Book: Сердце дракона



Сердце дракона

Джули Кагава

Сердце дракона

Julie Kagawa

ROGUE

© 2015 by Julie Kagawa

Translation copyright © 2019 by Eksmo

All rights reserved including the right of reproduction in whole, or in part in any form.

This edition is published by arrangement with Harlequin Books S.A.

This is a work of fiction. Names, characters, places and incidents are either the product of the author’s imagination, or are used fictitiously, and any resemblance to actual persons, living or dead, business establishments, events, or locales are entirely coincidental.


Адаптация дизайна, каллиграфия Юрия Щербакова


Серия «Young Adult. Инферно. Война драконов»


© Лидман М., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *


Сердце дракона

Посвящается Лоре и Таше.


– Я пытаюсь сказать, что если ты решила пойти против «Когтя», то тебе придется делать все, чтобы остаться в живых.

И однажды тебе придется кого-то пристрелить. Или сжечь. Или разорвать на куски. Да, это звучит ужасно, и мерзко, и это нечестно, но такова жизнь. Это наш мир, Искорка. А теперь это и твой мир, – он еще раз протянул мне пистолет. – Если ты хочешь вернуться обратно.

Я сглотнула.

– Нет, – сказала я и забрала пистолет. Мои пальцы сомкнулись на холодном металле. – Этого не будет.

Райли дал мне кобуру, и я надела ее, почувствовав на своем плече вес тяжелого, холодного и смертоносного оружия.

Надеюсь, оно мне не понадобится.

– Ладно, – Райли закрыл фургон и посмотрел на далекие огни базы. Я услышала, как он резко выдохнул, пытаясь приготовиться к тому, что будет дальше. – Думаю, мы почти готовы. Просто запомните… – он коротко взглянул в мою сторону. – Поступим так. Если я что-то скажу, не задавайте вопросов, просто делайте так, как я сказал. Все ясно?

Я кивнула. Райли посмотрел на Уэса. Тот глядел на него с самым мрачным выражением лица. Он явно спрашивал себя, доведется ли им увидеться снова.

– Мы идем. Если я дам сигнал, убирайся оттуда и не оглядывайся. Пожелай нам удачи.

– Удачи? – пробормотал Уэс, покачав головой. – Да вам не удача нужна, черт подери. Вам нужно самое настоящее чудо.

И на этой вдохновляющей ноте мы начали наш путь по пустыне.

Часть I

Обратный отсчет


Сердце дракона

Гаррет

Я стоял напротив стола. Сидящие за ним люди хранили молчание. С меня не сводили взгляд шесть пар внимательных глаз. Кто-то смотрел с подозрением, кто-то – оценивающе. И все мы ждали, когда предъявят обвинение. Каждый из этих мужчин был одет в черно-серую форму Ордена, и на камзоле каждого из них была хорошо видна эмблема – красный крест на белом щите. По их суровым покрытым морщинами лицам было видно, что на их долю выпало много войн и страданий.

Некоторых из этих людей я знал лишь понаслышке. Под руководством других я тренировался и сражался, без колебаний исполняя их приказы. За этим столом сидел и лейтенант Габриэль Мартин, но было невозможно понять, о чем он думает: он отрешенно смотрел в одну точку прямо перед собой.

Я знал его почти всю свою жизнь. Именно он сделал меня тем, кем я был сейчас. Идеальным солдатом. Именно это прозвище мне дали сослуживцы за то относительно короткое время, что я воевал. Еще они долгие годы называли меня вундеркиндом и, когда были не столь великодушны, везучим сукиным сыном. Практически за все это я должен был благодарить лейтенанта Мартина. Он что-то разглядел в тихой угрюмой сироте, заставил меня работать больше, усерднее, стать лучше других. И я это сделал. Я убил больше врагов Ордена, чем любой мой сверстник. Если бы не непредвиденные события этого лета, я мог бы убить еще больше. Несмотря на то в каком положении я оказался, я был одним из лучших – и все это заслуга Мартина.

Но сидящий за столом человек казался мне незнакомцем, беспристрастным судьей. И сегодня вместе с остальными присутствующими в этом зале он решит мою судьбу.

Я находился в маленькой, без излишеств обставленной комнате. Все по-спартански: пол выложен плиткой, слишком яркое освещение, низкие потолки. Окон совсем нет. Длинный стол, окруженный множеством стульев, обычно стоял в центре комнаты. В основном здесь проводили разборы полетов или совещания. Специально оборудованные залы судебных заседаний у Ордена были только в Лондоне. Да, солдаты время от времени нарушали общественный порядок, и это было ожидаемо. Иногда в их дурные головы приходила и мысль о дезертирстве, но полномасштабная измена была делом неслыханным. Что такое верность делу, понимал каждый член Ордена Святого Георгия. Предать Орден означало предать все.

Человек, сидящий во главе полированного стола, выпрямился и сурово посмотрел на меня. Его звали Джон Фишер.

Фишер был уважаемым капитаном Ордена – и героем войны. Левую сторону его лица покрывали ужасные раны и ожоги, он носил их как медаль за отвагу. Скрестив перед собой такие же обезображенные руки, он громко произнес:

– Гаррет Ксавье Себастьян.

После того как он гаркнул мое полное имя, в комнате воцарилась полная тишина. Суд официально начался.

– За неподчинение прямому приказу, – продолжил Фишер, – нападение на сослуживца, братание с врагом и потворство побегу троих субъектов, идентифицированных как неприятели, Орден Святого Георгия обвиняет вас в измене.

Он не сводил с меня тяжелого взгляда.

– Вам понятны выдвинутые против вас обвинения?

– Да.

– Очень хорошо, – он перевел взгляд на сидящих у задней стены людей и кивнул. – Тогда начинаем. Тристан Сент-Энтони, выйдите вперед.

За моей спиной скрипнул стул. Раздались тихие шаги, и бывший напарник встал всего в нескольких шагах от меня.

Я даже не взглянул на него, но в точности повторил позу Тристана, выпрямившись и сложив руки за спиной. Хоть я и смотрел прямо перед собой, я все же видел его боковым зрением. Тристан – высокий худой солдат, на несколько лет старше меня, с короткими темными волосами и голубыми глазами. Но сейчас его губы не кривились в вечной усмешке. Они были крепко сжаты, и он окидывал мрачным взглядом сидящих за столом.

– Пожалуйста, сообщите суду о событиях, предшествующих ночи рейда, и о сговоре, произошедшем после него, максимально подробно.

Тристан колебался. Мне стало интересно, о чем он думал за мгновение до того, как начал давать показания. Жалел ли он о том, что все сложилось именно так.

– Этим летом, – сухо заговорил он, – нас с Себастьяном отправили в Кресент-Бич, городок на Калифорнийском побережье. Нам было дано специальное задание: мы должны были незаметно проникнуть в город, найти имитатора, скрывающегося среди местного населения, и ликвидировать его.

Человек во главе стола поднял руку:

– Внесу ясность. В Кресент-Бич находился один из внедренных оперативников «Когтя», и вас отправили найти его.

– Да, сэр, – Тристан коротко кивнул. – Мы должны были убить дракона.

В комнате зашептались. Со дня основания Ордена Святого Георгия мы, солдаты, знали, за что сражались, что защищали, что стояло на кону. Наша война, наша священная миссия не изменилась и спустя столетия. Орден развивался, шагая в ногу со временем, и на смену мечам и копьям пришли новые технологии и огнестрельное оружие. Но наша задача оставалась прежней. У нас была всего одна цель. И каждый солдат Ордена поклялся посвятить всю свою жизнь достижению этой цели.

Полностью истребить драконов, наших извечных врагов.

Обычные люди ничего не знали о нашей древней войне. Существование драконов хранилось в строжайшем секрете обеими сторонами. Сейчас в мире нет настоящих драконов, если только не считать пары ничем не примечательных видов ящериц, слабых подобий своих пресловутых тезок. Настоящие драконы – огромные крылатые огнедышащие существа, которые часто появлялись в сказаниях всех стран мира, от жадных до сокровищ монстров, живших в Европе, до великодушных существ из восточных преданий, которые могли призывать дождь, – существовали только в мифах и легендах.

Именно это они и хотели нам внушить.

Орден Святого Георгия со временем изменился – но и наши враги тоже развивались. Согласно доктрине Святого Георгия, когда драконы были на грани исчезновения, чтобы спасти свою расу, они заключили договор с дьяволом и получили способность принимать человеческую форму. Правда это или нет, но та часть истории, в которой говорится о том, что они могут выглядеть как люди, – не просто легенда. Драконы – прекрасные имитаторы. Они выглядят как люди, поступают как люди, говорят как люди. Понять, дракон перед тобой или самый обыкновенный смертный, практически невозможно, даже если знать, куда смотреть и что искать. Какова численность драконов, никому не известно. Они умело влились в человеческое общество, выдают себя за нас, прячутся у всех на виду. Они тщательно скрываются, а главная их цель – поработить человечество, сделать людей низшим биологическим видом. Мы должны найти и уничтожить как можно больше этих чудовищ, и, может быть, однажды их станет так мало, что они, наконец, канут в небытие. Там им самое место.

Когда-то я в это верил. Пока не встретил ее.

– Я читал ваш отчет, Сент-Энтони, – продолжил Фишер. – Там сказано, что вы и Себастьян наладили контакт с подозреваемой и начали расследование.

– Да, сэр, – согласился Тристан. – Мы установили контакт с Эмбер Хилл, и Гаррет начал налаживать с ней отношения. Он делал это, исполняя приказ, чтобы выяснить, является ли она имитатором.

Эмбер.

При звуке ее имени у меня внутри все сжалось. До событий в Кресент-Бич я знал, кто я. Солдат Ордена Святого Георгия. Я должен был установить контакт с целью, выяснить, является ли цель драконом, и уничтожить ее. Все понятно. Есть черное, есть белое. Все просто.

Только вот… оказалось, что все совсем не легко. Мы должны были устранить девушку. Веселую, храбрую, смешную и красивую девушку. Она любила заниматься серфингом и научила меня стоять на доске. Она постоянно бросала мне вызов, смешила меня и удивляла при каждой встрече. Я думал, что встречу беспощадное двуличное существо, которое бы только имитировало человеческие эмоции. Но Эмбер была совсем не такой.

Фишер продолжил допрашивать Тристана.

– И что вы обнаружили? – спросил он, как я подозревал, больше для протокола. – Эта девушка была имитатором?

Тристан мрачно смотрел прямо перед собой.

– Да, сэр, – ответил он, и я вздрогнул. – Драконом, которого мы должны были устранить, была Эмбер Хилл.

– Понимаю, – кивнул Фишер. В комнате было настолько тихо, что можно было бы услышать, как летит муха. – Пожалуйста, сообщите суду, – тихо сказал Фишер, – что произошло в ночь рейда, когда вы и Себастьян проследили за имитатором до пляжа, после того как ему не удалось нанести удар в укрытии.

Я с замиранием сердца ждал, когда он начнет говорить. Сейчас все услышат подробный рассказ о моем предательстве. Все узнают, что же произошло той ночью и почему я оказался здесь. Узнают о решении, которое изменило все.

– Мы нашли укрытие цели, – хладнокровно, как настоящий профессионал, начал Тристан. – Гнездо как минимум двух драконов, возможно больше. Это был обычный рейд – войти, уничтожить цели, выйти. Но, должно быть, за домом велось наблюдение. Когда мы вошли, они уже убегали. Одного мы ранили, но им все равно удалось бежать.

Все внутри меня сжалось. Это был я. Цели «сбежали», потому что я увидел в том доме Эмбер и замешкался. У меня был приказ стрелять на поражение – во все, что двигалось, неважно, человек это или дракон. Я должен был убивать, не задавая вопросов.

Но я не смог нажать на курок. И из-за моего секундного замешательства был провален весь рейд. Пока я в ужасе смотрел на Эмбер, она приняла свою истинную форму и превратила комнату в настоящий ад. Из-за пожара поднялась суматоха, ей с другими драконами удалось выбраться из дома через заднюю дверь и сбежать по утесу. Поместье же сгорело дотла.

Никто не знал, что произошло в той комнате. Мои товарищи даже не подозревали, что я видел Эмбер, держал ее на мушке и не смог выстрелить. Им и в голову не могло прийти, что Идеальный Солдат – впервые в жизни – замешкался и опустил пистолет. И, конечно, они и понятия не имели, что в тот момент мой мир рухнул, и все, что я знал, пропало вместе с ним.

Но это ерунда по сравнению с тем, что было дальше.

– Итак, рейд был провален, – сказал Фишер, и, когда он произнес это слово, внутри у меня все сжалось. – Что случилось потом?

Тристан бросил на меня быстрый взгляд. Это произошло настолько стремительно, что сначала я решил, будто мне показалось, но все же сердце ухнуло вниз. Он знал. Возможно, не все, но он видел, что после той неудачной атаки я был сам не свой. Когда после рейда в штаб-квартире решали, что делать со сбежавшими драконами, я ненадолго пропал из виду. Спустя какое-то время Тристан нашел меня, и мы вместе начали преследование целей. Но ущерб уже был причинен.

Я никому не рассказал, что произошло после рейда и где я был. В ту же ночь я позвонил Эмбер и попросил ее встретиться со мной на утесе, подальше от посторонних глаз. Во время рейда на мне были шлем и маска, так что она не знала, что я был членом Ордена. Она очень спешила, и я понял, что теперь, когда ей стало известно, что в городе находятся члены Ордена, она собирается покинуть Кресент-Бич, наверное, уехать вместе с братом. Но она согласилась встретиться со мной в последний раз. Возможно, хотела со мной попрощаться.

Я хотел убить ее. В провале миссии был виноват я, и я обязан был это исправить. Она – дракон, а я – боец Ордена Святого Георгия. Все остальное не важно. Но когда я еще раз взял ее на прицел… Когда я готовился выстрелить в зеленоглазую девушку, которая научила меня кататься на серфе и танцевать, а еще иногда улыбалась только мне… Я не смог. Это было больше, чем секундное замешательство. Больше, чем удивление. Я смотрел прямо на цель, для уничтожения которой меня отправили в Кресент-Бич, на врага – и я прекрасно знал, что эта девушка была моим врагом. И все равно не смог заставить себя спустить курок.

В этот момент она напала на меня. За долю секунды девчонка с огромными глазами – человек – превратилась в рычащего красного дракона, а его острые когти были в миллиметрах от моей шеи. Тогда я понял, что погибну. Либо дракон перекусит меня пополам своими острыми клыками, либо поджарит заживо. Я утратил бдительность, подставился под удар, и дракон отреагировал так, как отреагировал бы любой представитель его вида на встрече с членом Ордена Святого Георгия. Странно, но я ни о чем не жалел.

Дракон навис надо мной, и я, абсолютно беспомощный, готовился к смерти, а потом произошло то, чего я никак не мог ожидать. Она меня отпустила.

По своей воле. Никто из Ордена Святого Георгия не явился, чтобы спасти меня от неминуемой смерти. Мы были одни, вокруг нас не было ни души. На утесе было темно. Даже если бы я закричал, никто бы меня не услышал.

Только дракон. Беспощадный расчетливый монстр, который, как я считал, презирал людской род и не знал ни сострадания, ни человечности, ни чего-либо еще. Существо, которое больше всего на свете ненавидело Орден Святого Георгия и не испытывало к нам ни капли жалости, ни капли снисхождения. Я обманул ее, она была всего лишь целью, встречу с которой я назначил только для того, чтобы убить ее. Она могла одним движением когтистой лапы, одним выдохом прервать мою жизнь. Жизнь бойца Ордена Святого Георгия была в ее руках, но она сознательно отступила и отпустила меня.

А потом я понял… Орден ошибается. Согласно учению Святого Георгия, драконы были ужасными чудовищами, и мы убивали их без всяких сомнений, потому что сомневаться было не в чем. Они были не похожими на нас, они были не такими, как мы. Они были другими.

Только вот… Были. Эмбер уже пошатнула мою веру в учение Ордена и во все, что мне внушили о драконах. И я уже не мог проигнорировать того факта, что она пощадила меня. Это стало последним ударом, доказательством, от которого нельзя было просто отмахнуться. Получается, что некоторые драконы, те, которых я без раздумий застрелил потому, что так мне приказал Орден, могли быть такими же, как она.

А если это действительно так, то мои руки по локоть в крови невинных существ.

– После рейда, – Тристан продолжал свой рассказ, обращаясь к сидящим за столом людям, – нам с Гарретом приказали продолжить преследование Эмбер Хилл. Расчет был на то, что она приведет нас к другим целям. Она вывела нас к пляжу на окраине города. Помимо нее там было еще два дракона. Подросток и взрослая особь.

В комнате снова зашептались.

– Взрослая особь, – подтвердил Фишер, в то время как остальные судьи обменялись мрачными взглядами.

Увидеть взрослых драконов удавалось очень редко, а самые старые особи были к тому же и самыми скрытными. Они держались в тени, их было практически невозможно обнаружить. Ордену было известно, что главой «Когтя» был невероятно старый и сильный дракон по имени Старейший Змий, но его никто никогда не видел.

– Да, сэр, – ответил Тристан. – Мы должны были вести наблюдение за целью и сообщить в штаб, если она окажется драконом. Когда мы прибыли туда, все трое были в своей истинной форме. Я немедленно сообщил об этом коммандеру Сент-Фрэнсису и получил приказ стрелять на поражение.

Он остановился. Фишер прищурился.



– Что случилось после этого, солдат?

– Гаррет остановил меня, сэр. Он не дал мне сделать выстрел.

– Он как-то объяснил свои действия?

– Да, сэр, – Тристан сделал глубокий вдох. Было видно, как он собирается с силами, чтобы произнести следующую фразу. – Он сказал… что Орден ошибается.

В комнате воцарилась полная тишина. Оглушительная, звенящая тишина, от которой волосы у меня на затылке встали дыбом. Намекнуть на то, что Орден ошибается, значило оскорбить кодекс, который был написан первыми рыцарями сотни лет назад. Кодекс, который разоблачал как драконов, бездушных дьявольских змеев, так и испорченных, безнадежных людей, которые им симпатизируют.

– Что-нибудь еще?

Фишер, как и остальные судьи, равнодушно взирал на Тристана. Мой бывший напарник задумался, потом кивнул.

– Да, сэр. Он сказал, что не позволит мне убить цели, что не все драконы злые и что мы не должны убивать их. Когда я попытался его переубедить, он напал на меня. Мы дрались. Недолго. Он ударил меня, и я потерял сознание.

Меня пробрала дрожь. Я не хотел причинять вред товарищу, но не мог позволить ему выстрелить. Тристан был очень метким снайпером. Он бы успел убить как минимум одного дракона, прежде чем те поняли бы, что происходит. Я не мог стоять и смотреть, как Эмбер убивают на моих глазах.

– Когда я очнулся, – закончил свой рассказ Тристан, – цели сбежали. Гаррет сдался командиру нашего отряда и был заключен под стражу, но нам не удалось снова определить местонахождение драконов.

– Это все?

– Да, сэр.

– Благодарю вас, Сент-Энтони, – кивнул Фишер. – Гаррет Ксавье Себастьян, – когда Тристан вернулся на свое место, офицер повернулся ко мне. Голос и взгляд Фишера не смягчились ни на йоту. – Вы слышали, в чем вас обвиняют. Вам есть что сказать в свою защиту?

Я сделал вдох.

– Да.

Я поднял голову и посмотрел на сидящих за столом мужчин. Все это время я не мог решить, стоит или не стоит мне говорить хоть что-то, нужно ли прямо заявлять Ордену, что все это время они ошибались. Если я это сделаю, мое положение станет только хуже. Но я должен попытаться. Ради Эмбер и всех драконов, которые пали от моей руки.

– Этим летом, – начал я, и сидящие за столом люди обратили на меня свои равнодушные взгляды, – я поехал в Кресент-бич, собираясь найти там дракона. Но нашел я не его.

Один из сидящих за столом моргнул. Остальные просто смотрели на меня. Я продолжил:

– Вместо дракона я нашел там девушку, которая во многом была похожа на меня. При этом она была уникальна. Она не имитировала поведение людей, ее эмоции и жесты не были притворными. Все ее поступки были искренними. Наша миссия заняла так много времени, потому что я не мог найти отличий между Эмбер Хилл и штатскими.

В зале суда воцарилась гробовая тишина. На лице Габриэля Мартина не дрогнул ни один мускул, взгляд его был ледяным. Я не смел повернуться, чтобы посмотреть на Тристана, но чувствовал, как он недоверчиво смотрит на меня.

– Я не прошу о помиловании, – хрипло продолжил я. – Мои действия той ночью не подлежат оправданию. Но я умоляю суд принять во внимание мое предположение о том, что есть и драконы, которые отличаются от остальных. Среди представителей своего вида Эмбер Хилл могла быть аномалией, но, судя по тому, что я видел, она не хотела войны. И если есть и другие драконы, похожие на нее…

– Благодарю, Себастьян.

Голос Фишера оборвался. Его стул скрипнул. Он встал и оглядел всех присутствующих в комнате.

– Заседание откладывается, – объявил он. – Суд продолжится через час. Разойдись.

* * *

Меня отвели обратно в камеру. Я сидел на жесткой кушетке, прислонившись к стене, прижав колено к груди, и ждал, когда судьи вынесут вердикт. Примут ли они во внимание слова бывшего Идеального Солдата, если после моей пылкой речи они решили отложить заседание?

– Гаррет.

Я поднял голову и увидел у металлической решетки, отделявшей мою камеру от внешнего мира, поджарую фигуру Тристана. Его лицо было совершенно непроницаемым, но я присмотрелся и понял, что на самом деле его терзают противоречивые чувства. Он очень долго не сводил с меня пронзительного взгляда темно-синих глаз, а потом вздохнул, сердито махнул рукой и печально покачал головой.

– О чем ты только думал?

Я отвел взгляд.

– Неважно.

– Чепуха. – Тристан шагнул вперед. Наверное, если бы нас не разделяли железные прутья, он бы хорошенько стукнул меня по голове. – Мы три года были напарниками, три года сражались плечом к плечу и убивали этих чудовищ. Чудом избежали смерти от их клыков. Я бессчетное количество раз спасал тебе жизнь. И да, ты тоже не раз вытаскивал меня из очень серьезных передряг. Так что, напарник, ты должен мне кое-что объяснить. И только попробуй ляпнуть что-то в духе «ты не поймешь», я слишком хорошо тебя знаю.

Когда я ничего не ответил, Тристан нахмурился и стиснул один из прутьев.

– Что произошло в Кресент-Бич, Гаррет? – это было требование, хотя в его голосе слышались умоляющие нотки. – Ты же гребаный Идеальный Солдат. Ты знаешь Кодекс наизусть. Тебя ночью разбуди, и ты перескажешь любую статью, не просыпаясь, а если надо будет, то и задом наперед. С чего тебе идти на такое предательство?

– Не знаю…

– Это все та девчонка, да? – от того, как Тристан это сказал, мое сердце пропустило удар. – Тот дракон. Она что-то с тобой сделала. Черт, я должен был это заметить. Ты много с ней зависал. А она могла все это время манипулировать тобой.

– Все было не так.

Раньше считалось, что драконы околдовывают слабых духом людей, манипулируют ими, порабощают их при помощи волшебства. И, хотя официально эти слухи были опровергнуты, в Ордене Святого Георгия еще были те, кто верил в старые суеверия. Но только не Тристан. Он оставался таким же прожженным прагматиком, как и я. Именно поэтому мы так хорошо сработались. Думаю, ему было гораздо проще думать, что волю его друга подчинил злой дракон, чем принять тот факт, что он сознательно предал его и Орден. «Нет, Гаррет не виноват. Его заставил дракон».

Но Эмбер ничего не делала. Хотя… Дело действительно было в ней. В ее страсти, отваге, любви к жизни. Я был на задании, но все равно забыл, что она – цель, дракон, то самое существо, которое я должен уничтожить. Когда Эмбер была рядом, я не воспринимал ее как объект, цель или врага. Я просто видел ее.

– Ну, так что? – спросил Тристан. Он снова злился. – Каково это, Гаррет? Пожалуйста, объясни мне. Объясни мне, как мой напарник, солдат, который убил больше драконов, чем любой его сверстник за всю историю Ордена Святого Георгия, вдруг решил, что этого дракона он убить не может. Объясни, почему он отвернулся от своей семьи, от Ордена, где он вырос и научился всему, что знает, от Ордена, который дал ему смысл жизни. Почему перешел на сторону врага? Объясни, почему он напал на своего напарника, чтобы спасти драконью девчонку, которая… – Тристан остановился и пристально посмотрел на меня. Я видел, как он начинает понимать и как побледнел, когда фрагменты головоломки сложились в целую картинку.

– Боже мой, – прошептал он. Не веря своей догадке, он на шаг отступил от решетки и медленно покачал головой. А когда заговорил снова, в его голосе слышались сомнение и ужас. – Ты влюбился в это.

Я отвернулся к стене. Тристан выдохнул.

– Гаррет, – прохрипел он, едва выговаривая слова от ненависти и отвращения. И, неужели?.. От жалости. – Я не… Как…

– Молчи, Тристан, – я даже не взглянул на него. Мне не нужно было видеть его лицо, чтобы понять, что именно он сейчас испытывает. – Молчи. Я и сам знаю.

– Тебя убьют, Гаррет, – сдавленно сказал он. – После того, что ты сегодня наговорил на суде. Мартин бы выбил для тебя помилование. Тебе всего лишь нужно было сказать, что ты не прав. Сказать, что это было мимолетное помутнение рассудка, что эти драконы обвели тебя вокруг пальца… Да что угодно! Ты бы мог солгать. Ты один из лучших – они сохранили бы тебе жизнь даже после всего того, что ты сделал. Но теперь? – Он выдохнул. – Тебя казнят за измену Ордену. Ты ведь это понимаешь?

Я кивнул. Я знал, какой приговор мне вынесут еще до того, как вошел в зал суда. Я мог бы осудить свои действия, умолять о прощении и сказать то, что от меня хотели услышать. Меня обманули, мне солгали, мной манипулировали. Потому что так поступают драконы. И от этого не защищены даже солдаты Ордена Святого Георгия. Конечно, я выставил бы себя полным дураком, и репутация Идеального Солдата была бы навсегда загублена… Но попасться на удочку врага – совсем не то же самое, что осознанно предать Орден. Тристан был прав. Я мог солгать. Мне бы поверили.

Но я этого не сделал. Я больше не могу жить вот так.

Тристан подождал еще немного, а потом пошел прочь, не сказав больше ни слова. Я слушал его отдаляющиеся шаги и знал, что это был последний наш разговор. Я поднял голову.

– Тристан.

Какую-то долю секунды я думал, что он не остановится. Но он обернулся у двери тюремного блока.

– Можешь воспринимать мои слова как угодно, – сказал я, удерживая зрительный контакт, – но мне жаль. – Он моргнул. Я выдавил из себя слабую улыбку. – Спасибо… За то, что всегда прикрывал меня.

Уголок его рта дернулся вверх.

– Я всегда знал, что тебя убьет дракон, – пробормотал он. – Но мне и в голову не приходило, что все будет вот так. – Он фыркнул и закатил глаза. – Ты ведь понимаешь, что мой следующий напарник будет абсолютно ни на что не годен? После Идеального-то Солдата. Скорее всего, у него случится нервный срыв. А мне придется с этим разбираться. И в этом виноват только ты.

– Ну, хотя бы тебе будет что обо мне вспомнить.

– Ага.

Едва заметная ухмылка исчезла.

Мы смотрели друг на друга еще одну напряженную секунду, а потом Тристан Сент-Энтони сделал шаг назад.

– Бывай, напарник, – сказал он. Все было ясно без слов. Он не попрощался, это было не нужно. Оба мы знали, что больше никогда не увидимся.

– Ты тоже.

Он повернулся и вышел из блока.

* * *

– Суд принял решение.

Меня снова привели в зал суда. Фишер поднялся на ноги и громко, на весь зал, объявил приговор. Я бросил быстрый взгляд на Мартина и заметил, что он пустым взглядом смотрит в одну точку над моей головой.

– Гаррет Ксавье Себастьян, вы единогласно признаны виновным в измене Ордену Святого Георгия. За ваши преступления вы приговариваетесь к расстрелу. Приговор будет приведен в исполнение завтра на рассвете. И да поможет вам бог.

Данте

Пятнадцатый этаж, а лифт все продолжает подниматься.

Здесь просто ужасно холодно. Откуда-то сверху доносится тихая, незамысловатая, искаженная металлическим эхом мелодия. В стенах лифта отражаются нечеткие силуэты мужчины в сером костюме и галстуке и подростка, сложившего руки перед собой. Я изучал свое отражение в зеркале с тем самым отрешенным выражением лица, на тщательной отработке которого настаивал мой наставник. Новый, с иголочки, черный костюм сидит просто идеально, гранатового цвета волосы коротко подстрижены и должным образом уложены, красный шелковый галстук аккуратно завязан, туфли начищены до блеска, а на запястье красуются тяжелые золотые часы Rolex. Этот молодой человек совсем не похож на того длинноволосого мальчишку, который расхаживал по Кресент-Бич в шортах и майке. От былой беззаботности не осталось и следа. Я завершил ассимиляцию, показал себя перед «Когтем». Я прошел все испытания, доказал, что мне можно доверять, и моя основная цель – сохранение моей расы.

Как же мне хотелось, чтобы моя сестра была сейчас рядом со мной. Она поставила наше будущее под угрозу. «Когтю» что-то от меня нужно, и на этот раз я не знаю, что именно.

Лифт остановился на тридцатом этаже. Двери тихо разъехались в стороны, открывая проход в роскошный холл, украшенный красной и золотой мозаикой. Я шагнул в огромный коридор и услышал, как звук моих шагов эхом отражается от стен. Улыбнулся и посмотрел вокруг. Все здесь в точности так, как я и ожидал, и я впитывал в себя окружавшее меня великолепие. Именно так я и представлял себе «Коготь». Это хорошо. У меня на это место большие планы.

Однажды я буду управлять этой организацией.

Мой наставник (когда он начал мое обучение, то попросил называть его мистер Смит) провел меня в комнату и повернулся ко мне. На его губах играла теплая, совершенно естественная улыбка. Улыбаться так могли далеко не все драконы, у некоторых из нас она получалась натянутой. Мистера Смита же выдавал только холодный, совершенно невыразительный взгляд.

– Готов?

– Конечно, – сказал я, стараясь не показывать, что нервничаю. Но, к сожалению, мистер Смит чувствовал напряжение и страх, как акула чует запах крови. Его взгляд стал еще холоднее, а улыбка – еще шире.

– Расслабься, Данте, – сказал он и положил руку мне на плечо.

Очевидно, он хотел меня успокоить, но в этом движении не было ни капли искренности. Я знал достаточно, чтобы понять, что все это не стоило и ломаного гроша. Ведь он сам меня этому научил. Совсем необязательно верить в то, что говоришь. Важно лишь, чтобы в то, что тебе не все равно, поверили остальные.

– Поверь мне, все пройдет как по маслу.

– Не волнуйтесь за меня, сэр, – ответил я. Однако несмотря на то, что я был твердо намерен показать только холодную уверенность, внутри у меня все сжалось от напряжения. – Я знаю, почему я здесь. И знаю, что должен сделать.

Он сжал мое плечо. Я прекрасно понимал, что стоит за этим жестом, но все же почувствовал, как напряжение спадает и мне становится легче. Мистер Смит повернулся и провел меня по узкому коридору со множеством дверей, завернул за угол и остановился у одной-единственной огромной двери в самом конце коридора. На покрытом краской дереве висела незамысловатая позолоченная табличка: «А. Р. Рот».

Я снова напрягся как пружина. Мистер Рот – один из старших вице-президентов «Когтя». Он хоть и занимает пост недостаточно высокий, чтобы быть лично знакомым со Старейшим Змием, но все же чертовски к этому близок. И он хочет поговорить со мной. Возможно, об Эмбер и о том, как они планируют решать связанную с ней проблему.

«Эмбер».

Я почувствовал легкий укол раздражения и страх за свою своенравную сестру. Раздражение – потому что она показала себя упрямой и неблагодарной бунтаркой, отвернулась от своей расы и от организации, которая вырастила нас, и сбежала с предателем, наплевав на возможные последствия своего поступка. А страх потому, что я не знал, какими могут быть эти последствия. Обычно разбираться с драконами-отступниками «Коготь» отправлял кого-нибудь из «Гадюк» – наводящих ужас убийц, работающих на организацию. Это жесткие меры, но необходимые для выживания нашей расы. Драконы-отступники неуравновешенны и опасны. Если бы не «Коготь» и его строгая внутренняя организация, существование нашей расы уже давно не было бы тайной для людей. Отступники бы случайно или специально раскрыли этот секрет, а это стало бы катастрофой для всех нас. Люди инстинктивно боятся монстров и неизвестного. Если они узнают, что среди них до сих пор живут драконы, этот страх победит, и наша раса снова окажется под угрозой исчезновения, как и сотни лет назад. Этого нельзя допустить.

Поэтому я понимал необходимость мер, которые «Коготь» принимал против отступников. Гибель каждого дракона была тяжелым ударом для нашей расы, однако те, кто отказывался вступить в ряды организации, уже сделали свой выбор. Они доказали свою неверность, и их нужно было убрать с дороги. Я понимал это и не собирался это оспаривать.

Но Эмбер не предавала организацию. Ее обманул этот дракон-отступник. Она всегда была импульсивной и доверчивой. А он заморочил ей голову, настроил ее против «Когтя», против собственной расы… И против меня. В том, что она исчезла, виноват он. Эмбер никогда… не слушала… тех, кто пытался ее поучать. Но она была способна размышлять здраво и воспринимать правду. Была, пока не встретила этого отступника.

Я стиснул зубы. Если бы она просто вернулась в организацию, она бы поняла свою ошибку. Я заставлю ее понять: отступники опасны, а «Коготь» действует из лучших побуждений. Единственный способ выжить в мире людей – работать вместе. Ut onimous sergimus. В единении процветаем. Когда-то и она в это верила.

А я никогда не преставал в это верить.

Мы вошли в кабинет. Одна из стен комнаты была сплошным огромным окном. Отсюда открывался прекрасный вид на весь Лос-Анджелес: город простирался как на ладони до далеких гор. Видно было, как сияли на солнце башни и небоскребы. И здесь тоже было чертовски холодно.

– Мистер Рот, – мистер Смит провел меня в глубь комнаты, – это Данте Хилл.

Мужчина, сидевший за огромным черным столом, встал и протянул мне руку в знак приветствия. Он был в темно-синем костюме, а на его запястье – часы, даже представительнее моих. Из его нагрудного кармана выглядывал золотой колпачок ручки. Короткие темные волосы были зачесаны наверх. Глаза казались темнее его волос, и он окинул меня критическим взглядом, а потом сжал мою ладонь сразу двумя руками.



– Данте Хилл! Рад с вами познакомиться, – его хватка была настолько крепкой, что он чуть не сломал мне пальцы. Я сдержал стон и улыбнулся в ответ на приветствие. – Как вы добрались?

– Хорошо, сэр, – ответил я с облегчением, когда он наконец выпустил мою руку из своей и отошел. Чтобы доставить нас из Кресент-Бич в Лос-Анджелес, «Коготь» прислал машину. Но мне не удалось отдохнуть во время поездки. Мой наставник неустанно повторял протокол, принятый в организации, и объяснял, как следует вести себя перед региональным вице-президентом. Я детеныш и не занимаю в организации никаких важных постов, а между тем мне была назначена встреча со старшим драконом, которому, скорее всего, было уже несколько сотен лет. Было очень важно произвести на него хорошее впечатление. И, разумеется, жаловаться на что-либо в присутствии вице-президента было бы ужасно бестактно. Особенно если речь касалась самой организации. – Поездка прошла просто превосходно. Я даже не заметил, как мы приехали.

– Прекрасно, прекрасно, – он кивнул и указал на роскошное кожаное кресло, стоящее напротив его стола. – Прошу, садитесь. Не желаете ли что-нибудь выпить? Я могу попросить моего помощника принести вам что-нибудь.

– Нет, спасибо, сэр, – сказал я. Протокол был мне хорошо известен. – Все в порядке.

Осторожно, стараясь не сутулиться, я опустился в кресло, и мне показалось, что я тону в холодной коже. Мистер Смит тоже сел и скрестил ноги. Мистер Рот вернулся за свой стол и одарил меня лучезарной улыбкой.

– Итак, мистер Хилл, давайте приступим сразу к делу, – мистер Рот положил руки на стол и скрестил пальцы. Он улыбнулся мне. Я хорошо помнил, чему меня учили, и вежливо отвел взгляд. Смотреть дракону прямо в глаза – особенно если перед тобой самец – тоже было недопустимо. Это прямая демонстрация вызова или угрозы, и это очень опасно. В старые времена, если один альфа-дракон бросал другому вызов, дело заканчивалось дракой. Соперники боролись, пуская в ход и когти, и зубы, пока один из них не убегал или не погибал от полученных ран. В наше же время, разумеется, драконы не могли начать драку прямо в городе, но можно было уничтожить соперника, не запачкав клыков. Это выгодная тактика, потому что здесь я мог выделиться.

– Ваша сестра, – сказал мистер Рот, и внутри у меня все сжалось, – стала отступницей.

Он внимательно следил за моей реакцией. Ни один мускул не дрогнул на моем лице. Я не показал ни злости, ни удивления, ни печали, ни шока – ничего, что можно было бы расценить как слабость. После короткой паузы мистер Рот продолжил:

– Сейчас в глазах «Когтя» Эмбер Хилл – предательница. Это очень серьезно. Уверен, что вам известно, как в организации принято разбираться с отступниками. Но руководство организации приняло решение поставить вас во главе операции по ее возвращению.

– Да, сэр, – осторожно сказал я, стараясь скрыть нотки нетерпения в голосе. – Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть ее, и верну – любой ценой. Я к вашим услугам.

Мистер Рот поднял бровь.

– И все же ваша верность организации и нашему делу вызывает кое у кого большие сомнения. Так как ваша сестра – предательница, нас беспокоит, что у вас могли появиться… иные мотивы, – он улыбнулся, но взгляд его был холодным и тяжелым. – Так что, боюсь, я обязан задать вам этот вопрос. Мистер Хилл, можем ли мы вам доверять?

Я улыбнулся.

– Сэр, – с улыбкой начал я – и старался говорить как можно четче и увереннее. – Я знаю свою сестру. Когда речь касалась организации, наше мнение всегда… различалось. Она может вести себя безрассудно и упрямо, а также у нее есть небольшие проблемы с теми, кто пытается ее поучать.

Мистер Смит едва слышно фыркнул. Это было единственным указанием на то, как сильно я преуменьшил реальное положение вещей.

– Эмбер не предательница, – продолжил я, чувствуя на себе тяжелый, критически оценивающий взгляд мистера Рота. – Она наивная и импульсивная. Я считаю, что дракон-отступник Кобальт воспользовался этим и заставил ее уехать с ним. Он оболгал организацию и очернил меня в ее глазах. Иначе она бы никогда так не поступила.

Выражение лица мистера Рота не изменилось. Мое тоже.

– Той ночью Эмбер пыталась уговорить меня пойти с ней, – признался я. Казалось, что мистера Рота совсем не удивило это мое откровение. – Она умоляла меня уехать из города вместе с ней и отступником, но я знал, что этого делать нельзя. Не из-за последствий этого поступка, а потому, что мне известно мое место, – я слегка поднял голову. Этим жестом я хотел не бросить вызов старшему дракону, а обозначить свои стремления. – Сэр, я всегда был верен «Когтю». Мне неизвестны причины, по которым организация решила выбрать… другой способ, чтобы разобраться с моей сестрой, и почему Старейшим Змием было принято решение пощадить ее. Но я благодарен за это и сделаю все, чтобы вернуть Эмбер в организацию. Ее место здесь.

Мистер Рот кивнул.

– Отлично, мистер Хилл, – весело сказал он. – Именно это мы и хотели услышать. – Он взял со стола телефон и нажал кнопку на панели. – Пригласите мисс Андерсон, – приказал он. Я моргнул. Кто такая мисс Андерсон? Я ее не знаю. Неожиданно мистер Рот поднялся на ноги, и мы тоже поспешно встали с наших кресел. – Ваши слова достойны похвалы, мистер Хилл, – сказал вице-президент. Он обошел стол и встал рядом с нами. – Поэтому для поисков и возвращения вашей сестры «Коготь» готов задействовать лучшие силы. Вас скоро проводят в ваш новый кабинет, но перед этим я бы хотел кое-кого вам представить.

Я кивнул. Я был доволен, несмотря на то что мой мозг лихорадочно работал. Новый кабинет? На ее поиски бросят лучшие силы? Конечно, я был доволен. Похоже, в организации разглядели мой потенциал. Но при этом я прекрасно понимал, что это не нормально. «Коготь» – огромная организация мирового масштаба. У них были и другие, куда более важные проблемы, которые требовали непосредственного внимания – и они были связаны с огромными суммами денег. Исчезновение одного детеныша – неважно, отступник он или нет, – едва ли значимое событие в глазах организации.

«Зачем им все эти хлопоты – чтобы всего лишь отыскать одного детеныша? Эмбер, что ты натворила?» – подумал я.

Раздался тихий щелчок, дверь открылась, и мистер Рот поднял руку, приглашая новоприбывшую пройти в кабинет.

– А, мисс Андерсон. Прошу, входите. Вы знакомы с мистером Хиллом?

– К сожалению, пока нет, – ответил мелодичный голос.

Слегка нахмурившись, я быстро выпрямился и повернулся к ней. Мисс Андерсон тоже была драконом. Более того, тоже детенышем. Единственным детенышем, с которым я общался до этого, была моя сестра, остальные драконы были либо старше меня, либо выше по рангу. Но эта девушка на вид была всего на год или два старше меня. Статная и красивая, она была одета в легкую синюю юбку и туфли на каблуках. Было заметно, что в этой одежде ей немного некомфортно и что она бы с большим удовольствием носила джинсы и футболку. Светлые, почти серебристые волосы были собраны в высокую прическу, которая выгодно подчеркивала ее острые скулы. Взгляд огромных ярко-голубых глаз был направлен прямо перед собой.

– Это Мист, – представил ее мистер Рот. Она никак не отреагировала и не отвела от меня отрешенного взгляда огромных ярко-голубых глаз. – Мисс Андерсон, это мистер Хилл. Надеюсь, вы хорошо поладите.

Я скрыл удивление. Назвав ее по имени, Рот тонко намекнул ей – всем нам, – что главным был я. Хоть она была немного старше меня и, возможно, уже проработала здесь какое-то время, мы были не на равных. Я надеялся, она не будет ставить под сомнение мое положение. Но Мист протянула мне руку, как будто эта встреча была чем-то само собой разумеющимся.

– Приятно познакомиться, мистер Хилл, – сказала она. Ее голос был так же холоден, как и выражение лица. Я широко улыбнулся в ответ на ее взгляд, и мы пожали руки.

– Мист. Я тоже очень рад.

– Мисс Андерсон – наш новый оперативник, – продолжил мистер Рот. Он, казалось, и не заметил, что, когда мы смерили друг друга взглядами, между нами возникло напряжение. Или ему просто было плевать. – Наставник мисс Андерсон об ученице исключительно высокого мнения, и мы считаем, что мисс Андерсон прекрасно подходит для выполнения этого задания. Она будет помогать вам искать нашу своенравную Эмбер. Мисс Андерсон, – мистер Рот обратился к ней. – Пожалуйста, представьте мистера Хилла остальным членам его команды. После этого мне бы хотелось, чтобы вы проводили мистера Хилла в его кабинет. Я бы сделал это лично, но через несколько минут у меня должна состояться встреча с вашим наставником. Мистер Хилл… – он повернулся ко мне. – Вы считаете, что действуете в интересах вашей сестры? Верните ее в «Коготь». Ее место здесь. Мы будем следить за вашими успехами.

Я вежливо кивнул, понимая, что он подразумевает под этими словами.

«Мы будем следить за вами. Не разочаруйте нас».

«Не разочарую», – пообещал я про себя и повернулся, чтобы уйти.

Я вышел из кабинета следом за Мист. В дверях я чуть не врезался в нового посетителя. Я поспешно отступил назад и извинился. Она же едва обратила на меня внимание. Когда я увидел знакомые изумрудно-зеленые глаза, мое сердце ухнуло вниз. Лилит, убийца из элитного отряда «Гадюк», коротко кивнула мне в знак приветствия, прошла в кабинет мистера Рота и закрыла за собой дверь.

У меня появилось нехорошее предчувствие.

«Почему здесь Лилит? – подумал я. – Неужели она… – я взглянул на Мист. Она шла рядом со мной, не глядя на меня. – Неужели она наставница Мист? Поэтому она здесь?»

Это насторожило меня. Я вошел в лифт следом за своей спутницей и смотрел, как она нажимает кнопку на панели. Она так и не взглянула на меня. Двери лифта закрылись. Он начал движение.

– Значит, – эхо голоса Мист отразилось от стен крошечной комнаты, заставив меня врасплох. Я ожидал скорее, что она будет молчать и держаться отдаленно, а говорить станет только тогда, когда в этом будет насущная необходимость. Я уже был готов сам начать разговор, и то, что она меня опередила, меня очень удивило, – ты Данте Хилл.

Это было дерзко. Кажется, если у меня не получится ее задобрить, все кончится открытым конфликтом. Я мог бы использовать свое положение, чтобы добиться от нее повиновения – в конце концов, Рот решил, что я буду руководить процессом поисков. Однако озлобленные подчиненные не способствуют достижению быстрых результатов. Если я хочу быстро найти Эмбер, мне нужно, чтобы Мист была на моей стороне.

Я улыбнулся, прислонился к стене и с самым невозмутимым видом засунул руки в карманы.

– Да, – любезно подтвердил я. – А ты, похоже, удивлена, Мист. Дай угадаю… Ты думала, что я буду выше.

Выражение лица Мист не изменилось.

– Хамелеон в деле, – она подняла тонкую бровь, – используешь юмор, чтобы выйти из напряженной ситуации. Классическая техника обезвреживания.

Я продолжил улыбаться.

– Сработало?

Она моргнула. Уголок ее губ дернулся.

– Нет, – ответила она, хотя ее взгляд говорил об обратном. – Но спасибо, что попытался. К сожалению, я хорошо подкована в различных техниках фракции. Боюсь, твои навыки ко мне не применимы.

– Это только пока.

Лифт проехал первый этаж. И мы все еще спускались. Проехали цокольный этаж, подвал и продолжали спускаться под землю.

– Ты имеешь что-то против хамелеонов? – продолжил я, спрашивая себя, сколько подземных этажей было в этом здании. Цифры, горящие над дверью лифта, прекратили свой отсчет.

– Вовсе нет, – ответила Мист. – Хамелеоны имеют очень важное значение в работе организации. Каждый из нас занимает свое место, – она смерила меня оценивающим взглядом. Глаза ее были предельно честными. – Мне не нравится, когда от меня скрывают жизненно важную информацию, особенно когда я должна делать свою работу.

Я нахмурился.

– Ты считаешь, что я что-то от тебя скрываю? Достаточно поспешный вывод. Мы только что встретились.

– Не вы, мистер Хилл, – Мист говорила подчеркнуто вежливо. – Но вы должны знать, что вся эта ситуация с вашей сестрой не нормальна. Почему она так нужна «Когтю»? Почему организацию интересует Кобальт, я могу понять – он опасный дезертир, и он принес организации большой ущерб. Его деятельность больше нельзя игнорировать. Отступника надо остановить, это ясно, – она не отводила от меня пронзительного взгляда умных глаз. – Но почему «Когтю» так нужно вернуть ее? Зачем создавать столько проблем? Эмбер Хилл – детеныш, она не причинила организации никакого вреда и не сделала ничего полезного, – Мист прищурилась. – Что в ней такого особенного?

Ее слова встревожили меня. Она как будто озвучила мои собственные подозрения. Да, вся эта ситуация с Эмбер – не нормальна. Для того чтобы вернуть ее в организацию, «Коготь» привлек много людей, когда можно было с таким же успехом отправить за ней кого-нибудь из «Гадюк» и быстро покончить со всем этим. Странно даже то, что к ее поискам привлекли меня. Да, я ее брат, и нет никого, кто знал бы ее лучше. Но кого это волнует? Что в ней – в нас – такого особенного?

Однако я не собирался сообщать Мист, что разделяю ее беспокойство. Если я хочу вернуть Эмбер, если я хочу, чтобы в «Когте» у нас было будущее, я должен полностью контролировать ситуацию. Всегда. Нельзя показывать слабость, неуверенность или страх. «Когтю» не нужны драконы, которые не справились с возложенной на них миссией. И я не собирался проваливать задание.

– Боюсь, я не могу сообщить вам деталей, – сказал я. Мист только холодно посмотрела на меня, но не удивилась. В «Когте» информацией делились только тогда, когда это было необходимо. Это она поняла. – Если бы я мог, я бы непременно сделал это. Вам нужно знать, что наша главная цель – найти Эмбер. Старейший Змей желает вернуть ее в организацию. Почему – не важно.

Лифт остановился. Двери открылись. Мист еще секунду оценивающе смотрела на меня, а потом едва заметно кивнула.

– Конечно, – тон ее снова стал холодным и деловым. Она провела меня в холл. – Сюда, мистер Хилл. Я представлю вас остальным членам команды.

– Зовите меня Данте, – предложил я.

Тактический ход, направленный на то, чтобы завоевать ее лояльность. Мы прошли по длинному, ярко освещенному коридору, мимо нескольких дверей и подошли к двери в самом конце коридора. Мист без колебаний толкнула ее, и мы шагнули внутрь.

Я огляделся. Происходящее в офисе произвело на меня неизгладимое впечатление. В огромной комнате стояли ровные ряды рабочих столов. За ними сидели люди, они не сводили со светящихся мониторов неподвижных взглядов. Самая дальняя стена была одним огромным экраном, на который вперемежку выводились карты, спутниковые снимки, изображения с камер безопасности и много чего еще. Голоса, звонки телефонов, шум компьютеров и стук клавиш клавиатур смешались в единый шум. И когда я вошел в комнату, он полностью захватил меня.

– Это наш центр управления, – сказала Мист, проводя меня по этажу. В офисе люди торопливо садились за столы или что-то лихорадочно печатали. Я обратил внимание на то, что они очень старались не смотреть нам в глаза. Мист как будто не заметила этой суматохи – или ей было плевать. – Организация открыла множество подобных центров по всему миру. Мы осуществляем слежку за агентами «Когтя», за деятельностью Ордена Святого Георгия, а также за людьми, которые представляют интерес для организации. Основной зоной наблюдения этого центра является западная часть США. У нас есть информация, что сейчас ваша сестра находится именно там.

Мист остановилась у стола, в центре которого стояло два огромных монитора. За компьютерами работало два человека. Когда тень Мист упала на стол, толстый мужчина и маленькая женщина в очках подняли головы и улыбнулись – дежурными, вежливыми улыбками. Мист не обратила на них никакого внимания.

– Мистеру Дэвидсу и мисс Кимуре поручили найти вашу сестру, – Мист даже не взглянула на людей. – Они пытались определить ее точное местоположение с тех самых пор, как она покинула Кресент-Бич. К сожалению, они не смогли найти ни ее, ни Кобальта. Может быть, за время моего отсутствия что-то изменилось?

Сказав это, она взглянула на людей. Те побледнели.

– Нет, мэм, – быстро сказал мужчина. – На данный момент не обнаружено никаких сведений об Эмбер Хилл или драконе-отступнике Кобальте. Нам известно, что они все еще в Калифорнии, но больше ничего мы сообщить не можем.

– Где вы искали? – спросил я. Все трое посмотрели на меня. Брови Мист удивленно взлетели вверх, сложно сказать, забавляло ее или раздражало мое поведение. Я проигнорировал это. Люди замолчали. Разумеется, им было интересно, что это за подросток в деловом костюме, который позволяет себе лезть в их дела и спрашивать подобным тоном. Я продолжил улыбаться и вежливо посмотрел на них в ответ, но дал им понять, что ожидаю ответа на свой вопрос. Секунду спустя они отвернулись.

– В прошлом нам удалось обнаружить несколько гнезд Кобальта, – сообщил мне мужчина, снова уставившись в монитор. – Это так называемые пристанища драконов-отступников. Мы установили за ними наблюдение в надежде, что они укроются в одном из них. К сожалению, когда пристанища покидает один из отступников, покидают и остальные. Так что пока что нам не удалось его выследить.

– Как насчет его сети? – спросил я. – Если у него так много пристанищ, он как-то должен поддерживать между ними связь. Вы пытались отследить сообщения до его местонахождения?

– Конечно, – сказал другой человек. – Мы долгие годы пытались найти брешь в его системе безопасности. Но нам так и не удалось ее взломать. Кто бы ни занимался ее разработкой, он знает, кого именно туда не пускать.

– А что Орден Святого Георгия? – спросил я. – Их вы можете отследить?

Все трое посмотрели на меня. На их лицах читались замешательство и сомнение.

– Да, – медленно сказала женщина. – Конечно, мы следим за каждым передвижением Ордена. Но мы уже определили, что ячейка, которая находилась в Кресент-Бич, вернулась в капитул. Когда мисс Хилл и Кобальт сбежали, их след пропал, и члены Ордена прекратили поиски. За эти дни не было отмечено активности со стороны Ордена. Во всяком случае, в том районе все тихо.

– Вам известно, где находится этот капитул?

Они снова озадаченно посмотрели на меня.

– Возможно, нам удастся его найти, – нахмурился мужчина. – Но, как мы уже сказали, Орден последние несколько дней не подавал признаков активности. Мы считаем, что сейчас важнее раскрыть подпольную сеть Кобальта…

– Прекратите искать пристанища, – перебил я. – Эмбер вы там не найдете. Если я вообще знаю свою сестру, она не будет прятаться. Вы только теряете время, – я взглянул на огромный экран на стене. – Найдите Орден Святого Георгия, – сказал я. Мист с любопытством посмотрела на меня. – Было бы неплохо начать с поисков их капитула. Отыщите его. И сообщите мне, когда закончите.

Люди в изумлении уставились на меня. Они, совершенно очевидно, были ошарашены, но слишком вежливы, чтобы что-то сказать. Мист, однако, не была так сдержанна.

– Почему? – тихо и невозмутимо спросила она. – Вы говорите нам прекратить поиски сети отступника, когда у нас есть четкий приказ «Когтя» обнаружить ее – и вашу сестру. Вам известно что-то, чего не знаем мы, мистер Хилл?

– Нет, – сказал я, не сводя глаз с одной из карт на дальней стене. У меня не было конкретных улик. Это просто догадка, подозрение, которое появилось у меня в последние часы в Кресент-Бич. Но интуиция редко меня подводила. Я научился доверять своему чутью, особенно когда дело касалось моей сестры. Жаль только, что я не прислушался к нему раньше. Гораздо раньше.

– Но там был… человек, – продолжил я, и все они посмотрели на меня как на сумасшедшего. – Я познакомился с ним, когда жил в Кресент-Бич. Друг моей сестры. Я пару раз видел его. Но… было в нем что-то такое… Он очень мне не понравился. Я видел, как он дрался, и могу сказать, что он определенно прошел какую-то подготовку. Он просто появился из ниоткуда и ни на шаг не отходил от моей сестры.

– Этого недостаточно, чтобы начать кого-то подозревать, мистер Хилл, – холодно сказала Мист. – Мы не можем бросить все и начать работать по новому плану только потому, что у вас появилось предчувствие.

– В ту ночь, когда Эмбер уехала из Кресент-Бич, – продолжил я, не обратив внимания на это замечание, – она сказала, что встретится с этим человеком. Одна. Она сказала, что хочет попрощаться с ним. А потом стала отступницей, – мой голос сорвался. – Тогда я видел ее в последний раз. Не знаю, был ли этот человек членом Ордена, – я снова повернулся к Мист и сотрудникам «Когтя». – Но подозреваю, что так оно и есть. И на Эмбер и Лилит той ночью напали солдаты Ордена Святого Георгия. Эмбер была близка с этим человеком. Она… могла что-то рассказать ему о нас. О «Когте». Если вы сможете обнаружить его, найдите ячейку Ордена, к которой он принадлежит. Это может вывести нас на Эмбер.

– А если нет?

Я прищурился.

– Тогда я беру всю ответственность на себя. Но попытаться стоит. Это лучше, чем искать места, в которых она может появиться, или пытаться взломать эту сеть, в которой невозможно найти брешь.

Она долго и оценивающе посмотрела на меня.

– Хорошо, мистер Хилл, – наконец сказала Мист. – Не то чтобы у нас был выбор. В конце концов, мистер Рот поставил вас во главе операции. Пусть будет по-вашему. – Она повернулась к людям. – Вы слышали, что он сказал. Найдите этот капитул. Начните следить за активностью Ордена в этом районе. Я хочу знать, у кого из членов Ордена в той зоне начался насморк, – она подняла на меня взгляд. Дерзкий взгляд ярко-голубых глаз. – Мистер Хилл, а вы случайно не знаете, как зовут этого очень важного человека?

Я кивнул.

– Знаю, – ответил я, чувствуя, как внутри меня медленно клокочет злость. Злость на отступника, на Орден Святого Георгия и на того человека. За то, что отняли у меня сестру и поставили под угрозу все мое будущее в «Когте». Я найду Эмбер и верну ее в организацию. Любой ценой. – Его зовут Гаррет Ксавье Себастьян.

Эмбер

Кататься на мотоцикле – занятие весьма захватывающее, но после трех часов на заднем сиденье под палящим солнцем вспоминаешь, почему всегда предпочитал летать.

– Ты там как, Искорка? – окликнул меня Райли.

Я подняла голову и увидела свое отражение в его солнечных очках. Мои рыжие волосы бились за спиной как языки пламени. Они были недостаточно длинные для того, чтобы их можно было собрать в хвост, и поэтому превратились в огромный колтун. Шоссе тянулось перед нами бесконечной лентой, ведущей на восток. Вокруг не было ничего, кроме однотипных пейзажей пустыни Мохаве: песок, заросли кустарника, кактус и камни. Иногда над нами пролетал сокол или гриф-индейка. Воздух колыхался от жары, но это не причиняло дискомфорта. Представители моей расы хорошо переносят высокие температуры.

– У меня задница онемела! – выкрикнула я. Райли ухмыльнулся. – И мне полдня придется распутывать волосы, а еще я, кажется, проглотила четырех жуков. И клянусь, Райли, если ты сейчас скажешь, чтобы я замолчала, остаток дороги ты будешь ехать боком!

Он ухмыльнулся.

– Осталось всего сорок пять минут. Просто потерпи.

Я вздохнула и снова положила подбородок ему на спину. Мелькавшие перед глазами однотипные пейзажи навевали мрачные мысли.

Мы выехали из Кресент-Бич три дня назад. Три дня прошло с того момента, как мой мир перевернулся с ног на голову. Три дня назад я узнала, что «Коготь» на самом деле многое скрывает от меня, ввязалась в драку с солдатами Ордена Святого Георгия, а также обнаружила, что Гаррет – совсем не тот, кем я его считала. Три дня назад я решила стать отступницей и уехала с Райли из города. Я бросила свою семью и оставила прошлую жизнь – а в глазах «Когтя» стала предательницей.

Три дня я не видела Гаррета. И Данте.

Я стиснула руку в кулак в кармане куртки Райли. Меня распирало от злости, грусти и чувства вины. Гаррет и Данте обманули меня. Все это время я не могла усмирить свою ярость. Оказалось, что Гаррет – член Ордена Святого Георгия, и его отправили в Кресент-Бич, чтобы убить меня. Данте, мой брат, обещал быть рядом, несмотря ни на что, но когда понял, что я становлюсь отступницей, променял меня на «Коготь». Оба они предали мое доверие, хоть Гаррет и немного оправдал себя в моих глазах. Он спас нас с Райли от убийцы, которому организация дала задание избавиться от нас, и предупредил, что скоро за нами придут другие члены Ордена. Это благодаря ему мы с Райли мчимся на мотоцикле по пустыне Мохаве. А где сейчас находится мой брат, мне неизвестно. Надеюсь, с ним все хорошо. Да, он предал меня, но я знаю Данте. Он считал, что поступает правильно.

Глупый брат-близнец. Он все еще не знает правду об организации и ее темных секретах. Рано или поздно я объясню ему, что все это время нас дурачили. Я вытащу его из «Когтя».

Но сначала нужно решить другую проблему.

Когда Райли снизил скорость и свернул с шоссе на обочину, солнце уже начало садиться. На этом участке дороги был только отбрасывающий длинную тень дорожный знак, и больше ничего. Я подняла голову.

«Испанское поместье», – гласила надпись на знаке.

Само «поместье» на деле оказалось невзрачным мотелем. Здание было очень запущенным. Через каждые десять метров располагались желтые облезлые двери в номера. На темных окнах висели уродливые оранжевые шторы. Машин на парковке почти не было. Перед главным входом одиноко стоял старый белый фургон. Если бы на одном из окон не светилась неоновая вывеска «свободные комнаты», я бы подумала, что мотель заброшен.

Райли припарковался рядом с фургоном, заглушил двигатель, и мы слезли с мотоцикла. Наконец-то снова можно ходить! Я вытянула руки за спиной и потянулась, с наслаждением хрустнув спиной. Осторожно запустив пальцы в шевелюру, я сразу поняла, что мои худшие опасения сбылись. Волосы были безнадежно запутаны. Морщась от боли, я попыталась хоть немного исправить положение и вырвала несколько прядей ярко-рыжих волос. Райли это откровенно забавляло. Я бросила на него сердитый взгляд.

– В следующий раз поеду в шлеме, – пробурчала я, и его ухмылка стала еще шире.

Я закатила глаза и продолжила напрасную борьбу с запутавшимися прядями. Волосы – самый утомительный из всех человеческих элементов красоты. Уход за ними отнимает кучу времени: их постоянно нужно мыть, расчесывать и укладывать. С чешуей все куда проще.

– А где мы, кстати? – пробормотала я, разделяя пальцами огромный колтун и старательно игнорируя стоящего рядом со мной дракона. Это было совсем не просто. Высокий, стройный и широкоплечий, Райли в своей кожаной куртке и развевающимися на ветру темными волосами напоминал красивого байкера-бунтаря. Он с самым непринужденным видом прислонился к мотоциклу и наблюдал за моими манипуляциями. Солнечные очки он уже успел снять и убрать в задний карман.

– Отсюда до Вегаса примерно час езды, – сказал он и кивнул на ветхое «Испанское поместье». – Уэс велел искать его здесь. Идем.

Мы пересекли парковку, поднялись по ржавой лестнице на второй этаж мотеля и дошли до самого конца террасы, остановившись у грязного занавешенного окна. В комнате было темно. Райли огляделся, а потом постучал по выцветшей желтой двери – три раза быстро, два медленно.

Сначала ничего не происходило, но потом дверь распахнулась. Из номера выглянул тощий человек с темными карими глазами и растрепанными темно-русыми волосами. Пару секунд он рассматривал нас, а потом бросил на меня сердитый взгляд и отошел, пропуская нас в комнату.

– Ну, наконец-то.

Уэс захлопнул за нами дверь и закрыл ее на все замки, как будто мы были героями какого-то шпионского боевика. Как будто из-за кактусов, растущих у мотеля, за нами могли следить вражеские агенты.

– Я вас тут уже заждался. Почему так долго?

– Нам пришлось сделать остановку в Лос-Анджелесе, кое-что прикупить, – ответил Райли, проскользнув в комнату.

Он не уточнил, что в Лос-Анджелесе мы «прикупили» боеприпасы, которые были спрятаны в спортивной сумке. Ни Райли, ни Уэс не обращали на меня никакого внимания.

Я отвернулась и огляделась. Все было ясно с первого взгляда. Маленькая, ничем не примечательная комнатка. Здесь царил беспорядок: кровать не заправлена, повсюду разбросаны банки из-под газировки. В углу комнаты стоял стол с включенным ноутбуком. По экрану пробегали бессмысленные ряды слов и формул.

– Райли… – начал Уэс. В его голосе слышались нотки беспокойства.

– Где детеныши? – перебил его Райли. – С ними все в порядке? Вы нашли пристанище?

– Да все с ними в порядке, – нетерпеливо ответил Уэс. – Спрятались возле Сан-Франциско с этим Уолтером. Я строго-настрого запретил им высовываться из дома, пока ты не выйдешь на связь. С ними все чудно. Сейчас надо беспокоиться о нас.

– Хорошо, – Райли живо кивнул, а потом подошел к столу и наклонился к экрану. – Так, я правильно понимаю, что сегодня мы едем вот сюда? Ты сумел достать все необходимое?

Уэс осторожно подошел к нему.

– Райли, дружище, ты слышал, что я тебе сказал? Ты же понимаешь, что это полное безумие? Ты вообще меня слушаешь?

Он не обратил на него никакого внимания. Уэс нахмурился, подошел к столу и захлопнул ноутбук.

Райли выпрямился и повернулся к человеку. Его глаза неожиданно блеснули опасным желтым огнем, а воздух загустел от брызжущей через край энергии, которая без остатка заполняет помещение прямо перед превращением. Райли чуть было не принял свою истинную форму. На человека взирали сердитые золотые глаза дракона.

Надо отдать Уэсу должное: он не пошел на попятную.

– Райли, только вслушайся в свои слова, – человек смотрел дракону прямо в глаза. Взгляд его был мрачен, это было видно даже в плохо освещенной комнате. – Ты понимаешь, что собираешься сделать? Ты не просто крадешь детеныша у «Когтя». Не просто будишь ребенка и говоришь ему: «Слушай, малыш, твоя организация прогнила до мозга костей, а если ты не покинешь ее сейчас, ты никогда не будешь свободным», – он стукнул пальцем по ноутбуку. – Это чертова база Ордена Святого Георгия. С чертовыми солдатами Ордена Святого Георгия. Один промах, одна ошибка – и твоя шкура будет висеть на стене в кабинете какого-нибудь капрала. Приятель, ты понимаешь, что это значит? – Уэс наклонился вперед и серьезно посмотрел на Райли. – Без тебя подпольной сети конец. Когда организация придет за всеми ребятишками, что ты вырвал из «Когтя», они не смогут о себе позаботиться. Так и будет, Райли, ты сам это прекрасно знаешь. Тебе на это наплевать? Тебе плевать, что все наши старания вот-вот пойдут прахом? – он махнул рукой в мою сторону. – Или эта несносная девчонка поймала тебя на крючок, и ты уже успел сменить приоритеты?

– Эй! – возмутилась я. Но с таким же успехом можно было кричать на кирпичную стену. Райли сжал кулаки. Ноздри его раздувались от ярости, как будто он из последних сил сдерживался, чтобы не ударить человека или не принять истинную форму и сжечь его дотла. Уэс продолжал смотрел ему в глаза. Голова человека была высоко поднята, губы упрямо сжаты. И оба они совершенно забыли о моем существовании.

– Что ты творишь, приятель? – мягко спросил Уэс после секунды хрупкого молчания. – Это не наша битва. Мы на это не подписывались.

Райли не ответил. Тон Уэса изменился, теперь он был почти уставшим.

– Райли, это безумие. Это самоубийство, ты прекрасно это понимаешь.

Райли тяжело опустился на ближайший стул и запустил руку в свои растрепанные черные волосы.

– Понимаю, – рявкнул он. – Понимаю, уж поверь мне. Я пытался убедить себя, что не сошел с ума, с тех самых пор, как мы выехали из города.

– Тогда почему?..

– Потому что, если я этого не сделаю, Эмбер пойдет туда одна, и ее убьют! – огрызнулся он и наконец-то повернул голову в мою сторону. Я увидела в его глазах тень истинной формы Райли, пронзительный взгляд дракона. Я вздрогнула.

– Потому что она не знает Орден так, как его знаю я, – продолжил он. – Она не видела, на что они способны, не знает, что они делают с такими, как мы, если им удается обнаружить кого-то из нас. А я знаю. И я не могу этого допустить. Даже если мне придется самому проникнуть на базу Ордена и лично спасти одного из этих гадов.

Уэс провел рукой по лицу.

– Вы психи, – покачал головой он. – И я не лучше, потому что я тоже в этом участвую, – он застонал и опустился на стул, а потом открыл ноутбук. – Что ж, поскольку мы осознали всю неадекватность сего замысла, позвольте показать вам, с чем мы имеем дело.

Райли отвернулся, разрывая зрительный контакт. Я понимала, что нужно пойти и послушать, что говорит Уэс. Но я все еще чувствовала на себе полный жара и ласки взгляд Райли. Нужно привести в порядок мысли, остудить пламя, текущее по моим венам. Пусть они говорят. Мне надо выйти туда, где нет Райли.

Я выскользнула в маленькую ванную и закрыла за собой дверь.

По сравнению с тем тошнотворным бардаком, что творился в номере, в ванной было очень даже ничего. Правда, звукоизоляция оставляла желать лучшего, и я слышала, как Райли и Уэс тихо и взволнованно переговариваются в комнате. Скорее всего, обсуждают детали операции. Или, если говорить о Уэсе, скорее всего, он пытается отговорить Райли. Я упала на сиденье унитаза и запустила руки в волосы, позволяя словам превратиться в беспорядочный фоновый шум.

Уэс прав. Я и сама это знаю. Эта затея очень глупая – и безумно опасная. Я прекрасно осознаю, что не понимаю, во что ввязываюсь и какие опасности могут меня подстерегать. То, что я задумала, шло вразрез со всем, чему меня учили. Говорить об этом вслух уже было безумием, даже для меня самой.

Ворваться на территорию Ордена Святого Георгия, древнего врага нашей расы, единственной целью которого было наше полное истребление. И спасти одного из его бойцов. Проникнуть на базу, на которой находится множество вооруженных до зубов солдат, вызволить одного узника, которого могут держать где угодно, и выйти оттуда так, чтобы при этом нас не порвали на куски.

Звучит безумно. Да так оно и есть. Это самоубийство, прямо как говорит Уэс. И его нельзя винить. Как и Райли, ведь понятно, почему он сомневается. Они не получат от этого никакой выгоды, им нет смысла идти на операцию, при выполнении которой все мы можем погибнуть. Они имеют полное право бояться. Если уж говорить совсем честно, меня это тоже пугает до чертиков.

Но я не могу его бросить.

Я встала и направилась к раковине, чтобы умыться, но остановилась, увидев свое отражение в зеркале. На меня устало смотрела тощая, чумазая зеленоглазая девчонка. При взгляде на такую и не скажешь, что она на самом деле – дракон. Под глазами залегли глубокие тени, они не искажены от ярости, и в них нет ничего, что могло бы вызвать у других существ животный ужас. Ничего в девушке не указывает на то, что она совсем не та, кем кажется.

Это поэтому той ночью, на скале, он направил мне в голову пистолет и заколебался? Тогда я, наконец, поняла, кто он на самом деле. Он перестал быть Гарретом и стал врагом, солдатом Ордена Святого Георгия.

Он мог меня убить. Я была в человеческой форме, а он застал меня врасплох. Поначалу я была слишком ошарашена и не могла ничего предпринять. Гаррет держал меня на мушке с очень близкого расстояния, мы были одни, вокруг нас на много километров не было ни души. Ему было достаточно просто нажать на курок.

Но он этого не сделал. А потом он предал свою расу, чтобы спасти меня и Райли от Лилит, моей жестокой наставницы и лучшей убийцы «Когтя» из отряда «Гадюк». Той ночью Лилит пришла, чтобы убить Райли. Когда я отказалась оставить его и вернуться в «Коготь», она попыталась убить и меня. Ей почти это удалось. Я выжила только потому, что неожиданно появился Гаррет. Он помог прогнать дракона. Если бы не он, Лилит бы растерзала нас.

Но, помогая нам, Гаррет погубил себя. Помочь дракону означает совершить измену в глазах Ордена, а наказанием за такое предательство была смерть. Он сам мне это сказал. Гаррет знал, что его ждет, но все равно решил нас спасти.

Почему?

Той ночью я попыталась последовать за ним. Я надеялась, что мне удастся вырвать его из лап солдат, которые теперь стали его тюремщиками. Но возможности спасти его так и не представилось, а Райли в конце концов удалось убедить меня, что лучше всего будет отступить и продумать наш следующий шаг. И вот мы здесь.

Я повернулась к раковине и плеснула себе в лицо холодную воду, смывая с лица грязь и сажу. Потом попыталась разобрать воронье гнездо на своей голове, и, морщась от боли, наконец-то распутала огромные колтуны. В рюкзаке у меня была щетка, запасная одежда и другие необходимые вещи, но сейчас мне казалось, что прихорашиваться – значит терять драгоценное время. Кроме того, кого мне было очаровывать? Уэс меня ненавидит, а Райли… Райли интересует совсем другая моя половина.

При этой мысли мой дракон воспрял духом, а в животе образовался огромный темный комок. Я подавила эти чувства. И дракона. Я не знаю, что делать с Райли, но сейчас все равно нужно сосредоточиться на другом. Надеюсь, они с Уэсом придумают какой-нибудь гениальный план, потому что я знала только одно: нельзя бросать Гаррета на растерзание Ордену Святого Георгия.

Когда я вышла из ванной, они все так же тихо и взволнованно переговаривались, склонившись над ноутбуком. Райли поднял голову, наши взгляды снова встретились, и я вспыхнула. Потом Уэс резко окрикнул его, и он снова погрузился в обсуждение того, что было на экране компьютера.

Я подошла к ним и заглянула через плечо Райли. На экране светился, как мне показалось, снимок со спутника. Вокруг была пустошь – пустыня, пыль и равнина. В самом центре снимка располагались несколько зданий, но никакой дороги к ним не вело. Не было также и других построек или бросающихся в глаза объектов.

– Гаррет находится здесь? – тихо спросила я.

Уэс бросил на меня неодобрительный взгляд и прищурился.

– Это западный капитул Ордена Святого Георгия. И я целую вечность потратил, чтобы его найти, не благодари. Местоположение баз Ордена – не общедоступная информация, технически их вообще нет ни на одной карте и ни в одной экскурсионной брошюре. Но да, мерзавцы, которые попытались убить нас в Калифорнии, скорее всего, вернулись туда, как и твой кровожадный дружок.

Он фыркнул и отвернулся, а я подавила желание дать ему подзатыльник.

– Я даже не представлял, что они так близко, – мрачно пробормотал Райли, внимательно глядя на экран. – Прямо на границе штатов Аризона и Юта. Мне придется переместить несколько пристанищ дальше на запад.

– Приятель, здесь нет безопасных мест с тех самых пор, как в Ордене узнали, что «Коготь» начал разворачивать свою деятельность в Штатах, – тихо сказал Уэс. – Они везде, черт бы их побрал.

– А где они были раньше? – спросила я.

– В Англии, – ответил Райли, не глядя на меня. – Главная штаб-квартира Ордена Святого Георгия находится в Лондоне, она находилась там сотни лет. Они привержены традициям. И не любят перемены, так что они далеко не сразу рассеялись по миру. Именно поэтому «Коготь» ведет бизнес в США и других странах – представителей Ордена здесь не так много. Или было не так много – и это продолжалось очень долго.

Он снова склонился над ноутбуком.

– Эта база здесь относительно недавно, – отметил он, разглядывая на экране крошечные белые квадратики. – Десять лет назад ее здесь не было.

Он глубоко задумался и провел пальцем по границе капитула.

– Вот тут забор, а здесь, возможно, оружейная, бараки и столовая… Тут живут офицеры… А вот тут, скорее всего, штаб-квартира.

Он стукнул пальцем по экрану и стиснул зубы.

– Возможно, его держат здесь.

– Это просто фантастика, – сердито пробормотал Уэс. – Самое охраняемое здание на базе. Ну-ка, напомни, почему мы это делаем? Если бы мы шли на такой риск ради детеныша, я бы все понял. Я был бы не в восторге, но понял. Это как-то больше в твоем духе.

Он полностью игнорировал мое присутствие, как будто я не стояла рядом.

«Я же его слышу», – подумала я.

– Даже если у нас и получится вызволить этого типа, с чего ты решил, что он не побежит прямо в Орден Святого Георгия и не доложит им о нашем местоположении? А вдруг он пристрелит нас, когда мы будем спать?

– Он не будет этого делать, – отрезала я, глядя на Уэса. – Я знаю Гаррета. Он не такой.

Уэс презрительно ухмыльнулся.

– В самом деле? – медленно спросил он. – Тогда ответь мне вот на какой вопрос. Если ты так хорошо знаешь этого типа, когда до тебя, наконец, дошло, что он был членом Ордена Святого Георгия?

Я вспыхнула. Я не знала. Я не позволяла себе думать, что Гаррет может оказаться врагом. Даже когда он поднес к моей голове пистолет, я все еще отказывалась в это верить.

Уэс самодовольно ухмыльнулся.

– Да, это я понял. Ты только думаешь, что знаешь его. Но правда заключается в том, что он лгал тебе – все время. Он бы сказал все, что угодно, чтобы ты раскрыла свою истинную сущность. Все, что ты захотела бы услышать.

– Он спас нас от Лилит…

– Он стрелял во взрослого дракона, черт возьми, – перебил Уэс. – Потому что взрослый дракон, очевидно, представлял для него бо́льшую угрозу. А потом, когда его отряд не пришел на подмогу, он сказал то, что должен был сказать, чтобы выжить. Он сказал тебе именно то, что ты хотела услышать.

– Это ложь!

Я вспомнила выражение лица Гаррета той ночью. Его пылкий взгляд, презрение, решимость и вину.

«Я больше не могу, – сказал он мне. – Хватит с меня убийств. Хватит смертей. Больше я не буду охотиться на твой народ».

Уэс фыркнул.

– Горбатого могила исправит, – сказал он. Его самоуверенность выводила меня из себя. – Солдаты Ордена Святого Георгия всегда убивают драконов. Они вас ненавидят, это цель их существования. Это единственное, что они умеют делать.

Я посмотрела на Райли. Он молча стоял у стола. Я надеялась, что он поддержит меня. К моему ужасу, он поджал губы и молчал. Мое сердце ухнуло вниз. Я нахмурилась и повернулась к нему.

– Ты с ним согласен, – обвинила я его. Его брови взлетели вверх. – Ты считаешь, что это огромная ошибка, хотя ты был там. Ты слышал, что сказал Гаррет.

– Искорка, – Райли посмотрел на меня с испугом и раздражением. – Конечно согласен, – абсолютно спокойно сказал он. – Я видел, что делает Орден Святого Георгия не только с теми из нас, кто открыто борется с ними, но и со всеми представителями нашей расы, повсюду. Как ты думаешь, сколько пристанищ я потерял по их вине? Сколько драконов каждый год погибает от рук солдат Ордена? И не от рук членов отрядов «Гадюк» или «Василисков», не тех, кто действительно участвует в войне. Я видел, как они убивают детенышей, даже младше, чем ты. Однажды я видел, как снайпер хладнокровно застрелил безоружного ребенка. Он направлялся ко мне, ехал на мотоцикле по парку. Мы и подумать не могли, что его убьют. Это случилось неожиданно, потому что я не успел забрать его вовремя.

В глазах Райли вспыхнуло золотое пламя. Его дракон был уже на поверхности, сердитый, непокорный.

– Так что нет, Искорка, я совсем не в восторге от того, что нам придется спасать одного из них, – он уже почти рычал. – Я считаю, что этих гадов нужно убивать. Я не стану оправдывать все, что он сделал до этого, только потому, что он спас нас с тобой от Лилит и отпустил на все четыре стороны.

В глубине души мне было очень стыдно. Я знала, что он прав. Но все же я подняла голову и смотрела на него, пока он не отвел взгляд.

– Я не дам ему умереть. – Он спас нас, и я этого не забуду. Неважно, что ты говоришь.

Он скрестил руки на груди. Я махнула рукой.

– Но, Райли, ты не обязан идти со мной. Я справлюсь и сама. Если ты считаешь, что не…

– Искорка, заткнись, – отрезал Райли. Я моргнула. Он бросил на меня полный раздражения взгляд. – Конечно, я иду с тобой, – прорычал он. – Я уже говорил, что не позволю тебе пойти туда в одиночку. Я буду с тобой, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы мы выжили. Но не думай, что я в восторге от этой затеи.

Я сглотнула.

– Я не останусь в долгу, Райли. Обещаю.

Он вздохнул и запустил руку в свои темные волосы.

– Ловлю тебя на слове, – сказал Райли. – Когда это все закончится, я хочу, чтобы ты делала то, что я скажу, без колебаний, без вопросов. Но для начала давай сосредоточимся на том, чтобы пережить ближайшие двадцать четыре часа. Иди сюда, – он притянул меня вперед. – Ты должна изучить это, если хочешь проникнуть со мной на базу. Ты ведь все еще хочешь это сделать? Не сдрейфишь?

– Ты же меня знаешь.

– К сожалению, знаю.

Я села перед ним и снова начала внимательно смотреть на экран. Неожиданно его присутствие в комнате стало ощущаться очень остро. Его рука лежала на моей руке, он смотрел на экран через мое плечо. Я чувствовала запах его кожаной куртки. Уэс что-то проворчал, я расслышала слова «проклятые» и «чепуха». Райли мрачно усмехнулся.

– Ага, – пробормотал он, и от его глубокого голоса у моего уха моя кожа покрылась мурашками. – Прямо как в старые времена.

Кобальт

Двенадцать лет назад

Время: 1.18


Я выскользнул из окна второго этажа и бесшумно опустился на землю. В офисном здании не было ни души: свет не горел ни в одном из кабинетов. Я прислонился к бетонной стене и вытащил из кармана телефон.

– Готово, – пробормотал я. – Взрывчатка установлена. Жду подтверждения, что в здании все чисто, и нажимаю на кнопку.

– Принято, – сказал голос на другом конце. – В здании пусто, остался только охранник. Он снаружи. Можешь приступать к последнему этапу операции, как будешь готов.

– Ты уверен? – прорычал я. – Я не хочу повторения того, что произошло в Дублине. В здании точно нет гражданских?

– Подтверждаю. В здании чисто. Ждем твоего сигнала.

– Хорошо, – я отошел от стены. – Покидаю территорию. Я выйду на связь после завершения задания. Кобальт, конец связи.

Я бросил трубку и задумчиво осмотрел пустую парковку. Сейчас темно; будет проще простого перелезть через забор, перейти через дорогу и раствориться в ночи. Никто и не узнает, что я был здесь. По правде говоря, так я и должен поступить, в организации от меня ждут именно этого. Мне поручают эти операции, потому что я профессионал своего дела: я могу незаметно, не оставляя следов, проникнуть на объект, украсть или внедрить что-то, в зависимости от цели задания, и вернуться. Возможно, я самый молодой василиск, которому поручали проникнуть в тыл врагов «Когтя», а сюда меня отправили только потому, что тот, кого посылали выполнить эту миссию до меня, так и не вернулся. Но я продолжал успешно справляться, а руководство организации продолжало давать мне новые задания. Их не заботило, насколько это может быть опасно, сколько времени займет и что я думаю по этому поводу. Я не знаю, как эта конкретная компания умудрилась насолить «Когтю», да и, честно говоря, не хочу знать. Лучше не задавать вопросов, так куда проще. В организации хотят, чтобы я это сделал. Я знаю, что для этого нужно.

Но я повернулся и пошел вдоль стены в сторону главного входа в здание, пока не нашел то, что искал. На стуле у дверей сидел низенький толстый мужчина в черно-голубой форме. На его ремне висел серебристый фонарик. Его руки были сложены на животе, а огромный подбородок лежал на груди. Его глаза были закрыты. Я фыркнул.

«Ай-яй-яй, а еще охранник. Спим на работе? Что же скажет начальство?»

Я наклонился, поднял с земли камешек, подбросил его на ладони и метнул охраннику прямо в лоб. Камешек отскочил на землю, охранник резко всхрапнул, вздрогнул и проснулся. Его руки дернулись, он посмотрел по сторонам и заметил меня в тени здания. Я ухмыльнулся ему и помахал рукой. Охранник выпрямился.

– Эй! А ну стой!

Я засмеялся и побежал прочь. Охранник бросился за мной. Я пробежал через парковку, стараясь, впрочем, не ускоряться слишком сильно. Пусть побегает еще немного. На ходу вытащив телефон, я начал набирать последовательность цифр. Запыхавшийся охранник кричал мне вслед:

– Эй, ты! Стой! Предупреждаю…

«Извини, человек».

Я добежал до окружающего территорию здания сетчатого забора, оттолкнулся от столба, ухватившись за него одной рукой, перемахнул на тротуар и быстро пошел прочь. Занося палец над последней кнопкой, я услышал, как охранник добежал до забора и остановился, даже не пытаясь перелезть через него.

«Веселая у тебя будет ночка. Но ты хотя бы останешься жив. Едва ли можно рассчитывать на большее, когда переходишь дорогу «Когтю»».

Я нажал кнопку.

Воздух за моей спиной содрогнулся от ужасного взрыва. Взрывной волной выбило окна, начали рушиться стены, летели за землю куски крыши. Здание охватили языки пламени. Я почувствовал, как мои волосы и одежда колышутся от отголосков взрывной волны, но не стал оборачиваться, чтобы проверить результат моих трудов. Я перешел через дорогу, убрал телефон в карман и растворился в темноте. Стоящий перед охваченным огнем зданием ошарашенный охранник удивленно смотрел мне вслед.

* * *

До гостиницы я добрался меньше чем за час. Быстро сменив свой черный рабочий костюм на удобную одежду, я включил телевизор. По новостям показывали горящие развалины офисного здания. Вокруг него уже начали собираться зеваки. Надпись внизу гласила: «Прямой эфир: Взрыв уничтожил офисное здание. Причины неизвестны». Я с ухмылкой расположился на кровати и начал смотреть сюжет.

– …приблизительное время взрыва: час ночи, – говорил репортер. План сменился, теперь на экране показывали обвалившуюся крышу с высоты птичьего полета. Крыша становилась одной зияющей дырой в темноте. – К счастью, все сотрудники к тому времени уже покинули здание, но во время взрыва внутри находились уборщики. Спасатели уже прибыли…

«Нет».

Я стукнул кулаком по ноге. Меня парализовало от ужаса и ярости. Прыгнув вперед, я схватил телефон, набрал номер и ждал, пытаясь побороть дрожь. Наконец, на другом конце провода раздался голос:

– Отличная работа, агент, – поприветствовали меня. – Мы видели репортажи. «Коготь» будет…

– Какого черта? – перебил я. – Мне сказали, что в здании никого нет! Они клялись, что там чисто. Внутри никого не должно было быть.

Пауза.

– «Коготь» обдумал полученную информацию и решил: нужно действовать согласно первоначальному плану и завершить операцию, – холодно ответили мне. – Гибель гражданских – это… прискорбно. Но это было необходимо.

– Да к черту! Мне сказали, что там никого нет.

– Вы не должны подвергать сомнению решения организации, агент, – теперь в голосе послышалась злость. – И вам не нужно знать деталей операции. Ваша работа – выполнять приказы. Вы сделали все так, как и хотел «Коготь», задание выполнено. Разговор окончен.

Связь оборвалась.

Я положил телефон. Меня просто распирало от злости. Я снова упал на кровать и начал смотреть, как по развалинам рыскают люди и собаки. Репортер брал интервью у охранника, которого я спас. Он хвастался, как гнался за предполагаемым преступником по зданию и парковке. В его рассказе он был гораздо ближе к успеху, чем на самом деле. Но он сказал, что гнался за молодым мужчиной с темными волосами, одетым во все черное, и теперь полиция ищет подходящих под описание людей. Они не смогут меня найти. Меня нет в их базе. Как сказали бы люди, я призрак. Когда полиция доберется до этого отеля, я уже буду на другом конце страны. Снова на поле битвы, на войне, которой для них не существует.

Вернусь в «Коготь».

Я сжал зубы. Мне хотелось швырнуть телефон в стену. Или в телевизор. Только чтобы не видеть, что я натворил.

«Черт побери».

Такое повторяется уже не впервые. Но впервые «Коготь» солгал мне открыто. До этого были случайные совпадения, стечения обстоятельств, приказы, которые можно было логически опровергнуть или неправильно понять. Но не в этот раз. «Коготь» заверил меня, что в здании никого не было. Я бы никогда не нажал ту кнопку, если бы знал, что там остался кто-то.

Они знали это.

Меня замутило. Я выключил телевизор, плюхнулся обратно на кровать и закрыл руками лицо. И что теперь? Как жить дальше, понимая, что «Коготь» может обмануть меня, использовать, и в итоге под перекрестный огонь попадет больше случайных людей?

Я слышал у себя в голове тонкий, насмешливый голосок своего наставника:

«Не бывает «невинных жертв», агент. Нужно смотреть правде в глаза. Мы на войне, жертв не получится избежать. И гибель нескольких людишек не должна тебя беспокоить».

Но все же беспокоила, и сильно. Может быть, я исключение из правил. Может быть, я единственный дракон в «Когте», который переживает из-за гибели нескольких уборщиков. Любой другой дракон подумал бы, что они просто оказались не в том месте не в то время. Но мне было не все равно, что по моей вине погибло еще больше людей.

Телефон завибрировал, на экране появилось уведомление о новом сообщении. Я встал и взял девайс со стеганого одеяла.

«Хватит хандрить, – разумеется, это был не кто иной, как мой наставник, сам глава отряда «Василисков». Писал он, как обычно, коротко и по существу, но при этом специально подбирал слова так, чтобы задеть меня и оскорбить. – Машина заедет за тобой через пять минут. Поедешь на новое задание».

Новое задание? Так скоро? Черт, я с этим-то только что закончил, я устал. Даже больше. Мне плохо. Я в ступоре. Я в ярости, я злюсь на себя и на «Коготь». Я не хочу возвращаться. Я хочу закрыться в комнате и напиться до поросячьего визга, пока не забуду увиденное в новостях. С куда большим удовольствием я поехал бы в офис и устроил бы там разнос, возможно, с огнем и огромным количеством ругательств. Последнее, что я хотел бы сейчас сделать, – это отправиться на новое задание.

Но что еще мне оставалось?

Я поднялся и начал методично собирать вещи. Слово «Когтя» – закон. Им плевать, что думает юный василиск. Они отправят меня еще на одно задание, и это будет повторяться снова и снова. Вне зависимости от того, что хочу я. У меня появилось смутное нехорошее предчувствие. На меня давили, меня использовали, мне лгали. Но всему есть предел. В голове у меня крутилось одно слово. Я не мог избавиться от него, оно пугало меня, продолжало возникать в моих мыслях, как бы я ни старался выбросить его из головы.

Отступник.

Гаррет

До рассвета осталось шесть часов.

Я лежал на койке, закинув руки за голову, и разглядывал трещины на потолке камеры. В тюремном блоке было темно и тихо, кроме меня, заключенных здесь не было. Единственным источником света был зазор под дверью охраны в конце коридора. В последний раз – в самый последний раз – мне приносили еду много часов назад. Стандартная порция армейского пайка и вода, потому что Орден скептически относится к предсмертным желаниям заключенных. Еду принес неприветливый солдат. «Любитель драконов», – прошипел он и швырнул порцию на пол. Там она и лежала, я так и не притронулся к еде.

До рассвета шесть часов. Через шесть часов дверь камеры откроется, двое солдат зайдут внутрь и объявят, что пора. На меня наденут наручники, проведут через тренировочный полигон к длинной кирпичной стене и поставят в лучах рассветного солнца. Разумеется, казнь будет проходить при свидетелях. Идеального Солдата вот-вот расстреляют за измену. Возможно, на мою казнь придет посмотреть куча народу, не исключено, что все солдаты, находящиеся на базе, захотят увидеть, как казнят предателя Ордена. Интересно, будет ли там Тристан. И лейтенант Мартин. Я не знал, придут ли они, да и, честно говоря, мне не очень хочется, чтобы они видели меня в последние минуты жизни. Перед стеной выстроится шеренга солдат с заряженными ружьями. Их будет шестеро. Меня поставят перед ними и предложат завязать глаза. Я откажусь. А потом я буду стоять в одиночестве, перед всеми ними. Прозвучит команда.

Готовьсь…

Цельсь…

Пли!

Я содрогнулся. Не смог удержаться. Я не боюсь смерти. До этого я много раз готовился ко встрече с ней. На поле боя, перед нападением на гнездо или когда смотрел снизу вверх на огромного дракона. Все мы знали, что в любой момент можем погибнуть. Солдат убивали. Такова жизнь, этого нельзя предотвратить или избежать. Не было никакой объективной причины, по которой солдат, который будет стоять в двух шагах от меня, пустит себе пулю в лоб, и меня пощадят. Я выжил, потому что хорошо делал свою работу, но иногда мне просто везло.

Но обмануть смерть и точно знать, когда именно она придет за тобой, – это две совершенно разные вещи. Как и погибнуть в бою и стоять с руками за спиной в ожидании своих бывших сослуживцев. Тех самых, с которыми ты сражался и вместе проливал кровь. Ждать, пока они убьют тебя.

До рассвета осталось пять с половиной часов.

Я ни о чем не жалел. В зале суда я сказал все, что хотел сказать. И если бы мне снова пришлось это пережить – и я снова стоял бы на том пляже с драконом, которого должен был убить, зная, что если я отпущу ее, то умру сам… Я бы все равно ее спас.

Но я предал Орден. Променял все, что знал, на врага. Я видел, как мои сослуживцы погибали у меня на глазах. Как драконы разрывали их на куски и сжигали дотла. Как они бросались под пули или в одиночку шли в наступление, просто чтобы у остальных было преимущество в бою. Я знал, что заслуживаю смерти. Я отвернулся от Ордена, который меня вырастил, от братьев, которые умерли за наше дело. И все это ради того, чтобы спасти наших самых главных врагов. Я знаю, что должен мучиться угрызениями совести и чувством вины, потому что предал свою семью.

Но я лежал на койке, считал минуты до казни и думал только о ней. Где она сейчас? Что делает? Вспоминает ли обо мне? Или после того, как она сбежала из Кресент-Бич с остальными драконами, она забыла обо мне? Ведь с чего бы ей вспоминать о солдате Ордена Святого Георгия? Она свободна, и рядом с ней представители ее вида. Я же – член Ордена и все еще враг таких, как она. И, как бы ни было больно об этом думать, многие представители ее расы погибли от моей руки. Эмбер должна меня ненавидеть. Я это заслужил.

Но все-таки я все еще надеялся, что иногда она думает обо мне. И, пока время шло, неумолимо приближая момент моей смерти, я ловил себя на мысли, что все чаще вспоминаю, что мы пережили вместе. Я спрашивал себя, как бы все могло сложиться… если бы мы были обычными людьми. Я понимал, что жалеть о прошлом – только тратить силы. Это ничего не изменит. Но впервые в жизни я жалел, что у нас было так мало времени. Если бы я знал, что произойдет, я бы проводил с ней каждую свободную минуту. Многое было бы было совсем по-другому. Слишком поздно. Эмбер уехала, а я через несколько часов умру. Этого уже не изменить. Но когда покину этот мир, перед моими глазами будет ее лицо.

«Надеюсь, ты счастлива, Эмбер, где бы ты сейчас ни была. Надеюсь… Что ты всегда будешь свободна».

До рассвета осталось пять часов.

Эмбер

– Искорка, проснись, – тихо позвал меня Райли. Мой дракон встрепенулся, когда он коснулся моей руки. – Два часа ночи. Выходим через пятнадцать минут.

Я подняла голову, пытаясь справиться с сонливостью. Больше всего на свете сейчас хотелось снова упасть на подушку и снова уснуть. Было темно: в комнате горела всего одна лампа, а на улице еще не рассвело. Я не думала, что этой ночью у меня получится уснуть, но, видимо, я была вымотана сильнее, чем казалось. После того как мы еще раз обсудили план действий, Райли настоял на том, чтобы я легла в постель, и я уснула, как только моя голова коснулась подушки.

«План».

Я резко села, и сердце глухо заколотилось у меня в груди. Пора. Сегодня мы идем спасать Гаррета.

– Одевайся, – сказал Райли, кивнув на лежащий на кровати рюкзак.

Он уже переоделся. Вместо серых джинсов и белой футболки на нем была темная обтягивающая футболка и черные джинсы. Сверху он надел привычную кожаную черную куртку, а джинсы опоясал ремнем со множеством отделений и карманов. Уэс с угрюмым видом сидел на столе. Он тоже был во всем черном. На голове у него была лыжная шапка, подвернутая почти до макушки. Но видно было, что он напуган, и будь его воля, занимался бы чем-то другим. Райли же, похоже, чувствовал себя как рыба в воде. Он навис надо мной и ждал, пока я встану. В груди у меня почему-то екнуло.

– Пошевеливайся, Искорка, – поторопил меня Райли, когда я села на кровати. – Не забывай, работаем по графику. Натягивай свой костюм ниндзя, и поехали.

– Хорошо, – стряхнув с себя остатки сна, я схватила рюкзак и поспешила в ванную. Там я покопалась в большом отделении, пока не выудила оттуда то, что искала.

Из рюкзака я достала изящный черный костюм, который чернильным пятном скользил у меня в ладонях. Наставница подарила его мне после того, как я закончила базовые тренировки и должна была начать настоящую подготовку. Его сшили специально для меня, и в отличие от обычной одежды, он не порвется и не растянется, если я приму свою истинную форму. Плотно облегающая фигуру теплая ткань словно слилась с моей кожей, но при этом она все равно скрывала мое тело. Скорее всего, это самая крутая вещь в моем гардеробе.

Как я узнала позже, этот костюм был формой «Гадюк», печально известного отряда наемных убийц «Когтя». В организации хотели, чтобы я тоже стала одной из них. Можно не говорить, что, когда появилась необходимость выслеживать и убивать других драконов, у меня возникли определенные проблемы. Я не могла пересилить себя и делать это просто потому, что так приказали в «Когте». Решения организации обсуждению не подлежали, а гадюки убивали тех драконов, которые не были верны организации и решили стать отступниками. Таких, как Райли. Я не смогла себя пересилить. А так как «Коготь» не привык получать отказы, я тоже стала отступницей. Именно поэтому я покинула организацию. Я не хотела становиться такой же, как моя наставница, жестокая и беспощадная Лилит. Я решила, что не буду без раздумий убивать других.

Но костюм определенно мне пригодился.

Когда я натянула его на себя, и темная ткань слилась с моей кожей, я вздрогнула. Да, волшебный костюм ниндзя очень крутой, но меня до чертиков пугало ощущение, что он почти живет своей жизнью. Надев обувь и убрав нормальную одежду в рюкзак, я вышла из ванной и чуть не врезалась в стоявшего у двери Райли.

Он вытянул руки, чтобы удержать меня на ногах, но скривился и быстро убрал их. Я нахмурилась. Странно это.

– Что? От меня что, воняет? В чем дело?

– Нет, – пробормотал он, посмотрев мне в глаза. – Извини. Дело не в тебе, Искорка, просто… – он нерешительно повел в мою сторону рукой. – Этот костюм. Вызывает забавные воспоминания, если ты понимаешь, о чем я.

Неожиданно я поняла, в чем дело.

– Я похожа на гадюку, – сказала я, и он кивнул.

– Когда ты проведешь вне «Когтя» столько же времени, сколько и я, этот костюм станет последней вещью, которую ты захочешь увидеть. Обычно его появление означает, что скоро придется драться или спасаться бегством.

– Теперь я тоже отступница, Райли.

– Знаю, – он провел рукой по основанию моей шеи. В том месте, где его пальцы касались моей кожи, словно пробежал электрический разряд. В темноте казалось, что золотые глаза Райли сверкают мягким светом. – Я рад, что ты здесь, Искорка, – тихо сказал он. – Хорошо, что ты не стала гадюкой и мне не доведется столкнуться с тобой при других обстоятельствах. Я бы не выдержал, если бы мне пришлось драться с тобой, – он слабо улыбнулся. – Ты даже не представляешь, как я рад, что ты поняла, что на самом деле собой представляет «Коготь», и ушла из организации.

У меня пересохло в горле. Дракон внутри меня пытался вырваться наружу из хрупкой человеческой оболочки. Форма гадюки внезапно стала тесной. Она сливалась с моей кожей, пока мне не начало казаться, что на мне совсем ничего нет.

«Я могла бы принять свою истинную форму, – поняла я. – Что я теряю? Меня увидят только Райли и Уэс. А потом, возможно, Райли тоже превратится». Я хотела увидеть, какой он на самом деле, увидеть другого Райли. Он не сводил с меня своих золотых глаз и взывал к моему дракону.

Я хотела увидеть Кобальта.

«Соберись, Эмбер».

Я сделала глубокий вдох, пытаясь усмирить бушевавший внутри меня огонь, и попыталась ухмыльнуться в ответ.

– Да. Держу пари, ты и не подозревал, во что ввязываешься, – легко сказала я.

– Неважно, – Райли резко убрал руку и отошел прочь, как будто чувствовал, что теряет самообладание, и если физический контакт продолжится дольше, в комнате неожиданно появится огромный синий дракон. – Но если мы переживем это, ты моя должница, Искорка.

Он посмотрел на Уэса, который, сжав губы в тонкую линию, укладывал ноутбук в рюкзак.

– Все готовы? Когда мы начнем, пути назад не будет. Уэс?

– Отвали, – буркнул он. – Как будто у меня есть выбор. Когда солдаты Ордена Святого Георгия тебя прикончат, не жди, что я буду нянчиться с двумя дюжинами детенышей до конца жизни.

Райли не обратил на это внимания.

– Будем ехать, пока до базы не останется пара километров. Остальную часть пути пройдем пешком. Уэс, как близко тебе нужно подобраться, чтобы засечь их сигнал?

– Слишком близко, черт побери, – пробормотал Уэс. – Но поймать его будет легко, они будут единственным источником сигнала на сотню километров. Только будет непросто подключиться незаметно.

– Тебе нужно подобраться ближе, в фургоне ехать нельзя. Не хватало нам только, чтобы они увидели свет фар машины, которая едет в направлении их базы.

– Что, правда? Наверное, так я тогда и поступлю, – Уэс в ярости застегнул свою сумку. – Вот я дурак, я-то думал, что нам нужно поставить на крышу неоновую вывеску «Мы едем к вам, убейте нас».

Райли закатил глаза и ничего не ответил.

– Расчетное время прибытия в капитул Ордена – три часа ночи. Как только закончим, встречаемся на точке сбора и убираемся из машины. Эмбер… – он повернулся ко мне. – Ты со мной. Пошли.

* * *

По дороге, проходившей по границе между штатами Аризона и Юта, мы ехали молча. На шоссе, пролегающем по пустыне Мохаве, почти никого не было. Мимо проехало всего несколько машин. Над нами сияла луна. Она лежала на небесном покрывале, на котором словно были вышиты миллионы звезд, и смотрела на нас, сонно прикрыв глаза. Здесь, в пустыне, вдалеке от городов и огней цивилизации ко мне взывало небо. Мне хотелось принять свою истинную форму, спрыгнуть с мотоцикла, измениться в полете и взлететь в безоблачное небо. Я раздраженно выбросила заманчивую мысль из головы и усилием воли успокоила своего дракона. Через пару часов мы будем у базы, на которой полно до зубов вооруженных солдат, посвятивших жизнь полному уничтожению нашей расы. Сейчас у меня были дела поважнее, чем полуночные полеты по пустыне.

«Гаррет. Надеюсь, ты в порядке. Держись, мы тебя вытащим».

Мне казалось, что в моем животе извиваются тысячи змей. Но я сделала глубокий вдох и попыталась взять себя в руки. Получится ли у нас найти Гаррета? Жив ли он? Что он скажет, когда мы, наконец, его найдем? Мне казалось, что проникновение драконов на базу Ордена Святого Георгия – явление нечастое, если не сказать из ряда вон выходящее. Будет ли Гаррет рад меня видеть? Примет ли он помощь дракона? Ведь его учили убивать нас сразу же, как только мы появляемся в поле зрения.

А если он поднимет тревогу? Вдруг он пришел к выводу, что драконы – враги и их нужно уничтожить? С той одинокой ночи на пляже, когда я чуть не погибла после нападения моей наставницы, прошло уже несколько дней. Тогда Гаррет спас нас, но все же он солдат Ордена Святого Георгия. Согласно доктрине «Когтя», с солдатами Ордена нельзя церемониться и идти на компромисс, а проявлять снисхождение врагам организации недопустимо. Сейчас Гаррет был среди своих. Что, если, в конце концов, им удалось убедить его в том, что он ошибался и драконы – их враги? Что, если в следующий раз, когда он увидит дракона, он пустит пулю ему в затылок?

«Гаррет этого не сделает, – сказала я себе. – Он не такой, как они. Он понял, что мы не чудовища. И он… он обещал мне, что больше не будет убивать. Он сказал мне, что больше не будет охотиться на нас».

Я должна в это верить. Гаррет сдержит данное мне обещание. Я должна верить в то, что солдат, который помог нам отбиться от Лилит и отпустил нас, остался тем же человеком, с которым я познакомилась этим летом. Что он все тот же парень, которого я научила кататься на серфе, который играл со мной в компьютер и от улыбки которого мой желудок делал сальто. Он поцеловал меня в океане и пробудил к жизни все мои чувства. Когда я была с ним, я забывала про своего дракона, и не чувствовала себя человеком. С ним я была странным, легким существом: не человеком, не драконом, а чем-то средним между ними. Тот человек не был солдатом Ордена Святого Георгия, жестоким убийцей, который ненавидел драконов и убивал их без пощады. Нет, когда Гаррет был со мной, он был обычным парнем, временами таким же неуверенным и смущенным, как и я. Я видела, как он смотрел на меня тогда, на утесе, когда он взял на мушку. Его взгляд был суровым и безжалостным, но все равно даже тогда он не спустил курок.

А сейчас?

Я вздохнула и прислонилась щекой к спине Райли, пытаясь усмирить бесконечный поток мыслей в моей голове. Сначала нужно спасти Гаррета. Сейчас это – приоритетная задача, и нужно сосредоточиться на ней. Все остальные проблемы подождут до того момента, как мы разберемся с Орденом Святого Георгия.

Райли резко повернул влево, съехал с дороги и поехал по пустыне. Я вздрогнула и обхватила его за пояс. Мы поехали вслед за фургоном, объезжая камни и кактусы. Неожиданно Райли выключил фары. Водитель фургона последовал его примеру. Какое-то время мы ехали в темноте, и только слабый свет луны освещал нам дорогу. Наконец фургон снизил скорость и, подняв небольшое облачко пыли, остановился у небольшого холма. Райли свернул, остановил мотоцикл рядом и выключил двигатель.

Я выпрямилась на сиденье. В пустыне царила полная, леденящая кровь тишина: слышно лишь пощелкивание остывающего двигателя, мое дыхание и бешеный стук сердца в груди. Мой дракон ощетинился. Полное отсутствие звуков очень напомнило мне мою старую школу в Большом Бассейне. Там мы с братом провели большую часть жизни, учились вести себя как люди. Вокруг были только пустыня, безоблачное небо и больше ничего. Можно было выйти на улицу и часами стоять на месте под палящим солнцем, пока уши не начнут пульсировать от бесконечной грозной тишины. Я ее ненавидела. Иногда мне казалось, что тишина пытается украсть мой голос, что, если я не буду шуметь, я стану такой же безмолвной и безжизненной, как и окружающая меня пустыня. Данте никогда не понимал, почему я была такой беспокойной.

«Данте».

Когда я слезала с мотоцикла, к горлу подступил ком. Сейчас о нем нельзя думать. Одна проблема зараз.

– Все в силе, Искорка? – прошептал Райли, резко вытолкнув меня из моих мрачных мыслей.

Я взяла себя в руки и кивнула, но сердце все еще бешено колотилось у меня в груди. Райли пристально посмотрел на меня, а потом повернулся и указал вдаль, туда, где посреди пустыни мерцало множество огней.

– База вон там, – тихо сказал он. Я смотрела на слабый свет, указывающий, куда мы держим путь. Гаррет был где-то за этими стенами. Если нам повезет, мы найдем его и уйдем оттуда прежде, чем кто-либо в Ордене Святого Георгия узнает, что мы вообще были там. – До нее примерно три километра, – продолжил Райли, – но мы не можем ехать туда на машине. Это слишком рискованно, нас могут увидеть. Наш единственный шанс проникнуть туда – сделать это незаметно. Поэтому отсюда пойдем пешком.

Уэс, в натянутой почти до уровня глаз спортивной шапке, вышел из фургона и обошел машину. Вдвоем с Райли они открыли задние двери, и дракон вытащил из-под сиденья черную спортивную сумку. Мое сердце упало, когда Райли осторожно вытащил из нее маленький черный пистолет, проверил, сколько в нем пуль, и привычным движением засунул его за ремень.

При виде оружия у меня пересохло в горле.

– Райли? – рискнула спросить я. Неожиданно для меня самой мой голос звучал испуганно, и я сердилась на себя за то, что мне страшно. – Скажи честно, – попросила я, когда он посмотрел на меня. – Не думай, что я даю задний ход, но… Насколько это может быть опасно?

Уэс фыркнул.

– О, ну, конечно. Она спрашивает сейчас. Когда мы, черт возьми, на подходе к базе Ордена.

Райли вздохнул.

– Честно, Искорка? Я бы ни за что не согласился на эту аферу, если бы это было самоубийством, – сказал он, выдержав мой взгляд. Я удивленно моргнула. Он еле заметно улыбнулся мне в ответ. – Уэс сколько угодно может говорить, что мы обречены, и нагнетать атмосферу, но поверь мне, я знаю, что делаю. Сейчас на базе почти все спят. Конкретно этот капитул очень далек от цивилизации и очень хорошо спрятан. Они пользуются этим преимуществом, чтобы заранее заметить незваных гостей. Так что охраны там будет немного. Да и зачем нужна усиленная охрана, если никто не знает, где ты находишься? И поверь, они никак не ожидают, что сегодня ночью в один из их капитулов проникнут два дракона. Такого прежде никогда не бывало. Но, – продолжил он, когда я немного расслабилась, – это не значит, что миссия безопасна. Обычно такие операции либо проходят гладко, либо все летяи к чертям. Надеюсь, мы сможем проникнуть внутрь, найти то, что нам нужно, и выйти оттуда тем же путем. Тогда о том, что мы были там, никто не узнает. Это лучший из возможных вариантов развития событий. Ну, а каким может быть худший, ты и сама знаешь… Итак, на этой позитивной ноте…

Он протянул мне пистолет.

– Стреляла из такого?

Я в оцепенении покачала головой. Раньше мне доводилось иметь дело с оружием. Я работала с ним на тренировках с Лилит и перехватывала направленный мне в лицо пистолет. Но я никогда не стреляла. Тем более не в живое существо.

Райли ухмыльнулся.

– Если дело дойдет до перестрелки, дело дрянь, и нам нужно будет убираться оттуда как можно скорее, – он продемонстрировал пистолет. – Используй его только в случае крайней необходимости. Если все пойдет не так, как планировалось, тебе придется защищаться. Когти и клыки – это хорошо, но, чтобы их использовать, нужно подобраться достаточно близко к врагу. А это будет довольно сложно сделать, если по тебе откроют огонь из винтовок.

– Райли, я никогда не стреляла из пистолета. Я даже не знаю, каково это… Выстрелить в кого-то. Не по-настоящему. Я никогда никого не убивала.

Райли горько усмехнулся.

– Да, Искорка, тебе придется переступить через это, – резко сказал он. – Может быть, ты и не состоишь больше в «Когте», но Орден плевать на это хотел. Для них все драконы одинаковы. Им совершенно безразлично, кто ты: отступник, детеныш или гадюка. Они убьют нас вне зависимости от того, кто мы и какие у нас взгляды.

Он опустил пистолет. В его взгляде читалось обвинение.

– Мы все еще на войне. Просто мы больше не сражаемся на одной стороне. Нам нужно быть начеку не только из-за Ордена – «Коготь» тоже будет дышать нам в спину, а если ты не заметила, мы вставляем палки в колеса и тем и другим.

Я моргнула. Меня поразил тон Райли. Никогда прежде он не говорил со мной так резко и горько. Хотя с тех пор, как мы покинули Кресент-Бич, он… изменился. Стал более серьезным и взял все под контроль. Это был уже не тот самоуверенный, невыносимый и беспечный отступник, которого я знала. Я думала, он таинственный одинокий мятежник. А оказалось, что он – лидер целой подпольной сети отступников. Кто знает, сколько драконов и людей зависят от него? У меня появилось подозрение, что в Кресент-Бич Кобальт просто разыгрывал комедию, носил маску, играл необходимую роль. И все же мне интересно, какова истинная натура дракона, который сейчас стоит передо мной.

В ответ на мое молчание Райли бросил на меня изможденный, участливый взгляд. Когда он снова заговорил, голос его был гораздо мягче.

– Прости, Искорка. Я не хотел набрасываться на тебя. Я знаю, что ты никогда никого не убивала, и не могу от тебя этого требовать. Во всяком случае, не сегодня.

Он вздохнул и взъерошил волосы.

– Понимаешь, я… уже видел, что творят «Коготь» и Орден Святого Георгия. Я терял друзей и детенышей по вине обеих организаций. Иногда мне кажется, что я взвалил себе на плечи огромный валун и пытаюсь затащить его на гору, но никак не могу добраться до вершины. А если я расслаблюсь хоть на секунду, он покатится обратно вниз, и меня расплющит под его весом, – он нахмурился и с мрачным видом оглянулся. – Однажды так и будет.

Он посмотрел на меня.

– Я пытаюсь сказать, что если ты решила пойти против «Когтя», то тебе придется делать все, чтобы остаться в живых.

И однажды тебе придется кого-то пристрелить. Или сжечь. Или разорвать на куски. Да, это звучит ужасно, и мерзко, и это нечестно, но такова жизнь. Это наш мир, Искорка. А теперь это и твой мир, – он еще раз протянул мне пистолет. – Если ты хочешь вернуться обратно.

Я сглотнула.

– Нет, – сказала я и забрала пистолет. Мои пальцы сомкнулись на холодном металле. – Этого не будет.

Райли дал мне кобуру, и я надела ее, почувствовав на своем плече вес тяжелого, холодного и смертоносного оружия.

Надеюсь, оно мне не понадобится.

– Ладно, – Райли закрыл фургон и посмотрел на далекие огни базы. Я услышала, как он резко выдохнул, готовясь к тому, что будет дальше. – Думаю, мы почти готовы. Просто запомните… – он коротко взглянул в мою сторону. – Поступим так. Если я что-то скажу, не задавайте вопросов, просто делайте так, как я сказал. Все ясно?

Я кивнула. Райли посмотрел на Уэса. Тот глядел на него с самым мрачным выражением лица. Он явно спрашивал себя, доведется ли им увидеться снова.

– Мы идем. Если я дам сигнал, убирайся оттуда и не оглядывайся. Пожелай нам удачи.

– Удачи? – пробормотал Уэс, качая головой. – Да вам не удача нужна, черт подери. Вам нужно самое настоящее чудо.

И на этой вдохновляющей ноте мы начали наш путь по пустыне.

Райли

«Еще один километр, и мы окажемся в преисподней».

Я постарался выбросить эту мысль из головы. Сейчас, когда мы с Эмбер идем по направлению к зловещим огням, страх и сомнения уже ни к чему. Слишком опасно. Эта безумная спасательная операция официально началась. Мне и без этого есть о чем подумать. Нужно проникнуть на базу и выйти из нее, оставшись незамеченными. Хорошо было бы, чтобы нас при этом не пристрелили. Когда я был в «Василисках», меня научили не задавать лишних вопросов и не задумываться над тем, что я делаю. Причины были не важны, важно было завершить миссию.

Конечно, когда я начал задавать вопросы, я осознал, что больше не могу работать на «Коготь».

Эмбер молча следовала за мной. Из-за того, что она была одета в черную форму гадюк, мне казалось, что она бесшумно скользит за мной по песку. Ее как будто готовили к работе в отряде василисков, настолько грациозно и уверенно она двигалась. Она и сама не осознавала этого. Лилит хорошо обучила ее. Ей не удалось только привить рыжеволосому детенышу свойственную гадюкам безжалостность и полное хладнокровие, которым славился отряд наемных убийц «Когтя» – и из-за которого их так боялись. Меня это радовало. Но я прекрасно понимал, что это ненадолго. В нашем мире слишком многое было поставлено на карту. Многим было бы гораздо удобнее, если бы мы были мертвы, многих нужно было защитить. В конце концов, рано или поздно настанет день, когда Эмбер придется совершить убийство. И когда это произойдет, ей предстоит сделать выбор и решить, кем она хочет быть. Мне оставалось только надеяться, что перемены не будут такими радикальными.

– До забора осталось двести метров, – раздался голос Уэса в наушнике. Гарнитура тоже была в посылке, которую я забрал в Лос-Анджелесе. – Камер наблюдения я не вижу, но все равно будьте осторожны.

– Принял.

Вооруженного патруля по периметру не было. Это оказался простой непримечательный забор, просто сетка и колючая проволока. Примерно через каждые десять метров висели таблички «Частная собственность» и «Нарушители будут привлечены к ответственности». Но ничто не указывало на то, что за этим забором располагается вооруженный полк. Орден Святого Георгия умел прятаться у всех на виду почти так же хорошо, как и «Коготь». Власти США не одобряли частных войсковых частей. Базы, на которых были расквартированы солдаты, располагались в отдаленных местах, не отмеченных на карте. Это делалось для того, чтобы не попадать в поле зрения недовольных тем, что на территории Америки находится армия вооруженных фанатиков.

Хорошие новости: солдаты здесь рассчитывали, что благодаря отдаленности от дороги и населенных пунктов они успеют приготовиться к приходу незваных гостей задолго до того, как те окажутся на базе. Так что периметр почти не патрулировали. Плохие новости: если они откроют огонь на поражение, никто этого не услышит.

Эмбер опустилась рядом со мной, чтобы осмотреть территорию базы. Мы заходили с севера, предусмотрительно не приближаясь к забору, когда я приметил несколько казарм буквально в метре от него. Там было темно, но спрятаться было негде, и это пугало.

«Пути назад нет».

Я молча вытащил кусачки и начал методично разрезать ими проволоку. Довольно странно, но эта работа, такая привычная, меня успокоила. Сколько раз я уже это делал? Эмбер держалась почти вплотную ко мне. Один раз мы с ней случайно стукнулись, и у меня екнуло сердце, но я продолжал прорезать дыру в заборе, пока та не стала достаточно большого размера для того, чтобы мы оба могли в нее пролезть.

– Держись рядом, – пробормотал я. – Ничего не делай, пока я не скажу.

Она кивнула. Я нагнулся и отодвинул проволоку, чтобы она могла пролезть, потом проскользнул через забор вслед за ней. Когда мы оказались на территории базы, проволока мягко звякнула, и от этого звука у меня по спине пробежали мурашки.

Ну, вот мы и на базе Ордена Святого Георгия. Не выпрямляясь, я внимательно осмотрел территорию, запоминая расположение зданий, источников света и расстояния, на которое падали тени. Эмбер неподвижно стояла рядом со мной, в ее горящих зеленых глазах не было страха – только упрямая решительность. Она следовала своему решению и была намерена довести дело до конца, несмотря ни на что. Я почувствовал странную смесь ужаса и гордости за эту девчонку.

– Мы внутри, – прошептал я, обращаясь к Уэсу.

– Хорошо. – Я представил, как на другом конце провода яростно печатают. – Погоди, я пытаюсь найти охранную систему… Вот так.

Он замолчал. Мы с Эмбер оставались у забора и настороженно осматривали территорию базы.

– Так, – наконец пробормотал он. – Похоже, камеры есть только в центре управления и в оружейной. Так что вам нужно проникнуть в здание, только потом я смогу вас повести.

– Понял, – ответил я. – Сообщу, когда мы будем внутри. Райли, конец связи.

Мы быстро подобрались к казармам, стараясь держаться в тени. Была глубокая ночь, на базе было тихо. Большинство солдат спали, скорее всего, подъем будет через пару часов. Я заметил нескольких охранников у ворот, но больше никого во дворе не было.

– Здесь так тихо, – прошептала Эмбер, когда мы осторожно прошли за «Хаммером», возможно, в сотне метров от ближайших зданий. – Как ты и говорил. Это же хорошо, да?

– Да, но давай не будем делать поспешных выводов.

Я кивнул в сторону крыши самого большого здания, прямо перед несколькими меньшими постройками.

– Если тебя это не слишком впечатляет происходящее, подожди, когда мы откажемся внутри. Если хотя бы один из них поднимет тревогу, вся база загудит как осиный рой. Так что веди себя тихо, Искорка. Нам еще выбираться отсюда.

Ее глаза блеснули, но она кивнула. Мы молча пересекли двор. Возможные скрытые опасности и внезапное появление патрульных теперь пугали нас еще больше. На базе было тихо, но я все равно оставался в полной боевой готовности. Пусть Эмбер считает, что эта вылазка больше похожа на прогулку по ночному парку. Я-то знаю, как быстро все может измениться. А если это случится, у нас практически не будет шансов на спасение.

Когда мы подошли к ближайшим казармам, осторожно пробираясь у наружной стены, дверь перед нами распахнулась. Я сдержал ругательство, нырнул за угол и прижался к стене. Эмбер последовала моему примеру. Я почувствовал тепло ее тела и подавил нетерпеливое присутствие моего дракона. Из здания вышли два солдата. Они тихо переговаривались на нижних ступеньках крыльца.

– Вот черт, я иду в наряд, – проворчал один из них. – Разумеется, я вытянул наряд именно сегодня. Идешь на казнь?

– Не знаю, – ответил второй.

Эмбер застыла.

– Это… неправильно, – продолжил он. – Я видел его в Южной Америке. Парень-то не робкого десятка. Он собственноручно подстрелил взрослого ящера, черт побери.

– Он чертов любитель драконов, – отрезал второй солдат. – Ты слышал, что он говорил на суде? Лично мне не терпится увидеть, как его мозги окажутся на стене. Он это заслужил.

Они начали спорить и двинулись дальше. Их голоса удалялись в темноте. Я прислонился к стене и тихо выдохнул. Потом посмотрел на Эмбер.

Она побледнела от ужаса и ярости. Ее глаза сверкали от злости, как два сияющих изумруда. Как будто она еле сдерживалась, чтобы не принять свою истинную форму прямо здесь и сейчас и порвать этих двух солдат на кусочки. Я быстро схватил ее за руку наклонился ближе и почувствовал, как от злости ее пробирает мелкая дрожь.

– Спокойно, Искорка, – прошептал я. Мой дракон еще раз попытался вырваться наружу. Я сдержал его. – Вот почему мы здесь. Он еще жив.

Именно это мне и нужно было услышать. Его собирались казнить сегодня, скорее всего, на рассвете. Не то чтобы меня это сильно заботило, меня бы куда больше порадовало, если бы еще одного урода из Ордена Святого Георгия прикончили. Но получается, что у нас оставалось не так много времени. Если мы хотим его вытащить, нужно действовать прямо сейчас. Однако от того, как Эмбер отреагировала на их разговор, по моим жилам начали медленно растекаться волны ярости. Почему она так относится к этому парню? Он всего лишь человек, более того, он солдат Ордена Святого Георгия. Я вспомнил, как она смотрела на него, как танцевала с ним, – и моя ярость усилилась. Эмбер – дракон. Ей незачем якшаться с человеком. Как только мы спасем этого гада и будем достаточно далеко от Ордена Святого Георгия – когда я смогу вздохнуть свободно, – я покажу ей, что значит быть драконом.

Эмбер сделала глубокий вдох и кивнула. Мы осторожно, стараясь держаться в тени, обходили постройки, сантиметр за сантиметром приближаясь к огромному двухэтажному зданию почти в центре базы. Разумеется, мы не стали соваться к ярко освещенной передней двери. Мы пошли в обход и наткнулись на небольшую металлическую дверь.

Эмбер рванула к ней, но я схватил ее за руку и указал на направленный на ступеньки объектив камеры. Мы нырнули назад в тень, и я сказал в микрофон:

– Уэс, мы стоим у задней двери главного корпуса. Охраны нет, но над входом камера, и, похоже, чтобы войти, нужна ключ-карта.

– Погоди, – Уэс замолчал. Мы с Эмбер прислонились к стене и терпеливо ждали. – Так, дайте мне минуту, я посмотрю, получится ли у меня ее выключить, – пробормотал он через несколько секунд.

Он еще не закончил, когда из-за угла здания вышел человек. Он был не в форме, с темными, коротко стриженными волосами. Заметив нас, он вздрогнул от испуга. Долю секунды мы трое смотрели друг на друга, а потом он напрягся и открыл рот, чтобы закричать.

Но тут Эмбер чернильным пятном рванула вперед и быстро ударила солдата в челюсть под ухом. Его голова завалилась набок, и он рухнул на песок, глухо ударившись головой о землю.

Я сделал глубокий вдох. Эмбер моргнула. Она удивленно смотрела на солдата, как будто не могла поверить в то, что сделала за секунду до этого. Мои руки тряслись от выброса адреналина. Все произошло так быстро. Я даже не успел сдвинуться с места, а он уже лежал без сознания. А уж я-то не мог пожаловаться на плохо развитые рефлексы.

– Искорка, – выдохнул я. Она почти испуганно смотрела на меня. – Это было… Впечатляюще. Где ты этому научилась?

– Не знаю, – она отпрянула от тела, как будто боялась, что не сможет удержаться и сделает что-то еще. – Я… Просто увидела его, и… – она нахмурилась и покачала головой. – Я даже не помню, что сделала.

«Тренировки Лилит».

Вот чему в «Гадюках» обучали своих учеников – они учили их быть быстрыми, убивать сразу и без раздумий. Опознавать угрозу и избавляться от нее. Немедленно.

– Райли, – осторожно позвал Уэс. Даже через помехи радиосвязи было слышно, как он встревожен. – Все в порядке? Что происходит?

Я сделал над собой титаническое усилие и заставил себя ответить.

– Ничего, – ответил я и подошел к лежащему на земле солдату. Эмбер пришлось заставить его замолчать, это было бесспорно. Но нам все еще нужно было с ним разобраться. Еще не хватало, чтобы он очнулся и поднял на уши всю базу. – Возникла небольшая проблема. Мы с ней разобрались, – продолжил я. Я сел на корточки возле человека и потянулся к одному из отделений на моем ремне. – Как дела с дверью?

– Райли, что ты делаешь? – внезапно спросила Эмбер, испуганно глядя на меня своими изумрудно-зелеными глазами. – Ты… ты ведь не убьешь его, да?

Я покачал головой и показал на пластиковые стяжки, которые вытащил из отделения ремня. Я видел всю иронию ситуации. Если бы Эмбер завершила обучение и стала гадюкой, сомневаюсь, что этот человек был бы жив. Он был абсолютно беспомощным, и я не собирался душить его или перерезать горло. Даже несмотря на то, что я ненавижу этих ублюдков и с радостью равзорвал бы его, если бы у меня была такая возможность, я не убийца. Я не такой, как они.

Уэс продолжил говорить.

– Я могу открыть дверь, – сказал он, пока я складывал руки солдата у него за спиной и застегивал их стяжкой. – Но они заподозрят, что что-то неладно, если я отключу камеры. Лучшее, что я могу сделать, – секунд на тридцать перезагрузить камеру, но вам нужно будет проникнуть в здание до того, как она включится. Что скажешь? Успеете?

Я вытащил скотч из другого отделения на моем ремне, заклеил человеку рот и взвалил его себе на плечи. Солдат повис на мне как мешок с картошкой – тяжелый, мускулистый мешок с картошкой.

– Давай, – прокряхтел я и, шатаясь, пошел к мусорному баку, за которым мы прятались секунду назад. – Только подожди секунд пятнадцать. Эмбер, поможешь мне?

Эмбер поспешно подошла к мусорному баку и подняла крышку. Из бака донесся мерзкий запах прокисшего молока и разлагающейся пищи. Возможно, мне не стоило так злорадствовать, когда я швырял безжизненного солдата в бак и закрывал крышку. Но я ничего не мог с собой поделать.

У крыльца мы спрятались в тени, стараясь держать в поле зрения дверь и камеру над ней.

– Дай мне немного времени, – пробормотал Уэс, услышав, что я забарабанил пальцами по колену. Я не мог избавиться от неприятного ощущения, что мы находимся у всех на виду. В любой момент из-за угла может выйти другой солдат. Один раз нам повезло, но второй раз такого не будет.

– Так, – наконец сказал Уэс. – Через десять секунд камера выключится, и дверь откроется. Это произойдет практически одновременно, так что вам нужно будет действовать очень быстро. Готовы?

– Да, – пробормотал я. Я чувствовал напряжение, волнами исходящее от Эмбер.

– Тогда… Давайте! Пошли!

Я пулей рванул вперед и быстро поднялся по ступенькам. Я не осмеливался смотреть на черный бездушный объектив камеры. Пальцы сжались на дверной ручке, раздался тихий сигнал, над щелью для ключ-карты загорелся зеленый огонек. Я дернул дверь, запустил внутрь Эмбер, а потом сам скрылся внутри. Дверь со щелчком закрылась за нами. Этот звук эхом отразился от стен длинного ярко освещенного коридора.

Мы проникли в штаб-квартиру Ордена Святого Георгия.

Началось настоящее веселье.

Эмбер

«Наверное, я должна быть в ужасе».

Мне было не по себе. Я проникла на базу Ордена Святого Георгия. Мы находимся в окружении целой армии профессиональных убийц драконов. Если они узнают, что я здесь, то убьют меня на месте. А нам все еще нужно найти Гаррета и каким-то образом незаметно вытащить его отсюда. А эта ситуация с солдатом… Все каким-то чудом обошлось, но мои нервы до сих пор были на пределе, а руки тряслись от выброса адреналина. Я ведь сделала это, даже не задумываясь. Я просто увидела его… и секунду спустя он уже лежал на земле. Смогу ли я сделать это еще раз? Получится ли у меня, если в этом возникнет необходимость?

Так вот, что имела в виду моя наставница, когда говорила, что из меня получится прекрасная гадюка?

Я отмахнулась от этих мыслей.

«Эмбер, сосредоточься. Надо найти Гаррета. Мы здесь за этим».

– Куда теперь? – шепотом спросила я у Райли.

Он прижался к стене и тихо заговорил в микрофон.

– Уэс, мы в здании.

Какое-то время он слушал, что отвечал ему человек. Наконец, он кивнул.

– Так, – пробормотал он. – Идем сюда.

– Он нашел Гаррета? – спросила я.

– Нет, – ответил Райли, и мое сердце упало. – Но ему удалось взломать систему безопасности, и он выяснил, что на одном из нижних этажей есть тюрьма. Если через несколько часов твоего человека должны казнить, он должен быть там, – Райли бросил обеспокоенный взгляд в глубь коридора. – Здесь все еще ходит охрана. Будь осторожна.

Я кивнула, и мы начали наш путь по базе. В это время суток здесь никого не было, но освещение все равно было слишком ярким. Из коридора в кабинеты вело множество дверей, но большая часть из них была закрыта. За открытыми дверьми виднелись столы и компьютеры. Неожиданно мне стало интересно, чем занимаются солдаты и офицеры Ордена Святого Георгия, когда не убивают драконов. Было сложно представить их за каким-то обыденным занятием, вроде проверки электронной почты или переписки с друзьями.

Когда мы проходили мимо одного из открытых кабинетов, мое внимание привлек отблеск красного цвета. И почему-то волосы у меня на затылке встали дыбом. Я остановилась у двери и заглянула в кабинет, сфокусировалась, прищурилась, привыкая к тусклому свету… На первый взгляд казалось, что этот кабинет ничем не отличается от всех остальных. Здесь так же были стулья, металлический шкаф, в центре комнаты стоял огромный стол. Ничего необычного или странного… Но тут я увидела источник слабого мерцания. Какую-то долю секунды я хмурилась, потому что не могла понять, что это.

А потом мой живот болезненно скрутило, а к горлу подкатила тошнота. Я застыла, не в состоянии отвести взгляда от того, что увидела.

Над столом в кабинете висела кожа маленького красного дракона. Она занимала практически всю стену от края до края. Я видела длинную изящную шею, чешую на животе, которая была чуть светлее всего остального тела, изгибающиеся черные когти, которые не отделили от лап. Этот дракон был, как и я, красным, но его чешуя была темнее, глубокого темно-красного оттенка. На спине и хвосте у него были тонкие полоски. Судя по его размеру, когда его убили, он был совсем еще детенышем, примерно моего возраста или даже младше. Когда-то эта безжизненная кожа была живым драконом, таким же, как и я. А теперь… Теперь он служит украшением чьего-то кабинета.

Кажется, я сдавленно пискнула, потому что внезапно Райли оказался рядом со мной и потянул меня за собой.

– Черт, – прорычал он, почти оттаскивая меня от двери. – Не смотри, Искорка. Не смотри туда. Идем.

Меня трясло. Райли вытянул меня в коридор и прижал к себе. Я спрятала лицо у него на груди и зажмурилась, но у меня не получилось выкинуть увиденное из головы. Это просто ужасно. Безжизненная кожа, висящая на стене, как будто отпечаталась на изнанке век, и, скорее всего, я не раз увижу ее в ночных кошмарах.

Райли обнимал меня. Он как будто отгородил меня от этого мира, в котором совсем маленьких драконов убивали, снимали с них кожу и вешали ее на стену.

– Все хорошо? – прошептал он, наклонив голову. Все было просто ужасно, но я кивнула, не поднимая глаз. Он вздохнул. – Проклятый Орден, – сдавленно пробормотал он. – Мерзкие ублюдки. Чтоб их всех.

– Все… хорошо, – упрямо прошептала я, хоть и понимала, что это не так. Я как будто оказалась в каком-то фильме ужасов, в котором убийца имел обыкновение вывешивать кожу своих жертв у себя на стене. А что они сделали с тем, что осталось от дракона после того, как его освежевали? Ох, зря я об этом подумала… – Я в порядке, – смогла выдавить из себя я. Я отстранилась, но Райли держал меня так же крепко. – Райли, все хорошо. Просто…

Где-то в коридоре скрипнула дверь, и послышался звук шагов. Мы мгновенно напряглись, как пружины, а шаги с каждой секундой становились все ближе. Райли шепотом выругался и резко сорвался с места. Мы лихорадочно оглядывались, пытаясь найти место, чтобы спрятаться, но укрыться можно было только в открытом кабинете за моей спиной.

«Извини, Искорка», – прочитала я по губам Райли.

Он втолкнул меня в комнату с мертвым драконом. Я укусила себя за щеку. Мне было очень нехорошо, как будто призрак убитого дракона был в этой комнате с нами, и достаточно было всего лишь поднять голову, чтобы увидеть бледную, кровавую фигуру, которая с обвинением взирала на нас со стены.

Мы забились в угол возле шкафа с папками. Когда шаги приблизились к комнате, мы задержали дыхание. Я прижалась к Райли и стиснула зубы, стараясь не смотреть на ужасный символ смерти, который висел перед нами на стене.

Но шаги не остановились возле нашего временного укрытия. Человек прошел дальше по коридору. После того как вокруг снова воцарилась тишина, Райли еще долго не решался выйти из комнаты. В кабинете я стояла с опущенной головой и закрытыми глазами, но все равно ощущала присутствие дракона за моей спиной.

– Проклятый Орден, – снова прошептал Райли. Ему было почти так же плохо, как и мне. – Убийцы, мерзавцы… Это отвратительно. Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть, Искорка, – он положил руку мне на плечо. Это успокаивало. – Уверена, что хочешь идти дальше? – спросил он. – Еще не поздно вернуться. Продолжим искать человека или уберемся отсюда?

Я нахмурилась и отстранилась, посмотрев ему в глаза. Он мрачно взирал на меня сверху вниз.

– Вот что из себя представляет Орден Святого Георгия, Эмбер, – сказал он. В его голосе почти слышался вызов. – Вот как они поступают. Все они, – он кивнул в сторону кабинета, из которого мы только что вышли. – Как думаешь, сколько раз твой солдат видел эту кожу на этой стене? И сколько раз он не обращал на это никакого внимания? Это же просто шкура, трофей. Не живое существо, которое способно думать, бояться и мечтать точно так же, как и все остальные, – он прищурился. – Искорка, для них мы не люди. Они видят в нас только монстров. Понимаю, эти слова могут причинить тебе боль, но твоего человека с детства учили думать точно так же. Он смотрел на тебя так же, как и на эту кожу на стене.

Я содрогнулась. В голове у меня все еще был образ прибитой к стене кожи. И на какое-то мгновение у меня появились сомнения. Неужели я совершаю ошибку? Возможно ли, чтобы человек полностью изменил свои взгляды? Гаррет вырос в Ордене Святого Георгия. А здесь эти ужасные символы смерти и убийства считаются трофеями. Украшают кабинет какого-нибудь человека так же, как голова оленя или шкура тигра. Потому что в глазах Ордена Святого Георгия мы чудовища. Животные. А что, если Гаррет до сих пор так считает?

«А если нет?»

Я с трудом сглотнула. Вне зависимости от того, какой точки зрения придерживался сейчас Гаррет, я не могу его бросить. Если сегодня мы не вытащим его отсюда, его убьют. Я не брошу его, даже если он считает, что я чудовище.

– Нет, – сказала я, отворачиваясь от двери в кабинет и ужасного трофея, который висел на стене. – Мы не остановимся. Будем искать дальше. Я не брошу его умирать.

Райли покачал головой.

– Глупый упрямый детеныш, – пробормотал он. Однако я видела, что рот его кривится в еле заметной усмешке. – Хорошо, мы идем дальше. Уэс, ты там?

Пауза. Потом Райли закатил глаза.

– Да. Конечно, нет, ты что, ее не видел? Сколько еще идти до лестницы?

Мы пробрались через еще несколько коридоров и прошли мимо еще нескольких открытых кабинетов и комнат. Я старалась больше не заглядывать внутрь, пока мы не вышли к двери, которая выводила на лестничный пролет. Здесь Райли приказал ждать, потому что с другой стороны была камера. Как только Уэс выключил ее, я бросилась вниз по лестнице. Райли по пятам следовал за мной. Спускались недолго: всего один лестничный пролет – и мы оказались у второй точно такой же двери. Мы открыли ее и вошли в еще один коридор.

– Понял, – пробормотал Райли, насколько я поняла, отвечая Уэсу, а потом с самым мрачным выражением лица повернулся ко мне.

– Что не так? – прошептала я. – Гаррета здесь нет?

– О, он здесь, Искорка.

Голос Райли был таким же мрачным, как и его лицо.

– Уэс увидел это через скрытую камеру. Но он там не один, – он кивнул на дверь. – Это караульное помещение. Чтобы попасть в тюремный блок, нужно пройти через него. Но есть одна проблема. Обычно караульные помещения находятся под охраной.

У меня по коже пробежали мурашки.

– Сколько? – спросила я.

Райли помрачнел.

– Двое. Оба вооружены. Они нас не ждут, если мы хотим вырубить их до того, как они забьют тревогу, нам придется действовать максимально быстро. Сможешь еще раз войти в режим ниндзя-гадюки? Второй попытки у нас не будет. Когда я открою дверь, отступать уже будет некуда.

От страха мой живот болезненно сжался, и я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Я найду Гаррета любой ценой. Даже несмотря на то, что мои новые инстинкты совсем меня не радовали. Даже несмотря на то, что больше всего на свете мне хотелось убраться отсюда, подальше от до зубов вооруженных солдат и мертвых драконов на стенах. Мы почти у цели, а от того, сможем ли мы добраться до Гаррета, зависела его жизнь. Теперь меня никто не остановит.

Я посмотрела на Райли и кивнула:

– Я готова. Пошли.

Гаррет

До рассвета сто двадцать минут. Времени остается все меньше.

В ожидании смерти сложнее всего определиться с чувствами. Умирать не хочется, но при этом ты мечтаешь, чтобы все закончилось прямо сейчас. И, разумеется, в последние часы жизни бессонница становится твоим единственным спутником. Больше ни на чем не получается сосредоточиться, в голове появляются вопросы, воспоминания, предположения. «А что было бы, если?..» Сущая пытка. В какой-то момент начинаешь жалеть, что нельзя пролежать без сознания до момента казни. Я прекрасно осознаю, что это малодушие, но не хочу идти навстречу смерти подавленным и измотанным. Я не стану плакать и умолять о милосердии. Если этот день – последний в моей жизни, я хочу прожить его достойно и встретить смерть с высоко поднятой головой. Это все, на что мог надеяться солдат Ордена Святого Георгия.

Я лежал на кушетке и не мог сомкнуть глаз, прекратить считать оставшиеся минуты жизни. И тут неожиданно у меня перехватило дыхание от напряжения. Я мгновенно узнал это ощущение, хоть оно и было совсем слабым. Именно это чувство возникало перед тем, как выбить дверь в убежище цели, или когда я подозревал, что мы вот-вот угодим в засаду. Инстинкты солдата подсказывали мне, что сейчас что-то произойдет.

Я осторожно слез с матраса и подошел к решетке. В тюремном блоке по-прежнему никого не было. Снаружи царила темнота. Но меня все равно не покидало ощущение, что что-то не так. Может быть, меня решили казнить раньше? Но этого быть не может. Орден Святого Георгия всегда славился своей пунктуальностью. Я умру через один час пятьдесят минут. А может быть, все дело в том, что я наконец-то не выдержал и у меня все-таки случился нервный срыв.

В полной тишине кто-то неожиданно выбил дверь. Услышав знакомый звук, я подскочил и привычно потянулся к кобуре, чтобы выхватить пистолет, но, разумеется, оружия при себе у меня не было. В караульной комнате закричали, кто-то включил сигнал тревоги. Я беспомощно стиснул прутья своей клетки, слушая приглушенный шум борьбы в соседней комнате. После короткой потасовки заскрипели стулья, с глухим стуком упали на пол тела… И снова наступила тишина.

Затаив дыхание, я напряженно ждал, что произойдет дальше. Не знаю, что сейчас будет, но, что бы это ни было, я готов к драке.

А потом дверь, ведущая в караульную комнату, распахнулась, и я увидел в дверном проеме ярко-зеленые глаза. К этому я был совсем не готов.

У меня перехватило дыхание. Какое-то время я мог только смотреть.

«Это не просто нервный срыв. Я сошел с ума, и у меня начались галлюцинации».

Потому что это просто невозможно. Ее здесь нет. Нет причины, по которой она бы в здравом уме могла появиться здесь, на базе Ордена Святого Георгия, за считаные минуты до моей казни. Я спятил, я вижу то, чего просто никак не может быть на самом деле.

«Идеальный Солдат не смог принять факт своей грядущей смерти и сошел с ума в семнадцать лет».

Я смотрел на нее, широко раскрыв рот, готовый к тому, что стоящая в лунном свете девушка растворится в тени. Но она не исчезла. С улыбкой, от которой мое сердце пустилось вскачь, она поспешила к двери моей камеры.

– Эмбер?

Я все еще не мог поверить своим глазам. Девушка приблизилась к прутьям решетки, не сводя с меня взгляда, протянула руку и коснулась моего лица. Я прерывисто вздохнул. Она была теплая. Настоящая. Это невозможно, но она действительно была здесь.

Я накрыл своей рукой ее ладонь и почувствовал, как быстро колотится ее сердце.

– Что ты здесь делаешь? – прошептал я.

– Вытаскиваю тебя отсюда, разумеется, – прошептала она в ответ. И ее теплое дыхание на моей щеке стало еще одним доказательством того, что она мне не привиделась. Я посмотрел прямо в ее непокорные зеленые глаза. – Я тебя не брошу, Гаррет. Только не после того, как ты спас нам жизнь. Я не могу позволить им тебя убить.

– Ты пришла за мной?

– Эмбер, – раздался нетерпеливый рык. Этот голос был мне смутно знаком. За спиной девушки замаячил еще один силуэт и, заглянув ей через плечо, я с огромным неудовольствием понял, что темноволосый парень в темной одежде – это тот дракон, с которым Эмбер сбежала из Кресент-Бич.

– На это нет времени, Искорка, – отрезал он, бросая ей в руки какой-то предмет. Она поймала его, и он блеснул в лунном свете. – Скорее. Охранники скоро придут в себя. Открывай дверь, нам пора убираться отсюда.

Я все еще не мог прийти в себя. Эмбер здесь, два дракона посреди ночи проникли на базу Ордена Святого Георгия, чтобы спасти меня от смерти. Но слова второго дракона вывели меня из состояния транса. Когда Эмбер вставила ключ в замочную скважину и со скрипом повернула его, я внезапно осознал, что происходит, что это значит.

– Гаррет, – сказала Эмбер, увидев, что я стою и смотрю на открытую дверь. – Скорее, пока нас никто не видит. Что ты делаешь?

Второй дракон, стоящий на другом конце блока, фыркнул от отвращения.

– Искорка, я тебя предупреждал, – он махнул в мою сторону рукой. – Ты можешь открыть клетку, но уговорить мартышку выйти из нее тебе не удастся. Он стоит, потому что мы его враги. Он скорее останется и позволит им пустить себе пулю в лоб, чем сбежит с двумя драконами. Я же прав, да, орденец? – ухмыльнулся он. – Тебе ведь совершенно плевать, что они без колебаний списали тебя со счетов? Но знаешь что? Плевать я хотел на твои принципы. Даю тебе три секунды на то, чтобы сделать выбор. Если ты не соизволишь выйти, я махну на тебя рукой, и мы оставим тебя здесь. Итак, что ты выбираешь? Идешь с нами или остаешься умирать?

«Сбежать».

Сбежать из Ордена Святого Георгия с двумя драконами. С врагами. Совсем недавно я был готов к смерти, но сейчас всего одно слово отделяло меня от свободы. Если я это сделаю, если я выйду из этой камеры, пути назад не будет.

Долю секунды Идеальный Солдат колебался. Даже сейчас мне претила мысль о том, чтобы принять помощь заклятого врага. Даже в моем нынешнем положении. Но я знал правду, и она бросала на мои мысли зловещую тень. В Ордене что-то нечисто, и до встречи с Эмбер я не понимал этого. Начав отрицать доктрину Ордена и утверждать, что она может быть неверной, я совершил измену. Ни один член Ордена не расценивал эту историю с другой стороны. Никого не интересовало, что драконы, которых мы столетиями выслеживали и убивали, могли оказаться не теми чудовищами, какими их пытались представить. Никто не хотел понимать, что, возможно, члены Ордена Святого Георгия убивали невинных существ.

Однако Орден больше не был моим домом. Меня уже приговорили к смерти, и приговор этот вынесли те самые люди, которые меня вырастили. Мое положение бы никак не ухудшилось, если бы я ушел отсюда с двумя драконами, которые рисковали жизнями, чтобы вытащить меня отсюда. А это был неплохой аргумент.

– Я иду с вами, – тихо сказал я, переступая через порог камеры. Второй дракон все еще оценивающе смотрел на меня. Но я устремил взгляд на Эмбер, которая с облегчением выдохнула, когда я вышел из камеры. Спутник Эмбер еще раз фыркнул от отвращения, но я не обратил на это внимания. Я больше не солдат Ордена Святого Георгия. Понятия не имею, как Эмбер и ее спутник собираются выбираться с базы, но теперь я свободен. И если сегодня мне суждено умереть, я погибну в бою.

– Идем, – второй дракон нетерпеливо махнул рукой. – Скоро рассвет.

Мы быстро вышли из тюремного блока. На посту охраны лежали безжизненные тела двух охранников. У одного из них, кажется, был сломан нос. Голова второго была в крови, и у меня появилось подозрение, что его приложили лбом о край стола. Я остановился возле одного из них и вытащил из кобуры, висевшей на его ремне, пистолет и проверил, нет ли в комнате отверстий от выстрелов. Все-таки, несмотря на то что я перешел на сторону врага, раньше эти люди были моими братьями. Мы вместе тренировались и сражались бок о бок. О таком нельзя забыть за одну ночь, после одного предательства. Взрослый дракон посмотрел на меня, когда я выпрямился, сжимая в руке оружие. Очевидно, он был не в восторге от того, что я вооружен. Но пока мы шли по коридору и поднимались на первый этаж, он ничего не сказал.

В здании по-прежнему было тихо. Несмотря на то что начало светать, подъем еще не объявили. Утренние построения должны были начаться ровно в пять утра, а пока солдаты продолжали спать в своих постелях. То есть у нас оставалось менее полутора часов. Скоро здесь будет твориться полная неразбериха. И это еще не говоря о том, что нам нужно пройти мимо охраны патрулирующих периметр базы солдат. Я не знал, как Эмбер и второму дракону удалось проникнуть так далеко в глубь территории базы и остаться незамеченными, но я был полностью уверен, что пройти по этому же пути во второй раз и не нарваться на неприятности нам не удастся. Все было тихо. Это слишком просто.

Второй дракон – я вспомнил, что его звали Райли, – остановил нас у задней двери и что-то тихо сказал в микрофон. Потом он кивнул и толкнул дверь, подтверждая мое предположение: камеры наблюдения на базе были взломаны. Должно быть, работал хороший хакер: системы безопасности Ордена не так-то легко взломать. Кроме того, он должен был подобраться достаточно близко к базе, чтобы поймать сигнал.

Снаружи все еще было темно. Мы тихо пробирались по пустынному двору, стараясь держаться тени и избегать освещенных мест. Один раз мимо нас прошел патруль. Солдаты тихо переговаривались между собой, а мы прижимались к стене, пока они не ушли. За зданиями можно было спрятаться, хотя нам нужно было держаться подальше от окон и дверей, откуда нас могли заметить. Но больше всего меня беспокоил последний отрезок до забора: там мы будем как на ладони, и спрятаться будет негде. Если нас заметят, то откроют огонь на поражение, и нас тут же застрелят.

Я представил, какая поднимется суматоха, когда в Ордене поймут, что два дракона смогли проникнуть на базу, освободить узника и покинуть ее тем же путем. Во всех капитулах по всему миру несколько недель будет твориться полный хаос. Будут в срочном порядке усиливать охрану, удваивать количество патрульных, перекрывать сети передачи информации и доставки продовольствия. Солдат начнут тренировать еще усерднее. Полетят головы офицеров высших чинов Ордена. Драконы поднимают Орден Святого Георгия на смех? Проскальзывают прямо под носом у наших бравых солдат? Несколько месяцев назад от одной мысли об этом я бы испугался и разозлился. Сейчас же мне было плевать. В Ордене четко дали понять, что я им больше не нужен. Я не знал, куда мне идти: до этого я жил только Орденом. Я просто не видел другой жизни. Точно я понимал лишь одно: сегодня на рассвете я не буду стоять на стене. Меня не расстреляют за то, что я спас жизнь дракону.

Но мы еще не выбрались отсюда.

До забора осталось четыреста метров… И все взорвалось.

Когда мы прижались к стене, готовые к финальному забегу к забору по открытому пространству, в полной тишине заревела сирена. Эмбер подпрыгнула, второй дракон выругался и прижался к стене. Повсюду на базе вспыхнул свет. Включились проекторы. Огромные круги света начали двигаться по земле и прочерчивать небо. Открылись двери, отовсюду хлынули толпы солдат. Они явно были в замешательстве, но находились в состоянии боевой готовности. Они собирались в рассредоточенные отряды, осторожно оглядываясь по сторонам.

– Что происходит? – прошептала Эмбер.

– Они знают, что мы здесь, – выплюнул второй дракон. – Возможно, обнаружили, что в камере никого нет и что мы вырубили охранников. – Он еще раз выругался и, прищурив глаза, выглянул за угол, – Уэс, нас обнаружили. Можешь выключить свет? – секунду спустя он покачал головой. – Ладно, тогда убирайся оттуда! Не беспокойся за нас – увидимся на месте встречи, – секунду он молчал, а потом рявкнул: – Уэс, мне плевать, уезжай!

Солдаты были повсюду. Я поднял пистолет, хотя мысль о том, чтобы направить оружие на бывших братьев, вызывала у меня отвращение.

– Ничего не выйдет, – тихо сказал я. И на секунду почувствовал укол сожаления. Зря Эмбер пришла сюда. Я хотел, чтобы она была свободна и жила без оглядки на Орден Святого Георгия, а не существовала в страхе, скрываясь от охотящихся на нее убийц драконов. Теперь она умрет здесь со мной.

– Слишком далеко, – сказал я, когда они посмотрели на меня. – Их слишком много, нам не добраться до забора. У нас никогда не получится сделать это незаметно. Эмбер… – я посмотрел в ее огромные зеленые глаза. Она смотрела на меня без страха или сожаления, и от ее взгляда мое сердце пустилось вскачь. – Я отвлеку их. Они будут искать меня. Вы с Райли убирайтесь отсюда как можно скорее.

В ее глазах вспыхнула искра неповиновения.

– Только попробуй, Гаррет, – почти прорычала она. – Я не ради того прошла через все это. Я пришла сюда, чтобы спасти тебя, а не бросать – уже во второй раз. Большей чуши я в жизни не слышала, – она отошла от стены. Искра в ее глазах превратилась в пламя. – Мы уходим отсюда, все, и прямо сейчас!

В воздухе поднялся ослепляющий вихрь белого огня. Я вздрогнул и поднял руку, чтобы защитить лицо от жара. В этот момент стоявшая передо мной девушка исчезла, а вместо нее поднялся на дыбы разъяренный темно-красный дракон. Когда она приземлилась на четыре лапы, люди на базе закричали. Ее крылья были расправлены, а от ее рыка воздух задрожал.

– Черт! – выругался кто-то из солдат.

Еще один всплеск энергии – и спутник Эмбер тоже изменился, превратившись в темно-синего дракона с блестящей чешуей и длинным гребнем от шеи до хвоста. Мое сердце бешено заколотилось, когда два существа, совсем не похожие на людей, повернулись ко мне. Их глаза сияли. Даже сейчас инстинкты вопили, чтобы я спасался бегством, что они враги, что мне нужно пристрелить их прежде, чем они нападут на меня и разорвут на куски.

По нам начали стрелять. Пули рикошетили от стены у меня за спиной. Эмбер зарычала и вздрогнула от боли. Я повернулся, поднимая пистолет. На нас бежали двое солдат, они на бегу стреляли в драконов, на которых был направлен свет проекторов. Они не видели меня, или, точнее, их внимание было целиком сосредоточено на существах за моей спиной. Я поднял пистолет и, молча умоляя их о прощении, выстрелил им в ноги. Солдаты с криками попадали на землю, но я видел, что в нашу сторону бежит еще больше людей. Сейчас все солдаты на базе были в состоянии полной боевой готовности, и все знали, что здесь находятся драконы.

– Гаррет!

Дракон с отливающей металлическим блеском красной чешуей устремился ко мне, и мне пришлось сделать усилие, чтобы не броситься в сторону, когда ко мне повернулась узкая морда рептилии.

– Забирайся! – сказал дракон, опуская крылья. – Нужно улетать.

Забираться? Лететь верхом на драконе? На долю секунды я замешкался. Одно дело – разговаривать с драконами. Другое – принимать их помощь. Но лететь верхом? Особенно после осознания того, что дракон подо мной – тощая зеленоглазая девчонка, которую я не раз целовал?

Синий дракон с ревом выпустил пламя в патруль, который вышел из-за угла с поднятыми пистолетами. Солдаты закричали и упали на землю. Эмбер зарычала, обнажив клыки:

– Гаррет, забирайся!

Я пришел в себя, запрыгнул ей на спину, между кожаных крыльев, и обхватил ее за шею. Почувствовал, как ее позвоночник впился мое тело, как горит ее разгоряченная чешуя, как напряжены ее мышцы, я подавил дрожь. Это совсем не та Эмбер, которую я знаю. Та девушка и любые намеки на ее человечность исчезли сразу, как только дракон начал двигаться. Свирепая, но в то же время завораживающая, она вытянула шею и посмотрела на меня. Я смог разглядеть ряды острых клыков и почувствовать запах пепла и дыма из ее рта.

– Подожди.

По нам снова открыли стрельбу. Синий дракон прорычал что-то на гортанном языке драконов. Я крепче схватился за шею Эмбер, она сразу же разбежалась и взлетела, расправив крылья. Казалось, что мышцы под ее кожей напряглись как стальные тросы. Когда мы покидали базу, на нас был направлен свет проектора. Раздались звуки выстрелов, я услышал, как синий дракон взревел от ярости, но сам только сжал зубы и пригнулся к спине Эмбер. Неожиданно она дернулась, потом яростно взмахнула крыльями, набирая скорость, чтобы вырваться из света прожекторов, оказаться как можно дальше от базы. Мы удалялись от Ордена все дальше в пустыню, и свет прожекторов постепенно исчез, а звуки выстрелов стихли.

* * *

Мы сбежали. Сбежали от солдат Ордена Святого Георгия.

Я осторожно выпрямился на спине Эмбер. Ветер развевал волосы и одежду, когда я пораженно посмотрел по сторонам. Передо мной раскинулась широкая бесконечная пустыня. В лучах восходящего солнца она напоминала песчаный океан. На линии горизонта появились светло-розовые лучи, хотя земля все еще была в тени. С такой высоты я запросто мог разглядеть шоссе вдалеке и крошечные огоньки машин.

Я тихо выдохнул. Интересно, все драконы чувствуют то же самое? Когда мы с Эмбер катались на серфе, я чувствовал то же нарастающее волнение и всплеск адреналина, съезжая вниз по волне. Это затягивало.

Но то, что я чувствовал сейчас, было ни с чем не сравнимо.

Я случайно оглянулся назад, и кровь застыла у меня в жилах. За нами гнались три внедорожника и как минимум один джип с прожектором на крыше. Машины мчались к нам, стараясь сократить расстояние. Если они подберутся ближе и откроют огонь, у нас не будет шансов.

– Вот фургон!

Я посмотрел на синего дракона, потом на землю, где по пустыне, поднимая за собой облако пыли, за нами ехал большой белый фургон. Синий дракон мгновенно сложил крылья и нырнул вниз. Эмбер последовала его примеру, и я почувствовал, как напряглись ее мышцы. Она тяжело дышала, и ее покачивало из стороны в сторону. Надеюсь, я не слишком тяжелый для нее.

Синий дракон заскользил у самой земли, а потом резко развернулся, прямо на глазах у водителя. И неожиданно фургон остановился на полном ходу, подняв огромное облако пыли. Когда синий дракон приземлился, передняя дверь открылась, и из машины выпрыгнул худой человек с растрепанными волосами. Он что-то яростно кричал дракону и со всей скорости мчался к нам.

Я с ужасом понял, что Эмбер резко снижается и на всей скорости мчится к фургону. Эмбер еще раз вздрогнула и камнем рухнула вниз.

В последний момент ей удалось расправить крылья и снизить скорость, а потом мы рухнули на землю. Я слетел с ее спины, упал и катился по земле, пока, казалось, не перестал понимать, где земля, а где небо.

Морщась от боли и пошатываясь, я поднялся на ноги. Голова пульсировала и кружилась, руки были в крови, но, кажется, я ничего не сломал. Не обращая внимания на вспышку боли в ребре, вероятно сломанном, я, спотыкаясь, бросился к дракону.

– Эмбер…

Мой живот скрутило. Она прерывисто дышала, лежа на боку. Одно крыло смялось под ней, другое обмякло на земле. Ее ноги трепыхались, тщетно пытаясь ухватиться за песок и камень, ее хвост слабо шевелился в грязи. Но, когда я добежал до нее, она обмякла и замерла. Ее крыло содрогнулось.

– Эмбер!

К ней бросился темноволосый голый мужчина. Он упал на колени рядом с ней.

– Эмбер, – повторил Райли, опуская руку ей на бок. – Ты меня слышишь? Что случилось? Ты…

Он побледнел. Я опустился на колени рядом с ним как раз тогда, когда он убрал руку. На его ладони и пальцах было что-то красное. Мое сердце пропустило удар.

– О нет, – прошептал он и вскочил на ноги. – Уэс! – прокричал он водителю фургона. – Эмбер ранена. Помоги затащить ее в фургон, пока нас не догнали солдаты Ордена.

– Черт возьми, – человек с растрепанными волосами оббежал фургон и распахнул задние двери. – Райли, я знал, что это плохая идея. Я знал, что из-за этой упрямой девчонки мы все погибнем.

– Заткнись и помоги мне, пока я не вырвал тебе ноги и не оставил тебя на растерзание Ордену.

– Я помогу, – вмешался я. Он свирепо посмотрел на меня. Я не стал дожидаться ответа, опустился на колени возле лежащей без сознания Эмбер и обхватил ее чешуйчатую переднюю ногу. Эмбер слабо пошевелилась, хватая когтями песок, но не очнулась. Райли колебался. Потом опустился напротив.

– Уэс! – яростно закричал Райли, когда мы попытались поднять дракона с земли. – Иди сюда. Нам нужна твоя помощь.

– На счет три, – сказал я, когда человек, бормоча ругательства себе под нос, упал рядом со мной. Райли в последний раз бросил на меня полный ненависти взгляд и полностью устремил свое внимание на лежащего без чувств дракона. – Раз… два… три!

Мы подняли Эмбер с земли. Ее тело провисло, крылья и хвост волочились по земле, а шея странно изогнулась. Я не ожидал, что она будет такой легкой. Все-таки это огромная чешуйчатая рептилия, которая сейчас была без сознания. Каким-то образом мы смогли принести ее к фургону и с трудом затолкать в машину. Она едва поместилась внутрь: крылья смялись, а шея изогнулась под неествественным углом. Нам пришлось положить ее хвост вдоль тела. Я прижался к стенке переднего сиденья и опустил ее голову себе на колени, и она сжала мою ногу лапами с закрученными когтями, оставив дыры в джинсах. Райли бросил на меня недовольный взгляд: очевидно, ему не нравилось, как близко я к ней оказался. Но отодвинуться я не мог: в машине не было места. Также в машине не хватало места, чтобы оба мы сидели возле бессознательного дракона в кузове фургона.

– Райли! – рявкнул Уэс. Я понял, что дракон боится оставить меня вместе с Эмбер. – Орденцы сейчас будет здесь! Черт возьми, руки в ноги и вперед!

Райли выругался и отошел, чтобы закрыть задние двери. Он посмотрел на меня, и его глаза полыхнули желтым огнем.

– Если она умрет, – тихо сказал он, – я тебя убью.

Я почувствовал, что это была не пустая угроза.

Из-за холма за нами послышался рев двигателя – не нашего автомобиля. Живот скрутило. Солдаты Ордена Святого Георгия так просто нас не отпустят. Уэс снова крикнул на Райли. Он захлопнул двери, и я больше не видел, что творилось снаружи. Эмбер стонала и беспокойно семенила лапами, но не приходила в себя. Ее крылья вздрагивали. Я тяжело вздохнул и устроился так, чтобы узкая рогатая голова покоилась у меня на коленях. Дракон часто-часто дышал, и я неуверенно положил руку на шею Эмбер, стараясь сосредоточиться на ее горячем дыхании и не обращать внимания на ряды острых зубов у моей ноги и когти, которыми она хватала пол недалеко от меня.

По полу разливалась красная кровь. От этого зрелища у меня замирало сердце.

Фургон качнулся и тронулся, постепенно набирая скорость. Мы ехали по пустыне, спасаясь от солдат Ордена, пустившихся за нами в погоню, позади нас ревели машины наших преследователей, а на моих коленях лежала голова умирающего дракона.

Часть II

Все, что блестит


Сердце дракона

Кобальт

Двенадцать лет назад


– Агент Кобальт? Вас ждут.

Я встал, расправил одеревенелые плечи и прошел за ассистенткой к двери в самом конце коридора. Ненавижу такие встречи. Сидеть в холодном офисном здании, быть вежливым, вести себя почтительно. И при этом терпеть пристальный оценивающий взгляд дракона более высокого ранга по ту сторону стола. Обычно руководство «Когтя» не назначало личных встреч, меня приглашали только в самых исключительных случаях. Мне было бы по душе, если бы организация связалась со мной обычным способом, прислав конверт с письмом или оставив папку в тайнике, чтобы я мог в спокойной обстановке прочитать, в чем же заключается мое задание. Там, где мне бы не казалось, что меня осуждают.

Особенно сейчас. Меня все еще трясло от ярости из-за того, во что вылилось выполнение прошлого задания. По моей вине погибли люди, потому что «Коготь» обманул меня, а я поверил этой лжи.

Я вошел в конференц-зал. Там, за столом в центре комнаты, сидели три дракона. Я узнал Адама Рота, одного из младших вице-президентов компании, моложавого мужчину в идеально сидящем сером костюме. Он был старше меня минимум на пару веков. Я смотрел ему в глаза на мгновение дольше, чем было позволено, и успел заметить, как мускулы на его спокойном лице дрогнули, и оно на мгновение стало свирепым и смертоносным. Потом я отвел взгляд и посмотрел на тех, кто сидел чуть позади, друг напротив друга.

Мое сердце упало. Мой наставник, этот сварливый старый мерзавец, с отрешенным видом скрестил кончики пальцев напротив рта. Но я знал, что он всего лишь делает вид, что ему плевать на все, что происходит вокруг. Ни одна деталь в этой комнате не ускользнула бы от его внимания, даже голуби, которые свили гнездо за окном. Он был старше Рота и считался одним из старейших наставников в организации. Высокий худой мужчина с острым подбородком и проницательным взглядом беспокойных черных глаз. Его темные волосы уже были тронуты сединой, а рваный шрам под левым глазом добавлял таинственности.

Совсем недавно, увидев его, я бы пришел в ужас, как мальчишка, которому предстояло показать родителям свой табель успеваемости. Почему он здесь? Как будто мне нужен еще один молчаливый критик, который осуждал бы каждое мое движение.

Присутствие последнего участника встречи в комнате практически не ощущалось. Он как бы скрывался за двумя взрослыми драконами.

«Это человек», – понял я, когда, наконец, рассмотрел его получше.

Он был худым и нескладным, с растрепанными русыми волосами, одетый в неаккуратно заправленную мятую рубашку. По человеческим меркам он был довольно молод, возможно, ему было лет восемнадцать или девятнадцать. Я удивился. Получается, раз этот человек находится в одной комнате с Ротом и одним из старейших наставников организации, он в курсе существования нашей расы. Кто же он? Что он сделал, чтобы заслужить такие привилегии? По мне, так в нем не было ничего особенного.

– А, агент Кобальт, – сказал Рот, аккуратно поднимаясь из своего кресла. – Спасибо, что пришли. Садитесь.

Он указал на стол, и я сел рядом со своим наставником, проигнорировав человека с другой стороны стола.

– Здравствуй, Кобальт, – пробормотал глава отряда «Василисков», не глядя на меня. Уголок его губ дернулся. Я ненавидел эту еле заметную усмешку, показатель того, как его забавляет все происходящее. В последний раз я видел его больше года назад, но ему было достаточно просто бросить на меня один взгляд, и я снова почувствовал себя неуклюжим детенышем. – Слышал, ты делаешь определенные успехи.

Рот сел за стол, поправил галстук, а потом сложил руки на столе.

– Разумеется, – пробормотал я. – Уверен, в последнее время вы много чего обо мне слышали.

Открыто противостоять своему наставнику при вице-президенте – совсем не умно. Несколько лет назад за такое я в лучшем случае мог отхватить подзатыльник, а в худшем – шестичасовую тренировку в качестве наказания. Но он больше не мой наставник. Я полноправный василиск, более того, я один из лучших в отряде. Это очень рискованная игра, но далеко не такая опасная, как задания, на которые меня отправляют. Ожидалось, что я буду выполнять их без раздумий. Но я дал ему понять, что это совсем меня не воодушевляет. Я ничего не мог поделать с «Когтем» и его приказами, но прыгать от восторга при получении миссий я не был обязан.

Тонкие губы моего наставника дернулись – нельзя было сказать, забавляет его или злит подобное проявление неуважения. Он отвернулся от меня в сторону вице-президента.

– Я просмотрел отчеты о ваших предыдущих заданиях, агент Кобальт, – начал Рот, слава богу, без прелюдий. Я бы не выдержал, если бы мне пришлось расшаркиваться о том, как комфортно прошла поездка, и о прочей бесполезной чепухе. – Ваш наставник очень высокого мнения о вас, и, насколько я понял, не без причины. В отряде «Василисков» давно не было такого молодого бойца. Когда мы спросили вашего наставника, кто, по его мнению, лучше всего подходит для выполнения этого задания, он особо выделил вас. Поздравляю.

– Спасибо, сэр, – равнодушно кивнул я, неуклюже улыбнувшись. – Я работаю на благо организации.

Я чуть не поперхнулся, когда произносил эти слова, но именно их от меня и ждали. Только безумец бы стал оскорблять организацию: осмелься я на такое, я бы не вышел из этой комнаты живым.

Мистер Рот натянуто улыбнулся. Он повернулся к гигантскому экрану на стене и нажал кнопку на пульте. На экране появилась спутниковая карта заснеженной дикой местности, в глуши. Непримечательные серые здания стояли за забором у склона горы.

– Уверен, вы знаете, что это такое, – сказал мистер Рот.

Я коротко кивнул.

– Это база Ордена Святого Георгия, – ответил я, внимательно рассматривая изображение на экране, запоминая месторасположение объектов. – Насколько я понимаю, один из их северных капитулов.

– Да, – согласился мистер Рот. – На самом деле это один из новейших капитулов Ордена Святого Георгия. Мы обнаружили эту базу на прошлой неделе, и с тех пор она находится под нашим пристальным наблюдением. Их охранные системы еще не запущены, поэтому мы решили, что сейчас идеальное время для атаки. Агент Кобальт, вы видите это здание? – одна серая постройка была обведена в красный круг. – Это их информационный центр. И ваша цель, – Рот говорил спокойно, как будто только что объявил время следующей встречи. – Нам нужно, чтобы вы проникли на их базу, взломали сеть и скачали файл с секретными данными с их сервера. После этого уничтожьте здание, чтобы устранить следы проникновения и утечки информации.

На моем лице не дрогнул ни один мускул, но живот скрутило. Я и раньше получал опасные задания, но это? Проникнуть на базу Ордена Святого Георгия? В капитул, в котором полно вражеских солдат?

– Что мне нужно найти? – спросил я. – Я немного разбираюсь в компьютерах, но я не хакер. Файлы, без сомнений, будут хорошо защищены или как минимум зашифрованы даже на новой базе.

Мистер Рот холодно улыбнулся и посмотрел на человека, который сидел напротив меня. Тот с самым мрачным видом оторвался от своего ноутбука.

Не похоже, чтобы его сильно впечатлял тот факт, что он находится в одной комнате с тремя драконами. Более того, казалось, что он совсем не хочет быть здесь.

– Так. Секунду, – почему-то его британский акцент меня не удивил. Он протянул руку, вытянул из разъема черную флешку и толкнул ее в мою сторону.

Я взял ее в руки и озадаченно посмотрел на человека.

– Что это?

– Программа, с помощью которой я смогу незаметно проникнуть в их систему, найти нужную информацию и перекачать файл в сеть «Когтя», – ответил парень, избегая моего взгляда. – С этой флешкой они не смогут отследить утечку информации. И не смогут связать ее с нами. Так что не беспокойся по поводу технической стороны вопроса, у меня все под контролем. Тебе нужно просто-напросто вставить ее в компьютер. Справишься, приятель?

Я проигнорировал вызывающие нотки, прозвучавшие в голосе человека, и кивнул, убирая флешку в карман. Мне хотелось спросить, что же такого важного было в этом файле, что ради него понадобилось проникать на базу противника, но я понимал, что все основано на принципе минимальной осведомленности. Рот дал бы мне больше информации, если бы посчитал это необходимым. А так он все равно не станет отвечать на мои вопросы. Мне дали задание, объяснять никто ничего не собирался.

Но больше всего меня заинтересовал сидящий напротив человек. Очевидно, он знал, кто мы, Рот даже не пытался это скрыть. «Коготь» нанимал самых умных и талантливых людей по всему миру. Их заманивали обещаниями благосостояния, власти, защиты – всего, что они пожелают. В большинстве своем сотрудники «Когтя» даже не представляли, на кого – на что – они работают. Они просто делали свою работу, уходили домой к своим семьям и возвращались в организацию на следующее утро. И они понятия не имели, что компания, на которую они работают, была какой-то особой. Правда была известна только нескольким смертным. Их молчание было куплено, либо их заставили молчать угрозами и шантажом. Были в «Когте» и люди, которые с пиететом относились к организации. Они действительно верили, что драконы являются высшей расой, и гордились тем, что работают на них. Но каждому дракону было известно, что в основном люди – наивные, слабые существа, которыми легко управлять. Посвятить в нашу тайну хотя бы одного человека было очень рискованно. Организация старалась избегать этого и шла на такой шаг, только если точно знала, что человек не расскажет всему миру, кто мы на самом деле.

Так почему именно этот человек не станет разглашать нашу тайну? Почему мне казалось, что он почти так же сердит и возмущен, как и я?

– После того как вы закончите передачу файла, – продолжил Рот, когда парень снова уткнулся в свой компьютер, – найдите дата-центр и уничтожьте его. Это парализует их сеть, и база останется без связи. Восстановление займет много времени, а принятие ответных мер против нас станет практически невозможным. Но есть и еще одна причина, по которой мы отправляем именно вас, агент.

Он замолчал и перевел взгляд на моего наставника. Тот закряхтел, встал со своего стула и повернулся ко мне.

– Еще одна причина, – сказал старый василиск с едва заметной, злобной ухмылкой, – заключается в нашем желании протестировать одну из наших новых игрушек. Так что в какой-то степени на этом задании вы будете подопытным кроликом. Мы кое-что разработали, и нам кажется, что этот прибор уже практически готов для применения во время боевых действий. Поздравляю, агент, вы будете первым, кто опробует эту разработку в деле.

Я подавил дрожь. Это новость могла бы обрадовать детеныша или неопытного агента, которому не терпелось попробовать что-то новое. Мне же этого не хотелось. Я понял, с какой «игрушкой» мне предстоит работать, и, честно говоря, меня это сильно испугало. «Коготь» всегда старался использовать самые передовые разработки науки и технологии. В организации понимали, что идти в ногу со временем не только выгодно в финансовом плане, но и необходимо для выживания нашей расы. Мы выжили потому, что развивались. Знание – сила, а «Коготь» накапливал знания точно так же, как и богатства, обращая все на благо организации. Они не только финансировали бесчисленные исследовательские центры, у них были свои собственные лаборатории. В этих лабораториях без устали работали лучшие ученые, раскрывая секреты, расширяя границы и ставя эксперименты там, где было бы лучше ничего не делать.

Например, с магией. Магия все еще существовала в современном мире, а иначе как бы мог пятнадцатитонный дракон превратиться в человека весом меньше центнера? То, что сейчас ее больше никто не использует, еще не означает, что ее не существует. Во времена Старейшего Змия, по крайней мере, если верить легендам, магия была повсюду. Существовали ведьмы и демоны, чудовища и древние мечи, волшебники, добрые соседи и даже редкие единороги бродили в глубокой чаще леса. Но с появлением цивилизации и технологий о магии забыли. Сейчас ею не пользуется даже Старейший Змий. А может быть, дело просто в том, что этой древней силы осталось ничтожно мало. Мы потеряли возможность пользоваться ею – или она нам больше не нужна, – так что все, что мы теперь могли делать, – это принимать человеческую форму.

Но в последние годы в лабораториях «Когтя» разрабатывались странные, безумные и необъяснимые вещи. Костюмы, которые не рвались при принятии истинной формы, вещества, созданные с учетом особенностей организма драконов, и прочие странные вещи. Также ходили слухи об экспериментах с совмещением старой магии и науки, несмотря на то что это невозможно. Еще шептались, что эти эксперименты были просто подготовительным этапом, потому что на самом деле ученые работали над чем-то «бо́льшим», над тем, что навсегда изменит мир драконов. Я не знал, каким слухам можно верить. Но каждый раз, когда в лабораториях появлялись новые разработки, мой наставник первым накладывал на них лапы.

Я чувствовал на себе пристальный взгляд старого василиска. Казалось, он хочет просверлить дырку в моем черепе. Я сдержал глубокий вдох.

– Конечно, сэр, – пробормотал я, избегая его взгляда. – Я сделаю все, что от меня хочет «Коготь».

Потому что именно этих слов они от меня и ждали, и плевать, что, когда я их произнес, в глубине души меня затрясло от злобы. Секунду я молчал, а потом любопытство все же взяло верх.

– А какое именно изобретение я буду испытывать?

Мой наставник усмехнулся.

– О, агент Кобальт, думаю, вы это оцените, – по его улыбке я понял, что все будет с точностью до наоборот. – Вообще-то, я считаю, что вы профессионал в работе с подобными устройствами.

Гаррет

– Черт подери, – пробормотал мужчина, который сидел рядом со мной.

Я отвернулся от окна и бросил на него обеспокоенный взгляд. Мы уже почти час мчались по пыльной дороге. Палящие лучи солнца нагрели машину, в которой и так уже жарко, как в духовке. Мы понимали, что солдаты Ордена все еще преследуют нас, поэтому не решались выехать на шоссе и двигались по проселочным дорогам, постоянно высматривая машины, которые могли принадлежать нашим преследователям. Погони видно не было. Мы все больше удалялись от капитула Ордена Святого Георгия. Однако здесь мы были как на ладони, и я нервничал. Орден не перестанет преследовать меня. Особенно теперь, когда я вместе с драконами. Драконами, которые проникли в капитул Ордена и сбежали с предателем. Нам нужно найти укрытие. Надеюсь, у моих спасителей было на примете какое-нибудь местечко.

Водитель фургона (я вспомнил, что его зовут Уэс) поджал губы, поднял голову и крикнул через плечо.

– Райли, бензин кончается. Я поеду на заправку, или нам придется тащить чертову драконову тушу по пустыне.

– Черт, – тихо сказал Райли. – Ладно, при первой же возможности сворачивай на заправку. Но быстро.

Уэс немедленно ушел вправо и ударил по педали газа. Вероятно, он снова ехал к шоссе. Я обернулся и посмотрел, что происходит в кузове. Райли, уже полностью одетый, согнулся над Эмбер. Он прижимал к ее ребрам окровавленные салфетки. Мы поменялись местами вскоре после того, как фургон тронулся с места, потому что я понятия не имел, что делать с раненым драконом. Эмбер лежала на полу в луже крови, ее огромные крылья бились по стеклам, как кожаные занавески. Ее гранатового цвета чешуя сверкала на солнце, отбрасывая на стены солнечных зайчиков. И тут я с ужасом понял, что ее будет непросто спрятать. Чтобы увидеть свернувшегося в клубок красного дракона, достаточно просто было заглянуть в окно.

Кузов наполнился запахом крови. Меня замутило.

– Как она? – спросил я. Другой дракон бросил на меня испепеляющий взгляд.

– Плохо, – отрезал он. У меня складывалось впечатление, что он говорил со мной только потому, что этого нельзя было избежать. – Она потеряла много крови. И я не смог вытащить пулю. Мне удалось остановить кровотечение, но нам нужно отвезти ее в безопасное место и там заняться ее раной, – он положил руку на ее чешуйчатую лапу и нахмурился. – Наверное, хорошо, что она без сознания, но она не сможет принять человеческую форму, пока мы не вытащим пулю. Если Эмбер попытается превратиться с этой штукой внутри, она может повредить жизненно важные органы.

Мой живот скрутило от беспокойства. Но я волновался не только за Эмбер. Мне было страшно, что, пока мы будем добираться до безопасного места, ее, огромное мифическое существо, лежащее на заднем сиденье фургона, кто-нибудь заметит.

– Будем надеяться, что ее никто не увидит, – прорычал он, – или Орден снова будет у нас на хвосте, быстрее, чем ты успеешь нажать на курок. И, возможно, «Коготь» тоже. Подумай об этом.

Он фыркнул. Его рот скривился от отвращения.

– Это будет как раз в их стиле. Появиться сейчас.

Я нахмурился. Не уверен, что мне не послышалось.

– Зачем «Когтю» охотиться на тебя? Я думал, что все драконы…

– Ну, ты ошибался, – Райли посмотрел на меня с плохо скрываемым презрением. – Ты многого о нас не знаешь, орденец, – продолжил он. В его голосе слышались одновременно обвинение и вызов. – Может быть, если бы вы попытались поговорить с нами вместо того, чтобы убивать, вы бы это поняли.

– Райли, – вмешался Уэс прежде, чем я успел ответить, – заправка через пять километров. Если мы не заправимся сейчас, у нас не будет другой возможности. И мне нужно в туалет.

– Хорошо, – сказал Райли. Он нагнулся и начал вытягивать из-под Эмбер большой кусок ткани. – Давай, но только быстро.

Я отвернулся и посмотрел в окно. Мы проносились мимо пустынных пейзажей. Дорога растянулась перед нами бесконечной лентой. На обочине показалась заправка. Но чем ближе мы подъезжали к манящей яркими огнями заправке, тем больше у меня появлялось опасений. Это была не просто маленькая заправка у черта на куличках. Это была огромная стоянка для фургонов, с кафе и мини-маркетом. Там было полно народу. Я оглянулся на Райли. Он аккуратно убрал крыло Эмбер и осторожно сложил его у нее на боку. Потом он накрыл ее тканью. Кончики ее когтей и хвост все-таки были видны, но теперь она уже не так бросалась в глаза. И все же, если подойти слишком близко, на полу фургона можно было заметить огромное, чешуйчатое, совсем не похожее на человека существо.

Мы подъехали к одной из колонок. Уэс выскользнул из машины и закрыл за собой дверь. Ключи он оставил в замке зажигания. Я тщательно осмотрел заправку на предмет чего-то необычного, но все как будто было в порядке. Семьи возвращались к своим машинам, несколько фур было припарковано чуть в стороне. Ни солдат, ни черных внедорожников. Никаких следов Ордена. Неплохо.

Уэс взял пистолет, вставил его в бак, а потом быстро направился в магазин. Я еще раз осмотрел территорию, а потом перевел взгляд на двух драконов.

– Ты не член «Когтя», – сказал я. Райли в это время поправлял ткань на Эмбер, стараясь как можно лучше укрыть ее от любопытных глаз. Странно это. Нам говорили, что все драконы были в «Когте», огромной организации драконов, которая функционировала по всему миру. Драконы были связаны между собой, они делали все, чтобы уничтожить человечество. Я не думал, что бывают отщепенцы.

А еще я никогда не думал, что смогу подружиться с драконом. Или что дракон рискнет своей жизнью, чтобы спасти мою.

Райли укутывал передние лапы Эмбер. Он фыркнул.

– Все верно.

Я ждал продолжения, но он не стал ничего объяснять. Я уловил в его голосе нотки еле заметного отвращения. Но он относился так не ко мне, а к «Когтю». Меня распирало от любопытства. И я никак не мог избавиться от чувства вины. Кажется, он презирал организацию. Как же сильно ошибался Орден насчет наших старых врагов? И сколько жизней я отнял, потому что верил, что совершаю правое дело?

– Но если ты не состоишь в «Когте», – осмелился спросить я, – на чьей ты стороне?

– На своей, – снова этот односложный ответ. Почему-то это совсем меня не удивило.

Оба мы подскочили от того, что у Райли в заднем кармане завибрировал телефон. Он вытащил его, посмотрел на экран, а потом скривился от отвращения.

– Да, черт побери, Уэс. Серьезно? – он снова убрал телефон в карман и покачал головой. – Чтоб тебя. Тебя и твой проклятый живот. Как всегда, вовремя.

Он выпрямился и выглянул в окно, осматривая территорию точно так же, как это совсем недавно делал я. Я мгновенно узнал этот подозрительный взгляд, то, как тщательно он искал ловушки, солдат и скрытые опасности. Когда-то он тоже был солдатом. Или оперативником. Мы поставили машину на краю парковки, рядом с нами никого не было. Но он все равно долго осматривал местность, прежде чем поднять на меня взгляд.

– Я иду туда, – он бросил на меня суровый взгляд. На его лице была тень подозрения. – Если мы хотим хоть ненадолго скрыться из поля зрения, нам нужно кое-что прикупить, а мой глупый партнер сейчас ненадолго вышел из строя. Я скоро приду, но… – он перевел взгляд на большую гору ткани. Из-под нее торчали когти и хвост. – Орденец, я могу доверить ее тебе?

Я посмотрел ему прямо в глаза.

– Да, – ответил я, стараясь сделать так, чтобы мой голос не дрогнул.

Он сжал губы, как если бы сдержал какое-то колкое замечание, молча прошел к передней двери и вытащил ключ из замка зажигания. Потом он выскользнул из фургона и захлопнул за собой дверь, оставив меня вместе с лежащим без сознания драконом.

Наступила звенящая тишина, которую нарушало только тяжелое дыхание Эмбер. Большая часть ее тела была скрыта под материей, но задние лапы с кривыми черными когтями и хвост все равно были видны. Я видел очертания ее рогов и крыльев, изгиб ее шеи и кончик морды, выглядывающий из-под ткани. Она дернулась и поджала губы. У меня в животе образовался комок.

Эмбер… Так вот какова истинная форма девушки, которую я встретил в Кресент-Бич. Я уже видел ее такой, но только мельком. Когда мы сражались, солдат против дракона, каждый бился не на жизнь, а на смерть. А потом я уговаривал ее бежать, пока моя команда не убила их всех. Тогда я увидел ее истинную форму, но почти не запомнил, какая она. Мысли мои в тот момент были сосредоточены на другом.

А теперь, когда она была совсем рядом, я не мог отвести от нее взгляда. Эмбер – дракон. Огромный ящер, с чешуей, крыльями, клыками и хвостом. А все мои воспоминания о таком коротком лете в Кресент-Бич были связаны с девушкой. О том, как мы катались на серфе. Как я целовал ее в океане и чувствовал, как у меня перехватывает дыхание, а кровь закипает в жилах. Я помнил зеленоглазую девушку с заразительным смехом и невероятной любовью к жизни. Но Эмбер не была девушкой. Не была человеком. Она была… такой.

С шоссе на заправку вырулила машина и припарковалась рядом с нашим фургоном. Двери открылись, из машины вышла семья. Четыре человека. Я напрягся, но мать и два ее сына недолго ругались, а потом она увела их в мини-маркет. Я забарабанил пальцами по ручке кресла. Где же Райли и Уэс?

Мое внимание привлек царапающий звук. Эмбер забилась и сдернула с себя ткань. Все усилия Райли, направленные на то, чтобы получше скрыть ее от чужих глаз, канули в Лету. Она попыталась подняться на ноги, но завалилась на бок и упала. Машина покачнулась. Дракон забил хвостом по стенам фургона, зарычал и еще раз попытался подняться на задние лапы. Лучи солнечного света играли на чешуе гранатового цвета.

– Эмбер.

Я быстро перелез в заднюю часть фургона и еле успел увернуться от ее крыла.

– Эй, прекрати. Успокойся.

Ее голова вытянулась ко мне, и я инстинктивно закрыл лицо рукой. Ее рог уперся в мою ладонь.

– Прекрати!

Когда я прикоснулся к ней, она замерла. И внезапно я держал голову раненого красного дракона, а ее морда оказалась прямо на уровне моих глаз. Если сейчас она сделает выпад или дыхнет на меня огнем, она попадет мне прямо в лицо.

Я быстро отпустил ее. Она не отпрянула, но продолжала озадаченно смотреть на меня.

– Гаррет?

Как же я рад слышать ее голос. Слабый, озадаченный, дрожащий, но ее голос, голос Эмбер. Хотя я не знал, чего еще можно было ожидать. Она снова моргнула, а потом еще раз попыталась встать.

– Где я? – спросила она. Слова с трудом сходили с заплетающегося языка. – Что происходит?

Я сделал вдох.

– Тебе нужно лечь, – нежно сказал я ей. Она неуклюже легла на бок. Фургон заскрипел. Я нахмурился. – Успокойся, – повторил я, когда она снова посмотрела на меня. В ее глазах были четко видны боль и страх. Ее рот приоткрылся, показывая ряды острых клыков, и она тяжело задышала. Я ощутил непреодолимое желание отдернуть руку. – Мы у всех на виду, нельзя, чтобы тебя сейчас заметили. Прошу, ложись.

Она секунду смотрела на меня. Я заставил себя дышать спокойно. Наверное, это одна из самых странных ситуаций, в которую я попадал: упрашивать дракона, которого вот-вот начнет лихорадить, лечь, чтобы его не заметили. Если отбросить полет с базы, я никогда так долго не оставался рядом с живым драконом. Я никогда не чувствовал его дыхание, не ощущал, как от него веет жаром и дымом. Никогда не касался его гребня. Раньше, если я прикасался к дракону, он был либо мертв, либо я сражался не на жизнь, а на смерть, пытаясь его убить.

Дракон передо мной вздрогнул и, к моему облегчению, снова со стоном опустился на пол. Крылья Эмбер еще раз расправились, а хвост упал на пол фургона. Потом она застыла и снова потеряла сознание. Я выдохнул, посмотрел в окно и застыл.

Мальчик, наверное, лет пяти стоял совсем рядом с фургоном и сжимал в руках два стакана газировки из автомата. Его глаза были огромными, как блюдца. И он смотрел прямо на меня. Я оглянулся и понял, что он все видел. Я не знал, что делать дальше. Но тут его родители обошли машину, и мать взяла мальчика под локоть.

– Джейсон, идем. На что ты смотришь?

Мальчик показал на наш фургон.

– На дракона.

– На дракона? – ее брови взлетели вверх. Она озадаченно посмотрела на меня. Мое сердце колотилось как бешеное, но я сумел выдавить слабое подобие улыбки и пожать плечами. Женщина нахмурилась.

– Это очень мило, дорогой. Пойдем, папа уже нас заждался.

Она взяла мальчика за запястье и быстро повела его в машину.

Я понял, что снова могу дышать. Когда они сели в машину, мальчик снова уставился на меня через окно. Машина выехала на шоссе и устремилась к горизонту.

Райли и Уэс вышли из магазина и быстро подошли к фургону. В руках у каждого были полиэтиленовые пакеты. Я снова набросил материю на Эмбер, аккуратно укрыв ее тело и голову, а потом скользнул на переднее сиденье.

Секунду спустя Уэс открыл переднюю дверь, бросил мне на колени пару пакетов с продуктами и отошел, чтобы впустить Райли. Другой дракон залез в фургон через переднее сиденье и сразу же пробрался назад. «Он не хочет открывать заднюю дверь и рисковать», – догадался я. Но он остановился, посмотрел на спящего дракона и очевидно сбитое покрывало, а потом бросился ко мне.

– Были какие-то проблемы, орденец? – с подозрением спросил он.

– Ничего, с чем я бы не мог справиться, – покачал головой я.

Он и дальше смотрел на меня, но тут Эмбер дернула крылом во сне и снова отбросила покрывало. На окно брызнула кровь, и внутри у меня все сжалось. Райли выругался.

– У нее снова кровотечение, – пробормотал он, быстро усаживаясь на колени рядом с ней. – Уэс, хватай аптечку! Она и так потеряла слишком много крови. Орденец, вытаскивай нас отсюда.

Я подождал, пока Уэс проскользнет назад к Райли, а потом сел на водительское сиденье и вставил ключ в замок зажигания.

– Куда ехать? – спросил я, когда заработал двигатель.

– В Вегас, – бросили мне в ответ. – Это недалеко, там есть место, где мы сможем задержаться на несколько дней. – Эмбер дернулась и ударила задней лапой по стене. Уэс вскрикнул. Райли снова выругался.

– Я скажу, куда ехать, когда мы будем недалеко, но сейчас просто трогай!

Я выехал на шоссе, проехал покрытую пылью табличку «Лас-Вегас, 102 километра» и, набрав скорость, двинулся навстречу солнцу.

Данте

– Мистер Хилл, у вас есть минутка?

Я прекратил писать заметки на желтом листе бумаги и поднял глаза. В дверях кабинета, сжимая в руках желтую папку, стояла Мист. Она спокойно ждала моего ответа. Сегодня ее серебряные волосы были собраны в конский хвост. Прическа была ей к лицу, она делала ее лицо мягче, нежнее. Но мне было сложно поверить, что Мист, такая собранная и продуманная, – моя ровесница. Интересно, как ее воспитывали? Она росла в нормальных условиях? Ну, насколько это было возможно в нашем случае.

Я вздохнул и отложил ручку.

– Мист, – с улыбкой сказал я и кивком пригласил ее в кабинет. – Сколько раз я просил тебя называть меня Данте?

– Пять раз, если считать только сегодняшний день, – как всегда, в ее вежливых интонациях слышался вызов. – И хочу предупредить, что вам придется еще как минимум дважды повторять вашу просьбу в будущем. Но сейчас это не важно, – она снова отступила в коридор. Я с удивлением понял, что она встревожена. – Пойдемте со мной, мистер Хилл. Думаю, вы должны это увидеть.

* * *

Мы снова находились в пункте управления. Я внимательно изучал спутниковый снимок на одном из огромных экранов: пыльно-коричневые участки с зелеными вкраплениями. Мист стояла рядом со мной, также глядя на фото, а двое людей-работников неистово стучали по клавиатурам.

– Это, – объяснила она, облокотившись на стол, – восточная часть пустыни Мохаве, недалеко от границы штатов Аризона и Юта. Когда вы просили нас найти капитулы Ордена на востоке страны, мы усилили спутниковое наблюдение за зонами, прилегающими к Кресент-Бич.

– Подожди, – поднял руку я. – У нас есть спутники?

Мист коротко кивнула.

– Нам принадлежит одна из самых больших спутниковых сетей в мире, – холодно сказала она. – Нетрудно при необходимости задействовать дополнительные спутники. Так или иначе, – как ни в чем не бывало продолжила она, – когда мы начали поиски, мы обнаружили… вот это.

Картинка увеличилась и сфокусировалась. На карте посреди пустыни появилось несколько построек. Даже с такой высоты объект выглядел не слишком впечатляюще, всего лишь несколько прямоугольных зданий, окруженных тонким забором, и двое ворот. Вела к базе широкая дорога, пролегающая по пустыне.

– Это, – объявила Мист, как будто поняла, с каким скептицизмом я это воспринял, – западный капитул Ордена Святого Георгия.

Я нахмурился.

– Ты уверена? Не слишком-то похоже на хорошо оснащенную военную базу.

Мист бросила на меня полный раздражения взгляд.

– Они хотят, чтобы вы так думали, мистер Хилл, – ответила она. – Орден скрывает свои капитулы, располагая их в особо отдаленных местах. Они охраняются на высшем уровне. Некоторые из них, например главная штаб-квартира в Лондоне, слишком хорошо защищены, и мы никак не можем к ним подобраться. Некоторые из них, например этот, используют изоляцию как главное средство защиты. «Когтю» известно местоположение нескольких больших капитулов по всему миру. Но меньшие капитулы очень хорошо спрятаны. Орден умеет скрывать свои базы у всех на виду. Этот капитул был найден только потому, что мы активно искали базы Ордена Святого Георгия в этом районе. Мы делали это по вашему запросу, мистер Хилл. Поиски заняли у нас всю ночь.

Я поднял руки.

– Хорошо. Не нужно набрасываться на меня. Я тебе верю.

Она с умиротворенным видом втянула носом воздух. Я перевел взгляд на экран.

– Итак, это их западный капитул, – задумчиво произнес я. – Уверен, «Когтю» будет полезна эта информация. Ты сообщила мистеру Роту?

– Нет, – мрачно ответила Мист. – Я подумала, что сначала нужно оповестить вас. В конце концов, именно вы указали нам правильное направление поисков. Но это еще не все, – продолжила она, прежде чем я успел горделиво выпятить грудь от того, что оказался прав. – Взгляните.

Экран потемнел, теперь на нем появились ночные записи с камер видеонаблюдения. Потом один из людей нажал на клавишу, и картинка стала зернисто-зеленой. Я видел нечеткие очертания построек в изумрудной дымке, и забор, окружающий базу. Камера приблизилась. Согласно индикатору времени в левом нижнем углу экрана, запись была сделана в 3.26, два дня назад.

Я моргнул. С востока к базе приближались две маленькие черные точки. С такой высоты они казались крошечными насекомыми. Но они точно двигались прямо к забору. Они пытались проникнуть на базу со стороны пустыни, и похоже было, что они не хотят заходить через ворота и ищут наиболее изолированную часть базы. Я удивленно смотрел, как они на несколько секунд задержались у забора и проскользнули на базу через дыру, которую, скорее всего, вырезали при помощи кусачек. Оказавшись внутри, две точки осторожно начали пробираться к главному корпусу.

– Что это такое? – озадаченно прошептал я, глядя, как они продвигаются по базе. – Неужели это…

– Мы считаем, что это Эмбер, мистер Хилл, – мрачно закончила Мист. – И Кобальт. Наши агенты уже несколько месяцев не получали приказов о проведении операций на территории Ордена Святого Георгия. А Кобальт обладает знаниями и навыками, необходимыми для проникновения. И ему хватит дерзости пробраться даже в капитул Ордена. Это одна из причин, по которым он так опасен для организации.

– Но почему Эмбер с ним? – спросил я, будучи не в состоянии отвести взгляд от двух крошечных фигур, которые пробирались по базе, стараясь держаться в тени и не выходить на свет. Я не находил себе места от злости – и страха. Она была на базе Ордена Святого Георгия! О чем она только думала? Если бы ее кто-нибудь заметил, она бы погибла.

«Убирайся оттуда, – хотел закричать я, хоть и понимал, что это бессмысленно. – Эмбер, упрямая ты идиотка, зачем ты это делаешь? Убирайся оттуда, пока тебя не убили».

Мист ничего не ответила. Она повернулась и кивнула одному из людей. Человек тут же склонился над клавиатурой и включил запись на быструю перемотку вперед. Индикатор времени в нижнем левом углу отсчитывал секунды, хоть и казалось, что на базе все тихо и спокойно.

– Стоп, – сказала Мист, и изображение на экране застыло, повинуясь ее команде. – Мистер Хилл, посмотрите на левый верхний угол экрана. Что вы видите за автомобилем, припаркованным возле главного корпуса?

Я посмотрел туда, куда она указала, и подавил судорожный вздох.

– Их трое, – пробормотал я и прищурился, чтобы убедиться в том, что глаза меня не обманывают. Нет, ошибки быть не могло. За машиной спрятались две уже знакомые мне фигуры в черном, но теперь к ним присоединился и третий силуэт. – Они проникли туда для того, чтобы вывести кого-то из базы, – выдохнул я, пытаясь понять, что это может значить. – Но… почему? Солдаты Ордена Святого Георгия не берут пленных. Во всяком случае, не из наших. Кто?..

Я замолчал. В моем животе образовался неприятный комок.

– Тот солдат, – прошептал я, чувствуя, как кровь отхлынула от моего лица. – Человек из Кресент-Бич. Они проникли туда, чтобы освободить солдата Ордена Святого Георгия.

У меня подкосились ноги. Этого я никак не мог ожидать. Я надеялся, что, если мы будем наблюдать за капитулом, где находился Себастьян, рано или поздно он приведет нас к Эмбер. Или что Эмбер найдет способ связаться с ним, и тогда мы последуем за ними, когда они выдвинутся за ней и отступником. Но я не ожидал, что она сама проникнет на территорию базы Ордена.

Мист повернулась ко мне с самым мрачным видом.

– Получается, что ваша сестра не просто стала отступницей, она еще и братается с врагом, – тихо сказала она. Эти слова предназначались только для меня и членов нашей команды. – Что вы будете делать с этой информацией?

– Я должен немедленно сообщить об этом мистеру Роту, – сказал я. Меня подташнивало, но я понимал, что другого выхода у меня нет. – Руководство «Когтя» нужно оповестить о том, что Эмбер объединилась с солдатом Ордена Святого Георгия. Она может, сама того не желая, подвергнуть организацию опасности.

Внутри меня разгоралась злость, и я провел рукой по лицу в попытке сохранить спокойствие. То, что Эмбер стала отступницей, – само по себе плохо. Но помощь солдату Ордена? Как у меня получится достичь своей цели и убедить «Коготь», что сестрой манипулируют, если она выкидывает подобные фокусы?

Я выпрямился и снова посмотрел на экран монитора. На видеозаписи было видно, как три фигуры спрятались за машиной.

– Они сбежали оттуда? – спросил я. Не уверенный, что хотел услышать ответ на свой вопрос. Разумеется, Мист не стала бы показывать мне эту запись, если бы им не удалось спастись. Но, если все-таки произошло самое ужасное и Эмбер не смогла выбраться с базы, я не собирался стоять и смотреть, как мою сестру убивают у меня на глазах, даже после всего, что произошло.

Неожиданно на лице дракона появилась еле заметная улыбка.

– О, да, – сказала она и снова запустила проигрывание записи.

И вот я с содроганием сердца смотрел, как два дракона вылетают с территории базы, освещенные светом прожекторов и вспышками выстрелов. И если до этого у меня еще оставались сомнения в том, что одной из фигур в черном была Эмбер, после этого от них не осталось и следа.

Я сделал глубокий вдох. Два дракона тем временем полетели на запад и скрылись из вида. На спине одного из них сидел солдат, и при виде этой картины меня передернуло от отвращения и злости. Коротко кивнув, я повернулся к одному из людей.

– Немедленно свяжитесь с мистером Ротом. Сообщите ему, что мы нашли ее.

Эмбер

– Эмбер, – сказал Данте, – вставай.

Я застонала. В кровати было так тепло и уютно, а вне моего гнезда из одеял было холодно. Сегодня суббота. По крайней мере, мне казалось, что сегодня суббота. Сегодня мы с Лекси должны пойти кататься на серфе. Она не хотела идти рано, потому что у нее были какие-то дела, а это значит, что я еще могу поваляться в постели. Но, конечно, моему несносному братцу было на это наплевать, и он пришел ко мне в комнату, чтобы разбудить меня.

Я выглянула из-под одеял, чтобы сказать несносному братцу, чтобы он ушел, но поняла, что я не у себя в комнате.

Моргнув, я села. Через окно в комнату прорывался туманный лунный свет. Предметы отбрасывали нечеткие тени. Я спустила босые ступни на твердый ледяной пол.

– Эмбер.

Я повернулась. Данте стоял неподалеку от меня, его зеленые глаза сверкали в темноте. За его спиной парил лабиринт деревянных ящиков. Они отбрасывали на Данте зловещие тени.

– Предательница, – прошептал он.

Я зарычала, обнажив клыки. Не знаю, когда я успела принять свою истинную форму. На моих зубах перекатывались языки пламени, с губ сорвался рык, и я расправила крылья, взирая на брата сверху вниз.

– И это ты говоришь? – сказала я. Мой голос странным эхом отражался от потолочных балок. – Я думала, мы уйдем из «Когтя» вместе, но ты ведь и не собирался идти со мной, так? Ты все это время собирался сказать Лилит, где я была.

Он ничего не ответил. Я тяжело опустилась на пол и сложила крылья. Мой брат-близнец хладнокровно наблюдал за мной.

– Данте, ты обманул меня, – сказала я и почувствовала, как языки пламени внутри меня словно задувает поднявшийся холодный ветер. – Я думала, что могу тебе доверять, но ты продал меня «Когтю».

– Я этого не делал, – спокойно ответил мне Данте. Он прищурился, и его глаза стали похожи на две сверкающие зеленые щелки. – Это ты сделала тот звонок. Именно ты решила уйти, бросить все, над чем мы работали. Шестнадцать лет подготовки, и все в одно мгновение обратилось в прах. Ты ушла из «Когтя». Ты бросила меня.

– Данте, подожди.

Он не остановился и исчез в темноте. Эхо его шагов смолкло. Я кричала, звала его и побежала за ним, но меня окружили тени, и все вокруг погрузилось в тьму.

* * *

Поморщившись, я открыла глаза…

И обнаружила, что лежу на полу в незнакомой комнате. Но меня явно положили на что-то мягкое. Секунду спустя я поняла, что все еще нахожусь в своей истинной форме, и свернулась в гнезде из одеял. Комната, в которой я оказалась, судя по всему, когда-то была спальней: у дальней стены стояла кровать и туалетный столик. Больше мебели в комнате не было. Как не было и одежды на полу, а на стенах не висели фотографии или постеры. Комната казалась необжитой, как будто здесь долгое время никого не было.

Мысли неторопливым водоворотом кружились в моей голове, как будто ее окунули в клей. Что произошло? Я помню, как спасалась бегством, а потом – резкая боль в боку, как будто кто-то ударил меня молотком, и пустота. Я не помню, как упала в обморок, но, скорее всего, я потеряла сознание. Сколько времени я была в таком состоянии?

И где я сейчас?

Я внимательно посмотрела по сторонам, пытаясь понять, где же я нахожусь, и застыла.

Возле моего гнезда стоял стул, на котором, сгорбившись, сидел человек. Его руки были скрещены на груди, а глаза закрыты. Даже несмотря на то, что я еще не пришла в себя и не понимала, что происходит, я знала, что это Гаррет.

И тут я вспомнила все, что произошло, и мой живот свело судорогой. Я вспомнила, как оказалась здесь: мы с Райли проникли на базу Ордена Святого Георгия, освободили Гаррета и улетели в пустыню, спасаясь от солдат Ордена, а Гаррет сидел у меня на спине. Еще у меня были воспоминания – очень смутные – о том, как Гаррет говорил, что я должна лечь. Но, наверное, это был просто сон.

Но сейчас я не спала. Солдат действительно находится здесь, в этой комнате. Солнечный свет проникал через шторы, и яркие блики играли на его светлых волосах и одежде. На нем были светлые джинсы и белая футболка. Спящим он казался даже младше, чем был на самом деле. И был не бесчувственным солдатом, а обычным подростком, тем самым Гарретом, которого я встретила в Кресент-Бич. До того как он превратился в члена Ордена Святого Георгия, врага, солдата, всю жизнь убивавшего драконов.

Я осторожно, стараясь производить как можно меньше шума, поднялась на лапы. Но, похоже, что Гаррет не спал, а дремал, потому что, как только я зашевелилась, он открыл глаза. Я почувствовала на себе взгляд серых, с металлическим отливом, глаз.

– Эмбер, – сказал он тихо. В его голосе послышалось облегчение.

От того, как он произнес мое имя, я задрожала. Он осторожно, как будто старался не делать резких движений, поднялся на ноги и бросил на меня взгляд, в котором читалась опасливая надежда.

– Ты очнулась, – сказал он. – Ты как, в порядке?

– Думаю… думаю, да.

Я медленно встала, прислушиваясь к ощущениям. Бок ныл, но резкой боли не было. Это хорошо. Я осторожно потянулась, вытянула шею, сжала и разжала лапы, потянула мышцы. Кажется, все в порядке, только немного болит голова. Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

– Кажется, со мной все в полном порядке. А что случилось?

– Тебя подстрелили, – тихо сказал Гаррет, – когда мы бежали с базы Ордена Святого Георгия. Мы привезли тебя сюда, а Уэс смог вытащить пулю, но все равно твоя жизнь висела на волоске.

– О чем ты?

Он посмотрел на мой бок.

– Эмбер, ты чуть не погибла, – прошептал он. – Мы не знали, как серьезно тебя ранили, пока не приехали сюда. Ты потеряла много крови, и если бы пуля прошла чуть левее… Она бы попала в сердце.

Я осознавала серьезность произошедшего.

– Правда?

Он кивнул.

– Та первая ночь, – сдавленно произнес он, – я не знал, получится ли у тебя ее пережить. Ты не шевелилась, не ела, не изменяла форму. Вообще ничего не делала. Райли сказал, что ты… ушла в спячку. Что это происходит, когда дракон получает серьезное ранение. Он перестает двигаться и впадает в состояние, похожее на кому, пока рана не заживет. У меня нет причин сомневаться в его словах, но… Ты вообще не двигалась. Прошло почти три дня, а я даже не мог понять, дышишь ты или нет.

– Эй, – я медленно шагнула к нему. Все-таки я еще не приняла свою человеческую форму, а мне совсем не хочется, чтобы он начал нервничать при виде наступающего на него дракона.

– Все хорошо. Смотри, – я наполовину расправила крылья, отбрасывая на пол и стены огромную тень. – Я в порядке, – сказала я, улыбнувшись ему. – Я все еще здесь.

Но он посмотрел на меня так, что внутри у меня все сжалось. Он нахмурился и покачал головой.

– Не стоило тебе идти на такой риск, – сказал он. Сейчас было очевидно, что он еле сдерживал злость. Я моргнула и недоуменно выпрямилась. – Тебе не надо было идти в капитул. Ты не понимаешь, что натворила и что теперь Орден будет делать с драконами. Они этого так не оставят. Скорее всего, новость о проникновении уже достигла Лондона. Тебя будут искать солдаты каждого капитула в регионе. Ты никогда не будешь в безопасности.

Я дернула хвостом и чуть не сбила лампу на туалетном столике.

– Тогда в следующий раз я просто не буду вмешиваться и дам им пристрелить тебя.

Гаррет сморщился. Ему явно стало стыдно.

– Извини, – пробормотал он, и злость ушла так же быстро, как и появилась. – Я не хотел показаться неблагодарным. Я обязан тебе жизнью, я рад, что ты пришла за мной. Просто… – он остановился, внезапно в его голос прокралась неуверенность. – Я не совсем понимаю, почему.

– Почему? – я вздернула голову и посмотрела на него сверху вниз. – То есть не понимаешь? Ответ лежит на поверхности.

На его лице промелькнула тень надежды. Это было так быстро, что я подумала, не почудилось ли мне. Но голос его оставался бесстрастным.

– Я солдат Ордена Святого Георгия, – продолжал настаивать Гаррет. – Я всю жизнь верил в то, во что мне сказал верить Орден. Я следовал доктрине Ордена, без колебаний убивал, как только получал приказ. Я никогда не задавал вопросов, – он на мгновение отвел мрачный взгляд в сторону. – Ты знаешь, что я делал, – пробормотал он, глядя на стену. – И что я за человек. Почему ты рисковала жизнью, чтобы спасти убийцу драконов?

У меня в горле появился комок.

– Для меня ты никогда не был солдатом Ордена Святого Георгия.

Я произнесла эти слова очень тихо, почти шепотом. Неожиданно у меня пересохло в горле.

– Не в Кресент-Бич. Гаррет, я никогда не относилась к тебе с ненавистью. Даже после… той ночи.

Тогда он направил мне в лицо пистолет, и я впервые поняла, кто он такой. В ту ночь мы неизбежно должны были стать врагами на всю оставшуюся жизнь. А что еще нам оставалось делать? Ведь он солдат Ордена Святого Георгия, а я дракон.

– После той истории с Лилит я не могла позволить тебе умереть. Я бы не позволила Ордену убить тебя.

Гаррет слушал меня, не поднимая головы. Он не отводил взгляда от стены, как будто не мог заставить себя посмотреть на огромную рептилию, которая стояла перед ним вместо знакомой девушки. Мое сердце сжалось от боли.

– И что теперь? – мягко спросила я. – Мы враги, Гаррет? Ты ненавидишь меня за то, что я дракон?

– Нет, – он серьезно посмотрел на меня. – Эмбер, я не могу тебя ненавидеть. Этот вопрос должен задавать я. Если бы ты знала, что я сделал… – он вздохнул и опустил голову. – Нет. Я тебе не враг. Ты рисковала жизнью и напала на базу Ордена Святого Георгия. Ты и Райли. Я у вас в долгу.

Я села, обвила хвост вокруг своих ног и сердито посмотрела на бывшего убийцу драконов.

– Мой тебе совет, – сказала я, неаккуратно бухая кончиком хвоста о землю. – Когда кто-то решает спасти твою жизнь, неважно по какой причине, нужно обязательно его поблагодарить. При этом испытывать чувство вины и падать ниц перед теми, кто спас тебе жизнь, конечно, необязательно, но всячески приветствуются.

Он как будто не смог сдержать усмешку, настолько она была тихой.

– Туше, – пробормотал он, и наконец-то на его лице появилась тень улыбки. – Мне начать бить челом сейчас или ты дашь мне немного времени, чтобы собраться с силами?

– О, определенно. Я разрешаю тебе бить челом позже. Когда я буду в состоянии устроиться поудобнее, чтобы насладиться несколькими часами чудесного представления.

– Часами? Я это запомню, – он покачал головой и посмотрел мне в глаза. – Спасибо, что пришла за мной, – серьезно сказал он. – Ты не должна была этого делать, но я благодарен тебе за это. Как оказалось, я не был… готов к смерти, хоть и уверил себя в обратном.

Я кивнула. Его взгляд все еще был обеспокоенным, но он уже начинал переставать волноваться. По крайней мере, Гаррет снова говорит со мной так, как будто я нормальный человек, и не пытался «деликатно» обойти тему драконов. Сейчас и этого довольно.

– Так, где все? – спросила я, оглядываясь по сторонам.

Гаррет кивнул в сторону двери.

– Когда я видел Райли в последний раз, он спал у себя в комнате, – ответил он. – Мы втроем по очереди сидели с тобой с тех самых пор, как приехали сюда. Мы ждали, когда ты очнешься, чтобы решить, куда ехать дальше.

– А где мы вообще?

– В Вегасе, – раздался голос у двери.

Я повернула голову к говорящему. В дверном проеме стоял Райли. Наши взгляды встретились, и я увидела, что его золотые глаза светятся ровным ярким светом. Он был одет в рваные джинсы и черную мятую футболку. Было непривычно видеть его без любимой кожаной куртки. Волосы спутались, а под глазами – темные круги, как будто он несколько дней провел без сна.

Несмотря на то что все мои чувства пробудились к жизни, а по венам разлилось настоящее пламя, я все-таки смогла выдавить из себя слабую ухмылку.

– Эй, ты. Я очнулась.

– Черт подери, Эмбер, – Райли без колебаний подошел ко мне. Гаррет же при его приближении отошел к стене. Райли провел рукой по моей шее, и даже через чешую я почувствовала, как моя кожа горит от его прикосновения. – Ты как? – спросил он, покосившись на мой бок, на то место, где было отверстие от пули. – Почему ты не сказала мне, что очнулась?

– Эта задача была первой в моем списке дел.

Он прижался ко мне лбом. Кожа к чешуе.

– Больше не пугай меня так, Искорка, – прошептал он. В животе у меня запорхали бабочки, а крылья затрепетали. – Если бы ты умерла, не знаю, что бы я делал. Наверное, я бы проглотил гада-орденца на месте.

– Не очень-то это рационально, – прошептала я в ответ, понимая, что Гаррет нас слышит, а Райли, скорее всего, плевать на это хотел. – Тогда весь наш поход на базу Ордена был бы впустую.

Он фыркнул, закатил глаза и отстранился.

– Ты поела? – несмотря на то, что он улыбался, я чувствовала, что он сердится. – Ты три дня пролежала без сознания. Наверное, умираешь от голода.

«Еда».

Внезапно я поняла, что дико хочу есть. Я почувствовала себя медведем, который вышел из зимней спячки. Сейчас я была такая же худая, голодная и злая. Поесть было бы замечательно. Честно говоря, все, кроме еды, отошло для меня на второй план. Райли усмехнулся.

– Да, так я и думал. В холодильнике лежит пицца и… Эй, полегче, Искорка.

Я попыталась выйти из комнаты, но Райли выставил вперед руки, останавливая меня. Я бросила на него полный раздражения взгляд, и он улыбнулся.

– Нет, драконам на кухню вход воспрещен. Соседей же удар хватит.

Я моргнула. Действительно, я же все еще в своей истинной форме, а в нормальном обществе считается, что драконов не существует. Если меня увидят вот так, это точно вызовет панику. Я подавила вздох. Снова быть в своем настоящем теле казалось так естественно. Я колебалась, хоть и понимала, что нужно превращаться в человека.

– Одежда лежит в туалетном столике, он сразу за тобой, – сказал Райли. – Переодевайся и присоединяйся к нам – в человеческой форме.

Его улыбка померкла, в голосе появились мрачные нотки.

– Мы должны кое-что обсудить.

Райли

Выпустив из ноздрей струйки дыма, Эмбер отвернулась к туалетному столику в углу комнаты. Секунду я любовался изгибом ее шеи и крыльев, отблеском ее карминного цвета чешуи в солнечном свете. Желание принять истинную форму было настолько сильным, что причиняло почти физическую боль, обжигая легкие и придавая воздуху привкус пепла. Я сумел сдержаться и отвернулся, пока совсем не потерял голову от искушения. Кивнув солдату в сторону двери, я вышел из комнаты.

Мы закрыли за собой дверь.

– Ну ладно, – тихо, чтобы не слышала Эмбер, сказал я. – Ты убедился, теперь с ней все будет в порядке. Но ты-то почему еще здесь, орденец?

Солдат посмотрел на закрытую дверь.

– Мне больше некуда идти, – так же тихо сказал он.

– Но это ведь не моя проблема, так?

Я не стал дожидаться ответа и отправился на кухню. Скоро Эмбер выйдет из комнаты и сразу же отправится на поиски еды. Поживиться у нас было особо нечем, в холодильнике были только остатки пиццы. Пару часов назад я отправил Уэса в магазин за продуктами. Надеюсь, он скоро вернется. Мы остановились не в лучшем районе. До блеска и показной роскоши бульвара Лас-Вегас-Стрип, известного средоточием огромных казино, было очень далеко. За окном были маленькие уродливые дома, а за ними к далеким горам простиралась пустыня Мохаве. Это бедный, неблагополучный район, но сейчас мне это было только на руку. Никто не задавал вопросов, никто ничего не разнюхивал, и всем было плевать, почему на дорожке считавшегося заброшенным дома неожиданно припарковался белый фургон.

Солдат прошел за мной на кухню. По своему обыкновению он прошерстил взглядом комнату.

– На вас начнут охоту, – сказал он, и я безразлично пожал плечами.

– Рассказал бы что поинтереснее.

– Скоро вам нужно будет уезжать отсюда. Здесь оставаться опасно, особенно если учесть, что нас разыскивает Орден Святого Георгия.

Я разозлился. Внезапно раздражение, которое я сдерживал все это время, вспыхнуло с новой силой. Мы провели здесь три дня. Все это время мы терпели присутствие друг друга максимально цивилизованным способом: просто притворяясь, что второго человека не существует. Орденец не разговаривал со мной, я не разговаривал с ним. Нас все устраивало. Эдакое негласное перемирие, которое действовало, пока Эмбер была без сознания.

А теперь же все маски были сброшены. Я прищурился. Интересно, что будет, если я приму свою истинную форму и перекушу солдата пополам? Пусть Эмбер забыла, что он был членом Ордена, и простила его за то, что он выслеживал и без зазрений совести убивал представителей нашей расы. Но я-то все помню. Вообще-то, я не выбросил гаденыша из фургона посреди пустыни только потому, что Эмбер убедила меня спасти его, невзирая на то, сколько жизней драконов было на его совести. И из-за нее же я не выгнал его из дома, подкрепив свою аргументацию порядочной струей огня. Сейчас, впрочем, эта соблазнительная мысль снова закрутилась у меня в голове.

– Обойдусь без твоих советов, орденец, – тихо сказал я. В моем голосе промелькнули недобрые нотки. – Я занимаюсь этим куда дольше тебя. Вашу расу я обставил еще тогда, когда ты даже не мог обхватить ствол пистолета своими крошечными пальчиками. Не хватало мне еще слушать убийцу драконов. Особенно когда он советует мне опасаться Ордена.

– Ты никогда не проникал в капитул Ордена, – продолжил человек, как будто не знал, кто я и чем занимался. – Я знаю Орден, они этого так не оставят. Как только весть о вашем вторжении дойдет до Лондона – а скорее всего, это уже произошло, – они бросят все силы на то, чтобы поймать нас. И они не остановятся ни перед чем.

– И поэтому ты здесь? – с вызовом спросил я, скрестив руки. – Ты хочешь, чтобы драконы защитили тебя, теперь, когда на тебя открыта охота?

– Нет, – лицо орденца на мгновение скривилось от злости. – Мне все равно, что будет со мной, – он говорил так серьезно, что я почти ему поверил. – Но я хочу, чтобы Эмбер была в безопасности. Я обязан ей жизнью, и я не могу уйти, зная, что за ней охотятся солдаты Ордена.

– Они охотились за ней всегда, орденец, – отрезал я. – Каждый божий день. Эта охота никогда не прекратится. Эта война никогда не закончится. Сейчас разница заключается только в том, что мы стали занозой в заднице Ордена, потому что задели их гордость. Теперь они изо всех сил будут стараться сохранить лицо. И плевать, что они годами выбивали двери наших убежищ и убивали нас без жалости, – при этих словах солдат помрачнел, а я ухмыльнулся. – Орден к ней не подберется. Я о ней позабочусь.

– Не будем забывать, – раздался голос со стороны двери, – что она и сама вполне способна о себе позаботиться.

Мы с виноватым видом повернулись к двери. Эмбер стояла на пороге, недовольно скрестив руки на груди. Ее рыжие волосы торчали во все стороны. Когда я понял, как сильно она исхудала, у меня в горле встал ком. Но ее зеленые глаза сияли так же ярко, как и всегда, пламя, горевшее в ней, не погасло. Мне показалось, что за ее спиной я заметил очертания крыльев. Она сердито зыркнула на нас – на меня, – а потом подошла к холодильнику и распахнула его.

– Эмбер, – заговорил орденец, когда она вынырнула оттуда с большой белой коробкой в руках. – Я…

– Гаррет, – перебила Эмбер. Она повернулась к нему, в голосе ее было слышно предупреждение. – Не хочу показаться грубой, но я дракон, и я не ела три дня. Если ты не собираешься показать, где в этой комнате спрятаны пончики, лучше держись от меня подальше.

Он моргнул. Я ухмыльнулся: шокированное выражение его лица весьма меня позабавило. Эмбер тем временем прошла мимо нас к высокому столу.

– Как общаться с драконами, орденец. Правило первое, – сказал я, когда девушка запрыгнула на стул и открыла коробку. – Не вставай на пути у голодного детеныша. А то палец откусят.

Эмбер посмотрела на меня, как будто хотела огрызнуться в ответ, но потом решила, что еда все-таки важнее, и откусила зараз половину куска пиццы. Я взял из холодильника банку газировки, а орденец прислонился к стене. В это время голодная Эмбер в одиночку управилась с целой пиццей пепперони. Две минуты спустя она выкинула коробку в мусорное ведро, отряхнула руки и повернулась к нам.

– Ну, – она постучала пальцами по руке, переводя взгляды с одного на другого и обратно. – И что теперь?

«Хороший вопрос».

– Думаю, тут есть варианты, Искорка.

– И кто должен выбирать?

– Ты.

Она в замешательстве посмотрела на меня и нахмурилась. Я смял пустую банку и еще раз залез в холодильник.

– Позволь спросить, – сказал я, закрыв дверцу. – А чего ты ожидала, Искорка? После того как ушла из «Когтя» и стала отступницей?

Она вскинула голову.

– Не знаю, – невнятно сказала она. – А разве тут не твоя очередь вступать в игру? Я думала, у тебя все уже продумано.

– Так и есть. Но обычно в мои планы не входит проникновение на хорошо охраняемую базу Ордена Святого Георгия и спасение нашего врага.

Сказав это, я демонстративно избегал орденца, а тот, в свою очередь, ничем не показал, что это как-то его задело.

– Видишь ли, Искорка, к такому развитию событий я был немного не готов. И, честно говоря, я не ожидал, что ты так долго будешь со мной рядом.

Ее лицо покраснело от злости. Она гордо подняла голову.

– Если бы я знала, что ты собираешься от меня избавиться, я бы не стала утруждать тебя.

– Не сгущай краски. Я совсем не это имел в виду, – я покачал головой и сердито посмотрел на нее. Она посмотрела на меня в ответ. Я вздохнул. – Неужели ты решила, что после того, как мы уехали из Кресент-Бич, я бы бросил тебя на улице? За кого ты меня принимаешь? Все-таки я чуточку более хорошо воспитан.

Она нахмурилась.

– И что бы ты сделал?

Я начал отвечать, но остановился. Мне не хотелось в открытую обсуждать свою подпольную сеть, учитывая тот факт, что человек все еще был с нами в одной комнате. Не то чтобы я боялся, что он может побежать с этой информацией в Орден. Просто я ему не доверял. Неважно, гонятся за ним или нет, его руки по локоть в крови драконов. Этого ничто не изменит.

Солдат как будто прочитал мои мысли: он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

– Можешь ей рассказать, – тихо сказал он. – Я не выдам твои секреты Ордену.

Я ухмыльнулся.

– Если бы у меня возникла хотя бы тень подозрения, твои кости давно бы лежали посреди пустыни, – сказал я. – Меня беспокоит не это.

– Райли! – Эмбер волком посмотрела на меня. – Совсем необязательно вести себя как кретин. Он больше не состоит в Ордене.

– Искорка. Ты не понимаешь, – я повернулся к ней и прищурился. – Дело не во мне. Дело не в том, что я рискую своей жизнью, я рискую жизнями всех драконов, которых сумел вытащить из лап «Когтя». Они рассчитывают на меня. Я должен обеспечивать их безопасность, скрывать их от радаров «Когтя» и прятать от гадюк. При этом мне нужно помнить о том, что есть Орден Святого Георгия, им все равно, отступник перед ними или агент «Когтя», потому что, когда они убивают дракона, они не видят разницы между отступником и агентом «Когтя». А если и видят, то им плевать.

Я снова бросил на солдата уничижительный взгляд. Он ничего не сказал, но по выражению его лица я понял, что прав.

– Так что, да, Искорка, меня немного напрягает тот факт, что с нами в комнате находится бывший солдат Ордена Святого Георгия, – закончил я. – Кажется, когда в последний раз с нами в одной комнате находился боец Ордена, в нас стреляли, – я стукнул себя кулаком в грудь. – Это моя сеть. Я слишком долго вытаскивал драконов из «Когтя», чтобы сейчас подвергать их такой опасности.

Эмбер с удивлением посмотрела на меня.

– Сколько в твоей сети драконов? – спросила она. – Сколько у тебя отступников?

Я снова вздохнул, признавая поражение. Отступать уже слишком поздно.

– В этом году более двадцати, – сказал я, и у нее от удивления открылся рот. – И сейчас мы говорим только о драконах, это не считая людей, которые на меня работают. Детеныши, которых я вытаскиваю из организации, обычно наивные и совсем неопытные, так что за ними закрепляются агенты-люди, которые следят за ними до тех пор, пока они не смогут жить самостоятельно.

– Я не знала.

Я усмехнулся.

– Я не шутил, когда говорил, что позабочусь о тебе, Искорка. У меня уже подготовлено для тебя пристанище, дом с тысячами квадратов прилегающей лесной территории возле национального парка. Тихий городок у подножия горы. Ты бы жила с «дедушкой». Пляжей там, к сожалению, нет, но зато там есть лес, и это уединенное и мирное место. «Коготь» и Орден никогда тебя не найдут. Там ты будешь в безопасности, обещаю.

– А что будешь делать ты?

– То же, что и всегда. Сражаться с «Когтем». Вытаскивать детенышей из организации. Помогать им исчезнуть, – я пожал плечами. Внезапно на меня навалилась усталость. – Может быть, если я буду делать это достаточно долго, когда-нибудь свободных драконов станет достаточно, чтобы можно было в открытую выступить против «Когтя», – пробормотал я. – Это моя голубая мечта.

Невозможная, недостижимая мечта. Но нужно же мне было мечтать хоть о чем-то.

– Я тебе помогу.

Эмбер сказала это без раздумий. В ее голосе не было ни колебаний, ни страха, только горячее стремление. Я быстро выпрямился, одновременно встревоженный и злой. Я понимал, что когда-нибудь это должно было произойти. Да и как мой порывистый упрямый детеныш мог сказать что-то другое после того, что произошло в Кресент-Бич? Но в то же самое время я не мог принуждать ее к такой жизни. Это ужасная жизнь, кровавая, полная опасностей. Душераздирающая. Я видел бессчетное множество смертей и лично отнял бесчисленное количество жизней. Бывало, что я не знал, доживу ли до рассвета, и спрашивал себя, не умру ли в течение этого часа. Я видел бесчинства, которые творили «Коготь» и Орден Святого Георгия, и весь ужас, который творился в этом чертовом мире. Из-за всего пережитого я стал циничным мерзавцем. Я не могу так с ней поступить.

И, конечно, была еще одна причина. Даже сейчас она пульсировала в моих венах. Мне хотелось гаркнуть «Да» и увезти ее так далеко, чтобы вокруг не было ни людей, ни драконов, ни солдат Ордена и никто не мог нам помешать. По этой причине я был измотан, слаб и не сомкнул глаз, пока она неподвижно лежала в той комнате. Я не мог есть, не мог думать, что делать дальше, не мог сосредоточиться. Я вообще ничего не мог делать. Если бы сюда ворвались солдаты Ордена, я бы сжег дом дотла, но не бросил бы ее.

Так больше продолжаться не может. Это опасно. Для меня, для Эмбер, для всех в моей подпольной сети. Она отвлекающий фактор. Вспыльчивый, соблазнительный, интригующий. А на мне лежит ответственность за очень и очень многих. Я должен держаться от нее подальше. Ради ее же блага – и ради моего.

Хотя убедить в этом ее будет ой как непросто.

– Я не пойду в твое пристанище, Райли, – Эмбер говорила тоном, не терпящим никаких возражений, как будто она точно знала, о чем я думаю. Ее глаза сверкали, она скрестила руки на груди и пристально посмотрела мне в глаза. – Даже не думай, что сможешь от меня избавиться. Я не собираюсь прятаться и бездействовать, пока ты будешь спасаться от гадюк, убийц драконов и бог знает кого еще. Теперь я понимаю. Я видела, что делает «Коготь», я знаю, что они будут убивать каждого, кто не подходит под их стандарты. Я хочу помочь тебе и всем драконам, которые хотят быть свободными. Я хочу вытащить из «Когтя» так много наших, как только смогу.

– Искорка, – начал я, и она вздернула подбородок, приготовившись к спору. – Понимаю, ты сердита на «Коготь» и хочешь насолить им, неважно каким способом. Но подумай, чем это чревато. Это опасно. Мы постоянно в бегах, скрываемся от организации, Ордена, гадюк. Черт возьми, ты ведь только что очнулась, три дня назад тебя подстрелили. А если ты останешься со мной, ты снова можешь попасть под огонь.

– Я знаю.

– Тебе придется забыть о нормальной жизни, – продолжал настаивать я. – Я не могу просто так заявить, что больше не хочу этим заниматься, как только мне взбредет это в голову. На меня полагаются слишком многие, от меня зависит их безопасность. Возможно, я буду заниматься этим до конца своих дней, или пока кто-то – гадюка или солдат Ордена – не убьет меня.

– Поэтому нужно, чтобы с тобой был кто-то, кто сможет прикрыть тебя со спины.

Дверь распахнулась и ударилась о стену. Я подпрыгнул и резко развернулся. В комнату влетел Уэс. Он повернулся и захлопнул дверь. Он был бледен как смерть, его глаза горели от ужаса.

– Орден! – выдохнул он, и мы подпрыгнули от неожиданности. – Они здесь! Они сейчас будут здесь!

Эмбер

«Они здесь».

От страха у меня по спине побежали мурашки. Орден здесь. Они снова здесь. Неважно, куда мы пойдем, что мы сделаем, они будут преследовать нас, готовые выбить дверь и стереть нас в порошок. А сейчас, после того как я в открытую проникла на их территорию и показала им средний палец, разумеется, они хотят возмездия. Похоже, для них это больше не работа и не убийство безымянных врагов. Теперь это что-то личное.

– То есть сейчас будут здесь?! – рявкнул Райли, подпрыгивая к Уэсу. Он закрыл дверь и посмотрел в дверной глазок. – Орден не знает, кто ты, они тебя даже не видели. Как они вообще узнали, что их цель – это ты?

– Понятия не имею, приятель, но на парковке я чувствовал, что за мной следят, – рявкнул Уэс. – А когда я возвращался обратно, то заметил за собой хвост. Потому-то я так долго возвращался. Я пытался сбить мерзавцев со следа, но не могу утверждать, что у меня получилось.

Райли подошел к окну, прислонился к стене и аккуратно выглянул на улицу.

– Никого не видно, – пробормотал он. – Наверное, у тебя получилось.

– Они там, – сказал Гаррет, и его голос ножом врезался в загустевший от напряжения воздух. Мы посмотрели на него. Он стоял у стены, скрестив руки. – Если это действительно Орден, то наблюдатели, которых видел Уэс, сейчас окружают дом. Скорее всего, группа захвата уже направляется сюда. У нас не так много времени.

– Нам надо уходить, – сказал Райли, выходя из кухни. – Прямо сейчас, пока не наступила ночь. Уэс, собирай вещи.

– Куда мы поедем? – спросила я, когда Уэс бросился из комнаты, бормоча себе под нос ругательства. Райли, нахмурившись, повернулся ко мне.

– В город, – сказал он. – В центр, туда, где много людей. Орден не станет атаковать на глазах у толпы. По крайней мере, я надеюсь, что этого не случится, – он посмотрел на Гаррета и отвернулся. – Мы спрячемся у всех на виду, эта тактика никогда не подводила. Затеряемся в толпе. И ни «Коготь», ни Орден не смогут последовать за нами, не вызвав подозрений. Кроме того, в городе мне нужно кое с кем встретиться. Мы ждали, когда ты придешь в себя, и планировали сразу уезжать.

Я почувствовала укол чувства вины.

– Вы все ждали меня?

Уголок его рта дернулся.

– Искорка, трудновато было бы незаметно пронести дракона в отель. У начальника пожарной охраны просто крышу бы снесло, – он нежно коснулся моей руки, и от его прикосновения у меня внутри начался пожар. – А теперь иди собирайся, и поскорее. Я очень не хочу сейчас встречаться с Орденом.

Мы собрали все за считаные минуты. У меня было не очень много вещей: рюкзак с одеждой и некоторые личные штуки. У Уэса был ноутбук, а у Гаррета – пистолет, который он взял, когда мы были на базе Ордена, и одежда. Все остальное поместилось в спортивную сумку, которую Райли повесил себе на плечо. Отступники всегда путешествовали налегке и брали только самое необходимое, чтобы можно было быстро собраться и сорваться с места. Все было одноразовым – одежда, машины, ночлег. Единственной вещью Райли, с которой он никогда не расставался, была его кожаная куртка.

– Так, – пробормотал он, выглядывая в дверной глазок. Мы столпились за его спиной. Гаррет прижался ко мне, и мое сердце бешено заколотилось. Я чувствовала его присутствие, а от его прикосновений моя кожа горела огнем, даже несмотря на то что я изо всех сил пыталась сосредоточиться. – Я никого не вижу, – продолжил Райли, осматривая улицу. – Похоже, пока все чисто.

– Не будь дураком, – пробормотал Гаррет. – Если Орден следит за нами, ты их не увидишь.

Райли даже не потрудился повернуться к нему и фыркнул от отвращения.

– Но мы не можем сидеть и ждать, пока они выломают дверь, – прорычал он, поворачивая ручку. В раскрывшуюся дверь ворвался ярко-красный свет заходящего солнца, настолько яркий, что я зажмурилась. Секунду Райли стоял на пороге, в последний раз осматривая пустую улицу. Прикрыв рукой глаза, я выглянула из-за его спины, но не увидела ничего необычного. На улице никого не было, во дворах тоже. Ни подозрительных машин, ни притворяющихся «электриков» и «маляров». Все было совершенно нормальным. Фургон стоял на подъездной дорожке возле дома, но сейчас казалось, что он находится бесконечно далеко.

– Так, – продолжил Райли, открыв дверь и выйдя на крыльцо. – Все чисто, так что…

Вдруг не пойми откуда раздался громкий щелчок, и мое сердце ушло в пятки от страха. За выстрелом последовало шипение, и фургон накренился, а потом завалился назад. Задние шины спустило за секунду.

– Черт! – Райли бросился обратно в дом и захлопнул за собой дверь. Мы отпрянули назад. – Черт, они уже здесь.

Еще один щелчок – и окно со звоном разбилось, а в комнату полетели мелкие осколки стекла. Я взвизгнула и прикрыла лицо. Гаррет схватил меня за руку и оттащил от окна.

– Снайперы, – выдохнул он. Райли прижался к стене с другой стороны от окна, его губы скривились в безмолвном рыке. – Они нашли нас.

– Блестяще, – гаркнул Уэс из-за дивана. – Снайперы. Просто невероятно. Я безумно счастлив, что все мы рисковали жизнью, чтобы спасти тебя, орденец, – он бросил на Гаррета злобный взгляд, как будто хотел, чтобы следующая пуля попала ему в голову. – Я же правильно понимаю, что, если мы отдадим тебя им, они от нас не отстанут?

– Только через мой труп, – рявкнула я на Уэса. От одной только мысли об этом мой живот скрутило. – Только попробуй, и я вышвырну тебя в окно.

– Все равно это не важно, – серьезно сказал Гаррет, как будто Уэс действительно предложил что-то стоящее. – Я бы сдался, если бы знал, что Орден вас пощадит. Но они пришли, чтобы убить всех нас. А с драконами они договариваться не станут. Эмбер, прости меня.

Я посмотрела на него.

– Я бы все равно тебя не отпустила. Так что прекращай быть фаталистом, черт бы тебя побрал. Никто никого не бросит. Мы либо выберемся все вместе, либо не выберемся вообще.

Он моргнул. Сейчас он казался мне таким уязвимым, почти жалким. Снаружи было пугающе тихо. Солнечный свет прорывался через разбитое окно. Его красные лучи словно капли крови, играли на осколках.

Тишину разрушило тихое раздраженное рычание Райли.

– Проклятье, где они? – пробормотал он, осторожно выглядывая за раму, готовый спрятаться. – Почему нас еще не застрелили?

– Ударная группа еще не прибыла на место, – Гаррет посмотрел в окно с мрачным выражением лица. – Пока что. Когда группа разведки села Уэсу на хвост, они должны были сообщить в центр управления, что обнаружили цели. За домом наблюдает снайпер, он следит, чтобы мы не выходили из дома до прибытия ударной группы.

Уэс выглянул из-за дивана и снова выругался.

– Так, ну раз такое дело, то я голосую за то, чтобы уходить отсюда и не ждать, пока нас возьмут. И так как фургон подстрелили – кто хочет выскользнуть из задней двери?

– Нет, – Гаррет покачал головой. – Это плохая идея. Снайпер находится на позиции с полным обзором всей территории. Если мы попытаемся выйти, он запросто снимет нас. Оно того не стоит.

– И ты вот так вот просто об этом догадался, да, орденец? – зарычал Райли.

– Да, именно так, – равнодушно ответил Гаррет.

– О, точно. Ты ведь уже это делал. Стрелял в спину детям, которые пытались от тебя сбежать.

– Ребята, – я сердито посмотрела на Райли, – это нам не поможет. Пожалуйста, сосредоточьтесь. Гаррет… – я посмотрела на солдата и коснулась его руки. – Ты знаешь, каким будет следующий шаг Ордена. Что мы можем сделать?

Гаррет задумчиво кивнул.

– Прежде всего, нужно нейтрализовать угрозу, – ответил он. Сейчас он рассуждал как солдат, логично и расчетливо. – Найти позицию стрелка, проскользнуть в его убежище и вывести из строя, прежде чем подтянется остальная часть команды.

– Ой, и это все? – нахмурился Райли, показывая рукой на открытое окно. – И как же мы это сделаем, не получив пулю в лоб? Я не очень горю желанием играть в «прибей крота» с опытным снайпером.

Гаррет подобрался к окну, стараясь держаться спиной к стене. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, как будто готовился к неизбежному. А потом, прежде чем я успела что-то сказать, выпрямился и выглянул в окно, полностью вытащив голову. И почти немедленно раздался звук выстрела. Гаррет пригнулся, пуля попала в деревянную раму, из нее полетели щепки. Я вздрогнула, мое сердце выскакивало из груди. Я задрожала и прижалась к Гаррету. Мое сердце колотилось так, что мне казалось, что сейчас оно выскочит у меня из груди. А солдат дышал ровно. Он был совершенно спокоен, как будто подставляться под огонь снайперов было для него обычным делом.

– Черт побери, Гаррет! – у меня дрожал голос. Увидев его профессиональное хладнокровие, я нахмурилась и схватила Гаррета за руку. – Ты с ума сошел? Хочешь, чтобы тебе голову разнесли на куски? Никогда больше так не делай! Мы попробуем отыскать стрелка по-другому.

– Он в одном квартале отсюда, – пробормотал Гаррет. Я недоуменно нахмурилась. Его глаза были закрыты, лоб сморщен, как у человека, который пытается что-то вспомнить. – Через дорогу, на углу. В двухэтажном здании, на чердаке. Думаю, этот дом был конфискован за долги. Стреляют из окна в чердаке.

Я удивленно посмотрела на него.

– И ты увидел все это сейчас?

– Частично, – он выглянул из окна, в этот раз не высовывая голову в окно. – Но, когда мы приехали сюда, я осмотрел территорию, отметив все места, откуда на нас могут напасть или устроить засаду. Тот дом на углу был бы идеальным местом для Тристана… – он остановился и сжал зубы. – В общем, с тактической точки зрения, это лучший вариант, – натянуто закончил он.

– Ладно, – сказала я. Как жаль, что я сама не могу выглянуть из окна и посмотреть на этот дом. Слишком уж был велик риск получить пулю в лоб. Я не была уверена, что успею вовремя спрятаться, особенно если учесть, что стрелок знает, что мы здесь, и будет целиться прямо в меня. – Итак, мы знаем, где снайпер. Что теперь?

Гаррет с мрачным видом отошел от окна.

– Ждите здесь, – сказал он. – Оставайтесь в доме. Я попытаюсь подобраться к нему и вывести его из строя.

– Что? Одного я тебя не пущу, – он не обратил на меня внимания и проскользнул мимо, стараясь держаться стен. Я схватила его за футболку. – А что, если он не один? – настаивала я. Он с каменным выражением лица начал убирать мою руку. – А что, если у него есть напарник и тебя ранят или убьют? Никто не сможет тебе помочь. Нужно, чтобы кто-то хотя бы прикрывал тебя сзади.

– Искорка, – в голосе Райли четко слышалось, что он не собирается никуда меня отпускать. Я повернулась и посмотрела на него.

– Что? – спросила я, все еще крепко сжимая футболку Гаррета. – Я справлюсь. Меня к этому готовили. Меня обучала сама Лилит. Или ты забыл, что я должна была стать наемной убийцей «Когтя»? – Он сделал вдох, чтобы возразить мне, но я вздернула подбородок. – Кажется, это я несколько ночей назад проникла в хорошо охраняемую базу Ордена и очень неплохо там справилась.

– Пока тебя не подстрелили! – Райли хотел шагнуть вперед, но отпрянул от окна. Его глаза сверкали от злости. – Это не нормальная пуля, Искорка, – сказал он. – Это не то, от чего можно легко оправиться. Если снайпер попадет тебе в голову, у тебя больше не будет головы.

– Меня не подстрелят.

– Ты не знаешь этого наверняка!

– Эмбер.

На мою руку легла другая, сильная рука и нежно ослабила мою хватку. Я повернулась и посмотрела Гаррету в глаза. Его лицо было непроницаемым, и какое-то время я не знала, что он скажет: идти с ним или оставаться здесь. Это плохо, потому что я пойду с ним, хочет он этого или нет. Но потом он сделал вдох и, убрал мою руку и бросил взгляд в окно.

– Нам нужно будет двигаться быстро, – сказал он, просчитывая лучший маршрут до укрытия снайпера. – Не высовывайся и не прекращай двигаться. Если цель передвигается, ее гораздо сложнее подстрелить. Нам нужно будет двигаться и оставаться в укрытии как можно дольше. Но не паникуй, если тебя подстрелят. И не стой на месте, несмотря ни на что. У снайпера, скорее всего, есть напарник, который будет его прикрывать, так что нам придется иметь дело не с одним человеком. У тебя есть оружие?

Я покачала головой, не обращая внимания на то, что у меня внутри все сжималось от страха.

– Оно мне не понадобится.

Райли зарычал и достал что-то из заднего кармана.

– Черт возьми, Эмбер, – взревел он. – Понадобится. Вот, держи.

Он протянул мне пистолет, и когда я его поймала, мое сердце екнуло.

– Постарайся, чтобы тебя не убили, хорошо?

Он бросил на меня пронзительный взгляд, и я не могла понять, злится он, беспокоится или в ужасе. Потом он посмотрел на Гаррета.

– У нас мало времени, – сказал он деловито. – Что нам делать, орденец?

– Мы никогда не доберемся до того дома, если снайпер будет держать нас на мушке. Можешь как-нибудь отвлечь его? Буквально на несколько секунд.

– Да, – кивнул Райли и запустил руку в волосы. – Да, могу. Уэс… – он посмотрел на человека, который все еще сидел, свернувшись за диваном. – Будь готов выдвигаться. Ты найдешь нам другую машину. Фургон-то подстрелили.

Из-за дивана сдавленно выругались. Райли снова повернулся к нам.

– Идите. Я смогу его отвлечь.

– Что будем делать? – спросила я.

– О, увидишь – узнаешь.

– Ладно, – я сделала вдох и посмотрела на солдата. – Хорошо, – прошептала я, полная решимости делать то, что нужно. – Я готова, если готовы вы.

– Эмбер, – сдавленно произнес Райли.

Я обернулась и посмотрела прямо в его пронзительные золотые глаза и на искаженное мукой лицо.

– Не поранься, Искорка, – тихо сказал он так, чтобы слышала только я. – Сомневаюсь, что на этот раз смогу это выдержать. Возвращайся живой, хорошо?

Я кивнула, чувствуя, как у меня в горле появляется комок.

Гаррет взял меня за руку, показывая, что надо следовать за ним. В последний раз взглянув на Райли, я отвернулась и двинулась за Гарретом в гостиную. Мы вышли в грязный, проросший сорной травой двор через заднюю дверь. Стараясь держаться у стены, мы обошли дом и оказались возле подъездной дорожки. Гаррет выглянул из-за стены. Он внимательно осмотрел улицу и соседние дома. Я почувствовала, как он напряжен, и еле удержалась от того, чтобы выглянуть у него из-за спины.

– Когда выступаем? – прошептала я. Кажется, никогда расстояние между одной стороной улицы и другой не казалось мне таким далеким.

– Нужно дождаться отвлекающего маневра, – ответил Гаррет, оттесняя меня назад. – Сейчас мы находимся в зоне видимости снайпера. Нам нужно перебежать через дорогу и незаметно оказаться за домами.

Я сглотнула.

– А что будет делать Райли?..

Раздался рев, неожиданно поднялся ветер, и всполох горячего пламени выбил стекла из оконной рамы над нами. На нас полетело стекло и куски горящего дерева, и, укрываясь от них, я прислонилась к стене. В доме начался ужасный огненный шторм. Райли решил отвлечь снайпера максимально возможным драконовским способом.

Гаррет хлопнул меня по ноге.

– Бежим.

Гаррет

Я вылетел из-за дома и бросился через дорогу. Эмбер следовала за мной по пятам. Я знал, что нас заметили, даже отвлекающий маневр отступника не давал гарантии, что мы проскользнем мимо снайпера незамеченными. Но, похоже, внезапно разразившийся огненный шторм все-таки отвлек его внимание: по нам так и не открыли огонь. Мы благополучно перебежали на другую сторону улицы и спрятались за другой постройкой.

Дом, из которого мы вышли, быстро превратился в ад. Драконье пламя полыхало горячее и безжалостнее обычного огня, а вырывавшиеся из окон и крыши языки пламени заметили и другие соседи. Кто-то начал кричать, гражданские высыпали из своих жилищ, и перед горящим домом быстро собралась толпа зевак. Люди переговаривались между собой или исступленно кричали что-то в телефонную трубку. Кто-то снимал происходящее на смартфон. Скоро на место пожара прибудут полиция и пожарные, и, скорее всего, они оцепят весь квартал. У нас было мало времени.

– Сюда, – сказал я Эмбер, и мы быстро пробрались вверх по улице, стараясь держаться за заборами и укрытиями. Эмбер держалась рядом со мной. Она без колебаний и промедлений следовала по указанному мной направлению. Стрельба прекратилась: возле дома было слишком много людей. Теперь солдаты Ордена не станут рисковать и открывать огонь по толпе, поскольку велика вероятность ранить кого-то из гражданских. Но нам необходимо было также исключить вероятность слежки и удостовериться, что остальная часть отряда не последует за нами, когда мы скроемся. Угрозу нужно нейтрализовать прежде, чем мы сбежим.

А это значит, что мне придется лицом к лицу столкнуться с солдатами Ордена. Когда мы с Эмбер спрятались за припаркованной на подъездной дорожке машиной, я почувствовал укол чувства вины. Что я творю? Они мои бывшие братья, я сражался с ними бок о бок всего несколько недель назад. А что, если я знаю снайпера? Что, если я приду туда… а там окажется Тристан? Если там действительно находится мой бывший напарник, сможет ли он спустить курок? А смогу ли я?

Мы подошли к последнему дому, проскользнули за прогнивший забор и пересекли заросший двор, быстро подбираясь к двери. Сейчас уже не до сожалений. Я сделал выбор. Дружеские отношения, воспоминания, братство, частью которого я всегда был, – все это было неважно, все это осталось в прошлом. Если я ничего не сделаю, Орден убьет и меня, и моих спутников.

Мы добрались до задней двери. Это была самая обычная деревянная дверь, которая, возможно, была заперта изнутри. Но взламывать замок и входить тихо у нас не было времени. Я выбрал слабое место и пинком распахнул дверь.

В доме было темно и пусто, повсюду валялся мусор, а стены заросли паутиной. Все окна заколочены, а воздух внутри был спертый и затхлый. По левому флангу располагалась деревянная лестница, которая вела на второй этаж. Солдат Ордена в поле зрения не было, но, скорее всего, они находятся наверху.

Я вытащил пистолет и кивком головы показал Эмбер, что собираюсь подниматься по лестнице. Наверху находился маленький коридор и две расположенные друг напротив друга двери, ведущие в спальни. Двери были приоткрыты, за ними виднелись ничем не украшенные обгорелые стены и пол. Дверь, ведущая на чердак, располагалась между спальнями. Она была распахнута настежь.

Когда я поднял пистолет и начал медленно продвигаться к ней, краем глаза я уловил какое-то движение и успел среагировать. Когда из спальни вышел солдат с поднятым пистолетом, я развернулся и выбил оружие у него из руки. Он тут же сделал выпад, схватил меня за руку, в которой у меня было оружие, и приложил меня о противоположную стену. Он был больше меня, коренастый и широкоплечий, с маленькими глазками и бритой головой. Я узнал его лицо, но не смог вспомнить имя. Он ухмыльнулся, скривив обезображенные шрамом губы, зарычал и ударил мою руку о дверной проем. Ее пронзила острая боль, и пистолет упал на пол.

– Чертов защитник драконов, – прорычал он и замахнулся, чтобы ударить меня в висок. К счастью, он отпустил мою руку, и я смог отбить удар, хоть при этом моя рука и откликнулась вспышкой боли. Выбросив вперед вторую руку, я ударил его в незащищенные ребра. Он закряхтел и отбросил меня назад, а потом снова замахнулся мне в лицо. Я отразил удар, а потом развернулся и, используя силу инерции, швырнул его в стену.

Мужчина мотнул локтем, целясь мне в лицо. Я увернулся, дав ему задеть мою щеку, а потом пнул в колено. Раздался хруст, нога сломалась. Он упал на пол и взвыл от боли, а я сжал его шею руками. Солдат лихорадочно молотил меня, пытаясь ослабить хватку, а я сжал зубы и считал секунды. Через восемь с половиной секунд кислород перестал поступать в его мозг, он вздрогнул и обмяк.

Несколько мгновений я продолжал сжимать его шею, а потом оставил мужчину лежать на полу. Минус один солдат. Но его напарник, скорее всего, сам снайпер, должен быть где-то рядом…

Рядом со мной прогремел выстрел.

Я дернулся, хотел было броситься в атаку, а потом застыл на месте. От увиденного у меня сердце ушло в пятки. Глаза Эмбер были широко раскрыты, она была бледна как смерть. Дымящийся пистолет был направлен в дыру на потолке прямо надо мной. Я повернулся и увидел, как по лестнице на второй этаж катится труп.

В его лбу, прямо над глазами, зияла небольшая дыра. Идеальный выстрел в голову. По его носу стекала струйка крови, рот был раскрыт от удивления. Его рука сжимала пистолет, палец лежал на курке.

Эмбер выдохнула и опустила оружие.

– Я… Я увидела его через дыру в потолке, – ошеломленно прошептала она. Она трясущейся рукой указала на труп на ступеньках. – Он целился… тебе в спину. У меня не было другого выхода.

Ее трясло. Она стеклянными глазами смотрела на лежащий на полу труп, как будто ждала, что сейчас солдат пошевелится. Когда этого не произошло, она посмотрела на меня умоляющим взглядом.

– Я… Он?..

Я выдохнул и закрыл глаза.

– Он мертв.

Преодолев боль, я нагнулся и поднял свой пистолет, оттягивая момент, когда нужно будет посмотреть на мертвого солдата. Вдруг я его знаю? Поднимаясь, я по привычке проверил пистолет, чувствуя, как на моем теле расцветают новые синяки. Голова пульсировала, спина и шея болели в местах, на которые пришелся удар о стену. Но я все еще жив.

В конце концов, мой взгляд все-таки упал на тело солдата, который стрелял в нас из окна чердака. Сначала я напрягся, ожидая увидеть знакомое лицо, короткие волосы и остекленевшие синие глаза. Но лежавший на полу человек был старше Тристана. Он был мне не знаком. И теперь, кроме вины, я чувствовал еще и облегчение. Я сражался бок о бок с нашим древним врагом и убил своих бывших братьев по оружию, и теперь я – истинный враг Ордена Святого Георгия. Но, во всяком случае, сегодня я не дрался с человеком, встречи с которым я боялся больше всего.

Надеюсь, до этого никогда не дойдет.

Эмбер все еще стояла на ступеньках, глядя на тело солдата огромными испуганными глазами. Ее яркие волосы сильно контрастировали с ее мертвенно-бледным лицом.

– Я убила его, – с ужасом прошептала она. – Он мертв. Мертв. Я не… Я не хотела…

– Эмбер, – я шагнул к ней, и она отпрянула прочь. Я вспомнил свое первое убийство, и меня переполнило чувство жалости. Это было несколько лет назад, хотя мне казалось, что с тех пор прошла целая жизнь. Тогда я убил дракона, и, хотя мои братья с шумным одобрением отнеслись к произошедшему, его недоуменный испуганный взгляд навсегда остался в моей памяти. Потом он закрыл глаза и умер. Я никогда не говорил об этом, но еще несколько недель я видел в кошмарах эти глаза.

Я понимал, каково сейчас Эмбер. Жаль, что я не смогу найти подходящих слов утешения. У нас нет на это времени.

– Идем, – сказал я, направляясь к лестнице. – Нужно убраться отсюда прежде, чем нагрянет полиция. Нельзя, чтобы нас тут поймали.

Она моргнула. Я прошел мимо Эмбер, она пошла за мной на лестницу.

– А что… с телом? – спросила она, споткнувшись на слове «тело». – Полиция найдет его. Будут расследовать убийство. Если кто-то видел, что мы вошли в дом, полиция тоже начнет нас искать.

– Это маловероятно, – бесцеремонно ответил я.

Она нахмурилась.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что Орден умеет скрывать подобные происшествия, – объяснил я, когда мы вышли из дома, снова стараясь держаться стен. – Солдат, которого ты убила, – продолжил я, махнув рукой в сторону пустого здания, – призрак. Все мы призраки. У нас нет биографии, нет прошлого, а вся наша семья – Орден Святого Георгия. Мы нигде не зарегистрированы. Когда мы умираем, мы исчезаем, как будто нас никогда и не было.

По выражению лица Эмбер я понял, что мне не удалось ее переубедить.

– Это… немного грустно. Сражаться, чтобы, когда ты погиб, о тебе никто не вспомнил.

На это ответить было нечего. Мы выскользнули через забор и спрятались за углом, внимательно наблюдая за толпой, которая все еще стояла у горящего дома. Надеюсь, Уэс и дракон-отступник смогли в целости и сохранности выбраться оттуда и придумать, как убраться отсюда.

Вдалеке зазвучали сирены. Я напрягся, Эмбер застыла, глядя на дорогу. Полиция скоро будет здесь. Я посмотрел на горящий дом. Что нам теперь делать? Пойти искать товарищей или уйти в надежде, что они догонят нас?

Неожиданно из-за угла выехал черный внедорожник. Он с визгом затормозил рядом с нами. Райли посмотрел на нас и мотнул головой на задние сиденья.

– Скорее!

Я распахнул заднюю дверь и нырнул в черный автомобиль. Я почувствовал запах новой машины. Эмбер прыгнула вслед за мной и захлопнула дверь. Райли нажал на педаль газа, и машина с визгом шин и ревом двигателя рванула с места. Хаос остался позади.

Кобальт

Почти на месте.

Я прижался к стене и затаил дыхание, когда двое солдат быстро прошли по коридору прямо за дверью. Ступая в ногу, они завернули за угол и скрылись из виду, и я медленно выдохнул от облегчения. Проникнуть в этот кабинет было очень непросто: операция и моя жизнь – уже много раз буквально висели на волоске. Это очень меня беспокоило. Я приложил массу усилий, чтобы забраться незамеченным так далеко, а еще нужно было так же незаметно выскользнуть отсюда, когда я выполню задание. Но надо решать по одной по проблеме зараз.

У дальней стены стоял большой деревянный стол, на нем был компьютер. Я вжался в угол, набрал номер телефона и прижал аппарат к уху. Трубку взяли после первого же гудка.

– Я на месте, – прошептал я. Я обошел стол, включил экран и вытащил из кармана флешку, похожую на ту, которыми обычно пользовались люди. – Загружаю программу, – сказал я, вставляя ее в гнездо.

Пару секунд ничего не происходило, а потом на экране появилась шкала загрузки. Я стоял и смотрел, как крошечная цифра 0 % сменилась на 1 %, 2 %… Загрузка началась. Очень-очень медленно.

«Действительно, зачем торопиться, – подумал я, глядя на открытую дверь. – Моей жизни ничего не угрожает. Просто дракон проник на базу Ордена Святого Георгия. У меня полно времени».

В коридоре раздалось гулкое эхо приближающихся шагов. Я поморщился, спрятался под стол и забился в угол. Два солдата прошли мимо, обсуждая собрания, строевую подготовку и прочие скучные вещи. Я подождал, пока они уйдут, вынырнул из-под стола и посмотрел на шкалу загрузки.

Восемьдесят шесть процентов. Черт подери. Да сколько может скачиваться этот файл? Я терпеливо ждал, барабаня пальцами по полу, когда файл наконец-то загрузится на 100 %. Вытащив флешку, я убрал ее обратно в карман и поднялся на ноги. У меня появилось странное, очень нехорошее предчувствие. Одну часть задания я выполнил.

Но все-таки еще не закончил.

У меня на плечах висел тяжелый рюкзак, и он служил отличным напоминанием о том, что нужно делать дальше. Я выскользнул из комнаты и осторожно, опасаясь в любую секунду наткнуться на патруль, добрался до лестницы. Глава василисков говорил, что моя последняя цель находится на самом нижнем этаже.

В коридорах с покрытым плиткой полом было темно, но в одном из проходов горел свет. Оттуда слышались приглушенные голоса. К счастью, мне не нужно забираться слишком далеко: моя цель находится за непримечательной белой дверью в одной из комнат. Ее никто не охранял, и все было видно как на ладони. Дверь была закрыта, но я бесшумно открыл ее и проскользнул в комнату.

Мою кожу обдало холодным воздухом, а изо рта вырвались клубы пара. Холод, конечно, здесь зверский. Окон в комнате не было, только на выложенном плиткой полу стояло три системных блока, они моргали зелеными и голубыми огоньками. Как и все серверные, эта комнатка была очень маленькой и совсем не походила на просторные комнаты со стоящими на полу рядами системных блоков, которые я видел в других зданиях. Эти сервера поддерживали только эту изолированную базу. Интересно, зачем «Когтю» взрывать ее? Но все же я на задании, задавать вопросы – не моя работа. Чем скорее я закончу, тем скорее уберусь отсюда.

Я снял с плеч рюкзак, присел и осторожно вытащил из него объемный черный чехол. В нем находилось взрывное устройство. Когда я увидел его, мое сердце сжалось. Новая «игрушка», которую я должен был испытать, была не просто бомбой. Мой наставник сказал мне, что эта бомба гораздо мощнее обычных. В этом маленьком устройстве сочетались наука, магия и пламя драконов. Драконье пламя не горело как обычный огонь. Оно горяче́е, жарче, и могло расплавить даже сталь, а плоть за минуты сжигало дотла. Оно переносилось на любой материал и пожирало его до самого конца. Даже сейчас, со всеми технологиями, инструментами и оружием, которое со временем разработали драконы, наше дыхание оставалось нашим самым смертоносным оружием. Оно было главной причиной, по которой Орден боялся сражаться с нами. Если эта штука сработает так, как ожидает «Коготь», будет уничтожена не только эта комната. Не только серверы обратятся в прах. Драконье пламя, едкое, ревущее, заполнит весь этаж, уничтожит стены, ослабит опоры здания, и все здесь рухнет.

И, конечно, все, кто в это время будут в здании, превратятся в дымящиеся, обгоревшие скелеты. Я представил себе эту картину, и мой живот скрутило. Больше смертей. Больше убийств. Но, по крайней мере, на этот раз моей целью был хорошо вооруженный капитул Ордена, в котором было много боеспособных солдат, которые поклялись стереть мой вид с лица земли. Они понимали, какую роль играют в этой войне, и знали, с кем сражаются.

«Кобальт, что бы ты себе ни говорил, пора заканчивать».

Очень осторожно я положил бомбу на пол и разместил ее у одного из блоков. Она тускло блестела в тени, безмолвная, смертоносная. На долю секунды я заколебался. Оставалось только нажать кнопку. Нажать кнопку и убраться отсюда. Самая опасная миссия в моей жизни почти окончена. Еще немного и я буду свободен как птица.

Я встряхнулся, нагнулся и уверенно нажал на красную кнопку. Прозвучал мягкий щелчок, на крошечном экране чехла загорелись цифры. Они моргнули, а потом начался обратный отсчет.

15.00

14.59

14.58

Я медленно поднялся на ноги и тяжело зашагал к двери. Через пятнадцать минут здесь разразится огненный шторм, и это место взлетит на воздух, а все находящиеся здесь люди превратятся в пепел.

«Они солдаты, – снова напомнил я себе, поворачивая ручку. – Они понимали, на что идут. Ты убиваешь их, чтобы спасти больше драконов. Это будет на благо всем нам».

Так почему же тогда мне кажется, что меня сейчас стошнит, если я буду над этим задумываться?

Я открыл дверь, вышел из комнаты…

…и столкнулся лицом к лицу с девочкой.

Я застыл. Человеческий детеныш посмотрел на меня. Ее зеленые глаза были огромными, как блюдца, ее лицо побледнело. На ней было простое желтое платье, на ее плечи падали волны светлых кудряшек. Кажется, она совсем не боялась меня. Долю секунды мы смотрели друг на друга.

Потом девочка моргнула.

– Тебя здесь быть не должно, – сказала она мягко.

Мои мускулы инстинктивно напряглись, я был готов броситься вперед, прикрыть рот человека и затолкнуть ее в комнату. Я знал, что нельзя дать ей сбежать. Вся база бы узнала, что я здесь. Но она смотрела на меня, храбрая, любопытная. И я не смог. Ей по человеческим меркам было лет шесть или семь, она еще совсем ребенок. Не солдат, даже не взрослый человек. И если я схвачу ее… Скорее всего, мне придется ее убить.

Я не мог принять решение.

Девочка подняла голову.

– Что ты делаешь? – заговорщически прошептала она, как будто мы были в заговоре. – Ты от кого-то прячешься?

– Да, – я понятия не имел, что еще ей ответить. Если бы ребенок закричал, я не смог бы выбраться отсюда живым. Но от мысли о том, что мне придется убить ее, сломать ее маленькую шею голыми руками, к горлу подкатила тошнота. Даже несмотря на то, что я понимал, что она вырастет и захочет уничтожить мою расу. Потому что она была частью Ордена, а именно этим здесь и занимаются. Берут невинных детей, таких как эта девочка, и делают из них фанатиков, убийц драконов.

Девочка снова моргнула.

– Почему? – спросила она, все еще мягко. – Кто тебя ищет? Что-то случилось?

«Да, случилось».

– Нет, – прошептал я, постаравшись беззаботно ухмыльнуться и пожав плечами. – Я… играю в прятки с одним из солдат.

Я произнес это и понял, насколько глупо это прозвучало. Но пути назад не было.

– Это… новое упражнение, – продолжил я, когда она нахмурила лобик. – Они должны найти меня прежде, чем кончится обратный отсчет, или я победил. Но если меня поймают, я буду должен месяц мыть за всеми посуду.

Девочка нахмурилась еще сильнее. Она начинала сердиться.

– Это нечестно! – возмущенно прошептала она. – Их много, а ты один. Нечестно, – она уперла руки в бока, когда я снова пожал плечами, как бы говоря ей: «А я что могу поделать?» Она наморщила носик и раздраженно поджала губы. – А они будут мыть посуду, если ты победишь?

– Нет, – сказал я, спрашивая себя, сколько еще мне придется поддерживать этот безумный разговор и как уйти отсюда, оставшись незамеченным.

– Почему?

– Потому что…

– Мэдисон?

Из другого коридора послышался новый голос, и я съежился от страха. Вот оно. Меня поймают, потому что я проявил глупость и мягкосердечие, а не заставил этого ребенка замолчать, когда у меня была возможность. Но девочка с широко раскрытыми глазами повернула голову, а потом повернулась обратно ко мне.

– Тебе надо идти, – прошептала она. – Пока тебя не увидели.

Я ошеломленно уставился на нее. Она замахала на меня руками и начала отходить.

– Иди! – снова прошептала она. – Скорее прячься! Я никому про тебя не расскажу, обещаю.

– Мэдисон! – голос приблизился. Говорящий начинал сердиться. Девочка ухмыльнулась и, прежде чем я успел сказать или сделать хоть что-нибудь, повернулась и исчезла за углом так же быстро, как появилась.

И вот я остался один.

– Вот ты где, – сказал мужчина. Я прижался к дверному проему, слушая, что происходит, в оцепенелом ожидании. – Так и думал, что найду тебя здесь. Сколько можно тебя просить не бродить вокруг? С кем ты разговаривала?

– Ни с кем, – слишком сладким голоском пропела Мэдисон. – Я хотела поискать Питера. Он обещал, что покажет мне серверную, если я буду хорошо себя вести.

Мое сердце упало, но человек, кем бы он ни был, просто закряхтел.

– Маленькая любительница компьютеров. Ну, иди сюда. Мне нужно закончить последний отчет, а потом пойдем завтракать.

И их шаги затихли в противоположном направлении коридора. Захлопнулась дверь, и снова наступила тишина. Я выдохнул и резко прислонился к стене.

«Почти попался, Кобальт. В рубашке родился. А теперь убирайся отсюда, прежде чем тут все взлетит на воздух».

Черт. Бомба.

Я начал двигаться, торопливо отошел в тень и самым коротким путем, как можно тише, постарался вернуться к воротам. Я надеялся, что мне удастся избежать взрыва, который прогремит с минуты на минуту, и встречи с солдатами.

А потом… Я заколебался. В капитуле Ордена Святого Георгия, в окружении врагов, которые пристрелят меня на месте, если обнаружат, что я здесь, я заколебался и понял, что не могу заставить себя идти дальше. Если я уйду, я завершу миссию и покину здание, то все на этом этаже погибнут.

И Мэдисон тоже. Я познакомился с этой девочкой всего пару минут назад, но она тоже была частью Ордена, хоть и не была солдатом. Она спасла мне жизнь, даже не осознавая этого.

Я запустил руки в волосы.

«Так, Кобальт, что будешь делать? Провалишь миссию? Вернешься в «Коготь» с известием о том, что миссия не выполнена? Они это не примут, ты это знаешь».

Не примут. Так что у меня три варианта. Вернуться в «Коготь» и сообщить о том, что миссия провалена. Смириться с наказанием, каким бы оно ни было. С пониманием того, что с этого момента они перестанут уважать меня, будут считать, что я некомпетентен и каким-то образом дал себя подкупить. «Когтю» не нужны драконы, которые провалили задание. Мое будущее в организации будет обеспечено, только если я докажу свою ценность. Это разрушит мою карьеру, но я все равно могу выключить бомбу, вернуться в «Коготь» и столкнуться с последствиями своего решения, какими бы они ни были.

Я могу закончить дело: оставить бомбу и убраться отсюда. И знать, что погибнет много людей. Что этот ребенок – и все, кто будет рядом с ней, – сгорят дотла. Потому что она меня отпустила. И я не смогу больше спать, потому что она будет приходить ко мне в кошмарах и смотреть на меня.

И еще один вариант.

У меня сдавило грудь, а в животе образовался ком. Кажется, все вело меня сюда. Бежать или остаться? Дальше работать на организацию или попробовать самому? На меня будут охотиться. Меня будут ненавидеть. Считать предателем собственной расы.

Отступником.

У меня затряслись руки, страх охватил меня, когда я осознал правду. Я так больше не могу. Я не смогу вернуться в организацию, зная, что погиб ребенок… Нет, зная, что это я убил этого ребенка, а «Когтю» на это плевать. С чего бы им думать о ней? Она всего лишь человек, жизни людей – ничто для драконов. Можно пожертвовать несколькими смертными ради выживания нашей расы.

Но они никогда не видели тех, кого уничтожали. Жертв, о которых они говорили, последствий этой войны. Они и не знали, что это. У них был я. Я делал за них грязную работу.

Раньше делал. Больше нет. Этому пришел конец.

Словно в тумане я вернулся в серверную и пошел туда, где была установлена бомба. Маленькая. Зловещая. Красные цифры мигали в темноте, отсчитывая секунды. Когда я взглянул на таймер, меня прошиб холодный пот.

2.33

2.32

2.31

«Две минуты?»

Какого черта? Даже после разговора с Мэдисон не могло пройти столько времени. Хотя я тут же понял, почему это произошло: таймер отсчитывает время в два раза быстрее обычных часов, с ужасающей скоростью съедая оставшиеся секунды. Я смотрел на таймер, пока он не превратился в красное пятно на экране, и мне казалось, что обратный отсчет идет быстрее, чем нужно. Выводы роем вертелись в моей голове. Я бы не успел выбраться вовремя. Если бы я не вернулся, я бы погиб при взрыве, как и все эти люди.

Меня охватил ужас. Я упал на колени и вытащил кусачки. Из бомбы торчали провода: красный, синий и желтый. Мои руки тряслись, я убедился в правильности своего решения. Если сейчас я сделаю неправильный выбор, это будет уже не важно. Я просто умру на несколько секунд раньше запланированного.

Я сжал кулак. Не раздумывая, я сжал кусачками один из красных проводов и, прежде чем начал сомневаться, щелкнул.

Устройство зловеще запищало… И отсчет остановился. Взрыва не произошло, помещение не охватила ослепляющая вспышка драконьего пламени. Мое сердце снова начало свой бег.

Я уронил кусачки на пол и закрыл лицо руками. У меня внутри все смешалось. Осознание того, что сделал я – что сделали они, – накрыло меня с головой. Может быть, бомба была неисправна, может быть, произошла какая-то неполадка, и поэтому обратный отсчет не пошел как надо. Но я понимал, что это не могло быть случайностью. «Коготь» не хотел, чтобы я вернулся с этого задания.

Как в тумане я поднялся на ноги и, шатаясь, направился к выходу. Меня охватил страх – парализующий страх. Я всю жизнь провел в «Когте», всю жизнь работал на организацию. Я знал, что случится, как только они поймут, что я не погиб так, как они планировали. Знал, что они делают с отступниками. Но пути назад не было. Теперь это лишь вопрос времени. Я знал это, это знал мой наставник… И «Коготь» тоже это знал. Время шпионских операций, саботажа, подрыва зданий и невинных жертв подошло к концу.

«Вот и все».

Я вспомнил лицо Мэдисон, ее улыбку, и моя решимость окрепла.

«Хватит. Слышишь, шеф? Я ухожу. Это агент Кобальт, я в последний раз выхожу на связь».

Я прошел к двери, распахнул ее и растворился в тени. Мне все еще нужно было сбежать из капитула Ордена. Но, даже если у меня получится, «Коготь» все-таки достигнет хотя бы одну из своих целей. Оперативник «Когтя» действительно погиб этой ночью. С этого момента агента Кобальта больше не существовало.

Эмбер

У меня все никак не получалось унять дрожь в руках.

Сердце колотилось так, будто хотело выпрыгнуть из груди, а нервы были напряжены до предела, будто через меня пропустили электрический разряд. Дрожащими пальцами я продолжала сжимать лежащий на коленях пистолет. Я застрелила человека.

Я закрыла глаза, пытаясь справиться с тошнотой, но тщетно. Я все еще видела лицо и остекленевшие глаза того солдата, отверстие от пули у него во лбу и стекающую по лицу кровь. Я даже не помню, как нажала на курок. Я просто отреагировала, когда увидела, что он стоит в дверном проеме на чердаке и целится в Гаррета. Не задумываясь, как и тогда, на базе Ордена – быстро, смертоносно, почти инстинктивно. А теперь по моей вине погиб человек. Я стала убийцей, как того и хотели в «Когте».

Лилит бы мной гордилась.

– Куда мы едем? – невозмутимо спросил Гаррет. Он был совершенно спокоен, как будто находится под прицелом снайпера, проникнуть в дом, в котором он расположился, и устранить двух вооруженных солдат было для него совершенно обычным делом. Ничего личного. Долю секунды я презирала его за такое хладнокровие. Я только что убила человека, одного из его бывших братьев по оружию. А он и бровью не повел.

– В центр города, – ответил Райли, не оглядываясь. Он сжимал руль обеими руками и вел машину как мотоцикл: быстро и целеустремленно. Уэс сидел рядом с ним. Он склонился над ноутбуком и даже не поднял голову, когда Райли резко, со свистом вошел в поворот. – Нас ждут недалеко от бульвара Лас-Вегас-Стрип. У меня есть друг, который может нас спрятать.

– А машина? – Гаррет выглянул в заднее окно, скорее всего, ожидая увидеть свет фар. – Думаю, настоящий владелец не слишком обрадуется, что мы соединили провода.

Уэс фыркнул.

– Соединили провода, – презрительно сказал он. – Я тебя умоляю. Это так у вас в Ордене угоняют машины? Как примитивно.

Он постучал пальцами по черепу.

– В наше время в машины встроены компьютеры, которые можно включить при помощи мобильного телефона. И их легко взломать, если знать, что делать.

«Здорово, – подумала я, скрестив руки. Пистолет соскользнул на сиденье. Мне и смотреть на него не хотелось, а трогать – и подавно. – Убийцы и угонщики – какая прекрасная компания».

Раздался мягкий щелчок. Гаррет протянул руку и взял пистолет, а потом аккуратно нажал на предохранитель. Повернув оружие, он протянул его мне и мрачно посмотрел на меня.

– У тебя не было выбора, – сказал он, глядя мне в глаза. – Если бы они могли, они убили бы нас. Другого выхода не было. Ты сделала то, что должна была.

Комок у меня в горле стал еще больше. Я смотрела на пистолет, как на огромного ядовитого паука, но заставила себя протянуть руку и взять его, стиснув холодный металл.

– Знаю, – прошептала я, осторожно убирая оружие. – Но легче мне от этого не становится, – я настороженно посмотрела вперед. Райли и Уэс тихо переговаривались между собой. Уэс показывал на карту на экране ноутбука. Голубая точка на ней переместилась к перекрестку. Райли выругался, поддал газу и проехал на желтый свет. Они не слышали, что происходило на заднем сиденье, но я все равно понизила голос:

– Я не хочу быть как они, – пробормотала я. – Как все они. Неважно, агенты «Когтя» или солдаты Ордена. Если я начну убивать без раздумий, на инстинктивном уровне, тогда ради чего уходила из организации? Чем я тогда отличаюсь от гадюк? Они ведь хотели, чтобы я стала безжалостной убийцей.

Мы подскочили от внезапно прозвучавшей сирены. Мимо нас в противоположном направлении проехала полицейская машина, сверкая сине-красным маячком. Она мчалась к поднимавшемуся в небо столбу черного дыма. Солдат откинулся на сиденье и стал смотреть в окно. Он не ответил на мой вопрос.

* * *

Вдалеке за горами село солнце. Когда мы доехали до центральной части города, бульвара Лас-Вегас-Стрип, как называл его Райли, дорогу освещала только оранжевая вспышка на линии горизонта. Я немедленно забыла о своих печалях и прижалась носом к стеклу, разглядывая чудеса, сияющие над головой. Улицы в буквальном смысле сверкали: отели, казино, массивные знаки, памятники – все это неоновым светом сияло в сумерках. Огромный карикатурный ковбой помахал нам, когда мы проехали мимо, и над крышей миниатюры замка восточного султана поднялась радуга. Я видела возвышающуюся над улицами, как маяк, Эйфелеву башню, сверкающую золотыми огнями. Конечно, не ту Эйфелеву башню. Настоящая, насколько мне известно, находится в Париже, а это, конечно же, копия. Но все же она огромная, она впечатляла, она сверкала в ночи, как и все, что нас окружало.

– Прикрой рот, Искорка, – усмехнулся Райли, когда мы проезжали по улице мимо зданий, людей и бесконечного потока машин. – А то стекла запотеют.

Я отвернулась от окружающих нас огромных зданий и устроилась на сиденье.

– Скоро приедем? – спросила я, надеясь на положительный ответ.

Райли фыркнул.

– Чуть позже, – сказал он, и от его веселости не осталось и следа. Он мрачно посмотрел в окно на сияющие огни зданий. – И остановка точно будет не на Стрипе. В Вегасе вращается огромное количество средств организации. Они наложили лапы на каждый порок – в прямом смысле этого слова. Азартные игры, наркотики, стрип-клубы, что угодно.

Лицо Райли скривилось от отвращения.

– К счастью, в Вегасе совсем мало драконов. Всего один, если быть точным. Но он неуравновешенный урод, который раздражает даже «Коготь». И он владеет практически всеми отелями и казино в Стрипе. Если мы войдем не в то здание, это будет все равно что нацепить на головы неоновые вывески.

– Тогда почему мы здесь? – спросил Гаррет, озвучив вопрос, который появился и у меня в голове. – Если «Коготь» имеет такое влияние в городе, почему мы остаемся здесь, нас ведь могут обнаружить.

– Потому что я хочу знать, чего «Коготь» добивается, – отрезал Райли, оглядываясь. – Я хочу знать, почему мои пристанища продолжают исчезать и не затевает ли «Коготь» что-то нечистое. Я хотел сказать, грязнее и хуже, чем обычно. Я хочу знать, как в Ордене узнали, кто я такой, и почему там не поняли этого раньше. Если вся моя сеть находится под угрозой, я хочу знать, почему это произошло и что я могу сделать, чтобы остановить их.

Он отвернулся и крепко стиснул руль, сурово глядя вперед.

– Здесь живет один из моих людей, – сказал он спустя долгое время. Он по моей просьбе следит за каждым движением Ордена и организации. Ничего в Вегасе не происходит без его ведома. Если кто и знает, что происходит, так это он.

Мы свернули со Стрипа, оставив огромные отели и слепящий свет позади. Несколько минут спустя Райли выехал на обочину и заглушил двигатель.

– Так, выходим. Отель, который нам нужен, находится в двух кварталах отсюда, но машину мы бросим здесь. Уверен, что ее хозяин уже сообщил в полицию об угоне, – он повернулся и посмотрел на пистолет, который я все еще сжимала в руках. – Спрячьте пистолеты, – приказал он, и Гаррет немедленно повернулся и подхватил спортивную сумку с заднего сиденья. – Не хватало нам только, чтобы кто-нибудь натравил на нас копов. Все идем тихо и быстро, опустив голову. И еще. Уэс, ты же раздобыл для них документы?

Уэс что-то пробурчал и, не отрывая взгляда от компьютера, вытащил две пластиковые карточки. Райли выхватил их у него из рук и передал нам.

– Прикрытие для того, чтобы заселиться в отель, – объяснил он, когда я взяла свое водительское удостоверение и с любопытством изучила его. С карточки с такой знакомой ухмылкой на меня смотрело мое лицо. Понятия не имею, где он умудрился достать фотографию. Удостоверение гласило, что меня зовут Эмили Гейтс и мне двадцать один год.

Меня охватило радостное любопытство. Что я буду делать в Вегасе с поддельным водительским удостоверением? В голову приходило сразу несколько вариантов.

– Это обманет большую часть проверок анкетных данных, – продолжил Райли, когда Гаррет спрятал свое удостоверение в карман и продолжил укладывать оружие в сумку. – Но нам не нужно привлекать к себе внимание, так что к бару не подходим и в казино не спускаемся. Удостоверения нужны только для того, чтобы попасть в здание. Искорка… – Райли задержал на мне оценивающий взгляд золотых глаз. – Ты слушаешь? Здесь мы заляжем на дно, поняла? Мне нужно объяснять, что это значит?

– Я знаю, что это такое, умник, – сморщила я нос.

Его губы искривились в ехидной улыбке.

– Просто не забывай об этом. И постарайся не засматриваться на огни.

Я закатила глаза. Гаррет застегнул сумку, закинул ее на плечо и открыл дверь. Я ступила на теплые, переполненные улицы Лас-Вегаса, и мои волосы растрепал сухой бриз.

Райли целенаправленно пошел вперед по тротуару, Уэс, Гаррет и я следовали за ним. Предупреждение отступника было мгновенно забыто. Я не могла отвести взгляд от… Я просто смотрела во все глаза. Кресент-Бич – маленький сонный городок. Там было несколько автомагистралей и небольшое количество многоэтажных зданий. По сравнению с ним Вегас казался мне другой планетой. Я никогда не видела таких высоких зданий, сверкающие огни затмевали ночное небо, по дорогам бежал бесконечный поток машин, а к линии горизонта устремлялись красные огни множества запрещающих сигналов светофоров. К сожалению, идти по улице, на которой было полно людей, и рассматривать город одновременно не получалось. Я все время врезалась в пешеходов, бормотала извинения и получала в ответ раздраженные взгляды.

– На шесть часов, – пробормотал кто-то, когда я замедлила шаг, чтобы рассмотреть здание через дорогу. Я в замешательстве повернулась… и идущий за мной человек чуть не врезался в меня. Пробормотав ругательство, он прошел дальше, а я моргнула и посмотрела на Гаррета. Он бросил на меня одновременно насмешливый и сердитый взгляд, а потом снова начал внимательно осматривать прохожих.

Я еле заметно ухмыльнулась и подошла к нему поближе.

– На шесть часов? – спросила я. – Это так солдаты говорят друг другу «не считай ворон»?

– Мы на территории врага, – Гаррет, не отрываясь, смотрел на двух не самых миролюбивых на вид парней и расслабился, только когда они прошли мимо. – Прямо сейчас улицы могут патрулировать и агенты «Когтя», и солдаты Ордена. Возможно, немного осторожности… не помешает.

Я поняла, что мне сделали замечание, и поспешила за ним. Гаррет рассекал поток людей так, как будто занимался этим всю жизнь. Его серые, со стальным отливом глаза постоянно осматривали все вокруг, сканировали территорию. Пока я семенила за ним, стараясь не отставать, мне вспомнилось, как некомфортно ему было в больших скоплениях народа в Кресент-Бич. Он был напряжен, как будто из кустов на нас мог выскочить ниндзя. Там, в прибрежном городке с его спокойным ленивым образом жизни, это казалось странным. Теперь я его понимала. Эта паранойя, скорее всего, уже не один раз спасла нам жизнь.

Наконец Райли провел нас через огромную парковку, через двери, к не такому величественному зданию, но все же впечатляющему. «Отель и казино Нерон», – гласила табличка над парадным входом. Вход охраняли два мраморных льва, хоть я и заметила, что под носом одного из них кто-то нарисовал маленькие усики. Двери распахнулись, и мы шагнули в ярко освещенный холл, выложенный зеленой плиткой. Стены комнаты украшали колонны из имитации мрамора, между которыми стояли полуобнаженные статуи в греческом стиле. Огромная стойка регистрации занимала всю дальнюю стену помещения. В стороне, за аркой из искусственного мрамора, гудело казино. Этаж сверкал и сиял как огромный неоновый цирк.

– Ну, вот мы и пришли, – манерно протянул Райли и с саркастичной ухмылкой повел рукой в сторону сияющего казино. – Добро пожаловать в Вегас.

Данте

С высоты птичьего полета казалось, что город похож на скопление звезд в темном, бескрайнем космосе.

– Сэр, скоро мы заходим на посадку. Вам что-нибудь принести? – улыбнулась нам стюардесса, продемонстрировав ряд ровных белых зубов.

А точнее, она улыбнулась мне. Рядом со мной сидел мистер Смит, но он, не отрываясь, смотрел на экран своего телефона и даже не удосужился поднять голову. Мистер Рот, который устроился напротив нас, просто отмахнулся от нее. Я улыбнулся ей в ответ и покачал головой.

– Нет, спасибо.

– Конечно, сэр, – стюардесса посмотрела на меня из-под опущенных ресниц. – Дайте знать, если вам что-то понадобится.

Она прошла в заднюю часть самолета. Вторая стюардесса холодно посмотрела ей вслед.

Мистер Рот усмехнулся.

– Каков он, ваш протеже, а, мистер Смит? – сказал вице-президент. Мой наставник убрал телефон и посмотрел на него. – Следите за ним внимательнее. Если мы не будем осторожны, люди выцарапают друг другу глаза, пытаясь завоевать его внимание.

Я не понял, похвала это или упрек, и ничего не сказал. Мистер Смит усмехнулся. Смешок этот мог означать что угодно, но мой наставник тоже промолчал. Я украдкой вздохнул и снова устроился на мягком кожаном сиденье, пытаясь успокоиться. Обычно в это время мой наставник повторял правила и протокол «Когтя», объяснял мне, как себя вести, чтобы точно быть уверенным, что я не совершу ошибок. Но в присутствии мистера Рота он, разумеется, не мог этим заниматься. Пассажирами элитного частного самолета, принадлежащего «Когтю», были только мы трое: мой наставник, один из старших вице-президентов организации и я, шестнадцатилетний детеныш, оказавшийся в обществе одних из самых могущественных драконов в организации. А ведь только вчера я был в Лос-Анджелесе и ждал у двери кабинета, когда меня представят.

* * *

– Думаю, мы нашли их, сэр, – объявил я, когда мистер Рот наконец-то показал мне, что я могу войти в кабинет. Я закрыл за собой дверь. – Мы считаем, что они находятся в Вегасе.

Вице-президент поднял одну из своих элегантных бровей.

– Вегас, говорите, – повторил он. – Это… неожиданно. В Вегасе находится один из наших самых больших операционных отделов. Странно, что Кобальт решил бежать туда, – его взгляд внезапно стал суровым, брови сдвинулись. – Мистер Хилл, как вы пришли к такому выводу?

Я передал ему папку, которую представила мне Мист. В ней был ее отчет и изображения капитула Ордена со спутников.

– Мы следили за Орденом с тех пор, как Эмбер и отступник проникли в капитул, сэр, – сказал я, когда мистер Рот открыл папку. – Мы считаем, что теперь Орден тоже их разыскивает. Недавно мы заметили повышение активности Ордена в окрестностях Лас-Вегаса и самом городе. Мы считаем, что Эмбер и отступник прячутся где-то поблизости, возможно, недалеко от бульвара Лас-Вегас-Стрип.

– Понятно, – мистер Рот закрыл папку и сложил руки под подбородком. – Территория Рейна. Разумеется, им нужно было все усложнить.

Мое сердце заколотилось. Эмбер в Вегасе, я это чувствую. На машине до нее можно добраться всего за несколько часов, но она находится в огромном опасном городе, и Орден все плотнее сжимает вокруг нее кольцо.

– Сэр, – начал я, – если Эмбер в Вегасе, думаю, именно я должен привезти ее обратно. Если мы сможем ее найти, я хочу отправиться к ней лично. Она меня выслушает. Мне просто нужно с ней поговорить.

«И если я смогу вернуть ее, в «Когте» поймут, как я полезен организации».

– Конечно, мистер Хилл, – Рот с улыбкой посмотрел на меня. – Конечно, именно вы вернете вашу сестру в организацию, это даже не обсуждается. Однако, если мы хотим найти мисс Хилл и Кобальта, нужно соблюдать правила. Прежде чем мы начнем действовать в Лас-Вегасе, нам нужно кое с кем переговорить. Я организую встречу.

* * *

Мистер Рот не терял времени даром. Меня отвезли в мою квартиру и приказали собрать вещи в поездку, которая будет продолжаться несколько дней. А сегодня утром доставили в маленький аэропорт, где меня уже ждали мистер Смит, мистер Рот и частный самолет. Все произошло так быстро, что я даже не успел все обдумать или начать нервничать. До этого момента.

Я скрестил ноги и откинулся на спинку сиденья, всем своим видом показывая свою исключительно профессиональную заинтересованность во всем происходящем. Обычно я так не волновался, но сейчас мне казалось, что от того, смогу ли я вернуть Эмбер, зависит все.

«Данте, на тебя сейчас обращены все взгляды, – напомнил я себе. – «Коготь» наблюдает за тобой даже пристальнее, чем в Кресент-Бич. Это твой шанс проявить себя. Начать будущее в организации, творить великие дела во имя «Когтя». Ты должен произвести на них впечатление. Должен превзойти их ожидания».

– Сэр, – решился я. Мистер Рот поднял бровь. – В Вегасе мы должны встретиться с Рейном?

– Все верно, – ответил мистер Рот.

– Скажите, есть ли что-то, что мне следует о нем знать? – осторожно продолжил я, стараясь говорить с должным почтением. – Важная информация, в курсе которой нужно быть до того, как я прибуду на встречу с ним?

– О да. Рейн наш хороший друг, – Рот улыбнулся, хотя в его голос проскользнули нотки раздражения. – Вам нужно знать, что он – один из старейших драконов в организации. Он жил еще во времена прихода к власти Старейшего Змия. Это должно дать вам представление о том, с кем вы будете иметь дело. Он также очень… как бы лучше выразиться… старомоден. Он предпочитает, чтобы все складывалось определенным образом, и Старейший Змий закрывает глаза на эту его слабость. Он очень важен для организации, так как большая часть средств «Когтя» проходит через его казино. Но с Рейном может быть… трудно иметь дело, – мистер Рот внимательно посмотрел на меня, а потом откинулся на спинку кресла. – Что я могу вам посоветовать, мистер Хилл? Будьте вежливы. Рейн не будет провоцировать Старейшего Змия на гнев, но он не любит, когда на его территории появляются другие драконы. Никогда не забывайте об осторожности, когда сталкиваетесь с самопровозглашенными королями.

Самолет приземлился в другом частном аэропорту на окраине города. Когда мы вышли, нас уже ждал лимузин. В машине я сел и скрестил ноги. Меня не интересовал вид из затонированных окон. Я был намерен вести себя максимально отстраненно, а не пялиться по сторонам, как турист, который никогда не видел великолепия Лас-Вегаса.

Но, когда лимузин припарковался у самого большого отеля, который я когда-либо видел, от моей решимости почти не осталось и следа. Он возвышался над нами, сияя миллионами огней, таких ярких, что неба над головой почти не было видно. Когда мы вошли внутрь и я увидел огромное, поражающее своей роскошью фойе, то понял, что не открыть от удивления рот будет еще сложнее. Пол здесь был выложен черной и золотой плиткой, а у стен стояли облицованные серебром ониксовые колонны. Посреди всего этого великолепия располагался мраморный фонтан. Здесь нас встретила свита хорошо одетых людей. Они сообщили нам, что «мистер Р.» уже ожидает нас, и попросили пройти с ними.

Мы последовали за нашими сопровождающими в сверкающее яркими огнями, шумное, переполненное казино. Оно было просто огромным. Золотая плитка, по которой мы шагали, переливалась миллионами огней. Здесь царила атмосфера фантастики и сюрреализма, люди сидели за столами напротив стопок разноцветных фишек или скармливали купюры ярким игровым автоматам, стоящим в каждом проходе. Все здесь кричало о богатстве и роскоши, и на долю секунды я почувствовал смесь зависти и восхищения.

Я хочу все это получить.

Люди провели нас в лифт, подождали, пока мы войдем, и кивнули нам, когда двери закрылись. Я обратил внимание, что они не нажали на кнопку, как и мистер Рот, и мистер Смит. Но секунду спустя лифт качнулся и начал опускаться вниз.

Мы ехали долго. Очень долго. Никто не разговаривал, и я сосредоточился на том, чтобы сохранять спокойствие и безмятежное выражение лица. Когда лифт, наконец, остановился и двери скользнули в стороны, я увидел короткий бетонный коридор, одинокую люминесцентную лампочку и единственную дверь в конце коридора.

Когда мы вышли из лифта, я поймал взгляд мистера Смита. В нем было предупреждение, холодное и зловещее.

«Вот оно, – понял я. – Момент, когда мне пригодится все, что я узнал о «Когте» и его внутреннем круге. Здесь надо идти ва-банк. Я либо смогу произвести на них впечатление, либо разочарую их».

Мое будущее в «Когте» висит на волоске, и все зависит от исхода этой встречи.

Я посмотрел на своего наставника и коротко кивнул. Я готов. Сегодня я начал делать себе имя. Мистер Смит еще секунду не сводил с меня взгляда, а после отвернулся. Вслед за мистером Ротом он прошел к двери в конце коридора.

Мы оказались в огромной плохо освещенной пещере. Здесь было настолько темно, что потолка вообще не было видно. Пол комнаты был бетонным, но стены, насколько я понял, были из натурального камня. Удивительно, но на такой глубине в пещере было неестественно жарко. Воздух здесь пах дымом, хотя пламени нигде не было видно. Не было в комнате и верхнего света, ламп и даже свечей. Единственным источником света было два десятка огромных черных экранов, висевших на полукруглой стальной конструкции, прикрепленной к стене. На каждом экране было разное изображение: спорт, мировые новости, новостные каналы – на разных языках. Несколько экранов были системой безопасности казино, а несколько показывали индекс Доу-Джонса и отслеживали стоимость акций на фондовой бирже. Лошади бежали на скачках, выли полицейские сирены, симпатичная репортерша тарабанила что-то на японском.

Сотни происходящих одновременно событий сливались в хаотичный поток шума и изображений. Так что я не сразу заметил, что лежало под полукругом из экранов. Мистер Смит положил руку мне на плечо, удерживая меня на месте, и я отвел взгляд от экранов.

Мой рот открылся от изумления, и я прикусил щеку, чтобы не выдохнуть от шока. На полу под экранами лежала огромная куча золота. Монеты сверкали на слабом свету. В темноте было сложно точно оценить ее размеры, но мне показалось, что гора была как минимум двенадцать метров в длину и пять в высоту. Посреди этой пещеры была голограмма горы золота. Так вот почему Рейна так задевало, когда на его территории появлялись другие драконы. Он в прямом смысле этого слова сидел на горе золота. Он и правда был очень старомоден.

А потом гора зашевелилась.

Мое сердце ухнуло вниз. На этот раз я не смог сдержаться и раскрыл рот. Вся груда золота сдвинулась, расправила два огромных крыла и села. Она подняла голову, продемонстрировала свои клыки и когти и развернула свой огромный хвост. Огромный дракон размером в двадцать пять метров развернулся и обратил на нас взор своих больших желтых глаз.

У меня онемели ноги. Я понял, что не могу пошевелиться и отвести взгляда от огромного существа, сидящего передо мной. Я разрывался между благоговением и настоящей паникой. Кроме моей сестры, я видел только одного дракона в его истинной форме. И, хоть тот дракон был уже взрослым, он не был и вполовину таким большим, как этот. Наверное, это Змий. Один из драконов, который сумел перешагнуть тысячелетний рубеж и прожил такую долгую жизнь, что вырос до размеров здания. Все в «Когте» знали о Старейшем Змие, самом старшем и самом сильном драконе в организации, но кто были еще два дракона и где они находились, оставалась в строжайшем секрете. Рейн был древним драконом, богом, взиравшим сверху вниз на трех маленьких букашек у своих ног.

И тут я понял, почему «Коготь» позволяет ему его «слабости». Как можно ему отказать?

– Итак, – прогремел глубокий голос, от которого задрожали стены. – Вот и вы.

Рейн вытянулся, продемонстрировав себя во всем величии, а потом снова свернулся. Его чешуя, похожая на древние монеты, заиграла в тусклом свете, когда он наклонился и наградил меня ужасающей улыбкой.

– Добро пожаловать в мое казино, – сказал он, продемонстрировав клыки. – Надеюсь, вы разместились с удобством?

Я понял, что он обращался ко мне. Не к моему наставнику и не к мистеру Роту. Осознание поразило меня. Это очень странно. Почему один из старейших драконов «Когтя» обращается ко мне, а не к моим начальникам?

«Будьте вежливы», – сказал мистер Рот. Вежливость – всегда отличный план действий при встрече с драконом высотой в восемьдесят футов, который мог проглотить тебя одним махом.

– Да, сэр, – смог сказать я, радуясь, что у меня не дрожит голос. – Вы более чем гостеприимны. Огромное спасибо, что согласились встретиться с нами в такой короткий срок. Ваш отель весьма впечатляет.

Рейн фыркнул, хотя видно было, что он доволен.

– Они хорошо вас натаскали, – прогромыхал он и поднял голову, чтобы посмотреть на двух других драконов, терпеливо ожидающих позади. – Хотя другого я и не ожидал. Но у меня нет времени на обмен любезностями. Давайте перейдем сразу к делу.

Его глаза сверкнули, а потом он по-кошачьи сложил перед собой передние лапы, слегка царапнув при этом пол.

– Итак, второй детеныш сбежал, – нетерпеливо сказал он. Но при этом было слышно, что ситуация его забавляет. – И вы считаете, что она прячется где-то в моем городе, – он фыркнул, выдохнув две тонкие струйки дыма. – Я считаю, что это крайне маловероятно. Здесь ничего не происходит без моего ведома. Никто не переходит границ незамеченным. У меня есть глаза почти в каждом казино, каждом отеле по всему бульвару Лас-Вегас-Стрип, – он склонил голову в сторону экранов. – Если эта девчонка проникла на мою территорию, почему вы считаете, что она сумела от меня спрятаться?

– Она не одна, Рейн, – мистер Рот выступил вперед. Он говорил равнодушно, хотя я заметил, что он не смотрел прямо на дракона, а отводил взгляд. – Мы считаем, что с ней бывший василиск, который несколько лет назад стал отступником. Он знает о вас. Знает, в каких отелях лучше не появляться и где в городе у вас нет глаз.

Золотые глаза Рейна угрожающе сощурились, показывая, что он, очевидно, недоволен тем, что его слова опровергли. Но мистер Рот не уступил.

– Он хорошо умеет скрываться. Даже от вашего взора.

Рейн зарычал. Не громко, но я почувствовал, как от его рыка завибрировал бетонный пол.

– Василиск-отступник, – задумчиво повторил огромный дракон, стуча когтями по полу. – Я слышал об этом выскочке Кобальте, – в его голосе появилось раздражение. – Полагаю, это из-за него в моем городе появились солдаты Ордена Святого Георгия?

– Да. Мы считаем, что Орден тоже разыскивает их.

– Почему я должен ставить себя под угрозу обнаружения? Из-за вашего сбежавшего агента тут повсюду члены Ордена. Если я помогу вам, Ордену станет известно, чем я занимаюсь. Я очень-очень много времени не попадал в его поле зрения. Мне бы хотелось, чтобы так оставалось и впредь.

У меня скрутило живот. Эмбер рядом, я это чувствую. Мы находимся в одном городе, на одной территории. Мне просто нужно найти ее раньше Ордена. Или до того, как она уедет отсюда вместе с отступником и мы будем вынуждены начать все сначала. Я почувствовал себя гораздо увереннее и сделал глубокий вдох. Никому, особенно королю Лас-Вегаса, я не могу позволить подвергать опасности мою сестру – и мои планы.

– Сэр, – начал я, и Рейн изумленно посмотрел на меня. Также я почувствовал на себе взгляд мистера Смита и понял, что, возможно, нарушаю протокол. Я всего лишь детеныш, и я смею возражать древнему Змию. Но ставки уже были сделаны, отступать слишком поздно. Я посмотрел на древнего дракона и постарался говорить спокойно. – Простите, сэр, но в ваших интересах нам помочь. В вашем распоряжении огромное количество ресурсов, а чем скорее мы найдем Эмбер, тем скорее вы сможете вышвырнуть Орден из вашего города. Мне кажется, что это веская причина оказать нам помощь.

Рейн поднял свою огромную голову, на его морде появился намек на улыбку.

– В самом деле, детеныш? – прогремел он, в его голосе слышались опасные нотки. – Вы так сильно в этом уверены.

– Она моя сестра, – ответил я. – Никто не знает ее лучше, чем я.

Дракон не сводил с меня взгляда первобытных глаз и не моргал. Я поборол свой страх.

– Мне нужно ее найти. Если я узнаю ее местонахождение, то смогу вернуть в «Коготь».

– В словах мальчика есть логика, Рейн, – вмешался мистер Рот. Я хотел посмотреть на него, но не смел отвести взгляда от Змия, взиравшего на меня сверху вниз. – Как только мы заберем мисс Хилл и разберемся с отступником, у Ордена не будет причин задерживаться в Вегасе. Они уйдут, мы вернемся в организацию, а вас щедро отблагодарят, когда весть об оказанной вами помощи дойдет до Старейшего Змия.

– Разумеется, – все это время Рейн не сводил с меня взгляда. – Но позволь спросить, маленький детеныш. Предположим, твоя сестра действительно потеряна и отказывается возвращаться в организацию. Что тогда?

Я сглотнул, понимая, что это проверка, и он смотрит, как далеко я готов зайти.

– У каждого из нас есть желания, сэр, – ответил я. – У каждого есть определенная цена, которую он готов заплатить. Эмбер сейчас с отступником, Кобальтом, но даже у него есть слабости. Если мы сможем найти их и использовать, они оба будут у нас в руках.

Рейн шумно выдохнул, наполнив воздух запахом серы.

– Сказано истинным драконом «Когтя». Очень хорошо, – прорычал он и выпрямился. От его размеров у меня перехватило дыхание. – У меня есть агенты, которым будет под силу их отыскать. Один из них оказался очень полезен, он следит за теми частями города, которые недоступны моему взору. Мои люди свяжутся с ним. Если детеныш и отступник здесь, он найдет их, – он ударил об пол кончиком хвоста и медленно моргнул. – Вас это устроит, мистер Хилл?

И снова он смотрел не на мистера Рота, а на меня. Я кивнул и заговорил, стараясь всем своим видом продемонстрировать ему свою благодарность:

– Да, сэр, – сказал я. – Спасибо, сэр. «Коготь» этого не забудет.

– Я в этом уверен, – он покачал своей огромной головой. – Хотя я перекинусь парой слов со Старейшим Змием о том, что некоторые слишком умные детеныши позволяют себе переступать границы дозволенного. Полагаю, вы уже знаете, что будете делать с девчонкой и отступником, когда найдете их?

Мой мозг уже начал лихорадочно работать. Вернуть Эмбер и удостовериться, что отступник больше никогда ее не уведет. «Коготь» наблюдает за мной, и я не подведу организацию.

– Да, – ответил я, стиснув зубы. – Вы правы.

Райли

«Ну, давай же, – думал я, не сводя глаз с экрана телефона. – Да чтоб тебя! Ты ведь знаешь, что мы здесь. Ответь».

Но телефон у меня в руках не подавал признаков жизни. Я вздохнул, убрал его в карман куртки и постарался не начать расхаживать взад-вперед. Времени у нас остается все меньше и меньше. Ну, хотя бы номер был огромным, просторным и просто роскошным, хоть и немного безвкусным. Я легко мог обойтись и без блестящих золотых занавесок и ярко-фиолетового ковра. Да и без картины, изображавшей лежавшую у бассейна практически полностью обнаженную гречанку, – тоже.

Я фыркнул.

«Королевский дворец, не иначе».

Это не казино, в этом отеле не станут останавливаться кутилы и профессиональные игроки. Они и близко к этому месту не подойдут. Это вполне меня устраивало. Никого из «Когтя» – по крайней мере, из тех, кто представляет важность, – здесь не видели. И я буду спать на огромной двуспальной кровати. Эмбер будет в соседнем номере, и у Уэса и солдата тоже будут свои номера дальше по коридору. Деньги никогда не были для меня проблемой. За те годы, что я работал на организацию, у меня скопилась довольно значительная сумма. Когда я стал отступником, эти счета были заморожены, но даже служба безопасности «Когтя» не могла сравниться с Уэсом. Когда он присоединился к моей команде, деньги были переведены на заграничные счета, открытые на вымышленные имена. Отследить их связь с нами было невозможно. И это уже не говоря о неоценимой помощи, которую первоклассный хакер оказывал, когда мне нужны были банковские коды, фальшивые удостоверения личности, фальшивые бронирования и так далее. Большую часть времени мне даже не нужно было трогать свои счета.

Если бы только мой второй человек был бы также полезен.

И тут как по команде телефон наконец завибрировал. Я вытащил его и прочитал сообщение, коротко и по существу. Я мрачно улыбнулся. Пора уже разобраться со всем этим или получить ответы хотя бы на некоторые вопросы. Я проверил, с собой ли у меня кошелек и фальшивые права, и вышел из номера в зеленый с золотом коридор.

В коридоре я встретил Уэса. Он шел к себе в номер с бутылкой газировки в руке.

– Гриффин все-таки соизволил ответить? – тихо спросил он.

Я кивнул.

– Он назначил мне встречу. Где остальные?

– Были в своих номерах, – Уэс показал зеленой бутылкой в сторону коридора. – Один хандрит, вторая фигней страдает. Надеюсь, проклятый детеныш не бродит по округе. Когда ты сказал ей не покидать этаж, она явно расстроилась.

Я сдержал стон. Эмбер ненавидела две вещи – скуку и подчинение приказам. А под нами было огромное казино, полное светящихся огней, игр и других вещей, которыми легко искусить любопытного дракона.

– Следи за ними, – сказал я. – Нужно, чтобы Эмбер оставалась на месте, но и с солдата глаз не спускай. Он, может быть, и порвал с Орденом, но солдатом Ордена он будет всегда. Я хочу знать обо всех его передвижениях в номере и вне его.

Уэс мрачно улыбнулся.

– Мне дождаться, когда он уснет, и оснастить светильник жучком?

– Нет, – я покачал головой. – Я сомневаюсь, что он поддерживает связь с Орденом. Сейчас его преследуют точно так же, как и нас. Но, если этот гад пойдет куда-то в одиночку или приблизится к Эмбер ближе чем на шесть метров, я хочу об этом знать. Если все будет слишком спокойно, я хочу об этом знать. Черт, я хочу знать о каждом его чихе, каждом вздохе. Я не представляю, почему он все еще с нами, но если так будет продолжаться, я хочу знать, с кем я имею дело и почему.

– Великолепно, – пробормотал Уэс. – Я тринадцать лет был лучшим хакером во всем этом цирке, а теперь я, черт подери, нянька, – он засопел и глотнул газировки, а потом нагнулся ко мне и заговорил еще тише: – А где оружие, позволь узнать?

– В моем номере, разумеется. Или ты думаешь, что я подпущу к нему орденца?

Черная спортивная сумка стояла возле моей кровати, а в ней лежали аккуратно завернутые в одежду три пистолета. Табличка «Не беспокоить» уже висела на дверной ручке моего номера, и больше я не собирался ее трогать. Не хватало только, чтобы любопытные горничные наткнулись в моем номере на сумку, в которой полно оружия. Но хуже будет, если меня поймают в казино с незарегистрированным стволом. Даже в таком месте охрану учили искать тех, у кого может быть при себе оружие. Это уже не говоря об огромном количестве камер, наблюдающих за каждым движением. А это значит, что пока я здесь, оружия при мне быть не должно. Но, по крайней мере, у солдата его тоже не будет.

– Я пошел, – сказал я, отступая от Уэса. – Позвони мне, если номер взорвется.

– Ты ведь понимаешь, что это было бы смешно, если бы я не боялся, что это может произойти на самом деле.

Ухмыляясь, я вошел в лифт и спустился в сумасшествие.

Обычно на этаже, где располагалось казино, царил хаос из яркого света, шума и делающих ставки людей. В зале стояли бесконечные ряды игровых автоматов, которым скармливали монеты и карточки почтенные леди и джентльмены в одинаковых смокингах. Множество мужчин и женщин собралось вокруг столов с рулетками. Они то вскрикивали от радости, то стонали от разочарования. Крупье без конца раздавали карты на столах для блек-джека и постепенно убирали стоящие возле игроков стопки фишек, пока у них не оставалось ничего.

«Люди и их богатство, – подумал я, пересекая толпу. Я чувствовал странную смесь жалости и презрения. – Ради него ты сражаешься, убиваешь и работаешь не покладая рук, чтобы потом спустить все на воздух. Мне не понять».

Я, наконец, заметил того, кого искал. Человек в ярком красном костюме и шляпе в тон стоял у стола для блек-джека в углу зала. Темнокожий мужчина сосредоточенно изучал свои карты – тройку пик и девятку треф. Я скрестил руки, прислонился к колонне и стал наблюдать, что будет дальше. Человек в красном костюме постучал по столу, и крупье дал ему карту, пятерку треф. Итого семнадцать. Человек задумался, а потом очень медленно постучал по столу еще раз. Крупье еще раз раздал карты, человек получил пятерку червей. Двадцать два. Перебор.

Человек на стуле засопел, встал со стула и повернулся ко мне.

– Ты слил этот кон, – сказал я. – Ты прекрасно знал, что будет перебор.

Он лучезарно улыбнулся мне.

– Да, конечно, кричи громче, чтобы все тебя услышали, – ухмыльнулся он, глядя мне в глаза. Его золотой зуб сверкал в свете огней. – Я не очень люблю блек-джек. Но так как на сегодня у меня назначена встреча с тобой, я понял, что у меня нет времени на честную партию в покер. Кстати, с блек-джеком вот какая забавная штука. Если ты будешь выигрывать слишком часто, за тобой начнут наблюдать. Продолжишь – и тебя обвинят в карточном подсчете, что, между прочим, абсолютно законно в штате Невада, но из-за чего тебя навсегда отлучат от посещения каждого казино Стрип. Это правило номер один жизни в этом городе. Казино всегда в выигрыше. Всегда, – он продолжил улыбаться, но теперь улыбка была натянутой, а взгляд – суровым. – Так что я был бы безумно благодарен, если некоторые ящеры – не будем показывать пальцем – не станут раскрывать мое укрытие и мне не придется снова срываться с места. Давай, смейся, змеюка ты эдакая. Как будто я что-то смешное говорю.

Он опрокинул голову и захохотал. Я усмехнулся и покачал головой.

– Совсем не изменился, а, Гриффин?

– Поменял только имя, – ответил он, ухмыльнувшись еще раз. – И лицо. И личность. И если мне не изменяет память, я сделал это потому, что помогал тебе. Кажется, тебе снова нужна моя помощь, да?

– Напомни, а кто тогда тебя вытащил?

– Туше, – он удрученно посмотрел на меня. – Что тебе нужно, Райли?

Я бросил быстрый взгляд на черные объективы камер, которые фиксировали каждое наше движение.

– Здесь можно говорить?

– Нет, – весело ответил он. – Хочешь выпить? А я хочу. Пойдем.

И он двигался по казино, лавируя между столами так, как будто всю жизнь только этим и занимался. Я шел следом, внимательно высматривая тех, кто мог бы следить за нами. Но, похоже, на нас не обратили никакого внимания. Только охранники со скучающим видом осмотрели мои пыльные ботинки и черную кожаную куртку. Но они смотрели так на каждого посетителя казино. Они, очевидно, видели человека, который приехал издалека. Или думали, что видели.

Мы вышли из казино и нырнули в переполненный ресторан. Здесь царил полумрак, на стенах висели телевизоры, на каждом из которых показывали самые разнообразные спортивные соревнования. Люди подобно голубям сидели за барной стойкой или собрались вокруг столов. Они разговаривали, смеялись, совершенно не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Мы с Гриффином заняли столик в углу. Рядом с нами расположилась группа студентов. Они шумели и веселились, но я не беспокоился о том, что нас подслушают. Официантка записала наш заказ и удалилась.

Гриффин посмотрел на меня.

– Итак, – начал человек, складывая руки. – Вот мы и здесь. Что привело тебя в Вегас, Райли?

Я вздохнул.

– А сам как думаешь?

– Хм… Если учесть, какая в городе поднялась суматоха, думаю, ничего хорошего. Полагаю, Орден появился здесь из-за тебя? – продолжил Гриффин, и у меня сжало живот. – Кажется, они настроены весьма решительно и очень сердиты. На улицах поговаривают, что в «Когте» не обрадовались, когда на их территории появились солдаты Ордена. Они отчаянно пытаются выяснить, что происходит. Думается мне, ты разорил осиное гнездо. А потом еще и пнул его, так, на всякий случай.

– Вроде того, – я замолчал, дожидаясь, пока официантка поставит наши напитки, а потом схватил стакан со скотчем и осушил его двумя большими глотками. Вообще-то, я нечасто пью. Драконам очень сложно напиться, даже в человеческой форме, так что я никогда не видел в этом особого смысла. Однако сегодня был другой случай. Гриффин смаковал свой бурбон, глядя на меня через стакан, и ждал, когда я объясню ему, что происходит. Я еле заметно ухмыльнулся. – Кто-то, кажется… на прошлой неделе проник в их западный капитул и вытащил оттуда заключенного.

– Черт подери, Райли, – человек со смесью недоверия и ужаса на лице поставил стакан. – Ты серьезно? В капитул Ордена? Так ты хотел сказать мне, что спятил?

– Весьма вероятно, – пробормотал я.

– Один из твоих детенышей?

– Нет, – я запустил руку в волосы. – Один из них.

Он уставился на меня, а потом показал на себя обеими руками.

– Так, видишь это лицо? Обычно у меня такое выражение лица, когда я хочу спросить: «Какого черта?» Серьезно, Райли. Какого? Черта? Ты проник на их территорию, засунул осу им в штаны, а потом привел их сюда. Мне теперь с ними разбираться? Ты совсем спятил? Зачем ты это сделал?

– Это… сложно.

Выражение лица Гриффина осталось прежним. Я нахмурился.

– Слушай, я не нуждаюсь в твоем одобрении. Вопросы свои тоже можешь оставить при себе. Я хочу знать, почему мои пристанища уничтожают, и как внезапно Орден узнал, кто я такой и куда направляюсь. Если в сети есть крот, я хочу знать о нем все. И мне нужно понимать, что замышляет «Коготь», где они, знают ли, что я здесь. Можешь задействовать свои связи и нарыть для меня информацию?

– А, так значит, «Коготь» и Орден? – Гриффин почесал лоб. – Возможно, но мне нужно время. Мне придется быть очень-очень осторожным.

– Пожалуйста. Я знаю, с кем ты работаешь. Не думаю, что понадобится много усилий. Если им нужен стимул, ты знаешь, что я могу его обеспечить.

Гриффин засопел и сделал глоток.

– Вообще-то, – задумчиво сказал он, – недавно я кое-что узнал. Сегодня утром, если быть точнее.

Я потер глаза.

– Быстро ты.

– О, поверь мне, тебя это заинтересует. – К нам подошла официантка, и он замолчал. В ответ на ее вопрос, будем ли мы что-нибудь еще, он улыбнулся и жестом показал ей, что нет. – Не могу отвечать за достоверность этой истории. Но мой информатор считает, что это правда. Вообще-то, это довольно забавно. По-видимому, какой-то бедолага увидел в заброшенном отеле что-то такое, от чего у него совсем крыша поехала. «Чертову огромную ящерицу», если повторить дословно то, что он сказал.

Я быстро выпрямился.

– Сбежавший детеныш?

– Он так и подумал, – Гриффин пожал плечами и покрутил свой стакан со льдом. – Я с этим, конечно, ничего не могу сделать, но подумал, что тебя это заинтересует. Это стоит проверить.

– Черт возьми.

Я вздохнул. От такого нельзя просто так отмахнуться.

– Ладно, отправь мне информацию. Я проверю ее, когда у меня будет возможность. Не то чтобы мне нечем больше заняться. Например, надо сбить со следа Орден и «Коготь», – я посмотрел на него. – У них тут еще нет своих людей, да?

– Конечно, идиот. Думаешь, я бы появился здесь, если бы это было не так? – Гриффин встал и надел пиджак. – Дай мне пару дней. Посмотрим, что у меня получится найти. И ради всего святого, до тех пор не пытайся со мной связаться. Я сам тебе позвоню.

Я ухмыльнулся.

– Только не заставляй меня ждать слишком долго. Ты же не хочешь, чтобы огромная ящерица оказалась перед тобой на столе и испортила тебе игру, правда?

– Ну ты и козел, Райли, – Гриффин улыбнулся мне самой лучезарной из своих улыбок и собрался уходить. – Спасибо за то, что угостил. Передавай привет Уэсу.

Я заплатил за напитки и побрел обратно к лестнице, надеясь, что, пока меня не было, отель не разнесли на куски. И что упрямая рыжеволосая девчонка осталась на месте или хотя бы не попала в неприятности.

Но, очевидно, надежды мои были напрасны.

Как только дверь лифта открылась и я вышел в коридор, то увидел, как стройная легкая фигурка Эмбер украдкой заходит в комнату напротив ее номера.

Эмбер

Хорошее место. Жаль, оно бесит меня до чертиков.

В номере слишком тихо, слишком пусто и спокойно. Ситуацию не исправляли даже картины с изображениями обнаженных греков, а в углу стоял бюст какого-то мужчины с квадратной челюстью. Теперь, когда мы перестали нестись сломя голову, меня наконец-то ничего не отвлекало, а мое внимание не занимала необходимость искать выход из опасных ситуаций. Я полистала каналы на телевизоре, просто чтобы в комнате не было так тихо, но не смогла отвлечься от образов, возникавших в моей голове, и не могла избавиться от проносившихся в голове воспоминаний о том, что произошло в последние две недели. Воспоминания волнами накрывали меня. У меня перед глазами все еще стоял образ кожи мертвого дракона. Жуткий трофей, который когда-то был детенышем, таким же, как я. Я вспомнила, как Гаррет смотрел на меня, когда я вошла в тюремный блок. Он как будто увидел привидение. Я вспомнила, как проводила рукой по его коже и как его пальцы нежно сжали мое запястье. Как мы летели по пустыне – он на моей спине – и вспышку боли, когда в мое тело влетела пуля.

Как на заброшенном поле рухнул на пол солдат, и его остекленевшие глаза. И голос Лилит: «Ты рождена, чтобы стать гадюкой. Ты станешь убийцей, как и я».

Меня пробрала дрожь, я встала с кровати и выглянула в окно. Лас-Вегас сиял миллионами огней. Огромные здания казино и отелей возвышались над землей и мерцали на линии горизонта. Все это – территория «Когтя». Когда я решила стать отступницей, я не думала, что все будет вот так. Райли не сказал, что придется спасаться, в страхе бежать от погони, что придется убивать, чтобы выжить. Решилась бы я на побег, если бы знала, что меня ждет, когда мы были в Кресент-Бич?

«Конечно, решилась бы, – насмешливо сказал мой внутренний голос – мой дракон. – По-другому и быть не могло. Райли четко дал понять, как живут отступники, – а ты услышала только то, что хотела услышать. И если тебе пришлось бы делать это еще раз, полностью осознавая свои действия, ты поступила бы так же. Ты слишком упряма, чтобы поступить по-другому».

Я рассердилась и снова залезла в кровать, положив подушку себе на лицо. Я не жалела о своем решении. Я видела темную сторону «Когтя», я знала, что им на самом деле было нужно, что скрывалось за словами «защита нашего вида». И я отказалась быть частью организации. Мне просто хотелось с кем-нибудь поговорить, разложить по полочкам охватившие меня безумные незнакомые чувства. Как бы мне хотелось, чтобы здесь был хоть кто-то, чтобы я не была совсем одна. Не мальчишки. Они были частью дилеммы, частью хаотичного беспорядка в моей голове. Я не могла с ними поговорить.

Хотелось бы мне…

Хотелось бы мне, чтобы Данте был рядом.

«Данте предал тебя».

Я не знала, кто это подумал, я или дракон. Но он не замолчал, полный безжалостной логики и презрения:

«Данте продал тебя «Когтю». Той ночью Лилит убила бы тебя и Райли, потому что Данте сказал ей, куда вы направились».

– Нет, – прорычала я в подушку. Горло сдавило. – Он не знал. «Коготь» обманул его, как обманул меня, и всех. Он не виноват.

Ну вот, я начала разговаривать сама с собой. Просто отлично. Нет, я не схожу с ума. Я отбросила подушку в сторону и еще раз встала с постели, бесцельно обводя взглядом комнату. Обстановка была незнакомой, и, даже несмотря на бормотание телевизора, тишина давила на меня. В горле появился комок. Внезапно я поняла, что скучаю по дому, по друзьям, по моему городку и старой жизни.

И по брату.

– Черт побери, – прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

Мне так хотелось, чтобы он был рядом со мной, вместе с отступниками и подальше от «Когтя». «Коготь» использовал его, как и всех остальных членов организации. Жаль, что я не могу прямо сейчас рассказать ему обо всем, выдать все грязные секреты «Когтя» и объяснить, чем он жертвует, оставаясь в организации. Если бы он знал правду, он бы ни за что не остался с ними.

Может быть, у меня получится каким-то образом сказать ему.

Во мне вспыхнула надежда, и я начала обдумывать варианты. Звонить ему нельзя: если «Коготь» ищет нас, они будут внимательно наблюдать за моим братом, может быть, даже прослушивать его телефон. И читать его почту. У организации повсюду есть глаза и уши. Если я попытаюсь связаться с братом нормальным способом, мы все окажемся в опасности. Я, Гаррет, Райли – все отступники, за которых он ответственен. Нельзя идти на такой риск.

Но все же есть человек, способный незаметно обойти радары «Когтя».

Я подошла к двери, приоткрыла ее и выглянула в коридор. Никого нет. Может быть, я перестраховываюсь, ведь Райли сказал, что здесь безопасно и, по крайней мере, мы скрыты от «Когтя». Но, если здесь каким-то образом окажутся странные люди, вооруженные, мне хотелось бы заметить их раньше, чем они заметят меня.

Я выскользнула из комнаты, сделала три шага по зеленому с золотом ковром и постучала в дверь напротив.

Секунду спустя она распахнулась, и из комнаты высунулась неопрятная физиономия Уэса. Его растрепанные светлые волосы падали на глаза, а лицо было покрыто щетиной. Когда он увидел меня, парень нахмурился. Очевидно, он ждал кого-то другого – должно быть, Райли.

– А, это ты, – он выглянул в коридор и только потом снова обратил свой взгляд на меня. – Что тебе нужно?

– Привет, Уэс. Я хотела спросить, – я улыбнулась ему, пытаясь вести себя дружелюбно. Я знала, что Уэс меня недолюбливает, но вдруг у меня получится изменить его мнение. Он продолжил невыразительно пялиться на меня, и я вздохнула. – Можно мне войти? Не хочу говорить в коридоре.

– Черт возьми, – пробормотал Уэс, пропуская меня в номер. Он был похож на мой: золотые занавески, просторная двуспальная кровать, картины с персонажами греческих сказаний в компрометирующих позах на стене. Его сумка валялась на кровати, но компьютер был включен – на экране был рабочий стол.

Уэс закрыл дверь и смерил меня недоверчивым взглядом.

– Ну? – спросил он, когда я заколебалась, не зная, как уговорить его. – Выкладывай, что ты хочешь, только скорее. У меня не так много времени, чтобы тратить его на болтовню с детенышами.

– Болтовню?

– В чем дело? – рявкнул Уэс. Я сделала глубокий вдох, пытаясь понять, как лучше выразить свою мысль, а потом решила говорить прямо:

– Я хочу отправить сообщение брату.

Брови Уэса поднялись вверх.

– Брату, – повторил он с явным недоверием в голосе. – Ты сейчас говоришь о том самом брате, который продал нас «Когтю»? Извини, ты случайно головой не ударилась? Хочешь, чтобы в «Когте» узнали, где мы находимся?

– Он не продавал нас, – рявкнула я в ответ. – «Коготь» обманул его. Он не знал, что произойдет, если он скажет Лилит, где мы. Он не знал, что она попытается нас убить.

Уэс бросил на меня полный недоверия взгляд. Я прищурилась.

– Я знаю Данте. Я знаю его всю свою жизнь. Он бы не подверг мою жизнь опасности сознательно. «Коготь» использовали его, как и всех нас до этого.

– Пусть так, но он все еще состоит в организации, – сказал Уэс, – или ты забыла, что именно они отправляют за нами гадюк? Даже если твоим братом манипулируют, это ничего не меняет. «Коготь» использует его, чтобы добраться до нас. Так что извини, но я не стану этого делать. Мне нравится наше нынешнее положение: мы все еще живы.

Во мне поднялась волна гнева и отчаяния. Грудь сжало. Часть меня хотела принять свою истинную форму и угрожать упрямому человеку, стоящему передо мной, но другая понимала, что он прав. Он просто защищался – и защищал нас. Но все же Данте – мой брат, мой близнец, у меня больше никого нет. В «Когте» подобное не одобрялось: нашей «семьей» была организация, и у нас не должно было быть привязанностей ни к чему – и ни к кому. Но когда мы с Данте росли, мы всегда были вдвоем против целого мира. Я не брошу его, даже если он отвернулся от меня и променял меня на «Коготь».

– Пожалуйста, – тихо сказала я. Человек моргнул. – Уэс, пожалуйста. Он мой брат. Я не знаю, что с ним, в порядке ли он. А вдруг «Коготь» заставляет его творить ужасные вещи? – губы Уэса превратились в ниточку, видно было, что он раздражен, но сомневается, и я продолжила давить на него. – Я не скажу ему, где мы, – пообещала я. – И не дам ему никакой информации, чтобы он мог нас по ней выследить. Мне просто нужно знать, что с ним все в порядке.

Уэс вздохнул.

– Даже если бы я и хотел это сделать, – сказал он, смягчившись, – а я не хочу, и мне нужно, чтобы ты это твердо усвоила… Я не собираюсь идти на такой риск без одобрения Райли. Ты еще не видела его в гневе, а так как я не огнеупорный, я не собираюсь делать что-то у него за спиной. Сначала тебе нужно поговорить с ним.

– Ладно, – сказала я, отступая к двери. – Тогда я найду его и спрошу.

– Что спросишь?

Я обернулась. В дверях стоял Райли. Он смотрел на нас, мой дракон вскинул голову, реагируя на его присутствие. – Все в порядке? – спросил он, переводя взгляд своих янтарных глаз с меня на Уэса, а потом слегка прищурился. – Что вы тут делаете?

Уэс фыркнул прежде, чем я успела сказать хоть слово.

– Чертова девчонка хочет, чтобы я отправил сообщение ее братцу, – ответил он, уже снова с головой погруженный в свой компьютер. Я нахмурилась, но он не смотрел на меня. – Я сказал ей, что прежде чем она приведет сюда весь «Коготь» и Орден Святого Георгия в придачу, сначала ей нужно поговорить с тобой.

– Эмбер, – Райли был в ярости, в ужасе – и от этого мой живот скрутило. Я быстро сделала шаг назад, когда Райли вошел в номер и закрыл за собой дверь. – Пожалуйста, скажи, что ты не пыталась связаться с Данте, – проревел он, наступая на меня. – Неужели ты хочешь, чтобы организация узнала, где мы находимся? Неужели ты хочешь проснуться в окружении гадюк? О чем ты только думала?

– Он мой брат! – запротестовала я.

– Он член организации! – крикнул Райли в ответ. – Он лично общался с самой Лилит. Неужели в прошлый раз ты ничему не научилась? Ты дала ему выбор – «Коготь» или семья, – и он выбрал «Коготь». И он сделает это снова.

– Я в это не верю, – у меня снова был комок в горле, а в глазах стояли слезы. Я уже объясняла это Уэсу, но спорить с Райли было сложнее. – Я не верю, что Данте по собственной воле причинит мне вред, – сказала я, стоя под его обвиняющим взглядом. – Я считаю, что «Коготь» использует его, что он не понимает, кто они и на что способны. Если бы мне удалось связаться с ним, объяснить…

– Как? – спросил Райли, делая шаг вперед? – Что ты ему скажешь? Как ты собираешься его убедить? – он ткнул себя пальцем в грудь. – Я состоял в организации и знаю, как она устроена. Каждую секунду, что он проводит там, влияние организации становится сильнее. Они улыбаются ему, похлопывают его по спине, и уверяют, что он поступает правильно, что это ради всеобщего блага. И он им верит. Он примет все, что они скажут, не задавая вопросов, потому что они тоже в это верят. И даже если ты каким-то образом сможешь заставить его передумать, как ты будешь вытаскивать его оттуда? Он слишком тесно связан с организацией, чтобы мы могли пойти на такой риск, – Райли покачал головой и бросил на меня раздраженный взгляд. – Я не буду брать штурмом штаб-квартиру «Когтя», Искорка, даже ради тебя.

Я закрыла глаза, пытаясь справиться со злостью и болью.

– Он мой брат, – повторила я, поднимая голову и глядя на Райли снизу вверх. – Я его не брошу. Должен быть какой-то способ. И если ты не поможешь мне, тогда я справлюсь сама.

– Эмбер, – начал Райли, но я оттолкнула его и вышла из комнаты. Он не понял. У него не было брата. Ни у кого из них. Мы с Данте были единственными, кого растили вместе, мы, единственные сиблинги-драконы на свете. Райли не понять, у него не было брата. Но Данте моя семья. Я не могла бросить его на милость «Когтю».

– Черт, Искорка, подожди.

Сильные пальцы сжались у меня на запястье, остановив стремительное бегство. Я рассвирепела и попыталась вырваться из его хватки, но Райли затащил меня обратно в комнату и захлопнул дверь.

– Погоди секунду, – рявкнул он, но я уже была вне себя от злости и ударила его по руке. Райли вскрикнул от боли. – Да прекрати ты! Выслушай меня! – он схватил меня за руки и прислонил к двери. В его золотых глазах ясно читалась злость. Мои инстинкты поднялись на дыбы, отвечая на вызов, почти вырываясь через мою кожу, когда он толкнул меня. Я еле подавила желание принять истинную форму и наброситься на дракона.

Райли сделал глубокий вдох, как будто и он еле сдерживал своего дракона.

– Слушай, мне жаль насчет Данте, – сказал он. – Но сейчас мы никак не можем ему помочь. Мы себе-то едва можем помочь. Если ты сейчас попытаешься с ним связаться и «Коготь» поймет, где мы находимся, мы трупы. Даже если он не выдаст наше местоположение, организация будет следить за каждым его движением, потому что он связан с тобой. Они следят за ним, Искорка. Они знают, что Данте ищет тебя, а если они найдут тебя, они найдут нас всех. Я не хочу проснуться посреди ночи в окружении гадюк, – его пальцы крепче сжали мою руку, а мышцы лица напряглись. – Контактировать с Данте – любым способом – слишком опасно, Эмбер. Пообещай, что не будешь пытаться с ним связаться.

Пламя непокорности внутри меня разгоралось все сильнее, раздуваемое моим драконом. Райли был прав, это бесспорно, но…

– Я вытащу его, Райли, – сказала я, отвечая на его пристальный взгляд, почти видя, как на меня смотрит Кобальт. – Так или иначе. Я не могу его там бросить.

– Я знаю, Искорка. Я понимаю. Поверь, я бы всех их оттуда вытащил, если бы мог, – Райли выпрямился и взял мое лицо в руки. – Но ты немного притормози – ради меня. Понимаю ты хочешь спасти мир, но нас только трое. Мы не справимся и с «Когтем», и с Орденом в одиночку. Для этого нужно собрать армию, а наши враги тоже даром времени не теряют, – он поднял руку и убрал у меня с лица непокорный локон. – Просто не прекращай мне доверять, ладно? Давай поймем, что нам делать дальше, а потом уже пойдем штурмовать парадный вход в организацию. У тебя получится сделать это и при этом не сжечь отель дотла?

Я сглотнула, а потом сделала глубокий вдох, но это не остудило жара бьющегося внутри меня пламени.

– Да, наверное, – пробормотала я, уступая.

Он выдохнул от облегчения.

– Хотя не могу обещать тебе быть паинькой и ничего не поджигать, особенно если Орден выбьет мою дверь, – слабо ухмыльнулась я.

Райли состроил гримасу.

– Ну, во всяком случае у каждого выхода есть огнетушители, – сказал он, закатывая глаза. – Так и вижу заголовки газет. Казино в Вегасе таинственным образом вспыхнуло на двенадцатом этаже. Были замечены странные существа, вылетающие из окон. Это не привлечет внимания «Когтя», нет, – он покачал головой. – Определенно, Искорка, без тебя моя жизнь была бы далеко не такой насыщенной.

– Тебе это нравится. Просто подумай, как скучно тебе было бы без меня.

Он ухмыльнулся.

– Мой наставник однажды дал мне совет. Не то чтобы я слушал весь тот бред, который он говорил, но эти слова почему-то отложились в памяти. Он сказал: «Огонь, который горит в два раза ярче, сгорает в два раза быстрее». Понимаешь, что это значит?

– Ну… Что ты втайне философ и в перерывах между угонами машин и побегами из тюрьмы сочиняешь стихи? – предположила я.

Он фыркнул.

– Обычно я не несу весь этот псевдофилософский бред, но этот раз будет исключением. – Он поднял руку и очень нежно провел по моей щеке тыльной стороной ладони. Я чувствовала, как моя кожа горит от его прикосновения. Сердце пропустило удар, в животе поднялось тепло. – Ты напоминаешь мне этот огонь, Искорка, – пробормотал он. – Ты горишь так жарко и так ярко, что даже не понимаешь, что делаешь.

– Я дракон, – сказала я, пытаясь выровнять дыхание. Он был так близко. Мне хотелось отстраниться, хоть я все еще стояла у двери, и сделать это, не минуя Райли, было нельзя. Другая часть меня хотела шагнуть ближе, прижаться к нему, пока нас не охватило адское пламя. – По идее, я должна сжигать все вокруг. А какой смысл зажигать свечу, если ее нужно спрятать и в итоге она не принесет никакой пользы? – его бровь изогнулась дугой, и я усмехнулась. – Ха, видишь? Я тоже умею философствовать.

Улыбка Райли превратилась в усмешку.

– Будь осторожна и не опали тех, кто рядом с тобой, – тихо сказал он. – И следи за тем, чтобы твое пламя было не слишком жарким. Самое яркое пламя обычно сгорает быстрее всего, – его взгляд на секунду помрачнел. – Я знаю, о чем говорю, Эмбер. Я видел это раньше и не хочу, чтобы с тобой случилось то же самое.

– Не случится, – пообещала я.

Он остановился, как будто хотел что-то сказать, но передумал. Мы минуту смотрели друг на друга, пытаясь сдержать наших драконов. Пальцы Райли все еще крепко сжимали мое запястье. Я чувствовала тепло его тела, а он стоял и смотрел на меня сверху вниз.

Уэс, все еще сидевший в углу, демонстративно закашлялся.

Райли моргнул, как будто только что осознал, где он и что делает, и отпустил меня. Я почувствовала укол разочарования, но больше всего меня удивило то, что я не знала, кто именно был раздосадован – я или мой дракон.

– Был тяжелый день. Отдохни, – Райли, не глядя на меня, направился к Уэсу. На долю секунды у меня появилось сильное желание схватить его и притянуть обратно. Но он сразу же вышел из зоны досягаемости.

– Иди посмотри телевизор, скачай фильм, придумай что-нибудь. Закажи что-нибудь в номер. На сегодня у нас нет планов.

Я сморщила нос.

– А мы здесь надолго?

– Пока я не разберусь в том, что происходит с Орденом, – Райли зашел Уэсу за спину и посмотрел на экран его компьютера. – И пока не решу, что выходить безопасно, – добавил он. – А до того момента будем сидеть, не отсвечивая. Не спускайся в казино. Там повсюду камеры, а, если верить моему человеку, Орден ступил на тропу войны. «Коготь» тоже не слишком доволен происходящим. Так что сейчас было бы неплохо залечь на дно. Получится у тебя, Искорка?

– Постараюсь не поджечь комнату, – пообещала я и вышла. Но, когда дверь закрылась, я остановилась. Мне не хотелось возвращаться в свой номер, обратно к бездушному телевизору. Я могла бы остаться у Уэса, но он ясно дал понять, что не хочет меня видеть. Кроме того, сейчас я не уверена, что смогу спокойно смотреть Райли в глаза. Мой дракон все еще извивался и сворачивался кольцами внутри меня, раздосадованный, что ему не дали вырваться наружу. Если я вернусь, я могу нарушить только что данное обещание и вправду что-нибудь подожгу.

Я повернулась и подошла к двери соседнего номера, ведущего в комнату Гаррета. Я приложила ухо к двери, в надежде услышать бормотание телевизора, движение, хоть что-нибудь, что бы дало мне понять, что он не спит, но в комнате было тихо. Секунду я колебалась, а потом тихо постучала по двери.

– Гаррет? Ты там?

Но ответом мне была тишина. Ни шагов, никакого движения или звука. Из-за двери никто не откликнулся, а дверь так и не открылась. Я еще немного постояла у двери, спрашивая себя, стоит ли попробовать постучаться еще раз, но громче. Но если он спал или, еще хуже, специально игнорировал меня, я не хотела его беспокоить.

Наконец, я развернулась и пошла к себе в номер, беспокойная, одинокая и расстроенная. В комнате было тихо, и, хоть беспокойный город шумел за окном, из-за этой тишины я чувствовала себя очень одинокой. Я сходила в душ, включила телевизор для фона и десять минут потратила на то, чтобы разобраться, как заказать еду в номер. Я поняла, как была голодна, только после того, как меньше чем за минуту расправилась со слегка подгоревшим бургером.

«Наверное, драки и погони хорошо влияют на аппетит. А уж то, что недавно я чуть не погибла…»

Живот скрутило, и аппетит пропал так же быстро, как и появился. Меня пробрала дрожь, и я оставила картошку фри на подносе. Сама же забралась в огромную кровать и с головой укрылась одеялом. Свернувшись в клубок, я слушала, как шум телевизора заполняет удушающую тишину. Как же мне хотелось на несколько часов отключить мозг. В моей голове крутились образы Гаррета, Данте и Райли, каждый вызывал различные эмоции, которые накаляли меня до предела. Когда мне наконец-то удалось задремать, я несколько раз просыпалась посреди ночи от того, что их лица и лицо убитого мной человека продолжали гнаться за мной во снах.

Райли

– Сходишь с ума по этой девчонке, да? – Уэс не спрашивал, он констатировал факт.

Я посмотрел на него. Он сидел на диване с ноутбуком на коленях и допивал газировку. Увидев мое выражение лица, он опустил руку и поднял бровь.

– Не отрицай, приятель, – он махнул в мою сторону бутылкой, залив белое покрывало брызгами газировки. – Я смотрел, что вы делали у двери, мне казалось, что еще чуть-чуть – и вы начнете целоваться взасос прямо у меня на глазах.

– Драконы не «целуются взасос», идиот.

– Ай, отвали. Ты понимаешь, о чем я, – Уэс покачал головой и прикрыл ноутбук, глядя на меня. – Ты теряешь хватку, Райли. С тех самых пор, как рядом появилась эта девчонка, ты плюешь на свои приоритеты. С нами ошивается чертов солдат Ордена, мать его! Я все еще не понимаю, почему ты не сказал сосунку убираться вон.

– Он полезен, – возразил я. – Раз уж он здесь, я подумал, что мы можем извлечь пользу и из присутствия врага. Если мы сможем уговорить его выдать нам секреты Ордена…

– Чушь. Собачья, – сказал Уэс. – Это не объяснение, ты прекрасно это понимаешь. Не ври мне, Райли. Я слишком хорошо тебя знаю, – он прищурился и сжал челюсти от злости. – Это все она. Все, что мы сделали, все, что произошло с нами с тех пор, как мы уехали из Кресент-Бич, из-за нее. А теперь мы застряли здесь, на хвосте у нас Орден и «Коготь», а ты даешь обещания, которые не можешь сдержать. Опасные обещания. Обещания, из-за которых нас могут убить. Если бы кто-то другой предложил связаться с членом организации, ты бы рассмеялся ему в лицо или прогнал вон. Или дал бы хорошего леща.

– Я не собираюсь связываться с братом Эмбер никаким способом, – сказал я, закатывая глаза. – Можешь расслабиться. Я ничего ей не обещал. И я не собираюсь давать «Когтю» еще одну возможность поймать нас. Одного раза мне хватило.

– Только, приятель, ты упускаешь суть, – Уэс с усталым видом потер переносицу. – Ты только послушай себя. «Одного раза хватило»? – он покачал головой. – Этого вообще не должно было случиться. Ты знал, что с ее братом ничего не получится и он выдаст нас «Когтю». И все равно ты позволил ей вернуться за ним. И что случилось? Лилит, черт подери, Лилит, лучшая гадюка организации, выследила тебя и чуть не убила вас. Потому что эта девчонка вертит тобой как хочет, а ты больше не можешь поступать правильно.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь остудить внезапно разгоревшееся во мне пламя.

– Тебе не приходило в голову, что будет лучше, если я буду занят управлением этим цирком, а ты будешь следить за тем, чтобы Орден не оказался у наших дверей, – предложил я. – Что я делаю с Эмбер – не твое дело.

– Мое, черт возьми, если из-за нее нас убьют!

– Я много лет потратил на защиту этой сети! – рявкнул я. – Эмбер еще не знала, что такое человек, а я уже начал вытаскивать драконов из «Когтя». Я боролся за это, нес на себе это бремя. Я уже сбился со счету, сколько раз был на волоске от смерти. Я слишком ценю свой труд, чтобы все это потерять. От тебя, Уэс, я такого не ожидал.

Уэс упал на подушку.

– Знаю, – пробормотал он. – Я знаю, что ты сделаешь все, чтобы защитить этих детей, как и я сделаю все, чтобы насолить «Когтю» и помешать осуществлению их планов по мировому господству, или что они там задумали. Но, приятель, я никогда тебя таким не видел. Мы столько сил потратили на то, чтобы создать эту сеть, чтобы начать вытаскивать драконов из организации, чтобы ослабить «Коготь» всеми возможными способами. Я просто хочу удостовериться, что твои приоритеты остались прежними.

– Нет, – сказал я, и он нахмурился. – Это ты всегда хотел ослабить «Коготь», помешать им воплотить в жизнь их планы, разрушить империю зла. Чем больше детенышей я вытащу из «Когтя», тем меньше драконов они смогут использовать в будущем. Я вытаскиваю детенышей потому, что хочу, чтобы драконы были свободны. Ты вытаскиваешь детенышей, потому что веришь в эту безумную мысль, что однажды нашими усилиями «Коготь» падет.

– У каждого есть мечта, приятель, – очень тихо сказал Уэс. Он смотрел на меня тяжелым взглядом. – Я знаю, что ты в это не веришь. Все-таки «Коготь» – слишком большая организация. Но я видел, как гиганты превращаются в прах, а империи распадаются. Где-то же это должно начаться. И если ты не веришь, что в будущем то, что мы делаем, будет иметь значение, пусть и после того, как мы умрем, скажи мне, зачем мы это делаем?

Разговор прервал не предвещающий ничего хорошего сигнал. Уэс подпрыгнул и открыл ноутбук, его пальцы запорхали по клавиатуре. Он чуть ли не вытирал носом монитор, брови были сосредоточенно нахмурены. Я уселся рядом с ним. Меня слегка подташнивало от напряжения. Хоть бы это было не то, чего я боялся.

– Что случилось?

Пальцы Уэса прекратили свой танец по клавиатуре. Он побледнел и с глухим стуком прислонился к изголовью кровати. Когда он поднял на меня полные отчаяния глаза, я понял, что он скажет, прежде чем он открыл рот.

– Мы потеряли еще одно гнездо. Орден приближается.

Гаррет

«Почему я все еще здесь?»

Я подставил лицо под струю горячей воды и почувствовал, как она стекает по моему лбу и телу. Этот вопрос не давал мне покоя уже три дня, и сейчас я пытался вымыть его из моих мыслей. Вода заливалась в уши, оглушала, но все равно это не помогало. Я привык к долгим периодам бездействия в ожидании приказов или новых заданий, но от собственных мыслей мне было не скрыться.

День прошел тихо. Телевизор меня не привлекал, а так как мне запретили покидать этаж, я просматривал разные журналы для путешественников или просто лежал на кровати и смотрел в потолок. Наконец, поняв, что мне нужно заняться хоть чем-нибудь, я провел остаток дня, исступленно тренируясь, пока мышцы не начало сводить от боли. Я надеялся, что, может быть, хотя бы усталость поможет мне отвлечься от своих мыслей, но как только я пошел в душ, стало ясно, что все мои старания пошли прахом. Меня все еще преследовал этот шепоток в голове, это мучительное чувство страха, неуверенности и сомнения, когда до этого я всегда был так уверен в себе. Почему я здесь? Почему я, бывший солдат Ордена Святого Георгия, решил остаться с драконами? Меня никто не заставлял. Дракон-отступник ненавидит меня – у него на это есть веская причина, – но если я выйду из отеля и исчезну в ночи, он не станет уговаривать меня вернуться. Он уже не один раз намекал, что именно так мне и следует поступить.

Так почему же я все еще здесь?

Очевидный ответ – потому что Орден охотится за мной – был в лучшем случае потерей времени. У меня достаточно средств, чтобы на короткое время скрыться из их поля зрения. Несмотря на то что Орден ежемесячно выплачивал своим солдатам небольшую стипендию, у нас всегда было все необходимое, так что на моем счету лежала довольно внушительная сумма денег, к которой я практически не прикасался. Конечно, на всю жизнь этого не хватит, но достаточно, чтобы начать с чистого листа.

Стояла еще одна проблема: смогу ли я вести себя как все нормальные люди? Я всю жизнь провел с Орденом и выбирался оттуда только на операции по ликвидации драконов. Я никогда не жил вне стен Ордена, если не считать того короткого лета в Кресент-Бич. Честно говоря, мне было немного не по себе осознавать, что никто не будет отдавать мне приказы. Раньше моя жизнь ничем не отличалась от жизни других солдат, она была построена на привычке, рутине и дисциплине. И я принимал это, потому что знал свое место. Когда оказалось, что теперь я сам по себе, было похоже, что я бесцельно брожу по миру и жду, когда что-то произойдет.

Но страх, даже страх неизвестности, никогда меня не останавливал. Мне не нужно было дожидаться приказа, чтобы уйти, оставить моих странных спутников и исчезнуть. Я солдат, меня учили выживать. Я смогу жить в реальном мире, даже несмотря на то, что за мою голову объявлена награда. Так что меня останавливает?

Я вздохнул, оперся руками о стену и наклонил голову, подставив спину под сильную струю воды. Ответ на этот вопрос мне известен. Дело было не в Ордене Святого Георгия и не в «Когте». И не в том, что я был обязан жизнью этим драконам. И я не чувствовал, что смогу бороться с Орденом, который вырастил меня. Дело не в чувстве вины или воспоминаниях о крови и смерти, которые приходили ко мне во снах. Дело было совсем не в этом.

Дело было в Эмбер.

Я выключил воду, быстро вытерся полотенцем и натянул последнюю пару джинсов, которая еще не нуждалась в стирке, одну из двух, которые были в моем распоряжении. Скоро мне понадобится новая одежда. Когда мы обосновались в том заброшенном доме и ждали выздоровления Эмбер, Уэс достал мне все необходимое. Но сейчас, особенно когда у меня появились подозрения, что с сетью отступника что-то не так, я уже не мог рассчитывать на их помощь. Вчера вечером Уэс и Райли тихо ругались между собой, а сегодня утром, когда я вышел за бутылкой газировки, Райли прошел мимо меня по коридору чернее тучи. По его лицу было видно, что он не хочет делиться тем, что произошло, а я не собирался его спрашивать.

Я решил пока не надевать футболку и подошел к окну. Внизу сияло море разноцветных огней. Вдалеке за горами садилось солнце, и городской пейзаж Лас-Вегаса накрыла мгла. Где же Орден? Что там происходит? Они все еще охотятся за мной?

«Что же мне теперь делать?»

В дверь тихо постучали, и я инстинктивно потянулся за оружием, но, конечно же, его у меня не было. Скорчив гримасу, я схватил с кровати футболку и натянул ее на ходу. Выглянув в дверной глазок, я почувствовал страшную смесь напряжения и облегчения. Я отпер замок и открыл дверь.

– Ха. Вот ты где, – Эмбер ухмыльнулась мне, отчего мой живот как будто подхватило крюком. На ней были шорты и свободная майка. Она выглядела совершенно нормально, как и любая другая девчонка-человек. – Я боялась, что ты вылез из окна и сбежал или натворил что-то в этом духе. Я стучалась к тебе вчера вечером, ты не слышал? Или ты уже спал?

Когда я смотрел на ее, такое знакомое лицо, мое сердце бешено колотилось. Мне пришлось напомнить себе, что она – дракон. Не то злое бездушное существо, какой она, как мне когда-то внушили, должна была быть. Но все же она не такая, как я, не человек. Я подавил желание протянуть руку и коснуться ее лица. Мне хотелось, чтобы она перестала волноваться, хотелось, чтобы она была не такой измотанной, хоть она и пыталась это скрыть. У меня в памяти издевательски всплыло воспоминание о другой комнате и другом моменте, когда мы были с ней наедине. Я безжалостно оттолкнул его и покачал головой.

– Нет, я тебя не слышал. Я, наверное, был в туалете, – на самом деле я совсем не спал в ту ночь, как мы приехали сюда, а после этого вздремнул всего пару часов. И не то чтобы я ожидал этого. Меня учили выживать в условиях недостатка сна, но что важнее – гораздо труднее расслабиться, когда за мою голову была назначена награда. А так как отступник все оружие хранил у себя, о сне не могло быть и речи.

Эмбер в ожидании посмотрела на меня, ее зеленые глаза сверкали под челкой. Я вздохнул и шагнул назад.

– Может, зайдешь?

Она лучезарно улыбнулась и проплыла через порог, жадно осматривая комнату, пока я по привычке закрывал дверь на замок. Я услышал фырканье и представил, как она качает головой.

– Господи, Гаррет. Мы здесь два дня, а в твоей комнате как будто никто не живет. Ты сам заправляешь постель? Здесь есть горничные, ты же помнишь?

Я выдавил из себя улыбку и повернулся к ней.

– Если бы там, откуда я, узнали, что я позволяю заправлять свою постель какой-нибудь старушке, мне бы никогда не дали об этом забыть.

– Неважно. Я вот пользуюсь любой возможностью не делать уборку в своем номере, – она прыгнула на одну из аккуратно заправленных кроватей и хорошенько ее смяла. – Если я не вижу пола из-за разбросанной одежды, я считаю, что это победа. Кроме того, Гаррет, разве ты не знал? Беспорядок в комнате – признак гениальности.

– Я никогда не был у тебя в гостях, – напомнил я ей мрачно. – Но если это правда, то, думаю, я разговариваю с умнейшим человеком на планете.

Она вытянулась и бросила в меня подушку. Я увернулся, и она расхохоталась – злобно, звонко и весело. Мне стало поразительно легко, и я тоже улыбнулся. Я поднял подушку с пола и приготовился швырнуть ее обратно.

И поймал себя на том, что веселье резко сменяется ужасом.

«Слишком просто», – понял я.

Рядом с ней слишком легко расслабиться, снова начать играть ту роль, которую я исполнял летом. Быть нормальным человеком, гражданским, беззащитным и беззаботным. Это было очень опасно, потому что ситуация, в которой мы находились, не была нормальной. Я не мог позволить себе утратить бдительность, даже ради нее. Возможно, она пришла сюда, чтобы сбежать от реальности, забыть, в какой ситуации мы оказались. Возможно, она хотела на время притвориться, что все как обычно. Но я не мог быть тем, кем она хотела меня видеть, тем обыкновенным мальчишкой из Кресент-Бич. Я был солдатом Ордена Святого Георгия. На моем счету слишком много убийств, я охотился на ее сородичей с единственной целью – довести их вид до полного исчезновения. Мои руки были по локоть в крови драконов – бессчетного множества драконов. И неважно, что я об этом думаю – от этого мне никогда не сбежать.

С совершенно непроницаемым лицом я положил подушку на место, не поднимая на нее взгляд.

– Зачем ты пришла, Эмбер? – спросил я. – Тебе что-то нужно?

– Вообще-то, да. – Я поднял голову и увидел, как она смотрит на меня со знакомым маниакальным блеском в глазах. – Пойдем вниз? – сказала она. – Прямо сейчас. Клянусь, если я еще хотя бы раз включу телевизор, я что-нибудь подожгу.

– Вниз? – ответил я, и она нетерпеливо кивнула. – В казино? Зачем?

– Потому что это Вегас! – воскликнула она. – Потому что мы здесь. Потому что я скоро начну лезть на стены, если не выйду отсюда и что-нибудь не сделаю, – она подняла подбородок, ее глаза блеснули. – И потому что я пошла к Райли, чтобы узнать, есть ли у него какая-то новая информация о «Когте» или Ордене, но он уже ушел.

Я выпрямился.

– Ушел? Куда?

– Понятия не имею. Я попыталась поговорить с Уэсом, но он просто сказал, что он ушел «по важным делам», – она показала пальцами кавычки и закатила глаза, – и он не скажет мне, что это за дела. Конечно же, он ушел и ничего нам не сказал и не оставил ни намека на то, куда он отправился и когда вернется. Вот так он мне доверяет, ага.

Она засопела, потом ухмыльнулась и рухнула обратно на кровать.

– Так что, Гаррет, пошли. Мы в Вегасе, ночь только началась, у нас есть фальшивые удостоверения. Даже ты должен понимать, сколько всего мы сможем сделать.

– Вообще-то, нам нельзя спускаться.

– Если ты хочешь оставаться здесь и сходить с ума от скуки – пожалуйста, я не могу тебя заставить, – рыкнула она. – Но я иду вниз. В отеле безопасно. Райли сам так сказал. «Коготь» и Орден не знают, где мы, и даже если меня заметят, меня не пристрелят посреди казино, в котором полно людей, охрана и камеры, – она спрыгнула с кровати и пошла к двери. – Я ненадолго, мне просто нужно сменить обстановку, пока я окончательно не сошла с ума. Если увидишь Уэса, скажи ему, что я пошла искать Райли.

Я состроил гримасу.

– Подожди, – сказал я и догнал ее у двери. Это плохая идея, и я прекрасно понимал это, но я не хотел отпускать ее одну. Если с ней случится что-то ужасное, я хотя бы смогу помочь.

Она ухмыльнулась, когда я вышел из комнаты, и я покачал головой.

– Для протокола, – сказал я, закрывая дверь. – Когда люди хотят «залечь на дно», они ведут себя совсем не так.

Она пожала плечами, отмахиваясь от моих слов, и я пошел за ней по коридору.

– А разве там не играют на деньги? – спросил я, когда мы подошли к лифту. – Как ты собираешься платить?

– У меня есть немного наличных, – ответила Эмбер. – Хватит на игровые автоматы. Я не буду играть в рулетку или в покер с профессиональными игроками. Только если выиграю очень-очень большую сумму денег. Но кто знает? – она улыбнулась, когда лифт открылся и мы вошли внутрь. – Вдруг мне повезет.

Райли

Я был не в самом лучшем расположении духа.

В такси ужасно воняло. Обычно я не обращаю внимания на запах дыма, но похоже, что предыдущий пассажир курил одновременно три или четыре сигареты или пользовался одеколоном под названием «Флер пепельницы». Запах очень меня очень раздражал, а я и так уже был на взводе. Рвотный рефлекс от запаха дыма. У дракона. Какая ирония. Я понимал всю комичность ситуации, но легче мне от этого не становилось. При воспоминании о событиях прошлой ночи, когда Уэс объявил, что еще одно гнездо уничтожено, мне хотелось кому-нибудь врезать. Черт возьми. Что происходит? Кто нас сливает? Получится ли у меня найти крота прежде, чем вся моя сеть будет разрушена?

Парень, на котором из одежды были только плавки, махнул мне бутылкой пива и показал похабный жест. Я сжал зубы при мысли о том, что будет, если я подожгу его плавки.

Я сжал дверную ручку и наблюдал, как в зеркале заднего вида удаляются огни центра города. Почему водитель не может ехать быстрее… Надеюсь, с Эмбер все в порядке. Мне не хотелось оставлять ее в одиночестве, особенно когда поблизости крутился орденец, но выбора у меня не было. Встреча была очень важной, и, хочу я этого или нет, мне нужно на нее явиться. Гриффин отправил мне информацию час назад. Он сказал, что человек хочет встретиться лично, вдали от любопытных глаз, и поэтому отказался ехать в отель. То есть мне нужно ехать к нему. Это раздражало, но отказать я не мог. И не хотел, чтобы остальные бродили по округе, пока в городе шныряют солдаты Ордена. Значит, будет лучше, если я поеду один: я уже привык к подобным мероприятиям, а в случае если Орден все-таки поймает меня, рискую только я один. Я сказал Уэсу следить и за девчонкой, и за солдатом. Он свяжется со мной, как только поймет, что они могут попасть в неприятности.

Надеюсь, до этого не дойдет.

Такси остановилось у затрапезного вида придорожного кафе в нескольких кварталах от сверкающего великолепия Стрипа. Дорожка была плохо освещена, у входа в заведение переругивались двое бандитского вида людей. Внимательно наблюдая за ними, я открыл стеклянную дверь и вошел внутрь.

В маленьком помещении кафе было темно. Здесь пахло маслом и дымом и было определенно слишком много народу. Когда я пересекал зал, двое байкеров проводили меня взглядом. Я подумал, как бы моя куртка и ботинки не задели их чувство прекрасного и они не решили набить мне морду во имя справедливости. Но я все-таки приехал сюда не для того, чтобы швырять в окна бородатых мужиков. Конечно, это было бы крайне забавно, но мне нужно найти информатора.

Я обратил внимание на темный силуэт, сидящий за угловым столиком. Человек поднял свою тонкую руку в знак приветствия. Я прошел мимо официантки, подошел к столику и упал на стул рядом с человеком, стараясь не кривить рот. Человек был бледным и худым, с запавшими щеками и длинными жирными волосами. У него были огромные впалые глаза, и он никак не мог сфокусировать взгляд. Взглянув на него, я сразу все понял.

– Гриффин сказал, что ты хочешь со мной поговорить, – прошептал человек. В его голосе слышались жадность и надежда. Он поскреб свою руку, как будто по ней ползали пауки. – Пятьдесят баксов за информацию – вот моя цена, – он почесал вторую руку, оставляя на коже красные следы от ногтей. – У тебя есть наличка?

– Если информация будет полезной, – ответил я. Когда я вернусь, я Гриффину голову оторву. Что это за «надежный информатор», черт подери? – Выкладывай что хотел, а я решу, стоит оно того или нет.

– Так не пойдет, приятель, – человек покачал головой, размахивая своими сальными волосами. – Мы так не договаривались. Сначала деньги, потом информация. Или так, или никак.

– Ладно, – я встал и отряхнул руки. – Не так уж и сильно мне нужна эта информация. Обойдешься и без денег. Пока.

– Подожди! – человек приподнялся со стула, вытянув руку. Я остановился, глядя на него с холодным безразличием. – Хорошо-хорошо, – зашептал он. – Я расскажу все, что знаю. Но я не сумасшедший, понял? Мой рассказ – чистая правда.

Он напряженно посмотрел по сторонам, как будто боялся, что кто-то из посетителей может нас подслушать. Но в этом не было необходимости – никто не обращал никакого внимания на двух перешептывающихся в углу дешевой забегаловки торчков. Я снова уселся на стул и молча ждал, пока он убедится, что за нами никто не следит. И, наконец, он перегнулся через стол. Глаза его были даже больше, чем прежде.

– У нас с приятелями есть вписка, такое большое здание в нескольких километрах от Стрипа, в одном из тех больших недостроенных отелей. Ну, из тех, что были заброшены, когда начался кризис. Она годами пустовала, мы, значит, никому не мешали, – он оправдывался, как будто меня могло заботить то, что он и его дружки делали на чужой территории. Я ничего не сказал, и он опустил голову и яростно зашептал:

– Значит, пару дней назад, ночью, мы туда вернулись и увидели там двух чикуль. Красивые такие телки, не местные. Мы решили, что они откуда-то сбежали.

Это меня заинтересовало.

– Сколько им было лет? – спросил я.

Парень выпрямился и пожал плечами:

– Пятнадцать или шестнадцать… Сложно сказать, чувак. Темно было. Плюс, когда они увидели нас, они дали деру. Мы… побежали за ними на верхние этажи, – он увидел ярость в моих глазах и отпрянул, подняв руки. – Мы просто хотели с ними поговорить. Эй, чувак, это наша база. Две телки без предупреждения появляются на нашей вписке. Конечно, нам захотелось с ними потолковать. И взять с них залог, на случай если у них были проблемы с копами, понимаешь?

Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться и не сжечь этого отморозка на месте.

– Так что произошло?

Человек моргнул.

– Так, ладно. В общем, мы бежали за ними до самых верхних этажей. Хотели с ними поговорить, – он особо подчеркнул слово «поговорить». – Ну, сам понимаешь, там опасно, незаконченная стройка, все дела. Мы не хотели, чтобы они наступили на гвоздь или упали со стены. Боялись, что они могут пораниться.

«Ну конечно, – подумал я. – А я, значит, саламандра».

– У меня мало времени, – предупредил я, глядя в окно, как будто его рассказ меня утомил. – А ты так и не рассказал ничего полезного. У тебя есть пять секунд, чтобы сделать свой рассказ интересным. Четыре. Три.

– Спокойно, чувак, спокойно. Я уже подобрался к самому интересному, – парень смертельно побледнел и снова наклонился ко мне, отчаянно шепча: – Значит, мы поднялись и начали искать тех девчонок.

Интересно, насколько мне станет легче, если я дам ему в нос?

– Шарились по этажам. Это здание – огромный лабиринт, оно не достроено, поэтому мы знали, что они не могли уйти далеко. Но потом мы посмотрели наверх, на балки, а там… – Человек задрожал. Задрожал так сильно, как будто ему нужна была помощь. Стакан воды, стоящий на столе, затрясся, а столовые приборы застучали друг о друга, пока парень не убрал руки со стола и не положил их на колени.

– Ну? – напомнил ему я.

– Клянусь богом, чувак. Там сидела огромная чешуйчатая ящерица.

У меня скрутило живот, но я заставил себя всем своим видом показать только глубочайшее презрение и откинулся на спинку дивана.

– И Гриффин сказал, что это достоверная информация? – презрительно усмехнулся я. – Бэд-трип торчка после паленой дозы?

– Чувак, это не трип! – человек брызгал слюной. – Клянусь, в той комнате был чертов ящер. Или не ящер, хрен пойми, что это, понимаешь? Огромное черное существо, и оно зашипело на нас, когда заметило, что мы в комнате. Мне даже показалось, что из его носа вырвались струйки дыма.

– Что вы сделали?

– А ты как думаешь? Наложили кирпичей и свалили оттуда, аж пятки сверкали. Больше мы туда не возвращались.

– Понятно, – я поднял бровь. Мое сердце, несмотря на напускное равнодушие, бешено колотилось. – А ты точно уверен, что это была не огромная летучая мышь, которую ты принял за страшного монстра?

– Слушай, чувак, – человек упрямо посмотрел на меня. – Я видел то, что видел.

Я сдвинулся на край дивана. Мой мозг лихорадочно работал. В городе были двое новых детенышей. Моих детенышей? Уэс не получал сообщений из наших пристанищ. Может быть, эти детеныши сумели пережить один из набегов Ордена, которые, как чума, происходили по всей стране? Мне нужно их найти, и надо сделать это быстро, прежде чем до них доберется Орден Святого Георгия.

Я снова обратил взгляд на человека, на лице которого застыло жадное, полное надежды выражение. Я вытащил из кармана несколько купюр.

– Эта информация в лучшем случае тянет на двадцать баксов, – сказал я, и его лицо вытянулось. – Но ты получишь пятьдесят, если выполнишь два условия. Первое – держись подальше от этого отеля; второе – чтобы больше ни одна живая душа не узнала о том, что произошло. Справишься?

– Конечно, чувак, – торчок пожал плечами. – Сделаю все, что скажешь. Все равно мне больше никто не поверил.

Я мгновенно насторожился и прищурился.

– Только я? А кому еще ты успел об этом рассказать?

Он сконфузился и пожал плечами.

– Никому, чувак, – пробормотал он, не поднимая глаз. – Никому я ничего не рассказывал.

Я понимал, что он лжет, но у меня не было времени с ним разбираться. Швырнув наличку на стол, я вылетел из забегаловки. Нужно поймать такси. Если в городе есть детеныши, отступники или беглецы, я должен их найти. Особенно когда по округе рыщут солдаты Ордена. Они ищут меня, но детеныши могут легко попасть под перекрестный огонь. И если они погибнут, их жизни будут на моей совести.

Я должен найти их первым. Но, когда я стоял на углу улицы и ругался на мирно проплывавших мимо таксистов, у меня завибрировал телефон. Я содрогнулся. Этот номер телефона был только у Эмбер и Уэса, и я сказал им звонить только в случае крайней необходимости.

Я собрался с силами и вытащил телефон из кармана.

– Эмбер?

– Не совсем, приятель, – голос Уэса дрожал от злости и отвращения. У меня скрутило живот, я закрыл глаза.

– Что случилось?

– Твой чертов детеныш, вот что случилось. Я нигде не могу ее найти. И солдат тоже как сквозь землю провалился. Возвращайся, Райли, пока они не разнесли все вокруг.

Эмбер

«Мы не должны этого делать».

Я подавила голос совести и спустилась по последнему эскалатору, ведущему в казино. Здесь внизу действительно был совсем другой мир: звенели звонки, в воздухе витали волны беспорядка и волнения, а именно этого так не хватало в моем номере. Именно это мне и было нужно, чтобы отвлечься от… всего. Я не хотела думать о «Когте» или Ордене. Не хотела вспоминать тренировки Лилит и предательство Данте. Не хотела думать о Райли или об охватившем меня внезапном, безумном желании человека, который шел рядом со мной. Я не хотела чувствовать ничего. Я просто хотела отвлечься и забыться, хотя бы на ближайшие несколько часов.

Гаррет явно был не в восторге, когда мы шагнули на выложенный ковром пол. Он как обычно внимательно осмотрел комнату, а потом спросил:

– Ну, куда пойдем сначала?

Хороший вопрос. Раньше я никогда не была в Вегасе. Хоть и видела огромное количество рекламы и несколько фильмов, в которых фигурировал знаменитый Город греха. В каждом из этих фильмов Лас-Вегас представал в одном и том же свете: таинственный город, где можно было за несколько часов сколотить целое состояние и так же быстро лишиться всего. Для нашей расы это понятие о богатстве было интригующим, почти одурманивающим. Может быть, я и детеныш, может быть, я скрываюсь от организации и Ордена Святого Георгия. Но это не отменяет того факта, что я дракон.

Я заметила горящие яркими огнями игровые автоматы, улыбнулась и потянула Гаррета за рукав.

– Сюда, – сказала я, утягивая его к мерцающему свету. – Выглядит довольно просто. Посмотрим, как быстро здесь можно проиграть доллар.

* * *

Вот за сколько: примерно за тридцать секунд, которые мы потратили, чтобы понять, по какому принципу работают игровые автоматы. Я поняла, что это были современные автоматы. Чтобы сыграть в них, не нужно тянуть за ручку. Вообще-то, ручка была всего лишь украшением, все было автоматическим, то есть нужно было просто нажать на кнопку и смотреть, как крутятся крошечные яблоки, колокольчики и семерки. Это продолжалось несколько секунд, а потом они останавливались – и всегда не было ни одной комбинации, – и на экране появлялась надпись, любезно извещающая о проигрыше.

– Черт, – пробормотала я, после того как скормила автомату третий доллар. – Последний доллар, – я посмотрела на солдата, который настороженно, будто сторожевой пес, стоял, глядя на меня. – Эй, Гаррет, у тебя же нет мелочи, да?

Он бросил на меня быстрый взгляд, уголок его губ дернулся вверх, а потом он снова продолжил осматривать этаж.

– Я думал, что драконы любят накапливать свои богатства, – тихо сказал он. – А не просаживать их в игровых автоматах.

– Я вкладываю инвестиции, – я сморщила носик. – А в последний раз у меня даже почти выпало три семерки. Мне вот-вот повезет.

– Ну конечно.

Я ткнула его в ребра. Он фыркнул.

– Ладно, – пробормотал я, опуская руку в карман. – Придется поставить пятак.

Но, прежде чем я успела опустить монетку в автомат, Гаррет вскочил со стула и схватил меня за руку. Мое сердце бешено заколотилось, по коже пробежали мурашки, а солдат оттащил меня от автоматов в толпу.

– Гаррет, – мне пришлось перейти на бег, чтобы успевать за ним. – Что ты делаешь?

– Безопасность, – ответил он. Я обернулась и увидела двух мужчин в форме. Один из них увидел, что я смотрю на него, нахмурился и направился прямо к нам, пробираясь через поток людей.

– Он идет за нами! – пискнула я.

– Не паникуй, – Гаррет сжал мою руку. – Не показывай, что нервничаешь. Просто иди вперед и не оборачивайся.

Я сжала его ладонь, повернула голову и пошла за ним. Мы проплыли по казино, лавируя между людьми и обходя столы для игры в рулетку с самым беззаботным видом, на который мы были способны, и стараясь при этом двигаться быстро. Я не смела оглядываться назад, но Гаррет, не останавливаясь и не поворачивая головы, каким-то образом знал, где был охранник и что он делал.

– Он все еще идет за нами, – пробормотал он, когда мы прошлись между игровыми автоматами. – Думаю, он ждет, когда мы начнем играть. Здесь ведь это не законно, верно? Чтобы играть в азартные игры, по закону тебе должен быть двадцать один год.

– Но мне и есть двадцать один, – запротестовала я, и он бросил на меня насмешливый взгляд. Я подняла голову. – В удостоверении мисс Эмили Гейтс написано, что двадцать один мне исполнилось в январе.

Его рот дернулся.

– И ты хочешь, чтобы они это проверили?

– Нет.

– А ты хочешь, чтобы Райли узнал, что они проверяли твое удостоверение?

Я скорчила ему гримаску.

– Ладно. Твоя взяла. И как нам сбежать от охраны?

– Просто будь готова бежать за мной.

Я кивнула. Гаррет повернул налево, но, как только мы пропали из поля зрения охраны, бросился вперед. Я постаралась не отставать. Он повернул в другой коридор, я последовала за ним, крепко сжимая его руку и кусая губы, в попытках не выскользнуть. Мы пролетели мимо еще нескольких рядов игровых автоматов, растаяли в толпе и обогнули шумный стол, за которым играли в рулетку. Гаррет резко вытолкнул меня к краю стола, каким-то образом проскочил между парой опьяневших парней и их девушками. Они оттолкнули нас. Их внимание было целиком сосредоточено на рулетке и маленьком шарике, катившемся по ней. Но потом Гаррет обвил меня руками и крепко прижал к себе, и я забыла обо всем остальном.

– Не поднимай голову, – прошептал он мне в ухо. – Охранник все еще следит за нами, но он потерял нас в толпе. Не смотри ему в глаза, а когда он пройдет мимо, мы пойдем в другую сторону и уйдем.

– Поняла, – я задержала дыхание, не отрывая глаз со стола. Но из-за того, что руки Гаррета все еще обвивали мою талию, я чувствовала все, что происходит вокруг: как его грудь вздымается и опускается в такт его дыханию, обжигающему мою кожу, как напряжены его мускулы.

Прошла полная напряжения, но слишком короткая секунда, и Гаррет оглянулся и отстранился.

– Чисто, – пробормотал он, и я рискнула скосить глаза туда, куда смотрел он. Охранник удалялся от нас, следуя за проходящей в глубь казино толпой людей. Я не видела его лица, но, судя по тому, как он оглядывался по сторонам, он все еще искал нас. Я выдохнула и почувствовала, как уходит напряжение. Но потом он повернулся и направился в нашу сторону. Я пискнула и прижалась к Гаррету. Его сердце бешено колотилось, и держу пари, он чувствовал, как колотится мое. К счастью, охранник прошел мимо еще один раз, в этот раз прошел дальше в казино и исчез из виду.

Я выдохнула, а потом начала хихикать, прижимаясь к Гаррету. Он посмотрел на меня с изумленной полуулыбкой, как будто не знал, что со мной делать.

– Ну, – я осмотрела коридор, чтобы удостовериться, что охранник действительно ушел, а потом обернулась и посмотрела на Гаррета. – Весело было, да? В следующий раз попробуем поиграть в покер.

Он встревоженно поднял бровь, и я снова засмеялась.

– Извини, – сказала я. – Думаю, нам стоит подняться обратно на этаж, пока Райли не вернулся и не устроил нам взбучку. Уверена, что ты не подписывался на игры в догонялки с охранниками казино.

Он усмехнулся.

– Мне приходилось стряхивать хвосты, – отметил он. – И не все мои преследователи были огромными злобными рептилиями. Однажды мы с Тристаном всю ночь убегали от охранников в хранилище музея. Ничто не сравнится с поспешными прятками под тентом с семьей пещерных людей.

Я моргнула.

– Ты что, выпил перед тем, как спускаться?

– Нет. А с чего ты решила?

– Только что ты пошутил по-настоящему.

Люди у стола с рулеткой закричали, и один из пьяных парней оттолкнул меня прямо в объятья Гаррета. Он быстро выставил руки, удерживая нас. Я мгновенно перестала злиться на грубого парня, когда посмотрела в стальные глаза Гаррета.

Он моргнул и легко сжал мои руки. У него грубые, теплые пальцы. Гаррет провел руками по моим плечам, медленно, и от его прикосновений по моей коже побежали мурашки.

– Наверное, ты на меня влияешь, – задумчиво проговорил он, снова став серьезным. – Или… Я понял, что все, что я знал, неправильно, и снова становлюсь беззаботным.

– Это хорошо или плохо?

– Не знаю, – он задумался и прижался ближе ко мне. Его серые глаза все еще были пронизывающими, его пальцы убрали с моей щеки прядь волос. – Но хочу узнать.

Мое сердце ухнуло вниз. На меня снова смотрел тот мальчишка из Кресент-Бич, с которым мы танцевали, занимались серфингом и который поцеловал меня в океане. Мальчишка, который не знал, что я дракон, и который видел во мне лишь меня саму.

У меня пересохло в горле, и я сглотнула. С тех самых пор, как дракон и солдат встретились на том обрыве, я знала, что произошедшее летом не удастся вернуть никогда. Гаррет состоял в Ордене Святого Георгия, Ордене, который считал, что представители моей расы – злые бездушные монстры. Может быть, сам он в это и не верил, но все же я дракон. И совсем не человек, несмотря на то что похожие на человеческие чувства побуждали меня прижаться к нему и коснуться его губ. Я не думала, что мы снова будем стоять лицом к лицу и Гаррет снова будет смотреть на меня так, как будто, кроме меня, на свете никого больше нет. И, несмотря на сильное желание сделать это, у меня появились сомнения. Если сейчас я приму истинную форму и предстану перед ним во всей красе – с чешуей, крыльями, хвостом, – будет ли он смотреть на меня так же?

Люди за столом снова закричали, на этот раз они улюкали и недовольно размахивали руками. Когда грубый парень пихнул меня локтем под ребра, я чуть не зарычала и увидела, как в глазах Гаррета, обращенных к забывчивому человеку, загорелся опасный огонек. Сомневаюсь, конечно, что он пнет грубияна пониже спины, но хотелось бы мне на это посмотреть. Тем не менее здесь слишком много людей. И внезапно я поняла, что мне не хочется, чтобы вокруг была толпа людей и яркий свет. Я хотела спрятаться в темном уголке и довести это до конца – чем бы это ни было – в тихом спокойном месте.

– Идем, – сказала я Гаррету, отходя от стола. Он последовал за мной, а от его пронзительного взгляда все внутри меня пустилось в пляс. – Найдем тихое место.

Гаррет

«Гаррет, что ты творишь?»

Я прошел по казино вслед за Эмбер, все еще не спуская глаз с охраны. Особенно тщательно я следил за одним конкретным охранником. Солдат во мне действовал инстинктивно, он сканировал этаж, постоянно ожидая появления скрытых угроз. Вряд ли солдаты Ордена появятся в казино, вероятность того, что они нападут на нас прямо здесь, была еще меньше, но жизнь на войне и в сражениях сделала меня параноиком. Я не мог прекратить свои наблюдения, даже если бы захотел. Оно и к лучшему, потому что мои чувства начали… Отвлекать меня.

«Ты прекрасно знаешь, что она такое. Больше нельзя делать вид, что тебе это неизвестно».

Да. Эмбер дракон, теперь это невозможно забыть. Я вспомнил, как красный ящер неуверенно пытался встать с залитого кровью пола фургона. Вспомнил наш разговор в том заброшенном доме и боль на ее морде, когда она решила, что я боюсь ее и отныне мы враги. Но это все равно была Эмбер, девушка, которую я встретил на Кресент-Бич, даже хотя она и предстала тогда в другой своей форме. Странное это ощущение, совсем недавно я считал, что драконы – безжалостные, хитрые и умные чудовища. Эмбер не человек. Может быть, я богохульничаю, но каким-то образом черта между девушкой и драконом стерлась, и теперь я не мог воспринимать как чудовище ни одну из них.

«Ты солдат Ордена Святого Георгия. Убийца драконов. Она должна ненавидеть тебя за все зло, что ты причинил ее расе».

Я поморщился. Это правда. Я никогда не смогу забыть о том, что много лет оставался на службе Ордена, единственной целью которого было полное истребление драконов. Мне все еще было сложно поверить, что Эмбер рисковала своей жизнью, чтобы спасти мою. Она должна была учитывать возможные последствия вылазки на базу Ордена Святого Георгия – и она пошла на этот риск, только чтобы вызволить меня? А может быть, она сделала это, руководствуясь чувством долга, потому что я помог ей и отступнику сбежать из Кресент-Бич? По этой причине она рискнула всем и пробралась в капитул Ордена? Потому что считала, что нужно вернуть долг? Или… или причина все-таки в другом?

Мог ли я на это надеяться?

Я встряхнулся, пытаясь успокоиться и выбросить из головы бурю сбивающих с толку мыслей и разрывающих нутро чувств. Когда Эмбер толкнула дверь и вышла на улицу, я все еще не знал, что делать дальше и что может произойти сегодня ночью. Вода в расположенном на крыше бассейне поблескивала на свету. Несмотря на высокую температуру, в нем плавало несколько гражданских.

Эмбер прошла дальше и отошла в дальний уголок, скрытый от посторонних глаз ящиками для цветов и искусственными деревьями. Огни Вегаса горели у нас под ногами. Здесь было пусто, но солдат внутри меня по привычке сканировал территорию, пытался удостовериться, что здесь безопасно, что мы одни. Эмбер низко усмехнулась и покачала головой.

– Расслабься, ты, параноик. Сомневаюсь, что агенты «Когтя» прячутся в цветочных горшках.

– Кто его знает, – ответил я. Странно, но я чувствовал себя удивительно легко и беспечно, совсем не как обычно. Я понимал, что такой эффект на меня оказывает присутствие Эмбер. – Отличный бы вышел заговор у «Когтя». Истинная форма агентов организации на самом деле – не драконы, а скамейки.

Она засмеялась.

– О, здорово. А теперь каждый раз, когда мне захочется где-нибудь сесть, меня тоже будет беспокоить паранойя. Надеюсь, ты счастлив, – она отвернулась и оперлась на перила, любуясь городским пейзажем. Я повторил ее позу и тоже опустил локти на перила. Наши руки почти соприкасались. Я остро чувствовал ее присутствие, жар ее тела, особенно когда Эмбер выдохнула и положила голову мне на плечо. Мой пульс подскочил от ее прикосновения. – Спасибо тебе за все это, – пробормотала она, когда я приказал себе продолжать дышать. – Мне нужно было сделать эту вылазку, а то я сошла бы с ума, не смогла бы сидеть у себя в номере в одиночку. В голове крутилось столько всего. Я сейчас прямо сама не своя, столько всего вспомнилось… – она остановилась и попыталась выбросить из головы нахлынувшие воспоминания. Я не двигался. Я боялся, что малейшее движение может разрушить эту магию и Эмбер уберет голову с моего плеча. Но она только еще ближе прижалась ко мне. Все мои нервные окончания запели, откликаясь на ее прикосновение. Какое-то время мы молча любовались городом.

– Мне вообще станет легче? – наконец, прошептала она.

Я сразу понял, о чем она говорит.

– Да. К сожалению. Несколько недель тебе будут сниться кошмары. Ты долго будешь спрашивать себя, правильно ли поступила, можно ли было поступить по-другому. Но со временем, если тебе и в дальнейшем придется нажимать на курок, тебе будет все легче. И в конце концов это станет обычным делом. Ты начнешь делать это, не задумываясь, – я посмотрел на нее в надежде, что она не считает, что я хвалюсь. – Здесь нечем гордиться, – сказал я мягко. – И это не то, к чему стоит стремиться, во всяком случае если ты хочешь сохранить свою психику в норме. Я был солдатом всю свою жизнь. В Ордене меня научили убивать, но больше ничего я делать не умею.

Эмбер молчала и с мрачным видом смотрела вдаль. Может быть, теперь она меня презирает. Ведь я солдат, я способен, не задумываясь, убить живое существо, и для меня это – обычное дело.

– Эмбер, тебе это не нужно, – сказал я, не раскрывая своих истинных мыслей, моих собственных эгоистичных желаний.

«Я не хочу, чтобы ты жила вот так. Я убиваю, когда это необходимо, но делаю это для того, чтобы выжить. Как бы мне хотелось, чтобы ты не была частью этой войны. Если бы я мог оградить тебя от всего этого, я бы это сделал».

– Я знаю, – она содрогнулась, как будто внезапно замерзла, и отстранилась, обхватив себя руками. – В конце концов, именно поэтому я и ушла, – теперь ее голос был едва слышен. – Потому что они хотели сделать из меня убийцу. «Коготь» хотел, чтобы я убивала по их приказу. И не только членов Ордена, каждого, кто не был верен организации. Они ждали, что по их приказу я стану убивать представителей собственной расы, таких же отступников, как Райли.

Я кивнул, вспоминая, как Райли сказал мне, что не все драконы хотели состоять в «Когте». Я догадывался, что это возможно, но по-настоящему осознал это только тогда, когда он прямо сказал мне об этом. До этого лета я и не подозревал, что были драконы, которые отказались от амбиций «Когтя» и не хотели состоять в организации. Такие драконы, как Райли и Эмбер. Отступники, на которых охотились представители их собственной расы.

Интересно, сколько членов Ордена знает правду о своем древнем враге? Неужели они действительно не в курсе об отступниках и драконах вне «Когтя»? Или главы Ордена решили, что определенные вещи стоит скрывать от обычных солдат?

– Моя наставница делала из меня такого же дракона, какой была сама, – продолжила Эмбер, вмешавшись в поток моих мрачных мыслей. – Совершенно безжалостной. Она бы без раздумий убила беззащитного детеныша, если бы «Коготь» приказал ей сделать это. Она хотела, чтобы я била быстро и наверняка и при этом не задавала вопросов. Ей нужно было, чтобы я казнила людей и не задумывалась об этом. Она хотела, чтобы я стала убийцей, – Эмбер содрогнулась, крепко стиснула перила и прохрипела:

– И вот я убийца.

Я пододвинулся ближе к ней и положил руку на перила. Она неподвижно стояла рядом и все еще любовалась видом на город. В ее глазах я видел печаль и бессильную злобу. Эмбер боялась, что все-таки начала превращаться в ту, кого ненавидела. Идеальный Солдат фыркнул от отвращения: мы на войне. Здесь или убиваешь ты, или убивают тебя. Нажать на курок прежде, чем это сделает твой враг, – единственный способ выжить.

До того как я приехал в Кресент-Бич, я бы с этим согласился. Сомнения были опасны. Я убивал, потому что так мне приказывал Орден, и я не задумывался над этим. Но летом я встретил дракона, который оказался веселой, храброй, пылкой девушкой. Она перевернула мой мир с ног на голову и открыла для меня то, чего я никогда не видел, не представлял и не испытывал. И, может быть, это было эгоистично, даже опасно, учитывая то, где мы сейчас находились, но я не хотел, чтобы она менялась.

– Мне известно, кто такие гадюки, – сказал я, и Эмбер тут же посмотрела на меня. Скорее всего, она была удивлена, что я осведомлен о печально известных убийцах «Когтя». – И знаю, что они делают. Я видел, на что они способны.

– Видел? – она моргнула. В ее голосе слышались удивление и благоговейный страх. – То есть ты действительно видел гадюку в действии? И… ты выжил?

Я мрачно кивнул.

– Да. Но именно эту гадюку в Ордене видели все. Мы не сталкивались с ней лично, – добавил я, когда ее глаза стали размером с блюдце. – Среди тех, кто встретился с ней той ночью, выживших не было. Но я видел всю запись целиком. Ордену удалось изъять запись камеры наблюдения. Нас заставляли смотреть ее, это было частью нашей подготовки. Чтобы мы поняли, с чем мы имеем дело, и не строили пустых иллюзий.

Эмбер сморщила нос.

– Это мерзко.

– Да, – я вспомнил нечеткие черно-белые кадры: коридор в складе, четыре солдата пробираются вперед с оружием наготове. С потолка на них падает черная тень. Крики. Вспышки выстрелов.

А потом тишина, качающаяся над окровавленным полом лампа, истерзанные тела в луже крови. А убийцы и след простыл.

– У них не было шансов, – сказал я, вспоминая ужас, который я почувствовал, когда впервые увидел эту запись. Мне было одиннадцать лет, и после этого я несколько недель не мог войти в неосвещенную комнату, не проверив, нет ли на потолке драконов. – Гадюка действовала без колебаний. Она знала, что делала.

Эмбер не сводила с меня взгляд, как будто видела, как у меня в глазах проигрывается эта запись.

– Этот дракон с видео, – очень тихо продолжил я, – убийца… Ты не такая, Эмбер, – я остановился, а потом очень мягко добавил: – Ты не похожа ни на одного дракона, которого я встречал до этого.

– Ну и что я тогда? – прошептала она.

Мое сердце снова пустилось в пляс. Я медленно протянул руку и повернул ее лицом к себе. Если бы она застыла или отпрянула в отвращении, я бы отпустил ее. Но Эмбер подняла голову и бесстрашно посмотрела мне прямо в глаза. У меня перехватило дыхание.

– Ты научила меня кататься на серфе, – сказал я, глядя ей в глаза. – И стрелять в зомби. И танцевать. И никогда не сердить тебя, даже в человеческой форме, чтобы ты не пнула меня так, чтобы у меня звездочки перед глазами не поплыли.

Она фыркнула, не улыбаясь, но ее глаза посветлели от воспоминаний. Я улыбнулся и наклонился к ней. Даже здесь, в жаркой пустыне Вегаса, я чувствовал, как между нами пробежала искра.

– Ты дракон, который решил не убивать солдата Ордена, когда у тебя была такая возможность, – продолжил я мягче. – Ты рисковала жизнью, чтобы проникнуть на базу Ордена, на которой было полно вооруженных до зубов солдат, которые убили бы тебя на месте, чтобы спасти того, кого ты должна ненавидеть, – моя рука невольно поднялась и убрала прядь волос с ее лица. Эмбер вздрогнула. – Не знаю, чем это тебя делает, но я знаю, что я не там, а здесь, и это здорово.

Ее глаза засияли, губы ее наконец растянулись в улыбке.

– Ладно, теперь я беспокоюсь, – пробормотала она, но было слышно, что она меня дразнит. – Какой-то ты подозрительно спокойный и красноречивый. Кто ты такой и что ты сделал с Гарретом?

Я пожал плечами.

– Мне говорили, что нужно немного расслабиться, – сказал я и поцеловал ее.

Она пискнула от удивления, а потом обхватила руками мою голову и притянула к себе. Я обхватил ее талию и заключил в объятия. Я закрыл глаза и полностью отдался ощущению эйфории. Она жадно впилась в мои губы, нежно провела пальцами по щеке, а потом обвила руками мою шею. Когда Эмбер прикусила мою нижнюю губу, я застонал и сильнее прижал ее к себе. В том, что я делал, не было никакого намека на отвращение. Или сожаление. Я стоял на крыше отеля и в открытую целовал девушку, которая на самом деле была драконом. И мне было совершенно плевать.

– Эмбер!

Громкий выкрик нарушил ночную тишину. Я снова напрягся, как пружина, реагируя на опасность, и прервал поцелуй. Я отстранился и увидел, как по крыше к нам направляется дракон-отступник, в его взгляде были громы и молнии.

Райли

«Я ее убью».

Я стоял в казино в окружении разгоряченных, болтливых, забывчивых смертных и изо всех сил старался подавить искушение превратить это место в кромешный ад. Где она? Я уже был наверху и стучал в дверь ее номера, но, как и сказал Уэс, там никого не было. Ни ее, ни солдата. Я звонил на одноразовый телефон, который дал ей Уэс, и оба раза меня переключало на автоответчик. То есть она либо оставила его в номере, либо намеренно меня игнорировала.

Желание превратить что-нибудь в дымящуюся горстку пепла становилось все сильнее, и я снова начал передвигаться по казино и выискивая рыжие волосы и зеленые глаза. Обычно Эмбер очень сильно выделалась в толпе, и ее было сложно потерять из виду. Но в казино в Вегасе, с его мерцающим светом, бесцельно бродящими людьми и сбивающими с толку планировками этажей, найти кого-то было практически невозможно. Поэтому мы и приехали именно сюда. Здесь можно спрятаться от «Когтя» и Ордена. Но теперь эта хитрость работала против меня. Какая ирония. До чего же это раздражает.

«Черт, Эмбер. Где тебя носит?»

Я зарычал и еще раз обошел казино, прежде чем снова вернуться наверх. У меня нет на это времени. Мне нужно спешить в тот заброшенный отель, искать детенышей-беглецов. Важно найти их прежде, чем до них доберется Орден Святого Георгия. Чем больше времени я торчу здесь, тем ближе к ним подбираются бойцы Ордена. Вокруг казино не было солдат Ордена, так что я сомневался, что Эмбер и орденец попадут в неприятности. Я подозревал, что непокорному детенышу просто стало скучно и она либо затравила солдата, либо убедила его пойти с ней. Меня раздражало, что она потерялась. Но то, что она заодно с этим солдатом, доводило меня до белого каления. Я понимал, что это ничем не обоснованно. Она не моя. Я не хочу этого, хоть все мои чувства и говорят об обратном. Меня должны беспокоить куда более важные вещи: мои детеныши, моя сеть, безопасность Эмбер. Уэс прав, с тех пор как в моей жизни появилась Эмбер, я забыл о том, что по-настоящему важно. Но что-то в рыжей девчонке меня привлекало. Это глупо, опасно, из-за этого нас всех могут убить. Но я ничего не могу с собой поделать. Нравится мне это или нет, но Эмбер глубоко запустила свои когти в мое сердце, и мне оставалось либо смириться с этим и сдаться, либо как-то с этим жить. Будь я проклят, если сейчас оттолкну ее.

Я безуспешно обыскал казино, рестораны и бесчисленное множество магазинов. Наконец, я поднялся на крышу. В ярко освещенном бассейне плавали люди, но их было мало, и Эмбер среди них не было. Я обошел бассейн и прошел к дальней стене, туда, где в ночном небе сияли небоскребы.

А потом я увидел их. Они стояли возле перил. Я услышал, как Эмбер бормочет что-то, увидел, как она опустила глаза, как солдат повернул ее лицом к себе. Он сказал что-то, она улыбнулась…

А потом он поцеловал ее.

Внутри меня что-то оборвалось. Мой дракон яростно вскрикнул и встал на дыбы. Во мне поднялись волны злости и ненависти, от которых глаза застлало красной пеленой. Я понял, что иду по крыше, услышал свой крик. Солдат поднял голову, и я изо всех сил ударил его по лицу.

Он увернулся: мой кулак скользнул в миллиметре от его головы. Эмбер вскрикнула. Орденец быстро отступил назад и поднял кулаки. Это был очевидный призыв к драке, и дракон с ревом принял вызов.

Я ощерился и приготовился сделать выпад, но, прежде чем я успел сдвинуться с места, кто-то схватил мою руку.

– Райли, ты что творишь? Прекрати!

Я кипел от ярости. Я хотел броситься в атаку, принять свою истинную форму, порвать его на маленькие кусочки, а потом сжечь их дотла. Мой дракон взвыл от бешеной ярости, он хотел его испепелить. Солдат сейчас слишком далеко, и он готов к атаке. Так что вместо него я обратил свою злость на Эмбер.

– Что я творю? – я резко повернулся и вырвался из ее хватки, а потом обратил на нее гневный взгляд. – А ты что творишь, Искорка? Меня не было час, один час, и когда я возвращаюсь, ты… – мой голос оборвался, я не мог подобрать слова и в отвращении укусил губу. – Он человек, – выпалил я. – Он не просто человек, он солдат Ордена Святого Георгия. Убийца драконов! Я думал, что, когда мы уедем из Кресент-Бич, с этим маразмом будет покончено.

Ее глаза вспыхнули, и она вздернула подбородок.

– Райли, ты не имеешь права…

– Ты дракон, – перебил я, и она нахмурилась. – Ты об этом забыла? И это уже не говоря о том, что он был членом Ордена Святого Георгия. Ладно, не будем вспоминать о том, что он убил черт знает сколько драконов, прежде чем чудесным образом все осознал. Но давай спросим, скольких детенышей он застрелил в спину, когда они убегали от него, – я бросил на орденца насмешливый взгляд, а потом снова повернулся к Эмбер. Она упрямо смотрела на меня. Я зарычал и отвернулся от солдата, увлекая ее за собой, и тихо заговорил:

– Искорка, послушай меня, – я пытался взять себя в руки, но мой дракон в ярости вздымался и требовал возмездия. – Подумай! Он человек, он будет жить столько же, сколько живут люди. Как думаешь, сколько он протянет? Что с ним будет через шестьдесят лет? А через сто? Ты вообще об этом думала?

– Конечно, нет! – зарычала Эмбер. – Сейчас я пытаюсь жить настоящим. Сейчас у меня слишком много сил уходит на то, чтобы выжить и вытащить Данте из «Когтя». А ты? – спросила Эмбер, вызывающе глядя на меня. – А ты вообще думал о будущем?

– Каждый божий день, – ответил я. Она моргнула. – Я каждый день просыпаюсь и думаю о своих пристанищах. Надежно ли они спрятаны, смогут ли детеныши, которых я вытащил из «Когтя», прожить еще один год. Что случится, если я склею ласты, потому что я не знаю, сколько еще мне будет везти. Но дело не во мне, – я бросил еще один взгляд на человека. Не знаю, слышит ли он нас, но даже если и слышит – плевать я на это хотел. – Люди и драконы не могут быть вместе, – настаивал я. – Их жизни по сравнению с нашими – вздох. Как ты считаешь, какое у тебя вообще будет будущее?

Она прищурилась.

– Ой, только не начинай, Райли, – проревела она. – Это все чушь. Признай: ты не хочешь, чтобы я была с Гарретом, потому что он состоял в Ордене Святого Георгия.

Я сжал челюсть. Какая же она упрямая!

– Я это и так знаю, Искорка, – прорычал он. – Я не понимаю, как ты можешь подпускать к себе этого убийцу и не хочешь при этом оторвать ему голову!

– Эй, – солдат подошел к нам. Его глаза были прищурены, тело напряжено, он был готов к драке. – Оставь ее в покое, – просто сказал он. Я бросил на него полный ярости взгляд. – Она не виновата. Это я начал. Если у тебя есть какие-то проблемы, тебе нужно разбираться со мной.

«О, я умираю от искушения, орденец», – злобно подумал я, но Эмбер меня опередила.

– Гаррет, не надо, – сказала она, и я не понял, на кого она злится: на меня, на орденца или на нас обоих. – Я не боюсь ревнивых отступников, а тебе не нужно заступаться за меня перед ним, – она отвернулась от человека и посмотрела мне прямо в глаза. – Я могу о себе позаботиться.

«Ревнивых?»

Я сделал глубокий вдох и шагнул назад, покачав головой.

– У меня нет на это времени, – сказал я, и это было правдой. Проблему с детенышами-беглецами все еще надо было решать, а я уже потратил много времени. – Сейчас я должен был быть совсем в другом месте, – продолжил я, – а я трачу время на вас. С таким же успехом можно размозжить себе голову о стену.

– Ты уходишь? – Эмбер прищурилась. – Снова? И куда на этот раз?

– Подальше отсюда, – резко ответил я, чувствуя себя упрямым юнцом. – В одно очень важное место, если хочешь знать.

Она помрачнела. Я понимал, что сейчас она потребует, чтобы я взял ее с собой.

– Идешь ты или остаешься здесь, – прорычал я, – это неважно. Тут я закончил.

Я развернулся и, не оглядываясь, пересек крышу. Я услышал, как они бросились за мной, и подавил желание повернуться и отправить солдата в нокаут. Во мне говорил дракон, но меня беспокоила не злость, не отвращение. А то, что Эмбер забыла, что сделал орденец. Она еще молода. Она не знает Орден так, как знаю его я, и пока не видела истинное лицо Ордена.

Нет, больше всего меня беспокоило то, что даже после всего, через что мы прошли, мой рыжий детеныш выбрала этого человека… А не меня.

Данте

В конференц-зале было ужасно холодно.

Не люблю холод. Может быть, дело в том, что я вырос в пустыне, на солнечных пляжах, а большую часть жизни провел на улице. Мне нравится чувствовать тепло солнечного света и проникающий под кожу жар. Не знаю, что не так с руководством «Когтя», но в организации во всех кабинетах кондиционеры были поставлены на такую температуру, что казалось, что еще чуть-чуть, и при дыхании изо рта будут вырываться облачка пара. Даже в шикарном отеле Рейна, с его толстыми золотыми коврами и жутко дорогими кожаными креслами, от холода моя кожа покрылась мурашками. Конечно, я не мог указывать «Когтю», как и что делать, но, если бы температура в комнате была на несколько градусов выше, было бы гораздо комфортнее. Надеюсь, я не начну стучать зубами от холода. Я и так достаточно сильно нервничаю.

Мистер Смит сидел рядом со мной. Он облокотился на спинку кресла и положил ногу на ногу. Похоже, ему было удобно и комфортно. Как будто прочитав мои мысли, мой наставник ободряюще посмотрел на меня.

– Дыши, Данте, – приказал он. – Это хороший план. Он сработает.

– Я знаю, – с улыбкой сказал я.

– Хорошо, – темные глаза мистера Смита сузились. – Не надейся. Знай. Надежда не вернет твою сестру. И не произведет впечатления на мистера Рота – вообще ни на кого. Ты должен быть уверен в своем плане, должен знать, что он сработает. А иначе ты зря тратишь драгоценное время всех нас.

– Я знаю, сэр, – ответил я, но все же я улыбался. – Эмбер вернется в организацию еще до рассвета, клянусь.

Мистер Смит кивнул и отвернулся, разрывая зрительный контакт. Дверь открылась, в зал вошел мистер Рот в сопровождении еще двух драконов. Одного из них, статного мужчину с блестящими приглаженными темными волосами и эспаньолкой, я не знал. Он сел напротив меня и кивнул. Я склонил голову в знак уважения, но мое внимание было приковано ко второму дракону. Лилит опустилась рядом и скрестила под столом свои длинные ноги. Она улыбнулась мне.

– Мистер Хилл, мне не терпится увидеть ваш план в действии, – сказала она.

Ее слова звучали почти как угроза. И если она тоже была заинтересована в успехе задуманного, в случае провала последствия будут ужасными. При мысли об этом я оцепенел от страха. Но в этот момент мистер Рот сел во главе стола и посмотрел на всех нас.

– Почти пора, – сказал он, глядя на часы. – Мистер Хилл, ваши агенты уже вышли на связь?

Я сделал глубокий вдох и кивнул. Потом вытащил из кармана свой телефон и положил его перед собой.

– Да, сэр. Они готовы начать миссию.

– Превосходно, – мистер Рот облокотился на спинку кресла и не сводил с меня взгляда холодных темных глаз. – Тогда нам остается только ждать. Мне не терпится увидеть ваш успех, мистер Хилл. Удачи.

Я сглотнул, глядя, как мой телефон невинно лежит на столе. Мое сердце против моей воли бешено заколотилось.

«Эмбер, – подумал я, не отводя взгляда от телефона, как будто чувствовал ее с другой стороны линии. – Пожалуйста, не глупи. Это твоя последняя возможность сделать правильный выбор».

Я сложил руки на столе и ждал звонка.

Часть III

Слепая вера


Сердце дракона

Эмбер

От напряжения воздух в салоне был так накален, что казалось, что из него можно выкачивать электричество.

Разумеется, никто не хотел сидеть впереди. Райли отказался оставлять нас с Гарретом вдвоем на заднем сиденье, Гаррет не хотел, чтобы я сидела вместе с Райли, а я не собиралась сидеть впереди, потому что тогда эти двое поубивают друг друга сзади. Так что мы сидели на заднем сиденье втроем, я была между Гарретом и Райли. Царила гробовая тишина.

Райли все еще был вне себя от злости. Он отвернулся к окну, положив руку на подлокотник, и не смотрел ни на меня, ни на Гаррета. Я чувствовала, как от него исходят волны ярости, как будто его дракон шипел и бился от бешенства у самой поверхности. Это раззадоривало моего собственного дракона, а из-за этого я никак не могла успокоиться. Я чувствовала себя виноватой, но в то же время меня это злило. Райли перегнул палку. Мы не сделали ничего плохого. Эхо его злых, осуждающих слов все еще звучало в моей голове, как будто я предала не только его, но и всю нашу расу.

«Как думаешь, сколько он протянет? Что с ним будет через шестьдесят лет? А через сто? Ты вообще об этом думала?»

Он вел себя непоследовательно. Разумеется, я не думала о будущем. Разве шестнадцатилетний представитель – любой расы – стал бы над этим задумываться? Я не пыталась вывести Райли из себя. Мне просто было скучно, я тосковала по дому и чувствовала себя откровенно паршиво. Гаррету каким-то непонятным образом удавалось вытянуть меня из этого состояния. С ним я на время забывала о своих проблемах, как будто мы снова были в Кресент-Бич. Когда я находилась рядом с ним, у меня даже получалось на время притвориться, что я такая же, как все.

Мой дракон с отвращением зарычал на меня.

«Но ты не такая, как все, – зазвучал в моей голове противный голосок. – Ты не человек. Когда-нибудь настанет день, когда солдата не будет с тобой рядом. А Райли будет с тобой всегда».

Легкое прикосновение к моей ноге вытянуло меня из мрачных мыслей. Я украдкой встретилась взглядом с Гарретом. По его лицу проносились лучи яркого неонового света, в его вопросительном взгляде читалось беспокойство. Тыльной стороной ладони он касался моих джинсов. Я слегка улыбнулась ему и хотя мой дракон с шипением свернулся кольцами, внутри меня все запело.

Такси уносило нас от основного потока машин, от улицы Стрип и от сияющих ярким светом чудовищ. Мы ехали в тишине еще несколько минут, удаляясь в неблагополучные районы, пока такси не припарковалось у тротуара в какой-то глуши. За высоким проволочным забором, ограждавшим территорию от тротуара, уходил в темноту пустырь.

Райли молча сунул в руку водителю купюру и вышел из такси. Мы с Гарретом последовали за ним. Такси уехало, оставив нас на заброшенном тротуаре далеко от яркой и шумной суеты улицы Стрип.

– Что это за место? – спросила я, оглядывая территорию за забором. Там не было никаких источников света, дорог и даже тротуаров. Пустая окруженная бетоном земля в пыли и застаревшей грязи. Хотя вдалеке я видела неустойчивый худой силуэт огромного существа, прячущегося в тени.

– Это отель, – коротко сказал Райли, убирая кошелек в карман. – Строительство так и не закончили, скорее всего, из-за экономического кризиса. Сейчас он заброшен.

– Почему мы здесь? – спросил Гаррет, привычно осматривая территорию. Рядом со мной снова стоял солдат, готовый отразить нападение с любой стороны.

Райли холодно посмотрел на меня, как будто пытался решить, отвечать ему или нет, а потом пожал плечами.

– Сегодня я узнал о том, что здесь скрываются двое беглецов, – сказал он, и от его слов у меня в животе все скрутило. – Возможно, моих. Они прячутся от «Когтя» и должны быть где-то здесь. Я подумал, что, так как в городе сейчас отряды Ордена, будет лучше, если я доберусь до детенышей раньше, чем их разорвут на куски.

Гаррет нахмурился.

– Слушай, а ты не мог сообщить нам об этом до того, как мы выехали?

– Я не обязан перед тобой отчитываться, орденец, – сказал Райли. – Ты здесь не потому, что мне нужна твоя помощь. Мы заходим, хватаем детенышей и выходим, все очень быстро. И, если это как-то пересекается с твоими орденскими убеждениями, лови такси и езжай обратно в отель. Здесь тебя никто не держит.

Я рассвирепела. Райли ведет себя как полный кретин. Но Гаррет ответил ему на удивление спокойно.

– Это мог быть наркопритон или тайное место встречи какой-нибудь банды. Там как минимум могут быть бездомные или нелегальные захватчики. Если мы собираемся без сопротивления увести отсюда двух драконов, нужно, чтобы кто-то из нас был вооружен.

Райли фыркнул.

– Зачем? Там всего лишь жалкая горстка людишек. Что они сделают, заболтают меня до смерти?

– Они могут быть вооружены.

– Тогда мы будем вести себя очень осторожно и постараемся не привлекать внимания, – отрезал Райли. – Я не успел зайти в номер, и в этом виноваты вы с Эмбер. А я не хочу рисковать и нести через казино сумку, в которой полно оружия. Так что нет, в этот раз у нас не будет оружия. Привыкай.

– А Орден?

– Уэс взломал несколько камер возле здания, – ответил Райли, махнув рукой в сторону улицы. – Он даст знать, если что-то пойдет не так. Не беспокойся, орденец, – он холодно улыбнулся Гаррету. – Я все продумал.

И, прежде чем мы успели что-то ему возразить, он повернулся и грациозно забрался на забор, а потом бесшумно спрыгнул с другой стороны. Не говоря ни слова, он повернулся и исчез в темноте. Мы с Гарретом переглянулись и последовали за ним.

Жутковато – это быть по эту сторону забора. При каждом шаге в воздух поднималось облачко пыли. На этом пустыре были только куски гниющей древесины, ржавого железа и огромные бетонные трубы, разбросанные по территории, словно останки современной эпохи. Не было никаких признаков жизни. Даже бесконечный шум от шоссе здесь был тише, а огоньки машин превратились в далекий мираж.

В темноте появились неясные очертания входа в отель. От него веяло какой-то странной изящностью, подпорченной неровными перекладинами и недостроенными этажами. И снова меня поразила жуткая тишина, когда мы прошли мимо разбитых дверей вестибюля и осторожно вступили в темноту мертвого отеля.

Сначала я обратила внимание на жару. Потом – на запах. Воздух был горячим и затхлым. В отеле пахло мочой, потом, рвотой и прочими омерзительными вещами, свойственными людям. Я поморщилась и подошла ближе к Гаррету, который, разумеется, был сама невозмутимость. Чертово армейское хладнокровие. Райли включил маленький фонарик, сморщил нос и повернулся к нам.

– Держитесь рядом, – он хоть и говорил тихо, но его слова эхом отразились в пустом вестибюле. – Похоже, здесь все-таки есть люди.

– Ты считаешь?

В темноте послышалось шарканье. Райли поднял фонарик и направил тонкий луч света на тонкую, почти скелетообразную фигуру. Женщина, рубашка которой почти спадала с костлявых плеч, обратила на нас свои ослепленные стеклянные глаза и неуклюже отправилась прочь. По моей коже пробежали мурашки. Я скрестила руки на груди, чтобы скрыть страх.

– Прекрасно, – прошептала я, когда стало тихо. – Мы оказались в фильме про зомби. Клянусь, если я увижу ходячего мертвеца, мне плевать, кто там будет, каждый из них получит по огненному шару в лоб.

Райли усмехнулся, как будто не смог сдержаться, и двинулся дальше, освещая светом фонарика пустынный холл.

– Постарайся не спалить отель, Искорка, – предупредил он, освещая покрытую несколькими слоями пыли и паутины стойку регистрации. – Это место – спичечный коробок. Одна искра – и все тут взлетит на воздух, – по комнате стрелой промчалось что-то маленькое и пушистое, и исчезло в трещине в стене. Райли покачал головой. – Вообще-то, это может быть и не плохо, но, если заброшенный отель, на постройку которого была потрачена куча денег, неожиданно станет горсткой пепла, «Коготь» и Орден сразу же поймут, где именно мы находимся. Так что давай обойдемся без огненных шаров.

– Ну, ладно, – прошептала я, и мы осмелились пойти дальше, стараясь держаться скрывающейся в темноте стены. – Ничего страшного. Если на нас нападут зомби, мне будет необязательно бежать со всех ног, достаточно будет просто двигаться быстрее тебя.

Гаррет внезапно остановился и мертвой хваткой сжал мою руку. Райли тоже застыл на месте. Я посмотрела, куда был направлен луч фонарика Райли, и обомлела.

Возможно, если бы строительство отеля довели до конца, здесь бы был вход в казино. Комната, представшая перед нами, была просто огромной. Единственным источником света здесь были лампочки, без люстр. Я видела покрытые коврами коридоры, где стояли бы игровые автоматы, и длинные ряды столов для блек-джека. Здесь было просторно, температура тут была еще выше, чем в вестибюле, а от царившего в помещении запаха я чуть не потеряла сознание. Не представляю, как здесь вообще можно находиться. Но, похоже, оборванные, неопрятные люди, сбившиеся в небольшие кучки по разным углам комнаты, не обращали на запах никакого внимания.

На потрепанном матрасе недалеко от нас кое-как уместилось три чеговека. Они с хихиканьем передавали друг другу какой-то маленький блестящий предмет. Луч фонаря скользнул по их бледным расслабленным лицам и вытаращенным глазам. Еще один человек сидел на старом диване между двумя девушками. Девушки окинули нас безучастными и вялыми взглядами, но мужчина поднял голову, стал суровым и быстро поднялся с дивана.

– Ребята, это частная вечеринка, – сказал он с угрожающей улыбкой. Высокий и тощий, он был одет в рваные джинсы, которые едва держались на его бедрах, и, даже несмотря на царившую здесь жару, в мерзкое красное худи. Он жадно взирал на нас своими выпученными глазами. – Кажется, вы заблудились. Плохо дело, да?

Райли скрестил руки.

– То есть это не Palazzo? – спросил он. – Ой, как глупо. Особенно если учесть, что я всю наличку спустил на игровые автоматы, – тут в его голосе появились угрожающие нотки. – Не можем ли мы прекратить обмен любезностями и перейти к той части, где мы просто дальше пойдем своей дорогой и нас никто не тронет?

Человек щелкнул пальцами, и трое парней, таких же тощих, как и он, поднялись с дивана и встали по бокам от него. Неожиданно в его грязных пальцах сверкнуло лезвие ножа, и я остолбенела.

– Гони кошелек, – приказал торчок. Гаррет напрягся, как пружина, и встал передо мной. – И телефон. И наличку, все, что есть. Положи на землю и отходи назад. И они тоже. Украшения, кошельки – все. Оставьте все, что у вас есть, на полу – и можете уходить. Мы вас не тронем.

Райли вздохнул. Он поднял руки, как будто обдумывал это предложение, а потом отступил назад и остановился рядом с Гарретом.

– Сколько? – еле слышно пробормотал он.

Я в замешательстве нахмурилась, но оказалось, он обращается не ко мне.

– Трое здесь, еще двое у стены за нами, – так же тихо ответил Гаррет.

– Вооружены?

– Нет.

– Хорошо. Займись ими. Искорка, будь начеку.

– Эй, – главарь торчков вышел вперед и поднял нож. – Ты что, оглох? Гони сюда свои побрякушки, а то я вырежу их вместе с твоими конечностями.

– Я же тебе сказал, у меня ничего нет, – сказал Райли, поднимая руки. – Мы приехали сюда на выходные и все проиграли. Уверен, что ты слышал много подобных историй.

– Тогда телефоны, – человек повернулся и махнул ножом на Гаррета. – Гоните телефоны.

– Извини, – Гаррет пожал плечами. – Свой я выбросил в бассейн.

Взгляд торчка метнулся в мою сторону.

– Я забыла свой в такси, – усмехнулась я.

– Вот незадача, – добавил Райли.

– Не беси меня, чувак! – торчок сделал шаг вперед и направил нож в лицо Райли. – Хочешь, чтобы я тебе пузо вспорол? Будешь тут визжать как поросенок. Это?..

Гаррет резко выбросил руку вперед, схватил руку с ножом и свернул ее в сторону. Парень завопил от неожиданности и боли. Его крик оборвал удар в висок, и он рухнул на землю как мешок камней. Прежде чем остальные поняли, что вообще происходит, Райли ударил кулаком в челюсть одного из стоящих рядом с ним людей и вывернул его голову набок. Парень отступил, упал на диван между девушками и застыл.

Краем глаза я заметила движение и, повернувшись, увидела, что один из торчков пытается схватить меня сзади. Я увернулась и пнула его в колено. Парень упал на пол. Гаррет блокировал удар второго и сделал хук правой. Тот упал на бок. В драку вступил третий. Он беспорядочно размахивал металлическим прутом. Мое сердце от страха ушло в пятки, но Гаррет увернулся от первого взмаха и уступил дорогу Райли, который метко ударил его кулаком в челюсть. Торчок повернулся к Гаррету. Тот схватил его за запястье, вырвал у него из руки прут и сбил его с ног. Человек упал на землю, а Гаррет передал прут Райли. Тот ударил им торчка в висок, тот врезался в колонну и упал.

Я ухмыльнулась, глядя на бессознательную командную работу, а в это время кто-то схватил меня и вывернул мне руки за спину. Еще один парень попытался утащить меня в сторону, но я зарычала и рванула головой назад. Его нос хрустнул под ударом моего затылка. Он вскрикнул и выпустил меня. Но он все равно задел мою щеку. От боли глаза застлала пелена, мой дракон встрепенулся с яростным рыком. Человек снова замахнулся, но я подняла ногу и изо всей силы пнула его между ног.

Его глаза выпучились, он пошатнулся, хватая ртом воздух. На всякий случай я пнула его еще раз, а потом оттолкнула. Он со стоном грохнулся на пол, поджав колени к груди, и уже не смог подняться.

Я скривила губу, а потом повернулась к Райли и Гаррету. Они стояли спина к спине, окруженные скрючившимися от боли торчками. Райли с самым непринужденным видом опустил прут и с ухмылкой оглядел присутствующих в комнате. За его спиной Гаррет стоял в боевой стойке, прикрывая его со спины, осматривая комнату на предмет новых угроз.

– Еще есть желающие? – спокойно спросил он.

Желающих не было. Торчки поднялись с пола и, шатаясь, пошли прочь, оставшихся людей внезапно заинтересовало что-то другое. Райли фыркнул, отбросил прут и посмотрел на меня.

– Эй, Искорка, – сказал он, когда я приблизилась к ним. – Извини, что не мог помочь. Ты в порядке?

Я пожала плечами.

– За меня не волнуйся. Лучше побеспокойся за того, кто попытался меня ударить.

Гаррет отошел от Райли и слабо мне улыбнулся.

– Я смотрю, ты пнула его по своей излюбленной мишени, – сказал он.

– Дважды.

Райли ухмыльнулся, а потом перевел взгляд на Гаррета. Тот холодно посмотрел на него в ответ. Райли ухмыльнулся.

– Видишь, орденец? Нам не нужно оружие. Вообще-то, ты прекрасно можешь обезвреживать людей и без него.

– Я это припомню, – сухо сказал Гаррет, – когда в следующий раз мы столкнемся с дюжиной солдат с винтовками.

Райли покачал головой.

– Надеюсь, это случится не сегодня, – пробормотал он и отвернулся, еще раз осмотрев комнату. – Итак, теперь нам нужно найти здесь двух испуганных беглецов.

Нас прервал неуверенный звук шагов. Я подняла глаза и увидела, как из тени в нашу сторону, шатаясь, вышла похожая на зомби фигура.

Райли

Из тени на свет вышел человек. Сутулый и тощий, он смотрел на нас, как побитая собака, которая не знала, пнут ее или бросят ей кость. Когда он приблизился, я понял, что это женщина. Как говорили люди, она даже могла быть красивой, безумно красивой. Но сейчас ее светлые волосы висели грязными сосульками, цвет лица был тусклым и безжизненным, а поблекшие голубые глаза запали. Больше всего она напоминала костлявую куклу. Она прошла вперед и остановилась вне пределов досягаемости. Ее пустое выражение лица и отрешенный взгляд заставили моего дракона настороженно встрепенуться.

– Ангелы, – прошептала она.

Я нахмурился. После драки бурлил адреналин, я был раздражен и беспокоен. У меня не было настроения смотреть этот цирк.

– Что?

– Ангелы, – снова пробормотала она, и я увидел, что у нее осталось всего несколько зубов. – Те, что вам нужны. Те, кого вы ищете. Красивые, – она подняла слабую руку и повела ей назад. Она показывала в сторону двери у дальней стены, ее было почти не видно в тени. Кажется, это был проход на лестницу. – Под небом, – прошептала она, словно в изумлении. – Ангелы. Они должны быть под небом.

– Наверху? – спросила Эмбер, но женщина уже повернулась и зашаркала обратно в темноту, что-то бормоча себе под нос. Я слушал, как затихают ее шаги, слышал, как она тихо бормочет себе под нос, пока все звуки не растворились в темноте.

– Безумные люди, – пробормотал я. Поначалу мне даже показалось, что полусумасшедшая женщина мне привиделась. – Ну, теперь мы хотя бы знаем, куда идти.

Болезненные, истощенные люди безучастно смотрели, как мы пересекаем комнату, хихикая и тихо переговариваясь между собой. Никто не пытался остановить нас или запугать, только какой-то старик ухмыльнулся и отпустил сальный комментарий в сторону Эмбер. Девушка в ярости повернулась к нему, но солдат помешал ей осуществить задуманное, перехватив ее в прыжке. Скорее всего, она намеревалась пнуть старого пердуна между ног. Я фыркнул от смеха, почти жалея, что он остановил ее, но между тем мы уже пересекли комнату, и я толкнул дверь.

Нас обдало горячим затхлым воздухом. Вверх, в темноту, уходила ржавая лестница.

– Как думаешь, долго придется подниматься? – спросила Эмбер, когда мы вошли в пролет и встали у подножия лестницы. Здесь было даже жарче, чем в казино. Мои волосы прилипли к шее, и, хотя жара меня особо не беспокоила, я чувствовал, как по спине стекают капельки пота.

– До самого конца, – ответил я, направляя фонарик вверх на лестницу. – Насколько это возможно.

И мы начали подниматься. Вверх на несколько пролетов по жаре и духоте. Эмбер и солдат шли за мной по пятам. На лестнице больше никого не было, мы слышали эхо наших собственных шагов. Я понял, что торчки не подходили к лестнице из-за жары и кромешной темноты, хотя тут все равно воняло мусором, мочой, и не только.

А потом неожиданно стало понятно, что дальше идти некуда. Лестница закончилась еще одной металлической дверью. Я толкнул ее, она со скрипом открылась, и я осветил комнату фонариком.

Мы поднялись на самый последний этаж. За дверью были недостроенные стены и гниющие деревянные рамы, лабиринт из металла и железа. Мы осторожно вошли внутрь, не обращая внимания на оборванную полиэтиленовую пленку, дрожащую на горячем ветру. Она висела здесь повсюду. Мне стало легче дышать просто потому, что здесь не было мерзких человеческих запахов и безумия. Если бы я был на месте беглецов, я бы спрятался именно здесь.

– Что мы ищем? – спросил орденец, когда мы начали продвигаться по этажу.

Деревянный пол скрипел у нас под ногами. Я мягко ступал по балкам и ржавым металлическим гайкам. Надеюсь, доски не провалятся под нашим весом, все-таки они здорово прогнили.

– Двух детей, – ответил я ему. – Детенышей. Возможно, даже младше вас, – я отбросил целлофановую пленку и пригнулся под низко висящей балкой, освещая фонариком темные углы. – Если вы найдете кого-то из них, дайте мне с ними поговорить. Они наверняка испугаются незнакомцев, будут опасаться всех, кто может быть связан с «Когтем». Я не хочу, чтобы они убежали, прежде чем я…

Из-за угла что-то метнулось в мою сторону и замахнулось металлической трубой.

– Стой! – я увернулся от удара в голову и мягко отклонился назад, пригнувшись под балкой. Труба с глухим стуком ударилась в дерево, подняв столб пыли. – Погоди секунду, – сказал я, когда нападавший бросился за мной под балку, сжимая трубу, как бейсбольную биту. Он снова попытался нанести удар, и я снова увернулся. – Расслабься. Я тебя не обижу. Выслушай меня.

Эмбер и Гаррет бросились вперед, но я посмотрел на них и прищурился.

– Стойте там! – приказал я. К счастью, они застыли на месте. – Не шевелитесь, – настоял я, вытягивая руку.

«Давайте все уже успокоимся, черт возьми», – говорил этот жест.

– Расслабьтесь.

Оказалось, это была грациозная девушка. Она мертвой хваткой вцепилась в трубу, испуганно глядя на нас. Ее изящество было заметно, даже несмотря на то что она была очень грязной. У нее были огромные голубые глаза, а ее серебристые волосы доходили до середины спины. Одета она была в потрепанную футболку и мешковатые джинсы. Похоже, несколько дней она спала прямо в этой одежде.

И она определенно детеныш, подросток в человеческой форме. Немного старше, чем я ожидал, с огромными глазами, только-только окончившая обучение. Но все же детеныш. Узел в моей груди немного ослаб, и я выдохнул от облегчения. Мы нашли ее прежде, чем это сделал Орден. Только это имело значение.

Девушка запыхалась и отступила назад, но не выпустила свое оружие из рук.

– Кто вы? – спросила она. – Что вам нужно? – ее голос дрожал от страха, но она говорила тихо и четко, неприветливо. Она снова подняла трубу и злобно посмотрела на нас. – Клянусь, вы не заставите меня вернуться туда.

– Спокойно, – дружелюбно сказал я, вытягивая руку. Я медленно приближался к ней. – Спокойно. Ты в безопасности. Мы не из «Когтя».

Она с опаской посмотрела на меня, но было заметно, что она расслабилась и немного опустила свое оружие.

– Если вы не из «Когтя», тогда кто вы? – спросила девушка. – Как вы узнали об этом месте?

– Меня зовут Кобальт, – я без колебаний использовал свое настоящее имя. Многим было известно, кто такой Кобальт и что он сделал. И даже если она этого не знала, Кобальт – имя дракона, слабое напоминание о том, что мы с ней одной крови. – Я ищу таких, как ты, тех, кто хочет уйти. Я могу помочь, – продолжил я, подходя к ней. – Я отведу тебя в безопасное место, туда, где «Коготь» тебя не найдет. Но ты должна доверять мне.

На этот раз оружие быстро опустилось. Девушка обратила на меня ошеломленный взгляд своих огромных глаз.

– Ты Кобальт, – прошептала она, и напряжение сменилось облегчением. Труба выскользнула из ее пальцев и покатилась по полу, но она даже не обратила на это внимания. – Это ты. Это действительно ты, – прошептала она, хватаясь за балку, пытаясь взять себя в руки. – Мы слышали, что ты можешь быть в городе, но не могли с тобой связаться.

Я удивленно посмотрел на нее.

– Ты искала меня?

Она кивнула и сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с силами.

– Прости меня за это. Меня зовут Ава. Мы с подругой сбежали из организации примерно две недели назад. До нас дошли сплетни, что ты можешь быть в Лас-Вегасе, и мы слышали, что ты помогаешь тем, кто сбежал из организации, так что мы приехали сюда, чтобы найти тебя. Нам пришлось спрятаться, как только мы приехали в город. Орден…

Я кивнул.

– Ты сказала, что ты с подругой. Она еще жива?

Ава кивнула.

– Да, она здесь. Сейчас, – она прошла несколько шагов и заглянула за стену. – Все в порядке, – крикнула она в темноту. – Можешь выходить. Они не из «Когтя», – с ее губ сорвался короткий смешок, как будто она не верила собственным словам. – Это сам Кобальт, представляешь, как нам повезло.

– Кобальт?

Из-за угла выглянул второй детеныш. Девочка застенчиво вышла к нам. Она была ниже Авы на полметра и на вид даже младше Эмбер. У нее была бледная, почти фарфоровая кожа. На ее плечи и спину падала копна черных, как смоль, волос. В огромных глазах читалась смесь любопытства и страха.

– Это Фейт, – представила девочку Ава. Фейт моргнула и подошла к ней. Ава обняла ее и продолжила говорить со мной. – Она обнаружила, что «Коготь» собирался отправить ее в «инкубатор», потому что она не подходила для зачисления в отряд «Хамелеонов». Это случилось прямо перед тем, как она завершила ассимиляцию.

Я сжал зубы, чтобы не показывать, насколько меня разозлили ее слова. «Инкубатором» в «Когте» называли место, куда отправляли девочек-драконов. Там из них делали куриц-наседок, и они до конца своих дней откладывали яйца. Конечно же, в «Когте» девочек старались отправлять в инкубатор в юном возрасте, потому что этот процесс, как и все остальное в жизни дракона, занимал много времени. После того как самку оплодотворяли, почти два года уходило на то, чтобы отложить яйцо, и еще год нужен был, чтобы из него вылупился детеныш. Когда я еще был в «Когте», по организации ходили слухи, что количество яиц, из которых вылупляются детеныши, ничтожно мало. Проклевывалось лишь одно из трех яиц, и никто не мог понять, в чем причина. Так же никто не знал, что потом делают с «пустыми» яйцами. Я не был в курсе всей истории, как и не знал, куда исчезали яйца, но одной из моих целей было найти инкубатор, освободить всех девочек-драконов и сровнять это место с землей.

«Позже, – сказал я себе, когда от ярости в моих легких появился дым. – Когда-нибудь ты сможешь спасти их всех. Но не сегодня. Не отвлекайся».

– Как вы обо мне узнали? – спросил я.

– О тебе знают все, кто состоит в организации, – сказала Ава. – Руководство пытается это скрыть, но все слышали о драконе-отступнике, который помогает тем, кто хочет покинуть организацию. Нужно просто его найти – или надеяться, что он найдет тебя, – прежде чем это сделают гадюки.

Эмбер моргнула.

– Ой, вы только посмотрите, – ухмыльнулась она. – Ты известен. Или, точнее, печально известен. Робин Гуд в реальном мире.

Я подавил желание приложить руку к лицу. Моя маленькая дерзкая Искорка считает, что это отличная новость, но мне бы очень не хотелось, чтобы «Коготь» уделял мне столько внимания. Если обо мне говорят, значит, обо мне думают. Это плохо. Я всегда старался не отсвечивать, особенно после того, как вытаскивал из организации очередного детеныша. Мы продержались так долго, потому что я всегда умел вовремя скрыться из виду, бесследно исчезнуть в пустоте. Я ненавидел организацию и хотел бы увидеть ее падение, но понимал, что моя крошечная, плохо организованная сеть не выдержит открытого противостояния с такой мощной машиной, как «Коготь». Сейчас я в лучшем случае был раздражающим фактором. И мне бы не хотелось, чтобы организация бросала против меня и моей сети все свои силы. Если это произойдет, нам не выжить.

Глаза Фейт бегали по моим спутникам.

– Кто они? – прошептала она.

– Я Эмбер, – она сделала шаг вперед, прежде чем я успел что-то ей сказать. – Я тоже ушла из организации. Вы можете доверять Райли… Кобальту. Он знает, что делает. Он спрячет вас от них.

Фейт моргнула.

– А он? – спросила она, глядя на солдата, стоявшего чуть позади. – Он не дракон. Почему он здесь?

Эмбер заколебалась.

– Ему можно доверять. Он тоже хочет помочь, – торопливо вмешался я. При этих словах я чуть не поперхнулся, но сейчас доверие детенышей было важнее правды. Нельзя, чтобы они узнали, кто он на самом деле, это приведет их в ужас. Солдат и бровью не повел, услышав такую неприкрытую ложь. А Фейт наконец успокоилась.

Я повернулся к Аве.

– Вы готовы? – спросил я.

До рассвета оставалось совсем немного времени, а здесь мы были как на ладони. Мне это не нравилось. Как только мы выйдем из отеля, я решу, что мы будем делать дальше. – Вам придется какое-то время побыть с нами. Потом мы уедем из города, и я найду для вас безопасное место.

Она устало кивнула.

– Да. Все лучше, чем здесь. Нам было так страшно, что до нас доберутся «Коготь» или Орден.

– С этим не поспоришь.

В моем кармане завибрировал телефон. Я подпрыгнул и еле слышно выругался. Сейчас мне мог позвонить только один человек. И только по одной причине.

«Нет. Только не сейчас».

Чувствуя, как меня охватывает ужас, я вытащил телефон и взял трубку.

– Уэс, только не говори мне, что это то, о чем я думаю…

Он перебил меня. Я слушал его отчаянное шипение, потом положил трубку и повернулся к Эмбер и солдату.

– Они здесь.

Гаррет

– Орден?

Лицо отступника перекосило от ярости и презрения, как будто он считал, что появление моих бывших братьев связано только с моим присутствием.

– А ты как думаешь? – фыркнул он. – Конечно, это Орден. В последнее время они следуют за нами по пятам, куда бы мы ни отправились, – он убрал телефон в карман и запустил руки в волосы. – Черт возьми, они не могли появиться в другое время? И как, черт побери, им это удается?

Я прекрасно понимал, что веду себя как злопамятный юнец, но ничего не мог с собой поделать.

– А теперь нам нужно оружие?

– Орден? – темноволосая девчонка, Фейт, в ужасе шагнула назад. – Здесь Орден? – ее взгляд метнулся к лестничному пролету, как будто она боялась, что оттуда вот-вот выскочат вооруженные до зубов солдаты, а потом туда, где этаж резко обрывался и круто вел вниз. – Нужно лететь, – прошептала она, отходя от второй девушки к краю здания. – Если мы не полетим, нас убьют.

– Нет! – рявкнул Райли. – Мы не полетим. Мы не знаем, где находятся солдаты Ордена и какое оружие они взяли с собой. Может быть, прямо сейчас здание находится под наблюдением, а они только этого и ждут.

– Я рискну, – девочка остановилась, но было видно, что ей завладела паника. – Это же Орден! Мы должны лететь. Лучше лететь, чем умереть.

– Фейт, прекрати, – я не осмелился выйти вперед, потому что боялся, что она испугается и без раздумий спрыгнет с крыши. – Послушай. Именно этого они и добиваются. Это их тактический ход, они отправляют группы захвата, чтобы вынудить цели подняться в воздух. Это как охотиться на куропаток.

Она моргнула, ее глаза застлала пелена страха.

– Возможно, прямо сейчас за зданием ведет наблюдение отряд снайперов, – я повел рукой в сторону близлежащих построек, – и если ты полетишь, тебя снимут…

Я осекся: тишину разрушил рев лопастей пролетавшего над нами вертолета. Фейт вздрогнула и подняла голову, а Эмбер тем временем метнулась вперед, обхватила ее вокруг талии и потянула назад… Свет прожектора скользнул по полу как раз там, где они стояли секунду назад. Мы пригнулись и прижались к стенам, скрываясь в тени, а в это время черный вертолет без опознавательных знаков облетел вокруг здания и лениво убрался прочь.

Эмбер проводила вертолет взглядом. Ее глаза сверкали. Фейт всхлипнула и прижалась к ней.

– Ну, хорошо, они взяли снайперов. Что будем делать, Райли?

Райли находился рядом с Авой, прижавшись к земле. Он посмотрел на меня и выругался.

– Есть идеи? Нам срочно нужно разработать блестящий план спасения.

– Вернемся обратно в здание, – предложил я. – Это огромный отель. Скорее всего, патрулировать этажи отправили не один отряд. Они будут заходить с разных концов здания. Если нам удастся проскользнуть мимо групп захвата, у нас будет шанс выскользнуть из здания незамеченными.

– А если не получится?

– Тогда пойдем напролом.

Райли еще раз выругался.

– Ладно, – прорычал он. – Пошли. Мы сразу за тобой.

Над нами снова пролетел вертолет и, когда этаж снова осветил луч прожектора, мы затаили дыхание. Я дождался, пока он скроется за углом, а потом метнулся к входу в лестничный пролет. Остальные бежали следом за мной. Я на бегу распахнул дверь на лестничную площадку.

Мы быстро спустились по лестнице. Я шел впереди, Эмбер сразу за мной. За нами следовали Ава и Фейт, а Райли прикрывал тыл, замыкая цепочку. Каждый раз, когда мы пробегали мимо проходов на другие этажи, мои нервы напрягались до предела. Я мог только гадать: а вдруг вот сейчас дверь распахнется, на лестничную клетку выскочат солдаты и откроют огонь на поражение?

Внезапно на лестницу выпрыгнул человек. Он начал быстро подниматься наверх, и Фейт взвизгнула. Это был не солдат, а одетый в белую майку-безрукавку гражданский. Бейсболка на его голове сбилась набок. Он резко остановился и чуть не врезался в меня, а я еле сдержался, чтобы не двинуть ему в шею.

– Черт, чувак! – гражданский с дикими глазами побежал дальше и начал подниматься по ступенькам. – Давайте резче, идиоты! Здесь все кишмя кишит спецназовцами!

И он пролетел мимо Райли и рванул вверх по лестнице. Звуки его шагов исчезали в темоте.

Райли проводил его полным отвращения взглядом.

Эмбер сделала глубокий вдох и выдох.

– Они в здании, – выдохнула она, когда мы снова начали спускаться. – Гаррет, как думаешь где они?

Через два пролета под нами дверь распахнулась.

Я резко остановился и развернулся, увидев, как лестничную клетку осветили вспышки выстрелов.

– Назад! – приказал я, услышав тяжелые шаги солдат. Они начали подниматься по лестнице. – Все назад! Они здесь!

– Сюда! – Райли остановился у входа на двенадцатый этаж и распахнул дверь. – Отсидимся здесь. Все сюда, быстро!

Ава и Фейт нырнули за дверь, мы последовали за ними. Этаж казался темным пустым лабиринтом, многочисленные двери которого выводили в пустые комнаты.

Солдаты преследовали нас, и мы без колебаний бросились бежать. Едва мы успели повернуть за угол, дверь распахнулась, и наши преследователи помчались в лабиринт за нами. Я слышал, как они вызывают подкрепление и сообщают остальным наше местоположение, и понял, что через несколько минут на этаже будет вся ударная группа. Они перекроют все двери, выходы и лестницы, отрежут все возможные варианты отступления и будут ждать нас. В моем животе образовался холодный комок. Будет очень непросто выбраться из этой заварушки. Может быть, это вообще невозможно.

Мы бежали еще пару минут, и, когда стало ясно, что за нами нет погони, Райли нырнул за открытую дверь одной из комнат. Мы последовали за ним.

– Так, – выдохнул он, прислонившись к стене. – Нам нужен новый план. И нужен быстро. Орденец, есть предложения? Что они там делают?

– Прямо сейчас все отряды собираются на этом этаже, – ответил я, выглянув в коридор, чтобы удостовериться, что рядом никого нет. Мой мозг лихорадочно работал: я пытался придумать новый план и просчитать их следующие шаги. – Они попытаются перекрыть все выходы, – продолжил я, снова поворачиваясь к нему. – Но, если у нас получится найти другой лестничный пролет прежде, чем они доберутся сюда, мы можем проскользнуть мимо них и оказаться на другом этаже. Тогда у нас появится небольшая фора, потому что они будут искать нас здесь. Сложнее всего будет найти выход, который еще не успели перекрыть.

– Давай решать проблемы по мере их поступления, – устало пробормотал Райли и выпрямился. – Сначала нам нужно выбраться отсюда прежде, чем все остальные солдаты поднимутся на этаж. Есть идеи?

– На западной стороне здания находится еще один лестничный пролет, – ко всеобщему удивлению, это сказала Ава. Она стояла рядом с Фейт. Девушка была бледна, но спокойна перед лицом приближающейся смерти. – Я заметила его, когда мы только оказались здесь. Мы можем попытаться добраться до него прежде, чем это сделает Орден.

Из смежного зала до нас донесся грохот и грубый выкрик:

– Чисто!

Солдаты выбивали двери и скрупулезно проверяли каждую комнату, прежде чем продолжить преследование.

Райли поморщился.

– Значит, лестница, – прошептал он, кивком головы подзывая Аву к себе. – Вперед.

И мы рванули к концу коридора. На этот раз впереди были Райли и Ава, а я замыкал группу. Я не знал, услышали ли нас солдаты и бросились ли за нами в погоню, и не оглядывался, чтобы это проверить. Мы мчались по бетонным коридорам, пригибаясь под балками, и молили бога, чтобы проход за следующим поворотом не был перекрыт отрядом солдат.

Когда мы добежали до места, где пересекались два коридора, волосы у меня на затылке встали дыбом. В дальнем конце коридора появились четверо вооруженных солдат в масках. А мы двигались именно туда. Предупредив Райли об опасности, я схватил двух ближайших ко мне спутников – Эмбер и Фейт – и резко утащил их в другую секцию. И тут же в коридоре послышалась автоматная очередь.

Фейт закричала, прикрыв руками уши. Пули врезались в дерево и штукатурку. Я оттащил ее от края и поднял глаза. Ава и Райли стояли с другой стороны коридора смерти, нас разделял поток пуль. Солдаты приближались. Они синхронно стреляли короткими очередями и подходили все ближе к нашим позициям. Судя по звуку, они вот-вот доберутся до нас.

Я посмотрел на Райли, он махнул рукой.

– Разделяемся! – бешено вскрикнул он, перекрывая шум выстрелов. – Вытащи их отсюда, орденец! Встретимся в отеле! Давай!

Я кивнул и повернулся к девушкам.

– Идем.

Эмбер бросилась к Фейт, которая все еще стояла прижавшись к стене.

– Фейт, – Эмбер убрала ее руки от головы. – Нам нужно уходить.

– Нет! – Фейт подняла голову и бешено посмотрела по сторонам в поисках второго детеныша. – Где Ава? Мы не можем их бросить!

– Сейчас мы им ничем не поможем! – прорычала Эмбер и потянула девочку за собой. Звуки выстрелов становились все ближе, как и шаги отряда. – Она с Райли, с ней все будет в порядке. Сейчас нам нужно выбираться отсюда.

Фейт набрала воздуха в легкие, чтобы ответить, но Эмбер зарычала на нее со всей яростью огнедышащего дракона:

– Шевелись!

Фейт всхлипнула и в отчаянии прошла мимо меня по коридору. Я двинулся за ней, но Эмбер остановилась и бросила последний взгляд на Райли и Аву. Они уже бежали в противоположном направлении.

– Будь осторожен, Райли, – прошептала она, а потом бросилась вслед за мной и Фейт.

Мы повернули за угол как раз в тот момент, когда отряд дошел до развилки и пустил в нашу сторону поток пуль. И, что бы я ни думал об Эмбер и отступнике, выживание сейчас стояло на первом месте в списке приоритетов.

Райли

«Из этой передряги я могу не выбраться».

Я сердито отмахнулся от этой мысли и повел Аву через лабиринт коридоров. Позади слышались эхо выстрелов и голоса солдат. Нельзя так думать. Я находил выход и из худших ситуаций. Кроме того, на меня рассчитывает слишком много людей. Я не могу умереть сейчас.

– Райли, подожди, – сказала Ава, остановившись посреди коридора. Она быстро огляделась и мотнула головой в сторону открытого коридора. – Сюда, – сказала она и бросилась в комнату. Я нахмурился и последовал за ней. Что она задумала? Нельзя, чтобы нас заманили в ловушку.

– Что мы будем делать? – прошипел я, когда Ава бросилась к балкону. – Нам нельзя лететь. Там снайперы.

– Мы не полетим, – Ава распахнула стеклянные двери, вышла на балкон и обернулась. – Я знаю, что делаю, – сказала она в ответ на мой подозрительный взгляд. – Поверь мне, Кобальт.

Из коридора послышались крики. У меня по коже побежали мурашки.

– Похоже, у меня нет выбора, – прорычал я и пошел на балкон вслед за ней. Она не прыгнула вниз, а перемахнула через перила. У меня перехватило дыхание. Долю секунды девушка свисала с перил, а потом раскачалась и отпустила руки. Мое сердце пропустило удар, но, перегнувшись через перила, я увидел, что она грациозно приземлилась на балконе прямо под нами.

Она выпрямилась и посмотрела на меня. Я понял, что снова могу дышать.

– Скорее! – крикнула она. Стекло за моей спиной разбилось. Пули отскакивали от перил. Я перегнулся, раскачался и отпустил руки.

Я упал на бетон и перекатился, уменьшая силу удара. И все же мои зубы клацнули друг о друга, а руку пронзило острой болью. Ава помогла мне подняться и оттащила от перил в ту самую секунду, когда солдаты перекинули свои автоматы через перила и пустили по нам очередь. Мы выбежали из комнаты и оказались в еще одном темном коридоре. Но, по крайней мере, здесь не было солдат.

Я прислонился к стене, чтобы восстановить дыхание. Ава последовала моему примеру. Я посмотрел на ее тощее тело и спокойное юное лицо.

– И сколько раз ты уже это делала? – спросил я.

Она пожала плечами, отбросив за спину копну длинных светлых волос.

– Меня этому учили, – сказала она. Интересно, кем она должна была стать, прежде чем сбежала из организации? Василиски, ящеры и гадюки – оперативники, они проходили специальную военную подготовку. – В этом месяце я должна была сдавать последние экзамены, – сказала Ава. Она смотрела в стену, взгляд ее стал туманным от воспоминаний. – Но я понимала, что не могу сделать того, чего они от меня хотят, – внезапно на ее лице появилось отвращение. – И мне было все сложнее это скрывать. Я давно планировала свой побег с тех самых пор, как узнала о тебе.

Она посмотрела на меня, но быстро отвела взгляд.

– Обычно я куда более собранна, – сказала она, смущенно пожав плечами. – Я хотела сбежать после экзаменов, но потом узнала о Фейт и… Все произошло быстрее, чем я думала, – она вздохнула и зажмурилась. – Надеюсь, с ней все хорошо, – прошептала она. – Я обещала, что буду защищать ее.

Я сжал ее руку.

– С ней все будет в порядке, – сказал я, позволяя себе ухмыльнуться. – Ты не знаешь Эмбер. Она спалит здание дотла, но не позволит причинить ей боль. А солдат… Он мерзавец, но хорошо знает свое дело. Поверь, с ней все будет хорошо.

Ава обратила на меня мрачный взгляд голубых глаз.

– Ты в них веришь, – сказала она. – А я уже давно привыкла рассчитывать только на себя.

– Надеюсь, скоро это изменится, – я отошел от стены. – Но сейчас нам нужно позаботиться о себе. Идем, нужно выбираться отсюда.

Мы шли по пустым коридорам, прислушиваясь, на случай, если кто-то идет или говорит. Мы добрались до лифта. Когда я попытался раздвинуть тугие металлические двери, Ава нахмурилась.

– Что ты делаешь?

– Мы не пойдем по лестнице, – прокряхтел я, пытаясь победить тугие двери. Они проржавели от того, что ими никто не пользовался. – Скорее всего, все они уже перекрыты солдатами Ордена, и они сейчас поднимаются наверх. Я больше не хочу сталкиваться с солдатами на лестнице, так что мы пойдем другим путем, – она смотрела, как я упираюсь в двери плечом. – У тебя же нет клаустрофобии?

Где-то на этаже о стену ударилась дверь. Кровь застыла у меня в жилах. Клаустрофобия или нет, времени у нас осталось мало. Я зарычал и изо всех сил налег на двери лифта, помогая себе плечом. Они немножко скрипнули и раскрылись на несколько сантиметров. Из отверстия вырвался горячий затхлый воздух. Длинная черная шахта уходила в темноту. Я прикинул расстояние от края до служебной лестницы на стене, а потом оглянулся на Аву.

– После вас.

На стене появились лучи фонариков, в коридоре послышались тяжелые шаги. Ава без колебаний залезла в шахту и грациозно ухватилась за поручни лестницы. Я последовал за ней, сжав зубы, когда лестница задрожала под моим весом. Если она сломается, мы окажемся в большой беде. Если мы упадем, мы погибнем, как и если солдаты решат пустить в шахту автоматную очередь.

«Будем надеяться, что удача не покинула меня».

И мы вместе спустились в кромешную тьму.

Эмбер

Когда мы еще раз свернули за угол, за нами раздался звук автоматной очереди. Фейт закричала.

– Гаррет! – выдохнула я, увидев впереди свет фонарей. Солдат резко остановился посреди коридора. Я замерла за ним. От грубых голосов, отдаленное эхо которых доносилось до нас со всех сторон, у меня мороз прошел по коже. – Они окружили этаж, – прошептала я. – Мы в ловушке.

Гаррет внимательно осмотрел этаж и заметил в конце коридора две открытые двери.

– Сюда, – приказал он. Двери вели в огромную комнату, похожую на конференц-зал. Она тоже была недостроена: везде стояли строительные леса, с потолка свисали огромные железные балки. Казалось, что в зале сплетена паутина из железа и стали. Здесь было очень темно, в воздухе витали тяжелые ароматы пыли и плесени.

Гаррет завел нас в клетку строительных лесов и железных балок.

– Фейт, – мягко сказал он, привлекая внимание девочки. – Посмотри на меня.

Глаза Фейт были похожи на огромные блюдца. Девочка испуганно посмотрела на него, по ее грязным щекам пробежали белые дорожки слез.

– Послушай, – сказал Гаррет. – Я хочу, чтобы ты забралась на леса, хорошо спряталась и не высовывалась. Сиди тихо вне зависимости от того, что будет происходить внизу. Справишься?

Она посмотрела на него.

– Что… Что вы собираетесь делать? – прошептала она. Она переводила взгляд то на меня, то на него и ее глаза были полны ужаса. – Вы же не бросите меня здесь?

Он покачал головой.

– Мы тебя не бросим, – сказал он так тихо, что у меня по коже пробежали мурашки. – Но тебе нужно ненадолго спрятаться. Если я буду следить за тобой, у меня не получится сделать то, что я задумал.

Она смущенно моргнула, но он ничего не стал объяснять.

– Забирайся, – сказал он ласково, кивнув в сторону строительных лесов. – Если случится самое ужасное, тогда подожди, пока они уйдут, а потом уходи оттуда любым доступным тебе способом. Давай.

Фейт всхлипнула, отвернулась и взобралась по лестнице. Спустя несколько минут она уже скрылась из виду.

Снаружи послышались голоса. Сквозь дверной проем стали видны лучи фонарей. Солдаты все ближе подбирались к комнате. Гаррет взял меня за руку и утянул в тень.

Я подошла ближе к нему, положила ладони ему на грудь и почувствовала, как колотится его сердце.

– Какой план? – спросила я и сама поразилась тому, как спокойно я это сказала.

Он сделал глубокий вдох. Тихо.

– В комнате будет два отряда, – пробормотал он, глядя на приближающиеся лучи фонариков. – Возможно, больше, если они вызовут подкрепление. Как минимум шесть солдат с автоматами, пистолетами и свето-шумовыми гранатами. Стандартное вооружение подобных групп.

Он говорил спокойно и невозмутимо просчитывал наши шансы на выживание.

– Мы должны разделиться, – мрачно сказал он. – Я подберусь поближе к ним, у меня получится вывести из строя одного или двоих из них. Когда они среагируют, ты зайдешь к остальным со спины. Попытайся застать их врасплох. Если нас заметят, все кончено.

Я задрожала и закрыла глаза.

– Хорошо, – пробормотала я, сжимая его футболку. – Без проблем. Все почти как во время тренировки со страшной наставницей-гадюкой.

«Только солдаты здесь настоящие и оружие тоже. В этот раз, Эмбер, в тебя будут стрелять не шариками для пейнтбола».

Гаррет посмотрел на меня, и впервые на его лице мелькнула тень страха. Я поняла, что он боится не за себя.

За меня.

– Эмбер…

– Только попробуй приказать мне забраться на леса и спрятаться, Гаррет, – предупредила я, прищурившись. – Райли бы тоже так сделал, поэтому я отвечу тебе так же, как ответила бы ему. Я не позволю тебе сражаться с ними в одиночку.

– Я знаю. Я хотел сказать… Я и не собирался просить тебя об этом, – он схватил меня за руки. – Но… Будь осторожна, Эмбер. Они будут искать дракона, потому что знают, как опасен может быть дракон, которого загнали в угол. Помни, их готовили к подобной ситуации, нас всех к этому готовили. Делай то, что должна… – он коснулся ладонью моей щеки. – Просто останься в живых, – прошептал он.

Я сглотнула комок в горле.

– И ты.

В дверном проеме появились люди. Мы застыли. В комнату зашли шесть человек. Они разошлись по периметру и начали осторожно продвигаться в глубь комнаты, направляя оружие в узкие арки и освещая подствольными фонарями автоматов темноту.

Гаррет отступил назад. Его взгляд был тяжелым, лицо оставалось безучастным, как маска. Солдат скрылся в тени и пропал из виду. Я пригнулась за лесами, а потом опустилась на пол, когда свет фонаря осветил противоположную стену. Мое сердце бешено колотилось.

Итак, как же мне это провернуть? Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и осмотрела комнату. Несмотря на то что она была очень просторной, здесь находилось довольно много хлама и узких уголков, в которых можно спрятаться. Там солдаты будут занимать невыгодную позицию, если я смогу подобраться ближе к ним. Вообще-то это очень похоже на тренировки Лилит. Тогда люди охотились за мной в битком набитом складе, а я пыталась понять, как их «убить». Конечно, я много раз «погибала», меня подстреливали шариками для пейнтбола, когда солдаты стали ожидать атак сверху.

«Сверху…»

Я согнулась, сняла с себя шорты, футболку и нижнее белье, оставила одежду под колонной. Я не чувствовала ни капли смущения и стыда: все это вытеснило желание остаться в живых. Кроме того, в темноте меня не видел никто, даже Гаррет. При других обстоятельствах возможность испортить одежду меня бы не волновала, но сейчас на мне не было моего костюма гадюки, а разгуливать голышом по улицам Лас-Вегаса, когда все это кончится, мне не хотелось.

Солдаты прошли уже половину комнаты. Свет их фонарей приближался по мере их продвижения в глубь комнаты. Я торопливо забралась на ближайшую колонну строительных лесов. Пальцами рук и ног я чувствовала холод железа, ржавчину и паутину. Добравшись до вершины, я бесшумно, стараясь не поднимать голову, поползла по деревянному настилу, пока не оказалась почти точно над двумя солдатами. Гаррета я не видела, но знала, что он поблизости, ожидает подходящего момента. Когда он начнет действовать, я буду готова.

Я затаила дыхание. Мышцы были напряжены до предела, все тело покалывало от энергии, которая выбрасывается перед превращением. И тут я задела ногой гвоздь, который валялся на одной из балок. Гвоздь упал и отскочил от цементного пола. С таким же успехом я могла бы в полной тишине ударить в гонг. Солдаты немедленно направили лучи фонарей к потолку. От страха у меня сердце ушло в пятки, и я прижалась щекой к лесам. Сейчас место, где я пряталась, было хорошо освещено.

– Вы это слышали?

– Ага, – луч фонарика скользил туда-сюда вдоль доски. Я прерывисто дышала, мысли проносились в моей голове. – Думаю, надо проверить…

В другом конце комнаты раздался приглушенный вскрик. Затем послышался звук удара, раздался выстрел. Свет погас. Солдаты резко развернулись туда, откуда доносился шум, а я вскочила на ноги.

«Пора», – подумала я и спрыгнула с лесов, чувствуя, как мое тело изменяется в полете. Я приземлилась на одного из солдат – уже в форме дракона – и вдавила его в бетон. С рыком повернувшись к другому, я плюнула в него огнем, как только он развернулся ко мне. Он отступил, объятый языками пламени, но, судя по всему, его броня была огнеупорна. Он поднял пистолет и начал стрелять. Я нырнула за колонну. Вокруг меня посыпались искры. Солдат попятился, выпустил в меня две короткие очереди и крикнул что-то своим сослуживцам. Свет его фонаря бешено метался взад-вперед. Его обмундирование все еще пылало, и солдат напоминал факел, горящий в темноте.

Из тени позади него вышел человек. Гаррет направил пистолет ему в спину. Мое сердце пропустило удар, но Гаррет демонстративно остановился, опустил оружие и выстрелил один раз, по ногам солдата. Человек пронзительно вскрикнул и упал, поднял оружие, но Гаррет уже метнулся вперед, ударил его по лицу рукоятью пистолета и вырвал автомат у него из рук. Солдат рухнул на бетонный пол.

У меня в ушах зазвенело от оглушительного рева автоматов. Остатки отряда начали окружать Гаррета. Он ушел в укрытие, не заметив меня в тени.

Зарычав, я бросилась вперед, налетела на одного из солдат со спины, сбила его с ног, сжала челюсти на его ступне и потащила его по полу. Он закричал и начал цепляться за бетонный пол. Его товарищи немедленно направили на меня винтовки.

Секунда – и Гаррет напал на солдат со спины. Одного он ударил пистолетом в висок, а когда еще один солдат повернулся к нему, выхватил оружие у него из рук. Солдат за моей спиной попытался перевернуться и выстрелить, но я прижала его к земле и ударила головой об пол. Он вздрогнул и обмяк, его оружие вмиг оказалось на полу. Я напряглась и подняла голову как раз в тот момент, когда второй солдат изо всех сил замахнулся и ударил Гаррета локтем в челюсть. Гаррет пошатнулся. Солдат немедленно ударил его по голове рукоятью винтовки, заставляя его упасть на колени, и поднял пистолет, чтобы сделать выстрел.

Я с ревом врезалась в него как раз в тот момент, когда он спустил курок. Солдат вскочил на ноги и направил пистолет на меня. Я плюнула огнем ему в лицо. Мужчина с криками поднял руки и сдернул с головы шлем и маску… И тут Гаррет поднялся на ноги и изо всех сил дал ему в челюсть.

Человек пошатнулся. Он упал на столб, уронил голову на грудь и обмяк. Наступила тишина. Стихло эхо криков и выстрелов. Все еще дрожа от ярости и выброса адреналина, я посмотрела на Гаррета. Мы действительно победили? Все кончено?

Он стоял, поддерживая свою руку, и смотрел на обмякшего солдата. На его лице мелькали одновременно облегчение и чувство вины. По его щеке стекала струйка крови. Мой живот сжался.

– У тебя кровь! – воскликнула я, перепрыгивая через тело одного из солдат. Мои когти клацали по полу, пока я мчалась к нему. – Ты в порядке?

Он кивнул.

– Просто царапина, – сказал он, морщась от боли и опуская руку при моем приближении. – Пустяки.

Он посмотрел на руку, сжал и разжал кулак.

– Хотя, кажется, я обжегся, когда ударил последнего солдата.

– Дай посмотрю, – сказала я, хватая его руку. Он напрягся. Я застыла, увидев свою чешуйчатую лапу и закрученные черные когти. Клыки, которыми я могла с легкостью прокусить его насквозь. Он поднял голову и посмотрел на меня. Я заметила в его стальных глазах свое отражение – над ним навис огромный рогатый ящер с когтями и расправленными крыльями. Долю секунды мы смотрели друг на друга, дракон и солдат, окруженный телами его бывших братьев.

Гаррет первый пришел в себя. Прежде чем я успела отпрянуть, он поднял руку и нежно вложил ее в мою. Мое сердце бешено заколотилось, и я осторожно сомкнула свои когти вокруг его запястья. Он не пошевелился, не вздрогнул и не напрягся, хотя на его коже предательски горел ожог. Я сглотнула.

– Извини.

– Бывало и похуже, – он выдержал мой взгляд. – Вообще-то, сложно сердиться на того, кто спас тебе жизнь.

– Гаррет? Эмбер?

Фейт появилась в поле зрения. Она дрожащими руками сжимала металлический прут.

– Стрельба… прекратилась, – прошептала она. Она была напряжена и готова к драке, как будто солдаты могли прийти в себя и броситься на нее. – Я не знала, живы вы или они… они… – ее голос задрожал, и она замолкла. Я выдохнула на нее облачко дыма.

– И ты решила пойти искать нас? Ты должна прятаться, пока…

Один из солдат, которого я вырубила до этого, внезапно выскочил из тени с пистолетом наперевес. Фейт взвизгнула, взмахнула прутом и ударила его прямо в лицо. Он снова упал на пол и больше не шевелился. Фейт поспешно подбежала к Гаррету.

– Он мертв? – пропищала она, пока я, пытаясь успокоиться, делала глубокий вдох и медленно выдыхала из легких воздух, а не всполох огня. Гаррет подошел к солдату, сел на корточки и перевернул его на спину. Его голова моталась, из носа и рта текла кровь. Я не могла сказать точно, дышит он или нет.

– Скоро здесь будут остальные, – пробормотал Гаррет, не глядя на тело. Он обыскал карманы солдата, проверяя, есть ли там оружие и боеприпасы, все, что угодно, что бы помогло нам выбраться отсюда. – Скорее. Эмбер… – он посмотрел на меня и прищурился. – Ты можешь вернуться в человеческую форму, прежде чем мы покинем отель?

Я отступила.

«Только не голышом».

– Дай мне пару секунд, – сказала я и поторопилась туда, где оставила свои вещи. Я приняла человеческую форму и постаралась как можно скорее натянуть на себя одежду. Когда я вернулась, Гаррет ждал меня с пистолетом в руке. Он надел на себя ремень одного из солдат. Фейт вертелась рядом с ним, она следила за каждым его движением с сияющими глазами. Похоже, она перестала бояться бывшего орденца. Я чуть не фыркнула от отвращения.

Когда я подошла к ним, Гаррет бросил мне пистолет. Я с мрачной ухмылкой поймала его.

– Идем, – приказал он, и мы быстро покинули комнату, зная, что остальные солдаты все еще где-то там прочесывают здание. Мне подумалось, что мы больше не в безопасности, и я была права.

Повернув в последний коридор, мы увидели, что лестницу в конце коридора охраняют двое солдат. Они мгновенно открыли по нам огонь, и мы нырнули обратно за угол. Пули отскакивали от стен и пола. Один из солдат вызвал подкрепление, и я зарычала от разочарования. Мы были так близки к цели. Если у нас получится пройти мимо этих солдат, мы будем свободны как ветер.

Я подняла оружие и хотела было выстрелить, но Гаррет схватил мою руку.

– Подожди, – сказал он, подобрался к краю коридора и вытащил что-то из украденного у одного из солдат ремня. Он посмотрел на меня и Фейт и прищурился.

– Отвернитесь, – приказал он. – Закройте глаза и уши. Обе.

И он швырнул то, что было у него в руке, за угол, в направлении солдат.

Коридор сотрясся от оглушительного взрыва. Даже сквозь закрытые глаза я увидела ослепительную вспышку света, как будто взорвалась звезда. Стрельба прекратилась. Гаррет схватил меня на руку, поднял на ноги и резко крикнул:

– Бежим!

Мы рванули мимо оглушенных солдат, на полной скорости вылетели на лестничную клетку и бежали, пока не добрались до самой последней двери и вырвались в теплую ночь Вегаса.

Райли

Мы добрались до самого конца шахты. Наконец-то.

Я с облегчением услышал, как Ава ступила на твердую землю. Мне не терпелось скорее выйти из ограниченного пространства, где мы находились в полной темноте и смертельной опасности. Я спустился по последним ступенькам и спрыгнул с лестницы, а потом понял, что мы еще не на свободе.

Пол под моими ботинками слегка покачивался. Мы словно висели в нескольких сантиметрах от земли. Я включил фонарик и увидел, что мы стоим на металлической крыше лифта. Из центра кабины вверх уходили толстые кабели. В углу находилась небольшая крышка люка. Ава согнулась над ней, в полутьме ее волосы блестели таинственным серебристым светом.

– Застряла, – прошептала она.

Я положил фонарик на пол, опустился на колени рядом с ней и схватил ручку.

– На счет три, – пробормотал я, когда она обхватила своими тонкими холодными пальцами мою руку. Я крепче сжал ручку. – Раз… Два… Три!

Вместе мы потянули. Крышка люка поддалась не сразу, как и двери лифта, и открылась со ржавым скрипом, от которого у меня свело зубы. Я просунул голову в люк, подсветил себе фонариком и кивнул.

– Чисто.

Мы спустились в кабину лифта. Ава легко, как кошка, приземлилась на пол. Двери были приоткрыты, из них виднелся пустой коридор. Сейчас там было темно. Людей не было.

– Первый этаж, – прошептала Ава, глядя на номер на двери. В ее голосе слышалось облегчение. – Мы почти выбрались.

– Не совсем, – я вышел в коридор и подозрительно осмотрелся. – Двери совершенно точно будут под охраной, и неизвестно, сколько снайперов ведет за ними наблюдение. А еще периметр патрулирует вертолет. Это никак не облегчает нам задачу.

– То есть через двери нам выходить нельзя, – холодно и расчетливо произнесла Ава. – Тогда как будем выбираться?

– Очень просто, – я ухмыльнулся. – Вылезем через окно.

В другом коридоре послышалось эхо голосов. Мы напряглись. Секунду спустя звук шагов стал приближаться к нам. Я выключил фонарик, и мы побежали прочь.

Ава нырнула в кабинет и закрыла за собой дверь. Я же в это время метнулся к окну и осторожно выглянул на улицу. Пустынная зона стройки простиралась вдаль и исчезала в темноте, но за парковкой виднелись огни цивилизации, такие близкие и одновременно такие далекие. Вопрос был только в том, сможем ли мы перебежать через этот открытый участок и не получить при этом пулю в лоб?

– Кобальт! – Ава поспешила ко мне, голос ее стал похож на угрожающий рев. – Они идут.

«Черт. Время на исходе».

– Отойди, – сказал я и схватил с пола брошенный огнетушитель. Я поднял его над головой и разбил окно, стиснув зубы при ударе. После первого удара стекло пошло трещинами, после второго их стало еще больше, а после третьего оно наконец-то разбилось. Я еще несколько раз ударил по нему, расширяя проход, а потом бросил огнетушитель на пол и кивком головы позвал Аву.

– Иди!

Дверь за нами снесло ударом ноги. Ава разбежалась и грациозно выпрыгнула в окно, а потом выполнила кувырок, как акробатка, и вскочила на ноги. Я последовал за ней, вжав голову в плечи при прыжке и чувствуя, как острые края царапают мою кожаную куртку. По другую сторону окна я вскочил на ноги, и мы рванули через пустырь. Мы бежали в ночь под звуки выстрелов, но каким-то чудом нас не задело. Мы бежали, пока не добрались до тротуара. Мы перелезли через забор и бросились через улицу. В безопасность цивилизации и наконец-то подальше от Ордена.

«Черт, у нас получилось».

Когда мы добрались до угла здания, я обернулся, чтобы взглянуть на отель и убедиться, что за нами нет погони. Там, за фонарями и за забором, над отелем все еще кружил вертолет. Мои губы скривились во мрачной ухмылке.

«Все еще под счастливой звездой. Надеюсь, Эмбер и остальные смогли выбраться».

– Так, – пробормотал я, услышав шаги Авы за своей спиной. – Похоже, погони нет. Теперь нам надо ненадолго залечь на дно, понять, все ли в порядке с остальными. Если они не выйдут на связь через десять минут, ты поедешь в отель, а я вернусь за Эмбер и Фейт.

– Нет, Кобальт, – тихо и мрачно сказала Ава. – Я так не думаю.

Внезапно мою шею пронзила острая боль, как будто сбоку меня укусил шершень. Я встревожился и начал было поворачиваться, но земля пошатнулась, закачалась, и все погрузилось во тьму.

Кобальт

Двенадцать лет назад


Дверь тихо открылась, и в комнату зашла черная тень. Она бесшумно прокралась по ковру и достала длинный прямой нож. Острое лезвие блеснуло, когда она занесла его над кроватью. Тонкая рука в перчатке схватила угол стеганого одеяла, но, кто бы под ним ни лежал, он не пошевелился. Одним плавным движением тень отбросила одеяло и воткнула нож в того, кто лежал под ним.

Лезвие с глухим звуком вонзилось в подушку.

– Хорошая попытка.

Убийца развернулась и подняла нож. Я вышел из туалета, наставив на нее пистолет. Увидев оружие, она застыла на месте. Я грустно улыбнулся.

– Здравствуй, Стэлс, – тихо поприветствовал ее я. Я подошел к кровати с другой стороны, стараясь сохранять между нами дистанцию. Она проводила меня мрачным, безразличным взглядом. У меня комок застрял в горле. – Я знал, что в конце концов «Коготь» отправит кого-нибудь за мной, – сдержанно сказал я. – Жаль, что они послали тебя.

Гадюка не сводила с меня безучастного взгляда. Я остался на месте и внимательно следил за драконом. Отводить взгляда нельзя было даже не секунду, потому что именно столько времени понадобится гадюке, чтобы перепрыгнуть через кровать и вонзить нож мне в горло.

Стэлс моргнула. Похоже, ее совсем не беспокоило, что она находилась под прицелом. Она была стройной и грациозной. Чернильно-черный костюм гадюки обволакивал ее кожу, черные прямые волосы были собраны в хвост, а бледное лицо, казалось, сейчас поплывет в темноте комнаты как луна.

– Они собирались отправить Лилит, – тихо начала она, и от звука этого имени у меня по коже пробежали мурашки. – Но я убедила их дать это задание мне. Это меньшее, что я могла сделать… В память о старых временах.

– Да, – я вздохнул, ощущая боль в груди. – Понимаю, почему ты так считаешь. Когда-то ты спасла мне жизнь. Вполне логично, что ты и должна исправить эту ошибку.

Она слегка прищурилась, но больше никак не отреагировала.

– Как ты понял, что я иду?

Я фыркнул.

– Ты же меня знаешь, – сказал я, радуясь, что, несмотря на всю свою смертоносность, гадюки не обладали теми же навыками, что и я. Или у них не было паранойи, которая появляется, когда становишься василиском. С моим телефоном была синхронизирована скрытая камера. Она реагирует на любое движение снаружи. Я просыпался по ночам, когда по коридору в три часа ночи проходил очередной пьяница. Это раздражало, но сон был небольшой платой за то, что я был предупрежден о визите моей гостьи.

Стэлс не стала упорствовать. Она спокойно опустила руки, в одной из них все еще был кинжал.

– Агент Кобальт, вы собираетесь пристрелить меня?

– Только если придется.

Она сжала челюсти.

– Если нет, я вернусь за тобой. Ты ведь это понимаешь? Когда-то мы работали вместе, Кобальт, и я уважала тебя. Я все еще тебя уважаю, так что считай, что это было последним предупреждением. В следующий раз такого не будет.

Я устало кивнул.

– Я знаю.

Это был визит вежливости. Формальность между двумя агентами, которые когда-то сражались в одной команде. Как только я выйду из комнаты, эта вежливость перестанет существовать. В следующий раз, когда я увижу Стэлс, я умру.

Губы гадюки превратились в тонкую ниточку. Впервые я увидел на ее лице тень злости.

– Кобальт, почему ты так поступил? – яростно зашептала она. – Ты только что добился успеха в «Блэкскейеле». Ты уверенно шел наверх. Ходили сплетни, что глава «Василисков» хочет сделать тебя своим заместителем. Почему ты так легко от этого отказался?

– Тебе не понять, – сказал я. Она бы не поняла. Гадюк учили быть безжалостными, не задавая вопросов, отнимать чужую жизнь. Я знал Стэлс, и если «Коготь» прикажет ей перерезать горло семилетней девочке, она сделает это не моргнув глазом. – А сейчас это и не важно, да ведь?

Стэлс покачала головой.

– Нет, – прошептала она, и я услышал в ее голосе нотки сожаления. Она понимала, что когда мы встретимся еще раз, ей придется меня убить. – Не важно.

Я сглотнул и махнул ей пистолетом.

– Нож, – твердо приказал я. – Бросай его, живо.

Возможно, это был визит вежливости, но я не собирался выходить из комнаты, зная, что в ней остается вооруженный убийца. В этом случае я могу не успеть дойти до парковки.

Стэлс не стала спорить. Она взмахнула ножом и бросила его на кровать. Он воткнулся в матрас. Я схватил его, не сводя с нее взгляда.

– Тебе не удастся от нас сбежать, – гадюка говорила тихо, сухо. – Даже если ты убьешь меня, мое место займет кто-то другой. «Коготь» никогда тебя не отпустит, и рано или поздно мы с тобой встретимся. Ты живешь в рассрочку, Кобальт.

У меня появилось нехорошее предчувствие, но я убрал нож в ножны на ремне и слабо улыбнулся.

– Не нужно повторять этот монолог, Стэлс, – сказал я. – Я состоял в организации столько же, сколько и ты. Не надо говорить мне то, что я и так знаю.

– Тогда иди, – гадюка отошла на несколько шагов, освобождая путь к двери. – Беги, предатель. Я сразу за тобой.

Не опуская пистолета, я обошел кровать и направился к выходу из комнаты. Стэлс не двигалась, она просто безучастно смотрела на меня. Я толкнул дверь и вышел из комнаты.

Я бросился бежать сразу же, как оказался за дверью.

Эмбер

«Получилось».

У обочины остановилось такси. Я поспешила к машине и подняла голову, чтобы насладиться сиянием искусственных огней. Никогда прежде я не испытывала такого облегчения при виде неонового безумства Стрипа и людей, бродивших по ночным улицам города. Быть на свету означает быть на виду, а толпа – это множество свидетелей. Орден действовал так же скрытно, как и «Коготь», и был так же помешан на конспирации. Они предпочитали убивать в темных переулках, заброшенных зданиях, там, где можно было не беспокоиться о таких глупостях, как вопросы или закон. На оживленной улице они нападать не станут.

По крайней мере, я на это надеюсь.

– Будь начеку, – предупредил Гаррет, когда мы вышли из такси. Он был напряжен, как пружина, взгляд серых глаз метался по людям и дороге. – Возможно, Орден скоро будет здесь.

Фейт всхлипнула и прижалась к нему, сжав руку Гаррета. Внезапно я почувствовала беспричинное раздражение, но Гаррет никак не отреагировал на прикосновение девочки.

– Успокойся, – сказал он, не глядя на нее. – Если ты боишься, тебя быстро заметят. Попытайся сделать вид, что все в порядке.

– Легко тебе говорить, – прошептала Фейт. В свете уличных фонарей было видно, какая она бледная и худая. Под ее глазами залегли темные тени. Мое раздражение исчезло. Бедный ребенок не ведет себя излишне навязчиво. Она действительно напугана до смерти.

– С тобой все будет в порядке, – сказала я ей, когда Гаррет повел нас к отелю. – Мы защитим тебя. Просто держись рядом.

Мы осторожно, прогулочным шагом, направились ко входу в отель. Ну, может быть, «направились» – не совсем верное слово. Фейт была слишком напугана, чтобы вести себя нормально. Она шла, глядя прямо перед собой, поэтому ее «спокойный шаг» больше напоминал быстрый марш. Когда мы приблизились ко входу, Гаррет как ни в чем не бывало взял меня за руку, и у меня в животе появился комок. Я посмотрела на него, и он с улыбкой сжал мою ладонь. Я расслабилась и даже смогла улыбнуться сотруднику гостиницы, который открыл нам дверь. Мы как будто были самыми обычными людьми и просто приехали сюда отдохнуть. Фейт отпустила футболку Гаррета и взяла меня за руку с другой стороны. Так, втроем мы вошли в безопасную гостиницу.

Как только мы прошли вестибюль, Фейт немного расслабилась, отпустила мою руку и с благоговением уставилась на дверь в казино. Раньше я была зачарована всеми этими огнями, звуками, людьми, движением. Теперь же я понимала подозрения Гаррета. Здесь так много людей, врагом – солдатом Ордена или агентом «Когтя» под прикрытием – может оказаться любой. Кто следит за нами сейчас, выжидая идеальный момент для удара?

Я больше никогда не буду обвинять Гаррета в том, что он ведет себя чересчур подозрительно.

– Идем, – Гаррет нежно потянул меня по направлению к лифтам. Фейт по пятам следовала за нами. Она крутила головой и пыталась получше рассмотреть интерьер отеля. Гаррет ударил по кнопке и отошел к стене, внимательно наблюдая за толпой людей позади нас.

Я подошла к нему, прислонилась к стене и тихо спросила:

– Ты нигде не видишь Райли?

Сейчас, когда мы вырвались из отеля и мне удалось немного перевести дух, я наконец-то вспомнила о двух наших товарищах. Как только мы сели в такси, я написала Райли СМС, но ответа до сих пор не было. Конечно, это могло говорить о многом, и я старалась не думать о худшем, но чем дольше отступник не отвечал на сообщение, тем сильнее становись мои опасения.

Гаррет покачал головой, не сводя взгляда с толпы.

– Нет, но я бы не стал ждать его на этаже, – пробормотал он в ответ. – Если он вернулся, он будет наверху вместе с Уэсом.

Я кивнула, стараясь не обращать внимания на растущую панику.

«С ним все будет в порядке, – сказала я себе. – Возможно, он выбирался дольше, чем мы, и не выходит на связь, потому что боится, что мы еще не сбежали от солдат Ордена. Или он слишком занят и не может проверить телефон. Конечно, ему стоило бы написать нам СМС, просто чтобы мы знали, что он смог выбраться. Черт подери, Райли, лучше бы с тобой все было в порядке. Не может быть, чтобы тебя одолели солдаты Ордена Святого Георгия».

Прозвенела короткая мелодия, сигнализирующая о прибытии лифта. Двери плавно разъехались в стороны, как только я подошла ко входу, и оттуда вышел мужчина в ярко-красном костюме. Он чуть не сбил меня с ног, и, хоть я и успела отступить в сторону, мне стоило больших усилий промолчать и не отпустить в его сторону колкое замечание. Как бы сильно мне ни хотелось возмутиться по поводу некоторых личностей, которые не смотрят, куда идут, сейчас не самое лучшее время, чтобы привлекать к себе внимание.

Но когда человек заметил, что я на него смотрю, его глаза расширились, словно он увидел привидение. Он вжал голову в плечи, прошел мимо и растворился в толпе.

«Хм. Странно это».

На секунду я задумалась. А не следует ли мне отправиться за ним? Он так на меня посмотрел… Как будто знал, кто я такая.

– Ты знаешь этого человека? – спросил Гаррет. Я подпрыгнула от неожиданности. Разумеется, от подозрительного солдата ничего не скроешь. Я покачала головой, и мы вошли в лифт. Фейт держалась сразу за нами.

– Нет, я никогда его не видела, – сказала я. Когда двери закрылись и лифт тронулся с места, я с облегчением выдохнула. Морально я уже была готова к тому, что на нас тут же наставят дуло пистолета или лезвие ножа, когда в кабину зайдет кто-то еще. Солдат плохо на меня влияет, я стала полным параноиком. – Нам нужно проследить за ним? – спросила я, когда лифт начал отсчет этажей. – Думаешь, он может быть как-то связан с «Когтем» или с Орденом?

– Если это так, сейчас мы уже ничего не можем сделать, – спокойно ответил Гаррет. – Нам нужно поговорить с Уэсом. Вдруг у него есть весточка от Райли и Авы или они сами уже добрались до отеля.

Я уцепилась за этот крошечный росток надежды. Когда двери лифта, наконец, открылись и мы вышли на этаж, я еле сдержалась, чтобы пойти, а не побежать к номеру Уэса.

Дверь распахнулась практически сразу же. Ореховые глаза Уэса были полны ужаса. Мое сердце пропустило удар.

– Черт подери, вам давно пора было вернуться! – прошипел он, впуская нас в номер. В его номере царил дичайший беспорядок… и, как я и боялась, больше тут никого не было. – Где Райли, черт подери?

– Его здесь нет, – ответила я, и пустота разверзлась в моем животе, поглотив меня целиком. Гаррет закрыл дверь и встал напротив нее, глядя в дверной глазок. Фейт в растерянности закрутилась на месте.

Уэс бросил на меня презрительный взгляд.

– Я и сам это вижу! Я не об этом! Где Райли? Я уже несколько часов не могу с ним связаться. С ним все в порядке? Он погиб? Где он?

– Я не знаю!

– Что значит, не знаешь?

– Нам пришлось разделиться, – Гаррет отошел от двери. Судя по всему, он удостоверился, что за нами никто не следит. – В здании были солдаты Ордена. Мы выбирались из отеля разными путями.

– Просто блеск, ничего не скажешь, – сказал Уэс, поднимая руки вверх. – То есть сейчас за ним гонятся солдаты Ордена, а вы, два вредителя, сбежали и бросили его умирать.

Когда он сказал это, Фейт разрыдалась. Уэс подпрыгнул и посмотрел на нее так, словно только сейчас понял, что она находится в комнате. Она закрыла лицо руками и отвернулась. Ее тело сотрясалось от рыданий.

– Это я виновата, – с трудом пересиливая рыдания, пробормотала она. – Я. Ава знала, что мне несладко в «Когте». Она убедила меня бежать вместе с ней. Если бы не я, всего этого бы не было.

Голос Фейт оборвался, и она снова зарыдала. Уэс провел рукой по лицу.

– Вот черт, – пробормотал он. Я с удивлением различила в его голосе нотки раздражения и жалости. – Я даже ее не заметил. Насколько я понимаю, это один из тех двух детенышей, которых вы поехали спасать?

– Ее зовут Фейт, – сказала я. Сейчас Фейт не в состоянии представиться лично. – Еще один детеныш остался с Райли.

– Ава, – сказала Фейт сквозь рыдания. – Ее зовут Ава. И если она погибла, в этом виновата только я.

Она отвернулась к углу и снова залилась слезами.

Секунду Гаррет в смятении смотрел на рыдающую девочку, а потом перевел взгляд на меня. Я шагнула вперед, положила руку ей на плечо и развернула ее к себе. Она засопела, пряча лицо в ладонях. Ее всю трясло.

– В отеле был человек, – продолжил Гаррет, глядя на Уэса, пока я гладила Фейт по спине и ждала, когда она успокоится. – Мы встретили его на первом этаже, когда ждали лифт. Темный, высокий, носит красный костюм. Он выглядел подозрительно. Мы должны беспокоиться?

– Красный костюм? – Уэс потер переносицу. – Это всего лишь Гриффин, один из информаторов Райли. Довольно скользкий тип, но не думаю, что из-за него стоит беспокоиться. Сейчас меня больше волнует Райли, – он посмотрел на Гаррета и прищурился. – Говоришь, вас ждали солдаты Ордена?

– Они устроили засаду в отеле, – ответил Гаррет. – Нам пришлось разделиться.

– Подозрительно, черт возьми, – пробормотал Уэс, скрестив руки на груди. – Никто не знал, куда вы направляетесь, только я и… – он осекся и побледнел. – Вот ведь мерзавец, – прошептал он. – Я его убью. Если Райли этого не сделает, я пристрелю его собственными руками.

– Ты можешь вычислить, где находится телефон Райли? – спросил Гаррет, прежде чем я поняла, о чем говорит Уэс. Кажется, все, кроме меня, поняли, в чем дело. Человек покачал головой.

– А чем, как ты думаешь, я занимаюсь последний час, а, приятель? – рявкнул он. – Нет, я не могу поймать сигнал. Телефон либо выключен, либо сел. Это может значить что угодно, но лично мне ни одно из возможных объяснений не по душе. А ты что думаешь?

Фейт икнула. Ее все еще трясло, но теперь, скорее всего, причина заключалась в том, что она отчаянно пыталась не расплакаться снова. Я скорчила гримасу. От напряжения и усталости мне было нехорошо. Я тоже хочу выяснить, что произошло с Райли, но обстановка в комнате никак не помогала успокоиться Фейт и сводила с ума моего дракона. Если я не уйду, я просто взорвусь.

– Я отведу Фейт к себе в номер, – сказала я мальчикам, открывая дверь. – Оставайтесь здесь, мы с ней немного поболтаем.

Гаррет бросил на нас обеспокоенный взгляд и тоже вышел в коридор.

– Гаррет, с нами все будет в порядке, – сказала я. Он нахмурился. – Жди Райли. Я буду в номере напротив, скажешь мне, когда он появится.

Он покачал головой.

– Нет уж, разделяться сегодня мы больше не будем. Позаботься о Фейт, или что тебе там нужно сделать. Я буду за дверью, на случай если на горизонте появится Орден или «Коготь».

Я кивнула: спорить просто не было сил. Я вставила ключ-карту в замок своего номера и впустила Фейт в комнату, а потом посмотрела на Гаррета. Он прислонился к стене у двери, самым тщательным образом осмотрел коридор, а потом повернулся ко мне. Я устало улыбнулась ему.

– Спасибо, – прошептала я. – Я ненадолго.

– Я буду здесь.

Я затрепетала. Он стоял так близко и так пылко смотрел на меня. Он будет оберегать меня. Мне хотелось прижаться к нему и поцеловать, но сейчас для этого не самый подходящий момент. В номере меня ждет Фейт. Так что вместо этого я сжала его руку и вошла в номер.

Фейт с ошеломленным видом разглядывала убранство моего номера.

– Извини за Уэса, – сказала я ей, закрыв за собой дверь. – Сейчас он, мягко скажем, немного на взводе. Хотелось бы мне сказать тебе, что обычно он не ведет себя как полный кретин, но… увы, что есть, то есть.

Девочка ничего не ответила. Она даже не взглянула на меня. Ее глаза, скрытые за волнистыми локонами, были полны слез. Она казалась такой маленькой, на вид ей было всего лишь тринадцать-четырнадцать лет, хотя я понимала, что ей должно быть как минимум шестнадцать.

Или нет. Может быть, она даже не начала процесс ассимиляции. Это период, когда детеныша отправляют в мир людей, прикрепляют к нему наставника и учат «маскироваться» под смертных. После ассимиляции «Коготь» решал, в какое из отделений организации отправится детеныш. Может быть, Фейт даже не дошла так далеко и знала только «Коготь».

Надеюсь, шок от всего произошедшего не слишком сильный и она не замкнется в себе. Я совершенно не представляю, что делать, если она уйдет в себя и не будет откликаться на мои слова.

– Ты хочешь есть? – спросила я. Мне показалось, что неплохо было бы начать с этого. Я знала, что, если бы мне довелось пройти через все то, через что прошла она, мне бы безумно хотелось есть. Вообще-то, мне действительно хотелось есть. Фейт моргнула. Она все еще была ошарашена. Я попробовала еще раз. – Эй, ты хочешь есть? Не знаю, как ты, а я умираю от голода. В тумбочке под телевизором есть снеки. Можем заказать еду в номер.

Она покачала головой.

– Я не хочу есть, – прошептала она. Ну, она хотя бы разговаривает. – Но спасибо.

– Не хочешь есть? – я не могла в это поверить. – Уверена? Проверь, – я открыла ящик и показала ей снеки. Ни один детеныш не сможет устоять перед шоколадом. После секундного колебания Фейт наклонилась и взяла с полки шоколадный батончик. Я выдохнула от облегчения.

Я схватила пакетик арахисовых драже, упала на кровать и скрестила ноги, махнув Фейт, чтобы она прилегла с другой стороны матраса. Она осторожно, как будто боялась смять покрывало, села на краешек кровати. Я перегнулась через изголовье и посмотрела на нее. У меня появилось странное чувство дежавю. В моей комнате другой дракон. Это немного напоминало пижамные вечеринки дома у Лекси в Кресент-Бич. Мы могли не спать всю ночь, есть вредную еду и обсуждать всякие человеческие вещи, вроде серфинга и мальчиков. Мне этого не хватало. Я скучаю по ней.

Вообще-то, мне многого не хватало.

– Как ты познакомилась с Авой? – спросила я, прежде чем воспоминания начали причинять слишком сильную боль. Фейт испуганно посмотрела на меня, и я пожала плечами. – Не бойся. Я не стану докладывать об измене. Если тебе интересно, я сама могу рассказать, почему я ушла из организации. Меня тренировали, чтобы я вступила в отряд «Гадюк».

Глаза Фейт расширились. Она, очевидно, знала, кто такие гадюки.

– Да-да. Но когда дело дошло до выслеживания и убийства других драконов, у меня появились небольшие… проблемы. Так что я сбежала без оглядки. Уехала из города вместе с Райли.

– Просто так? – спросила Фейт, как будто не верила своим ушам. – Без колебаний? И ты ни о чем не жалеешь?

– Конечно, жалею. У меня были друзья, семья… – у меня в горле появился комок, и я опустила глаза. – Данте, – пробормотала я. – Мой брат. Его мне не хватает больше всего. Когда я ушла, он решил остаться в организации. Он не знает… Какие они на самом деле, – я сжала пакетик драже и стиснула челюсть. – Я вытащу его оттуда, – прошептала я. Сейчас я больше давала обещание себе, чем отвечала на вопрос Фейт. – Какой же он глупый. Я заставлю его понять, даже если, чтобы вытащить его из «Когтя», мне придется сровнять организацию с землей.

– Ты храбрее меня, – прошептала Фейт, ковыряясь в фантике от своего батончика. – Я бы до сих пор была в организации, если бы не Ава. А ведь мне там очень не нравилось.

Я усилием воли избавилась от мрачных мыслей.

– Как вы выбрались?

Она еще секунду поколебалась, а потом вздохнула, как будто устала уже держать эту историю в себе.

– Я уже давно знала Аву, – сказала Фейт, вгрызаясь в батончик. – Мы были в одном выводке и росли вместе. Потом нас разделили для обучения повадкам людей. После этого нам ни разу не удалось побыть наедине, но нам каким-то образом удавалось оставаться на связи. В организации это не одобряли. После того как мы начали процесс ассимиляции, нам было запрещено поддерживать заведенные ранее отношения.

Мои внутренности скрутило. Я вспомнила долгие годы учебы. Я смогла выдержать процесс обучения только потому, что рядом со мной был Данте. Когда мы росли, он был моим лучшим другом. Мы прикрывали друг друга. Данте всегда оставался рядом, неважно, как плохо было дело. Не представляю, смогла бы ли я пройти через все это самостоятельно. Как это должно быть одиноко. Может быть, именно поэтому я и не влилась в ряды организации. А может быть, у меня просто появилось слишком много «отношений», в то время как «Коготь» должен был оставаться превыше всего.

– Ава… планировала побег несколько месяцев, – продолжила Фейт, не ведая о моих размышлениях. – До нее дошли слухи о Кобальте. Она узнала, что это дракон, который помогает тем, кто хочет покинуть организацию. Ей вскоре должны были дать первое настоящее задание, и она призналась мне, что хочет стать отступницей. Тогда я очень испугалась и не смогла сказать ей, что тоже хочу уйти.

– Это было до того, как ты узнала, куда тебя планируют распределить?

– Да, – кивнула Фейт. – И, когда Ава это выяснила, она предложила мне уйти вместе с ней, хотя бежать вдвоем даже опаснее. Я готова была отказаться, но она смогла меня переубедить. Она сказала, что лучше всю жизнь быть в бегах, чем до конца своих дней оставаться рабом, – она всхлипнула и свернулась в клубочек. – Она была очень храброй, и она была готова ко всему. Я только мешала ей. И вот, теперь она там, за ней гонятся и Орден, и «Коготь». Может быть, она уже мертва, и все из-за меня.

– Эй, – я сжала пустую пачку драже. От звука Фейт подскочила и посмотрела на меня. – Твое самобичевание ей ничем не поможет, – твердо сказала я. – Она решила стать отступницей и должна была понимать, насколько это опасно. Кроме того… – я пожала плечами, изображая уверенность, которую вовсе не чувствовала, – с ней Райли, а он уже давно стал отступником. Если кто-то и сможет вытащить ее из лап Ордена, так это он. Не ставь на них крест.

Она подняла голову.

– Ты считаешь?

– Да. Постарайся не волноваться. Пока что нам ничего не известно, – я чувствовала себя лицемеркой, потому что пыталась убедить ее не беспокоиться, хотя у меня в животе была зияющая дыра и в любой момент я могла начать паниковать.

Я соскользнула с кровати, выдавила из себя улыбку и направилась в ванную.

– Скоро вернусь, – сказала я Фейт. – Чувствуй себя как дома. Можешь еще поесть, или поспать, или все, что твоей душе угодно. Я не знаю, что мы будем делать дальше, так что тебе стоит отдохнуть, пока есть такая возможность.

Она кивнула, но ничего не ответила, увлеченно сминая фантик от батончика. Я выскользнула в ванную.

Оказавшись в одиночестве, я села на край ванны и уронила голову на руки. Из последних сил я пыталась справиться с паникой. Райли там, за ним охотятся Орден и «Коготь». А что, если его убили? Не представляю, что я буду делать, если дерзкий, раздражающий отступник действительно погиб. Мой дракон разрывался между желанием свернуться в клубок и оторвать кому-нибудь голову.

Я встала, плеснула в лицо холодной водой и взлохматила волосы влажными пальцами. Мне ужасно хотелось в душ, но на это не было времени, и к тому же я не хотела, чтобы Гаррет или Уэс застали меня голой, в случае если что-то случится и они ворвутся в номер. Костюм гадюки валялся на полу ванной. Я надела его, и он жадно втянулся в мою кожу, как будто хотел, чтобы я снова вступила в отряд. Меня передернуло, и я натянула сверху свою обычную одежду. Если мы собираемся возвращаться за Райли и снова столкнемся с солдатами Ордена, на этот раз я буду готова.

Когда я вышла из ванной, Фейт уже крепко спала. Дыхание девочки было ровным и глубоким. Я улыбнулась, на цыпочках обошла кровать и выключила лампу. Комната погрузилась во тьму. Девочка даже не пошевелилась. Я окинула ее грустным взглядом. Надеюсь, с ней все будет хорошо. Если кому и нужно было уйти из «Когтя», так это ей. Надеюсь, она сможет быть отступницей. Это совсем непросто. Если подумать, я и сама не очень хорошо справляюсь с новым образом жизни.

Я отступила, тихо пересекла комнату и открыла дверь.

Гаррет все еще был там. Он стоял, прислонившись к стене, и зорко следил за коридором. Когда дверь открылась, он немедленно выпрямился и повернулся ко мне с вопросительным взглядом.

– Есть новости от Райли? – спросила я.

Он покачал головой.

– Уэс все еще не смог обнаружить местоположение его телефона. Как там Фейт?

– Она спит, – ответила я и сделала шаг назад. – Заходи, но веди себя тихо. Я не хочу оставлять ее одну. Кто знает, когда еще у нее будет возможность передохнуть.

Он зашел в номер и с подозрением осмотрел комнату. Успокоился Гаррет только после того, как стало ясно, что мы все еще одни и никто не забрался в комнату через окно, и не вылез из-под кровати, пока я разговаривала с ним. После этого он прошел за мной в гостиную, где из огромного занавешенного окна можно было полюбоваться видом на Вегас. Я смотрела на светящийся разноцветными огнями город и меня снова охватило беспокойство. Где-то там, далеко, Райли пытается скрыться от солдат Ордена и вернуться сюда.

«Он все еще жив», – говорил мой дракон.

Так и должно быть. Он не может погибнуть.

– Где же ты, Райли? – прошептала я, обращаясь к покрывалу неонового света. – Только попробуй умереть.

У меня в горле появился комок, и я сжала кулаки.

– Черт, ненавижу это, – проревела я, чувствуя, как моего дракона охватывает ярость. – Я такая беспомощная. Что же мне делать?

Гаррет молчал и не сводил с меня глаз, а я прижалась лбом к стеклу. Подо мной растянулся Лас-Вегас, яркий, ослепляющий, но я больше не замечала его великолепия. Я видела только зону военных действий.

– Люди умирают, Гаррет, – прошептала я. – Райли там. И Ава. А мне…

«Страшно. Я растеряна и, как оказалось, совершенно не подготовлена к выбранному мной пути. Я даже не представляла, каково это, быть отступницей».

Я смотрела на город, пока шумные освещенные улицы не смешались в один большой поток света.

– Я не знаю, что делаю, – признала я. – Я думала, что знаю, но оказалось, что это не так. Я не представляю, как поступать дальше. Я…

«Я больше не хочу терять дорогих мне людей. А особенно – его».

Гаррет подошел ко мне, обхватил меня своими сильными руками и прижал к себе. Мое сердце пустилось вскачь, и я чувствовала, как бьется его сердце. Он прижался к моей спине и прошептал мне на ухо:

– Райли умеет выживать, – он не убеждал меня, не давал пустых обещаний. Только факты. – Он давно стал отступником, гораздо раньше, чем мы с тобой. Я знаю Орден. Знаю, как они работают, – он остановился, его голос стал немного мягче. – И, к стыду своему, должен отметить, что он умнее большинства членов Ордена. Если кто и сможет выйти сухим из воды, так это он.

Я повернулась, обняла его и прижала к себе. Мои пальцы задели гладкий металл пистолета под его футболкой, но мне не было страшно. Он солдат и бывший убийца драконов. С ним безопасно. Я полностью ему доверяю. Я ощущала не яростное страстное желание, которое мой дракон чувствовал к Кобальту. Все было… просто. Когда я была с Гарретом, мне просто казалось, что мы отлично подходим друг другу.

Я снова услышала полные гнева обвинения Райли:

«Люди и драконы не могут быть вместе. Их жизни по сравнению с нашими – вздох. Как ты считаешь, какое у тебя вообще будет будущее?»

Я попыталась выбросить эти мысли из головы. Но вторая моя половина была согласна с ними. Я дракон. Зачем мне этот человек? Беспокойное существо внутри меня бушевало от ярости. Я не должна быть здесь, сейчас я должна быть рядом с Райли. Почему я продолжаю сопротивляться? Мы с Кобальтом – две половинки одного целого. Не только по расе, но и во всему, что имело значение. Его дракон взывал к моему, и я знала, что он чувствует то же самое. Если бы не было Гаррета, мне бы не нужно было выбирать.

«Но Гаррет здесь, – упрямо подумала я. – Он решил остаться. Мы дали ему возможность уйти, а он решил остаться».

«Но как долго он будет рядом?» – прошептал в ответ мой дракон. Сколько еще времени солдат Ордена проведет в обществе своих врагов? Сколько времени пройдет, прежде чем он поймет, что у вас нет будущего? Что дракон и человек – два абсолютно разных существа, и у них не может быть ничего общего?

– Гаррет? – спросила я, и он вздрогнул и посмотрел на меня. От мрачного взгляда его серых глаз у меня пересохло в горле. Я сглотнула. – Послушай… Мы… – я выдохнула и смущенно прижалась к его футболке. Гаррет терпеливо ждал, когда я продолжу, его руки все еще сжимали мою талию. Я склонила голову, закрыла глаза, чтобы не смотреть на него. – То… – прошептала я. – То, что мы делаем… Правильно ли мы поступаем?

Гаррет застыл. Я считала удары его сердца, чувствовала, как вздымается и опускается его грудь.

– Не знаю, – наконец прошептал он.

Я горько усмехнулась, скрывая разочарование.

– Я думала, что ты станешь активно меня переубеждать.

– Я знаю, – сдержанно пробормотал он. Он все еще не отпустил меня. – Но, возможно, меня ты об этом должна спрашивать в последнюю очередь, – задумчиво сказал он, нежно положив подбородок мне на макушку. – Мне всю жизнь вдалбливали в голову, что драконы – злые, бездушные, бесчувственные существа, что они просто имитируют человеческие эмоции, чтобы влиться в человеческое общество, – его рука двинулась по моей спине, от его прикосновения по моей коже пробежали мурашки. – А потом я встретил тебя. И понял, что то, чему меня учили всю мою жизнь, оказалось неправильным.

– Извини, – сказала я, не в состоянии вытерпеть боль и горечь, которыми были наполнены его слова. – Я не хотела, чтобы ты жалел об этом.

– Я ни о чем не жалею, – Гаррет отстранился, чтобы посмотреть на меня. Взгляд его стальных глаз был пронизывающим. – Может быть, если бы я не поехал в Кресент-Бич, моя жизнь была бы куда счастливее, – продолжил он, и мой живот болезненно сжался. – Если бы я все еще состоял в Ордене и убивал драконов по их приказу. Все равно я больше ничего не умею делать. Может быть, правильно говорят, что счастье в неведении. Но это не значит, что неведение – это правильно, – он напрягся и помрачнел. – Когда я вспоминаю, кем был раньше и что делал, мне становится плохо. Я скорее умру, но не вернусь в Орден. Я не хочу снова становиться неотесанным солдатом. Пусть лучше за мной охотятся те, кого я убивал. С той жизнью покончено, окончательно и бесповоротно. И все потому, что однажды на пляже я встретил дракона, и он повел себя совсем не так, как я ожидал.

Гаррет поднял руку и прижал ее к моей щеке.

– Эмбер, встреча с тобой – самое важное событие в моей жизни, – тихо сказал он. – Я ни на что это не променяю.

– Правда? – я улыбнулась, но мою грудь сжало. От его слов мое сердце пронзила острая боль, но взгляд его был полон страсти. – Даже после всего, что было? После того как в тебя стреляли, за тобой охотились и тебя преследовал охранник казино, потому что несовершеннолетним запрещено играть в азартные игры? – спросила я, пытаясь скрыть напряжение.

– Да, – ответил Гаррет. Его стальные глаза сверкали в темноте. – Кажется… Я люблю тебя, Эмбер.

Гаррет

«Неужели я и правда это сказал?»

Время словно остановилось. Эхо моего признания висело в воздухе, но сказанного уже не вернуть. Эмбер моргнула. Она пребывала в такой же растерянности и панике, как и я сам. Что на меня нашло? Неужели я схожу с ума? Я понятия не имел, что мне теперь делать, потому что у меня совсем не было опыта в подобных вопросах. Тристан бы высмеял меня за глупость. Я был солдатом Ордена, а солдаты Ордена не любили людей. Они любили только орудия убийства – пулеметы, пистолеты, снайперские винтовки. Вообще, в Ордене предупреждали возникновение ситуаций, которые могли повлиять на убеждения солдат. Нам говорили, что Орден и цель должны быть для нас превыше всего, даже превыше семьи. Солдаты редко женились, и в большинстве своем погибали еще молодыми. Связь с братьями по оружию была сильнее и гораздо чище желаний бренной плоти. Я прекрасно это понимал и когда-то верил в это всем сердцем. Меня превратили в оружие, в Идеального Солдата. Что же я мог знать о любви?

Мгновение я упорствовал, а сердце бешено колотилось у меня в груди. Зачем я вообще это сделал? Она не человек, хоть выглядит и ведет себя как нормальная девушка, на самом деле Эмбер – дракон. Существо, которое, согласно учению Ордена, могло только имитировать человеческие чувства. Я перестал в это верить, но почти не понимал, что чувствуют люди, а о том, что творится в душе у драконов, и вовсе не знал ничего.

Вперед пробился бесчувственный солдат. Он был готов подавить все эмоции и защитить меня от боли, унижения и страха. Я совершил ошибку, открылся, показал свое слабое место. Но все же у меня еще было время отступить, возвести стену безразличия и…

«Нет».

Я собрался с силами, направив свои чувства в другом направлении. На этот раз никаких эмоций. Никаких сомнений. Я прекрасно понимал, что происходит, что девушка, которую я сжимал в объятьях, – не человек. В Ордене меня все равно будут считать богохульником, который влюбился в демона. Я продавал свою душу дьяволу, и меня все равно ждал только ад. Эмбер не сможет ответить мне взаимностью, не так, как это принято у людей. Я даже не знаю, способны ли драконы на любовь.

И все эти мысли пронеслись в моей голове за один удар сердца. А пока мое сердце готовилось к следующему удару, я раз и навсегда решил, что мне все равно. Эмбер – дракон. А еще она красива, бесстрашна, добра и – какая ирония! – гораздо более человечна, чем те люди, которые хотят истребить ее расу. Может быть, большинство драконов и были такими, какими их считали в Ордене, – безжалостными и вероломными чудовищами, жадными до власти. Но я знал, что такие не все. Эмбер была другой. Райли был другим. Я видел это собственными глазами. И эти детеныши, Ава и Фейт, тоже не являлись ужасными монстрами. Орден солгал. «Коготь» солгал. Теперь я не знаю, что думать и кому верить. Но я точно знаю одно: я больше не могу с этим бороться. Теперь мне плевать, что обо мне скажут.

Я люблю дракона.

«Пусть Орден проклянет меня, – подумал я, и, возможно, это была первая бунтарская мысль в моей жизни. – Пусть они считают меня предателем и открывают на меня охоту».

Тринадцать лет я подчинялся суровым законам Ордена Святого Георгия, исполнял приказы его командования и стал идеальным солдатом только для того, чтобы понять, что Орден, которому я посвятил всю свою жизнь, ошибался. Все, что я знал, оказалось ложью. А настоящей была только девушка, которую я сжимал в своих объятьях.

– Гаррет, – прошептала Эмбер. Сейчас ее глаза были огромными. Я чувствовал, как колотится ее сердце, как наши сердца начинают биться в унисон, чувствовал, как она задрожала, и затаил дыхание. Я ждал. Неподвижно стоял и ждал, сохранит ли дракон мое сердце или растопчет его у меня на глазах. – Я… я не…

В темноте раздался громкий звонок телефона.

Эмбер

Внезапно царившую в комнате тишину разрушил телефонный звонок. Я отпрыгнула от Гаррета и повернулась к кровати, со стороны которой и доносилась незамысловатая мелодия. Гаррет отпустил меня и тоже обернулся. Сейчас на его лице была маска полного безразличия. Мое сердце пустилось вскачь от восторга, облегчения, ужаса, охватившего мое сознание. Я не могла понять, что мне нужно, но знала, что от замешательства, беспокойства и драконьей ярости меня скоро разорвет на куски.

«Позже», – решила я в перерыве между звонками. Я разберусь с этим позже. Сейчас я не могу думать о том… что сказал мне Гаррет. Прежде всего нужно отыскать пропавших драконов.

Фейт зашевелилась. Она неуклюже села на кровати, порылась в кармане и поднесла телефон к уху.

– Алло? – бормотала она.

Ее глаза мгновенно расширились, она мгновенно выпрямилась. Она оглядела комнату и посмотрела на меня. Свесив ноги с кровати, она протянула мне телефон.

– Это Ава!

Я протянула руку за телефоном.

– Ава, вы в порядке? – спросила я? – Райли с тобой?

– Эмбер? – выдохнула Ава, и у меня внутри все похолодело. – Мы не смогли… вернуться. – Ава отчаянно выдохнула. – Когда мы выбрались из отеля, солдаты Ордена бросились за нами в погоню и разделились. Они не дают нам покинуть район, – она сделала два глубоких, прерывистых вдоха, голос ее дрожал от страха. – Возвращайся как можно скорее. Райли ранен…

У меня по спине пробежали мурашки.

– Где вы?

– На старой грузовой станции в нескольких кварталах от отеля. Прошу, поторопись… Мы не… – она прервалась, и вдалеке я услышала звуки выстрелов.

– Ава?

– Они идут, – прошептала Ава.

И бросила трубку.

– Ава! Черт возьми!

Я положила телефон и изо всех сил сдерживалась, чтобы не принять истинную форму и не вылететь из окна. Что же мне теперь делать? Райли ранен, возможно, он умирает, Орден следует за ним по пятам. Меня охватила паника, дракон внутри меня рвал, и метал, и требовал, чтобы я сделала хоть что-нибудь.

– Что случилось? – спросила Фейт. Ее глаза наполнились ужасом. – С ними все в порядке?

– Райли ранен, – сказала я, сжимая телефон так, что его углы врезались в мою ладонь. Кожа внезапно стала мне туга, а легкие кипели. – Их взяли в кольцо, они не могут вернуться в отель. Мы должны помочь им.

– Где они?

Холодный, спокойный голос Гаррета прорвался через увеличивающуюся панику. Мой дракон нетерпеливо зарычал на него. Он хотел действовать, а не тратить время на разговоры.

«Прекрати, – приказала я ему. – Мы не можем выпрыгнуть из окна, измениться и полететь спасать Райли. Нам нужен план».

Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и заставила себя думать.

– Ава что-то говорила о грузовой станции в нескольких кварталах от заброшенного отеля, – сказала я солдату. – Но она не сообщила, на какой это улице. И я не видела никаких железных дорог, когда мы убегали из здания, а ты? – во мне снова поднялось разочарование, и я провела рукой по лицу. – Они могут быть где угодно, а у нас нет времени действовать наугад. Орден уже почти настиг их.

– Нам и не придется. Идем, – и Гаррет целенаправленно вышел из комнаты. Нам с Фейт оставалось только следовать за ним. Мы быстро, не проверяя, есть ли по близости враги, пересекли коридор. Гаррет дважды стукнул в дверь номера Уэса.

Она распахнулась. Долговязый человек выглядел устало. Под его глазами залегли темные тени, а его волосы торчали во все стороны.

– Что ты…

– Ава вышла на связь, – перебил Гаррет, и брови человека взлетели вверх. – Орден окружил их на старой грузовой станции в нескольких кварталах от здания, из которого мы сбежали. Можешь найти карту города?

– Вот дерьмо! – пробормотал Уэс и устремился к своему ноутбуку и сосредоточенно навис над ним. Мы последовали за ним, столпились возле его кресла и смотрели, как его пальцы летают по клавиатуре.

– Ладно, – пробормотал Уэс. Он так низко согнулся над экраном, что разглядеть что-то за его спиной было крайне сложно. – Грузовая станция, говоришь? Сомневаюсь, что ее будет сложно найти, – он напечатал еще что-то, и на экране появилась огромная карта Лас-Вегаса. – Так, – пробормотал Уэс, увеличивая масштаб карты, – мы находимся здесь. А вот… – он передвинул карту, – тот заброшенный отель. А сейчас мы смотрим на железную дорогу… Погодите-ка, вот же она, – курсор обвел беспорядочные черточки и квадратики на карте. – Примерно в пяти кварталах от отеля, – сказал он. – Прямо на окраине города. Черт, Райли, о чем ты только думал? Нужно было не отдаляться от освещенных улиц, а бежать туда, где больше людей. И уж точно не к изолированному складу черт знает где, – он облокотился на спинку кресла и посмотрел на нас. – Если они действительно там, вы попадете в западню. Место будет полно убийцами драконов.

– У нас нет выбора. Там Райли, он ранен, – я посмотрела на Уэса. – Я думала, ты именно этого хочешь. Это ведь я виновата в том, что у него неприятности, разве ты не это имел в виду?

– Это не значит, что я хочу, чтобы ты по собственной воле пошла в чертову ловушку и тебе оторвали голову, – прорычал Уэс. Его глаза сверкали, он смотрел на меня сверху вниз, а потом выдохнул и взъерошил волосы. – Как думаешь, что будет делать Райли, если тебя убьют? – продолжил он мягче. – Когда тебя ранили, он чуть с ума не сошел. Если с тобой что-то случится, он уже никогда не будет таким, как прежде. На Райли держится вся его сеть, но, если ты погибнешь, сопротивление погибнет вместе с тобой. Ему просто будет все равно.

Я моргнула. Уэс вздохнул, потер переносицу. Его лицо исказилось от боли.

– Я просто хочу, чтобы ты начала думать, детеныш, – вздохнул он. – Придумай какой-нибудь план, а иначе вы все погибнете.

– Не беспокойся, – сказал Гаррет, и Уэс повернулся и бросил на него подозрительный взгляд. – Я знаю Орден. Я знаю, как они работают, что будут делать. Мы не будем действовать вслепую. Я вытащу их.

– Я тоже иду, – сказала Фейт.

Я бросила на нее изумленный взгляд. Она стояла немного позади нас, бледная от ужаса, но настрой у нее был решительный.

– Ава спасла меня, – настояла она. – Если бы не она, я бы никогда не ушла из «Когтя». Я хочу помочь.

Гаррет покачал головой.

– Тебя к этому не готовили, Фейт, – сказал он. – Я не смогу искать остальных, если мне придется защищать тебя. Тебе лучше остаться здесь.

– Пожалуйста, – прошептала Фейт, поворачиваясь ко мне. – Не оставляйте меня здесь. Я не могу остаться и сидеть в неизвестности, не зная, вернетесь ли вы оттуда. Клянусь, я не буду путаться у вас под ногами. Я буду делать все, что вы скажете, – ее глаза наполнились слезами, даже когда она глубоко вздохнула, собираясь с силами. – Ава мне как сестра, – сказала она, и от ее слов у меня в животе образовался комок. – Я ее не брошу. Может быть, меня к такому и не готовили, но у двух драконов против Ордена точно больше шансов, чем у одного. Пожалуйста. Я должна пойти.

Я беспомощно посмотрела на Гаррета. Он кивнул.

– Хорошо, – неохотно сказал он. – Тогда не отставай и прячься сразу же, как только запахнет жареным, – он повернулся к Уэсу. – Им нужно оружие, – сказал он. – Обеим. Если там Орден, мы не можем рисковать.

Уэс кивнул и поднялся со стула.

– Думаю, другого способа действительно нет, – сказал он. Парень отошел в угол, достал спортивную сумку и поставил ее на кровать. Дернув за молнию, он шагнул в сторону. Гаррет порылся в ней, вытащил пистолет и протянул его мне. На этот раз я взяла его без колебаний и проверила магазин, прежде чем убрать его за пояс. Я натянула футболку поверх пистолета, как это делал Гаррет. Теперь не до капризов. Я солдат, я на войне. И если мы хотим спасти Райли и Аву, с этим нужно смириться.

Фейт побледнела, когда Гаррет протянул ей пистолет, но взяла его без колебаний. Уэс смотрел на солдата, и по его лицу было видно, что он разрывается между неприязнью и осторожной надеждой.

– Вытащите Райли, – сказал он, когда Гаррет проверил магазин в своем пистолете и со щелчком поставил его на место. – Остальное неважно. Ты не просто спасаешь его, ты спасаешь всех в его сети. У меня не получится делать то, что может делать Райли. Если он погибнет, можно считать, что все драконы и люди, которых он вытащил из «Когтя», погибли.

– Мы вернем его, – сказала я Уэсу, чувствуя уверенность. Я не допущу, чтобы он погиб. Он моя вторая половина, без него я никогда не буду чувствовать себя полной. Я не знала, я это чувствую или мой дракон, но я не могла представить мир без Райли. Я посмотрела на Гаррета, увидела его мрачный взгляд и сделала глубокий вдох.

– Готов?

Он коротко кивнул. Мы вместе прошли через казино и вышли в жаркие улицы Вегаса.

Снова в зону боевых действий.

Гаррет

Со стратегической точки зрения это место – полный кошмар.

От города грузовую станцию отделял ржавый забор из металлической сетки и пустырь. По грязному участку земли тянулись следы, а стоящие на территории контейнеры образовывали лабиринт укрытий и тесных местечек. Если бы я хотел устроить на кого-то засаду, это было бы идеальное место.

– Будь начеку, – сказал я Эмбер, когда мы наклонились за ближайшим от забора контейнером. Станция выглядела заброшенной, но это ни о чем не говорило. В Ордене хорошо умели скрываться. – Следи за проходами, это самые опасные места. Если ты кого-нибудь заметишь, не пытайся вывести его из строя. Солдаты Ордена никогда не патрулируют территорию в одиночку, рядом точно будет кто-то еще. Просто старайся не попадаться им на глаза.

Она с уверенным видом кивнула.

– Я пойду за тобой, – прошептала она, поднимая пистолет. – Скажи, когда выступать.

Фейт задрожала и прижалась к ее спине. Взгляд девочки метался по станции, и больше всего она напоминала загнанного в угол зверя. Внезапно у меня появилось дурное предчувствие. Эмбер могла о себе позаботиться. Во всяком случае, она уже сталкивалась с солдатами Ордена Святого Георгия и не боялась драки. Фейт же, несмотря на то что она настаивала на том, чтобы пойти с нами, не была готова к подобным столкновениям. Если нам придется пробивать себе дорогу, я не был уверен, что у меня получится защитить всех нас.

Я подал знак, и мы бросились через двор, стараясь держаться в тени. Мы бежали, пока не добрались до железнодорожных путей и первого пустого вагона. Я прокрался к его передней части, стараясь держаться стен и тщательно наблюдая за малейшим движением за стоявшими рядом с ним автомобилями. Эмбер не отходила от меня ни на шаг. Когда мы останавливались, я чувствовал жар ее тела, слышал ее ровное дыхание. В моей голове беспрестанно крутилась мысль о том, насколько сюрреалистична вся эта ситуация. Опять. Я, бывший солдат Ордена Святого Георгия, сражаюсь на стороне противника, бок о бок с двумя драконами. И мы пытаемся спасти одного из них от солдат Ордена. Эта мимолетная мысль здорово выбивала меня из колеи, но я не мог позволить себе отвлекаться. Я должен сосредоточиться на задании и на окружающей обстановке, на выработке тактики, которая позволит нам выжить. Но у меня все равно не получалось выкинуть эту мысль из головы. Это когда-нибудь будет казаться нормальным? Кто я? Я больше не узнавал себя.

– Где они? – шепотом спросила Эмбер, когда мы убедились, что в открытом товарном вагоне никого нет, и забрались внутрь. – Это место заброшено. Где они могут прятаться?

– Не знаю, – пробормотал я, выглядывая с другой стороны машины. Между узкими проходами было темно и тихо. Здесь слишком тихо. Нет ни пулевых отверстий, ни следов ног, ни следов борьбы или драки. На земле я тоже не заметил никаких предательских пятен, что заставило меня вздохнуть с облегчением и занервничать. Солдат Ордена учили наносить быстрый удар наверняка, а потом исчезать без следа, когда дело сделано. Но они бы оставили хоть какие-то следы своего присутствия. А тут не было ничего. Эмбер права, это место полностью заброшено.

– А что скажешь по поводу того здания? – сказала Фейт, указывая на огромную постройку, возвышавшуюся за лабиринтом контейнеров. Отсюда мне показалось, что это товарный склад. – Как думаешь, они могли пойти туда? Хотя бы чтобы спрятаться?

Я покачал головой.

– Солдаты Ордена обыскали бы его в первую очередь. Если они там, они либо оказались в ловушке, либо… – я не сказал то, что думал, но Эмбер напряглась и коротко выдохнула. Она поняла, что я имел в виду.

– Мы должны его проверить, – сказала Эмбер. Ее голос дрожал от злости и страха. Она боялась не за себя. Я узнал это холодное выражение лица и понял, что сейчас она ни за что не отступит. Она боялась за Аву и Райли, ей было страшно, что может случиться, если мы не сможем их найти. Или, еще хуже, если мы все-таки их отыщем. Я вспомнил, что мы оставляли за собой после успешного рейда: дымящиеся руины, обгоревшие останки, мертвые драконы, лежащие в луже собственной крови… Мой живот скрутило. Я не хотел, чтобы Эмбер увидела, что Орден делал с представителями ее расы. Что раньше делал я.

– Идем, – сказала Эмбер, быстро поднимаясь на ноги. – Если там Орден, мы должны помочь им. Возможно, они все еще живы. А если нет и он мертв… – ее глаза сверкнули, я на секунду увидел в них тень разъяренного красного дракона. Ее губы скривились в усмешке, а воздух заколебался от исходящего от нее жара. – Если Орден хочет сразиться с драконом, будет им дракон.

– Эмбер, подожди.

Я схватил ее за руку и почувствовал на ее коже едва заметный след чешуи. Секунду спустя она снова стала гладкой. Эмбер повернулась ко мне, и я заметил, как горят от злости глаза дракона. – Успокойся, – пробормотал я. – Не вздумай бросаться в атаку в одиночку, только не на солдат Ордена. Здесь с ними драться не стоит, – я кивнул в сторону склада. – Там много узких проходов и тесных уголков. Ты и сама не заметишь, как окажешься в окружении или в ловушке или потеряешься, а солдат Ордена учат выжимать из таких ситуаций все возможное. Если мы разделимся, нас убьют поодиночке. Мы не сможем помочь Райли, если нам самим придется спасаться от погони, – она упрямо вздернула подбородок, и я прижал свою руку к ее щеке. – Ты доверяешь мне?

– Да, – прошептала она. Сразу же. Не задумываясь. Она верит мне, слепо и безоговорочно, и, когда я осознал это, мое сердце пропустило удар. Но я выбросил это из головы. Сейчас нам нужно сосредоточиться.

– Обещаю, – начал я, хотя при этих словах внутри у меня все сжалось. Я никогда никому ничего не обещал. Я не хотел давать обещаний, которые не смогу сдержать. Но Эмбер так смотрела на меня, что мне хотелось дать ей какую-то уверенность. – Мы вытащим Райли. И Аву. Я сделаю все возможное, чтобы доставить их в безопасное место. Но нам нужно быть осторожными, я слишком хорошо знаю, что нас ждет, если мы будем вести себя неосмотрительно. Сейчас преимущество на стороне Ордена. Они находятся на позиции, идеальной для нанесения удара. Если они застанут нас врасплох, у нас не будет ни малейшего шанса.

– Ты, кажется, забыл, что я уже делала это.

– Нет, – я почти улыбнулся в ответ на ее возмущенный взгляд. Как будто я мог забыть, кто она на самом деле и что она делала. – Но мы все еще говорим об Ордене, а они сделают все, чтобы убить нас. Я не смогу помогать Райли и одновременно следить за тобой и Фейт.

Эмбер на секунду застыла, а потом кивнула.

– Ладно, – сказала она тихо. – Я доверяю тебе, Гаррет. Что мне делать?

– Просто иди за мной, – сказал я. – Мы должны всегда держаться вместе. И не меняй форму, пока это не станет вопросом жизни и смерти. Фейт? – я посмотрел через плечо на вторую девочку. – Ты в порядке? Справишься?

– Я… в порядке, – прошептала Фейт дрожащим голосом. Она сделала глубокий вдох и выпрямилась. – Я в порядке. Веди. Мы сразу за тобой.

Мы бесшумно крались по пустынной грузовой станции, петляя между машинами, стараясь держаться в тени и быть всегда начеку. В любую секунду мы ждали, что перед нами выскочат солдаты Ордена. Я старался подмечать малейшее движение, высматривал следы от пуль или капли крови. Ничего не было.

– Ты уверена, что Ава сказала искать их здесь? – спросил я у Эмбер, пока мы пробирались за контейнерами для морских перевозок.

До склада оставалось всего ничего. Она решительно кивнула.

– Уверена. Старая грузовая станция в нескольких кварталах от заброшенного отеля. – Эмбер внимательно осмотрела открытое пространство между контейнерами и складом и нахмурилась. – Она сказала, что Райли ранен и что им пришлось спрятаться, потому что их догоняли солдаты Ордена.

Я начал беспокоиться. Все это просто бессмысленно. Если бы я не был уверен, что это единственная грузовая станция в городе, я бы подумал, что мы приехали куда-то не туда. И все же возвращаться обратно в отель нельзя, пока мы не удостоверимся в том, что их действительно здесь нет. Если Ава и Райли все-таки прячутся здесь, мы должны их отыскать.

Мы приближались к складу, но оттуда до нас не доносилось ни звука, ни одного движения. Мы боком двинулись вдоль дальней стены, стараясь найти проход внутрь. Несколько окон было выбито, целые стекла заросли грязью и паутиной. Было видно, что к ним давно никто не подходил. За покрытым паутиной стеклом виднелись громоздившиеся почти до потолка товарные ряды. И снова мои солдатские инстинкты забили тревогу. Еще один лабиринт узких коридоров и теснота. Эта ситуация нравится мне все меньше и меньше. Огромные металлические двери, через которые предположительно в склад и из него перевозили груз, были наглухо заперты. Открыть их можно было только при помощи газового резака или взрывчатки. Моя надежда, что Ава и Райли были здесь, быстро угасала, но тут Фейт внезапно ахнула и бросилась вперед.

– Ава! – вскрикнула она, и я вздрогнул. – Подожди!

И прежде чем я успел что-то сделать, она бросилась к открытой двери и исчезла за ней.

– Черт, – прорычала Эмбер и тоже бросилась вперед. – Бежим, Гаррет, ее же могут убить.

Я выругался и рванул за ней, пригибаясь под проходом в огромный склад. Он сомкнул за нами свои огромные тени, накрыл нас запахом пыли, дерева и железа. Впереди виднелся лабиринт ящиков и грузовых контейнеров. Фейт скрылась из виду.

Я поднял оружие и жестом приказал Эмбер подойти ко мне. Прижимаясь к стенам, мы пробирались между штабелями ящиков в поисках девочки. В любую секунду мы ожидали нападения. В темноте были слышны чьи-то затихающие шаги, но определить источник звука было невозможно.

– Черт, куда она побежала? – пробормотала Эмбер.

В темноте раздался пронзительный крик, от которого кровь стыла в жилах. За криком последовал грохот и звуки потасовки. Эмбер прорычала что-то на драконьем языке и понеслась туда. Я стиснул пистолет и последовал за ней. Ряды товарных вагонов резко обрывались на большой открытой площадке, на которой не было ничего, кроме нескольких палет и грузоподъемника.

– Фейт! – прошипела Эмбер, прокрадываясь вперед с оружием наперевес. – Куда…

Из тени вынырнула темная фигура, волочащая что-то за собой. Мое сердце пропустило удар. Фейт, не отрываясь, смотрела на меня, от страха ее глаза казались еще больше. Человек в черном костюме резко выставил ее вперед. Одной рукой он сжимал ее шею, а другой прижал пистолет к ее виску.

В комнате загорелся свет. В поле зрения появилось несколько вооруженных винтовками людей. Все они целились прямо в нас.

Райли

– Тебе удобно, Кобальт?

Ава положила телефон и с улыбкой повернулась ко мне. Она не стала дожидаться ответа и включила лампу, направив ее прямо мне в лицо. Я прищурился, но не стал отворачиваться.

– Хочешь что-нибудь сказать, пока мы не начали?

– Пожалуй, нет, – я попытался пожать плечами, но это оказалось сложнее, чем я думал. Я был привязан к стулу, руки были скованы за металлической спинкой стула. Когда я повернулся, притворяясь, что рассматриваю комнату, в запястья врезались пластиковые наручники. – Хотя сервис в этом заведении просто ужасный. Я заказывал коктейль «отвали, двуличная дрянь» час назад.

Ава улыбнулась.

– Боюсь, ложная бравада тебе не поможет, – девушка обошла стул. Она смотрела на меня, как будто я был особенно сложной задачкой по математике. Она взяла со стола шприц и повернулась ко мне. – Полагаю, ты уже понял, что я тебе вколола.

– Скорее всего, драктилпромазин, – ответил я. Сильный транквилизатор, «драктиль», разработали в лабораториях «Когтя» во время экспериментов по смешению старой магии и науки. Он усыпляет драконью часть нашей личности и не дает нам принять истинную форму, на короткое время запирая нас в человеческом теле. Это одно из самых устрашающих орудий, изобретенное «Когтем» против представителей собственного вида. Состав этого препарата хранился в строжайшем секрете, и его давали агентам только в очень редких случаях. Я уже пытался принять истинную форму, как только проснулся и понял, где нахожусь. Но мой дракон едва шевелился. Его как будто погрузили в долгий сон. Именно тогда я осознал, что меня не просто похитили. Кто бы это ни был, он знал, кто я и как вывести из строя мое самое сильное оружие. А это значило только одно.

«Коготь» наконец-то до меня добрался. Я в беде.

– Да, – согласилась Ава, снова положив шприц на стол. – Так что ты знаешь, что сбежать у тебя не получится. Этой дозы хватит как минимум на три часа, а у меня есть еще несколько таких шприцев. Твои друзья не знают, где ты, я отключила твой телефон, чтобы друг-хакер не смог тебя отыскать. Тебе никто не поможет, – она обошла стол и повернулась ко мне. – Не нужно сопротивляться, Кобальт. Ты ведь понимаешь, что рано или поздно я получу то, что мне нужно. А вот насколько это будет быстро и безболезненно, зависит только от тебя.

Я усмехнулся.

– Это вот так ты решила начать? Отними у жертвы надежду, скажи, что у нее нет альтернатив, что ты всегда на шаг впереди. Если ей не на что будет надеяться, ей будет все равно, и ее будет проще допрашивать, – она моргнула, я ухмыльнулся еще шире. – Психологическая война, прием 101, детеныш. Я забыл больше игр «Когтя», чем ты можешь себе представить. Если ты считаешь, что у тебя получится меня сломать, дерзай. Я могу делать это всю ночь.

– Познавательно, – сказала Ава. Похоже, я произвел на нее впечатление против ее воли. – Все-таки ты не забыл, как тебя готовили на василиска. Когда мы впервые встретились, я думала, что ты просто везучий отморозок. Я забыла, что когда-то ты был одним из лучших агентов организации.

– Был, – согласился я. – Хотя, должно быть, в «Когте» не оценивают мои способности слишком высоко, раз работу гадюк отправили делать детеныша. Так как тебя зовут на самом деле? Я имею право узнать твое настоящее имя – раз уж мы с тобой застряли здесь на всю ночь.

Девушка секунду смотрела на меня, а потом пожала плечами.

– Не думаю, сейчас это не имеет значения, – задумчиво сказала она. – На самом деле меня зовут Мист.

– Мист, значит? Ты ужасно молода, чтобы идти на такое задание без подмоги, – я ухмыльнулся. – Это твой экзамен, детеныш, или настоящие агенты убивают беззащитных детишек, пока они спят?

Она еще раз еле заметно улыбнулась.

– У тебя не получится разозлить меня и заставить проговориться, Кобальт. Кроме того, ответ на этот вопрос тебе известен так же хорошо, как и мне.

И правда. Но от этого методы борьбы организации с моей персоной становились еще более вероломными. «Коготь» не мог отправить за мной настоящего агента, потому что я знал их всех. Если бы в городе появилась Лилит или кто-то еще из отряда «Гадюк», я бы исчез сразу же, как только узнал об этом, – разве что некоторое время потратил бы, пытаясь убедить одного упрямого рыжеволосого детеныша исчезнуть вместе со мной. Даже необязательно, чтобы в окрестностях появилась именно гадюка – я бы мгновенно насторожился при появлении любого дракона из моей старой жизни, будь то гадюка, василиск, хамелеон или ящер. «Когтю» известно, что я не доверяю его агентам, поэтому, чтобы усыпить мою бдительность, они вынуждены были отправить на задание детеныша, которого я еще не видел и которому захочу помочь.

Я должен был это предвидеть. Я знал, что «Коготь» будут раздражать мои выходки. Потеря даже одного или двух детенышей в год сильно ощущалась, учитывая, насколько в организации мало агентов. Но организация славится своей хитростью, они – непревзойденные мастера манипуляции. Они виртуозно умеют отыскивать слабости своих врагов и использовать их против них. Они заманили меня в ловушку, зная, что я проглочу эту приманку. Двое детенышей, которые попали в неприятности. А я купился. Болван. Я был слишком уверен в себе, и теперь за это расплачиваюсь.

К счастью, у меня тоже осталась пара козырей в рукаве.

– Умно, – отметил я, глядя на Аву – на Мист. – Засада солдат Ордена была отлично поставлена. Все казалось совершенно реальным. – Мист ничего не ответила, и я вздохнул. – Мы можем всю ночь играть в эти игры, – сказал я, незаметно засовывая пальцы в один из рукавов куртки и чувствуя вокруг него наручник. – Но я устал, у меня все болит, и я немного раздражен, так что давай продолжим. Что тебе от меня нужно? Или, точнее, что от меня нужно «Когтю»? – брови Мист взлетели вверх, и я закатил глаза. – Не притворяйся. Если бы организация просто хотела моей смерти, я бы уже был мертв. Они бы не пошли на все эти хлопоты, только чтобы подставить меня. Что нужно «Когтю»?

Мист перестала прислоняться к столу. Теперь она была серьезна, а ее взгляд стал жестким и холодным.

– Местонахождение всех твоих пристанищ, – сказала она, и от ее слов у меня внутри что-то оборвалось. – Каждого из них. Где они находятся, сколько там драконов и сколько людей на тебя работает. Если ты дашь нам эту информацию, обещаю, бо́льшая часть твоих детенышей выживет.

Я грубо хохотнул.

– В самом деле? Так вот что нужно «Когтю»? Чтобы я предал всех драконов и людей, которых на протяжении многих лет защищал от организации? Ну, не полное ли безумие.

– Подумай о том, что ты делаешь с ними, Кобальт, – ее голос изменился, теперь она говорила тихо и мягко. – Подумай, что их существование значит для всех нас. «Коготь» хочет, чтобы детеныши вернулись в организацию. Их место – с нами. Мы защитим их. Неужели ты и правда считаешь, что им лучше оставаться в твоей сети? Постоянно в бегах, постоянно скрываться, жить в страхе, что Орден придет за ними посреди ночи? Что же это за жизнь?

– Свободная жизнь, – сказал я, и мои губы скривились от отвращения. – Жизнь, в которой организация не диктует, что делать и кем быть. Жизнь, в которой они могут дышать и не чувствовать, как над ними нависает лапа «Когтя», как коготь втыкается им в спину, как только они слегка переступят черту. Жизнь, в которой они смогут самостоятельно думать и выбирать свое будущее, вместо того чтобы выполнять роль, навязанную организацией. Уверен, у тебя сегодня выбора не было. Если «Коготь» прикажет предать, пленить и допрашивать своего соотечественника, ты не станешь задавать вопросов.

Мист вздернула голову. Она была крайне озадачена. Как будто не могла представить, что это плохо.

Я вздохнул.

– Не все драконы хотят, чтобы их жизнями управлял «Коготь», – закончил я, зная, что зря теряю время. Мист находилась под влиянием организации, она рассуждала именно так, как от нее ожидал «Коготь». Она не поймет. – Кто-то хочет быть свободным. Хотя бы чтобы им предоставили такой выбор.

– Свободными? – Мист недоверчиво посмотрела на меня. – Но какой ценой? Ценой сохранения нашей расы? Неужели эта так называемая свобода так важна, что ты готов поставить всех нас под удар вымирания? Сколько детенышей погибло от рук солдат Ордена? Сколько детенышей погибло только потому, что ты вытащил их из организации и швырнул в мир, не объяснив, что им нужно делать? Без «Когтя» и его ресурсов они уязвимы. Даже ты понимаешь, что нельзя допустить, чтобы люди узнали о существовании нашей расы. Твой мятеж ставит под угрозу всех нас. С этим нужно что-то делать.

– Почему сейчас? – спросил я. – Моя сеть существует уже много лет, но «Когтю», по-видимому, было на это плевать. За все это время за мной было отправлено только несколько нерешительных убийц. Почему я понадобился им сейчас?

– Боюсь, этого ты никогда не узнаешь.

– Ну, тогда мы в тупике, – сказал я, с максимально возможным комфортом расположившись на стуле. – Потому что я не выдам «Когтю» местонахождение моих гнезд, вне зависимости от того, что ты скажешь. Особенно теперь, когда я знаю, что как только ты получишь всю необходимую информацию, ты убьешь меня. Это не слишком располагает к сотрудничеству.

Мист покачала головой.

– Я надеялась, что до этого не дойдет, – сказала она, отворачиваясь к столу. – Я надеялась, что ты поймешь, что это необходимо для выживания всех нас, – она наклонилась вперед и вытащила еще один шприц и положила его рядом с первым. Когда я его увидел, у меня кровь застыла в жилах. – Мы можем сделать это быстро и безболезненно или можем заставить тебя говорить, даже если на это уйдет вся ночь. Все зависит от тебя. Каков твой ответ, Кобальт?

Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и почувствовал, как колотится мое сердце.

– Не думаю, что ты способна на это, – сказал я, глядя ей прямо в глаза. – Более того, не думаю, что ты этого хочешь. Для такого нужен определенный настрой, а ты не такая. По крайней мере, девушка, которую я сегодня встретил, – не такая, – ее бровь слегка изогнулась, и я надавил сильнее. – Ты можешь уйти, Мист, – горячо сказал я. – Необязательно жить вот так. Вовсе не обязательно жить под контролем «Когтя». Пойдем с нами, и я покажу тебе, что такое свобода.

Она колебалась всего мгновение, на одно мгновение на ее лице появилась тень неуверенности. Я наклонился вперед, не обращая внимания на врезавшиеся в кожу наручники.

– Ты ведь не хочешь этого делать, – уговаривал я нежно, и она нахмурилась. – Мист, послушай. Ты не принадлежишь им. Ты находчива и сообразительна, и ты один из самых умных драконов, которых я когда-либо встречал. Ты растрачиваешь свои таланты. Подумай, что мы могли бы сделать для нашей расы, если бы на горизонте не было «Когтя». Отпусти меня, и мы сможем уйти вместе.

– Ты ошибаешься, – ответила Мист, и в ее голосе послышались стальные нотки. Она выпрямилась и сузила глаза, которые стали похожи на голубые льдинки, и оттолкнула тележку. – Организация доверила мне эту задачу. Я не подведу «Коготь». Мне нужна эта информация, а если ты отказываешься говорить, у меня нет другого выбора.

Она схватила со стола второй шприц, повернулась и вонзила его мне в шею. Я вздрогнул и сжал челюсть. Мои пальцы нащупали в рукаве то, что я пытался достать, но предмет выскользнул из рук. Мист ввела в мою кровь содержимое шприца, и отступила, положив его обратно на стол.

– Что это? – прорычал я.

– Тиопентал натрия, – сказала Мист, вытирая руки о полотенце, – только это особенная версия, разработанная в лаборатории «Когтя» специально для представителей нашего вида. Это последнее достижение наших ученых, результат работы над смешением науки и магии. Это экспериментальный образец, но результаты все равно очень впечатляющие.

«Тиопентал натрия. Сыворотка правды».

Проклятье.

Современные лекарства почти не оказывали эффекта на драконов. Как и в случае с алкоголем. И чтобы вещество оказало на дракона хоть какой-то эффект, его нужно столько, сколько обычный человек бы просто не смог употребить. Но у нас нет иммунитета. Если накачать дракона достаточным количеством какой-нибудь дряни, действовать она будет точно так же, как и на человека.

– Должен отметить, ты ведешь себя неожиданно откровенно, – сказал я, с новыми силами начиная возиться с отворотом рукава. Где же эта дурацкая щель? Я должен найти ее, пока вещество не подействовало и я еще могу делать хоть что-то. – Уверена, что тебе не вкололи это вещество?

Мист посмотрела на меня с отработанным отсутствующим выражением лица.

– Я говорю тебе все это, потому что хочу, чтобы ты понимал, что сопротивляться бесполезно. Будет лучше, если ты быстро ответишь на мои вопросы. Если ты будешь сдерживаться, будет только хуже. Я собиралась допрашивать тебя по старинке, но почему-то мне кажется, что у тебя довольно высокий болевой порог. В «Когте» хотят получить эту информацию как можно скорее. Подождем пару минут, пока вещество не подействует, а потом снова обсудим условия нашего сотрудничества.

– Не знал, что гадюки занимаются подобным, – сказал я, пытаясь выиграть время. Мист отклонилась назад и смотрела на меня с непроницаемым лицом. – Разве ваш почерк – не убийства и похищения? Лилит наконец-то решила расширить сферу работы?

Мист остановилась, потом на ее губах появился намек на улыбку. От этой улыбки у меня внутри все сжалось.

– А с чего ты решил, что я гадюка? – спросила она. – Я готовилась стать василиском, как и ты. Не волнуйся, – продолжила она, оперевшись о стол и скрестив руки на груди. – Организация отправила не только меня. Гадюка скоро закончит свою часть задания.

Эмбер

– Бросайте оружие.

Приказ человека эхом разнесся по комнате. Я напряглась и посмотрела на окруживших нас людей. Это не солдаты Ордена. Солдаты Ордена носили броню, а не черные деловые костюмы. Больше всего эти люди походили на телохранителей или агентов ФБР, но никак не на военных. Однако их пистолеты были настоящими, и направлены они были точно на меня и Гаррета. И тут мое сердце пропустило удар. Я наконец поняла.

«Это не Орден. «Коготь».

Человек, который схватил Фейт, взвел курок и сильнее прижал его к ее виску. Она выдохнула от страха.

– Второй раз повторять не стану, – предупредил он. – Оружие на пол и руки за голову. Живо.

– Черт возьми.

Гаррет с покорным видом опустил оружие. Он нагнулся, положил пистолет на бетонный пол и встал, убрав руки за голову. Я зарычала, но пришлось последовать его примеру. Полукруг за нами замкнулся, и люди провели нас вперед. Они старались не приближаться слишком близко и все еще держали нас под прицелом. Они оставались начеку и зорко наблюдали за мной, не давая дракону возможности атаковать. Эти люди прекрасно знали, с чем имеют дело.

Когда нас подвели к человеку в костюме, он не улыбнулся и не сдвинулся с места. Фейт так и стояла, зажатая в его мертвой хватке, хоть он и не сводил с нас глаз. Мысли роем проносились у меня в голове. Агенты «Когтя» пришли за мной. Не за Фейт и Гарретом, а за мной. Не знаю, почему мне в голову пришла эта мысль, но точно знаю, что это так.

Я посмотрела на Фейт. Девочка побледнела от ужаса и бросила на меня умоляющий взгляд – нужно было сделать хоть что-нибудь.

Я стиснула челюсть и сделала шаг вперед.

– Отпусти ее, – сказала я, когда все пистолеты взметнулись в мою сторону. Я остановилась с поднятыми руками, глядя невозмутимому человеку прямо в глаза. – Отпусти их, – настояла я. – Они вам не нужны. Это просто беглянка и человек, ничтожество. Вы пришли за мной, да? Вам нужна я.

Агент ничего не сказал. Он и дальше смотрел на меня с самым непроницаемым лицом, и мое отчаяние только усилилось.

– Пожалуйста. Они вам не нужны. Отпустите их и я… я пойду с вами по собственной воле. Я вернусь в «Коготь», только отпустите их.

И тут Фейт расхохоталась.

– Ах, Эмбер, – хихикнула она, легко выскальзывая из рук человека. – Какая же ты все-таки наивная.

Райли

Я завалился вперед. По лицу стекал холодный пот, а челюсти болели, так сильно я стиснул зубы. Я знал, что если расслаблюсь хоть на секунду, то выболтаю все как полный идиот, но в то же самое время с каждой секундой я все больше понимал, что мне на это плевать. Наркотик действует на мой мозг и подавляет способность мыслить и сопротивляться. Лишь однажды я был в стельку пьян, но тогда я выпил столько алкоголя, что хватило бы на футбольную команду. Сейчас я чувствовал почти то же самое.

– Совсем необязательно, чтобы все было так, – нежно сказала Мист. – Скажи то, что нам нужно, и это закончится. Ты прекрасно знаешь, что рано или поздно ты сломаешься.

– Возможно, – слово соскочило с губ прежде, чем я успел закрыть рот.

«Черт, Райли, заткнись».

– Хотя я не вижу причин, мешающих мне растянуть этот процесс, – продолжил я. Мои губы перестали меня слушаться. – Ты все равно убьешь меня, когда все закончится.

Мист ничего не ответила. Ее молчание говорило мне больше, чем все объяснения. Я специально ткнул себе в руку предметом, зажатым у меня между пальцами, и вспышка боли на секунду прояснила мой разум.

– Скажи мне, – процедил я в ответ на взгляд дракона. Надеюсь, что она не заметит, что на пол капает кровь, – скажи, потому что скоро я буду изливать здесь душу, и поэтому считаю, что имею право на хотя бы один прямой ответ. Сколько вы заплатили Гриффину?

Одна из четких бровей Мист взлетела вверх.

– Достаточно, – ответила она, почти впечатленная. – Сделка с мистером Уолкером сейчас не имеет значения, но я удивлена, что тебе о ней известно.

– Я не знал, – сказал я, и она моргнула. – Я только догадывался. Ты только что это подтвердила.

Взгляд Мист стал жестче. Она скрестила руки, оперлась на стол и молча смотрела на меня. Все вокруг стало туманным, словно я оказался во сне. Мне казалось, что я плыву, в моей голове появились странные, обрывочные образы. Где же я? Как я сюда попал?

– Мы готовы? – четкий тихий голос продрался через пьяный туман. Я не знал, что это значило, но, прежде чем успел заинтересоваться, мне сказали: – Назови свое полное имя.

– Все зависит от того, кто спрашивает, – услышал я свой голос. Он звучал невнятно и отстраненно, как будто на самом деле говорил кто-то другой. – У меня много имен.

– Тогда назови настоящее имя. То, которое тебе дали, когда ты вылупился.

– Кобальт, – ответил я. Это было просто, его не было смысла скрывать.

– А сколько людей работает в твоей подпольной сети, Кобальт?

– Не знаю, – пожал плечами я. – Я давно сбился со счета. Несколько десятков.

– Все из «Когтя»?

– Да.

– Превосходно.

Девушка была довольна. Она поставила передо мной стул и села на него, а потом наклонилась прямо к моему лицу. Я тупо уставился на пол между нами и почувствовал холодные пальцы на своей мокрой от пота щеке.

– Слушай меня, Кобальт, – убедительно произнес голос, я поднял голову и посмотрел в эти внимательные голубые глаза. Я не видел очертаний ее лица, они то появлялись, то снова исчезали в тумане, и я моргнул, чтобы сфокусироваться. – Где находятся твои пристанища? – спросила она прямо и четко. – Ты хорошо сопротивлялся, но сейчас ты дашь ответ. Где детеныши «Когтя»? Скажи мне, где скрываются твои отступники.

Эмбер

– Фейт?

Я не верила своим глазам. Девочка улыбнулась и, брезгливо отряхиваясь, отошла от мужчины в костюме. Тот даже не взглянул на нее, продолжая держать меня на прицеле. Шестеро агентов, стоявших за нами, тоже не сдвинулись с места.

– Что происходит? – спросила я, и мне показалось, что в этой огромной комнате мой голос звучит просто жалко. Фейт отряхнула руки, отбросила за спину свои черные волосы и бросила на меня взгляд, полный крайнего отвращения.

– О, думаю, ты прекрасно понимаешь что, – ответила она. Она улыбалась и уже не была похожа на ту застенчивую, до смерти перепуганную девчонку, которая стояла перед нами минуту назад. – Ты достаточно умна, чтобы понять. Иначе твоей наставницей не стала бы она. Кстати, тебе нравится, как я устроила эту милую встречу? – она подняла руки, как будто хвасталась комнатой, в которой мы находились. – Я думала, это вызовет у тебя кое-какие воспоминания.

И тут я поняла. Этот склад, этот лабиринт ящиков и грузовых контейнеров, окружившие нас вооруженные люди… Я смотрела на Фейт, и меня охватывали ужас и ярость. – Лилит, – прорычала я, и ухмылка Фейт стала шире. – Ты тоже у нее училась, да? Ты гадюка.

Фейт хихикнула.

– Да. И я была единственной ее ученицей, пока не появилась ты, – ее личико исказилось от ненависти, но она снова улыбнулась. – Она просила передать тебе привет. Разумеется, Лилит думала, что ты и Кобальт угодите прямиком в такую очевидную ловушку. Ошибка начинающих, вот что я скажу. Если бы ты завершила подготовку, этого бы не случилось.

– Где Райли? – прорычала я, и люди подняли свои пистолеты. – Ты ведь знаешь, где он. Говори!

– Он мертв, – бесцеремонно ответила Фейт. – Или скоро будет мертв. Мист, наверное, уже почти закончила.

– Мист?

– Ой, извини. Для тебя она – Ава.

На мгновение у меня перехватило дыхание, и земля ушла из-под ног. Получается, что агентом «Когтя» была не только Фейт, но и Ава. И все это – тщательно продуманный план организации. Если из всех гадюк они отправили за мной именно еще одну ученицу Лилит, значит, я сильно их разозлила. А Райли… наверное, он уже мертв.

Мой дракон вызывающе зарычал, и я сжала кулаки.

– Нет, – ответила я, и брови Фейт взлетели вверх. – Ты ошибаешься. Ты не знаешь Райли. Он заткнет за пояс любого агента «Когтя».

Так и должно быть, я отказывалась верить во что-либо другое. Если бы он был мертв… Я бы это знала. Мой дракон бы это знал.

– Тебе следует беспокоиться за Мист, – сказала я Фейт.

Фейт пожала плечами.

– И тем не менее, – сказала она, похоже, нисколько не заботясь о своей напарнице, – его здесь нет. А тебе сейчас следует беспокоиться не за него.

Ее взгляд переместился с меня на Гаррета и стал расчетливым и жестоким.

– Солдат Ордена Святого Георгия, – задумчиво сказала она, и моя кровь застыла в жилах. – Как… интересно. Как же низко ты пала, – она покачала головой и посмотрела на меня с явным презрением. – Якшаешься с врагом? Объединилась с солдатом Ордена? – она насмешливо цокнула языком с самым мрачным выражением лица. – Какой позор. Что бы сказала Лилит? Что бы сказали в «Когте»?

От ужаса у меня пересохло в горле. Я не знала, что Мист делает с Райли, но понимала, какая судьба ждет Гаррета. «Коготь» убьет его прямо сейчас, просто потому что он был членом Ордена. И неважно, что сейчас он на нашей стороне и солдаты Ордена сами ведут на него охоту. Гаррета ждет смерть, если я срочно что-нибудь не придумаю. Начинать драку сейчас – подписать себе смертный приговор. Даже если я и выживу после залпа полдюжины пистолетов, солдат может погибнуть после первого же выстрела.

Мы в ловушке. Райли нет, мы в меньшинстве. Гадюка заманила нас в свою нору. Это проигрыш, окончательный и бесповоротный, но мне нужно попытаться спасти хотя бы Гаррета. Я бы смогла пережить возвращение в организацию, если бы точно знала, что солдат остался в живых. А потом, когда я вернусь в «Коготь» и найду, кто ответственен за это, я отомщу. За Райли, Данте, Гаррета и всех отступников, которых убил «Коготь». И если я не буду свободна, они об этом горько пожалеют.

Но сейчас важнее всего было не дать Фейт всадить Гаррету пулю в лоб.

– Отпусти его, – сказала я, и Фейт подняла брови. – Он больше не член Ордена. Ты была с нами и знаешь, что он не один из них.

Ее губа скривилась, а я стала говорить тверже.

– Он спас тебя от солдат Ордена, помнишь? Они бы убили нас, если бы не он.

– Эмбер, – тихо сказал Гаррет. – Ты не должна этого делать.

Я не обратила на него внимания и продолжила пристально смотреть на Фейт.

– Отпусти его, – еще раз сказала я. – Тебе ведь нужна я, так? Поверь, его не нужно убивать.

– С какой это стати? – улыбнулась Фейт. И как это раньше я считала, что она невинное юное дитя? – Я была на войне и знаю, что солдаты Ордена делают с драконами. Да кого вообще волнует, что сейчас этот человек не охотится на драконов? Он был членом Ордена, а значит, он убивал. Как верный последователь «Когтя» я считаю своей первостепенной обязанностью при первой же возможности избавляться от врагов организации. С чего мне его отпускать?

Я сглотнула.

– С того, что если ты его отпустишь, то я по своей воле вернусь в «Коготь». Я стану гадюкой, или что им там от меня нужно. Отпусти его и… я клянусь, я больше не уйду из организации.

– Нет, – сказал Гаррет, делая шаг вперед. – Эмбер, не надо…

Два человека подняли оружие и приблизились к нему. Гаррет остановился, подняв руки, но искал мой взгляд.

– Не надо продавать себя за спасение моей жизни, – сказал он. – С «Когтем» это не пройдет. Они не идут на компромиссы. Им нужно или все, или ничего… а моя жизнь не стоит твоей свободы.

Я посмотрела на него.

– Нет, стоит.

– Эмбер…

– Не спорь со мной, Гаррет, – прошипела я, и мое горло стянуло от подступающих слез. – Я не собираюсь стоять и смотреть, как тебя убивают. Просто заткнись и дай мне это сделать, ладно? – мой голос начал дрожать, я сглотнула и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. – Я уже потеряла Райли, – прошептала я. – Если я вернусь, мне нужно знать, что ты все еще жив.

– О, это все ужасно интересно, – от холодного, насмешливого голоса Фейт у меня волосы встали дыбом. Я повернулась и посмотрела на нее, на эту улыбку, от которой кровь стынет в жилах. – Ты права, – сказала она мне. – Мы действительно хотим, чтобы ты вернулась в «Коготь». Разумеется, поэтому на это задание отправили именно меня. Но с твоим предложением есть одна небольшая проблема. Видишь ли, ты уже доказала, что не верна организации, а они почему-то не хотят верить тебе на слово. Если ты хочешь вернуться, ты должна доказать, что мы снова можем тебе доверять.

Я сжала челюсть. Мысль, что мне что-то нужно доказывать «Когтю», вызывала физическую боль. Но если я смогу спасти жизнь Гаррета…

– Как? – процедила я.

Фейт кивнула людям за мной. Я повернулась, два агента вышли вперед, встали за Гарретом и заставили его опуститься на колени. Остальные встали в ряд за Гарретом, целясь прямо ему в затылок. Я бросилась к ним, но Фейт вцепилась в меня стальной хваткой.

– Ты хочешь доказать свою верность «Когтю»? – спросила она и вложила мне в руки пистолет. Я застыла от ужаса. Фейт не улыбалась, когда отпустила мою руку и кивнула в сторону стоящего на коленях солдата. – Убей его.

Мне показалось, что время остановило свой ход. Я уставилась на пистолет в своих руках, разрываясь между желанием отшвырнуть его и направить его в лицо гадюке. Не то чтобы это принесло какую-то пользу. Фейт, скорее всего, могла довольно быстро обезоружить человека. И тем более это бы не помогло Гаррету, который стоял перед теми, кто, как я знала, были из отряда палачей. Любое агрессивное движение с моей стороны – и они снесут ему голову. Я сжала пистолет и покачала головой.

– Ты сошла с ума, – сказала я Фейт. – Ты слышала, что я сказала? Повторяю: «Я вернусь в «Коготь», если ты отпустишь его», а не убьешь его не моргнув глазом. Я не стану этого делать.

– Ты не понимаешь всей серьезности своего положения, – сказала Фейт и махнула рукой в сторону Гаррета. – Солдат все равно умрет, – просто сказала она, и мое сердце упало. – Мы в любом случае убьем его, вне зависимости от того, что ты решишь. У тебя не получится убедить меня пощадить бойца Ордена. Я не буду с тобой торговаться. Моя задача – вернуть тебя в «Коготь», а это твоя последняя проверка на верность. Если ты откажешься, то разделишь судьбу солдата.

– Тогда тебе придется убить и меня тоже, – сказала я, чувствуя жар в своих легких. Мой дракон вскинулся, готовясь к последней битве не на жизнь, а на смерть.

«Прости, Гаррет. Я хотела, чтобы мы были свободны от давления «Когтя». Но они не отпустят нас, так что я буду сражаться до последней капли крови».

– В самом деле? – Фейт злобно, проницательно улыбнулась. – То есть ты пожертвуешь не только человеком, но и Данте?

Райли

– Финикс.

Мист подняла голову и внимательно посмотрела на меня, словно пытаясь понять, лгу я ей или нет. Я выругался и сгорбился, тяжело дыша, чувствуя на себе ее взгляд.

– Финикс, – медленно, четко повторила она. – Там расположены твои пристанища?

– Одно из них, – ответил я.

– А остальные? Где они?

– Повсюду. В Остине, в Финиксе, в Сан-Франциско. Какое-то время у нас даже было одно пристанище в Техасе, – я болтал безостановочно, и мне казалось, что это не я, а другой человек. – Я подумал переместить их за границу, но тогда мне бы пришлось больше путешествовать. А я не могу быть на двух континентах одновременно.

– И правда. А сколько ты скрываешь детенышей? – в ее голосе четко слышался триумф. – Говори.

– Двадцать три.

Она моргнула. Больше никак она не выдала своего удивления.

– Ты был очень занят, верно?

– Я давно этим занимаюсь.

– Конечно, – Мист наклонилась вперед. – Где их искать, Кобальт? Скажи мне, где они.

– Ты не сможешь найти их, – сказал я с небрежной улыбкой. – Если я исчезну, Уэс даст отмашку и сеть придет в движение. Они исчезнут прежде, чем «Коготь» сможет до них добраться.

– Это неважно. Как только они побегут, мы легко сможем их отследить, – она снова начала говорить тихо, почти ласково. – Хватит бороться, Кобальт. Где они? Скажи мне, где находится ближайшее пристанище?

Бороться. А почему я борюсь? Это тяжело, слишком много уходит усилий.

– Ближайшее пристанище? – я пожал плечами. – Да запросто. Оно находится прямо здесь.

Мист нахмурилась.

– Здесь? В Лас-Вегасе?

– Ага, – кивнул я, запрокинув голову назад. Мне казалось, что моя голова доверху набита ватными шариками – странное ощущение. – Вообще-то, мы прибыли всего лишь пару дней назад.

– Кто там находится?

– Мы все. Я, Уэс, солдат Ордена, Эмбер…

«Эмбер».

Глубоко внутри мой дракон вяло приподнялся, откликнувшись на ее имя. Он пришел в сознание, вызывающе зарычал, но потом сон вновь одолел его, и он снова опустился в пустоту. Но этот короткий порыв жара и огня разогнал туман, и всего лишь на одно мгновение мои мысли прояснились.

– В этом пристанище есть еще кто-нибудь? – продолжила Мист. Звук ее голоса приблизился, казалось, что она была совсем рядом со мной. – Сейчас там могут быть детеныши?

Я стиснул в кулаке то, что было у меня в руке.

– Нет, – пробормотал я, едва осознавая, что говорю. Я поморщился. Чертова сыворотка правды все еще действует. – Больше там никого нет. Только мы.

– Хорошо, – Мист соскользнула со стола и встала передо мной. – Достаточно, – сказала она, и в ее голосе появились нотки нетерпения. – Ты знаешь, что нам нужно, Кобальт. Ты знаешь, что больше у тебя не получится скрывать их от «Когтя». Я буду говорить предельно ясно. Где…

– Пока ты не спросила, – перебил я ее, и она нахмурилась, – тебе следует кое-что знать. Несколько вещей. Первое: у тебя или очень мало опыта, или ты слишком уверена в себе. Или и то и другое. Ты ведь понимаешь, что оставила вторую дозу драктилпромазина на столе, так?

– Да, – сказала Мист. Она обернулась, посмотрела на шприц. Ее бровь недоуменно изогнулась. – Но я вне опасности. Дозы, которую я тебе вколола, хватит еще на несколько часов. А что?

– Ничего, – пожал плечами я. – Просто ты забыла одно из самых важных правил проведения допроса. Никогда не оставляй предметы, которые можно использовать как оружие, в пределах досягаемости узника. Потому что, если узник сможет раскрыть пластиковые наручники, это будет первое, что он попытается схватить.

Мист отскочила назад, ее глаза расширились… А я резко вскочил на ноги, сломал наручники и потянулся за шприцем.

Эмбер

– Данте?

Я в ужасе втянула носом воздух. Пламя внутри меня зашипело и погасло. Фейт с довольным видом улыбнулась, а я сжала кулаки.

– Где он? Что они с ним сделали?

– Он в «Когте». В безопасности. По крайней мере, пока, – она замолчала, позволяя предложению повиснуть в воздухе, а потом продолжила: – Ты ведь не осознаешь, что стоит на кону? Это не только твой последний экзамен, но и последний экзамен Данте. Организация проверяет его, она хочет знать, что ему можно доверять. Он ведь брат отступницы и предательницы. Этот план – по крайней мере, большая его часть – его идея. Если ты провалишься и откажешься возвращаться в организацию, он тоже провалит проверку, – Фейт злобно улыбнулась. – А ты прекрасно знаешь, как в организации поступают с теми, кто не оправдал их ожиданий.

Меня как будто пнули в живот. За всем этим стоит Данте. Это он отправил за нами Мист и Фейт. Он стоит за похищением Райли, и, если все пойдет так и дальше, он будет виновен в смерти Гаррета. Он понимает, что творит? Действует по собственной воле или его заставляет «Коготь»? Если сегодня я не вернусь в организацию, Данте провалит свой последний экзамен. Возможно, я больше никогда его не увижу. Но чтобы я вернулась назад и узнала, действительно ли мой брат в безопасности… Гаррет должен умереть.

– Так что спроси себя, – Фейт говорила очень тихо, в ее голосе появились опасные нотки, – кто для тебя важнее? Кого ты спасешь? Солдата Ордена Святого Георгия? Самого страшного врага нашей расы? Человека, жалкая жизнь которого закончится в мгновение ока? – Она перевела презрительный взгляд на стоящего на коленях солдата, а потом снова посмотрела на меня. – Или ты выберешь Данте, своего брата, которого ты знала всю жизнь. С того самого момента, как ты ушла из «Когтя», он думал только о твоей безопасности, Эмбер. Он ждет тебя. Как и все мы. Все мы хотим, чтобы ты вернулась домой.

У меня перехватило дыхание. Мне нужно сделать выбор, но на деле никакого выбора у меня не было. Я не могу застрелить Гаррета, я ни за что этого не сделаю. Но если я этого не сделаю, нас обоих убьют. И кто знает, что после этого «Коготь» сделает с Данте.

Я посмотрела на пистолет в своей руке, потом на Гаррета, стоящего на коленях перед агентами. Он смотрел прямо перед собой с самым непроницаемым, настороженным выражением лица, но, когда он поднял голову и посмотрел на меня, в глазах его не было никакой надежды.

Фейт приблизилась, не отводя от меня взгляда. Теперь она почти мурлыкала.

– Ты сможешь начать все сначала, – сказала она. – Все, что ты сделала, будет забыто, все твои преступления против «Когтя» будут прощены. Твое место рядом с нами. Но, если ты не пройдешь этот тест, ты умрешь. И Данте тоже пострадает из-за твоего провала.

Она отклонилась назад и с уверенным выражением лица, как будто все уже было решено, продолжила:

– Думаю, ты знаешь, что делать.

И внезапно я поняла, что так и есть.

Я задрожала и закрыла глаза. Ну почему у меня так трясутся руки?

– Если… если я это сделаю, ты обещаешь мне, что Данте будет в безопасности? Что это не окажет влияния на его положение в организации? Что я смогу увидеть его без всяких последствий?

В голосе Фейт слышались триумфальные нотки.

– Даем слово.

– Хорошо, – вырвалось у меня.

Я подняла руку и посмотрела на солдата, понимая, что все это время он не сводил с нас взгляда. Гаррет смотрел на меня, и во взгляде его была видна покорность человека, который знал, что скоро умрет.

– Прости меня, – трясущимся голосом сказала я и почувствовала, как у меня сводит живот. В его глазах промелькнуло осознание предательства, но секунду спустя его лицо снова превратилось в непроницаемую маску. Я сделала глубокий вдох и шагнула вперед. – Это мой брат, – продолжила я, и в моем голосе одновременно были умоляющие и вызывающие нотки. – Мой брат-близнец. Данте всегда был для меня превыше всего. Чтобы защитить его, я готова на все. Даже на это.

Гаррет промолчал. Я посмотрела на мужчин позади него и увидела, что они все еще смотрят на меня, а не на солдата. Конечно, девчонка-дракон с пистолетом в руках сейчас представляла куда большую угрозу, чем стоящий на коленях солдат, хоть они и целились ему в затылок.

Кровь начала пульсировать у меня в висках, когда я встала в паре шагов от солдата. Я чувствовала взгляд Фейт, краем глаза видела агентов за его спиной, но смотрела я только на Гаррета. Он все еще не сводил с меня взгляда, хотя по нему было видно, что мысли его где-то далеко. Он пустым взглядом смотрел на какую-то точку далеко за моей спиной. В горле пересохло, а живот скрутило так, что меня начало подташнивать.

Дрожащими руками я подняла пистолет и прицелилась ему в лоб. Гаррет закрыл глаза, готовясь к неизбежному. И, когда я положила палец на курок, мне показалось, что время остановилось.

– Посмотри на меня, – прошептала я. Он никак не отреагировал, и я настойчивее повторила свою просьбу. – Посмотри на меня, Гаррет. Я хочу видеть твое лицо. Открой глаза.

Долю секунды солдат не шевелился. Поначалу я решила, что он не станет этого делать, но он все-таки открыл глаза и обратил на меня искаженное мукой лицо. Я посмотрела ему прямо в глаза и одними губами сказала всего лишь два слова. Надеюсь, он поймет.

– Поверь мне.

Он моргнул… и я разжала пальцы, бросив оружие на пол.

Как только пистолет выскользнул из моих рук, я приняла свою истинную форму. Темно-красный дракон взревел и встал на дыбы. Агенты «Когтя» немедленно вскинули пистолеты. Теперь угроза была еще опаснее, но я сделала вдох и выдохнула в них струю огня. Два агента отступили назад. И все же я не могла добраться до всех. В комнате раздалось эхо выстрелов. Пули со свистом полетели ко мне. Они отскакивали от моих рогов и от грудной клетки. Как минимум две пули насквозь прошили крылья, и я вскрикнула от боли.

Раздались звуки выстрелов, два человека упали на землю. Это Гаррет бросился вперед, схватил упавший пистолет и начал метко стрелять в агентов «Когтя». Остальные кинулись врассыпную в поисках укрытия. Гаррет побежал за ними, все еще стреляя из пистолета, и я пошла в атаку.

Что-то врезалось в меня, и от удара я упала и покатилась по полу. Я остановилась и успела заметить проворного дракона с темно-синей чешуей. Фейт со скоростью кобры устремилась на меня. Я успела отпрянуть назад, а Гаррет поднял пистолет, чтобы подстрелить ее, но на него тут же обрушился поток пуль. Солдат успел укрыться от них за наваленными деревянными ящиками. Он съежился за ними, а его обсыпал поток опилок от прорывающих ящики пуль.

Не обратив никакого внимания на солдата, дракон повернулся ко мне. Желтые глаза мерцали в полумраке. Фейт была немного меньше меня, с элегантной, похожей на клин головой и длинными, грациозно изгибающимися шеей и хвостом. Ее чешуя была очень темной, почти черной, а грудь, живот и крылья чуть светлее остального тела. Изогнутые черные шипы на спине опускались к хвосту линией с ее безрогого узкого черепа. Она подняла голову и вызывающе зашипела, злобно сверкнув тонкими клыками.

– Ну, так давай, гадюка, – сказала она, перекрикивая звуки выстрелов. – Посмотрим, кто из нас лучшая ученица. Только ты и я. Лицом к лицу, без друзей, – она слегка расправила крылья и злобно улыбнулась мне. – Разумеется, если тебе хочется что-то узнать о своем брате, сначала тебе придется одолеть меня.

Она поднялась в воздух, пролетела надо мной и приземлилась где-то в лабиринте позади нас. Я уже готова была взлететь следом за ней, но остановилась и оглянулась на Гаррета. Он все еще сидел за ящиками, укрываясь от пуль. От ящиков повсюду разлетались щепки и опилки, а он все еще сжимал в руке пистолет. Наши взгляды встретились.

– Гаррет…

– Иди! – вскрикнул он, взмахнув свободной рукой. – Я тебя прикрою. Встретимся позже, когда я закончу здесь. Иди!

Он повернулся и дважды выстрелил в грузовой поддон. Раздался вскрик, агент «Когтя» упал на пол, выронив оружие. Я поморщилась от боли, а потом взлетела и устремилась в лабиринт.

Райли

Как только я добрался до стола, Мист изо всех сил пнула меня по ребрам и сбила с ног. Я охнул и отшатнулся. Она замахнулась, чтобы ударить меня с разворота в висок. Если бы удар попал в цель, я бы потерял сознание. Но она проглотила наживку и открылась. Когда она замахнулась, чтобы нанести удар, я схватил ее за ногу и отшвырнул в угол. Она ударилась об стену и рухнула на пол. Я схватил шприц и выскочил за дверь. Я вывел ее из строя, но это ненадолго.

Я вылетел из комнаты и ударился о перила. Подо мной тянулись длинные ряды контейнеров и ящиков. Разумеется, это было идеальное место для подобной встречи. Здесь тихо, пусто, людей вокруг не было – никто не станет свидетелем допроса, убийства или не увидит, как огромное мифическое существо гонится за кем-то по проходам…

Кстати о существе…

Позади раздался тихий рык, от которого волосы у меня на затылке встали дыбом. Я перепрыгнул через перила, пролетел примерно два с половиной метра, приземлился и побежал за деревянные ящики. Дверь распахнулась, по комнате разнесся рев разъяренного дракона. Я нырнул в ближайший проход, прижался к углу и попытался принять истинную форму в надежде, что транквилизатор уже выдохся.

Нет. Не вышло. Мое тело оставалось заперто в человеческой форме, а дракон почти не откликался. Я выругался и бешено осмотрелся по сторонам в поисках того, что могло бы помочь сравнять шансы в этом сражении. Ящики, контейнеры, коробки. Если я не найду тайник с оружием или хотя бы пару гранат, исход этой драки может быть для меня печальным.

Рука пульсировала. Я сжал кулак и стиснул зубы. Слава богу, перед допросом Мист не додумалась снять с меня куртку. Если бы она это сделала, в подкладе она бы обнаружила и другие меры предосторожности. Моя жизнь столько раз висела на волоске, что я научился быть готовым ко всему: к тому, что меня поймают, пленят, бросят на линии врага. Я научился рассчитывать только на себя и всегда иметь запасной план. Показательный пример: в этот раз я освободился, перерезав наручники лезвием бритвы, спрятанной в манжете куртки. На запястье были тонкие неглубокие порезы, но это пустяки. Они быстро заживут. Только руки все равно болели, мерзко, как будто я множество раз резал кожу о бумагу.

Над моей головой пролетела огромная призрачная тень и приземлилась на ближайший ящик. В своей истинной форме Мист была такой же грациозной и строгой, как и в человеческой, с голубыми глазами, блестящей бело-голубой чешуей и загнутыми назад рогами цвета слоновой кости. Она сложила крылья, собрала длинный хвост с острым кончиком и, прищурившись, всматривалась в темноту.

Я не шевелился и затаил дыхание, когда она пристально осматривала комнату. Это плохо. Она была очень элегантной. Возможно, за всю свою долгую жизнь я не видел дракона красивее, но все же я был в человеческой форме, а она могла вспороть меня одним когтем.

Мист резко подняла голову и принюхалась. И тут я наморщился, осознав свою ошибку.

«Она чувствует запах твоей крови, идиот. Шевелись!»

Я бросился из укрытия, и Мист резко повернула голову в мою сторону. Она зашипела и грациозно приземлилась над другим проходом, а потом еще над одним, преследуя меня. Я, не оглядываясь, несся по лабиринту из ящиков и слышал, как со свистом рассекает воздух ее хвост. Где же я могу от нее спрятаться?..

Я бежал по темному узкому проходу, по обеим сторонам которого громоздились штабели фанеры, когда сверху что-то промелькнуло. Я резко затормозил, и уже было развернулся, чтобы побежать обратно, вернуться тем же путем, каким пришел, но тут белый дракон с рычанием приземлился передо мной. Мист подняла голову и сделала глубокий вдох, я увидел, как увеличивается ее огненная железа. Мой пульс тревожно подскочил, и я нырнул в сторону, в узкую щель между штабелями дров. В эту самую секунду за моей спиной разразился огненный шторм. Я поднялся на ноги, и даже сквозь одежду почувствовал невыносимый обжигающий жар. Тяжело дыша, я приготовился снова броситься прочь, когда заметил в проходе вспышку желтого света, и мое сердце екнуло.

«Хоть бы это сработало».

Позади раздался сердитый рев. Я, не оглядываясь, бросился в угол, упал на сиденье погрузчика и взмолился, чтобы в замке зажигания был ключ. Он и правда был там, и я, повернув его, включил двигатель.

Белый дракон с рыком приземлилась в проходе. Она успела посмотреть вперед, зашипела… И в нее на полном ходу врезался электропогрузчик, а его металлические вилы врезались в ее тело с двух сторон. Она закричала, и ее понесло по бетонному полу. Она рвала и метала, пока я не врезался в бетонную стену. От столкновения меня бросило вперед, и я чуть не вылетел из погрузчика. Несколько больших ящиков сломалось, и их содержимое рассыпалось рядом с нами.

Мист повалилась на вилы. Она пошевелила лапами и слабо приподняла голову. Я спрыгнул с сиденья и подошел к ней. Ее ярко-голубые глаза открылись, пытаясь сфокусироваться. Я порылся в кармане куртки и вытащил шприц.

– Стой, – пробормотала она, пытаясь выбраться. Ее прижатые к стене крылья трепетали, она слабо царапала металлические вилы. – Кобальт, подожди. Ты не знаешь, что делаешь.

– Прости, дитя, – пробормотал я, воткнув иглу ей в шею так, чтобы она прошла под ее чешуей. Она щелкнула челюстью, и я отпрыгнул, глядя, как она сопротивляется все слабее и слабее. Наконец, ее глаза закатились, и она упала на вилы погрузчика. Я вздохнул, сделал шаг назад, а белый детеныш в это время дернулся в последний раз и уснул.

– Я знаю, что делаю, – сказал я бесчувственной Мист. – Всегда знал. Хотелось бы мне, чтобы ты тоже это понимала. Чтобы ты поняла, что «Коготь» делает со всеми нами, – я покачал головой и посмотрел на нее. А потом отошел еще на шаг. – Если бы ты позволила мне, я бы показал тебе все.

Я запустил руку в волосы, повернулся и побежал из прохода. Мне нужно обратно в офис, мне нужен мой телефон. Надо позвонить остальным и сказать им, что со мной все в порядке. Сказать им, что, возможно, они отправляются прямиком в ловушку.

Один на один с гадюкой.

Эмбер

«Поразительное чувство дежавю».

Я кралась по темному лабиринту металлических контейнеров, напрягая все чувства в поисках второго дракона. Разумеется, все это жутко напомнило тренировки Лилит. Тогда я тоже пробиралась по точно такому же складу, выслеживая тех, кто охотился на меня. Уверена, именно этого Фейт и добивалась. Похоже, она безукоризненно повторяла все за Лилит, а моя боль доставляла ей садистское удовольствие. Но в этот раз ей не победить.

Над моей головой пронеслась тень. Я напряглась и вытянула шею в ожидании атаки сверху. Синий дракон мог упасть на меня с потолка. Я сама много раз прибегала к этой тактике, когда…

Сбоку мелькнуло темное пятно, и что-то ударило меня по передней лапе, прорываясь острыми когтями через чешую и кожу. Я зарычала и оскалила клыки, но успела только мельком увидеть длинный тонкий хвост, исчезающий за углом. Она уже пропала.

Я поморщилась от боли и посмотрела на плечо. Четыре тонких пореза виднелись на моей коже. Они были не очень глубокими, но все-таки раны уже начали наполняться кровью. И, несмотря на то что моя чешуя сдержала большую часть удара, царапины все равно дико болели.

Из-за угла, за которым скрылась Фейт, донесся скребущий звук, и я круто развернулась, готовая к удару. Она набросилась на меня с другой стороны и вонзила когти мне в бок. Я взревела и выплюнула струю огня, оставив на одном из контейнеров черное обугленное пятно, но Фейт уже исчезла.

Я зарычала и медленно повернулась, стараясь следить одновременно за каждым углом.

– Вот чему тебя научила Лилит? – выкрикнула я, чувствуя, как по моему плечу и задней лапе течет кровь. Раны болели, но я не собиралась этого показывать. – Нападать со спины? В чем дело, боишься, что я надеру тебе задницу, если ты рискнешь сойтись со мной лицом к лицу?

Из темноты донесся свистящий смешок.

– Не понимаю, что они в тебе разглядели, – раздался отдаленный голос. Невозможно было сказать, где именно она находится. – Я никогда не смогу понять, почему в «Когте» решили, что твоей наставницей должна стать именно Лилит. Какая ужасная растрата ее времени и таланта. Разумеется, в том, что ты никогда не смогла бы стать гадюкой, нет ее вины. В тебе нет задатков убийцы, и ты совершенно недисциплинированна, – она презрительно фыркнула. – Я слышала, что расчет Старейшего Змия был на то, что ты впитаешь безжалостность Лилит. Именно поэтому было решено, что она станет твоей наставницей, – продолжила Фейт, – но потом ты стала отступницей и разочаровала всех. Я слышала, что твой брат подает куда бо́льшие надежды.

– Где Данте? – проревела я, и эхо моего голоса разнеслось по складу. – Я не верю, что это его рук дело. Он бы никогда не поступил так со мной. Ты лжешь.

Еще один мягкий смешок.

– Полагаю, что детеныш, который похож на тебя как две капли воды, был вызван на встречу с мистером Ротом для того, чтобы поговорить о политике, – сказал голос, и я наконец-то поняла, что она находится прямо передо мной. – Конечно, ты всегда можешь поговорить с ним сама. Если выживешь!

Я обнажила клыки, когти и развернулась, а дракон выскочил на меня со спины. Победно зарычав, я бросилась вперед. Мне казалось, что она у меня в руках, но Фейт изменила направление, быстрая, как змея, пролетела у меня над головой и приземлилась на контейнере в проходе от меня.

«Черт, она быстрая. Когда же ты уже остановишься».

С рыком я взлетела. В этот раз дракон не стал убегать и с ухмылкой смотрел, как я опускаюсь на край контейнера. Где-то в лабиринте раздался шквал выстрелов. Гаррет все еще сражался с оставшимися агентами «Когтя». Надеюсь, с ним все в порядке. Сейчас я ничем не могу ему помочь.

– Заканчивай свои игры, – сказала я Фейт. Она с самодовольной ухмылкой смотрела на меня, обернувшись хвостом. Она была проворнее меня, и она это знала, но я не позволю ей одержать верх. – О Старейшем Змие я слышу уже во второй раз. Что от нас нужно главе «Когтя», сильнейшему дракону на земле? И как с этим связан Данте?

Фейт ухмыльнулась.

– Ты считаешь, меня в это посвятили? Раз у тебя столько вопросов, иди в «Коготь» и спроси сама. Или нет. Я прямо сейчас могу позвонить Данте и поговорить с ним, – она с улыбкой положила свою элегантную морду на землю. – Мой телефон лежит там, где я приняла истинную форму. В памяти только один номер. Позвони ему – и узнаешь, чем все это время занимался твой драгоценный братец.

Я бессознательно повернула голову туда, куда она показывала.

И Фейт бросилась вперед.

В последний момент я поняла, что она хочет сделать, и вскинула голову. Дракон врезался, сбив меня с края контейнера. От удара о бетонный пол у меня перехватило дыхание. Пока я поднималась на ноги, Фейт грациозно, как кошка, приземлилась недалеко от меня и с ухмылкой повернулась ко мне, положив перед собой тонкий хвост.

– Ты хотела, чтобы я сразилась с тобой в открытую, гадюка, – усмехнулась она, когда я заревела и, шатаясь, пошла по направлению к ней, пытаясь не обращать внимания на тупую боль в боку. – Ты хотела драться один на один. Вот, я здесь. Ты готова? – она немного отступила в сторону, ее проворное тело, как чернила, струилось на бетонном полу. – Я иду.

И она бросилась вперед, мелькнула по полу едва заметным чернильным пятном и врезалась мне в плечо, вызвав новую вспышку боли. Я зарычала и ударила лапой, но Фейт уже была вне зоны досягаемости. Когда она еще раз прыгнула на меня, мне удалось увернуться от удара в шею, но ее острые когти скользнули по моей чешуе. Я сделала рывок вперед, намереваясь вонзить клыки ей в горло. Быстро, как тень, она скользнула в сторону и полоснула когтями мне по лицу. От удара моя голова повернулась набок. Я растерялась, и тут меня схватили за переднюю лапу и дернули в сторону. Я потеряла равновесие и снова рухнула на пол. Когда я ударилась о немилосердный бетон, у меня с губ сорвался стон.

«Вот черт, плохи мои дела».

Тяжело дыша, я поднялась на ноги и огляделась в поисках Фейт. Она стояла в нескольких метрах, насмешливо глядя на меня. Ее улыбка невероятно меня раздражала. Она играла со мной так же, как когда-то играла Лилит.

– Что такое, Эмбер? – спросила Фейт, поднимая голову, как любопытная собака. – Я думала, ты хотела именно этого. Считаешь, что сможешь справиться с гадюкой, не закончив обучение? Если бы ты осталась с Лилит, возможно, у тебя был бы шанс, – она покачала головой и прищурилась. – Ты готова прекратить все это, убить солдата и вернуться в «Коготь»? Или мне все-таки придется медленно разорвать тебя на куски?

«Черт, какая же она быстрая. Что я могу ей противопоставить? – я сердито вспомнила, как сражалась с Лилит, пытаясь придумать, что я могу использовать. – Она проворная, но при этом она слишком большие надежды возлагает на свою скорость. Если у меня получится подобраться поближе к ней, она ударит меня, – я сделала глубокий вдох, собираясь с силами. – Ну ладно. Сделаем. Будет больно».

Я подняла голову и со злой ухмылкой посмотрела на нее.

– Ты совершаешь ту же самую ошибку, что и она, – сказала я и моргнула. – Она тоже считала, что одержала надо мной верх, – ухмылка Фейт померкла, а я вызывающе обнажила когти. – Лучшая гадюка «Когтя» сделала все возможное, чтобы вернуть меня в организацию, но все же я здесь. Почему ты считаешь, что сможешь исправить ситуацию?

Фейт прищурилась.

– Знаешь, что? – сказала она, подбираясь ближе. Ее тело было едва заметно в тени. – Мне надоело с тобой играть. Было весело смотреть, вы с солдатом пляшете друг с другом, как две козочки, – она запрокинула голову, демонстрируя ряды тонких острых зубов. – Но ты переступила черту. У тебя есть чувства к этому человеку. Ни один настоящий дракон не позволил бы себе такого, – она пригнулась к земле – змея, готовая к броску. – Ты только позоришь организацию и всех нас. Думаю, Лилит поздравит меня с тем, что я избавилась от тебя!

Она бросилась вперед, темная тень по бетонному полу. Я зарычала и ринулась навстречу, выпустив когти. Она, как ртуть, уклонилась от удара и полоснула меня когтями по шее. Я повернулась, опустила голову и помчалась за ней по этажу. Она ловко развернулась и ударила меня когтями, пытаясь сбежать. Я не стала уворачиваться от ее атак, скрипя зубами при каждом порезе, разрывавшем мою чешую, и врезалась в нее, как бык.

Ударив ее рогами в грудь, я сбила Фейт с ног. Она рухнула на пол и тут же пнула меня задними лапами, оставив длинные глубокие раны на животе и ребрах. Я не обратила внимания на боль и потянулась к ее горлу. Мы зарычали и покатились по полу, схлестываясь крыльями и хвостами, пытаясь прижать друг друга к земле.

Визжа от ярости, мы врезались в пару стальных бочек в углу комнаты. Бочки с грохотом опрокинулись на пол, и едкая жидкость разлилась по полу, обжигая нос и глаза. Я мгновенно вымокла и закашлялась от поднимающихся испарений, но с гадюки, лежащей подо мной, нельзя было сводить глаз. Бочка лязгнула о бетон, раздалось шипение…

…И вокруг нас разгорелся огненный шторм. Пламя билось в воздухе и обжигало мне спину и крылья. Оно захлестнуло гадюку, окружило ее огненной стеной, пока она не стала похожа на демона из преисподней. Она завизжала и ударила объятыми пламенем когтями по моей шее и лицу. Если до этого мои порезы просто болели, теперь мне казалось, что на раны положили горящую кочергу, а потом облили кислотой. От боли у меня помутнело в глазах, я потеряла способность рассуждать здраво и взревела.

Я прижала Фейт к полу, не обращая внимания на то, что она беспорядочно молотила меня когтистыми лапами, обнажила зубы и потянулась к ее изящной шее. Когда я сомкнула челюсти на ее горле, она закричала и неистово забилась. Она впилась в меня всеми когтями, пинала меня в живот задними лапами и пыталась оттолкнуть меня передними. Я закрыла глаза, собралась с силами и начала сдавливать ее горло.

– Стой!

Я остановилась, моя челюсть все еще сжимала ее изящное горло, когда с губ Фейт сорвался истошный вопль, который эхом отразился от стропил.

– Остановись, умоляю! Не убивай меня! Не надо!

Внезапно меня охватило чувство облегчения, от которого у меня задрожали ноги. Я не хотела убивать ее, по крайней мере не так. Гадюка она или нет, я не могу просто так разорвать ей глотку. Неважно, что там считает «Коготь», я не Лилит и никогда не стану такой, как она.

Я немного ослабила хватку, но не настолько, чтобы она могла вырваться.

– Почему? – прорычала я. – Почему я должна тебе верить?

Она беспомощно извивалась подо мной, бешено колотя хвостом по моим ногам.

– Потому что я расскажу тебе о Данте, – прохрипела она. – Позволь мне принять человеческую форму. Ведь так я не смогу причинить тебе боль. И не смогу сбежать. Я изменюсь, а потом расскажу тебе все, что пожелаешь. О твоем брате, о Мист, о Райли. Все, что угодно.

Я стукнула по полу хвостом, как будто обдумывала ее предложение, а потом вздохнула.

– Ладно, – пробормотала я и осторожно разжала челюсти. Она шлепнулась о бетон. Мне нужна была информация о Райли и моем брате, и я больше не хотела драться. Мне не хотелось ее убивать, и каждую клеточку моего тела пронзала острая боль. Оказалось, что лезть в огонь с открытыми ранами – не самая лучшая идея. Если сейчас она решит сбежать, у меня не получится ее поймать, даже в человеческой форме.

Фейт выползла из-под меня и, пока огонь вокруг нас угасал, начала сжиматься в размерах. Ее хвост и шея уменьшились, чешуя исчезла, а крылья втянулись в тело. На полу сидела девчонка в костюме гадюки. Она обхватила себя руками и подняла голову, снова похожая на невинную застенчивую девочку. Но я больше не куплюсь на эту уловку. Я сложила крылья и села перед ней, сжимая зубы, чтобы не зашипеть от боли. Нельзя показывать слабость перед тренированной гадюкой. Наконец, последние языки пламени погасли, полностью поглотив горючее вещество из бочек. Адреналин постепенно выветривался, и я начала чувствовать боль. Чешуя драконов, может быть, и защищала от огня, но в тех многочисленных местах, где у меня были открытые раны, плоть была обожжена и причиняла адскую боль.

«Классно. Возможно, я единственный дракон за всю историю, который умудрился заработать ожоги третьей степени».

– Райли, – тихо прорычала я. – Где он? Почему тебя отправили за нами? Расскажи все, что знаешь.

Фейт сделала глубокий вдох и выдохнула.

– Нам с Мист поручили отыскать тебя и отступника. У меня был приказ привести тебя живой и убить всех остальных. Мист должна была разобраться с Кобальтом, вытащить из него информацию, а потом устранить. Разделяй и властвуй, а потом с триумфом возвращайся в «Коготь».

Мне стало плохо, но я постаралась скрыть это от нее.

– Какая информация им нужна от Райли?

– У меня не было допуска к той части задания, – ответила Фейт и снова съежилась. Я скривила губу. – Эта информация была только у Мист, – быстро добавила она. – У меня свое задание. И мне сообщили только то, что связано с ним.

– Так ты не знаешь, где сейчас находится Райли? И что Мист делает с ним?

– Нет.

Я зарычала от разочарования и заскребла когтями по бетону. Девочку передернуло, но я не обратила на нее внимания. Я все еще не знаю, где находится Райли и жив ли он. Мы ни на шаг не продвинулись в наших поисках с того момента, как вышли из отеля. Мист и Фейт сделали свое дело безукоризненно.

А потом я вспомнила кое-что еще.

– Где Данте? – прищурившись, спросила я. – Ты сказала, что у тебя есть его номер телефона. Или это тоже ложь?

– Нет, – Фейт почесала руку. – Данте… один из руководителей этой операции. Он и остальные члены совета наблюдают за ходом операции. Я должна выйти на связь после того, как разберусь с тобой – так или иначе.

Мое сердце ухнуло вниз.

– Я тебе не верю.

– Думай, что хочешь, – Фейт не отвела взгляда. – Но именно Данте все это устроил. Работа над планом по твоему возвращению в организацию – часть его последнего экзамена.

У меня внезапно пересохло в горле.

– А если бы я отказалась возвращаться?

– В таком случае мне было бы приказано избавиться от тебя.

Я покачала головой. Не могу поверить. Неужели Данте действительно это сделал? Мой собственный брат отправил за нами гадюку и приказал ей убить меня, если я откажусь возвращаться в организацию? Он бы так не поступил. Да, мы ругались, ссорились, во многом наши мнения расходятся, но Данте ни за что бы не приказал убить меня в случае, если я откажусь сотрудничать.

Или приказал бы? Неужели он так проникся принципами «Когтя», что действительно считал, что поступает правильно? Я вспомнила, что когда-то сказал мне Райли, и мой желудок скрутило.

«Он во власти «Когтя». Он предаст родную кровь, если так будет велено организацией».

Фейт положила руку себе на бок, ее лицо скривилось от боли.

– Что ты будешь со мной делать? – напряженно спросила она.

Я встала и поморщилась, потому что движение отдалось болью в обожженных порезах. Гадюку передернуло, как будто она ожидала, что я нападу на нее, но с меня было достаточно драк. Мой мозг лихорадочно работал, тело болело, и меня тошнило – и не по одной причине.

– Я хочу, чтобы ты передала «Когтю» и Данте сообщение, – прорычала я. – Скажи им, чтобы они прекратили отправлять за мной агентов. Они зря теряют время. Я не вернусь. – Фейт настороженно посмотрела на меня, как будто я могла наброситься на нее, как только она пошевелится, и я обнажила клыки. – Убирайся!

Она поднялась на ноги и, держась за бок, пошатываясь, пошла в темноту. Я смотрела, как она исчезает в проходе, а потом рухнула на холодный бетонный пол и захныкала от боли.

Как же мне хочется просто лечь и несколько минут не двигаться. Все мое тело болит, но, по крайней мере, я победила. Я выиграла драку с тренированной гадюкой. Маленькой гадюкой, но все же гадюкой. Думаю, мне очень повезло, что я осталась в живых. Если бы мы с лучшей ученицей Лилит поменялись местами, она бы меня не пощадила. Она не знала, что от победы ее отделяло всего ничего и что если бы она не сдалась, у меня просто не хватило бы сил ее убить.

«Наверное, я никогда не стану настоящей гадюкой, – подумала я, но при этой мысли я почувствовала только облегчение. – Но если бы Фейт поняла это, я бы никогда не победила».

Она больше не проблема. Мой блеф сработал. Она ушла. Хотя нужно было еще найти Райли. И разобраться с Мист.

Стиснув зубы, я встала и захромала по проходу. Нужно найти Гаррета, найти Райли, разобраться с Данте. Сейчас нужно сосредоточиться на этом, и именно в таком порядке. И не отключиться до того, как мы уберемся отсюда. Это тоже было в списке.

Позади меня раздался свистящий смешок. Я застыла на месте.

– О, Эмбер, – пропела Фейт, и воздух запульсировал от энергии превращения. – Неужели ты так ничему не научилась? Что Лилит говорила о милосердии к врагам?

Я развернулась, понимая, что мне не хватит скорости. Гадюка уже прыгнула на меня, готовая разорвать меня на куски.

Прогремел выстрел. Пуля попала точно в бок дракону. Фейт упала на пол и завизжала от боли. Мое сердце неистово колотилось, я повернулась и увидела Гаррета. Он вышел из тени за проходами, сжимая в руках пистолет, и не сводил взгляда с поверженного дракона. Его взгляд был тяжелым и опасным, на лице застыла суровая маска. Он направлял пистолет на гадюку.

Фейт закричала от ярости и отрицания. Забив хвостом, она попыталась подняться на ноги, но за первым выстрелом прогремел второй, и она упала на бок, завалилась на ящики и рухнула на пол, оставив на дереве темно-красное пятно. Ее крылья задергались, сначала неистово, но потом все медленнее и медленнее. Вокруг ее тела расползалось красное пятно. Ее челюсти разжимались, она тяжело задышала. Ее глаза остекленели от боли и страха.

– Нет, – услышала я ее шепот. – Не сейчас. Не так. Я не могу умереть… вот так.

Мне стало плохо. Я едва держалась на ногах и не знала, на сколько еще меня хватит, но все равно сжала челюсть и, пошатываясь, пошла в сторону умирающего дракона. Она была гадюкой, ее отправили убить нас, но все равно она дракон и когда-то она была такой же, как и я.

Когда я подошла к гадюке, она пустым взглядом уставилась на точку перед собой. Я старалась не смотреть на два круглых отверстия под ее передней лапой. Из ран сочилась красная кровь. Точный выстрел в сердце был сделан тем, кто прекрасно знал, как именно убить дракона. Фейт моргнула, я увидела в ее глазах свое отражение. Ее взгляд медленно стекленел.

– Я хотела… быть ее лучшей ученицей, – прошептала она, из ее ноздри вытекла тонкая красная струйка. – Ее… единственной… ученицей. Я хотела, чтобы она мной гордилась. Хотела доказать… что я могу быть такой же, как она.

У меня в горле появился комок, но я сглотнула.

– Ты доказала, – хрипло прошептала я. – Ты была истинной гадюкой. Лилит бы гордилась тобой.

Фейт не ответила. Ее крылья перестали трепетать, но она уже меня не видела. Она была мертва.

А солдат, который убил ее, стоял у меня за спиной.

Гаррет

Глядя, как Эмбер отходит от тела мертвого дракона, я опустил пистолет. Напряжение понемногу покидало меня. Все кончено. Она оставалась одна: остальные агенты «Когтя» лежали в другом помещении склада. Все они сражались до последней капли крови, как будто им было нечего терять. А может быть, так и было. Возможно, «Коготь» давал своим агентам установку: возвращаться с победой или не возвращаться вообще. Но в любом случае это неважно. Сегодня в «Коготь» не вернется никто.

Внезапно Эмбер пошатнулась и застонала, и я снова встревожился. Убрав пистолет в кобуру, я бросился к ней и внимательно осмотрел изящное чешуйчатое тело на предмет полученных ранений. Разглядеть их на ее темно-красной чешуе было непросто, но по тому, как Эмбер передвигалась, я понял, что она ранена. Мне не доводилось видеть, как сражаются драконы, но я знал, насколько смертоносными могут быть их когти и клыки. Драконы способны запросто перекусывать кости и отрывать двери от машин. Их чешуя устойчива к воздействию огня, но два дракона и без того могли причинить друг другу серьезный урон.

Я подошел ближе, и моя догадка подтвердилась. На спине у Эмбер зияли открытые раны, ее чешую рассекали четыре длинных следа когтей. Но края узких порезов выглядели обожженными, черными, а плоть – болезненно-розовой.

Я зашел ей за спину и аккуратно поднял ее крыло. Под ним было еще больше ран, все в том же самом состоянии: обожженные следы когтей. В воздухе витал слабый запах дыма и химических веществ. Казалось, что он исходит от хромающего дракона.

– Эмбер, что случилось? – нахмурился я.

– Приняла неудачное решение, но тогда мне казалось, что это отличная идея, – тяжело выговорила она и повернулась ко мне. На ее морде кровоточили четыре тонких красных царапины. Они выглядели очень неприятно. Мои внутренности болезненно сжались. – Ты убил ее, – прошептала она. Она не обвиняла меня, но все равно глаза ее сердито сверкали. – Не надо было.

– Нет, надо, – я посмотрел прямо в глаза сердитому дракону и увидел свое отражение в ее зеленых зрачках. Она прищурилась, но я не чувствовал и намека на страх. Странно это, стоять совсем рядом с разъяренным и к тому же раненым драконом и знать, что она никогда в жизни не причинит тебе боль. – Мне пришлось стрелять на поражение. Ты это знаешь. Она бы не успокоилась, пока не убила бы тебя.

– Я знаю. Черт, – Эмбер осела у стены, глядя на безжизненное тело на земле. Она выдохнула от боли, и из ее рта вырвалась струйка дыма. – Но все же она была одной из нас. Когда-то она была такой же, как и я. Кто знает, как бы сложилась ее жизнь, если бы Лилит и «Коготь» не вцепились в нее мертвой хваткой, – она задрожала, закрыла глаза и отвернулась. – Как бы мне хотелось, чтобы все было по-другому.

Я положил руку ей на шею. Мое сердце заколотилось от одного осознания того факта, что я запросто могу прикоснуться к дракону.

– Нам нужно заняться твоими ранами, – сказал я. Насколько они окажутся серьезными, когда она превратится обратно в человека? – Ты можешь принять человеческую форму?

– Нет, – Эмбер покачала головой и, пошатываясь, пошла прочь. – То есть да, могу, и я это сделаю, но… Как же Райли? Нам нужно его отыскать.

– Эмбер, ты ранена. И серьезно, судя по тому как выглядят твои раны, – я встал перед ней, не давая ей пройти. – Нам нужно вернуться в отель и рассказать Уэсу, что произошло. Может быть, он уже сумел связаться с Райли.

– В таком случае, он бы нам позвонил! – она ударила хвостом по полу и упрямо подняла голову. – Со мной все в порядке, Гаррет. Мы должны продолжить поиски.

– И куда мы пойдем? Мы все еще не знаем, где он. Сейчас он может быть где угодно. Где ты собираешься его искать? – Эмбер прищурилась, и я постарался говорить спокойно, понимая, что я не смогу остановить эту огромную рептилию, если она вознамерится пойти напролом. Однако меня не покидало ощущение абсурдности ситуации. Я стоял в темном складе и спорил с драконом.

– Нам нужно перегруппироваться, – сказал я, надеясь, что она прислушается к голосу рассудка, что беспокойство за Райли не перевесит логические аргументы. От этой мысли где-то на задворках сознания начала клокотать ярость, но я отмахнулся от нее. – Давай вернемся в отель, обработаем твои раны и узнаем, не получил ли Уэс вестей от Райли. Сейчас это будет самым логичным решением.

Эмбер махнула хвостом и набрала в грудь воздуха, чтобы поспорить, но нахмурилась.

– Погоди… – сказала она, поднимая голову. – Ты это слышал?

Я молча вытащил пистолет и встал спиной к ней. Мгновение солдат Ордена Святого Георгия и дракон стояли, прикрывая друг друга. Мы с Тристаном тысячу раз вставали так же, спина к спине. Странно, но сейчас ощущения были те же самые.

Где-то из глубин лабиринта