивших женщин.

— И о чем же?

— Она подала мне идею написать любовный роман. Сказала, что моя книга лучше, чем все любовные романы, которые она прочитала за последнее время.

— Судя по вашей книге, вы могли бы сделать это.

Осталось только придумать сюжет и героев.

— Вы что, еще и эксперт в области литературы? И читаете любовные романы?

— Да, читаю.

— Вы как будто защищаетесь, — заметил Алекс.

— Многие мужчины думают, что, если женщина читает любовные романы, значит, она глупа.

— Почему вы их читаете?

— Они очень увлекательны и трогательны. Женщины любят истории со счастливым концом. Это придает им сил.

— Хорошие ответы. Пойдемте. Обсудим за ужином мое будущее.

Через несколько дней, когда они уже были в Денвере, у Табисы в номере зазвонил телефон. Было около половины одиннадцатого вечера. Поняв, что это может быть только что-то срочное, Табиса немедленно подняла трубку.

— Алло?

— Табиса, вы мне нужны.

— Алекс, это вы? Что вам нужно?

— Ваш совет. Вы уже легли?

— Еще нет, но собираюсь. Я решила, что звонит сестра… — Ее сердце все еще бешено стучало.

— Извините, я не подумал, что уже поздно. Это может подождать до завтра.

— Я одета, Алекс. Я могу прийти.

— Здорово! Встречаемся через пять минут.

Теперь его голос не звучал так виновато, как всего минуту назад. Ей не очень хотелось идти, но в этом заключалась ее работа. Что случится, если она ляжет на полчаса позже?

Она поднялась на два этажа и постучала в дверь.

Алекс открыл сразу же.

— Входите.

— Чем могу помочь?

— Я тут сделал кое-какие наброски. Помните наш последний разговор?.

— Да, но…

— Я подумал, что вы могли бы прочитать их.

— Алекс, я в этом ничего не понимаю. Я не критик, — возразила Табиса.

— Знаю, но мне больше некого попросить. По крайней мере пока не вернусь домой. Однако я не уверен, что мой агент знает толк в любовных романах.

— Я, конечно, могу посмотреть, но не знаю, насколько полезным окажется для вас мое мнение.

Это не охладило его энтузиазма. Алекс усадил Табису в кресло.

— Принести содовой? Или, может, кофе?

Она попросила заказать для нее кусок шоколадного торта и кофе без кофеина. Алекс сделал то, что она просила, и сел на кровать, притворяясь равнодушным. Но Табиса заметила, что он украдкой посматривает на нее.

Прочитав три страницы, Табиса вернулась ко второй.

— Что-то не так? — нахмурился Алекс.

— Нет, Алекс, я просто хочу кое-что уточнить.

Через пять минут принесли кофе и торт. Ей осталось прочитать всего пару страниц, и она сказала Алексу, что поест, когда закончит. Прочитав последнюю страницу, Табиса налила себе кофе и стала пить его маленькими глотками, чувствуя, как внутри разливается тепло. Затем откусила кусочек торта и закрыла глаза, наслаждаясь восхитительным вкусом шоколада.

Но это блаженство было внезапно прервано нетерпеливым возгласом:

— Табиса, если вы будете томить меня ожиданием, я сверну вам шею!

ГЛАВА ПЯТАЯ

Алекс выхватил у нее тарелку.

— Вы не получите торт, пока мы не поговорим.

— Так не честно! — воскликнула Табиса. — Я думаю, это будет великий роман, — улыбнулась она.

Алекс вздохнул.

— Вы, наверное, шутите?

— Нет, но у меня есть пара замечаний.

Она пробежалась по сюжету, предлагая свои идеи, а под конец сказала:

— Я думаю, следует усилить драматизм кульминационного момента.

— Кульминационного момента?

— Да, момента, когда герои должны принять решение, от которого зависит судьба их дальнейших отношений. Разумеется, они найдут такое решение, которое позволит им стать счастливыми.

— Гм. Вероятно, вы правы. — Алекс протянул руку, чтобы забрать у нее страницы, но она отказалась отдать их. — Что-то еще?

— Да. Мой торт. Предлагаю совершить обмен.

— Договорились, » — ухмыльнулся Алекс, протягивая ей тарелку.

Табиса ела торт и думала о том, какими непринужденными стали их отношения. Трудно представить, что, в день их знакомства все было совсем по-другому…

Было уже поздно, завтра предстоял напряженный день. Табиса собралась уходить.

— Если я вам больше не нужна, то, пожалуй, пойду.

Алекс встал и порывисто обнял ее.

— Спасибо вам, Табиса! Без вашей помощи я бы не справился.

Ошеломленная его поступком, Табиса осторожно высвободилась из его объятий.

— Конечно, справились бы. Вы замечательный писатель. — Затем, подойдя к двери, она бросила через плечо:

— Спокойной ночи.

— Вы пойдете утром в спортзал? — спросил Алекс.

— Да, — ответила она, не оборачиваясь, — я позвоню вам.

Закрыв за собой дверь, Табиса облегченно вздохнула. Откуда такой странный порыв?

Конечно, Алекс удивил ее, когда обнял, но куда больше Табису поразило то, что она испытала удовольствие от его прикосновения. Сейчас молодая женщина жалела о том, что так быстро ушла. Ей так хотелось раствориться в его объятиях!

Это был всего лишь дружеский жест, напомнила она себе. Кроме того, влюбиться в Алекса Майерсона было бы равносильно самоубийству. Его сердце навсегда принадлежит Дженни.

Лежа в постели, Алекс обдумывал детали своего будущего романа. Он не мог дождаться, когда начнет писать его. Хорошо, что рядом была Табиса. Мона вряд ли читает любовные романы.

Работа над новой книгой поможет ему отвлечься.

Книгу о Дженни он закончил почти, год назад. С тех пор, если не считать работу с несколькими пациентами, он бесцельно слонялся по дому, который купил для Дженни. Сходил сума.

Теперь у него есть чем себя занять. Есть Табиса, которая будет помогать ему. Еще четыре недели.

Внезапно он понял, что их дружба не должна заканчиваться по приезде домой. Они оба жили в Форт-Ворс. Он может звонить ей, приглашать на ужин.

Но только как друга. Начать ухаживать за ней означало бы предать Дженни. Табиса — замечательный человек. Ему нравилось проводить с ней время, разговаривать с ней. Обнимать ее… как друга, конечно. Кроме того, она хороший спутник для путешествий. Не съездить ли ему в Европу по окончании этого проекта? Можно предложить Табисе поехать с ним. Ведь вместе веселей, чем одному.

Это он познал с Дженни.

Следующая остановка — Чикаго.

Табиса уже начала немного уставать от постоянных переездов. А она-то всегда думала, что путешествовать — это так увлекательно! Побывав на месте Моны, девушка убедилась, что это тяжело. Даже физически. Вчера вечером они не ходили в спортзал, и она решила позаниматься перед ужином. Завтра утром не надо рано вставать.

Табиса еще раз взглянула на расписание. Завтра выходной. Первый за время турне. Должно быть, Мона поняла, что им понадобится передышка. Табиса собралась позвонить и поблагодарить ее, но тут зазвонил телефон.

— Как насчет ужина? Я проголодался.

Это был Алекс.

Она машинально посмотрела на часы. Шесть.

— Хорошо, дайте мне десять минут. Только давайте не пойдем в ресторан, я не хочу наряжаться.

— Мне сказали, за углом есть неплохая пиццерия.

— Отлично, зайду за вами через десять минут.

— Поторопитесь! — приказал Алекс.

Но Табиса поняла, что он дразнит ее. Она быстро переоделась и пообещала себе, что позвонит Моне, когда вернется.

Через девять минут Табиса постучала в дверь Алекса. На ней были слаксы и свитер с короткими рукавами. Волосы она собрала в конский хвост.

— Я рад, что вы так быстро, — сказал Алекс, открыв дверь. — А то я уже чуть не умер с голоду.

— Вы преувеличиваете, Алекс. — Она улыбнулась и направилась к лифту.

— Эй! Да вы в этой одежде похожи на подростка.

Табиса бросила через плечо:

— Спасибо, если это комплимент.

Его слова вызвали у нее улыбку. Проводить рекламное турне было тяжелой работой, но Алекс подбадривал ее.

Тротуары были переполнены, и Алекс, как истинный джентльмен, взял ее под руку. Табисе было приятно такое проявление заботы, но она не могла справиться с волнением всякий раз, когда он дотрагивался до нее.

Когда они вошли в шумную пиццерию, Табиса наконец расслабилась. Это было превосходное место для дружеского ужина. Они заказали пиццу каждый на свой вкус.

Если она устала от поездки, то Алекс, должно быть, и вовсе измотан. Ведь ей не приходилось общаться с интервьюерами. Как хорошо, что Мона устроила им выходной!

— У меня есть для вас сюрприз, — сказала Табиса, потягивая содовую.

— Я люблю сюрпризы, — улыбнулся Алекс.

— Завтра мы совершенно свободны.

Он замер. Улыбка исчезла с его лица.

— Какое завтра число?

— Восемнадцатое июня. А что? Что-то не так? Вам не нужен выходной? — изумилась Табиса.

— Я не хочу говорить об этом.

Не сказав больше ни слова, он поднялся и вышел из пиццерии, сильно удивив официанта, который принес их заказ.

— Если это вас не затруднит, — произнесла она извиняющимся тоном, — вы не могли бы завернуть пиццу? Я возьму ее с собой.

Интересно, что все-таки произошло? Она пыталась понять причину столь странной реакции. Нужно спросить Мону. Но не успела она набрать ее номер, как вернулся официант с упакованной пиццей.

— Большое спасибо, — сказала Табиса, заплатив по счету и добавив щедрые чаевые.

Она сразу же вернулась в отель и постучала в дверь Алекса. В ответ послышалось лишь грубое:

— Уходите.

— Я оставлю вашу пиццу у двери. Спокойной ночи.

По дороге к лифту она постоянно оборачивалась, чтобы посмотреть, откроет ли он дверь. Когда Алекс наконец сделал это, она вошла в лифт.

По крайней мере хоть не ляжет спать голодным.

Поднявшись к себе, она позвонила Моне. Поприветствовав Табису, та спросила;

— Ну как дела?

— Не знаю, что и сказать. Почему ты устроила нам выходной восемнадцатого июня?

— Проклятье, — обескураженно пробормотала Мона. — Извини, Табиса. Я должна была тебя предупредить. Завтра годовщина его свадьбы. Алекс сказал, что не сможет работать в этот день, и я обо всем договорилась. Кстати, и тебе выходной не помешает.

— Ты права.

— Я знаю, с ним очень сложно.

— Как бы то ни было, он хорошо выступает перед аудиторией. Больше нас ничего не должно волновать.

— Если что-нибудь случится, дай мне знать.

— Ладно, Мона. Не беспокойся. Все будет хорошо.

Разве нет?

Как он мог?

Почему он был так груб с Табисой? Бросил ее одну в ресторане…

А она оказалась такой чуткой. Принесла ему пиццу.

Медленно он открыл коробку с пиццей и глубоко вдохнул ее аромат. Затем отломил кусочек и с наслаждением прожевал. Божественно! Нет, не божественно. Просто хорошая еда.

Больше всего его беспокоило то, что он забыл о годовщине их с Дженни свадьбы! Он наслаждался поездкой в компании Табисы.

Наверное, он так уязвим, потому что целый год не был с женщиной. Черт возьми, он чувствовал себя высохшим растением, которое вдруг начали поливать и подкармливать. И оно расцвело.

Но он считал, что это не правильно.

Доев пиццу, Алекс подумал, что надо бы позвонить Табисе и извиниться. Ему хотелось этого. Значит, это опять-таки не правильно. Он объяснится с ней при встрече. Скорее всего, это будет послезавтра.

Весь следующий день Табиса не видела своего клиента. Это ее насторожило, но не сходить же ей теперь с ума из-за него! Утром она позанималась в спортзале, сходила на массаж, который расслабил ее мышцы.

После ленча Табиса сделала маникюр и педикюр и к концу дня наконец почувствовала себя отдохнувшей. Не найдя лучшего способа провести вечер, она зашла в книжный магазин и купила роман своей любимой писательницы.

Затем Табиса просмотрела их расписание на следующий день. Семь тридцать — спортзал, восемь тридцать — завтрак Так как первое интервью было назначено на десять, у них оставалось свободных полчаса.

Табиса хотела позвонить Алексу и спросить, выйдет ли он завтра, но не стала делать этого. Он просил выходной, значит, пусть отдыхает.

К вечеру Алексом овладело беспокойство. Он целый день не выходил из своего номера, погрузившись в воспоминания о Дженни. Алекс снова думал о ней Так и должно быть. И даже стройная блондинка, проживающая двумя этажами выше, не сможет отвлечь его от этого.

Все-таки нужно позвонить ей. Мало ли что может случиться с одинокой молодой женщиной. Алекс считал, что несет ответственность за нее. Он поднял трубку и набрал ее номер.

Ответа не было.

Отлично, значит, она прекрасно обходится и без него. Тем лучше. Он не будет вспоминать о ней до утра. У него есть копия расписания, и он сам распланирует свое утро. Ему не нужна нянька!

Табиса слушала гудки на другом конце провода.

Интересно, что она будет делать, если он выписался из отеля? Или напился в каком-нибудь баре…

— Алло, — запыхавшись, ответил Алекс.

— Доктор Майерсон, с вами все в порядке?

— В полном. Я уже собрался уходить.

— Куда вы идете?

— В спортзал.

— Через несколько минут я присоединюсь к вам.

— Хорошо. — Он повесил трубку.

Табисе показалось, будто все начинается сначала.

Ничего, она как-нибудь справится с этим.

Надев тренировочный костюм, она Поспешила в спортзал. Алекса там не было. Он не появился, даже когда она закончила свои упражнения. Тогда Табиса решила снова позвонить ему.

— Доктор Майерсон, мне заказать для вас завтрак?

— Нет, Я уже заказал.

— Хорошо. В девять нам надо выходить.

— Встретимся в вестибюле.

И он снова первым повесил трубку.

Табиса вернулась в свой номер, приняла душ и оделась, затем позавтракала в кафе, которое располагалось напротив отеля.

Когда Алекс вышел из лифта, она подошла к нему.

— Вы готовы? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие.

— Да. Если вы очень заняты, я могу пойти один.

— Нет, думаю, это укладывается в мое расписание, — пристально глядя на него, ответила Табиса.

Затем она гордо вышла из отеля, поймала такси и села в него, даже не удосужившись посмотреть, следует ли за ней Алекс.

Он молча сел рядом с ней.

— Хорошо позавтракали? — небрежно спросила она.

— Прекрасно.

Табиса открыла портфель и достала оттуда папку.

— Сегодня вашим интервьюером будет Джек Грей.

Его шоу представляет собой смесь интервью и развлекательной передачи. Думаю, ваш выход после певца, но я уточню это, когда мы приедем.

— Прекрасно.

— Интервью продлится около десяти минут. Вы просмотрели вопросы, которые он предложил?

Думаю, никаких проблем не будет.

— Прекрасно.

Когда такси притормозило у обочины, Табиса сказала:

— Надеюсь, во время интервью вы будете более разговорчивы. Если на все вопросы вы будете отвечать «прекрасно», тогда мы можем отправляться домой.

— Пре… — Алекс не договорил и пристально посмотрел на нее.

Глубоко вздохнув, она с грустью вспомнила те дни, когда их отношения были дружескими. Половина пути уже пройдена, но, кажется, они снова на грани холодной войны.

Через два дня они прибыли в Детройт. Табиса отослала свой багаж в отель на такси — они с Алексом решили зарегистрироваться там после интервью.

По дороге в студию они молчали. Еще в Чикаго Табиса рассказала Алексу все, что касалось этого интервью. В тот день он заказал ужин себе в номер — они больше не ели вместе.

Когда они прибыли в студию, Табиса поговорила с режиссером и представила ему Алекса. Когда она спросила, где Даниэль Гарсия, интервьюер, режиссер улыбнулся.

— Обычно Даниэль приезжает не раньше чем за пять минут до начала шоу.

Табиса нахмурилась.

— Но он всегда на высоте, — спешно добавил он.

— Алекс, не хотите пока чего-нибудь выпить? спросила Табиса.

— Ой! — воскликнул режиссер. — Ой, простите!

Доктор Майерсон, есть кофе, пончики и содовая.

Выбирайте, что вам нравится.

— Спасибо, Билл, — ответил Алекс таким тоном, будто Билл был его лучшим другом. — У меня был трудный день. Пожалуйста, чашку кофе и пончик, если можно.

— Сейчас, док.

Когда режиссер удалился, Табиса прошептала:

— Вы сказали это таким тоном, будто я держу вас в черном теле.

Алекс холодно улыбнулся и отвернулся.

Покинув съемочную площадку, Табиса пошла искать гримерную мистера Гарсии. Найдя дверь, на которой была табличка с его именем, она постучала.

— Что такое? — прорычал мужской голос.

Здорово! Еще один брюзга. Она осторожно приоткрыла дверь и увидела сидящего перед зеркалом Даниэля Гарсию. Гример расчесывал ему волосы.

— Мистер Гарсия? — осторожно начала она. — Я Табиса Тайлер, представитель доктора Майерсона.

Он просмотрел ваши вопросы и ничего не имеет против…

— Покорнейше благодарю! — снова прорычал Гарсия.

Гример смягчил ситуацию.

— Спасибо вам, мисс Тайлер. Сейчас мистер Гарсия перечитает материал и будет полностью готов к началу шоу.

— Спасибо, — ответила Табиса, радуясь такой обходительности.

— Извините его за невежливость. Он лег спать только этим утром.

— Я понимаю.

Когда Табиса вернулась в павильон звукозаписи, Алекс сидел в кресле с чашкой кофе в одной руке и пончиком — в другой.

Она подошла к нему и взглянула на надкушенный пончик.

— Ешьте быстрее, а то придется жевать перед камерой, — весело произнесла Табиса.

Он отложил пончик.

— Через пять минут начинаем, — объявил режиссер. — Кто-нибудь вытащит наконец Гарсию из гримерки?

Табиса продолжала улыбаться.

Режиссер позвал Гарсию несколько раз, и тот вышел из гримерной за минуту до эфира.

— Певец на месте? — прокричал режиссер, — Еще нет, — доложил кто-то из персонала.

— Хорошо, тогда первым будет доктор.

Режиссер обратился к Алексу:

— Вы готовы, док? Сядьте на диван напротив Гарсии.

Нахмурившись, Алекс нехотя подчинился.

Музыкальное вступление послужило сигналом начала шоу. Гарсия превратился в улыбчивого, счастливого человека.

Когда музыка утихла, он представил Алекса и без ошибок изложил его биографию, чем немало удивил Табису. Затем тут же задал вопрос о книге, а после того, как Алекс вкратце ответил, перешел к следующему.

В этот момент какой-то мужчина стремительно пересек площадку и остановился возле столика ведущего.

— Замолчите! Замолчите! — закричал незнакомец.

— Уберите отсюда этого человека! — проревел директор.

— Не прикасайтесь ко мне. Я имею право говорить! — заявил мужчина пронзительным голосом.

Казалось, он вот-вот набросится на Гарсию.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Над съемочной площадкой нависла гробовая тишина.

Табиса дрожала мелкой дрожью и про себя молилась, чтобы этот инцидент не испортил интервью Алекса. Ведь все так хорошо начиналось.

Алекс абсолютно спокойно поздоровался с мужчиной:

— Здравствуйте. Я Алекс Майерсон. Не помню, чтобы мы раньше встречались.

— Меня зовут Кертис Чемберс. — Мужчина глубоко вздохнул и, как всем показалось, немного успокоился, но, когда Гарсия собрался ускользнуть, закричал:

— Не двигайтесь!

— Все хорошо, Кертис, — сказал Алекс. — Мистер Гарсия никуда не уходит. — Садитесь на диван, устраивайтесь поудобнее.

Табиса слышала, как режиссер говорит диспетчеру:

— Звоните в полицию и расскажите, что происходит.

Алекс приветливо улыбался мужчине, который был похож на сумасшедшего.

— Кертис, зачем вы пришли сюда?

— Я здесь, чтобы сказать всем, что он ублюдок! — воскликнул мужчина, вскакивая и указывая на Гарсию.

Тот вжался в спинку кресла.

— Сядьте, Кертис, и все объясните, — увещевал Алекс.

Мужчина снова сел.

— Он проявил неуважение к моей жене и заставил ее плакать. Два дня назад она… умерла. — По лицу Кертиса потекли слезы.

— Каким образом, Кертис?

— Она хотела участвовать в конкурсе «Лучшая домохозяйка». Она… она была замечательной домохозяйкой. Но она была… полной, и он посмеялся над ней!

— Во время эфира? — уточнил Алекс.

— Нет! Я не делал этого! — возразил Гарсия.

— Нет, не во время эфира. Но она слышала, как он отпускал шуточки по поводу ее фигуры после окончания съемок. — Мужчина уставился на Гарсию ненавидящим взглядом.

— Значит, вы считаете, что должны защитить честь вашей жены? — спокойно спросил Алекс. — И как вы хотите это сделать?

Кертис выглядел неуверенным.

— Не знаю… Но я подвел ее! Не оградил от пошлых замечаний этого человека! — Кертис повернулся к Гарсии. — Он должен за все заплатить!

— Согласен, — сказал Алекс. — Но вы должны понять, что силой здесь ничего не решишь. Не думаю, что ваша жена хотела бы видеть вас за решеткой.

— Я недостоин ее!

— Мы редко бываем кого-то достойны. Моя жена тоже умерла, Кертис. Она тоже была замечательной.

Но в жизни многого нельзя изменить. Ваша жена знала, что вы любили ее?

— Конечно! Я постоянно твердил ей это.

— Тогда вам не в чем себя винить. В мире всегда есть плохие люди, но взаимная любовь ограждает нас от их ненависти.

Кертис задумался. Табиса оглянулась. Вся съемочная группа с интересом уставилась на собеседников, словно наблюдая за действием театральной драмы.

— Да, но ему не следовало поступать так низко.

Он надевает маску, улыбается перед камерами, и люди думают, что он замечательный, но это не так. У него есть все. Зачем он так поступил с моей Рут? воскликнул Кертис.

Алекс собрался ответить ему, но его опередил Гарсия:

— Нет, это не правда! У меня есть не все. Я совсем один. Жена бросила меня. Я ужасно страдаю, но должен это скрывать, всегда быть веселым и… — По его щекам катились слезы.

— Вы об этом знали? — спросил один из членов съемочной группы у режиссера.

Тот отрицательно покачал головой.

— Вы говорите это только для того, чтобы сделать мне больно! — вспылил Кертис.

— Нет! Мы были женаты пять лет. Я… я думал, что у нас все прекрасно. Но у нее был любовник, и она ушла к нему. — Гарсия закрыл лицо руками, чтобы никто не видел его слез.

— Когда она покинула вас, Даниэль? — спросил Алекс.

— Три недели назад. Жена Кертиса пришла на конкурс на следующей неделе. Я злился, но был вынужден это скрывать. А после конкурса выместил свою злость на жене Кертиса, которая действительно показалась мне полной. Мне так жаль.

Только Табиса подумала, что все хорошо закончится, сзади послышались топот и крики.

Кертис вскочил и обернулся в ту сторону, откуда доносился шум:

— Не приближайтесь! Я хочу, чтобы он попросил прощения за мою Рут!

Алекс снова попытался успокоить Кертиса:

— Сядьте, Кертис. Я думаю, мы сможем все уладить без вмешательства полиции.

При этом его взгляд был обращен к Табисе. Она. поняла, что он хочет ей сказать, и обратилась к двум полицейским:

— Доктор Майерсон держит ситуацию под контролем. Не могли бы вы подождать?

— Мэм, я неуверен… — начал один из них, но другой остановил его.

— Мы должны спросить у нашего начальника. Кто такой доктор Майерсон?

— Психолог.

— Идите в диспетчерскую и позвоните своему начальнику, — прошептал режиссер.

— Что здесь происходит? Что вы затеваете за моей спиной? — раздраженно спросил Кертис, озираясь вокруг.

— Кертис, если вы послушаете меня, мы сможем все решить, не причинив вреда ни вам, ни Даниэлю. — Алекс сделал глубокий вдох. — Не думаю, что вы серьезно хотите кому-то навредить. Даниэль уже извинился перед вами. Уверен, он бы извинился и перед Рут, если бы это было возможно. Чего еще вы хотите?

— Я… я хотел бы, чтобы Рут знала…

— Она знает, Кертис. Не думаю, чтобы она хотела видеть вас в тюрьме или чтобы жизнь Даниэля была загублена из-за неосторожно сказанных слов.

Вдруг Табисе пришла в голову блестящая мысль.

Она подошла к режиссеру и шепнула ему на ухо несколько слов. Тот, немного подумав, закивал головой.

Затем Табиса сделала несколько шагов по направлению к сцене.

— Кертис…

— Кто это?

— Табиса, не подходите, — предостерег Алекс.

Но она уже ступила на освещенную площадку — Кертис, я представитель доктора Майерсона Я знаю, вы пришли сюда не для того, чтобы заработать денег на вашем горе. Но думаю, вам было бы полезно сходить к психологу.

— Я не могу себе этого позволить! — выпалил он.

— Возможно, но студия смогла бы. Даниэль мог бы пойти вместе с вами. Вы оба смогли бы поделиться своими проблемами, и вам стало бы легче.

Кертис молча уставился на нее.

— Это имеет смысл, — наконец сказал он.

— Я также считаю, что вы могли бы преподать урок другим мужчинам, обсудив ваши проблемы в какой-нибудь телевизионной программе. Вы бы научили людей тому, как надо справляться со своей болью, — она сделала паузу. — Тогда страдания Рут были бы не напрасны.

В студии воцарилась тишина. Табиса не знала, примет ли Кертис ее предложение. Она терпеливо ждала, время от времени поглядывая на Алекса.

— Может, я бы и согласился, — задумчиво проговорил Кертис. — А что вы на это скажете, док? обратился он к Алексу.

— Думаю, это замечательная идея. Вы с Даниэлем оба страдаете. Лучший способ справиться с болью — помочь другим. Правильно, Даниэль?

— Правильно… если режиссер считает…

— Я считаю, это хорошая идея. А наша студия возьмет на себя все расходы, — заявил режиссер.

— Тогда я согласен.

— Думаю, вы оба со всем справитесь. — Алекс протянул руку, ожидая решения Кертиса.

— Но, док, что, если… что, если я не заслуживаю…

— Каждый заслуживает того, чтобы его научили, как справиться с болью, Кертис. Помните: Рут любила вас.

— Да, хорошо. — Кертис протянул руку, и Алекс пожал ее.

Тут в зал вошли полицейские, и Кертис запаниковал.

— Вы обманули меня! Вы обманули меня! — закричал он, отбиваясь от двух офицеров.

— Остановитесь! — сказал Алекс, поднимаясь. — Я пообещал этому человеку, что ему окажут помощь.

— Мы не хотим, чтобы вы арестовывали его, — вмешался режиссер. — Мы собираемся сдержать наше обещание. Пожалуйста, отпустите его.

— Вы не собираетесь потребовать возмещения расходов? — спросил один из полицейских.

— Нет, мы хотим, чтобы эти двое с нашей помощью научились справляться с болью и гневом, а другие учились на их примере. — Режиссер улыбнулся, гордясь собственным великодушием. Благодаря этому инциденту рейтинг его программы, несомненно, увеличится.

Табиса подошла к Алексу. Он протянул руку, и она взяла ее в свою, испытывая облегчение оттого, что все закончилось благополучно.

Когда полицейские ушли, Кертис обратился к Алексу:

— Спасибо вам, док. Если бы не вы, я натворил бы дел.

— Рад, что смог вам помочь.

— Но как умерла ваша жена? — спросил Даниэль Гарсия. — Надеюсь, не по моей вине?

— Нет. Она погибла в автокатастрофе. Просто у меня в голове все перепуталось. Я не знал, что говорю.

— Мне очень жаль, Кертис. Правда, очень жаль, сказал Даниэль. По его щекам снова покатились слезы.

Режиссер попросил Табису позаботиться о Кертисе, пока Алекс и Даниэль не закончат интервью.

Кертис взглянул на Алекса:

— Вы думаете, я могу им доверять?

— Вы можете доверять Табисе. Она не будет вам лгать.

Когда Табиса услышала эти слова, ее сердце переполнилось гордостью. Алекс доверял ей. Это было очень важно. Она протянула руку:

— Пойдемте, Кертис. Все будет хорошо.

Кертис изумленно уставился на руку Табисы, затем неуверенно пожал ее. Через мгновение они покинули съемочную площадку.

Алекс наблюдал за их уходом. Он верил в то, что сказал: Табисе можно доверять.

— Не хотите сделать перерыв перед записью, доктор Майерсон? — спросил режиссер.

— Пожалуй, да. Я бы выпил воды и немного поговорил с Даниэлем.

Но Даниэль, кажется, желал уйти со съемочной площадки.

— Я… я собирался к себе в гримерную. Хочу немного побыть один.

— Хорошо. Увидимся через несколько минут.

Даниэль быстро покинул студию. Алекс поднялся.

— Здесь можно где-нибудь отдохнуть от света прожекторов? — спросил он оператора.

— В фойе. Думаю, там остались пончики.

В фойе Алекс не обнаружил ничего съестного, но ему было все равно. Он жаждал покоя. Ситуация была довольно опасной, несмотря на то что все закончилось благополучно. В любой момент Кертис мог потерять контроль над собой и наброситься на Даниэля.

Один из пациентов Алекса покончил с собой, и ему не хотелось, чтобы такое снова повторилось.

Алекс боялся, что Кертис так бы и поступил, если бы он не вмешался.

Алекс продолжал осмысливать эту ситуацию, и вдруг у него зародилась идея. Он непременно напишет роман о любви, но сперва необходимо написать еще одну книгу, которая поможет другим. «Возвращение к людям». Страшное, но стоящее проделанного пути.

В фойе вошел молодой человек с бутылкой воды и тарелкой с булочками.

— Пожалуйста, сэр, — сказал он почтительно.

— Спасибо. — Алекс взял булочку. — Ого, они теплые. Вы уже пробовали?

Глаза юноши расширились, он покачал головой.

— Присаживайтесь и поешьте со мной за компанию, — предложил Алекс.

Вдруг он понял, что больше не хочет быть один.

Алекс уехал на встречу с читателями, а Табиса осталась уладить последние формальности. К ней подошел режиссер и пожал ей руку.

— Я хочу лично поблагодарить вас за то, что вы помогли нам сегодня. Ваши идеи были просто великолепны. Если вам когда-нибудь будет нужна работа, вы получите ее здесь.

— Спасибо, Билл, это очень мило с вашей стороны, но у меня уже есть работа, — смеясь, ответила она. — Запись прошла успешно?

— Да. Даниэль просто блистал. Думаю, мы сняли отличное шоу.

— Хорошо, я должна ехать к Алексу. Еще раз спасибо, — сказала она, покидая студию.

Поймав такси, Табиса отправилась в книжный магазин, где Алекс подписывал книги. К счастью, это оказалось совсем рядом.

Она подошла к двери, но какая-то женщина преградила ей дорогу.

— Нет, вы не войдете. Я целый час простояла в очереди. Я вас не пропущу.

— Вы не поняли. Я агент доктора Майерсона.

— Честное слово?

— Да. Меня зовут Табиса Тайлер. Пойдемте со мной. Вам больше не нужно стоять в очереди.

Они подошли к столу, где Алекс подписывал книги и общался с поклонниками.

— Алекс, эта леди думала, что я собиралась пройти без очереди, и я хочу, чтобы вы подписали для нее книгу. Вы сделаете это ради меня?

— Я рад, что вы пришли. Здравствуйте, мисс…

— Меня зовут Джой Стивене, доктор Майерсон.

—  — Очень приятно, — ответил Алекс, одарив ее очаровательной улыбкой.

Табиса подумала, что Джой долго не забудет эту улыбку. После того как женщина ушла, Табиса спросила Алекса:

— Все в порядке? Может, принести нам что-нибудь?

— Нет, спасибо. Как там все закончилось?

— Хорошо. За ужином расскажу вам обо всем. — Тут она вспомнила, что они больше не едят вместе. — Я имела в виду, когда…

— За ужином, — твердо сказал Алекс.

Наслаждаясь едой, они обсуждали события прошедшего дня. Им нужно было о многом поговорить.

Алекс строго отчитал Табису за безрассудное поведение в студии.

— Вы подвергали себя опасности.

— Но вы же могли сидеть и спокойно обсуждать чувства Кертиса!

— Никто бы не стал горевать, если бы что-нибудь случилось со мной.

— Вы ошибаетесь! — Табиса прикрыла рот ладонью, но было слишком поздно.

— Рад это слышать. Нам ведь хорошо путешествовать вместе, не так ли? — В его улыбке читалось предупреждение.

— Да. Конечно, да. Большую часть времени. Но… но и вашим читателям не хватало бы вас. А будущие читатели вашего романа…

— Нет, — спокойно ответил он. — Когда-нибудь я обязательно закончу этот роман, хотя, думаю, это будет непросто. Но сперва я должен написать еще одну книгу, которая будет посвящена причинам сегодняшнего инцидента.

Табиса сглотнула.

— Вы имеете в виду потерю любимого человека из-за смерти или развода?

— Да. Слишком много людей в этом мире испытывают боль и не знают, как от нее излечиться. Зачастую они от безысходности нападают на других, как сделал Даниэль, как пытался сделать Кертис. Но, поступая так, они лишь усугубляют страдания.

— А вы знаете о боли все, не так ли, Алекс? прошептала Табиса.

Он взглянул на нее, затем уставился в пустую тарелку.

— Да.

— Если вы напишете эту книгу, то сами сможете излечиться?

Табиса задержала дыхание, но ответ ей был уже известен. Он никогда не забудет Дженни.

— Сомневаюсь… — Алекс замолчал, затем снова посмотрел на нее. — Вы должны это знать, Табиса.

Дженни навсегда останется для меня единственной женщиной.

— Потому что вы не заслуживаете счастья?

Она понимала, что давит на него, но сдерживаться уже не могла.

— Потому что такова моя роль в этой жизни. Я могу помочь людям. Вы будете это отрицать?

— Нет, я не могу этого отрицать. Но это не означает, что вы не можете вернуться к людям, как вы выразились.

— Я уже это сделал.

— Сделали? Вы ходили на свидание? Целовали женщину? Занимались с ней сексом? Ведь это естественно для человека, не так ли?

— Ты мне это предлагаешь, Табиса? Теперь я понимаю, куда ты клонишь. Но для этого тебе придется подыскать кого-нибудь другого, детка. Мне не нужна замена Дженни.

Она получила ответ. Но не тот, который хотела услышать. Табиса пристально смотрела на него, не в силах сдержать слез.

— Господи! Прости меня, Табиса. Я не хотел обидеть тебя. Но ты должна понять… — Не договорив, Алекс махнул рукой, встал и направился к выходу.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Ну и что ей теперь делать? Ведь они должны провести вместе еще несколько недель. Алекс ясно выразился, что они могут быть друзьями, но не больше.

Табиса всю ночь проворочалась с боку на бок.

Наверное, она сошла с ума. Она знала, что он любил Дженни и всегда будет любить ее. Она должна убедить его в том, что ей нужна только его дружба.

Ах, если б это было так! Почему она всегда влюбляется не в тех парней? Взять, к примеру, Дерека, Роджера или Тома. Может, ей нужно забыть о мужчинах и посвятить свою жизнь работе и друзьям?

Табиса посреди ночи встала и написала письмо, надеясь исправить свою ошибку. Затем оделась, поспешила к номеру Алекса, сунула письмо под дверь и снова вернулась к себе. Уже светало, но она надеялась, что наконец сможет уснуть.


«Дорогой Алекс!

Прости меня за то, что я, сказала тебе вчера за ужином. Пойми, я имела в виду совсем не то. Я не предлагала тебе секс. Только дружбу. Мне бы очень не хватало тебя, если бы с тобой что-то случилось. Я хочу, чтобы ты был счастлив.

Что касается книги, это отличная идея. Ты способен помочь другим. Было бы не правильно не использовать этот дар.

Надеюсь, мы останемся друзьями, но, если мое присутствие причиняет тебе неудобства, я могу попросить Мону найти мне замену.

Табиса».


Алекс прочел письмо дважды. Всю ночь он не мог уснуть и, к своему глубокому сожалению, вынужден был признать, что испытывает к Табисе некоторые чувства. Чувства, которые он усердно старался подавить.

Но сейчас она предлагала только дружбу…

Сможет ли он быть всего лишь другом и не перейти границы дозволенного?

Надев тренировочный костюм, Алекс позвонил Табисе. Ее голос немного дрожал, это было непохоже на нее.

— Табиса? С тобой все в порядке?

— В полном. Я проспала.

— Я собирался перед завтраком пойти в спортзал.

Не желаешь составить мне компанию?

— Нет, только не этим утром. Встретимся через час в кафе.

— Договорились, — ответил Алекс. — Я благодарен тебе за письмо, но не вижу никакой необходимости что-то менять. А ты? — немного помедлив, добавил он.

— Конечно, нет, если ты этого не желаешь.

— Тогда увидимся за завтраком. — Он повесил трубку.

Впервые за все время их поездки Табиса не пошла в спортзал. Алекс нахмурился. Значит, она чем-то обеспокоена. Но он дал себе слово, что не будет создавать ей проблем. Он уже все обдумал. Если она хочет дружбы, пусть будет так.

Алекс пришел в кафе на пять минут раньше. Табисы еще не было. Он встревожился.

Когда она наконец вышла из лифта, Алекс облегченно вздохнул.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он ее.

— Немного вяло. Потому и пропустила зарядку.

— Мне не хватало тебя. Люблю, когда рядом кто-то есть.

Табиса улыбнулась, но улыбка получилась какой-то невеселой.

— Мы можем сходить в спортзал вечером. Два раза в день даже полезно. — Алекс с нетерпением додал ее ответа. Он пытался понять, что чувствует Табиса, но она слишком хорошо скрывала это.

— Посмотрим. Нам предстоит трудный день.

На сегодня были запланированы два интервью и две встречи с читателями.

Табиса доела свой завтрак и заплатила по счету.

— Ты готов?

Алекс кивнул. Ему не следует слишком многого ожидать. По крайней мере она согласилась и дальше сопровождать его. Менять сейчас агента было бы проблематично, сказал он себе. Табиса замечательно со всем справляется.

Неделю спустя они приземлились в Нью-Йорке.

— Разве не здесь следовало бы закончить турне? — устало спросил Алекс, когда они спускались по трапу.

— Возможно, но Мона хочет раскрутить тебя по полной программе. Впереди еще Филадельфия, Вашингтон, Шарлотт, Майами и Атланта. Лишь после этого мы вернемся домой.

— Она права, — согласился Алекс, расправляя плечи.

— На этот вечер у нас ничего не запланировано, так что можно просто отдохнуть. Или сходить на какой-нибудь бродвейский мюзикл, если ты не против.

То есть если ты сможешь. Может, у тебя здесь есть друзья?

— Нет, никаких друзей. Тебе нравятся бродвейские мюзиклы?

— Да. Они всегда такие веселые!

— Я люблю веселую музыку.

В ответ она улыбнулась. После того, что произошло в Детройте, она редко улыбалась.

— Хорошо, когда мы приедем в отель, я узнаю, что идет сегодня.

— Это могу сделать я, — возразила Табиса.

— Ни в коем случае. Сегодня позволь мне заняться организационными вопросами.

В четыре часа Табиса оказалась в своем номере и быстро распаковала вещи. Среди них было черное платье с юбкой клеш, которое прекрасно подойдет для похода в театр.

Приняв ванну, Табиса почувствовала себя отдохнувшей. Она достала платье и приложила его к себе.

В нем она чувствовала себя особенно красивой и обычно надевала его на свидания. Но ведь это не свидание!

Табиса бросила платье на кровать. Что она делает? Неужели снова мечтает о романтических отношениях с Алексом? Нет, это было бы катастрофой!

— Я… я всего лишь собираюсь посмотреть бродвейский мюзикл, — произнесла она вслух, пытаясь убедить саму себя.

Зазвонил телефон. Это был Алекс.

— Я достал два билета на мюзикл Билли Джоэла.

Если хочешь, можем сейчас перекусить, а после шоу сходить куда-нибудь поужинать.

— Вот здорово! То есть я хотела сказать, что люблю бродвейские шоу…

— Я понял.

— Я закажу что-нибудь на шесть тридцать. Тогда у нас будет довольно времени, чтобы отдохнуть.

— Отлично. Увидимся в шесть тридцать.

Она положила трубку, но не спешила выпускать ее из руки, словно не желая разрывать связь с Алексом. У него, неверное, самый сексуальный в мире голос.

Ну вот. Она снова вернулась к тому, с чего начала Она должна прекратить мечтать о нем. Алекс недоступен. К чему лишние страдания?

Табиса изучила меню, выбрала закуски. Они могут перекусить в номере за чайным столиком. Сидя далеко друг от друга. А в театре они, наоборот, будут сидеть рядом… в темноте.

По спине побежали мурашки. Она сходит с ума!

Ее внимание сосредоточено на Алексе, потому что она на него работает. Вернувшись в Форт-Ворс, она забудет о его существовании.

Когда он постучал в дверь, Табиса приказала себе успокоиться.

— Заходи, Алекс. Закуски только что принесли.

— Хорошо. Консьерж сказал, что нам надо выходить в семь, чтобы успеть к началу шоу.

— Да. Я не хочу ничего пропустить.

— Когда ты в последний раз была в Нью-Йорке? спросил он, сев за стол.

— Мы с сестрами были здесь в наш первый отпуск, после того, как год проработали в школе.

— Так вы все трое педагоги? — удивился он. Впрочем, чему я удивляюсь? Наверное, у вас много общего.

Табиса рассмеялась.

— Мои сестры бросили преподавать. Проработав год, Томми поняла, что это ей не подходит. Она начала работать в сфере недвижимости и преуспела в этом. А Тереза пишет книгу для детей…

— И сама делает иллюстрации? — спросил Алекс, с любопытством глядя на Табису.

— Да. Она у нас творческая натура.

— А Томми…

— Честолюбивая.

— А какая ты?

Вздохнув, Табиса подцепила кусочек сыра.

— Не знаю. Наверное, я еще не до конца познала себя.

— Ты отлично справляешься с тем, чем занимаешься сейчас.

Она рассеянно улыбнулась и пожала плечами.

— Я серьезно, Табиса. Ты отлично справляешься, даже когда все идет не так, как было задумано. Или точнее — особенно когда все идет не так, как было задумано.

— Рада, что ты так считаешь, Алекс. Я могу попросить у тебя рекомендации?

— Конечно. Хотя сомневаюсь, что Моне понадобятся доказательства. Ты ведь посылаешь ей записи?

Табиса покраснела.

— Да, большую часть. Признаюсь, ту, где ты усыпил интервьюера, я пропустила.

Алекс рассмеялся.

— Да уж, это задело мое самолюбие. Но не думаю, что зрители смогли заметить это, ведь, когда его будили, камера была направлена на меня. — Алекс посмотрел на часы. — Нам скоро выходить.

После спектакля Алекс повел ее в маленький уютный ресторанчик, в котором бывал раньше. Табисе он очень понравился. Они сидели в укромном уголке за столиком для двоих и обсуждали спектакль.

Оба получили удовольствие от музыки. Даже Алекс не переставал что-то напевать.

— Ты была права, Табиса. После спектакля я чувствую себя намного лучше Музыка все еще звучит у меня в ушах.

— У меня тоже. Останови меня, если я запою.

— А ты будешь танцевать на столе?

— Еще чего!

Они рассмеялись, но почти тут же умолкли, услышав чей-то рокочущий голос:

— Александр!

Табиса и Алекс посмотрели на человека, подошедшего к их столику.

— Отец?.. — Алекс поднялся.

— Я не знал, что ты в городе.

Табиса разглядывала мужчину. Он был очень похож на своего сына, но его глаза излучали холод и равнодушие.

— Я устроил турне в поддержку своей книги, — пояснил Алекс.

Он даже не извинился за то, что не сообщил отцу о своей поездке, отметила Табиса.

— Представишь меня Дженнифер?

Табиса от удивления открыла рот, но Алекс, кажется, был ничуть не удивлен.

— Это мой агент Табиса Тайлер.

— Прошу прощения, мисс Тайлер. Я думал, вы Дженнифер, жена Алекса.

— Все в порядке, — солгала Табиса.

Как может отец не принимать участия в жизни сына? Ее мама не вынесла бы такой отчужденности.

Но ее мама никогда не смотрела на нее так, будто она была любопытным музейным экспонатом.

Алекс не пригласил своего отца присоединиться к ним. Он словно ждал, когда отец наконец уйдет.

— Твоя мать здесь, — сказал мистер Майерсон.

— Правда? Как это мило.

Табиса была ошеломлена такой холодностью.

— Передавай ей привет, — добавил Алекс.

Мужчина кивнул, повернулся и ушел.

Табиса глядела ему вслед, пока он не сел за столик рядом с шикарно одетой женщиной. Мать Алекса была совсем рядом и даже не встала, чтобы обнять сына или хотя бы поговорить с ним!

— Извини, Табиса. Я не подумал, что они могут быть в городе. Иначе я бы выбрал другой ресторан.

Переведя взгляд на своего спутника, Табиса сглотнула.

— Они часто бывают здесь? — спросила она.

— Да, этот ресторан принадлежит их другу. Здесь хорошая кухня.

— Они живут в городе?

— Нет, в северной части штата.

Им принесли заказ. Алекс улыбнулся и взял вилку.

— Тебе понравится цыпленок альфредо. Это очень вкусно.

— Это все, что ты можешь сказать?

— Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, как его готовят? — спросил Алекс, очаровательно подняв одну бровь.

Чувствуя, что у нее начинает болеть голова, Табиса потерла лоб.

— Ты не собираешься поговорить со своей матерью?

— Нет.

— Почему? И почему она сама не идет сюда?

— Дорогая, в твоей семье могут быть теплые, близкие отношения, но в современном обществе это большая редкость. — Он помедлил, затем добавил:

— Ешь.

Табиса машинально взяла вилку, но не смогла проглотить ни кусочка. Она оглянулась и увидела, что мать Алекса смотрит на них.

— Она смотрит на нас.

— Я не могу ей этого запретить, — равнодушно сказал Алекс.

— Когда ты в последний раз видел своих родителей?

— Примерно пять лет назад. До того, как встретил Дженни.

— Они не были знакомы с твоей женой? И не знают, что она умерла?

Алекс пристально уставился на нее.

— Это не твое дело, Табиса. Давай ешь.

Кусок не лез ей в горло. Кое-как проглотив половину своей порции, она отложила вилку.

— Я уже наелась. Но все действительно было очень вкусно.

К ним подошел еще один мужчина. На нем была белая рубашка, фартук и поварской колпак.

— Рад, что вам понравилось, юная леди. Алекс, у твоей спутницы хороший вкус!

— Конечно, Марио. Она вся в меня. — Алекс встал и заключил мужчину в объятия с такой сердечной теплотой, словно тот и был его отцом.

— Рад видеть тебя, парень. Как у тебя дела?

— Все отлично, спасибо.

— Не представишь меня леди? — спросил Марио.

— Конечно. Это шеф-повар ресторана Марио Андицетти. Марио, это мой агент Табиса Тайлер.

— Агент? Зачем тебе понадобился агент?

— Я устроил турне в поддержку своей книги.

— Ты написал книгу? Это же здорово, Алекс! Марио порывисто обнял Алекса. — Я всегда говорил, что ты умный парень. Сейчас же пойду и куплю ее.

— Не надо, Марио, я подарю ее тебе.

— С автографом?

— Конечно. Специально для тебя, — ухмыльнулся Алекс.

— Когда? Когда ты ее принесешь?

Алекс задумался.

— В понедельник утром, часов в одиннадцать, сразу после интервью. Тебя это устраивает?

— Конечно. А я приготовлю для вас ленч. Мы отпразднуем твой успех!

— Марио, не надо… — начал Алекс.

— Да, да, да! — Марио посмотрел на Табису. — Вы приведете его?

— Обязательно.

Табиса избегала встретиться взглядом с Алексом.

Она не была уверена, что его порадовал ее ответ.

— Какая славная леди, Алекс, — с горящими глазами сказал Марио.

Табиса хотела закрыть ему рот ладонью. Она боялась реакции Алекса.

Но вместо того, чтобы разозлиться, Алекс улыбнулся Марио.

— Да. Ты прав. Лучшего агента и представить себе трудно. — Он сделал акцент на слове «агента», будто на что-то намекал.

— Хорошо. Увидимся завтра утром.

Марио прошел через весь зал, приветствуя других гостей. Табиса заметила, как он подошел к родителям Алекса и начал о чем-то восторженно говорить. Но те не проявили никакого энтузиазма.

— Какой приятный человек, — заметила Табиса.

— Да, Марио удивительный человек. Когда учился в колледже, я подрабатывал здесь официантом.

Он замечательный, но при этом строгий начальник.

— Не могу себе этого представить. А ты был хорошим официантом?

— Одним из лучших, — без ложной скромности ответил Алекс. — Но мне не следовало приводить тебя сюда.

— Из-за твоих родителей?

— Нет. Я не знал, что они в городе. Из-за Марио.

Он будет думать, что между нами что-то есть, а мы договорились: ничего личного. Это моя ошибка.

— Алекс, я не возражаю, — спешила заверить его она.

— Спасибо, зато я возражаю.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

В такси Табиса старалась не касаться Алекса.

Он снова дал ей понять: между ними не может быть ничего личного.

Когда они вошли в лифт, Алекс улыбнулся ей.

— Мне очень понравился мюзикл. Это была хорошая идея.

— Рада, что тебе понравилось, — сказала Табиса, не глядя на него.

— Табиса. Я не хотел обидеть тебя. Я просто не хотел…

— Чтобы между нами что-то было. Я поняла, Алекс.

— Я же сказал, это из-за Марио, — пробурчал он, выходя из лифта на ее этаже.

— Что ты делаешь? Твой номер двумя этажами выше.

— Уже поздно. Я только хочу убедиться, что ты благополучно добралась до своего номера.

— Со мной ничего не случится. Не надо идти за мной.

Уж лучше б ее преследовал грабитель!

Но Алекс молча шел за ней. Открыв дверь, она хотела попрощаться, но вдруг заметила, что экран ее мобильного телефона засветился.

— Мне пришло сообщение.

— Может, от Моны?

— Томми! — тяжело дыша, произнесла Табиса.

Как она и ожидала, сообщение было от Терезы.

Томми родила дочку. Тереза сообщила Табисе самое основное, но все равно попросила позвонить.

— Моя сестра родила. Мне нужно позвонить.

Ей и в голову не могло прийти, что Алекс останется в ее комнате. У нее не было времени думать о нем.

— Тереза? Я не слишком поздно?

— Нет, я ждала твоего звонка и уже начала беспокоиться.

— Мы ходили на мюзикл, а затем ужинали в ресторане.

— Мы? Кто это «мы»?

— Не важно! — возразила Табиса. — Расскажи о Томми и о ребенке. С ними все в порядке?

— Да, обе прекрасно себя чувствуют. Мы сделали несколько фотографий цифровым фотоаппаратом. Я хотела прислать их тебе в отель, но сперва решила дождаться твоего звонка.

Зажав трубку рукой, Табиса обратилась к Алексу:

— В отеле разрешат воспользоваться их компьютером? Тереза хотела прислать фотографии.

— Думаю, да, но почему бы ей не послать их на мой ноутбук?

— Ты не против?

— Даже наоборот.

Он дал ей свой электронный почтовый адрес, который она продиктовала Терезе.

— Пойду принесу ноутбук. Ты сможешь посмотреть их через пару минут. — Алекс поднялся и вышел.

— Алекс ушел за своим компьютером, — объяснила она Терезе.

— У вас что, разные номера?

— Тереза, конечно, да!

— Ну, ты была на свидании, и я подумала…

— Не на свидании, мы просто вышли развеяться.

Между нами ничего нет.

— Почему? — удивилась Тереза.

В этот момент вернулся Алекс. Он сел рядом с ней на кровати, открыл ноутбук, нажал несколько клавиш и повернул компьютер к Табисе.

— Это твоя племянница.

Увидев фото спящего ребенка, завернутого в розовое одеяльце, Табиса умиленно вздохнула.

— Посмотри! Ну разве не красавица? — со слезами на глазах прошептала она. — Тереза, я ее вижу.

Она замечательная. Скажи Томми, что я люблю ее, что хотела бы в этот момент быть рядом.

— Дорогая, она знает это. Ее больше волнует то, что ты чувствуешь себя обделенной, чем то, сколько длились роды.

— И как долго они длились?

— Примерно девять часов.

— Большое тебе спасибо за фотографию.

— Фотографии, Тэб. Их шесть.

— Хорошо, я посмотрю их. Пока. — Табиса повернулась к Алексу. — Там должно быть шесть фотографий.

— Знаю. Я ждал, когда ты закончишь разговаривать. Готова увидеть следующую?

— Да.

На следующем снимке была Томми с ребенком на руках.

— Эй, да ты точная копия сестры, — заметил Алекс, рассматривая фото. — Показывать следующую?

Табиса кивнула. На этой фотографии были Пит, Томми, Тереза и Джим с ребенком.

— Я забыла спросить, как она ее назвала, — сказала Табиса, потянувшись за телефоном.

— Ты не думаешь, что уже слишком поздно? спросил Алекс, не отрывая глаз от фотографии — Наверное, ты прав. Я позвоню ей утром.

Щелк. На фотографии улыбающаяся Томми распеленывала дочку.

— Взгляни! Разве она не прелесть?

— Да, но почему ты плачешь?

Табиса удивленно взглянула на него, затем вытерла щеки.

— Я не знаю… Я так счастлива.

— Хорошо, продолжим.

— Ой, а это мама, Джоэл и Томми с ребенком.

— У твоей мамы, в отличие от вас троих, волосы не светлые.

— Наш отец был блондином. По крайней мере на фотографиях. Я никогда не видела его.

— Почему?

— Он был убит до того, как мы родились Мама назвала Томми Томазиной в честь отца, которого звали Томас.

— А кто такой Джоэл? — спросил Алекс, указывая на мужчину, стоящего рядом с ее матерью.

— Это муж мамы. Они поженились несколько месяцев назад. Он замечательный. Мама очень счастлива.

— Осталась последняя. — Алекс щелкнул мышью, и на экране появилась фотография. На ней были Пит и Томми с ребенком, Джим и Тереза, Энн и Джоэл и еще одна дама.

— Кто это? — спросил Алекс.

— Эвелин, мама Джима и Пита. Она тоже член нашей семьи.

— Безусловно, твоя семья отличается от моей.

Было бы жестоко принять кого-то в мою семью.

— Можно я еще раз их просмотрю? — спросила Табиса. Ее глаза блестели от слез.

— Конечно, — согласился Алекс и обнял ее за плечи Она положила ему голову на плечо и просмотрела фотографии снова.

Когда Табиса улыбнулась и взглянула на Алекса блестящими от слез глазами, он понял, что не сможет больше сдерживаться. Он придвинул ее ближе и коснулся губами ее губ Впервые со дня их встречи Алекс уступил желанию.

Вдруг Табиса вырвалась из его объятий.

— Уходи! — закричала она, театральным жестом указывая на дверь.

— Но, Табиса, я…

— Хватит! Мне все это надоело! Ты сам сказал, между нами не может быть ничего личного. Так что будь добр соблюдать это правило. Только не говори утром, что хочешь сменить агента. Я выполняла твои правила, теперь ты должен выполнять мои!

Алекс удивленно смотрел на нее. Хорошо, он поддался минутной слабости, но он не собирался…

Табиса указывала ему на дверь. Ее глаза сверкали от гнева. Ему не осталось иного выбора, кроме как уйти.

— Прости меня… — начал он, но Табиса не слушала его.

— Уходи! — крикнула она.

Алекс взял свой ноутбук и вышел из комнаты.

Поднимаясь на свой этаж, он думал о том поцелуе. Ее губы были мягкими и волнующими. Они отвечали на его поцелуй. Пока она не передумала. И Алекс не мог ее винить.

Когда они познакомились, он переживал тяжелую потерю. Табиса, сама того не осознавая, вернула его к нормальной жизни.

Неужели он пробудился слишком поздно?

Он считал себя джентльменом и поэтому не мог попросить Табису уехать. Ей придется потерпеть его общество, пока они не вернутся домой.

А уж тогда можно начать ухаживать за ней, постараться убедить ее, что она ему небезразлична. Что он любит ее.

Потому что это было так. Это не означало, что он не любил Дженни. Но Дженни осталась в прошлом, а он жаждал будущего. С Табисой. Он хотел, чтобы у него была семья, дети. То, чего он никогда не знал.

Табиса провела бессонную течь, но она решила утром приложить все усилия, чтобы скрыть это. Как и ее чувства к Алексу. Ей нужно отдалиться от него, чтобы спокойно завершить турне. Нельзя забывать о своих прошлых ошибках. Ей, в отличие от ее сестер, не повезло в любви. Она не думала, что вдалеке от дома сможет принять правильное решение. Ей нужна поддержка сестер.

Утром они с Алексом встретились в вестибюле, чтобы поехать на очередное ток-шоу. Табиса напомнила Алексу о книге, которую он обещал Марио.

— Она у меня с собой, — улыбнулся Алекс.

Табиса поспешно отвернулась.

— Хорошо. — И тут же перешла к деталям предстоящего интервью.

— Ты утром звонила Терезе? — вдруг спросил Алекс.

— Да.

— Как они назвали девочку?

— Мариса Энн, — бесстрастно ответила Табиса.

— А какая у нее фамилия?

— Шофилд. Имя прекрасно подходит к фамилии.

А Энн — это имя моей мамы.

— Мариса Энн Шофилд… Мне нравится.

— Обязательно скажу Томми, что ты одобрил, — презрительно сказала Табиса и отвернулась.

Он это заслужил. Ухаживать за Табисой будет нелегко, но это сделает его счастливым. Алекс не мог дождаться, когда закончится это проклятое турне.

После интервью они поймали такси и поехали в ресторан Марио.

— Может, поедим где-нибудь в другом месте? предложила Табиса. — Вчера он не позволил мне заплатить, и…

— Марио очень обидится, если мы не приедем. Я люблю его как родного. Он всегда рад меня видеть.

Не то что отец… Ты же видела моих родителей. Они холодные и бесчувственные.

— Я заметила, — спокойно ответила Табиса.

Алекс вздохнул.

— Поэтому я и стараюсь избегать их. Мне стыдно, что родители не любят меня.

— В этом нет твоей вины. Проблема в них, а не в тебе.

Она не сказала ему ничего нового, но для него было очень важно услышать это от нее.

— Спасибо, — сказал Алекс. Он взял ее руку и поднес к губам. Она тут же выдернула ее.

— Этого я не разрешала!

Пока Табиса смотрела в окно, Алекс подумывал о том, чтобы открыть ей свои чувства. Но он знал, что не должен этого делать. К счастью, такси скоро притормозило у ресторана Марио.

— Посмотри. — Табиса подошла к объявлению. Здесь сказано, что в ресторане будет частный прием и его закроют для других посетителей. Пойдем поищем другое место.

— Нет, дорогая, этот прием устраивается в нашу честь, — пояснил Алекс, открывая дверь и пропуская вперед свою спутницу.

Марио был тут как тут.

— Алекс, Табиса! Входите. Мы вас ждем. Табиса, вы очаровательны.

Табиса покраснела, и Алекс подумал, что сегодня она красива, как никогда.

Алекс обнял Марио, затем обменялся рукопожатиями с несколькими друзьями, которые до сих пор работали здесь официантами. Вдруг он замер, увидев прямо перед собой своих родителей. Отец протянул ему руку, и Алекс пожал ее. Ему стало неловко, Табиса, поздоровавшись с его отцом, обратилась к миссис Майерсон:

— Вчера мы с вами так и не пообщались, миссис Майерсон. Я Табиса Тайлер, агент Алекса. — Она протянула руку, и женщина с видимой неохотой пожала ее.

— Как у вас дела? — вежливо спросила миссис Майерсон.

— Я получаю удовольствие от турне. Алекса везде хорошо принимают. Толпы читателей стоят в очереди за его автографом. Его книга пользуется большим спросом.

— Как это мило, — ответила женщина безразличным тоном.

— Здравствуй, мама, — вежливо произнес Алекс. — Я не знал, что вы тоже будете здесь.

— Марио сказал, что мы должны прийти, — сухо ответил отец.

— Вы еще не видели его книгу? Она просто потрясающая, — вмешалась Табиса.

— Нет, не видели, — без всякого интереса ответила миссис Майерсон.

— Проходите, садитесь, — позвал Марио. — Его голос был полон радости.

Табиса молилась, чтобы ее не посадили рядом с мистером или миссис Майерсон. К счастью, она оказалась между Алексом и Марио. Шеф-повар рассказывал ей о блюдах, которые он приготовил по этому случаю. Время от времени он вставлял замечания, касающиеся Алекса и его родителей. Табиса, словно загипнотизированная, слушала его.

— Они никогда не хотели иметь детей, — прошептал Марио.

Затем он предложил ей попробовать фаршированные грибы. Табиса заверила его, что они просто восхитительны.

— Если бы они не наняли няню, я не уверен, что он бы выжил. Когда ему было восемь, они отослали его в школу-интернат. — Марио подал ей другое блюдо. — Летом я разрешал ему приходить сюда. Он умеет хорошо готовить. Думаю, из него получился бы отменный повар. — Он протянул ей еще одно блюдо.

Табиса с интересом слушала Марио. Она хотела знать об Алексе все.

Марио продолжил:

— После колледжа он открыл здесь практику, а через несколько лет переехал в Форт-Ворс. Уехал отсюда, чтобы не видеть их. — Марио кивнул в сторону родителей Алекса. — Мне его не хватает.

Алекс слегка толкнул ее локтем.

— Эй, что вы там обсуждаете?

— Кухню. И то, что ты отлично готовишь.

— Да. Марио хотел, чтобы я стал шеф-поваром, но я сильно его разочаровал.

— Не глупи, Алекс, он очень гордится тобой.

Он улыбнулся, а затем снова повернулся к своему соседу справа.

— То, что вы рассказали, очень печально, — обратилась Табиса к Марио.

— Да, но он выжил. И сейчас делает большие успехи, не так ли?

— Да, Марио, это так.

— Ах, вот и десерт! Вы должны попробовать Тирамису.

Когда самолет оторвался от земли, Алекс с облегчением вздохнул.

— Ты рад, что Нью-Йорк остался позади?

— Да. Прости меня за то, что тебе пришлось познакомиться с моими родителями, — с хмурым видом сказал он.

— Алекс, ты не отвечаешь за своих родителей. Я просто восхищаюсь тем, как ты смог сам всего добиться без их поддержки.

— У меня был Марио, — пробормотал он.

— Да, он, кажется, настоящий друг.

— Ты ему понравилась.

Будто это имеет какое-то значение, подумала Табиса. Ничто не имеет значения, пока Алекс продолжает думать о Дженни.

— С ним легко общаться, — все же согласилась она и поправила бумаги, лежащие у нее на коленях. — Ну что, вперед, покорять Филадельфию. Твоим интервьюером будет…

Завершив турне в Атланте, они заблаговременно отправились в аэропорт, чтобы успеть на свой рейс.

Табиса гордилась собой. Но не из-за успешного турне, а из-за того, что ей удалось скрыть свои чувства.

Это было нелегко. Алекс, когда хотел, мог быть просто очаровательным. Однако, несмотря на сильное желание, Табиса оставалась непреклонной. Она не собиралась, подобно Терезе, страдать из-за разбитого сердца. Не собиралась забеременеть. Она должна думать о своей карьере. К тому же Мона попросила ее продолжить работать с ней, сопровождать перспективных клиентов.

После Алекса ей все нипочем.

— Я рад, что мы возвращаемся домой.

— Да, это было долгое турне, но ты отлично поработал. Твой издатель будет доволен.

— Надеюсь. Страшно подумать, что я потратил впустую столько времени и сил… Но это ни в коем случае не относится к тебе, Табиса, — поспешно добавил Алекс.. — Ты была на высоте.

— Спасибо. — Она встала. — Пойду закажу чашку кофе. Тебе принести?

— Я пойду с тобой, — сказал он, поднимаясь.

— Лучше присмотри за вещами.

— Хорошо, тогда принеси.

Отделавшись от него, Табиса вздохнула с облегчением. Это турне никогда не кончится!

Через пятнадцать минут она вернулась с двумя чашками кофе.

— Я уж думал, ты заблудилась. Скоро начнется посадка, — с укором произнес Алекс, наблюдая за служащими аэропорта, собравшимися у кассы.

— Внимание, пассажиры рейса шесть-ноль-один до Форт-Ворс в штате Даллас! — раздался голос из динамиков. — К сожалению, по техническим причинам отправление самолета задерживается. Просим вас соблюдать спокойствие.

— А разве у нас есть выбор? — проворчал Алекс.

— Очевидно, нет, — ответила Табиса. Ей не хотелось ни одной лишней минуты торчать в аэропорту с Алексом. — Пойду пройдусь. Я устала целый день сидеть.

— Не уходи далеко. Вдруг они найдут другой самолет. Мне бы не хотелось оставлять тебя здесь, — поддразнил Алекс.

— Хорошо. Я тоже не хочу оставаться.

Табиса медленно шла по дорожке, изучая витрины магазинов, продающих всевозможные сувениры. Но у нее не было настроения делать покупки. Она хотела вернуться домой. Оказаться подальше от Алекса.

Увидеться со своей семьей…

— Внимание, пассажиры рейса шесть-ноль-один.

Мы вынуждены сообщить вам, что ваш рейс отменяется. Следующий самолет с посадкой в Форт-Ворс отправится через час. Пожалуйста, подойдите к кассе в порядке очереди, и мы…

Диспетчеру не было необходимости заканчивать фразу Пассажиры бурным потоком понеслись к кассе.

Табиса застонала. Она окажется последней в очереди, и ей не достанется ни одного билета!

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Вдруг Табиса вспомнила о сотовом телефоне.

Вытащив его из сумочки, она позвонила в аэропорт и попросила забронировать два места на следующий рейс. Служащая сказала, что ей удалось забронировать один билет на рейс через час и еще один на следующий.

Или оба билета на второй рейс.

Табисе не потребовалось много времени, чтобы принять решение.

— Мой клиент полетит следующим рейсом, а я — восьмичасовым.

— Я забронировала для тебя место на следующий рейс, — сказала она Алексу пять минут спустя.

Он перевел взгляд с нее на толпу возле касс.

— Как тебе это удалось?

— Позвонила по сотовому.

— Значит, нам придется ждать всего час? Хорошо сработано, Табиса, — очаровательно улыбнулся Алекс.

Табиса отвернулась.

— Нет. Было только одно место. Я полечу следующим рейсом.

— Я подожду, и мы полетим вместе, — возразил он.

— В этом нет необходимости. Я уже обо всем договорилась.

— Но я же знаю, как тебе хочется вернуться домой и познакомиться с маленькой Марисой. Может, лучше сначала полетишь ты, а я подожду?

— Это очень великодушно с твоей стороны, но давай оставим все как есть. Не хочешь перекусить? У нас в запасе целый час.

— Хорошая идея.

Так как рестораны аэропорта были переполнены, им пришлось съесть по сэндвичу прямо в зале ожидания.

— Наша последняя совместная трапеза проходит в напряженной обстановке, — заметил Алекс.

— Прошу прощения.

Алекс нахмурился.

— Я не жалуюсь, Табиса. Разделять трапезу с тобой приятно в любой обстановке. Давай выпьем за то, чтобы это случалось почаще, — сказал он, поднимая банку с содовой.

Табиса без особого энтузиазма чокнулась с ним своей банкой с диетической колой.

— Как продвигается книга? Тебе удалось что-нибудь написать?

Алекс кивнул.

— Ну, пока это только черновик. Нужно пересмотреть некоторые части сюжета. Но я считаю, она выражает важную идею.

— Уверена, что так и есть.

— После того как я закончу ее, ты выскажешь свое мнение?

— Я? Но я не эксперт в области психологии.

— Я пишу книгу не для психологов, а для простых людей, которые переживают тяжелую потерю. Я хочу помочь им.

Табиса знала, что он говорит о своем личном горе, и ее сердце невольно устремилось к нему. Чтобы сдержать свои чувства, она закусила нижнюю губу.

— Думаю, я могла бы. Если только не уеду в очередное турне.

— Значит, ты решила заняться рекламой?

— Просто хочу попробовать еще раз. И буду продолжать разрабатывать видеопрограммы. Думаю, на большее меня не хватит.

— Но это и так довольно много, — заметил Алекс. — А у тебя останется время на личную жизнь?

— Возможно, — уклончиво ответила Табиса, желая сменить тему разговора. — Скоро начнется посадка. Тебе надо подтвердить бронь.

— Ты действительно хочешь лететь одна?

— Да, — твердо ответила она.

Если Алекс улетит без нее, она наконец сможет расслабиться. Потому что ее не будут искушать эти губы, сводить с ума прикосновения.

Алекс нахмурился, но все же взял у нее свой билет и пошел к кассе. Табиса тревожно наблюдала за ним. Ей хотелось поскорее убедиться, что он улетит первым рейсом.

Все еще хмурясь, он вернулся и сел на свое место.

— Какие-то проблемы?

— Нет. Со мной все решено. Я просто хотел убедиться, что ты не будешь скучать здесь одна. Твой рейс только через несколько часов.

— Мама и Джоэл встретят меня. Я провожу тебя и позвоню им. А тебя встретит Мона.

— Этого не нужно.

Табиса достала телефон и позвонила Моне. Она пообещала заехать на следующий день к ней в офис, чтобы обсудить турне и поговорить о будущем сотрудничестве.

— Мона вызовет такси и встретит тебя. Ей надо убедиться, что все прошло благополучно.

— Вы встречаетесь с ней завтра?

Табиса кивнула.

— Мне тоже заехать?

— Нет, не надо, но спасибо за предложение.

— Когда мы увидимся снова?

Она вздрогнула и уставилась на него, затем спросила с иронией:

— А ты не устал от меня за несколько недель?

— Я серьезно, Табиса. Я не хочу терять с тобой связь. А ты?..

Объявление посадки спасло Табису от ответа на этот вопрос.

— Тебе пора. Желаю хорошо долететь.

Алекс встал. Затем, прежде чем Табиса смогла понять его намерения, наклонился и поцеловал ее.

— Увидимся дома, — сказал он и зашагал к турникетам.

Табиса провожала его глазами, полными слез.

Черт бы его побрал! Он постоянно нарушал правила.

К счастью, ей больше не придется иметь с ним дел.

Но ей будет не хватать его. Им было хорошо путешествовать вместе, за исключением тех дней, когда он вспоминал Дженни. Он подарил ей много незабываемых минут.

Табиса неподвижно сидела и ждала, когда взлетит самолет. Убедившись в том, что Алекс улетел, она подтвердила бронь. До ее рейса оставалось два часа.

Найдя тихое местечко, она позвонила матери:

— Я в аэропорту в Атланте. Буду не раньше десяти. Не могли бы вы с Джоэлом встретить меня?

— Конечно, мы приедем за тобой, — сказала Энн. — У тебя все в порядке? Мы должны будем отвозить твоего клиента?

— Нет, мне удалось достать ему билет на предыдущий рейс. О нем позаботится Мона.

— Хорошо. Но боюсь, будет уже поздно идти смотреть малышку.

— Я и не собиралась делать это сегодня.

— Хорошо, дорогая. Увидимся.

Теплый голос матери немного ободрил ее, но также напомнил о родителях Алекса…

Алекс летел первым классом, но настроение у него было ужасное. Он привык, что рядом всегда была Табиса. Хмурое выражение лица сменилось улыбкой, когда он вспомнил их первую встречу. В тот день он, не раздумывая, променял бы ее на Мону. Но не сейчас.

Ему нужно закончить книгу! Но сперва необходимо воссоединиться с Табисой. Он знал, где ее искать.

У Моны.

Кроме того, в телефонной книге не так уж много Табис Тайлер. Он может позвонить ей вечером и спросить, как она добралась. Потом начнет потихоньку ухаживать за ней. Надо действовать осторожно. Ведь он убедил ее, что до сих пор любит Дженни.

Алекс любил и всегда будет любить Дженни, с ее душевной теплотой и жизнерадостностью. Если бы она была жива, он бы никогда не оставил ее.

Но ее больше нет.

К большому удивлению Алекса, в его сердце нашлось место для красивой блондинки. Дженни была его прошлым, Табиса — его будущим.

Все, что ему нужно сделать, — убедить в этом Табису.

Этим утром Табиса позволила себе поспать подольше. Она встала в девять и приняла душ. В окружении хорошо знакомых вещей она испытала облегчение. Вчера мама и Джоэл тепло встретили ее, но это лишь немного притупило боль.

Табиса приготовила себе чай с тостами и принялась разбирать почту. Среди рекламных проспектов она нашла несколько восторженных писем от женщин, которые благодаря ее пособиям сбросили лишний вес и смогли начать новую жизнь. Табиса была рада этим письмам и отложила их, чтобы позже на них ответить. Затем она не спеша допила чай и оделась.

В одиннадцать она прибыла в офис Моны.

— Как ты себя чувствуешь? — перво-наперво поинтересовалась Табиса.

Мона, обе ноги которой до сих пор были в гипсе, широко улыбнулась и заключила подругу в объятия.

— Намного лучше. А благодаря тебе и дела идут хорошо. Я просто сгораю от нетерпения узнать, будешь ли ты работать со мной, — сказала Мона.

— Частично.

Мона удивленно взглянула на нее.

— Я буду работать с тобой во время школьных каникул, — объяснила Табиса. — Знаю, мне нужно еще многому научиться, но, надеюсь, ты мне поможешь.

— Дорогая, чему тебя учить? Вчера вечером доктор Майерсон пел тебе дифирамбы. Правда, он сказал, что поначалу тебе с ним было трудно. Были проблемы?

— Нет, — соврала Табиса, прогнав воспоминания.

— Ну и замечательно, потому что я планирую новое турне. Оно продлится всего две недели. Ты согласна?

— Конечно. Хотя сначала мне нужно познакомиться с самым младшим членом нашей семьи и немного отдохнуть. Когда оно начнется?

— Не раньше чем через десять дней. Этого достаточно?

— Да, вполне. Кого я должна сопровождать?

Некоторое время они говорили о делах, затем Мона предложила перекусить.

Вскоре они уже сидели в небольшом ресторанчике. Сделав заказ, Мона посмотрела на Табису:

— Мне нужно кое о чем тебя спросить.

— О чем?

— Прошлым вечером доктор Майерсон попросил у меня номер твоего телефона. Сказал, что хочет позвонить и спросить, как ты добралась. Я сказала, что не могу дать номер без твоего согласия.

— Спасибо, — произнесла Табиса, опустив взгляд.

— Но зачем ему твой номер?

— Он хочет поддерживать отношения со мной.

— Значит, мне следовало…

— Нет! Ты поступила правильно. — Табиса глубоко вздохнула — Ты ведь знаешь, мистер Майерсон очень любит свою умершую жену.

— Я знаю, он был… — начала Мона, но вдруг остановилась. — По дороге домой он ни разу не упомянул о ней. Может, уже смирился с ее смертью?

Табиса покачала головой.

— Скорее всего, работа над новой книгой полностью завладела его вниманием.

— В этом мы с ним похожи. Ой, я еще не похвалила тебя за то, как ты все уладила с тем сумасшедшим в Детройте! Я слышала, тебя хотели переманить.

— Как ты узнала? — удивилась Табиса.

— Менеджер телестудии позвонил сюда. Искал тебя. Когда он сказал, что ему нужно, я ответила, что уже опередила их. Впрочем, если ты хочешь работать на телевидении…

— Спасибо, Мона, но я не поеду в Детройт. Я человек домашний.

Мона облегченно вздохнула.

— Ты не представляешь, как я рада это слышать!

Табиса рассмеялась.

— Помни, я еще не обещала работать на тебя круглый год. Хотя в понедельник мы можем начать готовиться к следующему турне.

— Здорово. Я уже проделала основную работу Тебе предстоит встретиться с теми же самыми журналистами. Кстати, многие из них звонили мне и хвалили твою работу.

— Очень мило с их стороны.

— Я ожидала звонка Хелен, но она так и не позвонила. С ней были какие-то проблемы?

— Хелен Уилсон из Сан-Франциско? Она твоя подруга?

— Нет, просто знакомая. Она снова в списке интервьюеров.

— Слава богу, что на этот раз мой клиент женщина, — пробормотала Табиса.

Алекс уставился в телефонный справочник. Ни одной Табисы Тайлер!

Что, черт возьми, происходит?

Иного выхода у него не было. Он поднял трубку и набрал номер Моны. Когда та ответила, он тепло ее поприветствовал.

— Хотел поблагодарить вас за то, что вчера встретили меня в аэропорту, — неуверенно начал он.

— Не стоит, доктор Майерсон.

— Зовите меня Алекс.

— С радостью. Кстати, могу я использовать ваше имя для рекламы своего агентства?

— Конечно. Я очень доволен вашей работой.

— Рада это слышать, Алекс.

— Э-э… могу я поговорить с Табисой?

— Извините, Алекс, но она уже ушла. Будет в понедельник. Тогда я попрошу ее позвонить вам. А сейчас пусть немного отдохнет от работы.

— Я не собираюсь загружать ее работой. Просто хочу узнать, все ли у нее в порядке. — Алекс задержал дыхание, ожидая решения Моны.

— И все же пусть она сама позвонит вам в понедельник. Вы будете дома?

— Да, я буду дома, — пробормотал он и повесил трубку.

Снова ничего.

Что еще он знает о Табисе, что поможет ему разыскать ее? Шофилд. Это была фамилия мужей ее сестер.

Он снова открыл справочник. Шофилд. Он нашел Джеймса Шофилда и набрал номер.

— Ассоциация дипломированных бухгалтеров, ответила женщина.

— Джима Шофилда, пожалуйста.

— Извините, но с сегодняшнего дня мистер Шофилд работает дома. Ему что-нибудь передать?

— Не могли бы вы дать ему мой номер и попросить, чтобы он мне позвонил? Скажите, это касается Табисы.

— Хорошо. Назовите ваше имя и номер телефона Сделав это, Алекс спросил:

— Не могли бы вы позвонить ему прямо сейчас?

— Да, сэр.

Через пару минут зазвонил телефон, и Алекс тут же схватил трубку.

— Это доктор Майерсон? Вы просили меня позвонить вам.

— Мистер Шофилд, я клиент Табисы. Я забыл взять у нее ее номер. Хочу позвонить ей и узнать, как она добралась домой. Не могли бы вы дать мне его?

— Гмм, не думаю, что я мог бы сделать это без согласия жены.

— А ваша жена дома?

— Нет, но скоро вернется. Я мог бы…

— Я могу с ней встретиться?

Что-то в его голосе насторожило Джима.

— Это так срочно?

— Да, это срочно.

— Что ж, приезжайте к нам. — Джим назвал адрес Повесив трубку, Алекс достал карту города, чтобы уточнить дорогу. Будет полезно встретиться с зятем Табисы. Пусть он узнает, что сестру его жены ищет не какой-нибудь чокнутый поклонник, а уважаемый профессионал.

После ленча с Моной Табиса поспешила к Томми, чтобы наконец познакомиться с племянницей.

— Табиса! Заходи! — воскликнула Томми и заключила сестру в объятия.

— Надеюсь, я тебя не разбудила? — спросила Табиса.

— Нет. Ну расскажи мне скорее, как прошло турне. Впрочем, подожди, я пообещала Терезе, что позвоню ей, когда ты придешь, — сегодня вечером я устраиваю семейный ужин.

— Можно мне взглянуть на Марису, пока ты звонишь Терезе?

— Конечно. Она наверху.

Сгорая от нетерпения увидеть малютку, Табиса быстро поднялась по лестнице. Войдя на цыпочках в детскую, она встала рядом с кроваткой и посмотрела на малышку, завернутую в розовое одеяло. Когда Табиса увидела эти длинные темные ресницы, румяные щечки, ее сердце растаяло.

— Какая ты сладкая! — прошептала она.

Услышав, что ее зовет Томми, Табиса спустилась вниз.

— Мариса просто прелесть!

— Я знаю, — широко улыбаясь, ответила Томми. — К чему ложная скромность?

Они снова обнялись, затем дошли в гостиную.

— Садись, я пойду сварю кофе. Я испекла огромный пирог с сыром. Ты похудела, поэтому получишь самый большой кусок.

— Я не похудела! — возразила Табиса. — Ну, если только совсем чуть-чуть. Путешествовать — тяжелая работа.

Раздался стук в дверь.

— Это Тереза. Пойду открою. — Табиса кинулась к двери. — Тереза! — радостно воскликнула она и обняла сестру. — Я так рада, что ты зашла! Как ты? — Табиса с любовью посмотрела на Терезу. — Отлично выглядишь! Как ты этого добилась?

— Использовала кое-чьи видеокассеты. Результат оказался просто потрясающим, — ухмыльнулась Тереза.

Табиса улыбнулась в ответ.

— Рада, что они тебе пригодились.

Они прошли на кухню, где их ждали кофе и пирог.

— А сейчас, — потребовала Томми, — ты расскажешь нам все об Алексе и о том, что между вами происходит.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Алекс припарковал автомобиль рядом с одноэтажным домом, защищенным от летней техасской жары сенью деревьев. Он вылез из машины и подошел к парадной двери. Его сердце бешено билось.

Нажав на кнопку звонка, Алекс стал думать, как убедить Терезу дать ему номер Табисы.

Вдруг открылась дверь, и на пороге появился мужчина с детской пеленкой на плече.

— Вам кого? — спросил мужчина. — Если вы что-нибудь продаете, спешу вас разочаровать…

— Нет. Я доктор Алекс Майерсон, психолог, с которым Табиса ездила в турне.

— Извините. Здравствуйте. — Джим хотел пожать гостю руку, но вдруг раздался детский плач. — Черт!

Заходите. Я только схожу проверю… — Мужчина быстро зашагал по коридору.

Алекс вошел в прихожую, чувствуя себя не в своей тарелке. Но не ждать же на пороге! Он закрыл за собой дверь.

— Не могли бы вы пройти сюда? — позвал Джим.

Алекс пошел туда, откуда раздался голос, и очутился в детской.

— Я готовил мальчиков к купанию, перед тем как накормить и уложить спать, — пояснил Джим. — Не возражаете, если мы поговорим, пока я буду их купать?

— Конечно, нет. Во-первых, я хочу извиниться за свое вторжение. Очень мило с вашей стороны, что вы позволили мне прийти.

Джим пристально смотрел на гостя. Вдруг один из малышей снова заплакал. Подняв ребенка, он опустил его в пластмассовую ванну, стоявшую на столе.

Второй малыш продолжал плакать, и Джим попросил Алекса:

— Не могли бы вы взять Томми на руки? Он перестанет плакать, и мы сможем спокойно поговорить.

Взять на руки младенца? Алекс никогда прежде не делал этого. Он медленно подошел к кроватке и посмотрел на малыша. Тот неистово сучил ручками и ножками.

Очень осторожно Алекс просунул одну ладонь ему под спинку. Он где-то слышал, что нужно поддерживать головку. Когда Алекс взял малыша на руки, тот успокоился.

Джим купал второго близнеца, одновременно наблюдая за Алексом и Томми.

— Не привыкли к младенцам?

— Нет. Я правильно делаю?

Джим усмехнулся.

— Он ведь перестал плакать, не так ли? Значит, правильно… Итак, почему Табиса не дала вам свой номер?

— Я не успел попросить ее об этом. В последнюю минуту все изменилось, и мы отправились домой разными рейсами. Надеюсь, я смогу уговорить Терезу дать мне ее номер.

Джим с подозрением посмотрел на него.

— Вы знаете Терезу?

— Нет, мы никогда не встречались, но я видел вас обоих на фотографиях в тот вечер, когда родилась Мариса. Я просил ее номер у Моны, но та сказала, что должна сначала спросить разрешения Табисы.

Она предложила мне перезвонить ей в понедельник, когда Табиса будет в офисе.

— Но вы не захотели так долго ждать?

Алекс вздохнул. По крайней мере, хоть кто-то понял его.

— Нет. Видите ли, моя жена…

— Вы женаты? — резко спросил Джим. В его глазах загорелись искры гнева.

— Нет, я не женат.

— Но вы сказали, ваша жена…

— Моя жена умерла год назад.

— О… — Джим ополоснул своего младшего сына и завернул его в банное полотенце с капюшоном. Давайте меняться.

Возня с младенцами перепугала Алекса до смерти.

— Наденьте на него подгузник, прежде чем будете вытирать его. Дети такие непредсказуемые, — объяснил Джим, снова ухмыляясь. — Кстати, это Джонни.

Алекс все сделал в точности так, как сказал ему Джим.

— Хорошо, теперь можете вытирать его. Только делайте это тщательнее, а то он может простудиться.

Вытерев извивающегося ребенка, Алекс спросил:

— Застегнуть ему подгузник?

— Да. Знаете, вот эта часть с прокладкой должна быть спереди.

— Хорошо.

— А у девочек она сзади. Сейчас изготавливают специальные подгузники для мальчиков и для девочек.

— Я не знал.

Джим захихикал, но ничего не сказал.

Когда Алекс закрепил подгузник Джонни, Джим велел ему надеть на малыша махровый костюмчик.

Это оказалось еще труднее, чем надеть подгузник, но Алекс уже попривык.

Алекс закончил, и Джим передал ему второго сына:

— Не могли бы вы проделать то же самое с Томми, пока я приготовлю им бутылочки? Тогда мы сможем нормально поговорить. — Джим направился к двери.

— А как быть с Джонни? — запаниковал Алекс.

— Пусть лежит в кроватке. Они еще не могут вставать, им всего по четыре месяца.

Алекс подошел к кроватке Томми. Один раз у него получилось. Должно получиться и во второй. Вытерев Томми и надев на него подгузник, Алекс обрел наконец присутствие духа.

Застегивая подгузник, он почувствовал, что Томми уже помочился в него. Не зная, куда положить грязный подгузник, Алекс достал чистый и сравнительно быстро надел на Томми.

— Хорошо, малыш. Теперь мне осталось одеть тебя, как твоего братика.

Алекс заметил, что костюмчик у Томми был зеленого цвета, а у Джонни — голубого. Хорошо придумано. Так их не перепутают.

Вернулся Джим:

— Вы уже закончили?

— Да, — гордо улыбнулся Алекс.

— Хорошо. Теперь возьмите одного и идите за мной в маленькую комнату. Там есть два кресла-качалки.

Это вам понадобится, — Джим повесил Алексу на плечо чистую пеленку.

Алекс взял на руки Томми и последовал за Джимом, который нес Джонни.

— Вы так умело обращаетесь с младенцами, заметил Алекс, сидя в одном из кресел.

— Этому быстро научишься, если некуда деваться. Когда Терезу выписали из роддома, ей нужно было отдохнуть, и я подумал, что мог бы помочь с детьми.

Тогда я не знал, на что иду… А сейчас вставьте соску ему в рот и приподнимите бутылочку так, чтобы молоко постоянно попадало в соску.

Алекс сделал все в точности так, как учил Джим.

— Теперь можете рассказать мне о вас с Табисой.

Алекс начал свой рассказ, который, благодаря многочисленным вопросам Джима, длился добрых полчаса.

Наконец Джим сказал:

— Да, парень, ты сам все испортил.

— Знаю. Но я не могу ничего исправить, не поговорив с ней.

— Ты прав. Теперь детям пора отрыгнуть. Прислони его к плечу и похлопай по спине, пока он не рыгнет… Молодцы, мальчики! — нежно сказал Джим. Сейчас мы уложим их и позвоним Питу.

Проведя два часа у Томми, Табиса вернулась домой. После разговора с сестрами ей, как обычно, стало немного легче. Они всегда понимали друг друга с полуслова, и Табиса даже не пыталась от них что-либо утаить. Она объяснила им, почему между ней и Алексом ничего не было и не могло быть. Алекс все еще горевал о своей умершей жене. Она не собиралась бороться за вето с призраком, наперед зная, что, проиграет эту битву. К чему лишние страдания?

Наконец разговор сестер перешел на ее карьеру.

Табиса сообщила, что продолжит работать в школе, а во время летних каникул будет помогать Моне.

Вчера по дороге из аэропорта она уже обсудила это решение с матерью. Значит, вечером можно будет спокойно отдохнуть в кругу семьи.

Алексу непременно понравился бы предстоящий вечер. У него никогда не было такой большой дружной семьи. Даже Дженни не смогла дать ему этого.

Нахмурившись, Табиса открыла кран с водой.

Сейчас она примет теплую ванну и постарается не: думать об Алексе.

Раздевшись, она легла в ванну, но расслабиться так и не смогла. Она представляла себе, как он сидит за столом, работая над новой книгой. И совсем не думает о ней.

Табиса начала напевать про себя песни, под которые собиралась записать новые упражнения. Ей хотелось как можно скорее приступить к работе.

Алекс сказал бы…

— Стоп! — велела она себе.

О чем бы она ни думала, ее мысли все равно возвращались к нему.

Табиса вылезла из ванны и вытерлась. Что бы ей надеть? Ее выбор остановился на голубом цветастом платье. Ведь сегодня Мариса познакомится со своей тетей Табисой, и ей хотелось произвести хорошее впечатление.

Зазвонил телефон. Подняв трубку, Табиса услышала голос матери:

— Джоэл подумал, что нам лучше заехать за тобой, тогда тебе не придется ехать обратно одной.

— Это очень мило с его стороны, но зачем…

— Дорогая, женщине опасно ехать одной поздно вечером. За последнее время участились случаи ограбления женщин-водителей. Соглашайся, чтобы мы не беспокоились.

— Ради вашего спокойствия я согласна. Во сколько мне нужно быть готовой?

— Мы заедем за тобой в семь пятнадцать. Томми и Пит ждут нас к половине восьмого.

— Я хотела приехать немного пораньше, чтобы помочь, — сказала Табиса.

— Твоя помощь не понадобится. Пит уже заказал ужин в нашей любимой шашлычной. Тереза с Джимом должны привезти десерт. Ты же знаешь, для таких встреч мы особо много не готовим.

— Звучит заманчиво. Я уже шесть недель не ела хорошего шашлыка, — заметила Табиса.

Положив трубку, она продолжила одеваться. До приезда матери и Джоэла еще целых полчаса.

Уйма времени…

Нет! Она не собирается снова грезить об Алексе.

Вместо этого Табиса стала думать о своих сестрах, о том, как им повезло. У них замечательные мужья, чудесные дети.

Табисе тоже хотелось быть счастливой в браке.

Но возможно ли это? За все эти годы Алекс был единственным мужчиной, которому удалось взволновать ее. Что, если она вообще никого не найдет? Нет, это же смешно! Неужели на всем белом свете не найдется хотя бы одного достойного мужчины, который будет свободен?

Табиса выпятила подбородок. Ну что ж, если она никого не найдет, то будет просто наслаждаться жизнью. Жить на полную катушку. Будет самой лучшей тетей для своих племянников и племянницы.

Табиса, как обычно, чуть-чуть подкрасилась. Затем расчесала волосы, и они рассыпались по плечам золотистыми волнами.

Бросив последний взгляд в зеркало, Табиса осталась довольна своей внешностью. Молодая женщина надела босоножки, взяла сумочку и ключи и подошла к окну.

Через пару минут показался седан Джоэла.

— Вы отлично рассчитали время, — сказала Табиса, проскользнув на заднее сиденье. — Я только что закончила собираться.

— Ты же знаешь, по нам можно сверять часы, — с улыбкой проговорила Энн.

Джоэл просто улыбнулся в зеркало заднего вида.

Он был немногословен, но поддерживал жену во всем. Можно было не сомневаться в том, что он любил тройняшек Энн, как родных детей;

— Джоэл, ты уже привык к роли дедушки троих внуков? — улыбнулась Табиса.

— Разве твоя мама и Эвелин дадут к ней привыкнуть?

— Я собираюсь отвоевать у них малышей.

Можешь присоединиться ко мне. Мы никому их не отдадим, — поддразнивала его Табиса.

— Леди, вы напрашиваетесь на неприятности, — ответила Энн. — Мы с Эвелин будем защищать наших внуков.

— Мы с Джоэлом сможем позаботиться о них, правда, Джоэл?

— В этом можешь быть уверена. Но я не могу бороться с твоей матерью, Табиса. Ты же знаешь.

— Хорошо, Джоэл, но я сдаваться не собираюсь.

— Тебе пора иметь своего ребенка, — внезапно сказал Джоэл. — Тогда Эвелин не стала бы претендовать на твоего малыша, а мама уделяла бы ему только четверть времени.

— Отличная идея. — Табиса вымученно улыбнулась. — Думаю, пора приступить к выполнению этого плана.

— Но не так, как Тереза, ладно? — поспешно добавила Энн. — Сначала выйди замуж.

— Не беспокойся, мама, выйду.

Табиса отвернулась и закрыла глаза, чтобы сдержать слезы. Она больше не будет думать об Алексе!

Как она может хотеть выйти за него замуж? Ведь она едва знает его. Алекс натура сложная. Он обладал красивой внешностью, но не только это влечет к нему людей. У него добрая душа и ранимое сердце.

Его действия во время съемки в Детройте были красноречивее всяких слов.

Она может позвонить ему на следующей неделе и спросить, что новенького у Даниэля и Кертиса.

Наверное, он уже говорил с ними по телефону…

— Табиса!

— Да, мама? — спросила она, внезапно вернувшись к реальности.

— Мы приехали. Ты не собираешься выходить из машины?

— Ой, да, конечно, — поспешно сказала Табиса, надеясь, что мама не заметила перемены в ее настроении. — Я что-то не вижу машины Терезы и Джима, заметила она. — Мы приехали раньше их. Я звонила Терезе и предлагала самой заехать за десертом, но она отказалась.

— Я тоже предлагала, но она сказала, что это не проблема. Джим с сегодняшнего дня работает дома и может ей помочь. Он отлично управляется с мальчиками.

— А Пит с Марисой?

Энн захихикала.

— Он до смерти боится, что сделает ей больно. Но Томми учит его.

Джоэл позвонил в дверь.

Открыл улыбающийся Пит.

— Вы первые. Проходите. Томми наверху — одевает Марису.

— Спасибо, Пит, — сказала Энн. — Тебе помочь?

— Нет. Все уже готово.

— Тогда мы с Табисой пойдем посмотрим, не нужна ли помощь Томми.

Джоэл и Пит наблюдали, как Энн и Табиса поднимаются по лестнице.

— Энн и моя мама, наверное, соревнуются, кто больше времени проведет с Марисой, — сказал Пит.

— Бабушки все такие, — улыбнулся Джоэл. — Если они начнут тебе надоедать, просто скажи им об этом.

— Нет, я поступлю умнее. Когда мне надоест менять подгузники, я позову их, а мы с Томми отдохнем.

Раздался звонок, и Пит помчался открывать.

Пришли его мать, Тереза и Джим с детьми.

— Как у вас дела?

— Просто замечательно, — ответила Эвелин, обнимая Пита. — А где Томми с Марисой?

— Здесь! — донесся сверху голос Томми.

Через минуту хозяйка спустилась вниз.

— Проходите в большую комнату. Ой, Тереза, мальчики так подросли за неделю!

Томми проводила всех в гостиную, которая примыкала к кухне. Энн передала Марису Табисе. Табиса любовалась крошечной девочкой, которая внимательно смотрела на нее своими голубыми глазками.

— Разве она не красавица? — прошептала Эвелин, заглянув Табисе через плечо. — До нее я имела дело только с мальчиками. Я думаю, Мариса самый чудесный младенец на свете.

— Я тоже, Эвелин.

Обе женщины проследовали за остальными в большую комнату и сели рядышком на диване.

Вдруг снова раздался звонок в дверь.

— Ой, я совсем забыл! Я пригласил на ужин одного своего друга, — сказал Пит, выходя из комнаты.

Табиса не слышала его слов, так как ее вниманием полностью завладела Мариса, которая улыбалась своей тете.

— Интересно, кого пригласил Пит? — спросила Эвелин.

Ее вопрос остался без ответа.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Алекс вошел в прихожую.

— Спасибо за то, что пригласил меня, Пит.

— Надеюсь, все пройдет гладко. Томми нельзя волноваться, — пробурчал Пит.

— Хочешь, чтобы я ушел? — мягко спросил Алекс. Если ты думаешь, что из-за меня у вас возникнут проблемы…

— Не надо. Прости меня за ворчливость. Заходи.

Глубоко вдохнув, Алекс последовал за хозяином.

Днем, когда Пит присоединился к ним с Джимом, они втроем решали, как им лучше поступить. В конце концов Пит решил, что Алекс должен прийти на семейный ужин.

Дверь в гостиную была открыта, и Алекс увидел Табису, сидящую на диване с ребенком на руках. Он никогда не видел ничего прекраснее.

Пит откашлялся, и все, кроме Табисы, посмотрели на него.

— Я хочу представить вам доктора Алекса Майерсона.

— Алекс?.. — Табиса уставилась на вошедшего.

Уж не сон ли это?

— Добрый вечер, Табиса.

— Дорогая, это тот мужчина, которого ты сопровождала во время турне? — спросила Энн.

— Да, но я не знала, что он знаком с Питом…Ты не был знаком с Питом! Ты же спросил меня фамилию Марисы!

— Это правда. Я познакомился с ним и Джимом только сегодня.

— Как? — воскликнула Табиса.

Томми встала и взяла мужа под руку.

— Мне тоже было бы интересно это узнать.

— Джим? — нежно позвала Тереза. — Когда вы познакомились с Алексом?

— Сегодня днем.

— Но ты же сидел дома с детьми.

— Да, но…

— А ты работал, — сказала Томми Питу. — Как вы оба познакомились с ним?

Алекс не мог позволить, чтобы его новые друзья приняли огонь на себя. Он сделал шаг вперед.

— Признаюсь, я не смог выведать у Моны номер телефона Табисы. Она попросила меня подождать до следующего понедельника. Но я не хотел ждать. Я позвонил в офис Джима и попросил, ;чтобы он мне перезвонил. Затем пришел к нему домой.

— Он помогал мне купать мальчиков, — добавил Джим, — и все мне рассказал. Я позвал Пита, и мы подумали, что было бы правильно пригласить его на ужин.

После того, как Джим закончил, воцарилась тишина. Алексу все еще казалось, что он здесь лишний. Но Энн, которую он сразу же узнал по фотографии, встала и протянула ему руку.

— Доктор Майерсон, добро пожаловать на наш семейный ужин.

— Спасибо, миссис… Простите, я знаю только ваше имя.

Джоэл поднялся и тоже протянул ему руку.

— Все в порядке. Я Джоэл Андерсон, ее муж. Но пожалуйста, зовите меня Джоэл.

— Спасибо. А вы меня — Алекс.

— Вы врач? — спросила все еще немного озадаченная Эвелин.

— Почти. Я психолог, — объяснил Алекс.

Затем он познакомился с сестрами Табисы.

— Табиса говорила мне, что вы тройняшки, но мне было трудно представить себе одновременно трех Табис Тайлер. Вы все такие красивые!

— Вы сделали первый шаг к тому, чтобы нам понравиться, — со смехом сказала Томми.

— А второй — быть добрым к Табисе, — добавила Тереза.

Табиса покраснела.

— Алекс всего лишь , мой друг. Нам было хорошо путешествовать вместе.

— Да, мы хорошо поработали. Вспомни Детройт.

Табиса кивнула, но ничего не сказала.

— А что было в Детройте? — поинтересовался Джим.

— Табиса не рассказывала вам? — Алекс удивленно посмотрел на нее, но она лишь пожала плечами.

Он повернулся лицом к остальным. — Какой-то мужчина прервал мое интервью.

— Да? Табиса ничего не говорила, — удивилась Энн.

— Алекс отлично все уладил, поэтому никто не пострадал.

— Но тебе ничто не угрожало? — спросил Джоэл;

— Не угрожало, пока она не спустилась на сцену со своим блестящим предложением, — произнес Алекс, улыбаясь Табисе.

— Когда я вмешалась, Алекс уже держал ситуацию под контролем. Он образумил мужчину, потом ведущий расплакался и признался, что сам тяжело переживает развод. Это было очень полезное интервью.

— Его показывали по телевизору? — спросил Пит. — Мы ничего не видели.

— Нет, эфир заполнили ранее записанной программой. Табиса посоветовала менеджеру студии оплатить обоим психологическую консультацию, а затем в каждой передаче рассказывать об их успехах.

— Ты разговаривал с ними? — спросила Табиса.

— Да. Сегодня утром я звонил в студию. У них все идет отлично.

— Теперь, когда мы во всем разобрались, пора приступить к ужину. Джентльмены, прошу вас присоединиться ко мне, — сказал Пит.

Алекс вопросительно посмотрел на него:

— Мне тоже?

— Конечно. Пусть женщины сегодня отдохнут.

Помоги Джиму расставлять посуду.

— Слушаюсь, сэр, — пошутил Алекс.

Пока мужчины занимались ужином, женщины возились с детьми. Табиса передала Марису Эвелин и взяла на руки Томми. Энн держала Джонни.

Играя с Томми, Табиса украдкой наблюдала за Алексом. Кажется, он поладил с мужской частью их семьи.

— У Алекса есть опыт в обращении с маленькими детьми? — спросила Тереза, присев рядом с Табисой.

— Нет, не думаю.

— Но Джим сказал, он помог ему купать и одевать мальчиков.

— Уверена, Джим пошутил. Он не позволил бы чужому человеку прикоснуться к детям.

— Гмм… Думаю, надо устроить мужу небольшой допрос.

Томми присоединилась к сестрам.

— Кажется, он очень мил.

— Ты права. Он… замечательный. Я имею в виду, друг. — Табиса почувствовала, как ее щеки вспыхнули.

Тереза захихикала.

— Да. И с лицом у него все в порядке.

— И манеры у него хорошие. Он отлично вписался в нашу семью. Наверное, у него тоже замечательная семья, — предположила Томми.

Табиса хотела притвориться, что не расслышала последней фразы. Но она никогда не лгала своим сестрам.

— У него ужасная семья. Его родители жесткие и холодные. Они не интересуются своим сыном и не поддерживают с ним связь.

— Он сам рассказал тебе это? — Томми была в ужасе.

— Нет, я познакомилась с ними в Нью-Йорке.

Совершенно случайно. Они были похожи на ледяные глыбы.

— Дамы, ужин готов! — крикнул Пит. — Проходите за стол.

— Пит, сначала нам нужно уложить детей, — напомнила ему Томми.

— Ой! Я совсем забыл. Мы принесли сюда кроватку Марисы и манеж для мальчиков, чтобы услышать, если они заплачут.

Пит взял Марису и уложил ее в кроватку. Табиса удивилась, когда Алекс забрал у Эвелин Томми, отнес малыша в манеж и положил его на животик.

— Где ты научился обращаться с детьми? — спросила Табиса.

— Сегодня у Джима. Он показал мне, — улыбнулся Алекс. — Тебя это поразило?

— Да.

Он подал ей руку.

— Можно я буду тебя сопровождать?

Увидев, что все остальные пошли к столу, Табиса задержала Алекса.

— Зачем ты приехал сюда? — прошептала она. — Неужели я понадобилась так срочно, что тебе пришлось побеспокоить Джима?

— Нет, ничего срочного. Я просто хотел убедиться, что ты благополучно добралась.

— А ты не мог спросить у Моны?

— Мог. Но я никогда не смог бы передать через нее вот это. — Он наклонился и поцеловал ее.

Табиса испуганно отпрянула.

— Не делай этого!

— Почему?

Она уставилась на него, будто он сошел с ума.

— Ты знаешь, почему!

— Идите сюда, — позвал Пит. — Как хозяин, я должен подойти последним. А я умираю от голода.

— Только после тебя, — сказал Алекс, пропуская Табису вперед.

Табиса не хотела устраивать сцен, поэтому у нее не было иного выбора. Она положила себе на тарелку бекон, зеленый горошек и овощной салат и пошла в гостиную.

— Сюда, Табиса! — позвала Эвелин. — Мы приберегли два места для тебя и для Алекса.

Табиса чуть не застонала. Она села рядом с Эвелин, оставляя место рядом с Джимом для Алекса.

Табиса надеялась, что Эвелин не будет задавать ей вопросов об Алексе.

Но ее надежды не оправдались.

Такие вечера были для ее семьи обычным делом, но Табиса смотрела на все глазами Алекса. У него на лице было написано, что этот ужин доставляет ему удовольствие. Он подружился с Питом и Джимом.

Кажется, он понравился даже Джоэлу.

Поужинав, все стали помогать хозяевам наводить порядок.

— Пойду сварю кофе, — сказала Томми. — Кстати, Тереза, что ты купила на десерт?

— Джим настоял на торте с мороженым. Он его очень любит.

— А я никогда его не пробовал, — сказал Алекс. Хотя и работал в ресторане.

— И что ты умеешь готовить? — спросил Пит.

— В основном итальянские блюда.

— Когда в следующий раз мы снова соберемся, готовить будешь ты, — заявил Пит. — Обожаю итальянскую кухню.

— Только назови место и время. Я с удовольствием приготовлю на всех. В благодарность за этот удивительный вечер.

Наступила тишина. Все поняли, что Алекс говорит серьезно. Затем Джоэл похлопал его по плечу:

— Парень, тебе не за что нас благодарить. Приходи всегда, когда пожелаешь.

— Нет, есть за что, — тихо произнес Алекс.

У Табисы защемило сердце. Она знала, что он имел в виду, так как познакомилась с родителями Алекса. Теплоты и любви в ее семье хватало на всех. Его же родители не дали ему ни капли.

Когда вечер подошел к концу, Алекс предложил Табисе подвезти ее домой.

— Не нужно. Меня подбросят мама и Джоэл. Им по пути.

— Табиса, мне нужно с тобой поговорить.

— Нам не о чем с тобой говорить, Алекс.

Не обращая внимания на ее слова, он обратился к Джоэлу:

— Вы не против, если я подвезу Табису?

— Нет, если она сама не против.

У нее внутри шла борьба. Разум подсказывал, что наедине с Алексом оставаться не следует. Но ей так хотелось поговорить с ним, спросить, понравился ли ему вечер, как обстоят дела с его книгой.

Один ласковый взгляд — и отказать было уже невозможно.

— Я не против, Джоэл. Спасибо, что привез меня сюда.

— Не за что. Спокойной ночи.

Попрощавшись со всеми, Алекс повел Табису к своему черному «мерседесу». Он открыл дверцу, и Табиса проскользнула в мягкий кожаный салон.

Алекс сел за руль.

— Куда ехать? — спросил он.

Она сказала адрес.

Всю дорогу они молчали. Табиса не могла понять, почему он так настаивал на том, чтобы отвезти ее домой. Ей хотелось о многом его спросить, но она не смогла заставить себя начать разговор.

Остановившись рядом с домом Табисы, Алекс заглушил мотор.

— Тебе не нужно выходить из машины. Дальше я сама.

— Может, немного поговорим?

— Ладно, давай. Что тебе сказали, когда ты позвонил в Детройт?

— Я поговорил с обоими. Они нашли общий язык.

Уже снято несколько фрагментов для программы Даниэля. В студию поступает масса звонков. Люди интересуются, задают вопросы.

— Это просто замечательно.

— Да. А Билл снова спросил, не хочешь ли ты поработать у него. Я сказал, что ты уже пообещала другому человеку.

— Спасибо.

Снова молчание.

— Ты так ловко обращаешься с детьми, — наконец сказала Табиса.

— Джим оказался хорошим учителем. И он доверял мне.

— Я заметила, что ты успел подружиться с обоими братьями.

— Они классные ребята.

— Это точно.

Снова молчание.

— Наши семьи такие разные, правда? — тихо произнес Алекс.

Она кивнула.

— Я рада, что ты познакомился с моей.

— Я тоже. Никогда не встречал такой крепкой, дружной семьи.

Табиса не стала с ним спорить. У Дженни не было семьи, да и у него, по сути, ее тоже не было.

— А вы часто собираетесь у тебя? — вдруг спросил Алекс.

— Не очень. Сам понимаешь, у сестер маленькие дети, а моя квартира тесновата. Думаю, мне нужно подыскать себе что-нибудь побольше. Правда, я так не люблю переезжать.

— Я тоже покупаю новый дом.

— Ты решил продать дом, в котором вы жили с Дженни?

— Да.

— Почему?

— Он слишком большой для меня. Мы купили его, потому что собирались завести много детей. Но после ее смерти он стал пустым.

— Значит, ты хочешь купить дом поменьше?

— Не знаю. Мне понравились дома Джима и Пита. Было бы неплохо найти что-нибудь по соседству.

— А где ты живешь сейчас?

Он назвал свой адрес. Табиса отметила, — что это самый престижный район в городе.

— Почему ты хочешь продать дом в таком замечательном месте? — удивилась Табиса.

— Поблизости мало семей.

— Но у тебя же нет семьи.

— Сейчас нет, но когда-нибудь обязательно будет, — улыбнулся он.

Табиса уставилась на него.

— Ты мне не веришь?

Честно говоря, когда дело касалось Алекса, она не знала, чему верить.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

На следующее утро Алекс готовил ленч, чтобы произвести впечатление на Табису. Вчера он все же сумел пригласить ее в гости.

Затем ему пришла в голову мысль попросить ее помочь в выборе нового дома. Алекс знал, что должно пройти какое-то время, прежде чем она поймет, что он любит ее. Но сдаваться он не собирался.

Когда раздался звонок, Алекс бросил критический взгляд на стол и помчался открывать.

— Ты вовремя, Табиса. Входи.

— Спасибо. — Войдя, она огляделась. — Алекс, твой дом просто дворец!

— Да, но это не то, что мне нужно. Впрочем, здесь отличная кухня.

Она кивнула.

— Прошу к столу. Ленч готов, — сказал Алекс.

Табиса прошла в просторную столовую. Алекс усадил ее и сел напротив.

Сначала они попробовали салат. Затем Алекс подал цыпленка альфредо. Все было просто восхитительно.

— Ты сам это приготовил? — спросила Табиса.

— Конечно. Думаешь, это можно приготовить, когда я в следующий раз буду у вас в гостях?

— Это совсем не обязательно.

Мобильный телефон Табисы зазвонил прежде, чем Алекс успел возразить.

— Извини, — сказала она, доставая из сумочки телефон. — Алло? Да, здесь… Это Джим. Он хочет с тобой поговорить.

Алекс взял у нее телефон.

— Спасибо, Джим. Это было бы здорово. Пока. — Он вернул телефон Табисе. — Это очень мило с его стороны.

— Что?

— Они с Джоэлом и Питом идут сегодня на бейсбольный матч. У них был четвертый билет, и они пригласили меня.

— Ты бейсбольный болельщик?

— Нет, я никогда не был на игре, но, думаю, это здорово.

После ленча он, показал Табисе; дом. Он жил только на первом этаже. Весь второй этаж был нежилым.

После смерти Дженни Алекс оставил и их спальню.

Табиса подумала, что его теперешняя спальня предназначалась для экономки.

— У тебя нет экономки?

— Есть женщина, которая приходит убираться два раза в неделю.

— А где ты принимаешь пациентов?

— Не здесь. Моя приемная находится рядом с «Харрис хоспитэл».

— Тогда у тебя масса неиспользованного пространства.

— Да. Как ты думаешь, могла, бы Томми найти покупателя для моего дома?

— Уверена, она сделает это, но… Алекс, зачем ты продаешь свой дом?

— Я говорил тебе, дорогая. Дженни осталась в прошлом, а мне нужно будущее.

— Я не верю тебе.

— Почему?

— Потому что всякий раз, когда я прикасалась к тебе, ты отстранялся.

— Сначала это было так, но в тот вечер, когда мы рассматривали фотографии, отстранилась ты.

— Конечно, я сделала это! Нужно быть мазохисткой, чтобы строить отношения с мужчиной, который до сих пор любит свою умершую жену.

— Но я уже не люблю ее. То есть люблю, но в другом смысле…

— Я не верю тебе.

Прежде чем ответить, Алекс пристально посмотрел на нее.

— Как я могу доказать тебе это?

— Для начала ты мог бы меня поцеловать.

На его губах заиграла улыбка. Он получил желанный ответ.

— С радостью.

Он заключил ее в объятия и поцеловал. Ему казалось, что поцелуй длился целую вечность.

— Прости, — тяжело дыша, произнес наконец Алекс. — Я немного увлекся.

Табиса изумленно уставилась на него.

— Дорогая, с тобой все в порядке? Я не сделал тебе больно?

Она покачала головой и направилась к двери.

— Ты куда собралась?

— Я иду домой.

— Ты не хочешь взять с собой сумочку и ключи?

Она вырвала их у него из рук и побежала к своей машине.

Пока мужчины наслаждались бейсбольным матчем, женщины пришли на десерт к Терезе.

— Алекс был рад, что его пригласили на игру? — спросила Томми.

— Да, но он раньше никогда не ходил на бейсбол. — Табиса все еще не могла прийти в себя после своего визита к Алексу. — Сегодня я видела его дом. Алекс хотел знать, сможешь ли ты найти для него покупателя.

— Да, мы с ним уже говорили об этом вчера. Я сказала Алексу, что занимаюсь продажей домов во всех районах. Где он находится?

Когда Табиса сказала ей, Томми вытаращила глаза.

— Ничего себе! Должно быть, это очень дорогой дом.

— Просто дворец, — ответила Табиса, скорее впечатленная тем, что произошло в этом доме, чем им самим.

— Он очень большой? — спросила Тереза.

— Огромный. Половина первого этажа и весь второй не заняты. Думаю, Алекс спит в комнате для экономки. После смерти Дженни…

— Как давно она умерла? — поинтересовалась Томми.

— В тот день, когда мы отправились в турне, был ровно год со дня ее смерти. В тот день он был просто несносен.

— Но с тех пор он, кажется, уже смирился;

— Вроде того.

Табиса не была полностью уверена в этом. Как бы ей ни хотелось быть с ним, она боялась, что на следующий день он может передумать. Он так сильно любил Дженни, что ему понадобились бы долгие годы, чтобы справиться со своей болью.

— Я рада, что он поладил с моими мальчиками, Кажется, им нравится общество друг друга, — улыбаясь, сказала Эвелин.

— Рада, что он нашел друзей.

Эвелин пристально посмотрела на Табису.

— А ты нашла мужа?

Табиса смутилась, но ей пришла на помощь Энн:

— Они с Алексом друзья, но, может, у них что-нибудь получится, когда они лучше узнают друг друга.

Табиса благодарно улыбнулась матери.

— Как ты думаешь, его дом может стоить полмиллиона? — спросила Томми. Ее все еще не оставляла в покое мысль о сумме комиссионных, которую она могла бы получить, заключив эту сделку.

— Думаю, раза в два больше, но я в этом деле не специалист.

— Господи, это было бы хорошей оплатой декретного отпуска!

— Если будет нужно посидеть с Марисой, пока ты осматриваешь дом, я с радостью сделаю это, — сказала Тереза.

— Или я, — предложила Табиса, — если ты всему меня обучишь.

— Мы могли бы сделать это вместе, — улыбнулась Тереза.

— Как насчет завтра? — спросила Томми.

Обе сестры согласились.

Впервые за долгое время Алекс провел вечер в мужской компании. Учась в университете, он время от времени ходил куда-нибудь с приятелями, но это было так давно!

Джим объяснял ему, как надо вести себя во время матча. Джоэл и Пит помогали ему. Они вскакивали со своих мест и радостно кричали, когда «Рэйнджеры» выигрывали.

— Я жалею, что не был на бейсболе раньше, — сказал Алекс. — Это хороший способ расслабиться.

— Ты чем-то обеспокоен? — спросил Пит.

— Да, немного. Я пытался убедить Табису, что память о Дженни больше не препятствие для меня, но, боюсь, допустил ошибку.

— И что же ты сделал?

— Спросил ее, как я могу доказать ей свои благие намерения, и она предложила поцеловать ее.

Все трое пристально уставились на Алекса.

— Итак, ты прошел испытание? — спросил Пит.

— Я так хорошо его прошел, что даже немного ее напугал.

— А как она себя повела? — В голосе Джоэла слышалось беспокойство.

— Пристально посмотрела на меня и, ничего не сказав, убежала.

— Ты позвонил ей, чтобы убедиться, что с ней ничего не случилось?

— У меня все еще нет номера ее телефона.

Джоэл достал ручку и бумагу и что-то написал.

— Вот он. Ты это заслужил.

Алекс посмотрел на листок, не веря своим глазам.

— Номер Табисы? — взволнованно спросил он.

— Да, но только не говори ей, кто тебе его дал.

— Конечно, Джоэл. Большое вам спасибо.

— Рад, что помог тебе. Ты отлично вписываешься в нашу семью.

Пит кивнул.

— Да, Джоэл прав.

— Парни, с которыми Табиса встречалась раньше, вызывали у меня опасения, — добавил Джим. — Они не вписывались в нашу компанию.

— А почему она встречалась с такими парнями?

— Ты заметил, все три сестры очень красивы. Своими видеозаписями она привлекала не тех мужчин. — Пит посмотрел на своего брата и Джоэла. — По крайней мере, я так думаю. А развод может стать для нее тяжелым ударом.

— Обещаю, что, если когда-нибудь смогу убедить ее выйти за меня, я не разведусь с ней. — Алекс уставился куда-то вдаль, будто видел там собственное будущее.

— Мы рады это слышать, — убедил его Джоэл.

Когда игра закончилась, все четверо поехали домой к Питу. Томми ждала их. Увидев, как они вышли из машины, она тут же выбежала во двор.

— Алекс, ты все еще хочешь, чтобы я нашла покупателя для твоего дома? — спросила она.

— Разумеется. Ты думала, я пошутил?

— Надеялась, что нет. Продажа такого дома принесла бы мне хорошие комиссионные. Не возражаешь, если я завтра приеду взглянуть на него?

— Нет. Может, Табиса приедет с тобой.

— Нет, они с Терезой вызвались присмотреть за Марисой.

— Подожди. Она слишком мало времени провела с Марисой, — возразил Пит.

— Никто, включая тебя, не провел с ней много времени. Я подумала, может, ты хочешь завтра поехать со мной?

— Я об этом не думал. Ты не против, Алекс?

— Конечно, нет, Пит. Приглашаю вас всех.

— Я не могу, — предупредил Джоэл. — Энн работает всю неделю, поэтому каждую субботу мы проводим вдвоем.

— А я лучше останусь дома и помогу Терезе и Табисе с детьми, — сказал Джим.

— Ты хороший отец, Джим. Надеюсь, что буду таким же, когда придет моя очередь.

— Ты хочешь детей? — спросил Джоэл.

— Да, конечно.

— Хорошо. Мы с Энн будем очень рады. — Джоэл не смог сдержать улыбку. — Осталось только убедить Табису.

Уложив детей спать, Тереза и Табиса пошли отдохнуть в гостиную. Джим на кухне готовил сэндвичи.;

— Теперь ты убедилась, что хочешь иметь детей? — спросила Тереза сестру.

— Полностью. Осталась самая малость — найти для них отца.

— Ты уверена, что уже его не нашла? — спросил Джим, войдя в комнату с двумя тарелками в руках.

Протянув женщинам по одной, он пошел на кухню за своей.

— Что ты имеешь в виду, Джим? — поинтересовалась Тереза, когда он вернулся и сел рядом с ней.

— Я тоже хотела бы это знать, — серьезно сказала Табиса.

— Да я вот подумал, Алекс, кажется, хочет иметь семью… — Он откусил большой кусок от своего сэндвича.

— Не вижу, какое отношение имеют желания Алекса к моим, — отрезала Табиса.

— Значит, он не прошел испытание? — удивился Джим.

Табиса почувствовала, как ее щеки зарделись.

— Он рассказал вам? Да как он посмел!

— Подождите. О каком таком испытании идет речь? — недоумевала Тереза.

Джим красноречиво посмотрел на Табису, и она наконец пробормотала:

— Я попросила его поцеловать меня, потому что всякий раз, когда я прикасалась к нему, он отстранялся. Ну, почти всегда.

— Так он прошел тест? — спросила Тереза.

Табиса кивнула.

— Тогда в чем же дело? Ты любишь его, он любит тебя.

— Ты не понимаешь. Это вовсе не означает, что он перестал думать о Дженни. Он никогда не смирится с ее смертью.

— А если ты ошибаешься? — спросил Джим. Он заявил нам, что хотел бы разделить свою жизнь с тобой.

— Думаю, он совсем запутался.

Тереза повернулась к сестре.

— Может быть, ты тоже.

— Тереза, — произнесла Томми в телефонную трубку, — Табиса все еще у тебя?

— Да.

— Алекс хочет, чтобы она посмотрела дом, который он нашел. Вы с Джимом вдвоем справитесь с детьми? Это ненадолго.

— Конечно, справимся. Когда ты будешь здесь?

— Минут через пятнадцать. — Томми повесила трубку.

Тереза остановила проходящего мимо Джима:

— Алекс хочет, чтобы Табиса посмотрела дом, который он собирается купить.

— Думаешь, она поедет с ним?

— А ты?

— Думаю, может потребоваться еще одно испытание, — усмехнулся Джим.

— Вряд ли он будет против. — Тереза рассмеялась, затем спросила:

— Ну что, предупредим ее?

— Не надо. Кстати, где она?

— Мариса заплакала, и она пошла к ней.

Тем временем Табиса поменяла младенцу пеленки, завернула в розовое одеяльце и принесла в гостиную.

— Не пора ее снова кормить?

Тереза посмотрела на часы.

— Думаю, пора. Пойду принесу бутылочку.

Табиса сидела в кресле-качалке и разговаривала с малышкой, которая смотрела на нее так, словно жадно ловила каждое слово.

Тереза вернулась с бутылочкой.

В дверь позвонили, и Джим пошел открывать.

— Привет! Вы уже закончили смотреть дом Алекса?

Томми сердито посмотрела на Джима; но все же подыграла ему:

— Да, но Алекс собирается посмотреть один дом здесь неподалеку. Он подумал, что Табиса могла бы поехать с ним.

— Ну так входите и спросите ее.

— В этом нет необходимости, — пролепетала Табиса вошедшему Алексу.

— Есть, дорогая, — возразил тот. — Я хочу купить этот дом для нас и наших будущих детей. Значит, мы должны поехать вместе.

— Алекс, ты не можешь… Мы не можем… Это нелепо!

Он обнял ее.

— Просто поехали со мной. Обещаю, это тебя ни к чему не обязывает.

Табиса посмотрела на напряженные лица своих родственников.

— Хорошо, но кто позаботится о Марисе? И мальчики скоро проснутся…

— Я останусь и позабочусь о своей дочери, решительно сказал Пит.

Вскоре они уже ехали в машине Пита. За рулем была Томми. Недавно построенный дом с вывеской «продается» находился всего в двух кварталах от дома Терезы.

— Это и есть тот дом? — удивилась Табиса. — Но он ведь намного меньше твоего.

— Я знаю. Я говорил тебе, что мой дом слишком велик. Томми сказала, что этот дом достаточно просторный и с большой кухней.

Томми посмотрела на Алекса.

— Зачем тебе большая кухня?

— Чтобы я мог готовить.

— Здорово! Какой замечательный ответ, не так ли, Табиса?

Табиса промолчала. Выйдя из машины, она решила, что не будет высказывать свое мнение о доме.

Томми отперла дверь. Алекс взял Табису за руку, и они вошли внутрь.

Табиса отметила про себя, что дом и вправду хорош.

— Прихожая мне нравится, — сказал Алекс.

— Справа гостиная, а слева столовая. Не хотите сначала посмотреть кухню?

— Давай, — согласился Алекс.

Кухня оказалась просто великолепной, даже Табиса признала это. Общая комната была небольшой, но теплой и уютной. Табиса представила, как холодным зимним вечером мужчина и женщина уютно устроятся на диване перед камином. Алекс, словно прочитав ее мысли, сжал ее руку.

Когда они вошли в главную спальню, Табиса не смогла сдержать восхищенного вздоха. Она была просто божественной, а ванная, примыкающая к ней, — огромной. Остальные спальни им тоже понравились, хотя они не шли ни в какое сравнение с главной.

Затем все вернулись в гостиную.

— Как тебе дом, Табиса? — мягко спросил Алекс.

— Нет слов. Но разве мое мнение имеет значение?

— Имеет. Ты забыла, что я прошел испытание?

— Алекс! Как ты посмел все им рассказать?

— У меня не было выхода. Я люблю тебя, Табиса, и хочу разделить с тобой свою жизнь.

— Это только слова, — презрительно, фыркнула она.

— Нет, дорогая. Во время турне ты вернула меня к жизни. Когда оно закончилось, я понял, что не могу жить без тебя.

— Но Алекс, я…

— Давай повторим наше испытание.

— Но Томми…

Прежде чем она смогла что-то возразить, он заключил ее в объятия и поцеловал. В этот миг Табиса словно унеслась на необитаемый остров, где были только они вдвоем. Его прикосновения согревали ее подобно лучам тропического солнца, а поцелуи уносили на гребне волны желания.

Когда Алекс немного отстранился, чтобы перевести дух, Табиса пробормотала;

— Бедная Дженни. Я…

Алекс, собираясь снова поцеловать ее, недоуменно произнес:

— Кто?

Вдруг Табиса отпрянула и посмотрела ему прямо в глаза.

— В чем дело, Табиса? Я опять сделал что-нибудь не так?

Не так? Совсем наоборот, подумала Табиса. Она была потрясена.

— Я произнесла имя Дженни, а ты не понял, о ком я говорю.

— Это потому, что я думал только о тебе. И это вовсе не значит, что я предал память о ней. — Он взял ее лицо в свои ладони:

— Чему ты так удивляешься?

Я пытался сказать тебе, что хочу стать твоим мужем.

— Знаю, но я не верила тебе.

— А сейчас веришь?

— Да, верю, — проронила Табиса. — Я принимаю твое предложение, Алекс. Если ты в нем уверен.

Алекс поднял ее на руки и закружил. На его лице засияла счастливая улыбка.

— Как ни в чем прежде. — И он снова поцеловал ее.

Табисе казалось, что ее сердце вот-вот взорвется от переполнявшего ее счастья. Но прежде она должна была кое-что сказать.

— Я не хочу, чтобы ты забывал Дженни. Она всегда останется частью тебя.

— Да, но мое будущее — это ты.

Табиса встала на цыпочки и, обхватив Алекса за шею, поцеловала его.

— Я так понимаю, это означает, что дом вам понравился.

Услышав голос Томми, они резко обернулись.

— Думаю, он просто великолепен! — Алекс вопрошающе посмотрел на Табису. Та кивнула и улыбнулась. — Я уже представляю, как по нему бегают наши дети.

Томми смущенно откашлялась и сказала:

— Нам лучше уйти отсюда, пока вы не начали делать этих детей!

Табиса возвращалась домой из своего второго турне. Ее клиент, приятная женщина, автор кулинарной книги, сидела рядом.

— Я рада окончанию турне. Вы проделали отличную работу, Табиса, но я скучаю по дому.

— Понимаю вас. Минут через пятнадцать мы приземлимся. Вы уверены, что мне не нужно отвезти вас домой?

— Нет. Меня встретит муж. Он соскучился по мне, — с довольной улыбкой ответила она.

Табиса улыбнулась в ответ. Пока длилось турне, Алекс звонил ей каждый вечер, а она засыпала и просыпалась с мыслями о нем. Многим, особенно ее маме, показалось, что все произошло слишком быстро, но ведь Табиса окончательно убедилась, что он любит ее, и не видела нужды в том, чтобы тянуть со свадьбой.

Находясь в Нью-Йорке, она сделала кое-что, что могло не понравиться Алексу. Она позвонила его родителям и пригласила их на свадьбу, которая должна была состояться через неделю.

Сестры, мама и даже Эвелин помогали Табисе готовиться к торжеству. Свадебное платье она купила еще до турне. Торт, закуски и напитки были уже заказаны. Пастор согласился провести свадебную церемонию прямо в их новом доме.

Табиса вбежала в зал ожидания. Среди встречающих она заметила Алекса и поспешила к нему.

— Добро пожаловать домой, — радостно сказал Алекс и поцеловал невесту.

— Ты не передумал? — спросила Табиса.

— Нет, дорогая. — Поцеловав ее еще раз, он прошептал:

— А ты?

Она покачала головой.

— Что-то не так? — спросил Алекс, видя, что она чем-то обеспокоена.

— Я скажу тебе, когда мы будем одни.

Алекс был заинтригован. Только в машине Табиса объяснила ему, в чем дело.

— Я позвонила твоим родителям и пригласила их на свадьбу.

Несколько минут он молча смотрел на нее, затем спокойно спросил:

— Зачем ты это сделала?

— Чтобы дать им возможность присоединиться к нам, если они захотят. Если они не приедут, мы ведь ничего не потеряем.

— Ты права, — криво усмехнулся он.

— Надеюсь, твои родители поймут, чего они лишились. Ты особенный, Алекс. У них есть все основания гордиться тобой.

— Дорогая, тебе не кажется, что ты немного необъективна, — снова улыбнулся Алекс.

— Может быть, но думаю, я права. Значит, ты меня прощаешь?

— Конечно. Но если они приедут, развлекать их — придется тебе. У меня это плохо получается.

— Может, тебе просто не хватает практики? — с улыбкой предположила она.

За день до свадьбы Табисе позвонила мать Алекса и попросила забронировать для них с мужем номер в отеле. Табиса согласилась и выбрала хороший отель по соседству. Но когда она предложила миссис Майерсон присоединиться к репетиции свадебной церемонии, та вежливо отказалась.

Ничего, скоро у них с Алексом будет собственная семья. Кроме того, ее родные с радостью приняли его, он отлично поладил с Питом и Джимом.

— Ты не хочешь в ближайшем будущем завести ребенка? — спросил ее Алекс. — Если, конечно, это не повредит твоей карьере.

Табиса, поджав губы, спросила:

— А для тебя так важно, чтобы я занималась своей карьерой?

— Для меня? Конечно, нет. Но я хочу, чтобы ты была счастлива.

— Я продолжу работать над видеопрограммами, но буду рада как можно скорее завести ребенка.

— Ммм, может, начнем сегодня ночью? — предложил Алекс, подняв одну бровь.

— Это исключено. Я обещала маме, что не забеременею до свадьбы!

Алекс рассмеялся.

— Думаю, я смогу подождать до завтра.

— Я рада. Ой, знаешь, совсем забыла сказать тебе. Твои родители приедут на свадьбу.

Алекс пристально посмотрел на нее.

— Я тебе не верю.

— Но это правда. Твоя мама позвонила мне и попросила забронировать для них номер в отеле.

— Ты победила, дорогая. Я был абсолютно уверен, что они не приедут. Очевидно, ты более убедительна, чем я.

Табиса обвила руками шею своего будущего мужа.

— Надеюсь, они хоть немного смягчатся, когда поймут, что мы рады видеть их в своем доме.

— Я люблю свою оптимистичную жену, — сказал Алекс и поцеловал ее.

— Эй, вы двое, мы здесь, чтобы репетировать. Не можете потерпеть до завтра? — проворчал Пит, когда они с Томми вошли в гостиную.

— Какой ты вредный! — усмехнулся Алекс. — А где остальные?

— Уже едут. Все готово?

— Надеюсь, что да. Стулья в гостиной расставлены. Цветы и свечи на месте.

— Черт побери, меня не интересуют цветы и свечи. Я насчет ужина. Умираю с голоду!

Томми шлепнула мужа по руке.

— Пит, веди себя прилично!

— Не беспокойся. Я — самый старший из зятьев.

Если они захотят избавиться от зятьев, я буду последним!

— Намекаешь на то, что первым буду я? — возмутился Алекс.

Двое мужчин смеялись и дразнили друг друга.

Томми шепнул Табисе:

— Ты нашла для Джима и Пита третьего близнеца, сестренка. Они похожи, если не считать, что у Алекса волосы светлее.

— Я так рада, что они подружились.

Наконец пришли остальные, и Эвелин, которой досталась роль свадебного координатора, построила всех в ряд. Пастор объяснил, как будет проходить церемония, и повторил слова, которые должны будут произнести жених и невеста.

Когда репетиция закончилась и все пошли в столовую, Алекс поймал Табису за руку. Она удивленно посмотрела на него.

— Ты разве не голоден?

— Больше, чем ты можешь себе представить, дорогая. У меня кое-что есть для тебя. — Он вручил ей небольшую коробку.

— Но я думала, мы должны обменяться подарками завтра.

— Это особый подарок.

— Разве кольца было недостаточно?

— Я хочу подарить тебе весь мир, но пока прими вот это!

Она открыла коробку, не зная, чего ожидать. Внутри лежал листок бумаги — текст посвящения для новой книги Алекса:


«Эта книга посвящается моей любимой жене, Табисе Тайлер Майерсон, которая возродила меня к жизни после тяжелой утраты. Она вернула в мою жизнь радость и научила ценить дары, которые преподносит нам Господь».


Когда Табиса прочитала эти слова, ее глаза наполнились слезами радости. Она с благодарностью взглянула на своего будущего мужа.

— Спасибо тебе, Алекс. Это самый дорогой подарок.

— Но не такой, как ты, любимая.

С этими словами Алекс заключил невесту в свои объятия и поцеловал.


home | my bookshelf | | Нам суждено любить |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу