Book: Технарь



Владимир Кунин

Технарь

Серия «Наши там» выпускается с 2010 года

Оформление художника Павла Ильина


Благодарности

Виталику и Лене (герои некоторых глав) за то, что сподвигли меня на написание этой книги. Николаю (Mikolaj) aka kolded за конверсию в формат FB2 и помощь в поиске ошибок. Читателям СИ: Rad, Solars, Маныч, Юрий, Вотаку, руман, Оридана, А1 и другим за поиск ошибок и моральную помощь в написании.

Пролог

Начну с себя. Угораздило меня жить в эпоху перемен, да ещё и очень больным. Но я приспособился, немного подлечился, стал изучать мир и приобрёл несколько «плюшек» (навыков и знаний). И хотя живу как большинство: дом – работа – дом – работа, но навыки коллекционирую, на будущее, ведь никогда не знаешь, что и где пригодится. И так как знания и навыки сложнее потерять, чем вещи или деньги, то и ценю я их безмерно. Внешность – типичный Гордон Фримен (бородатый очкарик), только тощий (переболевший Фримен).

Вот некоторые «плюшки», их примерная оценка и описание.

Технарь (элита) – техника мне даётся легко, умудряюсь в ней разбираться и ремонтировать на интуитивном уровне (без описания и инструментов).

Игрок (профессионал) – переиграл в огромное количество компьютерных, настольных, азартных игр.

Читатель (специалист) – читаю книги запойно и в огромных количествах.

Навигатор (специалист) – неплохо ориентируюсь в лесу, разбираюсь в топографических картах и навигаторах. Сновидец (любитель) – ОС[1] и ВТО[2] – наше всё.

Сталкер (любитель) – ищу и изучаю слабости своего организма. И по мере возможности стараюсь от них избавиться.

Маг (теоретик) – из-за слабого здоровья магия мне не даётся, приходится изучать её в теории, а вдруг когда получится? Телепортация, скрадывание, лечение рака, регенерация, омоложение – вот самые интересные знания, которые я приобрёл, не считая кучи остальных.

Программист-универсал (любитель) – люблю я это дело. Изучаю программирование всего подряд, например: компьютерных программ на различных языках, человека на различных уровнях (психологическом, физиологическом, генетическом), а недавно узнал, как программировать судьбу, но решил над ней не изгаляться.


Лежу я, сплю, никого не трогаю, уже седьмой сон вижу, как вдруг раздаётся стук в дверь.

– Вооовчик! Хватит дрыхнуть, вставай давай, – будит в очередной раз меня мой двоюродный брат Виталик. – Чем ты всё время по ночам маешься, раз весь день спишь? Или опять ОС ловишь?

Выглядит Виталик как молодой Бандерас, такой же кудрявый, но, правда, высокий. Как и я, интересуется программированием (студент, однако), но мне никак не удаётся передать ему стиль мышления программера: это когда ты, ещё только читая задачу, уже видишь необходимый алгоритм решения. Периодически вытаскивает меня в походы по близлежащим лесам в качестве Сусанина.

– Я вообще-то буйный с утра, когда меня будят, – пробурчал я. – Могу и заехать чем-нибудь в бубен.

– Скажешь тоже! Вечер уже, соня.

– Да встаю уже, – отвечаю я, вставая, зная что он не отстанет. – Такой сон классный видел.

– Не хочешь в поход сходить, на ролёвку? Я Ленку уже пригласил.

Лена – это моя племянница. С кем сравнить, не знаю, разве что с Джулией Робертс.

– И давно это в нашем захолустье ролёвки начали проводить?

– А с чего ты взял, что у нас? В облцентр поедем, там сборы.

– И деньги у тебя есть на всё это мероприятие?

– Тебя буду раскулачивать, – парировал Виталик.

– Дык до зарплаты ещё неделя, и так я два дня не ел.

– Да пофиг на твою очередную голодовку, и запас где-то заныкан, знаю я тебя.

– Там на мобилу деньги, уже полгода коплю, моя скоро сдохнет.

– Не жмись, стоящее дело, незабываемые ощущения гарантирую.

– Я не жадный, я экономный. А костюмы, атрибутика всякая?

– Мы с Ленкой себе уже всё придумали и сделали, тренировочные ножи и мечи у тебя возьмём из коллекции, а для себя придумаешь, фантазия у тебя буйная.

– Ролевик в очках – это несерьёзно, но я действительно что-нибудь придумаю, а разгребать сам будешь.

И начался процесс подготовки к походу в неизвестность. Лесом меня не испугаешь, я из первого поколения городских, всё лето в огородах да лесах по грибы-ягоды. Ориентирование на местности – так, середнячок. А вот костюм и атрибутику нужно придумать очень необычную, чтоб всем там шаблоны порвать[3], и я уже примерно представляю, что нужно приготовить, дёшево и сердито. Всяких необычных предметов и устройств у меня навалом, как сорока, люблю всё красивое и непонятное. Но в данном случае, по задуманной легенде, буду брать устройства, ибо магов с артефактами там должно быть много, зачем мне конкуренты?

Глава 1

Не доезжая до облцентра, мы вышли около леса из автобуса. Кругом куча машин, но народу мало. Мы спросили, где все, и нас направили дальше в лес к ближайшей поляне. А там вовсю идёт массовая подготовка к ролевику, кто-то переодевается, кто-то уже готов и хвастается амуницией перед друзьями. И кого тут только нет: и эльфы, и дроу, и орки, и гномы, и хоббиты. Люди если и есть, то непременно либо маги, либо бойцы. Простого человека играть никому не интересно.

Виталик с Ленкой, переодевшись, сразу побежали искать устроителя игры, чтобы ознакомиться со сценарием. Я решил идти за ними, глядишь, и узнаю чего да как. Подошли они к незнакомому мужику с хитрым лицом и начали что-то обсуждать, я решил послушать, может, меня тоже касается.

– Или переодевайся, или вон туда к наблюдателям, чтоб под ногами не путался, – сразу высказал тот всё, что думает о моём облике.

Да, выглядел я, кстати, как самый обычный среднестатистический землянин: бейсболка, джинсовка, брюки, кроссовки и рюкзак моднючий от ноутбука.

– А я уже переоделся, у меня костюм такой, под уникальный персонаж, – с наглым видом заявляю я.

На меня с удивлением посмотрели не только распорядитель игры, Виталик с Ленкой, но и все близко стоящие ролевики, слышавшие наш разговор.

– Та-а-ак, давай для начала познакомимся. Меня зовут Гермес Московский, устроитель игры, – опешив, решил сосредоточиться на мне местный бос.

– Владимир, новичок, разрыватель шаблонов.

– Очень приятно. А давай-ка ты нам сейчас подробно расскажешь о своём персонаже с такой оригинальной одеждой. Нам всем очень интересно послушать.

– Человек, нейтрал, торговец, техномаг, странник меж миров, – выдал я и стал ждать реакцию.

– Действительно, уникальный персонаж, – сказал Гермес. – А как ты себе представляешь взаимодействие с нашим ролевым миром?

– Легенда такая: я прибыл к вам из мира, который называется Земля, там магия под запретом, из-за чего хорошо развились технологии. Благодаря способности скользить меж мирами я решил наладить торговлю, для начала в этих мирах. Сперва оценю спрос на технику и некоторые знания о ней, несколько образцов у меня с собой, затем узнаю ассортимент товаров, производимых в этом мире, также знания по ним и их цену. Ну и, наконец, буду организовывать торговые караваны.

– Действительно торгаш, значит, – хмыкнул он. – Но ведь техномаги очень сильны в бою, так как используют симбиоз магии и техники, которую в этом мире не знают. Почему бы тебе не поиграть за одну из сторон?

– Потому и не буду, что другая сторона автоматически проиграет ввиду чудовищного дисбаланса. Техномагия – это чит[4], если коротко. Поэтому её лучше применять для выравнивания баланса игры. А пока силы примерно равны, поработаю торговцем и дипломатом.

– Посмотрим, оценим, – задумчиво сказал Гермес, – может, чего и выгорит. – А про себя подумал: «Наконец-то техник появился, его-то мне и не хватало. Надо его срочно рекрутировать, а то не всегда можно технику магическим путём обойти».

Не успел я подойти к лагерю с эльфами, посмотреть, как там Ленка пристроилась, да поторговать чем, как ко мне обратился неизвестный мужчина:

– Уважаемый техномаг, я тут слышал, вы не хотите принимать ни одну из сторон в данной игре. Но как насчёт других миров? Не хотели бы вы поработать на меня в других измерениях в качестве техника? Ах да, забыл представиться: Арес Питерский, помогаю Гермесу в его нелёгком труде.

Я немного опешил: приглашение на другую ролёвку? А при чём тут техник, это вроде из другой оперы?

Тут раздался раздражённый возглас Гермеса:

– Ты не обнаглел, Арес? Я его вообще-то первый нашёл, вот думал, как к делу пристроить.

– Дак такие раз в тыщу лет попадаются, уж не прикажешь ли подождать? – ответил Арес и продолжил: – Интересное сочетание тёмного и светлого без смешения в обыденную серость. Взрывное сочетание, не находишь?

– Ага, был у меня один алхимик с похожим состоянием души. Проблем от него было много, но и пользы больше, чем от других, – вспомнил Гермес.

– Точно. Вот только после последней его выходки ты разобрал его на органы и раскидал по разным мирам. Я ещё никогда тебя таким взбешённым не видел, – усмехнулся Арес.

Я тихонько охреневал: это кто такие, что в мою душу так легко смогли заглянуть? Экстрасенсы, настоящие маги, боги? Скорее, последнее, а это значит, их необходимо заинтересовать и выбить из них очередные «плюшки».

– А моё мнение никого не интересует? – спросил я.

– Ты прав. Твоё мнение малоинтересно, – отрезал Гермес.

– Но если есть что предложить, выслушаем, – снизошёл Арес.

– Я так понял, вам обоим нужен технарь, ведь магов здесь хватает? – начал я. – Поэтому предлагаю работу в режиме фрилансера, поочерёдно на обоих. И если вы те, о ком я подумал, то оплату возьму знаниями или способностями, на мой выбор и ваши возможности, там договоримся.

– Наглец! – развеселился Гермес.

– Оригинал! – вторил ему Арес.

– А можно вас ещё попросить пристроить на работу в других мирах моего двоюродного брата и племянницу по способностям?

– Наглец в квадрате! – удивлённо воскликнул Гермес.

– Оригинал в кубе! – добавил Арес. – Так как их двое, то поделим и пристроим? – обратился он к Гермесу.

– Если они нам подойдут и сами согласятся, – кивнул тот. – Ну а тебе нужно будет подучиться. Технических знаний много не бывает. Путь к знаниям я тебе обеспечу, немного неприятный, но очень эффективный. А там уж сам не тормози, изучай побольше. Работа будет по мере обретённых знаний. Оплата – по качеству и скорости работы. Ты только магию не учи, а то станешь ещё нестабильным техномагом, спасай потом от тебя миры.

– И чтобы ты там не пропал, а также чтобы ускорить процесс обучения, добавим немного бонусов авансом, – добавил Арес. – Каких, не скажем, сам догадаешься, а не догадаешься, значит, и не нужны они тебе вовсе.

И они разбежались по своим делам. А я стоял и думал: это роль такая была или они серьёзно? Хотя я в любом случае не в проигрыше. Пойду отыгрывать свою роль.

Найдя глазами Ленку среди толпы «эльфов», подошёл к ней.

– Хельга, познакомь меня с друзьями, – так решил я завязать разговор.

– Ты как обращаешься к несравненной Эленуэль, человечишка?! – вскинулся один из толпы, вытащив короткий меч.

– Э-э-э… Простите великодушно презренного, – ретировался я. – Я не обучен местным манерам. Но странствующему торговцу, коим я являюсь, без общения не продать свой товар. Позвольте исправиться. Несравненная Эленуэль, не будете ли вы так любезны представить меня своим друзьям?

И началось перечисление труднопроизносимых эльфийских имён, запомнить которые я не в состоянии, так как и простые-то не больно запоминаются. Но лиха беда начало, главное – завязать диалог.

– Уважаемый торговец, а где же ваш товар? – обратился ко мне один из «эльфов».

– Всё своё ношу с собой. Прошу учесть, товар из нематического мира, поэтому артефакты не будут определяться даже самыми сильными магами. Товара немного, я определяю спрос на него для подготовки каравана. Обмен только натуральный, предмет на предмет, так как ваши деньги в других мирах могут и не принять. Итак, товар:

фонарь – нематический артефакт, аналог светляка, светит направленным светом;

ручка с блокнотом – малогабаритный набор для записей и рисунков;

рации – нематический артефакт для разговоров на большом расстоянии;

бинокль – нематический артефакт для приближения далёкого изображения;

зажигалка – нематический артефакт для розжига костра;

термофляга – нематический артефакт для сохранения жидкости (горячей или холодной);

карабин – самозастёгивающееся кольцо от цепи;

компас – нематический артефакт, показывающий на север;

мультитул – малогабаритный набор инструментов в компактной упаковке…

Процесс торговли протекал весело и непринуждённо. Взамен бинокля, зажигалки и карабина я приобрёл «артефакты» очистки воды, защиты от отравления и сторожевой. Попрощавшись, я прогулялся до «лагеря наёмников» к Виталику, то есть Тору. Там «распродал» почти весь товар (остался только компас), то есть обменял на всяческие красивые «магические» «артефакты». И стал смотреть за приготовлениями к масштабным баталиям.

Сначала хотел отойти к наблюдателям, но, подумав, решил, не сильно приближаясь, походить около отрядов, иногда болтая за жизнь с ролевиками. Я ведь официальный персонаж, хотя и нейтральный.

Так, стараясь незаметно перебираться от отряда к отряду, чтобы особо не мелькать, я заметил за собой слежку. Сперва подумал, что мне послышалось, вроде как идёт за мной кто-то, но кто, не видать. Стоит только остановиться, звук сразу пропадает. Может, это паранойя? А вдруг меня за шпиона принял один из отрядов или все сразу?

Пробежавшись назад по тропинке и внимательно рассматривая подозрительные места, я всё больше убеждался, что это типичная паранойя. Ну нет тут никого, а следы читать я не умею. Успокоив себя тем, что параноики живут нервно, но долго, решил идти дальше, не обращая внимания на странные шумы. А зря, возле очередного дерева показалось, что ко мне бросилась какая-то тень. Обернуться я не успел, как удар по голове оглушил меня, но сразу не отключил. Послышалось какое-то жужжание, хотя других звуков я не слышал. Последними мыслями угасающего сознания были: маньяк не дремлет. Идеальное прикрытие для тёмных делишек. Пропал без вести, заблудился, утоп в болоте (нужное подчеркнуть).



Глава 2

Очнулся я с сильной головной болью в какой-то клетке. Напротив меня был ещё один мужик в такой же клетке. Из-за боли я не сразу понял, что вижу его без очков, и довольно чётко. Тот также меня рассматривал, и, судя по его внешности, у него голова не болела. Я сначала подумал, что вернувшееся зрение – это обещанная «плюшка», а головная боль – посуленный Гермесом неприятный путь к знаниям. Но потом, подумав, а при чём тут тогда клетка, решил не торопиться с выводами.

Оглядев себя, я обнаружил, что одет в незнакомый комбинезон, кстати, такой же, как и на человеке напротив. А также на нас обоих были ошейники, судя по структуре – технологические устройства. Ощупав голову, я обнаружил на затылке здоровенную шишку. Причина головной боли стала понятна, непонятно было окружающее.

Решил повнимательнее осмотреться. Стены помещения, где находились наши клетки, мне показались металлическими и большими (высота потолка метров восемь, длина и ширина – по двадцать). Подумав логически, я отмёл подводную лодку (габариты великоваты для неё) и бункер (там бетон дешевле). Потом ещё подумал и вспомнил, что в годы Второй мировой у немцев вроде были грузовые подводные лодки, да и бетонные стены можно отштукатурить и покрасить серебрянкой под металл или обшить тонким слоем жести, например для экранирования от излучения (тогда получается – это чья-то лаборатория?). Информации недостаточно, придётся ждать хозяев, хотя…

Я решил пока понаблюдать за вторым заключённым, так сказать, за собратом по несчастью. Инициативу с общением проявлять пока не буду. Проявлю свою любимую полную адекватность: тот молчит, и я в ответ промолчу, как говорится, кто кого перемолчит, мне упорства не занимать. Кстати, мне чудится в нём опасность, причём для меня, любимого, хотя интуиция у меня всегда проявлялась только в направлении к технике. Возможно, это одна из «плюшек» от моих предполагаемых работодателей, буду иметь в виду и почаще прислушиваться к ощущениям и чувствам.

Некоторое время спустя часть стены отодвинулась в сторону и оттуда вышли два человека в необычных костюмах, очень похожих на броню из компьютерных игр (уж слишком они были технологичны, скорее скафандры без шлема, чем одежда). Один повыше, с внушительным лицом, на которое глянешь – и сразу хочется поделиться всем, что есть. Второй, что пониже, имел так называемое испитое лицо или указывающее на сильную порочность. И тут у меня в голове как щёлкнуло: космос – вот обещанный путь к знаниям техники, а плен, или скорее рабство, относится к тому самому «неприятному» сопровождению пути. Значит, будем приспосабливаться, а это я умею, ведь, как говорил знаменитый барон Мюнхгаузен, даже если вас съели, у вас есть как минимум два выхода.

– По какому праву вы меня тут держите?! – возмущённо взвизгнул второй пленник. – Освободите меня немедленно, или у вас будут проблемы с полицией!

Ого, подумал я, а обо мне даже не заикнулся: или эгоист, или, скорее всего, враг, по крайней мере – не друг. Я решил не торопиться и продолжать молчать и апатично тупо глазеть, глядишь, меньше попадёт, сила на их стороне, чего зря нарываться. Да я и не сторонник конфликтов (как бы имя обязывает[5]).

– Почему эти двое не в криокамерах? – спросил высокий (я для себя буду пока именовать его Босс) у низкого (его я буду звать Алкаш).

– Кончились, а на этих двоих сработал твой хитрый сканер, решил захватить, – ответил Алкаш.

– Я требую переводчика и кого-нибудь из посольства России, – продолжал горланить сокамерник, хотя клетки-то у нас разные, значит, пусть будет соотечественник.

– Одобряю. Чё там этот дикий лопочет? – поинтересовался Босс. – Ты им язык ещё не закачивал?

– Да успею ещё, куда торопиться, или ты с ними поболтать хочешь? – решил узнать Алкаш.

Я сначала немного охренел, но потом решил не подавать виду, так как я их понимал, а также понимал, что говорят они не по-русски и вообще не пойми на каком языке. Оп-па, вот и вторая фишка, подумав, решил я: язык ещё не закачивали, а я его уже знаю.

– Заткни этого крикливого, – решил Босс. – Пусть знает, кто здесь хозяин.

– Молчать, раб! – ткнул какой-то металлической палочкой в моего земляка Алкаш.

Тот, вскрикнув, задёргался, упал и затих.

– А почему они в разных клетках? – решил продолжить расспрос Босс.

– Так один другого убивал, когда я их оглушил, вот и решил их разделить.

Всё-таки враг, понял я, это от него шишка, зря я не послушался свою паранойю.

– Правильно сделал, а почему пострадавшего Доку не отдал? – продолжил Босс. – Раб должен иметь товарный вид, не факт, что он на искины и органы пойдёт. Да и параметры замерить не помешает, мой сканер зря подсвечивать цели не будет, знал бы ты, сколько я за него кредитов отвалил и кому! Хотя тебе это знать незачем, целее будешь.

Мне после такого высказывания немного поплохело, не хочу на органы, но решил продолжать тупо пялиться, не показывая виду.

– Был он у Дока, только там какой-то сбой с регенерационной капсулой произошёл, она стала тратить картриджи, и это из-за какого-то синяка? Шесть штук потратила, пока Док остановил лечение, а шишка осталась. Он сейчас там с технарями пытается понять, что произошло, – отчитался Алкаш. – Кстати, Док интересуется: если на этого раба и дальше будут тратиться картриджи, не дешевле ли его сразу в расход?

– А вынуть картриджи перед запуском регкапсулы не додумались? Мне вас всех учить теперь, что ли, совсем работать разучились?! – возмутился Босс.

– Сейчас всё сделаем, закачаем язык, пропустим через капсулу, подлечим и узнаем параметры.

– Сразу надо было всё сделать. Раз уж им не достались криокамеры, то надо ими заняться. Лететь ещё долго, а тут хоть что-то новенькое. Поболтаем с ними или развлечёмся, там видно будет. Дикие иногда такое выдадут, нигде в гиперсети не найдёшь. И не забудь: высокий интеллект – на искины и органы, средний – нейросеть по способностям и в шахтёры, низкий – рабская нейросеть и на продажу, хотя сканер таких высвечивать не должен. В общем, разберёшься и доложишь, – закончил Босс и пошёл к выходу.

Алкаш отпер мою клетку и знаком показал, что мне надо тоже идти на выход. Я сначала не понял, почему он меня не боится, может, я какой мастер единоборств, или он надеется на свою броню, или здесь крутая система безопасности со скрытыми турелями на каждом шагу? Для проверки решил попробовать отобрать у него палку-шокер, не будут же они меня убивать, ценный товар всё-таки, а к боли я привычный с детства.

Ну что я могу сказать, информацию получил. Корчась на полу, под злобной ухмылкой Алкаша, понял принцип действия ошейника, о котором благополучно забыл. Стоило только подумать о причинении вреда так называемым хозяевам, как сразу получаешь разряд.

– Что, дикий, получил урок? – злорадно ухмыльнулся Алкаш. – Ах да, ты же меня ещё не понимаешь, ну, пойдём к Доку, он научит.

Он поднял меня за шкирку на ноги, и это одной рукой, что сразу подразумевало, что драться с ним, как минимум, бесполезно, повёл по извилистым коридорам к Доку, как я понял, к местному доктору.

Док выглядел нетипично для земных представлений этой профессии, скорее был похож на медбратьев, которые скручивают психов, – очень уж он был внушительный, какой-то шкафоподобный. Кабинет был заставлен необычными ваннами с полукруглыми прозрачными крышками: медицинские капсулы – заговорила моя интуиция. В углу стояло кресло, очень похожее на медицинское, такие я видел у стоматологов. И два пластиковых стула (как в уличных ресторанчиках).

– Опять его привёл, – пробасил Док.

– Короче, закачай язык, подлечи, насколько возможно, и протестируй параметры, – решительно начал Алкаш. Потом ехидно добавил: – Кстати, картриджи вынь из капсулы, а то опять как бы чего не вышло.

– Тебя забыл спросить, чего мне делать и как, – ворчливо ответил Док. – Если такой умный, сам бы с ним и занимался.

– Так кто на что учился, Док.

– Давай его в кресло, закачаем язык, и вон в ту мед-капсулу, она без картриджей, да и старая, даже если взорвётся, то не больно и жалко. – И, глядя на ошарашенное лицо Алкаша, добавил: – Да шучу я, неужели ты подумал, что я позволю у себя в кабинете что-либо взрывать, к тому же это самая надёжная и протестированная техника, хоть и старая.

Меня усадили в кресло, на голову надели колпак с кучей проводов, идущих из-за самого кресла, и стали что-то там настраивать, судя по щелчкам, раздавшимся сзади. В голове загудело, появилась небольшая боль, затем быстро всё прошло.

– Вот и всё, через несколько часов или завтра, в зависимости от интеллекта, он будет знать наш язык, – услышал я голос Дока через некоторое время.

Дальше меня заставили раздеться и уложили в указанную капсулу. Я подумал: если здесь будут замерять интеллект, то надо попытаться его как-нибудь уменьшить, как-то не хочется на искин и органы, уж лучше в шахтёры. Не факт, что получится, но попытаться стоит. Для начала применим технику ОВД[6], затем введём себя в глубокий транс и будем надеяться потом из него выйти. Можно и ВТО попробовать, но она у меня слабенько выходит, не больше нескольких секунд.

Почувствовав, что меня сильно тянет в сон, быстро применил одну из скоростных техник ВТО Михаила Радуги – его это техника, или он у кого-то её узнал, не важно, главное – работает. Вот и сейчас, мысленно выдернув себя из своего тела, я понял, что стою рядом с капсулой, хотя как вылезал из неё, не помню, значит, получилось, осталось в этом убедиться. Для этого я оборачиваюсь и вижу себя внутри капсулы, что и требовалось доказать. Надеюсь, это состояние продлится дольше нескольких секунд.

Вокруг происходила непонятная суматоха. Прибежали трое субъектов в мятых грязноватых комбинезонах, я так понял – техники. Затем привели и, пропустив через кресло, уложили в соседнюю капсулу моего (теперь я уже знаю) врага, узнать бы, за что он меня хотел убить. Я решил прислушаться и узнать, в чём дело, может, опять какой-то сбой. Ведь сбои в любой технике, пусть даже и в медицинской, – моя стихия, где интуиция – основной инструмент. Заметить меня никто не сможет, тут маг нужен, я ведь присутствую в качестве призрака.

– Почему же тогда на этом показывает нормально?! – указав на капсулу с моим врагом, воскликнул Док.

– А давайте их поменяем местами, – предложил один из техников.

– Ну что ж, как вариант сойдёт, – согласился Док. – Так мы выясним, очередной это сбой капсулы или бракованный раб попался. Я снотворное из организмов выводить не буду, чтоб они не мешали нам, так перетащим, быстрее будет.

И начался процесс перетаскивания наших бессознательных тел. Долгая настройка и перепроверка показаний приборов.

– Так я и знал! – воскликнул победным тоном Док. – Всё-таки это бракованный раб. Ты ничего такого у него в поведении не замечал? – спросил он у Алкаша.

– Так он и не говорил ещё ничего, хотя знаки вроде понимал, и даже шокер хотел отобрать, когда понял, чем он опасен, – вспоминая, пробормотал тот. – Но ведь четыре интеллекта – это ниже чем у животных?

– Да, у животных в районе сорока, – согласился Док. – Даже у рыб не меньше пятнадцати.

– И чего теперь с ним делать? С таким интеллектом на него даже рабская нейросеть не подойдёт, а на органы опасно, если после их использования у тех, кому их поставят, медкапсула будет картриджи уничтожать. Да на нас за такой товар и охоту устроить могут.

– Давай тогда сделаем так: этого обратно в клетку, – указал Док на моего врага, – а бракованный пусть полежит в капсуле до завтра, запущу процесс общей профилактики организма, понаблюдаю, как будет протекать у него этот процесс без картриджей. Хотя можно для пробы поставить один, медкартриджи намного дешевле регенерационных, чтобы узнать, единичный это сбой или организм такой. Завтра попробуем с ним поговорить, надо ведь понять, полный он кретин или, может, какая-нибудь генетическая несовместимость. Да нет, вон в параметрах показано: совместимость с человеком сто процентов.

Когда все разошлись, я сначала хотел погулять по кораблю, но не смог сдвинуться с места. «Или энергия кончилась, или неправильно сработал ВТО, – подумал я, – потом разберусь, а пока – обратно в тело».

* * *

Проснувшись, я почувствовал себя очень здоровым. Открыл глаза и увидел, как меня через прозрачную крышку разглядывают Док, Алкаш и Босс.

– Ты меня понимаешь? – открыв крышку капсулы, спросил Док.

– Да, – коротко ответил я, решив не строить из себя полного дебила, а то ещё выкинут в космос, как ненужный хлам.

В такой ситуации нужно быть как минимум полезным, а желательно необходимым, чтобы даже обидеть никому не пришло в голову.

– Тогда быстро одевайся, – приказал Босс. – Моё имя Гурон. Это – Винк, – показал на Алкаша теперь уже и для меня Гурон.

– Ну а я – Димаркортус, – продолжил знакомство Док. – Хотя можешь звать как и все – Док. Не все могут запомнить или выговорить моё имя.

– Меня зовут Владимир, можно короче – Вова, – решил быть вежливым я.

– Нам не нужно твоё имя, раб, – резко перебил меня Гурон.

– Но ведь нужно же его как-то называть, – возразил Док. – Пусть будет Вова.

– Короче, сейчас ты ответишь на наши вопросы, и мы решим, что с тобой делать, – уже спокойнее продолжил Гурон.

– Расскажи коротко о себе, – после того как я оделся, распорядился Док.

– Человек. Землянин. Техник-электрик. Сорок лет. Знаю компьютеры. Умею программировать, – стал я себя рекламировать. – Вроде всё. Может, вам нужно что-то конкретное? Не знаю, что ещё добавить, чтобы коротко.

– Для начала хватит. И так понятно, что ты не дебил, – отрезал Гурон. – Идиоты программировать не умеют и технарями не работают, пусть даже и на допотопной технике, как у вас.

– Значит, индивидуальная несовместимость с нашей медтехникой, – заключил Док. – Надо будет на станции в более новой и специализированной диагностической капсуле его проверить.

– А сейчас-то что с ним делать? – спросил Винк. – Обратно в клетку забросить или Доку оставить, пусть ещё чего-нибудь протестирует на нём?

– Ну, можешь приводить его с утра каждый день, – решил Док. – Я попробую на нём медкапсулы разных поколений в различных режимах. Киберхирурга я на нём пока испытывать не буду, а то выйдет из строя, а он у нас один, где тогда раненых лечить?

– Давай за мной, – скомандовал мне Винк. – И без фокусов. А то помнишь, что было, когда ты пытался отобрать у меня шокер? Рабский ошейник особо упорных во вредительстве может и убить. Стоит только помыслить о вреде хозяину, как получишь разряд. Всё понял?


– Какой-то он неправильный, – сказал Гурон Доку, когда Винк с рабом ушёл.

– Ты только заметил? – удивился тот.

– Да я не о твоих сбоях в оборудовании. Ты не заметил, что он очень спокоен, не кричит, ничему не удивляется, не боится, ничего не спрашивает о том, где он. У искина больше эмоций, чем у него.

– А ведь и верно, с этой точки зрения он не менее удивителен. Завтра во время тестов я с ним поговорю, может, пойму, в чём дело.

– Меня позовёшь, вместе поговорим. Хоть такое, но развлечение.


Дойдя до клетки, Винк указал на ведро, пластиковую бутылку и тарелку с чем-то серым.

– Туалет, вода и еда. Не тупой, разберёшься, – объяснил он, запер меня и ушёл.

– Чего они хотят от нас? – услышал я от своего врага, когда мы остались одни.

– Вежливые люди сначала представляются, – решил я устыдить его.

– Висюков Геннадий Аполинарьевич, врач-ветеринар, – представился он.

– Вова, электрик, – решил я играть перед ним алкогольное быдло.

– Так чего они хотят-то? – вновь спросил он.

– Как чего, на органы пустят, вон откармливают чем-то хитрым перед забоем, – начал я запугивать Гену, чтобы раскрутить на откровенность, так сказать, перед смертью.

– Шутишь?

– Какие уж тут шутки, тебя, сказали, на органы, а я даже на запчасти не годен, – продолжил гнать я всякие ужасы. – Выкинут, думаю, меня в космос, как надоем.

– Как это – в космос? А мы разве не в иностранной секретной лаборатории? – удивился он.

– Какая лаборатория?! Ты что, не видишь уровень технологии? Хотя ты же врач. Но ты только представь: нам закачали знание их языка, а ошейники, что на нас надеты, могут читать наши мысли. Это точно неземная техника.

– Бред. Как ошейники могут читать мысли? – усомнился он в моих словах.

Пришла пора жестоко пошутить. Заодно и проверю, смогу ли я обмануть ошейник. Включаю режим ОВД.

– Если не веришь, попробуй представить, как ты бьёшь морду любому из них или всем сразу. Или вообще мысленно убей их.

«Пять секунд – полёт нормальный», – отключив ОВД, подумал я и посмотрел, как бьётся в припадке Гена.

Шутка удалась, обход контроля ошейника найден. А пока Геннадий в отключке, продегустируем местную еду. Вот это да… Я впервые пробую настолько безвкусную еду, что даже пластилин и то кажется съедобнее и вкуснее. Идеальная еда для тех, кто хочет похудеть. Это ж насколько нужно проголодаться, чтоб захотеть такое есть. Тогда подумаем логически: травить нас им смысла нет, только яды переводить. Отдельно для нас готовить тоже никто не будет (хотя здесь могут и роботы готовить). А на фиг им тогда рабы, если есть роботы?



Рабы, наверное, дешевле и умнее, не верю, что роботы очень умные, быстро считают – да, но не умнее. Примем за данность, что еда одинаковая, просто они себе добавляют всякие приправы и вкусовые добавки, а на нас экономят, захотим есть – и так всё сожрём. Вода была тоже очень безвкусной, наверное, дистиллированная.

– Ну как, теперь дошло? – спросил я у пришибленного осознанием полной… э… ситуации, в которой мы оказались, Гены.

– Но как же так, они ведь цивилизованные люди. В космосе вон летают, зачем так сразу – на органы.

– А ты зачем меня по башке бил, тоже вроде человек? – решил припомнить я ему.

– Ну-у… это я… – стал мямлить он. – В общем, обознался, спутал тебя с одним нехорошим человеком.

– Врать нехорошо. Лучше промолчи. Не наматывай себе грехов, скоро отвечать за них придётся, – укорил я.

Попробовал в очередной раз вызвать Гену на откровенность. Придумывая, чем бы ещё его напугать, чтобы точно раскололся.

– Но у них же высокие технологии, наверное, умеют лечить любые болезни, зачем им наши органы? – решил сменить скользкую тему он. – Цивилизованные же люди.

– А с чего ты взял, что они люди? – продолжил гнать я. – То, что они на нас похожи, не делает их людьми. Если у них в норме рабство, то не факт, что, например, у них не может быть нормой каннибализм. Вот, кстати, эта еда: я не берусь утверждать, что это не переработанные тела людей, – всё нагнетал я. – У них другая цивилизация, другая мораль. Это не земляне. – Глядя на позеленевшее лицо Гены, уставившегося в свою тарелку с едой, я подумал, что перебарщиваю – его ведь сейчас вырвет. Это я отмороженный, меня трудно чем-то смутить. – Покайся лучше самому себе в своих грехах, пока время есть, – решил я закругляться, помариную лучше его ожиданием, – или помолись, если веришь в кого. У меня тоже грехов накопилось, попробую отмолить. – И стал устраиваться на боковую.

Ходить в туалет в ведро, конечно, не очень удобно и приятно, но лучше, чем под себя. Отодвинув ведро в дальний угол своей клетки, чтоб случайно во сне не уронить, улёгся на пол и постарался уснуть.

Проснулся от звука привода открываемой двери. Ясно, это за мной Винк пришёл, отведёт к Доку. Надо вставать.

– Не надо меня на органы, я вам пригожусь, я умею лечить, я много всего могу и научиться могу, – умоляюще запричитал Гена. – Только не убивайте, я всё сделаю.

– Заткнись! – рявкнул Винк. – Не до тебя щас. – И поглядел на меня: – Собрался? Пошли, Док уже заждался тебя. Щас пожрёшь – и на опыты.

На этот раз мы шли в другую сторону, как я понял, в столовую. По пути он поинтересовался странной реакцией Гены.

– Два дня назад он угрожающе что-то лопотал нам на своём наречии, а сейчас умоляет не убивать. Про органы чего-то придумал. Ты не в курсе?

– Ну, пошутил я над ним, всё веселее, чем тупо в клетке сидеть, – решил сознаться я. – Сказал, что его на органы разберут, а меня в космос без скафандра выкинут. А значит, нужно молиться своим богам, чтоб грехи отпустили перед погибелью. Глядишь, и сознается, зачем меня убить хотел.

– А ты, однако, коварен и жесток, – удивился Винк. – Не ожидал от тебя такого. Я тоже люблю пошутить. Только мои шутки не так хитры, и не все после них выживают.

Мы вошли в помещение с несколькими столами и барной стойкой с кассой. Обслуги я не заметил, по-видимому, готовят не люди и не роботы, тогда кто? Винк подошёл к кассе, пощёлкал по клавишам. Там зажужжало, забулькало, и выдвинулся ящичек, где вместо денег стояли лотки с едой и питьём. Так это автомат готовит еду, – дошло до меня, а значит, там есть меню, и не факт, что мне там всё понравится или вообще подойдёт. У инопланетян и вкус инопланетянский.

– Давай быстро ешь, и пошли, нас ждут, – сунул мне еду Винк и стал наблюдать, как я буду есть.

Я включил режим отморозка и спокойно съел эту серую бурду.

– Ты совсем, что ли, вкус не ощущаешь? – удивлённо спросил Винк. – Нормальный человек это есть не будет.

– Я всё прекрасно чувствую. Просто у меня другое отношение к еде. Да и нормальным меня назвать трудно, что вчера подтвердила даже техника. Кстати, а чего она там показала?

– Ты поел? Пошли к Доку, он тебе всё объяснит, если в настроении будет.

Сдав меня Димаркортусу, Винк ушёл по своим делам.

– Раздевайся и залезай, – указал на открытую капсулу Док.

Раздевшись, я залез в третью по счёту капсулу и попробовал повторить свой предыдущий трюк с ВТО, но не успел – меня вырубило.


– Ну, как успехи? – поинтересовался Гурон у Дока. – Капсулы целые?

– Пока без изменений. Интеллект стабильно четыре, а медицинские картриджи тратятся так же, как и регенерационные, хорошо хоть, они намного их дешевле, а изменений в организме никаких не заметно.

– И много ещё потратил?

– Я решился ещё один медицинский испытать, вдруг это временный сбой, – отчитался Док. – Но чуда не произошло, и картридж так же истратился. Больше с ними я испытаний проводить не буду, дорого и бесполезно.

– Ты завтра сделай перерыв в своих исследованиях. Мы выйдем из гипера в секторе патрулей Атаран. Будет режим радиомолчания, заглушим большинство маловажного оборудования, чтобы меньше отсвечивать на их сенсорах.

– Хорошо, так и сделаю, – сказал Док.


– Вы даже не представляете, какую шутку устроил этот раб, – интригующе заявил Винк, ввалившись в кабинет к Доку.

– Заинтересовал, по нему и не скажешь, что он шутник. Давай делись с нами, – ответил Гурон.

– Он решил узнать у второго раба, зачем тот пытался его убить. Для этого наплёл ему, что мы собираемся этого второго пустить на органы, и посоветовал молиться знакомым богам, – стал рассказывать Винк. – Вы бы только видели, как тот меня умолял не убивать его. Говорил, что пригодится и всё такое.

– Странно, – пожал плечами Гурон, – так шутить больше в твоём стиле, Винк.

– Ну и как, узнал он у него, зачем тот хотел его убить? – поинтересовался Док.

– Да вроде пока нет, – неуверенно ответил Винк. – Но ещё несколько таких шуток – и он ему всё расскажет, я так думаю.

– А давай-ка мы ускорим этот процесс, – решил Гурон. – Ты сейчас идёшь допрашивать этого второго, нам самим интересно узнать, что там за конфликт, а мы с Доком побеседуем с этим, как его…

– Вова, – подсказал Док.

– Точно. Вовай.

– Доставай его, – распорядился Гурон, когда Винк скрылся.


Очнувшись, я сразу обнаружил, что в кабинете появился Гурон. Тот скомандовал вылезать и одеваться, что я и сделал с максимальной скоростью – зачем людей раздражать своей медлительностью.

– Ты не торопись, устраивайся поудобнее, побеседуем, – сказал Док.

– Спрашивайте, – откликнулся я, усевшись в кресло, в котором мне закачивали местный язык.

– Объясни-ка мне, почему ты ничему не удивляешься и спокоен, как робот? – посмотрел на меня Гурон. – Обычно дикие начинают расспрашивать обо всём, либо нервничают, либо кричат, один ты спокоен, будто это для тебя нормально.

– А что тут удивительного: ну, подумаешь, техника получше нашей, – стал отвечать я. – Так у меня работа была такая: начальник выдавал новую неизвестную технику, и задача была – без информации, без схем, без инструмента разобраться в этой технике и отремонтировать её. Поэтому незнакомая техника для меня является нормой. О космических пришельцах и инопланетянах я тоже в курсе – по телевизору о них постоянно напоминают. Ну а не возмущаюсь по поводу рабства по причине бесполезности, вы же не вернёте меня назад, даже если я вас очень об этом попрошу?

– Разумеется, – кивнул Гурон. – Тебя никто даже слушать не будет, ведь ты – обыкновенный раб. Это ты должен нас слушаться и выполнять приказы.

– Вот я и спокоен, – пожал я плечами. – Потому как беспокойство моё бессмысленно.

– А давай-ка мы проверим, как ты разбираешься в незнакомой технике, – сказал Док, доставая из кармана и протягивая мне чёрный плоский прямоугольник.

– Судя по внешнему виду, это планшет. – принялся я исследовать неизвестное устройство. – Есть такие миниатюрные компьютеры у меня на планете.

– Хорошо, продолжай, – ободрил Док.

Не найдя ни одной кнопки на этом устройстве, я стал нажимать на все стороны и тыкать по всей поверхности предполагаемого экрана планшета. Не дождавшись никакой ответной реакции, я попытался придумать другие способы активации возможного планшета. И, случайно проведя пальцем по боковой части, увидел, что на экране загорелись какие-то значки и надписи. Поняв, что надписи могу прочитать, я стал исследовать файловую и программную структуру теперь уже точно планшета.

– Хватит, достаточно! – воскликнул Док, увидев, что я залез в инженерное меню и стараюсь изменить систему нестандартным способом. – Давай сюда, пока не сломал. Я понял уже, что ты разобрался в устройстве планшета.

– Вот так примерно я и работал, – передал я планшет Доку.

– Впечатляет, – заявил Гурон. – Но большинство нашей техники работает через управление нейросетью, а тебе её поставить невозможно.

– Почему? – поинтересовался я. – Из-за тех проблем с медкапсулой?

– Я так до сих пор и не выяснил причину, по которой у тебя интеллект равный четырём, – ответил Док. – Да и организм твой почему-то потребляет регенерационные картриджи в больших количествах.

– Могу предположить, что потребление картриджей связано с тем, что я много болел в детстве, – заявил я и спросил: – А четвёрка за интеллект – это много или мало?

– Ну вот смотри, – начал пояснять Док, – в среднем у населения Содружества интеллект сто единиц, у дураков – восемьдесят, у дебилов – шестьдесят, у животных – сорок, у рыб – пятнадцать, а у тебя всего четыре, и это непонятно, потому что в разумности твоей мы уже убедились.

– Вот мы никак и не можем решить, что с тобой делать, – вздохнул Гурон. – Нейросеть тебе не поставить по причине сверхнизкого интеллекта, на органы разбирать опасно, потому что ты сам сказал: болел много, и капсула на тебе сбоит, потребляя картриджи, а в космос выбрасывать жалко, так как на тебя потрачено много времени и средств.

– Могу предложить себя в качестве помощника техникам в грязной или нудной работе, – пожал я плечами. – Или может появиться работа в местах, где ломаются нейросети. Ну или в крайнем случае я могу заинтересовать производителей медицинских капсул для тестирования на неизвестные сбои.

– Да-а… до такого даже я не додумался бы, – удивился Док.

– Вот видишь, теперь тебя не обязательно выкидывать в космос, – радостно заявил Гурон. – Чем тебя занять, мы решим завтра, а на сегодня ты пока свободен.

– Я сейчас только ещё один тест проведу, и Винк отведёт его обратно, – поспешил отговориться Док. – А то ведь завтра режим радиомолчания.

– Пойду тогда узнаю, как дела у Винка, – согласился Гурон и ушёл.

А я полез в следующую, указанную мне Доком, капсулу.

* * *

Когда я очнулся, Док сказал мне, что на сегодня достаточно. А завтра меня не приведут, так как оборудование будет обесточено. Пока я одевался, заметил Винка, стоящего у двери и загадочно улыбающегося.

– Пошли, – усмехнулся он. – Раз завтра ты Доку не нужен, то будем ходить по мастерским техников и узнаем, нужен ли ты им.

Дойдя до своей клетки, я заметил, что соседняя пуста, и вопросительно уставился на Винка.

– Что, заметил? – ещё сильнее разулыбался Винк. – Теперь ты тут будешь один. Гена решил примкнуть к нашей команде. Он очень жалеет, что хотел тебя убить. Но ему невероятно нравится этот процесс, и у нас он сможет полностью реализовать себя.

– Я так и подумал, что он маньяк, – спокойно прокомментировал я услышанное. – Надеюсь, он в курсе, что я денег стою, и не будет мне мстить за ту шутку?

– Не беспокойся, он теперь будет занят тренировками, а на станции уже определят, куда тебя девать. На корабле ты не нужен. А сейчас спать, завтра ты на технарей работать будешь.

Дождавшись, когда я улягусь на пол клетки, Винк ушёл. А я решил снова попробовать вызвать ВТО, но мысли о возможной мести Гены не давали мне покоя. Тогда я, плюнув на всё, попробовал просто заснуть и, что удивительно, уснул.

Глава 3

Утром меня снова разбудил звук открываемой двери.

Винк снова отвёл меня в столовую и, указав на кухонный автомат, предложил выбрать блюдо. Я так понял, что он решил продемонстрировать мне своё чувство юмора, пошутить, короче.

– У Дока оборудование обесточено, – решил намекнуть ему я.

– При чём тут Док и его оборудование? – с недоумением спросил Винк.

– А лечить меня ты где будешь от отравления неизвестным блюдом? – пояснил я. – Или ты от меня решил избавиться таким незамысловатым способом? Я вроде понятно рассказал Гурону, что я живой смогу принести определённую прибыль, и перечислил несколько вариантов.

– Да не-е… – решил успокоить меня Винк. – Тут все блюда безопасные, из одних и тех же составляющих, просто всяческие вкусовые добавки и множество красителей делают их настолько разными, что не верится, что это одна и та же масса. А вдруг тебе повезёт и попадётся ну очень вкусное блюдо. Та еда, что ты ел в прошлый раз под номером 001, – без добавок и красителей. Всего же около тысячи блюд.

– Ну хорошо, попробуем, – решился я.

Уже хотел набрать стандартный номер 123, как почувствовал небольшой дискомфорт. Неужели опять интуиция сработала? Попробовав представить обратный номер 321, ощутил увеличение неприятных ощущений. Поэкспериментировав в представлении различных номеров, я решил пойти методом от обратного. Расслабившись и доверив интуиции, представил себя в хорошем настроении и начал набирать сумбурный номер.

– Вообще-то здесь блюда только с трёхзначными номерами, – удивившись, высказал мне Винк, когда понял, что номер, который я набрал, состоит из семи цифр.

– Но ведь получилось, – парировал я, глядя на стакан с фиолетовой жидкостью и полупрозрачную субстанцию желтоватого цвета. – Хотя, судя по цветам, мне это может и не понравиться.

Попробовав блюдо, я был приятно удивлён вкусом. Жидкость была как мороженое, а полупрозрачное нечто – как ягодный сок.

– Мороженое и сок, – с победным видом заявил я, оставив Винку немного для дегустации.

– Заморозить можно что угодно, да и соки бывают разные, – недоверчиво высказался он, не решаясь попробовать. Но всё же решившись и поразившись вкусом, быстро спросил: – Какой номер?

– Не помню, наугад набирал, – признался я и решил отвести подозрения от моей главной фишки: – Да и везёт мне обычно один раз в различных ситуациях. Но если хочешь, то могу ещё раз попробовать.

Дождавшись одобрения, я, перебирая в уме различные комбинации и добившись чувства сильного дискомфорта, набрал номер. Запах того, что вылезло, был настолько отвратителен, что я от неожиданности отпрыгнул к стене, а Винк, затаив дыхание, подхватил выданное блюдо и выбросил в какой-то пластиковый с виду ящичек, стоящий неподалеку.

– Ты так больше не делай, – отдышавшись, бросил он. – Хорошо, утилизатор недалеко, не успело всё пропитаться этой вонью. Кстати, номер какой? Надеюсь, в этот раз ты запомнил?

– А тебе зачем? – спросил я, подумав, это же как оружие можно использовать. – Гадость ведь.

– Ну, мало ли где может пригодиться, – насупился он и отмазался: – Например, чтобы случайно не набрать.

– А-а-а, тогда понятно, – вроде как поверил я и ответил, уже зная, что это ему надо для очередной шутки: – 696.

– Хорошо, теперь пошли к технарям. Посмотрим, смогут они тебе найти работу или нет.


Дойдя до рабочего места моих коллег, я удивился до боли знакомым кучам технологического мусора, разбросанным в различных местах. Я обычно называю такое расположение – творческий хаос, потому как внешне хоть и кажется, что всё валяется в беспорядке, но спроси у любого техника, который здесь работает, и он безошибочно покажет, где и что. И не дай бог сделать красивую уборку без спроса, порядок порядку рознь.

– Знакомьтесь, это Вова, – представил меня Винк, а также представил техников: – Это Перк, Морт и Арик.

– Чего ты разулыбался? – спросил меня коренастый техник, которого зовут Перк. – Что тебе показалось смешного в моём имени?

– Ничего смешного, просто слово показалось знакомым, – успокоил его я. – Обозначает необычную способность в компьютерных играх на моей планете.

– Я тоже люблю компьютерные игры, – улыбнулся мне Арик, выглядевший как самый обычный земной негр. – Мы найдём с тобой общий язык.

– А как ты вообще собрался нам помогать, если у тебя нейросети нет? – начал высказывать мне Морт, по виду как наш китаец или эскимос: кожа бледная, глаза прищуренные и низкий. – Тяжести таскать ты вряд ли сможешь лучше дроидов, а управлять ими и приборами нужно через нейросеть. Разве что развлекать болтовнёй? Но это может отвлекать нас от работы.

– А что такое нейросеть, это что-то типа планшета? – попытался узнать я, что за зверь такой эта нейросеть. Судя по названию, что-то типа мозгового Интернета, но ведь они не умеют читать мысли, значит, другое. И решил предложить: – Если вместо неё им воспользоваться?

– Ты прав: нейросеть – это колония наноботов, реализующая коммуникационное устройство наподобие планшета прямо в голове, – согласился Перк. – Будет помедленнее, чем нейросетью, но можно.

– Тогда проверим, как ты будешь управляться с ним, вон на том хламе, – указал Морт на дальнюю кучу совсем уж убитой и ржавой рухляди. – Сейчас найдём тебе планшет, дадим доступ к ремонтному и диагностическому дроидам, и ты с их помощью попробуешь протестировать этот мусор или даже отремонтировать.

Поковырявшись в ворохе очередного старья, он достал планшет, даже на внешний вид далеко не новый. Посовещавшись с Перком и Ариком, настроил мне его и, показав, как активировать и управлять дроидами, отвёл к указанной куче.

– Вот твой фронт работы, от результатов которой зависит, примем мы тебя в помощники или нет, – сказал Морт и отошёл поболтать с Винком, поглядывая, что я начну делать.

Я решил сначала осмотреться и убрал планшет в боковой карман, чтоб не мешался. И вдруг почувствовал внезапную сильную угрозу. Я попытался определить её источник и не смог. Казалось, идёт она ото всюду, и места, где от неё можно спастись, я не находил. Тогда снова решил довериться интуиции и расслабился, давая возможность ей самой управлять мной. Я делаю несколько шагов к стене и поворачиваю вниз какой-то рычажок, рядом с ним открывается скрытая ниша, внутри которой большая красная кнопка. Бью по ней со всей силы кулаком и успокаиваюсь, так как чувство угрозы стало уменьшаться. Но тут сработал рабский ошейник, и от сильнейшей боли я свалился на пол.


Гурон следил за показаниями пассивного сканера. Система, через которую в данный момент проходило судно, часто посещалась кораблями наёмников империи Атаран, в которой запрещено рабство. И попадись они в зону их видимости, «прогулки к звёздам» не избежать. Поэтому задача была тихо, не привлекая внимания разогнаться и уйти в прыжок.

Сигнал СОС («Создалась опасная ситуация»), вдруг раздавшийся по всей корабельной сети, а также просигналив на весь космос, сначала ввёл в ступор капитана. Откуда? Как? Эта система вообще не должна работать. Определив с помощью искина, что сигнал идёт от мастерской техников, куда сегодня Винк хотел отвести необычного раба, Гурон связался через нейросеть узнать, что произошло.

– Какого хрена происходит, Винк? – раздражённо потребовал отчёта Гурон. – Режим радиомолчания требует тишины, что за диверсия?

– Этот Вова умудрился запустить систему экстренного оповещения о чрезвычайной ситуации, – начал отчитываться Винк. – Зачем, непонятно. Но я его на всякий случай приложил ошейником.

– Тащи его обратно в клетку и дуй сюда. Будем разбираться, что теперь делать с ним и вообще.

Пока не подошёл Винк, Гурон решил запустить широкополосный активный сканер. Чего уж теперь, раз всех оповестили о себе, то можно просканировать всё по полной. Тут он с удивлением заметил засветки четырёх кораблей под маскировкой, подкрадывающихся с разных сторон. Засада, понял он и, включив форсаж, начал манёвр уклонения от возможных выстрелов.


А в это время на флагмане отряда наёмников происходило обсуждение ситуации.

– Я что-то не понял: они вроде пытаются незамеченными прокрасться через эту систему, зачем тогда так громко вопить о помощи?

– Нас засекли, скрываться и красться теперь нет смысла. Связист, предложи им сдаться, может, купятся.

– Интересно, кто на этом корабле нам подал сигнал, но явно не пираты.

– Скорее всего, там агент СБ, необходимо их взять живыми, нам не зря передали эти координаты и схему оборудования этого транспорта.

– Попробуйте оставить целым корабль, используйте его схему и повредите энерговоды, питающие двигатели, их дешевле и легче всего ремонтировать.

– Они не будут сдаваться, смотри, как заманеврировали, вряд ли попадём куда следует при таких манёврах уклонения.

– Щиты продавили, пробуем попасть в нужную точку.

– Есть попадание в энерговоды, и всего-то с пятого раза.

– Начинайте захват и постарайтесь, чтобы рабов в этот раз не убили. Нам за их освобождение всё-таки рейтинг поднимают.

– Бездна! Они дрейфуют в направлении нестабильной червоточины. Сами свернуть не смогут, а мы помочь не успеваем. Всё, они уже пропали со сканеров. Надеюсь, они не мучились.

– Операция провалена, уходим отсюда.


Очнулся я почему-то в клетке, кто меня сюда притащил и когда, не помню. Наверное, Винк, в основном он со мной возится. Тут несколько раз моргнул свет, и одновременно с этим вздрагивал пол. Моё чувство опасности себя не проявляло, и я, не беспокоясь о себе, попробовал догадаться, что происходит. Метеоритный дождь? Вряд ли, они же не дураки вслепую без радаров летать. Тогда, может, космический бой, они напали или на нас? Скорее на нас, я же чувствовал опасность. А зачем я тогда жал на ту кнопку? Вероятно, это сигнал СОС, а в режиме радиомолчания это не просто вредительство, а настоящий теракт. Странно, что опасности не ощущается, за этакую подставу и прибить мало. Информации для анализа недостаточно, подождём, как будут развиваться события.

Некоторое время спустя появился взволнованный Винк и, сказав, что капитан хочет со мной поговорить, повёл меня к нему.

В проходе пахло чем-то горелым, на мой профессиональный взгляд, вернее, чутьё, это изоляция чего-то электрического. Я, не чувствуя угрозы, решил ни о чём пока не думать, а просто внимательно всё рассматривать, вдруг чего усмотрю полезного. Но ничего, кроме пустых проходов, не было. Войдя к капитану, я увидел несколько экранов с непонятными диаграммами и графиками и три кресла. «Капитанская рубка, – понял я, – значит, ЧП, просто так сюда не пустят».

– Сначала я хотел тебя убить, – начал с ходу запугивать меня капитан, – но потом понял, что если бы не твой сигнал, то мы попали бы в ловушку. Зачем ты это сделал?

– Я не знал, что это сигнал, – стал косить я под дурака. – Я думал, эта кнопка вызывает робота-уборщика. У вас ведь есть такие? Мне нужно было очистить хлам от пыли и ржавчины. Да и опасные кнопки просто так не должны быть на каждом углу.

– Если ты не врёшь, то нам повезло, что ты такой любознательный, – уже спокойнее произнёс капитан.

– Уже второй раз, – загадочно произнёс Винк.

– Что «второй раз»? – не понял Гурон.

– Ну, я захотел на нём испытать одну свою старую шутку, ну, эту, с кухонным синтезатором, – нехотя начал рассказывать Винк.

– И что? – раздражённо поторопил капитан.

– Ему повезло, он набрал длинный номер и угадал очень вкусное блюдо. Причём говорит, что номер не помнит, а на вкус ему эти блюда знакомы.

– Ничего не хочешь рассказать? – требовательно спросил меня Гурон. – Может, ты вообще псион?

– Я не знаю, кто такие псионы, – продолжил я прикидываться, ведь по приставке «пси» ясно, что это местные экстрасенсы. – А повезло – так мне часто везёт. Я много в детстве болел, вот судьба и подкидывает мне небольшие подарки, вроде как компенсация.

– Псионы – это люди с необычными способностями, например, умеют читать мысли, поджигать на расстоянии, поднимать взглядом предметы и многое другое, – пояснил мне Винк.

– Так это маги! – обрадовался я. И решил их обломить: – На нашей планете их нет, в смысле, считают сказкой и вымыслом.

– Выходит, не псион, – сомнительно согласился Гурон и возобновил допрос: – А кем ты, говоришь, был по профессии у себя там, на планете?

– Разработка защиты электрооборудования и автоматики, но работал я больше по ремонту этого электрооборудования, электрик, короче.

– Вот! Будешь работать по своей профессии. Ты смог быстро и без подсказок разобраться в незнакомом для тебя планшете, значит, и тут разберёшься.

– Так у вас есть штатные техники, мне у них учиться надо, чтобы моя работа эффективней была, – не понял я.

– Нет у нас теперь техников, и никто не имеет такую вторую профессию. А теперь марш на место аварии и попытайся быстро всё исправить.

– Так не пойдёт. Какой мне смысл просто так на вас вкалывать. Предложите мне что-нибудь выгодное, – решил я повыкобениваться. Раз у них безвыходная ситуация, то убивать они меня не будут, а стало быть, нужно торговаться. – Если я вам так нужен, то необходимо меня заинтересовать в работе.

– Ты забываешься, раб! – взревел Гурон. – Отсутствие боли для тебя должно быть лучшей мотивацией!

Тут я, почувствовав разряды ошейника, упал и, скрипя зубами, попытался унять боль, как умел. Некоторое время спустя боль стала стихать.

– Достаточно? – поинтересовался Гурон. – Или повторить?

– Я всю жизнь прожил в боли, и этим меня не испугать, – решительно ответил я ему. – Если вам так срочно нужен ремонт, то в качестве цены за него предлагаю освободить меня от рабства. Для вас это ничего не стоит, а мне нужен мотив.

– Ну, во-первых, боль бывает разная. Уж я-то это знаю, проверял на особо упорных, – стал просвещать меня Винк. – А насчёт «ничего не стоит» – ты забываешь наше потраченное время и шесть изведённых на тебя регкартриджей, которые стоят очень дорого.

– Насколько я понял, ремонт нужно сделать срочно, а пытки займут время, да и после них я могу быть не в состоянии чем-либо заниматься, – продолжил я торговаться. – Поэтому предлагаю меня освободить и записать на меня долг в цену этих картриджей на год.

– Ты прав, времени мало, – нехотя согласился Гурон. – Ты тогда начинай ремонт, а мы пока подсчитаем, сколько тебе начислить долга. Винк, отведи его к месту повреждения и снабди всем необходимым, потом подойдёшь сюда.


Пока мы шли, я попросил Винка объяснить причину срочности и что вообще произошло. Он сказал, что на нас напали четыре корабля и попытались захватить живьём. Перебили энерговоды, идущие к двигателям. Но мы, двигаясь по инерции, попали в червоточину и вылетели в системе архов, всего в четырёх прыжках от пиратской станции. Видя мой непонимающий взгляд, он пояснил, что архи – это разумные насекомые, которые охотятся на людей и поедают их. Поэтому, пока нас не обнаружили, нужно быстро смываться отсюда.

Проникшись серьёзностью ситуации и вспомнив, что у меня есть планшет, попросил на него закачать схему корабля, и если есть модификации, то и схему оригинала. А заодно узнал, что запчасти для ремонта и инструмент частично уничтожены вместе со всеми техниками. Проводив меня к месту, где повреждены энерговоды, Винк выразил надежду, что у меня получится всё отремонтировать, и ушёл обратно к капитану.

Я, глянув на часть расплавленного и покорёженного пола, сначала усомнился в своих силах, но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Определив по схеме, что здесь в полу проходит четыре энерговода – два на кормовые двигатели и два на гипердвигатель, я стал искать места, куда и как они подключаются. Около двигателей нашёл коннекторы энерговодов. Немного помучавшись, определил, где покрутить и что отщёлкнуть, чтобы их вынуть. Силёнок выдернуть из зажимов толстый кабель у меня, естественно, не хватило, и тут я понял, зачем нужны эти дроиды. Взял планшет и попытался вызвать обоих, что записали на меня погибшие технари. Целым оказался только диагност, который в данный момент бесполезен ввиду своей малогабаритности.

Тогда я решил прогуляться до запчастей, может, там и дроиды есть запасные? И, проковырявшись целый час, нашёл два технических дроида и очень длинный энерговод. Доступа к дроидам у меня не было, и я отправил капитану через планшет запрос на доступ, после чего стал думать, насколько хватит энерговода. Пробежавшись до силовых сборок генератора и гипердвигателя, я прикинул, что если его порезать, то хватит только на три кабеля, одного не хватает. Тут пиликнул планшет, и оказалось, что мне дали право управлять обоими техническими дроидами. Я просмотрел стандартные алгоритмы обоих и вывел, что они смогут разрезать энерговод и переставить коннекторы с неисправных, что и поставил им в задачу. Расчётное время показывало 28 минут. Многовато, подумал я и распределил работы параллельно: одному резать кабель, другому переставлять коннекторы. Расчётное время стало 19 минут, уже лучше. А я пока определял, чем чревато отсутствие одного энерговода. Оказалось, вдвое уменьшается мощность. Тогда я стал обмозговывать, где обойтись одним, пока не смогу из неисправных собрать замену. Если маршевые двигатели просто медленнее будут работать, то гипердвигатель-то связан с Х-мерной физикой пространства, а в ней я почти не разбираюсь (лишь на уровне научной фантастики), то бишь нужно спрашивать капитана. Пока подключу по одному кабелю на каждый двигатель, а там добавлю, куда нужнее.

Ещё один непонятный момент: как идёт управление оборудованием, цепей управления я не нашёл ни на схеме, ни вживую. Не беспроводным же способом? Да нет, перехватить легко, да и заглушить РЭБ-атакой[7] можно. Скорее всего, через силовую цепь, высокой частотой, а там отфильтровывают. У нас на Земле на некоторых высоковольтных линиях так связь и контроль целостности обеспечивают.

Отправил капитану сообщение, что скоро ремонт закончу и нужна небольшая консультация по двигателям.


– Это что такое?! – возмутился Гурон, увидев разбросанные на полу энерговоды. – Ты зачем их тут разбросал, замеряешь так?

– Это временная аварийная схема подключения, – невозмутимо ответствовал я. – На станции потом переделаете, как положено, а нам сейчас важна скорость ремонта, а не красота. Меня интересует, как работает гипердвигатель и как он себя поведёт при половинной мощности. У меня не хватает одного энерговода, а из неисправных собирать нужно много времени. Вот и думаю, куда временно подавать половину мощности.

– А я всё никак понять не мог, как ты так быстро по каналам пробросил энерговоды, а ты, оказывается, этим и не заморачивался, – уже спокойнее сказал капитан. – Гипердвигатель образует пузырь обычного пространства, в котором передвигается корабль в гипере. При половинной мощности может не хватить размера пузыря на весь корабль, и его разорвёт на части при прыжке. Поэтому разгоняться придётся медленнее, а гипердвигатель запитай по полной.

– Кстати, судя по схемам, оригинальной и модифицированной, те, кто стрелял, знали схему этого корабля, – проинформировал я его. – Кто-то вас сдал.

– Знаю. Если бы не твоё везение, мы попали бы в засаду, – досадливо повторил он. – Постараюсь выяснить, кто это, и наказать предателя.

– Хорошо, тогда как с моей свободой? – поинтересовался я, указывая на ошейник. – Да и сумму долга интересно узнать.

– Заявляю под протокол, что человек Вова теперь является свободным, но с отработкой долга в шестьсот китов в течение года, – чётко произнёс Гурон. И добавил: – Ошейник снимет тебе Док.

– С ошейником понятно, а что такое «под протокол» и сколько это – шестьсот китов, что на эту сумму можно купить?

– Протокол – электронный документ, фиксируется нейросетью и является доказательством в любом суде, – объяснил Гурон. – А шестьсот тысяч кредитов достаточно, чтобы купить такой корабль, на котором ты сейчас находишься.

– Так у меня нет нейросети, может, планшет так же может, будет как документ? – уточнил я. – Да и для отработки долга мне понадобятся деньги, как насчёт ещё триста китов наличкой и средней зарплаты на должности техника?

– Хорошо, планшет оставишь себе. Включай его на запись, – согласился капитан и повторил договор под протокол. И продолжил: – Документом, вернее, удостоверением личности у нас является карта ФПИ, её оформит тебе Док. Зарплата пока будет минимальная – четыре кита в месяц, а триста китов – крупная сумма, могу тебе доверить не больше двадцати.

– Значит, с долгом надумали меня обмануть, – решил взять на понт я Гурона. – Не верю я, что шесть регкартриджей стоят как корабль.

– Хочешь верь, хочешь не верь, но на фронтире их не достанешь, отсюда и цена – сто китов за штуку, – возразил тот. – Нам и эти-то двадцать достались в качестве трофея. Покупают их только очень обеспеченные люди. Шести картриджей должно хватить для выращивания целого тела. А цена на корабли вообще колеблется от восьми китов до бесконечности, в зависимости от поколения и установленного оборудования.

– Тогда хотя бы пятьдесят китов, не обязательно наличкой, просто я попрошу что-либо купить или кому-то заплатить, – поставил я точку в торговле.

– Согласен, – сдался Гурон и спросил: – Когда закончишь ремонт?

– Минут через десять можно отправляться, – уверенно отчитался я. – А пока будем в гипере, я постараюсь отремонтировать ещё один энерговод.

Он ушёл, а я доделал первоначальное подключение. Проверил диагностическим дроидом качество присоединения и стал ждать запуска кормовых двигателей. Через некоторое время меня через планшет затребовали к капитану. Я поспешил к нему, по пути прикидывая, что там от меня может потребоваться, я же не пилот. Возможно, проблема с моим ремонтом, но в качестве присоединения я уверен.

– Пекин не даёт запускать двигатели, – огорошил меня Гурон. – Говорит, при эксплуатации оборудования после несертифицированного ремонта существует опасность для людей.

– Пекин – это компьютер, помогающий управлять кораблём? – на всякий случай уточнил я.

– Пекин – это искусственный интеллект на базе квантового или нейронного компьютеров. Без него невозможно управлять кораблём.

– Тогда, раз он так печётся о людях и умеет говорить, сделаем так: назначай меня старшим техником, только предупреди, что я имею неисправную нейросеть, и я с ним поговорю.

– Говори, он слушает, – через некоторое время сказал мне Гурон.

– Говорит старший техник корабля, – решил давить я искина важностью ситуации и своей компетентностью. – Ввиду чрезвычайной опасности людям мной принята временная аварийная схема подключения двигателей до ближайшей станции. Из-за угрозы нападения архов был проведён ускоренный ремонт. Всю ответственность за последствия беру на себя. Необходима срочная эвакуация из опасной зоны.

– Принято. Опасения обоснованны, – согласился со мной искин. – Управление временно разблокировано, до ближайшей станции.

Я успокоенно взглянул на капитана:

– Хорошо, что ваши компьютеры разумны, а то пришлось бы его взламывать, чтоб не погибнуть.

– Пошёл разгон, – сосредоточился капитан. – Предположительно через десять часов будет прыжок.

– Топлива-то нам хватит? – поинтересовался я, чтобы удостовериться, что всё в порядке.

– Хватит с небольшим запасом, – заверил меня Гурон.

– Пойду пока к Доку, – стал я отчитываться о своих дальнейших планах капитану. – А потом вытащу неисправные энерговоды и попробую их отремонтировать.

– Хорошо, а я распоряжусь подготовить тебе каюту. Хотя… займёшь любую из кают погибших техников, – порадовал меня новосельем Гурон.


У Дока мне пришлось ждать, когда он закончит свои дела, и затем я сказал, что капитан распорядился снять с меня ошейник и оформить документы ФПИ. Тот с усмешкой ответил, что ошейник-то не проблема, а карта ФПИ составляется на основе замеров медкапсулы, которая на мне не работает. Он достал из внутристенного шкафчика какой-то приборчик и, подключив к ошейнику, стал над ним колдовать. Через некоторое время раздался щелчок, и ошейник расстегнулся. Вот теперь я почти свободный человек и поинтересовался у Дока, что такое ФПИ. Он объяснил, что это параметры физического (сила, реакция), псионического (уровень способностей псионики) и интеллектуального уровней, которые при замере заносятся в нейросеть и пластиковую карту, туда же вносятся данные о гражданстве, имя, звание (если есть) и сведения об освоенных профессиях или изученные базы знаний.

Я предложил написать средние для техника значения ФПИ и пометить, например, что мозг повреждён, всё равно проверить не смогут. А гражданство, наверное, только в посольствах можно оформить, да я ещё ничего не знаю о местных реалиях.

– А мы всё думали, когда ты станешь интересоваться о том, где оказался? – улыбнулся Док. – Хорошо, временное ФПИ я тебе оформлю и запишу тебе на планшет начальную информацию о Содружестве, ознакомишься.

– Так я получил свободу, – пояснил я ему мой пробудившийся интерес, – можно пробовать устраиваться в жизни. Появился смысл в информации, да и, как более равный, буду вас меньше раздражать расспросами.

Я поблагодарил Дока за файлы о Содружестве и карточку ФПИ и пошёл продолжать ремонт. Загрузив тех-дроидов на извлечение неисправных энерговодов, сам отправился снова ковыряться в завале бывшей технической мастерской. Там я провёл часа три, пока не нашёл что-то похожее на изоляцию, плазменный резак и баллон с пеной. Затем решил проверить, что находится в каютах техников, может, и там есть чем поживиться.

Уточнив у капитана местонахождение этих кают, спросил разрешения набрать чего ценного, в смысле для работы, так я ему сказал. Он был не против. В первой каюте я сначала ничего не нашёл. Но, сообразив, что тут, как у Дока в кабинете, всё скрыто в стенах, попытался открыть их различными способами. Планшет и всякие пассы руками не привели к успеху. Зато на мою просьбу искину помочь он неожиданно откликнулся и открыл сразу все ниши. Я стал перебирать всё на предмет: полезно, бесполезно, непонятно. Приглядев красивый костюм техника, тут же в него переоделся. Потом нашёл красивый браслет, но явно с технологической начинкой – в карман. Непонятный приборчик и запасной костюм запихал в пустую коробку и пошёл в следующую каюту. Там мне достались вещи попроще: ещё один браслет, неказистый на вид, но имевший два отверстия и несколько мелких пластинок, подходящих к ним, а также четыре небольшие геометрические фигурки, возможно ценные или незаконные, так как были спрятаны под одеждой в стенном шкафу. Всё в карман, и потопали дальше. В последней каюте я решил устроиться, всё покидал в пустой ящик и сообщил искину, что стану жить здесь. Разбираться с барахлом буду после окончательного ремонта.

После заселения пошёл глянуть, насколько повреждены снятые энерговоды. Сплошное месиво в десятой части примерно в центре каждого из кабелей. Я стал прикидывать: если вырезать сгоревшее, порезать на части один из них и умудриться это спаять да заизолировать, то можно получить в итоге три восстановленных энерговода. Но если учесть отсутствие алгоритмов соединения кабелей в технических дроидах, запорю минимум один в попытках самостоятельной пайки, да и свободных коннекторов есть только на один энерговод. Значит, буду делать один, как только наловчусь работать плазменным резаком, как паяльником.

Тут я почувствовал непонятное ощущение, вроде как падаю куда-то, немного затошнило и сразу прошло. Не почувствовав угрозы, я, прикинув по времени, связал это чувство с переходом в гипер. Забив на это, сосредоточился на работе. Загрузив дроидов вырезать повреждённые части энерговодов, я поручил им сложить их встык. И начал тренироваться пользоваться резаком.


Сколько времени я провёл, уничтожая кабели высокотемпературной сваркой, не знаю. Когда я сосредоточен на работе, не только за временем не слежу, но и за состоянием тела. Научившись уверенно сваривать энерговоды, я из остатков кабеля спаял два одинаковой длины. На один дал команду дроидам поставить коннекторы, второй будет про запас. Осталось заизолировать места соединения. Пользуясь поговоркой «Кашу маслом не испортишь», намотал, где требовалось, толстым слоем изоляцию и добавил снаружи, до кучи, немного быстро твердеющей пены. Затем протестировал диагностическим дроидом получившийся кабель и, удовлетворившись результатами тестов, отправил техдроидов подключать готовый энерговод в параллель к кормовым двигателям.

Попробовав обернуться, я понял, что моё тело плохо слушается. Кое-как поднявшись, я заметил, что на меня с удивлением смотрят Гурон, Винк и Док.

– Ты в курсе, что уже двое суток тут работаешь? – недоумённо спросил меня Док. – Ты нормально себя чувствуешь?

– Немного тело занемело, а так вроде нормально, – констатировал я, прислушавшись к ощущению организма. – Зато я всё починил.

– Не думал я, что резаком можно что-либо ещё делать, кроме как резать, – удивился Гурон. – А ты уверен, что этот энерговод будет работать? Как-то страшновато он выглядит.

– Уверен, – кивнул я. – Но на всякий случай я посоветовал бы по возможности кормовые двигатели не нагружать больше девяноста процентов мощности.

– Хорошо. Мы выходим из гипера через час, – сообщил капитан. – Заодно и проверим качество ремонта.

– А пока прошу ко мне на профилактику, – скомандовал мне Док. – Будем приводить тебя в порядок.

– Только не надо на меня тратить больше картриджей, – забеспокоился я. – И так уже должен кучу денег.

– Хорошо, не буду, – улыбнувшись, успокоил меня тот. – Пошли.

И мы направились в лазарет, Гурон с Винком – в сторону капитанского мостика. Когда я залез в капсулу, то сразу вырубился.

Глава 4

Очнулся я в непонятном тёмном месте среди густого тумана. На мне был надет комбинезон техника. Видимость – не больше двух метров, куда идти, непонятно, где я и как тут оказался – тоже. «Так это же ОС! – обрадовался я. – Давно я их не ловил». И чтобы проверить, Осознанное ли это сновидение, применил свой фирменный способ: подпрыгнул и попытался зависнуть в воздухе. После пятой попытки, так и ничего не добившись, понял, что это не астрал. Но тогда что и где?

– Оригинальный способ проверить реальность событий, а главное, безопасный и безболезненный, – услышал я знакомый голос Гермеса в тумане. – Надо будет посоветовать некоторым впечатлительным субъектам этот более простой способ проверки на астрал. Пойдём, здесь есть более удобное место, где можно поговорить.

Я сделал буквально пару шагов в сторону голоса, и из тумана показалась удаляющаяся спина Гермеса. Пришлось поднажать, не хватало ещё заблудиться в этом тумане.

Через пять минут мы вышли к костру, вокруг которого было несколько валунов и высокие кочки. Сев на один из камней, я решил высказать Гермесу всё, что о нём думаю.

– А ты в курсе, что я до сих пор по сути в рабстве, и не факт, что мне удастся выкупиться. Да и толку, был бы я свободен, от меня вся их техника сбоит, интеллект показывает слабее, чем у рыб. Как я смогу там обучаться, если мне невозможно установить нейросеть?

– Погоди, – притормозил меня Гермес, – тебя ведь должен был спасти отряд наёмников из империи Атаран.

– Обломались они, уже подбитый корабль провалился в какую-то червоточину и вылетел в системе архов, – объяснил я. – Я починил корабль и выторговал себе частичную свободу с огромным долгом.

– С интеллектом я ничего не делал, а дал только знания языков, – уверенно отговорился он. – Если только Арес чего намудрил, надо будет у него спросить. Мы разберёмся с этими проблемами, но сейчас для тебя есть небольшая работа, можно сказать – тренировочная. А вот и твоё силовое прикрытие пожаловало.

Из тумана к костру вышла натуральная эльфийка, с длинными острыми ушками и очень утончённым лицом, кого-то сильно напоминающим. Одета была в охотничий костюм цвета хаки, за спиной – лук, сбоку кинжал.

– Надеюсь, представлять вас друг другу не нужно? – поинтересовался Гермес.

– Я Вовчика в любом гриме узнаю, – произнесла красивым голоском эльфийка, пристально приглядевшись ко мне.

– Судя по наглому заявлению и знакомому лицу, это Ленка, – парировал я, догадавшись, кто передо мной.

– Не Ленка, а Эленуэль, позывной Хельга, – возразила она.

– Ну ни фига, какие мы важные, тогда и я не Вовчик, а Лог, – стал препираться я, – позывной Демон.

– После наболтаетесь, – прервал нас Гермес. – Накинь на себя этот плащ, он скроет твою необычную одежду. Задание – пройти в храм мёртвого бога в мире Арказ и взять из древнего технологического артефакта карту перехода из Мезии в Сырт и описание открытия двери этого перехода. У вас на работу всего сутки мира Арказ. Награда по результату.

– Ты ведь бог? – решил уточнить я.

– Бог, – согласился тот.

– А какой? – продолжал допытываться я. – В смысле, бог чего?

– Бог игры, – ответил Гермес. – Ну давай, спрашивай, чего хотел.

– Я, конечно, понимаю, что даже боги не всесильны, чай, не творцы, но зачем мы тебе для такой пустячной работы? – поинтересовался я. – Ведь сам ты по-любому быстрее справишься.

– У богов тоже есть свои правила и законы, – отговорился он. – Поэтому и приходится иногда прибегать к помощи обычных смертных.

– Понятно. Тогда не будем тормозить, – заторопился я. – Куда идти?

– Уважаемая Эленуэль является замечательным проводником, – похвалил её Гермес. – Она выведет тебя, куда необходимо. Заодно будет в пути охранять.

– Нам туда, – уверенно показала направление Хельга. – Выходим.

И мы пошли. Минут через пять блуждания по туману вышли к пещере, уходящей не в гору, а в землю. Эльфийка, не останавливаясь, вошла в неё. Я решил не отставать. Но как только немного углубился в пещеру, то, не успев крикнуть Ленке, что ничего не вижу, увидел невдалеке появившийся шарик света, похожий на тусклую шаровую молнию, летящий у её левого плеча. Поспешив, догнал ее и поинтересовался, что она умеет, чтобы знать, на что рассчитывать.

– Ты владеешь магией? – для начала стал прояснять я.

– Это артефакт «Светляк», – продемонстрировала она мне медный пятисантиметровый ромбик с красивым узором по периметру и двумя мутными камушками в центре. – Пока мы не научились магии, нам выдали по два бытовых артефакта – «Светляк» и «Зажигалка».

– Ты как там устроилась? – продолжил я собирать информацию.

– Я попала туда с толпой беженцев из соседнего леса, – охотно начала она рассказ о себе. – Приняли хорошо. Обучалась в школе разведчиков, сейчас прохожу стажировку на границе с дроу. У нас там временное перемирие, но и небольшие стычки бывают. Вот и придумали тренировать нас в условиях, приближенных к боевым. Ходим в разведку, добываем «языков», потом отпускаем, повеселившись, или обмениваем на своих. Через год будут обучать магии леса. А у тебя как дела?

– Пока не очень. Сам в рабстве. Большие долги. Техника со мной глючит, – повело меня пожаловаться на судьбу племяшке. – Ну, это не очень страшно, главное, я в космосе, есть доступ к технологиям. А со временем разберусь в своих проблемах. Только вот мне непонятно, как ты за несколько дней столько всего успела?

– Как это несколько дней, уже полгода прошло, – удивилась она.

– Вот это сюрприз… – поражённо протянул я. – У меня прошла максимум неделя. Видно, разное течение времени у наших миров. Жаль, я думал, ты на другой планете. Нужно будет уточнить у Гермеса, как эти сутки на наших мирах скажутся. И давно этот камуфляж в моде у эльфов?

– Это я ввела в моду, – похвалилась Ленка. – Для разведчиков маскировка – самое главное.

– А почему не цифровой? – решил блеснуть я своими знаниями о маскировке. – Он вроде эффективнее?

– Цифровой – это тот, который квадратиками? – уточнила она, поняв, о чём я.

– Ага, – подтвердил я, – а также прямоугольниками и треугольниками из больших пикселей.

– Я пыталась и его сделать, но, видно, у эльфов другое зрение, они его лучше видят, чем простой камуфляж.

– Интересные дела, – хмыкнул я и поинтересовался: – А навыки какие есть? У меня, например, знание техники и языков, а ещё чувство опасности.

– Ориентирование на любой местности, скрыт[8], владение луком и кинжалом, – проинформировала Ленка. – А вот и выход из пещеры.

Впереди показался просвет, и через пять минут мы вышли на поверхность. Невдалеке виднелся обычный зелёный смешанный лес. Судя по солнцу, время – близко к полудню.

– Теперь нам идти около пяти лиг в том направлении, – махнула рукой эльфийка.

– А лига – это сколько? – не понял я.

– Примерно как земная миля, приблизительно 1,6 километра, – ответила она. – Короче, километров шесть-семь.

– Пошли, – кивнул я и потопал в указанном направлении.

– Ты иди, а я буду нарезать круги вокруг тебя, моя задача – тебя охранять. А если собьёшься с направления, я поправлю. Если что заметишь, не кричи, просто скажи, я услышу. – И она исчезла в лесу.

По пути через лес я решил занять свой неугомонный ум тем, что искал отличия в растениях этого мира от нашего. Ёлки и сосны вроде как наши, а вот лиственные деревья незнакомые, хотя вон дуб, судя по листу. Травянистые растения тоже половина незнакомые, хотя я и на Земле нигде не был, кроме местных лесов. Так в наблюдениях прошло часа два. Появилась Ленка и поправила меня, указав немного правее, и опять исчезла.

Через полчаса я вышел к заросшим руинам. Снова появилась Ленка и показала дыру в развалинах:

– Нам туда. – Она зажгла светляк и пошла первой.

Я поспешил за ней. Пройдя несколько поворотов этих недокатакомб, мы вышли в небольшую залу. В центре был какой-то каменный параллелепипед.

– Вот твой артефакт, – кивнула Ленка на эту каменную хрень. – Приступай к работе.

– Так это же алтарь, – удивился я. – Я же не жрец.

– Это техническое устройство, – уверенно возразила она. – Ты должен в нём разобраться.

– Странно. По внешнему виду обычный камень, – всё ещё недоумённо произнёс я. – Ну ладно, буду ковырять эту хреновину.

Начал я, как всегда, с осмотра. Ну… блин… камень, и всё тут. Решил продолжить на ощупь – тоже тишина. Тогда, продолжая ощупывание, попробовал мысленно проникнуть внутрь устройства и также мысленно приказал включиться, открыться, показаться. И вдруг верх артефакта засветился, и там я увидел ряды каких-то символов. Я пригляделся к ним и сразу стал понимать их значение. Это оказалась обычная консоль. Артефакт активирован – полдела сделано.

– Осталось найти карту и всё про дверь у ентого компа – и домой, – заявил я уверенно.

– Ага! А скинешь это всё на флешку, или думаешь, эта штука ещё и как принтер работает? – обломала Ленка мою уверенность.

– Твою дивизию… Не подумал. – И я задумался. – Так, щас прикинем. Распараллелим работу. Не факт, что получится распечатать. Нужна ручка или карандаш и бумага. Я вроде пока в безопасности, буду искать среди мусора нужную информацию, а ты попробуй найти ближайшую деревню или город. Там могут быть письменные принадлежности. Не думаю, что стоит с ними торговаться, язык ты вряд ли знаешь, да и непонятки могут быть. Поэтому нужно стырить и оставить что-то взамен. Есть какие монетки?

– Есть, – кивнула она. – Оставлю им несколько серебрушек, должно хватить.

Пока она отсутствовала, я решил разобраться, как вводить команды. На нажатие на экран, как на сенсорную панель, он не реагировал. Тогда я стал пробовать снова мысленно проникнуть внутрь артефакта и произнести стандартную команду любого компьютера: «Помощь». И что неудивительно, она сработала, показав список доступных команд. Я принялся применять необходимые команды из списка для работы с файлами, перебирая названия на нахождение слов «Мезия» и «Сырт».

Найдя несколько нужных файлов, стал среди них искать карту и текст про дверь. Их я нашёл сразу, но просмотреть легко оказалось только текст. Тогда я начал искать программы для работы с картами и картинками, нашёл только редактор картинок и, открыв в нём карту, предположил, что он пойдёт. Функции печати я так и не нашёл, и, хотя и были команды копирования, куда тыкать и как это происходит, я так и не разобрался.

Пока Ленка отсутствовала, я решил ещё посмотреть, вдруг чего ценного найду. Попадались описания каких-то ритуалов, отчёты финансовых операций и договоры. Ещё несколько карт показывали неизвестную местность, и я забил на них. Тут вдруг раздался шорох из прохода. Я обернулся, но успокоился, увидев знакомый светляк и Ленку.

– Я немного пошумела, чтобы не пугать тебя, – объяснила она. – Вот бумага, чернильница и перья. Технологии до ручек и карандашей у местных ещё не доросли.

– Зашибись! Хорошо, что бумаги много, есть на чём тренироваться. За ночь нужно успеть и выйти с рассветом, чтобы был запас времени на обратный путь, на всякий пожарный. Люди хоть?

– Люди, – успокоила она. – В ближайшей деревне у старосты нужного не оказалось, хорошо хоть, в местной церквушке были грамотные. У старосты я взяла немного еды, а в церкви всё остальное. Кстати, хочешь есть?

– Не, что-то не очень голоден, – мотнул я головой. – Сама перекуси. Вон сколько бегала, да и в лесу круги нарезала. Да и поспи, пока я буду работать принтером. Если почувствую опасность, разбужу тебя.

– Хорошо. Смотри, какой свежий и вкусный пирог. М-м-м… Объедение. А овощи… – стала Ленка дразнить мой аппетит. – Может, всё-таки поешь?

– Нет. Ты же знаешь моё отношение к еде, – ответил я. – К тому же, насытившись, в сон клонит, голодному лучше работается с информацией.

И я занялся процессом бумагомарания, по-другому его назвать трудно. Для начала я переписывал процесс открытия двери на русском до тех пор, пока не получилось почти без помарок, затем сделал копию на языке оригинала. А далее стал прикидывать, как срисовывать карту, художник из меня никакой, а листки толстые, не просвечивают. Решил разбудить Ленку и спросить совета у неё. Она, вскочив, вынула кинжал и стала быстро озираться по сторонам. Я, успокоив её, объяснил проблему. Эльфийка на пальцах рассказала метод копирования для чайников: разбиваешь изображение и бумагу на мелкие квадратики и перерисовываешь их по очереди. Я поинтересовался, как у неё с рисованием, и получил в ответ, что тоже не очень. Тогда, загнав её досыпать, я приступил к черчению, решив сделать столько копий, сколько успею за ночь, а там выберу пару самых удачных.

– Уже утро, – услышал я голос Ленки.

– А, что? – опешил я. – Ты уверена?

– Абсолютно. – ответила она.

– Тогда подожди, щас выберу самые удачные, – собрался я с мыслями. – Вот, возьми готовые инструкции и карты, а я заберу копии и письменные принадлежности, нефиг им тут валяться.

Я скомандовал артефакту выключиться, и мы пошли назад прежним порядком: я напрямик, она вокруг, в охране. По пути я прикидывал, что работа действительно оказалась лёгкая и чего бы такого попросить в награду. И вдруг почувствовал сильную угрозу. Сглазил, автоматически подумал я и отпрыгнул в сторону, мимо просвистела стрела. Я решил спрятаться за ближайшее толстое дерево.

– Выходи, мы знаем, что ты один, – услышал я басистый голос. – Поделись с нами своим добром и можешь идти куда шёл.

– Мочи их, – тихо сказал я по-русски, поняв, что они всё равно меня убьют.

И тут услышал щелчки от ударов стрел Ленки и офонарел от скорострельности. Прошло всего пара секунд, и всё стихло. Ещё через несколько секунд показалась и она.

– Всё, больше нет никого, – отчиталась она и спросила: – Трофеи берём?

– Если хочешь, можно посмотреть, что у них ценного, время в запасе есть, – ответил я. – Давай, пока обыскиваем их, сожжём рядом ненужные бумаги и перья, а чернильницу сунем к какому-нибудь из тел, чтобы не тащить лишнее. Всё равно выбрасывать.

Ценного оказалось мало. Оружие низкого качества брать смысла никакого. Неизвестный амулет трогать опасно. Но было немного серебряных денег и пара драгоценных камней – синий и красный. Заодно Ленка вытащила свои стрелы из тел и убрала, целые, в колчан. Закончив, мы пошли дальше. Больше на обратном пути нас никто не тревожил.

Выйдя к костру, обнаружили незнакомого человека в сером плаще.

– Давай карту и описание, – спокойно потребовал он, протягивая ко мне руку.

– Ты кто такой? – вскинула лук Ленка и прицелилась в него.

– Карту я должен отдать Гермесу, – так же спокойно ответил я. – А тебя я не знаю.

– Хорошо. Подождём Гермеса, – успокоился тот и уселся на ближайший камень. – Меня звать Пикт, раньше звали Олег. Я геомант, если вам это о чём-то говорит.

– Я Эленуэль, – представилась Ленка и опустила лук. – Разведчик. Раньше звали Леной.

– Я Вова, техник, – сказал я и уточнил: – А геомант – это маг земли или чувствующий суть мироздания?

– Или, – подтвердил Олег. – Я впервые слышу такое определение моей способности, но она очень точно её отражает.

– А что это такое? – заинтересовалась Ленка. – Я никогда не слышала о геомантах.

– Можешь продемонстрировать здесь? – попросил я Олега. – Не каждый поймёт, что это, пока не увидит.

– Ну хорошо, попробую… – задумался он.

Олег встал, достал из кармана брюк какой-то камень и бросил его себе под ноги. Затем подпрыгнул и, пока был в воздухе, плюнул через правое плечо. Потом подобрал камень, сунул его обратно в карман, сел на камень и стал ждать. Тут в метре от его лица загорелся светляк, точно такой же, как у Ленки.

– Вот! Как-то так, – заявил Олег. – Магия и без затрат маны.

– Я всё равно не поняла, – помотала головой Ленка. – Ритуалист, что ли?

– Лучше. Ритуалисты с помощью своих ритуалов уменьшают затраты маны на свою магию, – стал пояснять Олег. – А я, зная суть мироздания, с помощью определённых действий, на первый взгляд никак друг с другом не связанных, могу творить любую магию вообще без затрат маны. Да и не маг я, нет у меня способностей творить магию напрямую.

– Немного непонятно, но вроде поняла, – моргнула Ленка.

– Уже познакомились? – с ходу начал появившийся Гермес и сказал мне: – Карту и описание отдай Пикту, они предназначались ему.

– Лен… Э-э-э-э… Эленуэль, отдай ему бумаги, – распорядился я.

– А это что такое? – просматривая бумаги, показал Олег на оригинал текста описания.

– Это я переписал текст на языке оригинала, – пояснил я. – Я же не знал, кому он предназначается.

– Понятно. Оставлю себе, вдруг куда пригодится, – кивнул тот. – А зачем карты две, да ещё и одинаковые?

– Принтера под рукой не оказалось, а художник из меня никакой, вот и наделал кучу копий, – развёл я руками. – Это две самые удачные.

– Хорошо. Карта вполне читаемая, копия тоже пригодится, – решил Олег. – Всем пока, меня уже ждут. – И скрылся в тумане.

А я обратился к Гермесу:

– Я тут выяснил, что время в наших мирах течёт по-разному. Как это отразится на нашем отсутствии?

– Это междумирье, – ответил Гермес. – Время тут, как в астрале, многомерно и неоднородно. Поэтому в ваших мирах времени пройдёт столько, сколько мне нужно. В данном случае нисколько.

– А как отсюда назад возвращаться и сюда попадать? – полюбопытствовала Ленка.

– Да тоже, как и в астрале, достаточно искреннего желания, – улыбнулся он. – А вы уже торопитесь домой? А как же заслуженное вознаграждение? Работа выполнена полностью и вовремя, неужели откажетесь?

– Вещи для меня в данный момент бесполезны, если вообще не вредны, – заявил я. – А для способности мелковата работа, я ведь понимаю, что для наделения способностью нужно много энергии. Так что будем считать, что я вроде как отработал аванс.

– Та-а-ак, погоди. Сначала разберёмся с тобой, Эленуэль. – И Гермес протянул Ленке какой-то свёрток. – Это артефакт, плащ-маскхалат. Скрыт, конечно, хорошо, но дополнительная маскировка не помешает. Он принимает цвет окружающей среды.

– Здорово! – обрадовалась она. – То, что нужно для разведки.

– Ты можешь быть свободна, появишься здесь, когда снова понадобишься, – сказал Гермес и, дождавшись, когда Ленка исчезнет, поинтересовался у меня: – А ты поясни, чем тебе может навредить какой-либо предмет.

– Во-первых, я сейчас вроде как в капсуле, раздетый. И появление около меня любого предмета вызовет нездоровый интерес, да и трудно это проделать, – начал я перечислять проблемы. – Во-вторых, я среди жадных до денег работорговцев, которые могут и отобрать вещичку, пытать меня на предмет ещё каких-либо ништяков или вообще прибить, чтобы никто не узнал. В-третьих, могут украсть, да и я ещё тот потеряшка, вполне могу посеять.

– Тяжело с вашими техническими мирами. Всё фиксируется и протоколируется, – пожаловался он. – Я тебе такую классную вещицу приготовил, как ты любишь: универсальную и многофункциональную. Но, видно, не судьба, оставлю для следующего раза. А пока, так и быть, разорюсь для тебя на способность, которая поможет тебе с хранением и транспортировкой ценных вещей. Надо же хоть как-то исправить твоё положение, к тому же оно по нашей вине.

Гермес внимательно смотрел на меня с минуту, я при этом ничего не ощущал. Потом он нахмурился, и взгляд его изменился, а я почувствовал увеличившееся настроение.

– Ну вот! – обрадованно произнёс он наконец. – Подпространственный карман – лучшая нычка для всяческих ништяков, пользуйся на здоровье.

– А как им пользоваться? – поинтересовался я.

– Сними плащ, он тебе уже не нужен, – начал инструктаж Гермес, – возьми его в руку и представь, что он исчезает внутри тебя.

Я сделал, как он говорил, и увидел, что плащ исчез, а также появилось непонятное ощущение присутствия этого плаща. Потом я поднёс руку к лежащему неподалеку валуну и повторил процедуру. Он тоже исчез, и, что интересно, никакой тяжести я не почувствовал, хотя каменюка так же ощущалась. Попробовав представить, как тот снова появляется у меня в руке, я едва успел отскочить, так как тот появился на высоте груди, а весил, наверно, килограммов двести.

– Туда много влезает? – решил узнать я ТТХ такой полезной способности. – И какие есть ограничения? Сомневаюсь, что она безразмерная.

– Соображаешь, – похвалил меня Гермес. – Общий объём – один кубометр, живые существа лучше не совать.

– Слушай, а тебе жрец не нужен? – внезапно сменил я тему. – Ведь ты же бог, а у богов должны быть жрецы. Да и игры я обожаю.

– А ты не обнаглел? Тебе «плюшек», как ты их называешь, мало? – удивлённо спросил он. – У меня верующих и без жрецов хватает. Да и Аресу это не понравится: он ведь как бы мой конкурент, а ты по договору на нас обоих работать должен. И где тогда твой хвалёный нейтралитет?

– Ну, не получилось, и ладно, – отмазался я. – А жаль, «плюшек» много не бывает.

– Помечтали, и будет, – подытожил Гермес. – Проблемы твои с рабством и интеллектом мы с Аресом обсудим и по мере возможности решим. Следующая работа у тебя будет на него. Он тебя так же вызовет через сон. А сейчас ты свободен. – И он исчез.

А я сначала хотел поизучать эти места, но потом подумал, что даже в астрале есть опасные сущности, а здесь могут попасться и вообще смертельные, место ведь ничейное. Тогда я сосредоточился на ощущении своего тела и вырубился.

Глава 5

Док, настроив в очередной раз капсулу, уселся рядом ждать результатов. Тут появился Винк.

– Ну как он? – спросил он.

– Жить будет, – рассеянно ответил Док. – В смысле немного снижены жизненные показатели, а так всё в норме.

– Может, не будем его будить, а на станции продадим его в какую-нибудь лабораторию или на арену гладиатором? – предложил Винк. – Зачем отпускать такой товар?

– А если что ещё сломается, ты будешь ремонтировать? – возмутился Док. – Нам ведь ещё три прыжка лететь, а он сразу обо всём догадается, если его долго здесь держать.

– Он ведь может нам потом отомстить за рабство, когда рассчитается за долги и уйдёт от нас.

– Вот и попробуй подружиться с ним, чтоб у него и мыслей таких не возникло, – выдал Док. – Он парень разумный и спокойный, просто так мстить не будет, а мы ему ещё ничего такого не сделали, даже, вон, подлечили немного. В любом случае в деньгах мы ничего не потеряем, а его везучесть может не раз ещё нас спасти.

– Голова! – восхитился Винк. – Очень умный, да? И как мне с ним тогда подружиться, может, подскажешь?

– И подскажу, не только как подружиться, но и заработать на нём. Только мне половина за идею, – предложил Док.

– Если дело стоящее, то по рукам, – согласился тот.

– Я тебе дам обезличенную карточку на сто китов, на мою часть расходов. Мою долю скинешь туда же. А идея заключается в его везении: на станции ведь казино, арена с её ставками и много других способов, где с его помощью можно серьёзно подняться. Только смотри не засветись, подумают, что он псион, могут и убить. Хотя я не уверен, что он псион, но ведь ему везёт по-крупному, хоть и не часто.

– Действительно, дело стоящее. Пойду прикину, чем его заинтересовать. – И Винк ушёл.


Очнулся я, как всегда, внезапно. Увидев через стеклянную крышку капсулы Дока, вспомнил, где нахожусь.

– Как самочувствие? – поинтересовался тот. – Ничего не болит?

– Чувствую себя прекрасно, – отчитался я, – будто заново родился.

– Тогда вылезай и свободен, – мотнул он головой. – И больше себя так не переутомляй, организм у тебя и так слабый, а вылечить из-за сбоев невозможно.

– Так я, когда увлечённо работаю, вроде и не устаю, – пожал я плечами. – Хотя, может, и не замечаю.

– Вот именно, что не замечаешь, так можно себя и до смерти утомить, – пробурчал Док и ткнул меня носом: – Ты как костюм носишь, настроить лень или тебе так удобно?

– Других размеров не было, – сказал я, не поняв, о чём он. – А чего тут настраивать можно?

– Я и забыл, что ты всё ещё дикий, хоть и можешь технику ремонтировать, – вздохнул Док. – Вон, на левом рукаве панель управления.

– Так это не рисунок? – удивился я и начал жать на кнопки, узнавая их значение методом тыка. – У вас что, вся одежда универсальная и автоматизированная?

– Практически вся, кроме самых дорогих, из натуральных материалов, – ответил он. – Вот, уже лучше. Может, ещё чего не знаешь, например, как туалетом пользоваться, ты спрашивай, не стесняйся.

– Туалет и душ мне искин открывает, как использовать их, знаю, не настолько уж я и дикий, – заметил я и спросил: – А почему в планшете почти вся информация в виде графики и видео, текста очень мало? Это у меня так или везде?

– От текста отказались из-за малой информативности. Используют только там, где без него не обойтись. Объёмов памяти техники с большим запасом хватает на видео и фото, какой смысл в морально устаревшем способе передачи информации?

– Объёмы действительно впечатляют: восемьдесят терабайт на дешёвеньком планшете – это очень много по уровню технологии моей планеты, – заявил я и возразил: – Но зря текст признали устаревшим, он не только позволяет компактно хранить информацию, но и при прочтении любого текста тренируется и развивается интеллект.

– Ну, не знаю, таких исследований не проводилось… – задумчиво протянул тот. – Но всё может быть, средний уровень интеллекта по Содружеству хоть и медленно, но снижается.

– Значит, книг теперь вообще нигде не найти? – спросил я. – Все знания переведены в видео?

– Скорее всего, книги есть в инфонет-музеях и на сайтах или форумах, посвящённых им. А знания у нас хранятся в ментально-информационных базах, позволяющих очень быстро и точно подготовить любого специалиста, закачивая знания прямо в мозг посредством нейросети, что тебе, впрочем, не грозит.

– Понятно. А инфонет – это глобальная сеть компьютеров? – уточнил я.

– Инфонет – сеть не только для компьютеров, но и для нейросетей.

– Ясно. А нейросети сразу появились или были ещё какие-нибудь промежуточные устройства между компьютером-планшетом и нейросетью?

– Я этим никогда не интересовался, но что-то такое видел в одном из музеев, – вспомнил Док. – Лет двести назад были такие нейрокомпьютеры, они подключались снаружи через нервные узлы около уха. Не факт, что есть рабочие экземпляры, да и тебе такое устройство вряд ли поможет. Но попытаться можно, вероятно, на них нет аппаратных ограничений по интеллекту.

– Надо поискать о них в инфонете, – сказал я и поинтересовался: – А почему в планшете нет связи с инфонетом, ведь, судя по настройкам, он может с ним работать, или он платный и нужна регистрация?

– Естественно, он платный, и действительно нужна регистрация, – кивнул он. – Но связь с инфонетом возможна только на станциях и планетах. Мобильные гиперсетевые ретрансляторы стоят очень дорого, и просто так их не достать.

– А у вас нет ещё какой-нибудь информации, чтобы мне было что поизучать, пока не прибудем на станцию?

– Нет. Всё, что было, я тебе уже скинул. Если только на главном искине поискать, но вряд ли, там периодически всё чистят.

Тут пришёл Винк с дроидом, который на летающих панелях тащил два тела, сильно покалеченные и в бессознательном состоянии. Одного я узнал – это был Гена.

– Док, есть работёнка, – весело заявил он. – Новички пострадали при тренировках.

– Не буду тогда отвлекать, – сказал я Доку. – Пойду проверю энерговоды.

– Я тебя провожу, есть разговор, – увязался со мной Винк.


Пока мы шли, Винк поинтересовался, зачем мне проверять нормально работающие энерговоды. Я объяснил, что при аварийном ремонте может быть риск нестабильных соединений, к тому же оборудование для меня новое, я мог в чём-то ошибиться, что со временем проявится. Это стандартная практика при ликвидации аварий.

Поняв мои действия, он рассказал мне, что станция, на которую мы летим, принадлежит пиратам и там каждый сам следит за своей безопасностью. СБ станции следит только за кораблями и крупными стычками. Поэтому мне нужно подумать о самозащите, если я хочу прогуляться по ней. Или нанять охрану, но это стоит дорого, да и денег у меня пока нет. Он предложил мне себя в качестве телохранителя на станции, а пока летим – тренировки абордажников. Я от физических тренировок отказался, не те кондиции, то есть здоровье. Но пострелять можно, да и пистолетик подешевле можно взять. Договорились с ним на завтрашние тренировки по стрельбе, там и оружие можно подобрать.

Винк ушёл по своим делам, а я решил замерить с помощью диагностического дроида утечки на месте соединений в отремонтированном энерговоде. Судя по замерам, качество изоляции моих соединений выше, чем в изоляции самого энерговода, что радует. Сильного нагрева тоже не наблюдается, значит, достаточно ежедневных замеров для полного спокойствия. Взяв в руки валявшийся неподалёку плазменный резак, я полностью зарядил его и попробовал поместить в подпространственный карман. У меня это легко получилось, и я решил оставить его там, в хозяйстве всё пригодится, к тому же его можно использовать как оружие или для взлома. После этого я отправился к себе в каюту закончить осмотр и провести инвентаризацию барахла.

Когда вошёл, первым делом проверил, всё ли на месте, и изменений, даже в положении коробки в ящике, которую я здесь оставил, не заметил. Тогда скомандовал искину открыть все скрытые ниши и стал рыться в них на предмет ещё чего нужного. Нашёл немного: пару мутных кристаллов, ещё один костюм техника, непонятную техническую прибамбасину и кусок сине-зелёного металла, явно ценного, так как тоже был спрятан. Покидав всё в коробку, решил разбираться с этим позже и сходить поесть.

В столовой обнаружил пять незнакомых человек в явно бронированных костюмах, видимо, бойцы. Когда я прошёл заказывать еду, они прекратили есть, прервали разговоры и уставились на меня, кто с интересом, кто почему-то зло. Мудрить я не стал и набрал стандартный номер 001. Увидев, что я заказал, они все, судя по выражениям лиц, очень удивились и стали ждать, как я это буду есть. Я же, не торопясь, с мнимым удовольствием и для большей эффектности мысленно представляя, что ем вкусный бисквитный торт и запиваю его соком, поглощаю эту бурду. Кругом стоит полная тишина. Тут входит Винк и ругает меня, что я опять ем эту бурду, и советует в следующий раз попробовать номер 037, который подходит большинству людей и намного вкуснее. Я поблагодарил его за ценную информацию и, закончив есть, выкинул пустые контейнеры в утилизатор. Винк напомнил мне, что завтра днём стрелковая тренировка. Я сказал, что помню, пожелал всем приятного аппетита, попрощался и пошёл обратно к себе.


– Это кто такой был? – удивлённо спросил Винка один из абордажников. – Почему я его раньше не видел?

– Это наш новый техник, – ответил он. – Единственный. К тому же он должен нам кучу кредитов, поэтому трогать его нельзя, иначе, как минимум, долг запишем на виновного.

– А почему он ел эту хрень с таким удовольствием? – спросил другой. – У неё же вообще нет вкуса.

– Это у него шутки такие оригинальные, – усмехнулся Винк. – По сравнению с моими вполне безобидные.

– Так мы его убивать и не собирались, так, покалечим немного, – сказал третий. – Чтоб знал, над кем можно шутить, а кого и бояться нужно.

– А ремонтировать корабль ты будешь? – раздражённо спросил Винк. – К тому же он мне конкретно нужен, целый и невредимый. Поэтому он подо мной ходить будет. И если чё, дело будете иметь со мной.

– Так и сказал бы, что он твой человек, – обиженно кинул тот. – Что, мы совсем без понятия?

– Тогда и остальным объясните, – успокоился Винк. – Он мой, и все проблемы с ним улаживать только через меня.

* * *

Вернувшись в каюту, я решил сначала разобраться с вещами и заныкать нужное в подпространство, места там пока хватает, а пропасть оттуда без моего ведома ничего не может. Положил туда оба запасных костюма, они и так понятны, причём сделал это не вынимая из коробки, на случай слежки. Затем достал непонятный прибор и внимательно осмотрел его. Судя по табло, нескольким разъёмам и проводам, идущим из него, это измерительный прибор, типа мультиметр. Вещь нужная, и… тоже прячем в хитрый карман. Следующая идёт какая-то прибамбасина с широким разъёмом. Прикинув, что такой может быть в планшете, достал его из костюма и стал искать место коммуникации плат расширений. Найдя защёлку, за которой скрывались разные разъёмы, я увидел среди них похожий на имеющийся в непонятной плате, и, понадеявшись на стандартизацию, воткнул её в планшет. Не заметив следов задымления и возгорания, понял, что эксперимент прошёл удачно. Пролистывая настройки планшета, я обнаружил появление новых значков, предназначенных для взлома электроники. Естественно, сразу их все позапускал и понял, что без знаний архитектуры здешней электроники, а также местных языков программирования мне тут делать нечего. Короче, вынимаем и прячем.

Очередные предметы решил сразу пробовать на совместимость с планшетом. Достал красивый браслет и, покрутив его, обнаружил на внутренней стороне небольшие контакты, на руку решил его не надевать, мало ли, какая защита, долбанёт ещё или отравит. Попробовал на планшете соединиться с ним беспроводным способом, аналогом земного блютуза, и с удивлением обнаружил, что определились два устройства: искин и ридер. Сразу же из коробки достал второй браслет, так как понял, что он аналог кард-ридера. При подключении искин запросил пароль, и я его сразу убрал до поры до времени. А вот ридер подключился почти без проблем, предупредив только о сниженной скорости коммутации. Тогда я стал совать в подходящий разъём все пластинки подряд и установил таким образом, что это аналоги электронных денег. На трёх из них было по тысяче кредитов, я их убрал поштучно, а остальные запаролены, их спрятал скопом. Пока ковырялся с пластинками, обнаружил на ридере ещё одно отверстие, похожее по форме на кристаллы. Достав их из коробки, понял, что этот разъём под них. Путём нехитрых манипуляций выяснил, что это базы знаний, кибернетика пятого уровня и хакинг третьего уровня. А так как они работают только через нейросеть, то тоже прячем в заначку.

Следующие четыре фигурки с правильными геометрическими формами я три часа безрезультатно пытался активировать или хотя бы понять, что это, но, видно, не судьба. В конце концов, забив на них, спрятал и решил разобраться с последним слитком сине-зеленоватого металла. Взяв в руки, удивился, что он тёплый и тяжёлый. Испугавшись, что это может оказаться ураном или другим радиоактивным материалом, я уже хотел было его выбросить подальше, как почувствовал удивление со стороны слитка. Он живой! Охренев от подобной мысли, не сразу понял, что передаваемая мне эмоция сменилась на голод. Я попробовал мысленно представлять известные мне виды энергии, спрашивая, какой подойдёт. Свет он проигнорировал, на тепло отреагировал слабо, а электричество и гравитация вызвали у него изумление. Решив не рисковать, представляя эфирную, астральную и ментальную энергии, а то присосётся ещё. Поднёс металл к ближайшей розетке и мысленно передал, что электрическая энергия находится рядом с ним в направлении розетки. Тот, став жидким, типа ртути, сменил форму на похожую на вилку и влез в розетку. Я испугался, что сейчас коротнёт и бабахнет, если защита не сработает, но тут раздался голос искина, сообщивший о замыкании в розетке моей каюты. Он потребовал вынуть неисправный прибор или устранить замыкание. Я мысленно попросил слиток вернуться обратно мне в руку. Тот сделал это, и я почувствовал его радость и удовлетворение от вкусной еды. Пекин сообщил, что замыкание устранено и электроснабжение восстановлено, и я попросил его ограничить питание моей розетки одной стотысячной свободной мощности реактора и впредь игнорировать в ней короткое замыкание. Он установил требуемые параметры питания и отчитался о проделанной работе.

Вдруг со мной связался через планшет Гурон и спросил о причине замыкания. Я объяснил, что это, видно, от сломанного прибора, оставшегося от техников. Пояснил, что знаю опасность использования неизвестной техники и принял меры. Он, выругавшись, приказал больше не экспериментировать, по крайней мере пока не прибудем на станцию, и я пообещал больше так не делать. Когда он отключился, я попробовал пообщаться с металлом. Сначала перебрал все известные и вымышленные названия металлов, пытаясь узнать название. Он откликнулся на орихалк, хотя я больше склонялся к мифрилу, глядя на цвет. Подумав, что это может быть сюрприз от Гермеса или Ареса, я мысленно представил их и спросил у орихалка, не знает ли он о них. Почувствовав в ответ недоумение и непонимание, понял, что не угадал. Жаль, спросить уже не у кого, откуда он, зато он теперь мой. Да и расспросы могут насторожить кого-нибудь, лучше сам поищу потом в инфонете.

Потом с помощью мысленно передаваемых образов я узнал у него, что он пока наелся и ему очень понравилась такая энергия. Я теперь его друг, и он решил остаться со мной. Тогда я спросил, что он умеет, и он продемонстрировал превращение в метровый шар, я так понял, что полый, затем в кувшин, в меч и в кучку золотых монет. В качестве эксперимента я мысленно представил, как он превращается в мультитул и увидел медленное изменение формы. Минут через пять он стал настоящим мультитулом. Вынув всякие ножи и отвёртки, я проверил крепкость пассатижей и, удовлетворившись увиденным, спросил о причине медленной трансформации. Тот пояснил мне, что связь между нами очень слаба и есть два пути усиления этой связи: первый – стать его хозяином, что создаёт опасность для него, и второй – стать ему кровным братом, что опасно уже для меня, так как часть металла проникнет в мой организм, и не факт, что при этом я выживу. Я решил протестировать опасность второго варианта на моём чувстве опасности, представив себе процесс братания. Почувствовав небольшую опасность, попробовал мысленно увеличить размер помещаемого в меня металла и понял, что опасность возрастает. Поняв, что смерть мне не грозит, рискнул побрататься. Обменявшись с орихалком каплями крови, ощутил усиливающуюся боль и, не почувствовав опасности, не стал напрягаться, но на всякий случай лёг на кровать. Когда боль усилилась настолько, что я едва мог её терпеть, то сильно испугался и потерял сознание.


Очнулся через десять часов, судя по часам планшета. Боль прошла без остатка, будто её и не было. Тогда я встал и мысленно позвал орихалк, тот, подпрыгнув с пола, влетел в мою правую руку и растёкся по ней, как перчатка. Я попробовал мысленно сменить ему форму на ножницы, и тут же в моей руке оказались обычные железные ножницы, даже ржавчина была в некоторых местах. Удивившись скорости и качеству метаморфоз, я, вспомнив, что в подпространственный карман нельзя совать живое, спрятал орихалк в виде второй кожи, как своеобразный бронежилет. Но так как размер его был невелик, то решил защищать только голову, представив, что тот растекается по лицу и под волосами, минуя рот, глаза и нос. Затем представил, как тот меняет цвет на телесный и защищает меня от облучений и ударов сзади. Почувствовав одобрительный посыл в ответ, я глянул в зеркало в душе и, не заметив никаких изъянов, пошёл завтракать.

На этот раз в столовой было пусто. Тогда я набрал посоветованный Винком номер 037 и в результате получил салат, кусок мяса и жидкость бледно-зелёного цвета, судя по запаху, съедобные. Сев за дальний столик, стал понемногу пробовать, а то вдруг это тоже шутка такая. Салат и мясо оказались немного необычного, но ожидаемого вкуса, а жидкость напоминала отвар из трав, как я понял, это местный чай. Подождав немного, я не почувствовал никаких неприятных ощущений и стал потихонечку поглощать данные блюда. Поев и убрав за собой, направился обратно к себе и по пути разминулся с группой новых незнакомцев. Те молча прошли мимо, внимательно посмотрев на меня, я решил тоже промолчать.

В своей каюте я начал изучать файлы, которые скинул мне Док в планшет. Просмотрев несколько роликов и демонстраций, понял, что ничего не понял. Вернее, немного разобрался, но появилась некоторая путаница в голове от рекламы. Есть империя Атаран, там рабство запрещено. Есть государство Агар, там рабство официально разрешено. Есть государства старших рас и мелкие государства, о них почти ничего не было. Во всём Содружестве обычный капитализм и что-то между демократией и империализмом. Нужно поискать в инфосети подробности.

Тут подошёл Винк и поинтересовался, готов ли я пострелять. Я сказал, что всегда готов, и мы пошли с ним к дальним палубам. По дороге он рассказывал, какое бывает ручное стрелковое оружие, его примерные цены, плюсы и минусы. Большие пушки я сразу отмёл, в крутых разборках я местным не конкурент. А вот мелкие и скрытного ношения очень даже сгодятся, например, я предварительно выбрал станнер (усыплятель, как я понял) и игольник (пистолет-пулемёт типа Узи).

Тир представлял собой ящик с кучей оружия и кусок корабельной брони вдали с нарисованной мишенью. Я спросил, что из оружия является игольником, и Винк подал мне непривычного вида пистолет. Я покрутил его в руках, нашёл переключатели темпа стрельбы и предохранитель, настроил пистолет на одиночные выстрелы и, сняв с предохранителя, начал целиться в мишень.

– Ты чем меня слушал? – поинтересовался Винк. – Прицельная дальность игольника – двадцать метров, а тут все пятьдесят до мишени. Или не умеешь на глаз расстояние определять?

– Смотря как стрелять, – заметил я, попадая в цель три раза подряд, даже не пытаясь целиться.

– Это как? – удивился тот.

– Да, как всегда, повезло, – пожал я плечами, а попробовав пострелять прицельно и промахнувшись десять раз подряд, сказал: – Всё, везуха закончилась.

– Ты так больше не шути, а то я уже усомнился в своих знаниях о стрелковом деле, – нахмурился Винк. – Подойди поближе и постреляй для закрепления начальных навыков.

Я подошёл на пятнадцатиметровое расстояние до мишени и, выстрелив целую сотню патронов, почувствовал усталость в руке. Затем попробовал пострелять левой рукой, из двадцати выстрелов попал один раз и то, похоже, случайно. Пожаловался Винку, что устал, и отдал ему игольник. Тот отчитал меня за слабую физическую форму, поняв, почему я отказался от тренировки абордажников. На что я возразил, что сначала нужно поправить здоровье, а это мне пока не грозит, так как медицинская аппаратура на мне глючит. И попросил его показать мне станнер и научить пользоваться. Он достал из ящика необычный пистолет с коротким широким дулом, в котором я не увидел отверстия, и стал объяснять, как им пользоваться. Это оказалось волновое оружие, которое стреляет высокочастотной энергетической волной сектором от 40 до 120 градусов в зависимости от настроек, максимальная эффективная дальность выстрела – шесть метров при секторе в 120 градусов и десять метров при 40 градусах. Тренироваться в стрельбе из него смысла нет, так как волна невидимая, а широкий сектор позволяет вести быструю неприцельную стрельбу, но на модифицированных бойцов это оружие не действует. Я спросил о цене на эти два вида оружия и узнал, что игольник стоит двадцать тысяч кредитов, а станнер – всего две тысячи, причём это самые дешёвые модели. Хорошенько подумав, я решил взять оба оружия. Винк разрешил мне их взять в долг, приплюсовав сумму к основному долгу, и даже подобрал к каждому кобуру, которая приклеивалась к костюму в любом удобном месте, а также дал пару запасных обойм к игольнику. Поблагодарив его и договорившись тренироваться в стрельбе по часу в день, я пошёл к себе.

В каюте я до конца дня, с перерывом на осмотр энерговода, занимался с орихалком. Узнал, что он может расти при наличии большого количества энергии или при усвоении некоторых металлов. Оставил назавтра попробовать поискать в завалах у техников эти металлы, я мысленно стал придумывать формы для живого металла.

От ножей, различных инструментов, шнуров до бронежилета и паукообразных зверюшек. Орихалку такая игра понравилась. Утомившись, я сходил поужинать и лёг баиньки.


На следующий день часик поковырялся с планшетом, сходил позавтракал и, дождавшись Винка, пошёл на стрельбы. Пока стрелял, он мне рассказал, что станнер работает от встроенного аккумулятора и заряда хватает на двадцать выстрелов. Затем продемонстрировал несколько разных обойм для игольника: керамические – стандартные (белые), стальные – бронебойные (чёрные), отравленные – полые с ядом (зелёные), усыпляющие – полые со снотворным (синие), разрывные – полые со взрывчаткой (красные). Сказал, что бывают ещё особые боеприпасы для игольников засекреченные, такие как: РЭБ (уничтожает электронику и глушит связь), поисковые и шпионские (типа жучки и трекеры), нановорм (заражают наноботами, разрушающими оборудование и убивающими всё живое), силовые (прожигающие силовые щиты), антиматерия (усиленный в сто раз аналог разрывных), самонаведение (при использовании тактического режима военных нейросетей позволяет немного корректировать полёт снаряда). Их разрешено использовать только спецслужбам, частникам же при использовании и хранении грозит срок. Я взял у него по паре каждой обоймы, за три кита в долг, и сказал, что не вижу смысла больше тренироваться, пока не смогу полностью вылечиться. Потом обрадовал Винка, что согласен на его охрану на станции, и попросил скинуть мне на планшет стандартный договор.

Тут подошёл в силовой броне Геннадий, при виде которого Винк напрягся. Я же, не чувствуя угрозы, решил просто подождать развития ситуации.

– Здорово, Вовчик! – начал Гена со мной разговор по-русски. – Как пристроился?

– По профессии, – ответил я на лингве (языке Содружества). – Кстати, невежливо при собеседниках разговаривать на незнакомом им языке.

– Ты смотри какие мы культурные, – поморщившись, сказал уже на лингве Гена. – Ты же в курсе, кто они.

– На себя посмотри, – поспешил ответить я, увидев что Винк собирается с ним поспорить. – Насколько я понял, ты теперь один из них.

– А сам-то кто? – ухмыльнулся он. – Тоже ведь на них работаешь.

– Я вольнонаёмный техник, – объяснил я. – Мне нельзя официально работать, так как из-за повреждения мозга, которое обеспечил один нехороший земляк, мне невозможно установить нейросеть.

– Э-э-э… кто старое помянет… Ну что ты в самом-то деле, – заюлил Гена. – Мы в космосе! У нас теперь такие возможности! Зачем вспоминать прошлую жизнь?

– Это у тебя возможности, а я инвалид, – решил я бить ему на совесть. – И долгов у меня больше шестисот китов.

– И чего теперь, мстить мне будешь? – с усмешкой спросил он. – Я теперь абордажник и скоро по уровню бойцовских навыков буду не слабее земного спецназа.

– Действительно, не с моим здоровьем мечтать о мести, – вздохнул я и, заметив нахмурившегося Винка и ухмыльнувшегося Гену, решил припугнуть: – Хотя а кто мне мешает нанять специалиста по устранению неугодных?

– А я ведь пришёл помириться, – уже серьёзно сказал Гена. – Ты ведь единственный мой земляк из свободных. Да и нанять специалиста ты можешь не успеть.

– Успокойся, это шутки у меня такие дурацкие, – почувствовав угрозу со стороны Гены и Винка, срочно стал я разряжать обстановку. – Здесь капитализм, а месть – штука невыгодная. Поэтому я вполне могу принять твои извинения в виде половины моего долга.

– Да ты охренел! – возмутился Гена. – На меня тоже навесили долги за обучение и экипировку. Давай хотя бы десять китов.

– Сто китов, – стал я торговаться. – У тебя больше возможностей отдать долги в отличие от меня, ты не инвалид.

– Пятьдесят китов, – начал успокаиваться он. – Больше не смогу.

– Хорошо, – согласился я остановиться на этой сумме. – Винк, перепиши на него пятьдесят китов с моего долга. И останемся если не друзьями, то хотя бы хорошими знакомыми.

– Всё, готово, оставшийся долг – 575 китов, – сообщил мне Винк и спросил Гену: – Ты всё тут или ещё чего хотел?

– Да вроде всё, – ответил он и кивнул мне: – Ну, до встречи. Как-нибудь поболтаем, как будет свободное время. Я пойду, скоро тренировки.

– Пока, – бросил я в спину удаляющемуся Гене и вдруг почувствовал от него небольшую угрозу. Интересно почему, вроде всё разрулили. Ладно, буду настороже и попробую разобраться, что не так.

– С ним всё ясно, а как насчёт нас? – спросил у меня Винк.

– Ты о чём? – не понял я.

– Я о мести, – напомнил он. – Мне тоже хотелось бы прояснить ситуацию.

– А-а-а… Ты думаешь, я буду вам мстить за похищение и рабство? – усмехнулся я и, дождавшись утвердительного кивка, ответил: – Как я уже говорил Гене, месть не выгодна. Отношение к вам, конечно, невысокое, но и зла на вас я не держу. Ты, наверное, хочешь повысить моё отношение к тебе?

– Хотелось бы, но пятьдесят китов – очень дорого, – сознался тот. – И как ты относишься к остальным? Мне нужно знать, где ждать проблемы.

– От тебя я хочу бесплатную охрану на станции, пока не смогу отдать долги, – попробовал я поторговаться и с Винком.

– Идёт, – как-то быстро согласился тот. – Как насчёт Гурона?

– От него я хочу узнать координаты моей планеты, – наглел я дальше.

– Даже и не знаю, – удивлённо развёл руками Винк. – Я, конечно, передам ему твою просьбу, но не факт, что он согласится. А Док?

– А что Док? Он сделал всё, что мог. К нему и остальным я отношусь вполне нейтрально.

– Ну хорошо, пойду тогда поговорю с Гуроном, – сказал Винк.

– Давай, а я – на очередной осмотр энерговодов. – И пошёл тестировать свою пайку.


Проверив в очередной раз качество изоляции и убедившись, что всё в порядке, я пошёл к завалу у технарей. Орихалк, поковырявшись с час, не нашёл ничего из нужных ему металлов. Я не расстроился, буду откармливать его электричеством, хоть и медленно, но верно. По пути к себе в каюту придумал, как использовать подпространственный карман в качестве оружия. Если он опасен для живых организмов, то можно помещать туда кого-либо, и тут же быстро вытаскивать обратно. Осталось уточнить, как именно он вредит, и потренироваться в скорости работы с ним.

В своей каюте я начал тренироваться доводить до автоматизма работу с карманом, а также делать его незаметным. Для этого сначала протестировал мелкие предметы, которые там хранились, чтобы узнать, какой из них медленнее всех будет перемещаться. Оказалось, это одна из непонятных фигурок в виде пятиугольной призмы, похожая на стрелку указателя (<=). Если не вынимать её из кармана костюма, то можно незаметно тренироваться в перемещении её в подпространственный карман и обратно. Пока не найду никому не нужную живность. Есть шанс, что при тренировках не только скорость перемещения прокачается, но и сам размер кармана.

Через пару часов, поняв, что включился автопилот и скорость перемещения изменилась с двух секунд до одной, я стал думать об усложнении тренировок. Для начала меняем руку, затем – проба перемещения сразу обеими руками, затем совмещаем с чем-нибудь ещё, например с тренировками с орихалком. Ближе к вечеру я решил завязать с тренировками, опасаясь поместить кого-либо на автопилоте. Скорость перемещения стала такой, что я перестал замечать исчезновение предметов. Обеими руками тоже получалось перемещать без проблем, а вот из руки в руку через карман никак не удавалось: или я чего-то не понимаю, или есть ограничение на это.

Тут на планшет пришло от Гурона приглашение на беседу. Я быстренько всё лишнее убрал и поспешил к капитану. Тот сначала стал выпытывать у меня, зачем мне координаты Земли. Я ответил, что у меня там остались родные, и если я разбогатею, то постараюсь забрать их в Содружество. Он согласился со мной, что родне надо помогать. Но может сообщить мне только координаты и то не под запись. На что я поинтересовался, в чём подвох, ведь это мне и нужно. Тот сказал, что моя система находится очень далеко, примерно десять лет пути на среднескоростном корабле, причём половина пути по территории архов. Я успокоил его, мол, мне не нужна его секретная тропа, по которой он срезает путь. Вернее, нужна, но, понимая, что это очень дорогой секрет, мне достаточно координат системы. Гурон показал мне на большом настенном экране таблицу огромных чисел, но удивился, как я собираюсь работать с ними без знаний навигации и нейросети. Тридцать два числа примерно по сто цифр после запятой, офигеть. Внимательно порассматривав их минут десять, я попросил его показать на звёздной карте Солнечную систему относительно систем Содружества. Тот, одобрительно хмыкнув, отобразил на экране россыпь звёзд, выделив синим Содружество и отметив красной точкой Солнечную систему. Я, поводив рукой по экрану, понял, что он сенсорный. Тогда я стал вращать и менять масштаб изображения, запоминая карту звёзд. Спустя полчаса я попросил убрать цветовое выделение систем и переместить изображение в центр Содружества. Тот, поняв, что я хочу сделать, сбросил настройки карты и стал ждать моих действий. Я кое-как в течение десяти минут, но всё же нашёл Землю и, обернувшись, увидел офонаревшего Гурона. Он поинтересовался, как я смог запомнить всю карту за полчаса. Я успокоил его, сказав, что запомнил только путь до Земли, и поблагодарил его за координаты. Капитан сказал, что они мало чего стоят, так как через архов не пройдёт и сильный флот любого из государств. Я объяснил, что это теперь мои проблемы, и, ещё раз поблагодарив и сославшись на головную боль от обилия информации, отправился ужинать и спать.

Больше до конца пути ничего интересного не происходило. Гену я так и не видел, видно, его загрузили тренировками.

Глава 6

Прибыли мы на станцию незаметно для меня. Я, как обычно после дежурства, размышлял, чем бы заняться: поиграть с орихалком или потренироваться в скорости перепрятывания вещей в подпространственный карман. Тут врывается возбуждённый Винк и сообщает, что мы наконец-то прибыли, и предлагает прогуляться по станции, так сказать, для ознакомления со злачными местами. Я напомнил ему, что мне Гурон обещал пятьдесят китов на расходы. Он ответил, что в курсе, и попросил взять оружие с собой, фронтир всё-таки. Я попросил орихалка медленно и незаметно поместиться вокруг головы и плеч для защиты, на всякий случай, а сам сунул руку в карман и достал из подпространственного кармана игольник и бронебойные патроны, перезарядил и убрал обратно, типа в карман. Затем достал станнер и закрепил на ноге в спецзажим костюма снаружи. С планшетом и сетью я решил разобраться ближе к вечеру, и мы пошли с ним за развлечениями.


Когда вышли из корабля, я ожидал чего-то эдакого, но увидел очередные коридоры и стены из металла, правда потолки высокие, метров пятнадцать. Немного похоже на ночной город. Кругом искусственное освещение иногда лампами, иногда светятся сами стены. Пока мы шли по освещённым улицам, видел несколько верениц рабов, настроение поползло вниз. Чтобы не показывать раздражение, включил режим отморозка.

– Это что за биороботы? – поинтересовался я у Винка.

– Это рабы, – с неохотой ответил он.

– А почему они так странно двигаются и ошейников у них нет?

– У них стоят рабские нейросети, они подавляют волю, через пару лет уже не человек, затем медленно умираешь. – И хмыкнул: – Что, не нравится? Не вздумай кидаться спасать их.

– Надо побольше информации собрать о вашей цивилизации, – прищурился я. – Рано пока уничтожать.

– Не понял, – нахмурился Винк.

– Поброжу посмотрю, может, и дам пожить ещё пару тысяч лет, – бесстрастно ответил я.

– Ты о чём? – остановился вконец охреневший Винк. – Не пугай меня.

– Я думал, у тебя есть чувство юмора, – улыбнулся я.

– Фигасе шуточки… – успокоился он.

– Дурацкий вопрос – дурацкий ответ. Естественно, мне не нравится рабство, но и вмешиваться не собираюсь: во-первых, сила не на моей стороне, а во-вторых, смысла нет.

– То есть?

– Возможностей у меня сейчас нет, а если бы и были, то это не поможет.

– Почему?

– Нужно устранять причину, а не следствие.

– А попроще объяснить можешь?

– Если я стану уничтожать работорговцев, то это не уменьшит спрос на рабов, а увеличит их цену. Поэтому правильнее будет зачистка рабовладельцев. Не будет спроса – не будет и предложения. А так как самым крупным рабовладельцем является государство Арвар, то воевать я с ними буду лет эдак через тыщу.

Винк решил отвлечь меня от неприятной темы и принялся агитировать смотаться по бабам, мол, здесь много борделей. Я стал объяснять ему, что пользоваться борделями мне не позволяет воспитание, это приравнивает меня к животным: «сунул, вынул и бежать» – это не по мне. Я контролирую свои инстинкты, мне не беспорядочные связи нужны, а жена, причем единственная, которую я пока не нашёл. Тогда он поинтересовался, а как тогда стресс снимать и инстинкты усмирять не по-животному? Я ответил, что тут надо как на охоте или рыбалке: найти достойную цель, минимум равную по статусу, и начать процесс охоты, в смысле соблазнения. Это как с мясом или рыбой – не умеешь охотиться или рыбачить или нет времени – иди в магазин, так и тут нужно пробовать поохотиться, а уж если очень хочется, а не получается, или некогда, или вообще бестолковый – тогда в бордель.

– У вас есть охота или рыбалка? – поинтересовался я у Винка.

– А как же! И то и другое на планетах есть на любой вкус, вплоть до экстремальных видов.

– А у нас, когда самых красивых и сильных зверей почти перевели, придумали новый вид охоты: фото и видео. Процесс похож, а зверушка целая.

– Ты меня убедил, – сказал мне Винк. – Попробую эту твою охоту на женщин.

В это время Винк заметил вывеску, цветастую и непонятно что изображающую, сказал, что это казино и прошлый раз его здесь не было, значит, новое. Я по привычке возразил, что лучше проверенное старое, чем непонятное новое, но заглянуть согласился. Внутри было малолюдно, но это и понятно, утро ведь, многие уже угомонились. Знакомых игр не оказалось ни одной, даже карты и кости неправильные. Атмосфера была какая-то угрюмая и безрадостная, чувствовалась безысходность. Я не понял, в чём дело, но спросил у Винка правила игр, и тот скинул их мне на планшет. Я уточнил, можно ли здесь пользоваться планшетом, ведь его могут причислить к устройству для взлома? Винк меня успокоил, мол, тут кругом камеры и следят крутые спецы, не позволяющие взламывать игровые автоматы. Я, усевшись в сторонке, уткнулся в планшет и в течение получаса смог изучить правила большинства перспективных, на мой взгляд, игр.

Увидев, что Винк поглядывает на меня с надеждой, я решил не разочаровывать его и прошёл к ближайшему столу. Не успел усесться за стол, как почувствовал дискомфорт. Попробовал проанализировать вектор угрозы и понял, что угроза идёт от самой игры. Прикинул, что игроманией я переболел ещё в юности и крышу мне снести от игры не должно, хотя кто их знает, эти инопланетянские игры? Просто стоя рядом, попробовал мысленно поиграть и почувствовал, что проиграю в любом случае. Охренел от такой новости: что за игры такие безвыигрышные? Я попробовал представить, как я играю, доверившись провидению, как тогда на корабле, и с удивлением понял, что даже так выиграть не получится.

– Уходим, поищем другое казино, – сказал я Винку. – Мне здесь не нравится, да и не проработают они тут долго.

– Ты уверен? – прищурился он.

– Абсолютно, – уверил я его и, почувствовав приближающиеся неприятности, намекнул: – Пошли и не забудь, для чего ты нанят.

– Понял, – ответил враз посерьёзневший и сосредоточенный Винк.

Не успев дойти до выхода, услышали слащавый голос вдогонку:

– По правилам нашего заведения те, кто сюда вошёл, обязаны хотя бы раз сыграть.

Винк сразу заозирался, ожидая немедленного нападения, а я, как обычно, решил попробовать всё разрулить своей любимой риторикой.

– Снаружи это не написано, да и пробные партии обычно бесплатные.

– Это внутренние распорядки.

– А что ещё у вас там есть в этих самых распорядках? – стал я докапываться дальше и сказал уже громко: – А то вдруг указано, что любой посетитель, вошедший сюда, автоматически становится вашим рабом?

На нас сразу обратили внимание все ближайшие посетители и нехорошо так глянули на моего собеседника. Тот, почувствовав недоброе, заюлил:

– Ну что ты, разве так можно? Посетитель просто должен попробовать хотя бы одну игру, чтобы понять, нравится или нет, и всё.

– Даже псион? – решил я поблефовать, и на меня взглянули Винк с удивлением, а собеседник с испугом.

– Погоди! – вскрикнул тот и смылся в глубину залов.

– Ты не псион, – сказал подошедший откуда-то сбоку щупленький парень. – Хотя защита стоит у тебя хорошая.

– Я этого и не говорил. Я просто спросил, нужно ли псиону здесь играть. А ты кто?

– Я работаю в местной охране, я псион-ментал.

– Слушай сюда, псион, есть ведь кое-кто и пострашнее псионов, – стал я давить на мнимую угрозу, а какую, он сам себе придумает. – Ты ведь не хочешь, чтобы я тут всё разнёс?

– Хорошо, я понял тебя, – испуганно отозвался он. – Давай провожу до выхода.

Пройдя немного подальше от треклятого казино, Винк поинтересовался:

– Это что там такое было?

– Всё элементарно, обычный лохотрон. Безвыигрышное казино, такие долго не работают, но кредиты свои имеют.

– А о псионах зачем наплёл и кто такие «пострашнее псионов»? Я о таких не слышал.

– Я тоже, но псион, похоже, в курсе о таких и принял нас за них, иначе мы оттуда не вышли бы.

– Но если нас поймают на вранье – а выдача себя за другого ещё хуже, – то за слова придётся ответить. Ведь там всё протоколируется, – предупредил Винк.

– Не учи учёного, я, чай, не первый раз по ушам езжу. Есть особый тип вранья – правдой, является особым видом информационного оружия, использовался у нас в холодных войнах. У тебя ведь всё тоже протоколировалось нейросетью?

– Да.

– Вот и просмотри ещё раз то, что я там ему наговорил, если же не поймёшь, я потом тебе объясню, если интересно. А сейчас давай заскочим куда-нибудь пожрать, а то я на нервах весь и проголодался.

– Странно, а по тебе и не скажешь. Хорошо, вон то здание вроде кафешка.

Внутри действительно оказалась кафешка, только Винк почему-то занервничал. Я ничего такого не ощущал и спросил его, в чём проблема. Он ответил, что это база наёмников и чужих здесь не любят. Ты либо наёмник, либо наниматель. Я успокоил его, пояснив, что я его наниматель и вообще мне здесь нравится. И тут я увидел в глубине зала одинокую красивую женщину, по лицу которой было видно, что она скучает. А свободные столики вокруг неё наводили на мысли о её опасности. Мысленно представив, что я с ней беседую, опасности я не чувствовал и решил ещё раз подколоть Винка.

– Вон, смотри, и объект охоты есть, – мотнул я головой Винку направление.

– Даже и не думай, – враз побледнел он. – Особо наглых она прямо здесь нашинкует.

– А кто сказал о наглости? Тут вежливость нужна. Займи соседний с ней столик и смотри.

– Стой…


Олия сидела и скучала. Нормальных заказов давно нет, а на левые соваться – большой риск, кредиты пока есть. У Мита после последней заварушки вылетела нейросеть, и невозможно её переставить. Даже злость не на ком сорвать, никого рядом нет.

– Позвольте представиться: Владимир Викторович Кунин. Можно вам составить компанию и присесть за ваш столик? Я хотел сказать, что в центре толпы мужчин сидит и скучает такая красивая женщина и ни у кого не хватает смелости или умения её развлечь беседой. А почему бы это не сделать мне?

– Э-э-э… Если только беседой.

– Ни на что больше не претендую. Позволено ли будет мне узнать ваше имя?

– Олия. Сразу видно, что ты из диких миров, в Содружестве на «вы» не разговаривают.

– Учту на будущее.

– Что будешь заказывать? – спросил тут же подскочивший официант. – У тебя не отзывается нейросеть.

– У меня нет нейросети. Я новичок в мирах Содружества и не знаю названий блюд. Мне что-нибудь похожее по вкусу на 037-е блюдо синтезатора, а даме всё, что она пожелает, за мой счёт.

– Тогда мне бутылочку особого лернийского.

– Заказ принят, сейчас принесу.

– У тебя очень длинное имя, первый раз слышу настолько благородный род.

– В мире, откуда я прибыл, почти все люди такие.

– А откуда ты прибыл?

– О, это длинная и увлекательная история, если вас… э-э-э, то есть тебя это интересует, то могу рассказать. Ты ведь никуда не торопишься?

– Я с удовольствием послушаю.

– Вот заказ, оплата на выходе, – сказал принёсший заказ официант и удалился.

– Я родился в мире колыбели цивилизаций, у нас живёт огромное разнообразие животных и растёт тьма всяческих растений. Народностей тоже великое множество, и каждый со своим языком.

– А как же вы все общаетесь?

– Как получается, есть и переводчики, а бывают и войны на почве недопонимания. После особо жестоких войн приходит упадок и деградация. В данное время только начали выходить в космос на орбиту планеты.

– А досюда как добрался?

– Меня похитили страшные работорговцы. Тут много таких бродит, видели, наверное.

Винк с испугом взглянул на меня.

– Неужели они настолько ужасны? – спросила Олия.

– Да нет, это просто вначале так показалось, потом оказались вполне компанейские ребята, со своеобразными взглядами на жизнь, но я их понимаю, тут каждый крутится как может.

Винк успокоился.

– Я так понимаю, из рабства ты выкупился?

– Можно сказать и так. По пути в миры Содружества наш корабль попал в засаду, и нас атаковала куча кораблей, отбиться мы не смогли бы и решили смыться на форсаже, но нас подбили. Осталось только ждать абордажа.

– Как же вы выбрались?

– Пока наш корабль дрейфовал, попал в нестабильную аномалию, но нам повезло, корабль выкинуло недалеко от фронтира, правда, в секторе архов и с перебитыми энерговодами. Да и техники погибли.

– И вас не съели архи?

– Как говорят у меня на родине, на Бога надейся, а сам не плошай. Я решил починить корабль в обмен на свободу. И мне от безысходности доверились.

– Но ты же дикий, у тебя вон даже нейросети ещё нет.

– У себя на родине я был электриком-аварийщиком, нас учили устранять любые неисправности, даже на неизвестном оборудовании. Я быстро разобрался с неисправностью и смог восстановить энерговоды, а нейросеть мне невозможно установить из-за повреждения мозга.

– И как же ты будешь работать в Содружестве? Ведь тут везде нужны нейросети, без них ты никуда не устроишься и не сможешь учить базы знаний.

– Я уже интересовался этим вопросом и нашёл несколько вариантов решения этой проблемы, но это мои проблемы, и пусть они тебя не волнуют.

– Но мне тоже интересно, это проблема многих ветеранов.

– Я так понимаю, у твоего знакомого такая же проблема.

– Да, ты удивительно догадлив.

– Тогда, скажем, завтра в это же время приходи сюда со своим другом, обсудим методы решения данной проблемы, а также плюсы, которые она нам даёт.

– Какие тут могут быть плюсы?

– Особо секретные, расскажу при встрече. Надеюсь, здесь есть приватные комнаты?

– Конечно, есть. Мне пора, надо обсудить эту информацию с моей командой, завтра будем тебя здесь ждать.

– Мы тоже пойдём.

– Мы?

– Познакомься с моим телохранителем Винком.

– Мы уже знакомы. А ты в курсе, что он тоже работорговец?

– Конечно, он меня и похитил.

– В самом деле?

– Именно. А теперь охраняет меня от нападок различных нехороших личностей и хранит мои деньги.

– Ну, я пошла, до встречи.

– Пока. Бармен, сколько с меня?

– Сорок девять китов.

– Сколько?! – воскликнул Винк и хотел начать ссору.

– Оплати, ты же не хочешь сказать, что у меня нет таких денег? – выразительно посмотрел я на него. – И пойдём, у нас ещё есть дела.


– Зачем мы заплатили этому уроду такие деньги, он же специально назвал нереальную сумму!

– Поэтому и заплатили. Если не догадался, то попозже объясню. А сейчас давай найдём приличное казино, надо отыграть непредвиденные расходы. Кстати, ты тоже будешь играть?

– Если ты мне поможешь выигрывать.

– Тогда твой выигрыш пополам.

– Если будет проигрыш, то платишь ты.

– Хорошо. Тогда, пока ищем, расскажу, как будем играть, чтобы привлекать к себе как можно меньшее внимание. Сначала ставлю я, за мной – ты. Значения ставок: один кит – средний выигрыш, полкита – сильный выигрыш, полтора-два кита – проигрыш.

– А зачем проигрывать?

– Чтобы они ничего не заподозрили. Нормальные люди должны проигрывать, и ты тоже, так что постарайся не увлечься выигрышами.

– Понял.

– Если у кого будут к нам вопросы, посылай ко мне. На все вопросы окружающих буду отвечать я, ты – только мой охранник, и нежелательно вмешиваться в мои разговоры. Если что, всё обсудим после.

– А вот и казино, я тут был прошлый раз.

– Пошли поиграем, у меня должен был остаться один кит, купи мне на него две фишки по полкита.

Казино было похоже на предыдущее, видно, типовой проект. Попробовав снова мысленно сделать ставки, я понял, что тут с выигрышами не мухлюют. Решил играть с выражением, то есть выражая эмоции радости и огорчения, чтобы сильно не выделяться своим контролем за ситуацией.

Итого я смог выиграть 180 китов, пока меня не заметили, вернее, заметили Винка, тот всё-таки не удержался и решил выигрывать по-крупному, но меня вычислили как главного. Я почувствовал, что за мной наблюдают, и вычислил, что это неприметный мужик слева сзади от меня. Его серьёзное выражение лица выдавало в нём работника казино. Я поинтересовался, в чём дело, и получил ответ, что мне часто везёт, я сказал, что так и есть, поэтому я и играю. Он не сразу понял, что я ответил, а когда дошло, решил наехать.

– А ты в курсе, что псионам играть запрещено?

– Конечно, на фиг им нам игру портить, этим читерам нехорошим.

– Хочешь сказать, ты не псион.

– Конечно, просто я новичок, и мне сегодня везёт.

– Складно брешешь, только наш искин выдаёт 67-процентную вероятность нечестной игры, вот я и пытаюсь понять, как ты химичишь.

– Тебе известна теория вероятности?

– Не надо мне тут втирать, у тебя выигрышей на пятнадцать процентов выше, чем если бы ты пользовался этой теорией.

– Ну, у меня просто модифицированная методика, основанная на этой теории.

– Хочешь сказать, умеешь считать лучше, чем кластер искинов? Не парь мне мозги, давай так: ты честно рассказываешь, как выигрываешь, а мы не будем у вас забирать выигрыш, я знаю, что ты не один играешь.

– Честно, я не псион, видно, свойство организма у меня такое, – решил я частично сознаться. – Поэтому очень везёт.

– Верю, тем более искин подтвердил, что ты не врёшь. Хорошо, можешь идти, только больше играть не приходи, и в другие казино тоже, у нас с ними договор, мы сообщаем друг другу о таких игроках.

– Спасибо. Приятно было у вас поиграть…

– Ты сколько выиграл? – спросил у меня Винк, когда мы поменяли фишки обратно на кредиты и я свои поместил на одну из незапароленных карт и вышли.

– Если бы ты не стал наглеть, то было бы больше.

– Блин, ну извини, реально не удержался. Триста китов за день – это очень круто. Больше так не буду.

– А больше и не дадут. Нам теперь в казино дороги нет. Я ведь предупреждал.

– Как же так! Ну и ладно, ещё есть ставки на арене, там можно и больше выиграть.

– Ага, и нас потом выпотрошат. Нет, будем играть на моих условиях. Я говорю ставки за меня и за тебя, ты ставишь, как я сказал. Иначе опять спалимся. Но это завтра, а сейчас – в банк, я там зарегистрируюсь, и отдыхать. Хватит на сегодня, что-то голова заболела, не перестараться бы, а то везение закончится.

– Хорошо, пошли в банк. Он вон в том здании.

Мы вошли в здание банка. К нам тут же подскочила девушка и стала тараторить, как здорово пользоваться услугами их банка. Я её остановил и объяснил, что мне нужно открыть и зарегистрировать счёт. Причём нейросети у меня нет, поэтому надо сделать как-то без неё. Это её не смутило, она сказала, что регистрация привязывается к генетической карте, по которой я смогу в любом банке Содружества работать со счётом. Но только в банке, вне банка – только через нейросеть. На счёт нужно сразу положить не меньше 500 кредитов. Что я и проделал, заодно под её руководством зарегистрировался в инфонете и оплатил его за 10 дней, заплатив за это ещё 500 кредитов. 75 китов я перевёл Винку, 25 в счёт долга, 50, что брал на игру, – Гурону. Счёт довёл до пятидесяти, остальное (4500 кредитов) перевёл на карточку. Половина выигрыша Винка (150 китов) тоже пошла на списание долгов, итого на сегодня осталось 350 китов долга.

Когда вернулись на корабль, меня сразу вызвал Гурон. Сначала похвалил за большую скорость возврата долгов, на что я ответил, что это разовый результат, дальше будет медленнее. Затем он меня удивил, сказав, что моим способом ремонта энерговодов заинтересовались местные технари и посоветовали запатентовать метод, кредиты будут капать, скорее всего, по чуть-чуть, но стабильно. Я решил на себя не патентовать и попросил скинуть протоколы и записи моего ремонта (для патента) на мой планшет. Он был не против, так как с оформлением та ещё морока, да ещё и в Содружестве надо регистрировать, а ему туда пути нет. Пока копировал, предупредил, что ремонт продлится примерно неделю и они потом полетят к себе на базу, а она во фронтире на другой стороне Содружества. И если я успею вернуть долг, то должен буду определиться, лететь с ними или оставаться. Я сказал, что подумаю, и пошёл к себе в каюту.

Перед сном поработал с инфонетом. Морока оказалась ещё та. Где мой любимый Яндекс? Общего поисковика нет. Есть куча специализированных, и те, судя по результатам поисков, скорее рекламные. Зарегистрировав почту, совсем не удивился потоку спама. Не стал заморачиваться с настройкой чёрного списка[9], включил сразу белый[10], естественно, пока пустой. Информации по Содружеству было немного: или я не там искал, или считается, что это всем известно. Нашёл немного сведений по таким устройствам, как нейроком. Его разработки забросили с появлением нейросетей. Заводы по изготовлению не стали уничтожать, просто законсервировали. Сам нейроком представлял собой внешний аналог первой нейросети. Он цеплялся около уха, типа блютуз-гарнитуры, и выращивал у места присоединения к коже увеличенный по пропускной способности нейроканал (нерв). Базы данных принимал беспроводным способом с устройства – аналога современного планшета, совмещённого с ридером. Несколько устройств можно найти в музеях. Для массового производства нужно искать заводы, не думаю, что эти устройства дорого стоят.

Для начала информации достаточно, остальное поищу, когда буду в Содружестве. На сегодня хватит работы, завтра дел много, пора баиньки. Пока укладывался спать, вспомнил, что на моей голове до сих пор сидит орихалк. Поинтересовался, не скучал ли он? Оказалось, нет, ему тоже интересно было гулять со мной. Тогда я договорился с ним, что как только я соберусь куда идти, то он распределяется вокруг головы для моей защиты, а когда я сплю, он превращается в браслет телесного цвета на правой руке. Пообещав ещё поиграть с ним, когда будет свободное время, я вырубился.


Утром, когда меня разбудил Винк, я почувствовал себя неважно. Мысленно напомнил орихалку, чтобы начинал перебираться с руки на голову. А Винку высказал, что вчера, видимо, перестарался и сегодня не буду играть, но, чтобы не терять время, сходим на экскурсию на арену, чтобы знать, как там и что. Это на пару часов, потом у меня встреча в кафешке, затем ещё часов пять на арене – и хватит. Играть начну послезавтра, чтоб не сдохнуть от перенапряжения. А сам подумал, что это часть правды, просто способность не прокачана, нужно придумать упражнение для постоянной прокачки.

Снарядившись и вооружившись, мы с Винком пошли в зоопарк. В смысле не в зоопарк, конечно, а в зверинец арены, и не пошли, а поехали, пешком туда полчаса топать. Поехали на самом оригинальном виде транспорта, что мне вообще мог прийти в голову, – на лифте. Данное устройство здесь перемещается не только вверх-вниз, но и влево-вправо и вперёд-назад. Натуральная мини-электричка для гигантских зданий. На выходе из лифта первое, что бросается в глаза, – это большое количество дисплеев, показывающих самые зрелищные моменты из разнообразных боёв. Сразу ясно, это – арена.

Действительно, зверинец – это никак не зоопарк. Такого количества монстров ни в одном ужастике не увидишь. Самыми безобидными здесь были, на мой взгляд, крысы, в смысле, они похожи на крыс, только головы крупнее. Я уже хотел было спросить у скучающего недалеко от меня Винка о них, но подумал провести эксперимент. У одной из крыс свисал хвост из клетки, и я решил испробовать на ней «мигание» – так я назвал способ быстрого перемещения в подпространственный карман и обратно. Сначала проверил, как я хватаю её за хвост, и почувствовал средний страх. Неужели она так опасна? Тогда я представил, как применяю на ней «мигание», ухватившись за её хвост, – страха почти нет. То есть «мигание» как-то на неё повлияет, и опасность, исходящая от неё, сильно уменьшится. Можно приступать к эксперименту…

В себя я пришёл, когда отлетел на три метра от клетки. Надо мной ухохатывались все рядом стоящие люди, и Винк в том числе. И я, что удивительно, на них в обиде не был. Такого долбодятла, как я, ещё поискать, аж самому смешно. Зато я понял, что размер не всегда имеет значение, и это, наверное, самая страшная тварь в зверинце. Когда я ухватил крысу за хвост и «мигнул» ею, ей хватило доли секунды, чтобы развернуться и ринуться на меня. Голова и тело крысы через решётку не пролезли бы, но она часть времени пробыла в подпространстве, и этого хватило, чтобы пролезла голова, которая и застряла между прутьев. Но рывок и удар были настолько сильны, что я на адреналине отпрыгнул от клетки и шлёпнулся на задницу. Очухавшись и поднявшись, я почувствовал, что крыса дохлая. Хотя она и вяло дёргалась в своеобразном капкане. Вероятно, душа зверюшки не пережила подпространства, и хотя тело ещё и живо, но это ненадолго.

– А эту тварь вообще реально победить? – спросил я у Винка.

– Тебе точно не реально. А подготовленный боец справится. Но если их выпустить стаей, то не справится никто. По крайней мере, в одиночку.

Больше никаких экспериментов на сегодня. Дальше мы просто бродили среди вольеров и террариумов. Кстати, попадались не только звери, было и несколько растений, видно, тоже хищники. Набравшись впечатлений от зверинца, я засобирался на встречу. Проблема существования без нейросети была Винку неинтересна, поэтому я обменялся с ним почтой и договорился, что он проводит меня до кафешки, а сам пойдёт по своим делам, а как понадобится мне, я напишу ему.


На входе в кафе меня сразу перехватила Олия и повела на второй этаж, как я понял, в кабинет для конфиденциальных переговоров. Там находились двое мужчин. Олия представила меня им и мне их: мой ровесник, судя по внешности, звался Мит, а второй, постарше, Сифт.

– Ничего, что нас на одного больше, чем мы договаривались? – поинтересовалась у меня Олия. – Мы состоим в одной команде наёмников, а у Сифта та же проблема, и я решила его тоже пригласить послушать тебя.

– Наоборот, очень даже неплохо. Чем больше мнений, тем больше ошибок вы сможете найти в моих суждениях. Я всё-таки дикий, многое могу просто не знать.

– Прежде чем обсуждать проблему отсутствия нейросети, хотелось бы узнать, что за плюсы в нашей ситуации ты упомянул во вчерашней беседе с Олией? – поинтересовался Мит. – Мы вчера, сколько ни думали, но так и не смогли придумать хоть один.

– Как минимум работа в местах, где нейросети выходят из строя.

– Ну ты и выдал… – ухмыльнулся Сифт. – В таких местах обычно выходят из строя не только нейросети, но и любая другая техника и даже люди. Мы что, похожи на самоубийц?

– Хорошо, тогда такой вариант: работа на СБ государства в особо секретных разработках или делах, – выдал я главный аргумент.

– А они тут при чём? – спросила Олия.

– Кто из вас троих больше знает о нейросетях?

– Я, – сказал Сифт. – Мне 187 лет, и знаний за эти годы я накопил очень много.

– На моей планете в семьдесят выглядят старше, а до девяноста доживают немногие, – поразился я такой информацией. – А как с продолжительностью жизни в Содружестве?

– В среднем 160–180 лет, это обеспечивается генетической коррекцией и обслуживанием нейросети, которая следит за состоянием организма. Если применять омолаживающие препараты, то 280–350.

– А тебе, Мит, тогда девяносто? – предположил я. – Интересоваться возрастом леди на моей планете считается неприличным.

– Почти угадал. Мне скоро исполнится восемьдесят восемь.

– С этим разобрались, – кивнул я. – Тогда я задам тебе, Сифт, несколько вопросов, и тогда, скорее всего, вы все поймёте, при чём тут спецслужбы. Для начала скажи мне, кто производит, вернее, где изобретаются и разрабатываются нейросети.

– Производит фирма «Нейросеть» на центральных планетах всех империй. А новые разрабатываются в государстве Галантэ, это их основное направление, не считая медицины вообще.

– Как я понял, заводы по производству нейросетей тоже они поставляют?

– Да.

– Периодически государства и империи между собой воюют?

– Естественно. Это ведь основной двигатель прогресса. Конфликты являются главным законом в Содружестве.

– Серьёзно? – Я снова очумел от такой информации.

– Конечно, серьёзно. Но при чём тут войны?

– Для производства нейросетей не обязательно знать, как на самом деле они устроены. Реальную информацию потенциальному противнику никто не даст. Нейросеть быстро не извлечь. А кто даст гарантии, что в них нет каких-либо установок, отключающих людей по внешнему сигналу, скачивающих информацию или просто наблюдающих? Да просто внушающих нужные мысли или фильтрующих данные. Может, я и параноик, но эти устройства работают напрямую с мозгом.

– В твоих словах есть резон, – задумчиво произнёс Сифт. – Теперь понятно, при чём тут работа на СБ. Об этом просто никто не задумывается, все привыкли пользоваться нейросетями, хотя и не знают, как они работают.

– Есть ещё один возможный плюс, но он требует проверки, – продолжил я. – Я не нашёл в инфонете никаких данных, почему нельзя устанавливать нейросети до восемнадцати лет.

– Ну, это просто, – начал объяснять Сифт. – До совершеннолетия в мозгу формируются необходимые связи.

– Ты хочешь сказать, что после он не меняется вообще? – уточнил я.

– Ну почему, просто мозг не так сильно уже изменяется и не мешает работе нейросети.

– Допустим. А почему тогда индекс интеллекта после установки нейросети не меняется?

– Думаешь, нейросеть блокирует? – удивился Сифт.

– Уверен, но нужно проверить. Даже тело и то изменяется в течение всей жизни, то развивается, то угасает. С мозгом должно быть то же самое. Это, кстати, и подтверждает, что средний индекс интеллекта в Содружестве падает.

– Я тоже об этом слышал, но что это доказывает? – скептически поинтересовался Сифт.

– Да хотя бы спрос на диких рабов.

– Они-то тут при чём? – не понял Мит.

– У диких рабов нет нейросетей. Захватывают в основном взрослых. И не удивлюсь, если у них средний уровень интеллекта намного превышает таковой в Содружестве.

– Это всё на уровне предположений, но что-то в этом есть, – кивнул Сифт. – Надо это обсудить с более компетентными людьми. Из плюсов, я так понял, всё?

– Пока больше не нашёл, но тут многого и нет. Нужно поискать в Содружестве, там больше хранится информации.

– Уже и то, что нашёл, позволяет задуматься. Но давай обсудим решение проблемы невозможности установки нейросетей, – сказал Мит. – Я так понимаю, вариантов её решения у тебя тоже несколько?

– Конечно. Во-первых, можно пользоваться планшетом, – начал перечислять я.

– Шутишь? – скривился Мит.

– Согласен, слабое решение и очень неудобное, – улыбнулся я. – К тому же не решает главных проблем: закачки баз знаний и прямого управления.

– Вот именно! – надавил он. – Будто и без тебя никто не догадался пользоваться планшетом.

– Поэтому я поискал в инфонете и нашёл устройство, которое было до нейросетей.

– А до них что-то было? – поинтересовалась Олия. – Я думала, сразу были изобретены нейросети.

– Оказалось, что до нейросетей были такие внешние устройства, как нейрокомы.

И я рассказал всё, что нашёл в инфонете на эту тему.

– Очень важная информация. Хотя и не полностью, но позволяет решить нашу беду, – сказал Сифт Миту и обратился ко мне: – И это, наверное, не всё?

– Есть ещё мнение, опять же трудно проверяемое, что Галантэ самые новые и качественные нейросети держит у себя и не даёт их к распространению.

– Это и проверять не нужно. И так все знают, что у них самые лучшие нейросети, – усмехнулся Сифт.

– Я не об этом. Возможно, они устанавливаются при некоторых повреждениях мозга. Ведь причины отказа в установке могут быть разные, и некоторые они уже решили.

– Вполне может быть. Но они не продают их другим расам. Аргументируют это другим строением мозга, – сказал Сифт.

– Ага, а лет через пятьдесят, когда себе другие изобретут, продадут завод с этими нейросетями другим государствам, – заявил я, а сам подумал, что надо поподробнее узнать об этих галантэях, что за раса такая.

– Ты прав. Тут тоже есть о чём подумать, – согласился Сифт. – У тебя всё?

– Почти. Осталось обсудить с вами одну идею. Как насчёт создания благотворительного фонда помощи людям с проблемами установки нейросетей, если такого ещё нет?

– Я о таком не слышал, – помотал головой Сифт. – И зачем это нам?

– Это позволяет полностью решить нашу проблему в перспективе, – ответил я. – Да и не обязательно нам самим этим заниматься, можно напрячь более компетентных и заинтересованных людей. Наверняка есть немало людей по всему Содружеству с проблемами нейросети, и более обеспеченных, чем мы с вами. Под этот фонд можно организовать исследовательский центр решения данных проблем.

– Это слишком глобально, нам такое не потянуть, – нахмурился Сифт.

– А нам это и не надо. Нам пока хватит и нейрокомов из музеев, – пожал я плечами и спросил: – У тебя ведь есть какое-нибудь гражданство?

– Атаран. У всех троих.

– А выходы на СБ Атарана есть?

– Через знакомых найду.

– Ну вот. Они и помогут организовать этот фонд. Наверняка они уже подумывали над возможными проблемами с нейросетями. А финансы можно выбить у политиков или каких знаменитостей. Они любят благотворительность, типа забота о населении и инвалидах, это увеличивает их рейтинг.

– Может, что-то и выгорит. А чем конкретно будет заниматься этот фонд?

– Для начала тем, что точно будет работать. То есть скупкой законсервированных заводов нейрокомов и запуском их производства. Затем возможной модернизацией самих нейрокомов с учётом современных знаний и техники. Ну и, наконец, разработкой собственных нейросетей, способных устанавливаться при любых повреждениях.

– Убедил. Стоящее дело, – согласился Сифт. – Ещё что есть?

– В принципе всё. Разве что у меня есть мой личный способ аварийного ремонта энерговодов, и если его запатентовать в Содружестве, то будет небольшой, но стабильный доход. Так как денег у меня практически нет, весь в долгах: недавно выкупился из рабства. Я хотел бы через вас оформить патент в пользу этого фонда. Это будет мой вклад в фонд.

– Мы попробуем это решить. У тебя есть протоколы работ для патента?

– Да, на планшете. – Я передал его.

Сифт перекачал кабелем с моего планшета на свой необходимые файлы, и Олия под протокол обязалась оформить доход с патента в пользу фонда. Перед прощанием обменялись почтой и пообещали делиться возможной новой информацией на тему решения проблемы. Я хотел вызвать Винка, но связь в этом помещении не работала. Проводить меня до выхода и подождать мою охрану вызвалась Олия. Хоть мне и претила охрана женщины, но я действительно многого не знаю в мирах Содружества, могу по незнанию и накосячить. У выхода я вызвал Винка и, пока ждал, наблюдал ссору Олии с барменом. Поругавшись, оба подошли ко мне. Бармен извинился за вчерашнюю шутку, он не ожидал, что я заплачу, ждал ссоры. Он не знал, что я отдаю последние деньги, поэтому вернул 45 китов на обезличенной банковской карте. Как он объяснил, 3900 стоила бутылка и 70 моя еда и 30 – стандартные чаевые. Я принял его извинения.

Тут подошёл Винк, и мы поехали изучать саму арену.


Арена меня сначала не впечатлила, но сильно удивила. Ну, представьте: большой зал, много сидений и куча народу. Больше похоже на кинотеатр. Винк пояснил, что это для безопасности: некоторые звери могут брызгать кислотой на большие расстояния или наводить галлюцинации. Между боями показывались рекламные ролики или зрелищные эпизоды предыдущих боёв. Отдельно стояли букмекеры, принимающие ставки на результаты боёв или примерное время боя. За угаданное время коэффициент выплат выше. Бои бывают: человек против человека, человек против зверя, зверь против зверя. Причём бойцы не обязательно рабы, были и добровольцы. Раз в месяц – групповые бои.

Понаблюдав за некоторыми боями, я понял, что можно на них неплохо прокачивать умение предвидения опасности, совмещая это с заработком. Кстати, применять моделирование можно не только на бойцах, но и на окружающих людях. А почувствовав ухудшение самочувствия, сообразил, что это всё-таки из-за применения способности. Прекратив это дело, я решил дальше просто наблюдать и собирать как можно больше информации. Бои, конечно, были интересные, но наблюдать за смертью – это не моё. Через три часа я понял, что больше информации мне не узнать таким образом. Хотел перед уходом закачать на планшет записи боёв, но они и за это деньги брали. Хотя и немного, но я решил экономить.

На обратном пути зашли в банк, и я снял со счёта деньги, оставив положенные пятьсот кредитов. Перевёл на одну из карточек сто китов для ставок на завтра. И на выходе из банка обрадовал Винка, что завтра, возможно, закрою долг, чтобы тоже припасал деньги на тех же условиях, что и в казино: прибыль пополам, проигрыш мой. Пока слушал по пути обсуждения Винка, на что он потратит свой выигрыш, я не сразу уловил нарастающее напряжение и хотел уже предупредить его, как почувствовал головокружение и упал. Поняв, что меня просто хотели вырубить, но орихалк взял основную силу излучения на себя, я притворился оглушённым.

– Привет, Винк, что не заходишь, мы уже заждались тебя, – начал разговор один из нападавших, явно главарь. Я лежал очень удачно и рассмотрел троих. – В банк, наверное, за нашими деньгами ходил?

– Я всё верну, – промямлил Винк. – Дайте мне несколько дней.

– Это ты прошлый раз говорил. А затем пропал на несколько лет, – ухмыльнулся главарь. – Пришла пора платить.

– Но у меня сейчас нет таких денег, – возразил Винк. – Завтра к вечеру точно будут.

– И это мы уже слышали. Короче, ты уже нам надоел со своим нытьём. Заберём тебя и твоего дружка и продадим Хорею или вообще на арену, хоть какая-то выгода.

Я в это время мысленно промоделировал несколько вариантов отпора нападения. И пришёл к неутешительным выводам, что некоторые шансы есть, если полностью довериться моей способности в управлении телом. Самая большая угроза была от главаря, не зря Винк их так боится. Когда главарь подошёл ко мне настолько близко, что его нога оказалась около моей правой руки, я решил действовать. Достал из подпространственного кармана в левую руку игольник. Правой дотронулся до ноги главаря и «мигнул» противником. Затем, отдавшись интуиции, выстрелил в обоих оставшихся. Поднявшись, понял, что противников больше нет, и добил тело главаря, на всякий случай, а то вопросы будут неудобные. Тут из носа пошла кровь – сильный перебор с использованием везучести, понял я.

Быстро обшмонав нападавших, пока Винк был в прострации, я незаметно перемещал трофеи в складку. Так я решил называть для краткости подпространственный карман, потому что складываю туда всякое барахло. Затем поинтересовался у Винка, что делать с телами, на что тот ответил, что это зависит от их решения, и кивнул мне за спину. Я, не почувствовав ничего страшного, медленно обернулся и увидел местный вариант ОМОНа. Винк подошёл к главному и стал что-то с ним обсуждать. После они сообщили мне, что инцидент улажен, у Винка всё протоколировала нейросеть. К нам претензий нет, но ко мне есть один вопрос: как я умудрился, не имея нейросети, завалить трёх модификантов. Я начал отмазываться: кто такие модификанты, не знаю, и вообще ещё дикий, а завалил, наверное, со страху. Тот, видя, что я говорю на полном серьёзе, засмеялся. И, сказав, что с таким страхом арену покоряют, ушёл со своим отрядом.

Винк вызвал гравитележку, и, погрузив на неё тела, мы пошли наконец к себе на корабль. По дороге Винк посоветовал мне сначала навестить Дока и подлечиться. На что я возразил: кровь уже перестала течь, а новые долги из-за мелочей хомутать не хочу. Тогда он спросил, куда я хочу девать тела, ведь это мои трофеи. Я поинтересовался вариантами. Он начал перечислять: одежду и амуницию сразу на продажу, нейросети и имплантанты извлечь из тел туда же и, наконец, сами тела – на органы, пока свежие. Доку, естественно, придётся отстегнуть за работу. Я, охренев от такой рациональности в утилизации, предложил им проделать всё это. Вся продажа и работа – на Винке с Доком, половина суммы от реализации всего мне, половина – Винку с Доком пополам. Тот согласился. В корабле я сказал, что очень устал и до утра меня лучше не беспокоить, и пошёл к себе в каморку, то есть каюту.

Как я ни пыжился, а сон всё не шёл. Тогда решил разгрести натыренные трофеи. Ими оказались: пара станнеров, явно дорогой игольник, три обоймы к нему с бронебойными пулями, пять запароленных кредитных карточек, запароленный коммуникатор (так называются наручные планшеты, что-то типа часов-смартфонов или уменьшенный вариант «пип-боя» из игры «Фаллоут») – я узнал его по картинке из рекламы в инфонете, ещё было какое-то непонятное устройство с одной кнопкой, нажимать я её не стал, вдруг бомба. Короче, убрал всё обратно в складку и полез в инфонет. Узнал, кто такие енти галантэи – оказывается, это натуральные эльфы, так называемые аграфы. Конкретной информации о них мало. Живут очень долго, до тысячи лет. Неофициально ведут себя как истинные арийцы со всеми вытекающими. Зато официально настоящие ангелы – великомудрые и благонравные. Проживают обособленно, редко покидают своё государство. Главные производители нейросетей, лидеры в медицине и псионике. Ну надо же, у них тут магия всё-таки существует. Хотя чему я удивляюсь, если эльфы есть. Больше ничего стоящего, одни слухи.

Но тут мне попалась статья о непонятных геометрических фигурках, и это оказались артефакты, прям как в игре «Сталкер». Шутка, конечно, но не совсем. Конкретную информацию не дают, в смысле бесплатно. Но и тех крупиц, данных мне для первоначального анализа, хватило. Есть артефакты джоре, была такая относительно недавно вымершая цивилизация, они в основном техногенные. Более старые артефакты – древних, они техномагические. И самые необычные артефакты – предтеч, вроде как полностью магические, но точно неизвестно, по ним очень мало информации. Цены от 100 кредитов за нерабочие и неизвестные до нескольких корпов[11] за редкие известные и рабочие. Иногда за информацию об активации какого-либо артефакта давали денег больше, чем стоит сам артефакт. В бесплатных каталогах моих артефактов не было, но, судя по аналогии исполнения, три были от Древних, четвёртый от Предтеч. Буду в Содружестве – поищу более полные каталоги.

Чё-то наконец в сон клонит, всё, спать.


Утром Винк передал мне карточку с 70 китами за трофеи и поинтересовался моим самочувствием, в смысле смогу ли я играть на ставках на арене. Я, чувствуя себя «неважно, но жить можно», решил сходить и добить долг. По дороге туда прикидывал тактику ставок, чтобы не сильно заметно было. На арене сразу поставил за себя и Винка по 20 китов на первого попавшегося бойца в надежде побыстрее продуть для начала. И выиграл, правда немного, удвоил сумму, ставка была два к одному. От неожиданности стал лихорадочно переделывать тактику. Решил ещё раз выиграть, затем пять раз подряд проиграть. А Винку два раза проиграть понемногу, затем через раз выигрывать. Тот сначала взъелся на меня, но я его успокоил, объяснив, что проигрыш-то весь на мне будет, и вообще пусть смотрит на общий результат. Я же делал вид, что что-то рассчитываю на планшете перед каждой ставкой. Ближе к обеду Винк повеселел, его выигрыш составлял уже 200 китов, я пока расчётливо отставал и выигрывал всего 110 китов. В принципе мне уже можно было не играть, но я решил хапнуть напоследок, на карманные расходы, например на билет на корабль. Что я натворил, я понял, когда ставки уже были сделаны, я поставил всё, что у меня было, – 280 китов на выигрыш, а за Винка 100 китов. Ставки пять к одному. Меня сразу заметили и пригласили для «беседы» в СБ арены. Винк пошёл за мной, хотя к нему претензий не было.

– А ведь это про тебя в казино рассказывали, что выигрываешь постоянно, – заявил мне в лицо один из эсбэшников. – Тебя же предупреждали, чтоб не играл.

– Мне говорили только о казино, об арене никто ничего не говорил, – спокойно возразил я, опасности пока не ощущалось.

– Ты смотри как хитро изворачивается! – воскликнул второй и уже Винку. – Ну а ты чего припёрся, главный – он, ему и отвечать, тебя мы, так и быть, отпускаем.

– Он мой телохранитель, – поспешил сообщить я, заодно напомнив это Винку, а то и в самом деле смоется. – Я ещё дикий, многого не знаю, вот он и подсказывает и помогает.

– Что ж он тебя не предупредил, что воровать нехорошо, за это наказывают? – прищурился первый.

– Я честно выиграл, здесь же смухлевать невозможно, – стал я бить на логику.

– А вот это мы сейчас и выясним, – ухмыльнулся первый и обратился ко второму: – Пригласи Сера…

– Не пророк. И даже не псион. Скорее даже наоборот. Мне рядом с ним некомфортно, – высказал вердикт Сер и ушёл.

Выглядел данный специалист по псионам согласно своему имени: серый и неприметный. Наступила зловещая тишина. Вернее, это она мне показалась таковой. А эсбэшники стали играть в гляделки друг с другом. Когда им надоело, до меня дошло, что они просто мысленно переговаривались посредством нейросети. Классная фишка, такую же хочу.

– Значит, математик. Ты ведь за этим использовал планшет, – вычислять процент выигрыша? – спросил опять первый.

– Я рассчитывал, сколько ещё долгов осталось, у меня нейросети нет, вот и пользовался планшетом, – решил я немного потупить.

– Не прокатила отмазка, выигрывал-то за счёт чего? – спросил у меня второй и у Винка: – Кстати, сколько он там должен?

– Сначала 625, осталось 350, – пробурчал Винк.

– Да везёт мне просто, вот и выигрывал, – сказал я.

– А долги тогда откуда, везунчик? Нестыковочка, – подначил первый.

– Я ж не виноват, что мне только по-крупному везёт, а по мелочам – не везёт.

– Погоди-ка, погоди-ка, – пробормотал первый. – А это не ты ли вчера троих модов покрошил?

– Они первые начали, – начал оправдываться я, а оба эсбэшника уже ухохатывались надо мной.

– Действительно, сначала не повезло, что нарвался, затем крупно повезло, что победил, – высказался второй. – И что теперь с тобой делать, таким везучим?

– А можно просто отдать выигрыши и мы уйдём? – предложил я.

– Если так было бы возможно, вас здесь уже не было бы, – парировал первый. – Вы и выиграли-то не так уж и много, всего пару тысяч китов.

– Ты выигрывал настолько неправдоподобно, что все поняли, что это не честная игра, – добавил второй. – Но и сказал ты правильно: смухлевать здесь невозможно.

– И как же теперь быть? – не понял я ситуации и выдал другой вариант: – Может, просто отпустите нас и забудете?

– Нас не поймут, – заявил первый. – Заплатить выигрыш мы вам обязаны. Но и наказать вас, например переломав конечности для наглядного для всех урока, тоже нужно.

– Не надо ничего ломать. На мне медкапсула глючит, обратно не отремонтирует, – быстро воспротивился я, почувствовав сильную угрозу. – Может, я что-нибудь придумаю, устраивающее нас всех?

– Он серьёзно про медкапсулу? – спросил у Винка первый.

– Да, в натуре бракованный раб попался: медкапсулы глючат, нейросети не ставятся, – вспылил Винк. – Хорошо хоть, везучий.

– Раб? – хором спросили оба эсбэшника.

– Ну… э… в смысле бывший раб. Он выкупился, только вот долгов на него навесили, – пояснил Винк и вкратце рассказал мои приключения.

– И чего только не бывает во Вселенной, – задумчиво произнёс первый и сказал мне: – Ну, удиви меня, предложи что-нибудь эдакое.

– А давайте я выступлю на арене? – выпалил я наобум.

– И где здесь чего необычного? – спросил второй.

– А-а-а-а… давайте тогда я буду против одной из десятки самых сильных тварей зверинца на мой выбор, – начал фантазировать я. А в ответ тишина. – Без брони… с одним ножом.

– Стоп, – скомандовал первый. – А то договоришься до самоубийства. Ты действительно настолько отмороженный, что выйдешь против одной из сильнейших тварей без брони и с ножом?

– Вы тоже не до конца меня понимаете, – начал объяснять я, почувствовав, что на верном пути. – Это идеальный вариант, который подходит нам всем.

– Поясни, – попросил первый. – Я действительно чего-то не понимаю.

– Во-первых, мне действительно везёт по-крупному, а тут ставка для меня – крупнее не придумаешь, значит, я выиграю и тем самым докажу, что мне просто везёт, – принялся пояснять я. – Во-вторых, дикий доброволец с ножом, без брони, против сильнейшего монстра – это супершоу с диким коэффициентом ставок. Мало?

– А наш где интерес, если ты быстро сольёшься? – спросил второй. – Вот ни капельки не верится, что ты хоть сколько-нибудь продержишься, не говоря уж о том, чтобы выиграл.

– Дак в этом всё и дело. Все ведь видели, что я ушёл для «беседы» с вами, но никто не знает, о чём мы с вами тут договоримся. А теперь представьте, что вы мне предложили сыграть ва-банк: я против монстра без брони и с ножом и ставлю все свои деньги на свой выигрыш.

– Это прецедент, – заявил первый. – Вполне может перерасти в новое шоу.

– Время на подготовку к бою – до завтрашнего утра, и остаёшься у нас, список противников и ваши выигрыши сейчас принесут, – выпалил скороговоркой второй, и уже Винку: – А ты можешь быть свободен.

– Погодите. Не все мои деньги – мои. Мне долги надо отдать, – воспротивился я.

– Долги – это святое, – согласился первый. – Отдаёшь долги – и мы отведём тебя в комнату гладиаторов до завтра. Нужно ещё рекламную кампанию организовать ради такого случая. А кстати, просто «дикий» – не звучит, нужно что-то эдакое. Ну-ка, удиви меня ещё раз: как тебя лучше объявить для боя?

– Демонолог, – по-русски произнёс я.

– Странное имя, а что оно обозначает и на каком? – поинтересовался первый.

– На древнейшем языке этой галактики или вообще Вселенной обозначает специалиста по магическим тварям из параллельных миров, – насколько смог точнее я сформулировал ответ.

– Красиво звучит, а на самом деле? – спросил второй.

– Так и есть, зачем мне врать?

– Действительно, какая разница, врёшь ты или нет, главное, что красиво, – заявил второй.

Когда нам на карточки перевели выигрыш, я взял свою половину у Винка, а это 300 китов. Плюс мои 1400, минус 350 перевёл на долги обратно Винку, под протокол. Итого 1350 китов в остатке. Договорившись с Винком, что он придёт завтра на мой бой, он мне может пригодиться после боя, я пошёл за вторым эсбэшником в зверинец выбирать противника, по дороге разглядывая на выданном мне планшете картинки десятки сильнейших. Выбирать, конечно, нужно вживую, но пока иду, подберу самую страшную, на мой взгляд, тварь. Я не с бухты-барахты предложил эту авантюру, у меня есть три мегачита: «мигание», орихалк и чувство опасности. Если их правильно разыграть, то должно всё получиться, да и то же чувство опасности вроде пока молчит. Хотя оно может срабатывать только при скорой угрозе, тогда хреново, придётся много моделировать.

Походив возле вольеров самых-самых, я выбрал нечто похожее на крупную жёлтую пантеру, только с крокодильим рылом, бронированную и шипастую. Да, она ещё шустрая очень. Второй меня обрадовал, что эту тварь ещё на арене никто не убивал, уж очень она живучая. Странно, на модели только на ней выдавались средней тяжести повреждения моей тушки для победы, двое других – тяжёлые, остальные – мне каюк. И это с учётом всех моих читов, что тут за монстров набрали?

Затем мы пошли выбирать мне ножик. Я, конечно, мог любой изобразить из орихалка, но, раз предлагают, надо брать. Выбор небогатый, всего полета клинков. Но я выбрал тот, что не только мне приглянулся, но и моему чувству опасности. Видно, непростой клинок, зеленоватый металл, ручка – то ли дерево, то ли керамика, тёмно-синяя.

По дороге к комнате гладиаторов я попросил записи всех боёв с этой тварью. Второй пообещал через полчаса принести. Когда спросили, чем буду ужинать, я ответил, что драться буду голодным – злее буду. На самом деле мне плевать на еду, просто она будет отвлекать меня от настроя на победу. Но вот принесли записи. Оставшись один, я стал просматривать их и моделировать свой бой. За пять часов каких только извратных приёмов я не перепробовал, но самый эффективный оказался – полностью доверить управление телом чувству опасности, голова и нож покрыты тонким слоем мимикрирующего орихалка, нож в правой руке. Как будет выглядеть бой, непонятно. Но минимальные потери гарантируются, тоже, кстати, непонятно какие. А потом я усилием воли погрузил себя в сон, а то с утра буду рассредоточенным.

Утром я чувствовал себя не очень, но это из-за голода, что радует. Это немного ускорит меня и увеличит чувствительность. Я перевёл все ненужные вещи в складку, оставив одну карточку с кредитами и нож. Часть орихалка я попросил переползти на нож, как в необходимой модели боя.

Тут подошёл первый и спросил, что передать Винку, тот пришёл и ждёт меня в зале с игроками. Я попросил, чтобы он забрал меня в любом состоянии после боя и отвёл или отнёс к Доку, тот знает, как меня лечить без картриджей. Заверив меня, что всё передаст, предупредил, что бой будет через двадцать минут, выход вон через ту красивую дверь. Я уселся на пол у той самой двери и постарался выключить ВД для полной концентрации.

Дверь открывается, за ней – пустыня. Немного оторопев, я понял, что это просто имитация. Расслабившись и доверившись чувству опасности, я стал наблюдателем, как в обычном сне. И вовремя это сделал, увидев несущийся навстречу мне жёлтый метеор. Сейчас меня съедят, подумал я, как всё неожиданно закончилось. Тактика просто охренительная: левую руку пихаю в открытую пасть налетающего на меня монстра, «мигаю» с её помощью этой тварью и добивающий правой рукой с ножом – в левый глаз. И всё это за долю секунды. Сссука! Она успела откусить мне левую руку по локоть, вот они, мои минимальные потери, да ещё повредились пара рёбер от удара тушей. Невероятно, эта тварь ещё жива, правда, уже еле шевелится, но всё же. Мысленно даю команду орихалку стечь по ножу через глаз внутрь и съесть там всё, что он найдёт съедобным, остальное порезать в фарш. Пять секунд – и тварь всё-таки издохла. Я за это время нажал кнопки на порванном комбинезоне техника, чтобы тот перетянул мне левую руку, пока я не истёк кровью. Потом опять ухватился за нож и позволил по нему перетечь орихалку обратно на поверхность моего тела. Отъевшись, он стал занимать моё тело по пояс сверху – шикарный броник, но поздновато. Нож убираю в складку – в хозяйстве пригодится. Оп-па, тёмные круги перед глазами, цвета куда-то пропадают, я явно теряю сознание, но как-то медленно, обычно это происходит быстрее. Тут появляется Винк и какой-то разряженный клоун, который вручает мне золотую карточку, уже не понимаю, сколько на ней, слышу только, что курс был 31 к 1. Прячу карточку в складку – и наконец-то долгожданное забытьё.


– Вставай, калека, тебя одного ждём. – Удар ногой по спине был не столько болезненный, сколько неприятный. – Второго предупреждения не будет, для этого есть шокер.

– Встаю уже. Я понял, – промямлил я заплетающимся языком.

«И где я очутился на этот раз?» – подумал я, оглядываясь в каком-то металлическом помещении среди незнакомых людей. «Меня снова предали», – понял я очевидную вещь. Ну что ж, буду обживаться на новом месте, глядишь, и выясню чего. Орихалк на мне, складка работает, значит, и везучесть где-то здесь. Ещё посмотрим, кто кого.

Глава 7

В помещении, где я очнулся, было ещё человек двадцать людей в такой же робе, как и на мне, женщин не было. Насколько я понял по двум надсмотрщикам, это или, что скорее всего, рабы, или заключённые. Странно то, что не было ошейников, обычно их вешают всем рабам или заключённым, если не установлена рабская нейросеть. Нас всех выстроили и повели в столовую, где перед едой рассказали, что мы всё-таки рабы. Нейросетей и ошейников нам не надели из-за того, что планета, где мы будем работать, их разрушает. Вся электроника там перестаёт работать в течение суток-двух. На планете предыдущими партиями рабов построен посёлок, в котором нам предстоит жить. Проживающие там немногочисленные выжившие объяснят нам, как работать и что делать, чтобы выжить. За те три дня, что остались до высадки, нам необходимо восстановиться, насколько можно, и подготовиться к высадке. Основная работа состоит из раскопок и нахождения артефактов, а наше обеспечение будет зависеть от их количества. Обрадовали тем, что того, кто найдёт больше двадцати артефактов, сразу освободят. Ага, я прям так сразу и поверил.

После еды нас повели в медсекцию на изъятие нейросетей, у кого были.

– Так! А ты стой здесь, нейросети у тебя нет! – воскликнул один из надсмотрщиков, указывая на меня. – К тому же насчёт тебя особое распоряжение: никаких медкапсул.

– Интересно, что он натворил, что ему руку оторвали и не дают восстановить, – тихо сказал один из недалеко стоящих рабов другому. – И много ли он одной рукой накопает?

– Мне нужна информация об артефактах: как выглядят, как запускать, как ремонтировать. Вся, что есть, – решил я попробовать выбить платную инфу по артефактам.

– А больше ничего не хочешь? – с издёвкой спросил второй надсмотрщик. – Может, тебе ещё и выпивки да бабу посмазливее?

– Насколько я понял, от меня требуется найти как можно больше артефактов, – уточнил я.

– Для этого тебя и купили, – усмехнулся он.

– А как я буду их искать, если не знаю, как они выглядят? – начал я подталкивать их к нужным мне выводам. – Или если будет выбор хватать какой-либо артефакт, я должен знать, какой стоит дороже или исправен-неисправен.

– Ну, тут не знаю, – задумался охранник и сосредоточился. – Капитан с тобой согласен. Сейчас принесут планшеты с доступом к файлам об артефактах. Будете изучать, сколько успеете до высадки.

Вскоре принесли пять планшетов, один из которых я сразу забрал себе. Присел на корточки, прислонившись к стене, так как работать одной рукой стоя с планшетом почти невозможно. Но второй надсмотрщик сразу заставил меня встать, типа, здесь сидеть не положено. Вот отведут всех обратно в барак, там можно хоть лёжа на планшет глазеть. Я так понял, решил поизгаляться. Жаль, много народу на меня смотрит, а то сделал бы держатель или вторую руку из орихалка. Ну и хрен с ним, побуду клоуном, главное, доступ к информации дали. Кстати, это звоночек, что в живых никого оставлять не собираются… Странно, что интуиция молчит, может, выкручусь как-нибудь или она на небольшой отрезок времени предвидит беды? Нужно придумать, как это проверить.

Промучившись, то пристраивая на культю планшет, то работая носом, я всё-таки решил работать культёй, держа планшет в правой руке. Орихалк вырастил на остатках левой руки небольшую незаметную шишку-утолщение, которой я нажимал, как стилусом, на иконки. Очень неудобно, но пока сойдёт для запусков роликов.

Через три часа нас отправили обратно. Там, наконец устроившись поудобнее, я приступил к более подробному изучению артефактов. Прикинув, что всё я рассмотреть не успею, а отсортировать повторяющую информацию времени нужно ещё больше, выбрал то, что нужнее. Все файлы о ремонте, активации и неисправностях – их немного. Затем наиболее полный каталог с фотками со всех сторон и описанием. Видео решил не просматривать, так как в ускоренной перемотке ничего не понять, а длительность очень большая. Об артефактах Древних и Предтеч ничего не было, видно, будут попадаться только поделки Джоре. Сначала хотел по привычке впитывать информацию непрерывно и круглосуточно, пока дают. Но, прикинув, что неизвестно, что меня ждёт при высадке на планету, решил всё-таки прерываться на сон и один раз в сутки на еду…

На вторую ночь попробовал погулять по кораблю с помощью ВТО. Выйти из тела получилось с четвёртого раза. Интересная деталь: левая рука у души целая. Жаль, информации о работе в астрале я в своё время прочитал мало, не знаю, как проверить, это на самом деле так или просто я так привык себя видеть, и что мне всё это может дать. Пройти сквозь стену или дверь далось тяжело, в смысле медленно. Странно, дома легко пролетал на бегу. Подумал и забыл, астральное мышление у меня отличается от физического. Как обычно, хотел просто погулять и послушать чего-нибудь, ведь взаимодействовать из астрала с реальностью я не умею, если это вообще возможно. Но тут сработала моя складка, она оказалась привязанной к душе, а не телу, что я обнаружил случайно. Я попробовал взять какой-то прибор у технарей, а когда не получилось, просто переместил его в складку. Что тут началось… Я начал тырить всё, что не приколочено. Видно, мало я ещё с жадностью работал, сталкерить, сталкерить и ещё раз сталкерить. О лимите в один куб вспомнил только тогда, когда вышибло из астрала на очередной попытке поместить в складку «никому не нужный предмет». Я мысленно проинвентаризировал подпространственный карман. Там действительно были новые вещи, причём в большинстве своём натуральное барахло.

Сначала стал себя мысленно ругать, типа до воровства докатился и так далее. Затем, подумав, решил всё притыренное считать трофеями, я всё-таки в плену, то есть как бы на поле боя. Хотя на будущее нужно избегать таких инцидентов, жадность до добра не доводит. Решив оставить только скафандр, несколько кристаллов и тестовый прибор неизвестной модификации, я стал придумывать, как незаметно избавиться от остального хлама типа стульев, половинки сломанного дроида и т. д. Прикинув, где может находиться пустое помещение из тех, что я посетил во время ВТО, подошёл к стене и прислонил к ней покалеченную руку, вроде опёрся. Переместив из складки сначала небольшой предмет (кусок металла), понял, что эксперимент удался, и повыкидывал туда всё ненужное. Хорошо, что внутренние переборки такие тонкие.

Так как спать больше не хотелось, я решил разобраться с девятью кристаллами. Они были мелкие, и я, усевшись в дальнем углу камеры, стал вставлять их в похожий по форме разъём в планшете. Оказалось, это накопители информации, то бишь флешки у них такие. Четверть информации, записанной на флешках, была запаролена. Тут проснулась моя жаба (тоже нехорошая зверюшка), и я просто перекинул всё на пару флешек. Остальная инфа оказалась фильмами, причём большая часть порно – на удаление. Пустующие семь флешек решил забить информацией об артефактах, всё равно не успею всё просмотреть. К обеду всё перекинул, и остался ещё один пустой кристалл. Всё в складку, и планшет заодно, пока никто не видит. Как отмазаться, придумаю, а если не прокатит… Ну, не убьют же, я всё-таки денег стою…

После обеда нас обрадовали тем, что скоро высадка на планету, и стали собирать обратно планшеты. Когда недосчитались одного, подошли ко мне и спросили, где мой. Я сделал честные-пречестные глаза и выпалил, что вчера, когда я засыпал, он был рядом, а сейчас его там нет. На меня сразу внимательно посмотрели два недалеко стоящих раба, но ничего не сказали. Естественно, не поверив, меня тщательно обыскали, и, убедившись, что у меня его нет, решили, что я заныкал его где-то в помещении. Посмеявшись над моей наивной попыткой, типа и не таких видали, нас выгнали в соседнее помещение.

Там на полу валялась куча предметов, из которых нам предложили взять что-нибудь для выживания и работы на планете. Я взял себе мешок, туда – дешёвенький нож с пластиковыми ножнами, сапёрную лопату, топор, флягу с каким-то хитрым фильтром, ложку и небольшой котелок. Затем стал расспрашивать у охраны, как там, где мы будем работать, с климатом, в том смысле, что нужна ли тёплая одежда. Выяснив, что там очень тепло, я не стал заморачиваться всякими одеялами и палатками. Но спросил, возможно ли достать карту, бумагу и карандаши, пояснив, что это очень нужно для работы. Мне сказали, что картами посёлок уже снабжён, а бумага и карандаши – это лишнее, мол, другие и без них работают. Я стал объяснять, что так как электроника там не работает, в смысле недолго, то всё это нужно для замены планшета. Необходимо где-то делать заметки, схемы поиска и расчёты. Они в принципе поняли, что дело говорю, но в наличии у них этого нет, все привыкли работать с электронной информацией. Тогда я решил пойти другим путём: спросил белые пластиковые матовые пластинки и свинцовые стержни 10x100 мм. Пообещали к высадке у технарей сделать.

Пока ждали высадки, я успел прихватить из кучи небольшой рюкзачок под бумагу и карандаши, а мешок, пока на меня никто не смотрел, убрал в складку.

Наконец принесли стопку пластиковых пластинок формата примерно А5 в качестве бумаги и свинцовые стержни – типа карандаши. Я неуклюже всё это запихал в рюкзак и закинул его на спину. И нас повели в ангар, где стоял небольшой космический корабль длиной примерно метров тридцать. Перед тем как загрузиться, нам предстояло занести туда семнадцать ящиков, мне, как калеке, такую работу не доверили. Пока шла погрузка, привели трёх женщин. По их внешнему виду было понятно, где они находились.

Сам полёт я не заметил: зашли, постояли полчаса, и уже на выход. Высадка происходила торопливо. Сначала выбежали надсмотрщики, к ним подошли двое с ящиком. Открыв его, они минут пять переругивались, затем забрали ящик и скомандовали нам вытаскивать двенадцать ящиков, которые укажут, и не забывать своё барахло. Выгрузив необходимое – женщин оставили только двух, – они быстренько полетели назад. Я сначала не понял, чего они так торопились, ведь электроника ломается через сутки. Но, увидев неуклюжий и дерганый взлёт, понял, что поломки идут постоянно и фишка с временным использованием электроники, как я хотел, тут не прокатит.

Местность напоминала земную. Голубое небо, белые облака, зелёные трава и деревья – вроде как родные, но издалека непонятно, какие именно. Действительно было тепло, я бы даже сказал, жарко, градусов тридцать. Высадили нас метрах в двухстах от посёлка. Встречающие сказали, что нужно быстрее перебираться в лагерь под охрану. Нас построили по двое, нагрузив самых крепких ещё и ящиками, по одному на пару. Встречающие шли первыми, задавая темп движения – быстрый шаг. Войдя в огороженный толстыми брёвнами лагерь, сразу закрыли ворота. Внутри я увидел самую обычную деревню из бревенчатых изб. К нам тут же подбежало несколько человек, забрали ящики и потащили их дальше, в какую-то большую избу. А к встречающей паре подошли ещё пять человек. Всех семерых можно охарактеризовать одним словом: братки. На всякий случай я попросил орихалк распределиться по груди, животу и голове, остальное – насколько хватит, по спине.

– Меня зовут Вега, – сказал один из братков. – Я здесь главный. Будете слушаться – возможно, выживете. Все вещи оставляете здесь, они пойдут в пользу общины. Всё необходимое вам выдадут потом.

Я думал, кто-то будет возмущаться, но, видно, не только я заметил многочисленные шрамы на руках и лицах встречающих.

– Сейчас уже вечер, инструктаж и распределение по работам завтра.

– Я Сет, – назвался второй браток, когда мы все мешки и сумки побросали. – Бабы остаются здесь, остальные за мной.

И мы пошли в длинное здание. Нас сопровождали ещё четверо братков. Как я понял, на сегодня ещё не всё закончилось. В здании нас построили в один ряд и потребовали добровольно отдать то, что не выкинули ранее: ножи, ложки, зажигалки и прочую мелочь. Под тяжёлыми взглядами братков все стали вынимать заныканное. А я подумал, что о зажигалке-то я и забыл, турист, блин, недоучка. Мне вынимать из обычных карманов было нечего, поэтому я просто стоял и ждал, что будет дальше. А дальше был урок: четвёрка братков забирала предметы и взамен по удару каждому.

– А ты хочешь сказать, что ничего не спрятал? – спросил у меня Сет.

– Всё, что хотел, я уже отдал, – ответил я и получил усиленный удар, который припечатал меня к стене.

Благодаря орихалку я почувствовал лишь небольшой распределённый удар.

– Ещё раз вякнешь не по теме, сразу в бубен. Тебе мало оторванной руки? – отчитывал меня браток, пока я вроде как очухивался. – Я спросил: где остальное?

– Ещё раз ударишь не по делу – убью, – ответил я, передразнивая его манеру речи. – Я сюда за артефактами прилетел, а не затем, чтобы всякие придурки на мне свою крутизну демонстрировали. На моей родине более слабых бьют только трусы.

– А за слова придётся отвечать, – спокойно и заинтересованно сказал он. – Ну, покажи, как ты с одной рукой со мной справишься.

– Так хочешь сдохнуть? – спросил я. – Я не умею драться, только убивать. Хочешь проверить?

– Я же говорил, что это Динолог, а ты не верил, – негромко сказал один из новичков другому.

– Ты что-то хотел сказать? – обратился к говорившему Сет. – Говори, что знаешь о нём.

– Он на арене беркса завалил, – ответил он. – Причём был без брони и с одним ножом.

– Ты в этом уверен? – скептически спросил Сет. – Что-то не выглядит он матёрым гладиатором.

– Пока меня не взяли в рабство, я постоянно просматривал все свежие бои, – сказал он. – В одном из боёв я как раз и видел, как беркс, умирая, откусывал ему руку, пока тот его убивал ножом.

– Ладно. Завтра разберёмся, – уже неуверенно закончил разговор Сет и вышел.

– Туалет вон там. Одеяла сейчас принесут, – сказал один из оставшейся четвёрки. – Сейчас спать. До утра не выходить…

Дождавшись, когда принесут одеяла, они ушли и закрыли дверь. Все сразу расслабились и стали разбирать одеяла. Кроватей не было, зато одеяла – большие и толстые, значит, будем спать на полу. Вместо окон – плетёные решётки, думаю, ночью будет прохладно. Освещения не наблюдаю, поэтому ночью будет тьма кромешная, если не будут жечь костры.

Темнеет, пора укладываться, а то придётся в потёмках шариться.

– Я так и знал, что ты Динолог, – услышал я подходящего сбоку новичка, пока пытался в углу уложиться в «постель».

– Не Динолог, а Демонолог, – поправил я.

– Точно, Деминог, я забыл, – «исправился» он.

– Просто Лог. Коротко и запомнить легко, – решил я упростить задачу.

Не понимаю, в чём проблема с длинными именами? Нужно поискать в инфонете, если вспомню и если вообще до него доберусь.

– Хорошо, Лог, а я Зенф, – представился он. – Я и хозяевам на корабле ничего не сказал, думал, ты их убьёшь.

– Ну, убил бы я их, и чего? Корабль кто поведёт? И как? Кругом одни пароли, ломать кто будет? – решил я его приземлить ворохом проблем.

– Да, насчёт пилота и паролей я не подумал, – признался он.

– Давай спать, уже почти ночь, – сказал я ему, пытаясь завернуться в безразмерное одеяло.

– А где тебя взяли? – спросил неугомонный Зенф, укладываясь рядом. – Я думал, ты уже в центральных мирах Содружества, на пляжах загораешь. Целых сорок миллионов кредитов выиграть, ну надо же!

– Спи давай, завтра договорим, – постарался я успокоить говоруна и немного охренел: неужели я столько выиграл?

Всё может быть, сейчас не проверить. Нужно завтра уточнить, что он о финале моего боя знает.

Угомонился наконец, подумал я, а сам никак не мог заснуть, что-то неправильное в окружающей обстановке не давало мне успокоиться. Некоторое время спустя я понял, что проблема в освещении. Глаза привыкли к потёмкам и ясно различали свет, сочившийся сквозь решётки. Свет не мерцал, как было бы при кострах, значит, освещение искусственное. Жаль, не могу посмотреть – решётки высоко. Меня уже видели с одной рукой, поэтому, если я сделаю вторую руку из орихалка, меня не поймут. Даже в потёмках рисковать засветить орихалка не буду. Нужно придумать что-то другое. А если попробовать использовать орихалк как дистанционную видеокамеру, типа жучок?

М-да… что-то не подумал я, что так может быть. Он видит, как мне надо, только через моё зрение, я же его видения мира не понимаю. Я как-то раньше и не задумывался, а как орихалк видит мир. Теперь не понимаю, что там вообще можно различить: непонятная мешанина цветов и звуков. Буду постепенно анализировать, может, что и высмотрю, но не сегодня. Не забыть бы завтра узнать, что у них за фонарики, если электроника дохнет за сутки. А сейчас спать…

Утром я проснулся и увидел перед собой голову змеи, буквально перед лицом. Сработал мой основной рефлекс на опасных тварей – отпрыгнуть подальше. Не помогло, потому что я, оказывается, вцепился в неё правой рукой намертво. Все стали вставать и подходить ко мне узнать, в чём дело. Я же медленно, но верно разжимал руку, пытаясь избавиться от дохлой змеи. Пока все обсуждали тварюку, я пытался понять, от чего она умерла. Держал я её за середину тела, так быстро не убить, значит, должна была искусать, а укусов не было. Сдохла от испуга? – не смешно, остаётся только мой эффект «мигания», который я мог применить на ней во сне рефлекторно. Вроде никого из людей не пришиб, все живы. Опасная создалась ситуация. Нужно постараться убрать этот рефлекс. А пока спать подальше от остальных, хорошо хоть, лунатизмом не страдаю, а то проснусь – а кругом одни трупы…

– Чё шумим? – спросил входящий Сет. – Жрать щас принесут.

– Вы зачем у нас ножи отобрали, если сами защитить не можете? – спросил я у него, продемонстрировав ему змею.

То, что произошло потом за секунду, я осознавал секунд десять. Он вынул нож, отрезал змее голову и в кувырке отпрыгнул назад. Нифигасе ниндзя, я тоже так хочу.

– Ты где эту тварь взял? – услышал я от него вопрос, когда он снова подошёл.

– Я с ней в руке проснулся, и это было не смешно, – ответил я, наконец разжав руку, и переспросил: – Так как насчёт ножей?

– Решим, – сказал он и подобрал обе части змеи. – Ждите здесь.

– Как ты её убил? – спросил меня Зенф, когда Сет вышел.

– Взглядом, – отшутился я, но, увидев, что он стал от меня со страхом отодвигаться, успокоил: – Не ссы. Солдат ребёнка не обидит. – Что я несу? Видно, отходняк от стресса или перегрузки. – А ты не знаешь, почему Сет так быстро двигался?

– Бывший мод, наверное. Действующие моды двигаются ещё быстрее, – предположил он. – На арене такое вытворяют…

– Что ты видел в конце моего боя на арене? – спросил я у него, пока не забыл.

– Ты взял выигрыш и упал, затем тебя подхватил один из пиратов и унёс, – ответил Зенф. – Больше ничего в записях не было. Ходили слухи, что ты подался в центр отдыхать и проматывать выигрыш.

– Ясно.

«Значит, меня забирал Винк», – подумал я.

Тут пришёл Сет и отвёл нас в столовую, где и провёл первичный инструктаж. Мы узнали, что первоначально в посёлке было больше четырёхсот человек. Сейчас меньше пятидесяти, не считая нас. Население посёлка гибнет в основном от таких факторов, как: дикая природа (животные, ядовитые насекомые и растения), местное население (дикари и заключённые (старая планета – тюрьма), охранные системы в древних развалинах. Старшие в посёлке – сталкеры (собственно, сами поисковики) и Вега (глава поселения). Следующие по старшинству – охранники (в основном бывшие военные и модификанты), их задача – защита жителей посёлка, а также охрана поисковых отрядов, затем всех остальных. Никакой демократии, никаких денег и торговли – чистый военный коммунизм. Приказы выполняются неукоснительно. Всем необходимым все снабжаются по мере возможности и надобности. Тунеядцев здесь нет, от таких избавляются сразу, в смысле, за ворота – и иди куда хочешь, но подальше.

Наша задача – в течение недели перенимать знания ветеранов, необходимые для выживания на планете. Попутно будет проверка физических данных и навыков, необходимых для различных работ в посёлке, по результату которых будет распределение по группам. Сейчас в посёлке пять звёзд (пятёрки – четыре поисковика и один боец) сталкеров. А так как снабжение посёлка необходимым (оружие, еда, медикаменты, инструменты, бабы и т. д.) зависит от количества найденных артефактов, то группу поисковиков планируется повысить до семи-восьми звёзд за счёт прибывших. Более подробно объяснят в течение недели.

Пока он всё это рассказывал, нам раздали солдатские сухпайки (насколько я понял). Поскольку я совсем ещё дикий и не знал, как пользоваться пайками, то сначала посмотрел, как это делают другие, а то ещё порву саморазогрев или ещё что-нибудь. Соответственно, из столовой я вышел самым последним. На выходе меня уже ждал Сет, который сказал, что я остался один, остальных уже опросили, а со мной вопрос особый, поскольку я калека. Он повёл меня в одно из зданий, как я понял, дом старосты, Веги…

– Ну и куда тебя девать такого покалеченного? – спросил меня Вега. – Копать ты не можешь, из ружья стрелять – тоже, готовить не требуется, так как едим только пайки. Бесполезные люди нам не нужны, может, сам, чего предложишь?

– Я бы в сталкеры пошёл, пусть меня научат, – ответил я знакомыми стихами. – В смысле поиском артефактов хочу заняться.

– Ну и кто с тобой нянчиться будет? Ты же группу будешь от поисков отвлекать. Бойцом ты не выглядишь, хоть мне и говорили, что ты на арене выступал. Как ты себе это представляешь? И какие у тебя есть навыки и знания, которые могут тебе помочь в поиске артефактов?

– Так как по профессии я электрик, а электричеством на вашей планете даже и не пахнет, то эти мои знания в данный момент бесполезны, – начал я прояснять ему мою ситуацию. – Но на корабле я изучил много информации об активации, ремонте и идентификации артефактов Джоре.

– Я в курсе, что ты выбил из хозяев эту информацию, молодец. Теперь у нас много людей, хорошо разбирающихся в артефактах, – похвалил он меня. – Странно, что они вообще согласились её предоставить.

– Ничего удивительного, они просто не собираются нас оставлять в живых, – усмехнулся я. – Ты же не думаешь, что они за двадцать артефактов на самом деле вывезут кого-либо с планеты. Координаты такого сокровища, как эта планета, нужно беречь.

– Это мы тоже уже поняли, почему больше пятнадцати артефактов за раз не сдаём. Да и в последнее время их всё меньше находят, – вздохнул он и подал мне мои «бумагу и карандаши». – Это что? Остальные сказали, что ты их заказал на корабле.

– Это нужно для записей, ведь планшеты здесь не работают. – И я продемонстрировал, как делаются записи. – Решил взять на всякий случай, для заметок и схем поисков артефактов.

– Такое в голову только дикому может прийти, – удивился Вега. – Рисовать палочкой буквы! Прям как совсем одичавший народ.

– Я и есть дикий, – улыбнулся я. – У меня даже нейросети никогда не было.

– А как ты тогда на арене беркса завалил? – ещё больше удивился он. – С ним и моды никогда справиться не могли.

– А ты не задумывался, почему меня, даже калеку, сюда прислали? – спросил я. – Другие, насколько я видел, целые и здоровые.

– Действительно, интересно, раньше такого не было, – ухмыльнулся Вега. – Может, объяснишь?

– Мне просто везёт. Видно, из-за этого меня выкупили ваши хозяева, – сказал я. – Поэтому для проверки добавь меня в самую невезучую поисковую звезду, на время. В посёлке я на самом деле мало чем смогу помочь.

– Везучий, говоришь? Вот сейчас и проверим. Вторая группа через час выходит на поиски, – начал рассказывать Вега. – Ты пойдёшь с ними, но охранять тебя никто не будет, чтобы не отвлекаться от своих прямых обязанностей. Если хотя бы не сдохнешь, будем думать, как с тобой работать. Сет, проводи его к Личу в команду и скажи Риго, чтобы не занимался его охраной, так нужно…

Пока мы с Сетом шли к отряду сталкеров, я поинтересовался, откуда у них электрическое освещение, на планете, где электроника выгорает за сутки. Он разъяснил, что это артефакты, которые оставили для охраны посёлка и ночного освещения. Почему сами артефакты не сгорают, хотя явно тоже электронные, неизвестно. Ночное нападение на меня произошло из-за того, что один из артефактов, тот, что отпугивал животных, разрядился. Тогда я спросил, что решили насчёт ножей, ведь артефакт может ещё когда-нибудь разрядиться, да и мне в походе не повредит. На что он ответил: кому надо, тому выдадут, не каждый умеет пользоваться ножом. А у звёзд снаряжение разнообразное, подбирается индивидуально, по способностям.

Когда мы вошли в одно из зданий, Сет познакомил меня со звездой сталкеров: Риго – боец, Лич – глава отряда, Моз и Крис – остальные сталкеры. Пятый, Таф, недавно погиб от какой-то лесной твари по дороге с раскопок. Меня он представил под именем Динолог, я его поправил, попросил называть просто Лог. Он рассказал звезде сталкеров, что меня к ним приставили временно, на испытательный срок, поэтому охранять меня не требуется и нужно это для проверки моих способностей.

– Мы скоро выходим, – сказал Лич, когда Сет ушёл. – Вне лагеря мы пробудем весь день, поэтому быстро собирай то, что тебе нужно: оружие, еду, инструменты и так далее.

– Возьму только рюкзак под артефакты, – решил подшутить я над ним. – Для начала хватит, а в следующий раз что-нибудь ещё возьму, если понадобится.

– Мы вообще-то весь день там пробудем и не на курорт едем, – начал отчитывать меня Лич, охреневающий от клоуна, которого ему подсунули. – И с чего ты взял, что мы вообще найдём там артефакты сегодня, тем более целый рюкзак?

– А как часто попадаются артефакты? – спросил я.

– Мы за последние три месяца нашли один, – ответил он.

– Значит, рюкзачок возьмём поменьше, – продолжил подтрунивать я.

– Ну смотри, твоя жизнь – тебе решать, – усмехнулся Лич и стал дальше упаковывать свои вещи в рюкзак.

Я, узнав, где выдают всё необходимое, сходил за рюкзачком. Вернувшись, дождался, когда отряд соберётся, и мы вышли из лагеря. Звезда быстро направилась в известном одной ей направлении. Я еле успевал за ними и по пути лихорадочно придумывал способ, как использовать мою везучесть в поисках артефактов. Для начала решил пособирать камней. Одновременно с этим, мысленно, собираю всё, что находится рядом со мной: листья, траву, ветки, комки земли, камни (которые я не собирался поднимать). И если чувствую, что от очередного виртуального барахла настроение моё немного повышается, значит, это, с большой вероятностью, артефакт.

Звезда останавливалась в пути всего один раз, когда я кинулся в сторону подбирать первый камень. Увидев, что это не артефакты, перестала обращать на меня какое-либо внимание. Избегать опасности мне помогала всё та же везучесть. Первый артефакт попался на седьмом камне, он был припорошен прелой листвой. Я его узнал – это оказалась «батарейка», в смысле энергетический элемент. Я положил её на дно своего рюкзачка, под камни. Пока добрались до места поисков, в рюкзаке у меня накопилось двадцать с чем-то камней и добавилась ещё пара неизвестных артефактов.

Наконец Лич скомандовал отдых двадцать минут, затем – работа. Я сначала не понял, где будет происходить поиск артефактов, но, приглядевшись повнимательнее, заметил, что местность была явно искусственно выровнена. В некоторых местах были видны места раскопок, слабо замаскированных. Пока звезда разогревала пайки, Лич подошёл ко мне и поинтересовался, много ли камней я насобирал. Я раскрыл перед ним рюкзак с камнями. Он хмыкнул и пошёл обратно, обедать. Видно, я совсем упал в его глазах, чего я, собственно, и добивался. Не люблю, когда над душой стоят, сосредоточиться не дают.

Пока отдыхал, я прорабатывал способ углублённого сканирования, мысленно представляя, как откапываю артефакты с различных глубин. Скорость передвижения при таком сканировании должна была упасть почти до нуля. Наиболее эффективная глубина оказалась примерно метр. Я сначала побродил по местам раскопок с поверхностным сканированием в надежде по-быстрому найти ещё артефактов. Не зря же они здесь копают, видно, место хлебное. После двух часов бесплодных поисков сменил метод сканирования на углублённый. Из-за очень низкой скорости стал сканировать пятачки в разных местах, наугад, чтобы охватить побольше территории. И уже через час обнаружил один на глубине примерно полметра. Запомнив место, я продолжил поиски, так как откопать одной рукой было проблематично, да и вроде как нечем.

Через два часа, заметив, что сталкеры собираются обратно, я поинтересовался их результатами. Лич, усмехнувшись, сказал, что как и у меня, только без камней. Я сразу понял, что «споёмся», раз чувство юмора у командира есть. Я сказал ему, что один артефакт нашёлся на глубине примерно полметра, но откапывать придётся им, потому что у меня всего одна рука, да и лопату не взял. Лич сначала не поверил мне, но потом согласился проверить, только один раз, и я указал им место, где копать. Выкопав непонятную палочку зелёного цвета, он сообщил мне, что я принят к ним в отряд. После этого спросил, где здесь ещё закопаны артефакты. На что я ответил, что больше пока не находил и можно собираться домой. Обратно шли уже не спеша и по пути беседовали, времени было с запасом.

– Ты не голоден? – обеспокоился моим самочувствием Лич. – Всё-таки весь день не ел.

– Да я вообще могу очень долго не есть, – ответил я. – Правда, я ещё не проверял, насколько долго, но пару месяцев точно. Есть специальная методика, по которой можно этому научиться.

– И долго этому обучаться? – тут же спросил Риго. – И всем ли эта методика подойдёт?

– Естественно, не всем, но и способов в методике несколько. Самый быстрый занимает месяц, – начал я рассказывать ему о методе, который испытал на себе. – При этом за тобой, возможно, придётся ухаживать, так как ты станешь очень плохо себя чувствовать. Более щадящий может занимать год и более. Подробнее расскажу, когда будет много свободного времени, если интересно.

– А зачем ты собирал камни по дороге? – спросил Лич. – Вряд ли чтоб меня разыграть. Ты хитрее, чем кажешься на первый взгляд. Вон даже Криса смог обмануть, несмотря на несколько изученных им баз по психологии.

– Таким способом можно настроить зрение на поиск предметов определённых форм, – сказал я и спросил: – А что за фильтр во фляжках и как его использовать?

– Это уловитель влаги из воздуха, – с усмешкой ответил Лич, продемонстрировав мне его работу. – Он необходим в дальних походах, если рядом нет источников воды. За ночь до половины фляги набирается.

– А ты как узнал, что артефакт там есть? – спросил у меня Моз. – Он же был глубоко, и увидеть его ты никак не мог.

– Ну, не зря же меня сюда привезли, даже калеку, – стал отмазываться я, лихорадочно придумывая что-либо поправдоподобнее, затем решил не париться: – У каждого есть секреты, у меня вот такой. Главное, что я их могу находить, а как – не важно.

Дальше по пути узнал у них, что оружие здесь используется пневматическое. С местным населением встречаются редко, но всегда с перестрелкой. Показали по дороге несколько опасных растений. Удивились, что ни одного нападения хищников почему-то не было. Я сказал, что я тут ни при чём, скорее всего, совпадение. Узнал, почему они только пайки едят, а не охотятся для пропитания. Оказывается, были попытки есть местную фауну, но неудачные. К тому же охотники гибли чаще сталкеров. Выяснил даже, куда девают женщин. Оказалось, им дают неделю на выбор «супруга», неопределившимися (есть и такие) пользуются в порядке очереди «холостяки».

Добравшись до лагеря, пошли отчитываться к Веге.

– Вот! Это Лог помог её найти, – продемонстрировал Лич палочку и рассказал, как прошла вылазка.

– Мне достаточно того, что ты вообще выжил, – сказал мне Вега. – Хотя с артефактом результат намного эффектнее.

– А так? – спросил я у него, выложив камни из рюкзака на стоящий недалеко стол. – Красиво?

– Всё шутишь, – усмехнулся Вега. – Зачем ты вообще их собирал, если они нужны были тебе только для «настройки зрения»?

– В каждой шутке есть доля шутки, – сказал я и разгрёб кучку камней, так, чтобы он разглядел среди них ещё три артефакта. – Я их нашёл по дороге на раскопки.

– Шутка в шутке! – восхитился Крис. – Давно такого не видел.

– Четыре артефакта за один безнадёжный поход! Ну ты и монстр! – воскликнул сильно возбуждённый увиденным Вега. – Да тобой можно все отряды сталкеров заменить.

– Не всё так радужно, – возразил я. – За всё нужно платить.

– Это ты о чём? – настороженно спросил Вега.

– Я завтра или вообще несколько дней не смогу никуда пойти, – устало объяснил я, – будет откат за «везение».

– Не страшно, – успокоился он. – Отдыхай сколько хочешь, ты и так уже много сделал.

– Может, что-то нужно? – спросил меня Крис. – Алкоголь и бабы помогут унять боль.

– Наркотиками не балуюсь, да и платить всё равно чем-то надо, – грустно произнёс я. – Пусть это будет боль, она привычнее.

– Тогда женщины? – настаивал Крис.

– Воспитание не позволяет ими пользоваться, – отказался я. – Лучше просто отлежусь.

– Из благородных? – покивал Вега, кося взглядом на Моза.

– Всё может быть, – ответил я. – История моих дальних предков мне неизвестна.

– Хорошо, жить будешь в доме второй звезды, – подытожил Вега. – Иди заселяйся. Сета спросишь, если что потребуется из вещей.

Так я обрёл свой дом, где живёт уже мой отряд. Познакомили с «жёнами» Лича и Риго. Мне показали, где и что находится, а также мою кровать. Артефакты освещения, внешне – многогранные шары, попадались часто, поэтому были в каждом доме «археологов». Лич продемонстрировал мне неизвестный для меня артефакт направленного освещения, вроде фонарика. Он выглядел как небольшой цилиндр с небольшими загогулинами и больше был похож на рукоятку какого-нибудь джедайского меча. Продемонстрировав, как его активировать, сказал, что такие тоже довольно часто попадаются, но их берегут для поисков в пещерах и руинах, а также для ночной охраны. Я поинтересовался у Лича, есть ли возможность получить такой в личную собственность. Мне показалось, что его, возможно, неправильно используют, вдруг это на самом деле лазерный меч. Лич сначала отшутился, сказав, что я сам такой найду с моей-то везучестью. На что я парировал, что вдруг мне будут попадаться только другие. Тогда он спросит завтра у Веги, а так как в запасе их хватает, то вряд ли он откажет.

Дальше был ужин и сон…

Утро было ожидаемо хреновое, в смысле самочувствия. Мне не столько было больно, сколько ничего не хотелось делать. Причём это нежелание было именно чувством, которое чуть ли не физически давило. Сначала думал поваляться, мысленно играя с орихалком, когда все уйдут, давно хотел. Но заняться орихалком мне не дали. Первым пришёл Сет и принёс нож, красивый такой, возможно боевой.

– Вот. Ты просил, – протянул он его мне.

– За нож, конечно, благодарен, но пользоваться им не умею, – сказал я, вставая и забирая нож. – А просил не для себя, а для других. Я и без него неплохо справляюсь.

– Тем, кто хотел иметь при себе нож, уже выдали, – ответил он и спросил: – А как же ты беркса убил, причём именно ножом? Да и на арену против такого противника неподготовленного человека не выпустили бы, потому что бессмысленно. Что-то тут не сходится.

– Мне просто повезло с победой, а бой был вынужденный, из-за моих проблем, – немного скомканно пояснил я.

– Не хочешь рассказывать об арене – твоё право, но вот объясни тогда, как ты хотел со мной справиться, если не умеешь ни драться, ни ножом орудовать, – поинтересовался Сет.

– Да просто повезло бы, как с берксом, вот и все дела, – пожал я плечами. – Только ты умер бы, а мне тут ещё жить.

– Спасибо, что не убил, – не поверив, ответил он и ушёл.

Потом пришёл Вега и принёс ящик с «фонариками». Их там было штук пятнадцать, причём все разные, что ещё больше убедило меня в возможности того, что это могут быть лазерные мечи. Смысла в разных формах у фонариков я не видел, в отличие от мечей. Правда, цвет освещения их был одинаковый – белый, но тут я подумал, что он используется как самый эффективный. В общем, нужно экспериментировать.

– Зачем тебе он в собственность, если мы выдаём их всегда по надобности? – спросил Вега.

– Я хочу поэкспериментировать с ним, – уклончиво ответил я, – вдруг сломаю, своё не так жалко.

– Всё-таки благородный, – сказал он. – Выбирай любой, тут все заряженные.

– Я возьму этот, – забрал я самый маленький (одноручный?).

– Завтра, если будешь себя нормально чувствовать, сходишь со звездой в заброшенный бункер. Там, конечно, уже всё давно выгребли, но вдруг тебе повезёт и ты найдёшь там чего-нибудь.

– Думаешь, он сможет? – спросил подошедший Лич.

– Надеюсь, – ответил Вега.

– Вы о чём? – спросил я у них.

– Увидишь, – усмехнулся, ничего не объясняя, Лич. – Сюрприз будет.

– Попробуйте сегодня покопать вокруг того места, где вчера выкопали ту зелёную палочку, – сказал Вега Личу.

– Нет там ничего, – уверенно сказал я им. – По крайней мере, рядом. Может, устроить звезде сегодня выходной, а завтра со свежими силами в бункере покопаемся?

– Если ты так уверен в своих словах, то и незачем нам сегодня рисковать, – кивнул Лич.

– Хорошо, – согласился Вега. – Тогда отдыхайте, а завтра жду от вас большой отдачи.

Когда Вега ушёл, мы позавтракали, и Риго напомнил мне, что я хотел рассказать о том, как научиться не умирать с голоду. Я попросил тогда собраться всех, кому интересно, чтобы не повторяться, и задавать мне уточняющие вопросы по теме. И стал говорить.

– Началось всё со спора с друзьями о вреде таких лёгких наркотиков, как сигареты и алкоголь, – начал я с предыстории.

– А что такое сигареты? – тут же спросил меня Крис.

– Ну… Это измельчённые сушёные листья наркотического растения на моей планете. Их поджигают и вдыхают дым, – стал пояснять я.

– Понятно, как синтпа, – сказал Крис, и все остальные его поняли. Видно, аналог сигарет и тут есть.

– Тогда я продолжу. В общем, в результате долгих споров мы пришли к такому мнению, что и любая еда тоже является наркотиком, правда очень слабым, а следовательно, и её можно «бросить есть».

– Это как? – удивился Лич.

– Сами были в шоке от таких выводов, – сказал я. – Ну, вот посуди сам: от наркотиков бывает ломка, от еды – голод. От наркотиков есть кайф, от еды – сытость. Передозировка – и там и там ни к чему хорошему не ведёт. От сильной ломки и от голода умирают. И так далее. В общем, результат споров был очень странным. Все на этом успокоились, а я стал искать информацию об этом и, что интересно, нашёл, много и с подробностями. Сначала узнал, что есть такие люди, как солнцееды – питающиеся светом звезды, и праноеды, или бреторианцы, – питающиеся воздухом. О них писали, что они перестали есть обычную пищу и перешли на более энергетически чистую. Мне праноеды показались более эффективными с точки зрения доступности еды. Солнце только днём, а воздух есть даже под землёй.

– А что такое Солнце? – спросил Моз.

– Так называется звезда в системе с планетой, где я родился, – ответил я.

– Так ты дикий? – удивился он.

– Это что-то меняет? – ответил я вопросом на вопрос.

– Нет-нет. Продолжай, – поторопился он.

– На чём я там закончил? А, точно, «воздух». – И продолжил рассказывать: – Таким образом, я стал искать информацию о праноедах и нашёл книги не только о них, но и как самому стать бреторианцем[12].

– Книги – это что? – спросил Риго.

– Книги – это большие тексты. Научные книги – аналоги ваших баз знаний. Литературные книги – аналоги голофильмов.

– Понял. Продолжай, – кивнул он.

– Хорошо. В общем, суть там такая: еда – вредная привычка, и, как и любая другая привычка, является программой в мозгу. Если просто перестать есть, не избавившись от этой программы, то можно заболеть анорексией и умереть.

– А что такое анорексия? – поинтересовался Лич.

– Анорексия – это в основном болезнь худеющих девушек и женщин, представляет собой отказ организма принимать еду. Проблема именно психологическая, в смысле, в разуме две конфликтующие с организмом программы: первая – «не будешь есть – похудеешь и умрёшь» и вторая – «нельзя есть, а то растолстею». Тут всё понятно?

– Ну, почти, продолжай, – неуверенно ответил он.

– Так вот, вся хитрость в том, чтобы избавиться от программы «не будешь есть – похудеешь и умрёшь». Эта программа передаётся нам с рождения генетически от родителей и усиливается в течение жизни воспитанием и обучением, а также наглядными примерами, например: «не будешь есть – совсем слабый станешь» или «умрёшь с голоду» и так далее. Для обучения принципу распрограммирования приводится разъяснение таких терминов, как «знание» и «вера».

– А что тут непонятного: знание – это то, что есть, а вера – это то, чего может и не быть, – пожал плечами Риго.

– Вот именно! Многие так ошибочно и думают. То есть ты сказал всё правильно. – И я принялся пояснять: – Тут вся хитрость в том, что некоторые знания многие принимают на веру, не проверяя… Хрень какую-то горожу. Сейчас попробую поосмысленнее сформулировать или лучше на примерах объясню. Вот например, есть такая раса, как аграфы, а их кто-нибудь из вас видел?

– Я видел, – сказал Моз.

– Неудачный пример. А сполоты?

Тишина.

– Все слышали, но никто не видел. То есть вы в них верите, но считаете эту веру знанием.

– Но они ведь производят гипердвигатели, – возразил Лич.

– Но ты этого не видел? – уточнил я.

– Нет, – помотал он головой. – Но кто-то же их делает?

– Естественно, – согласился я. – Но не факт, что они. Это тоже вера в знание. Или вот ещё пример: в гиперпространстве можно передвигаться на ваших кораблях только на скорости и в одном направлении.

– А как же ещё? – удивился Лич. – По-другому и быть не может. Всё согласно теории гиперпространства, это я тебе как инженер говорю.

– Вот это удачный пример. Раз гипердвигатели производят только сполоты, то они, скорее всего, не разборные? – спросил я.

– Так и есть, – подтвердил он. – Им же нужно поддерживать монополию.

– А теперь представь: гипердвигатели так запрограммированы или сделаны, что при желании могут работать и по-другому, – начал я загружать его.

– Ну, тут тебе точно смогут ответить только сполоты, если они вообще есть, – уже сомневаясь, сказал Лич.

– Заметил: ты уже стал сомневаться в своих «знаниях» и всё больше переводишь их на веру, где они и должны быть изначально? – уличил его я. – И так должно быть в идеале со всеми твоими знаниями, которые ты не проверил лично. Тогда ты, возможно, сможешь стать даже псионом.

– А псионом тоже можно научиться стать?! – возбуждённо спросил Риго.

– Вполне, но об этом мы поговорим позже, сейчас я объясняю вам о способе не умереть с голоду.

– Я запомнил. Обязательно расскажешь о них, – надавил Риго. – Все хотят стать псионами… Слу-у-у-ушай, а ведь ты, наверное, сам псион, а нам тут о какой-то везучести травишь. Способ знаешь, научился уже давно и все артефакты сквозь землю видишь.

– Не так-то это и легко, даже зная как. Тут над собой работать нужно, а я лентяй, но мы сейчас не об этом… Все поняли разницу между знанием и верой? – спросил я и, дождавшись утверждения, продолжил: – Распрограммирование и заключается в том, что нужно сомневаться во всём, то есть переводить непроверенные «знания» в веру и постепенно эту веру ослаблять. Самое главное – это то, что убивает не сам голод, а вера в то, что он убивает. В общем, это то, что касается перепрограммирования. Это, повторяю, суть метода. То есть мы убираем главную помеху, которая мешает нам жить без еды. Это теория, без осмысления которой практика работать не будет. По-простому, мы должны понять, что никто не проверяет на практике – а точно ли голод убивает, а точно ли нужно худеть при голодании и так далее? Все воспринимают эти знания на веру.

– Это понятно, – нетерпеливо сказал Риго. – Практику давай.

– Хорошо. Практика так практика, – согласился я. – Самый быстрый, но болезненный способ занимает семь дней.

– Ты вчера о месяце говорил, – сразу подловил он меня на слове.

– Всё правильно, я сейчас о критической фазе метода, – начал пояснять я. – Короче, первая неделя – без еды и воды.

– Да максимум через три дня без воды сдохнешь от обезвоживания, – сразу вставил Лич.

– Я этот способ на себе проверял, как видишь, живой, – улыбнулся я. – Продолжу: вторая неделя – только вода, третья неделя – разбавленные соки, четвёртая уже по желанию, можно перейти и опять на еду. Организм запоминает, что может обойтись и без еды, и прописывает это на уровне генетики. После этого, если вы решили снова перейти на еду, в случае нужды «бросить есть» сможете в любое время.

– Так просто? – удивился Риго.

– Нет, конечно. Этот способ подойдёт очень немногим, и я объясню почему. Во время неедения возникает много нюансов вроде перегрева, при выводе ядов и канцерогенов из организма, излечения от хронических болезней, если есть, да даже сопутствующее омоложение может стать проблемой.

– Не понял, какие проблемы от омоложения? Это, наоборот, огромный плюс! – ошеломлённо воскликнул Крис. – В Содружестве омоложение бешеных денег стоит, а тут бесплатно.

– Всё время забываю, где я нахожусь. Я же дикий, – начал я пояснять суть «проблемы». – В моём мире, в смысле там, где я родился, если ты вдруг начнешь молодеть, то привлечёшь внимание учёных, СБ, властей предержащих и так далее. И можешь попасть в исследовательские лаборатории на всю жизнь в лучшем случае, или убьют те, кто скрывает эту информацию, – в худшем. Поэтому омолаживающимся приходится скрываться. И когда процесс омоложения закончен, то надо переделывать документы, в смысле дату рождения.

– Понятно, а чем заканчивается этот процесс омоложения? – спросил Крис.

– Примерно тридцати-сорокалетним внешним видом у мужчин, у женщин двадцати-тридцатилетним, – прикинул я. – Хотя у вас может быть и по-другому, ведь продолжительность жизни разная. У вас в среднем двести – двести пятьдесят, у нас семьдесят – восемьдесят.

– Я понял, в общем, до зрелого возраста, – кивнул он. – А чего там про болезни и яды?

– А, точно. Яды, канцерогены и болезни в организме накапливаются из-за еды, – продолжил я лекцию. – В первые семь дней, те, которые без еды и воды, накопленные за всю жизнь яды и канцерогены, от которых большинство хронических болезней, усиленно выводятся из организма всеми доступными способами. А яды вызывают сильный нагрев тела. Поэтому организму желательно охлаждение на это время. Охладить можно ополаскиванием холодной водой, да и вообще голодание желательно проводить в холодное время года, так комфортнее. Представьте, все мёрзнут, а тебе жарко. Хотя у вас ведь скафандры есть, они могут регулировать температуру, вам проще.

– Так и голодать тогда лучше в медкапсуле, – предложил идею Крис. – Хотя она не даст, будет подпитывать необходимыми веществами. Да, кстати, а откуда они в организме берутся, если нет еды?

– Вот тут мы подходим к самому интересному. Организм их сам синтезирует, ведь, смотри, мы все на разных планетах едим разную еду, а организму требуются определённые, разнообразные и в нужном количестве вещества. Поэтому при нехватке какого-либо вещества внутри образуются недостающие. Как именно, я не в курсе, тут нужны исследования. Да, кстати, совсем забыл: в критической фазе при сухом голодании возникает очень неприятное чувство. Полностью пропадает интерес ко всему, и всё время чего-то хочется (не обязательно еды или воды). Поэтому тянет всё это прекратить. Единственное, что может поддержать в этот момент, – это то, что ты знаешь точный момент, когда это закончится. При первом глотке воды на восьмой день всё нормализуется.

– Так, получается, что ты вместо еды переходишь на воду, – заметил Моз.

– Не совсем, – возразил я. – Вода нужна, чтобы вывести яды из организма, и по мере очистки её будет требоваться всё меньше. Кстати, после очистки организма от ядов думать будешь совсем по-другому, как-то необычно. Видно, это связано с перестройкой организма. Изменяется сам смысл жизни, и всё уже видишь как бы под другим углом.

– Да крыша едет от голода, только и всего! – воскликнул кто-то из новеньких, и на него все зашикали.

Я и не заметил, что слушающих прибавилось.

– Пусть будет так. Кому как больше нравится, – ухмыльнулся я.

– Ты сказал, что этот способ подойдёт немногим. А есть менее жестокий и более универсальный? – спросил Крис.

– Разумеется, – кивнул я. – Самое элементарное – пореже есть и мелкими порциями. И при этом периодически, раз в несколько дней, производить очистку организма. То есть сутки без еды и воды. И всё. Ах да, совсем забыл, постепенно убавлять порции еды до нуля в течение года, двух, трёх и так далее. В зависимости от предпочтений.

– А как узнать, какой способ нужен? – спросил Лич.

– Все организмы разные, и способы разные, можно даже на основе того, что я рассказал, составить свой, – продолжил объяснять я. – Кому-то хочется всего и побыстрее, как, например, мне, и я выбрал самый быстрый и экстремальный способ. Но не каждый организм может выдержать такое издевательство. Да и психика у всех разная, она тоже влияет. Тут уж решайте сами. Если вы на третий день сухого голодания очень плохо себя чувствуете, то лучше и не мучьте себя, только хуже будет. Тогда лучше перейти на более мягкий способ. Я вообще эту информацию, когда нашёл, решил приберечь на случай ядерной зимы, когда уж совсем край. Типа голод там, все лихорадочно ищут еду, а мне и так хорошо. Но произошёл случай, когда мне пришлось применить этот экстремальный способ для лечения обострившейся болезни. В итоге и болезнь прошла, и способ опробовал. Всё ли понятно по теме, или ещё вопросы есть?

– А зачем вообще человеку есть, если он и без еды может обходиться? – спросил Крис. – Насколько я знаю, в организме человека нет ничего лишнего. Зачем тогда зубы, желудок и остальное?

– Тут нужно объяснять строение тонких тел человека вплоть до души. А это беседа не на один день, позже как-нибудь поговорим на эту тему. В общем-то ты правильно заметил: строение тела рассчитано, чтобы есть. А значит, надо есть.

– Не понял, – ошеломлённо помотал головой Крис. – Ты же сам сказал, что можно не есть. А вся еда вредна для организма.

– Сейчас поясню, – успокоил я. – Всё дело в том, что еда нам нужна не для «необходимых веществ», а для получения информации об окружающем. Вкус – только часть этой информации. Есть более и менее качественная информация, а также вредная. Свежие фрукты и ягоды – наиболее чистые от ядов и более качественные информационно. Обработанные, огнём или холодом, – уже меньше. Мясные блюда – ещё меньше. Алкоголь и пряности – уже вредные, другие наркотики – ещё вреднее. Поэтому, даже бросив есть, есть всё равно надо, но очень редко и наиболее качественные фрукты. Примерно раз в пять – семь лет.

– А что произойдёт, если реже или вообще никогда не есть? – полюбопытствовал Крис.

– Перейдёте на энергетический способ бытия, хотя внешне этот переход будет выглядеть как обычная смерть. Просто душа сбросит тело, как ненужное. Кстати, вы заметили, что уже темнеет, а есть всё ещё не хотите? Это происходит от того, что я вас «кормлю» «вкусной» информацией и вам её достаточно, чтобы не голодать. Пора на сегодня закругляться.

– А ведь то, что ты рассказал, тоже придётся принимать на веру, – ухмыльнулся Лич. – Ведь знанием это станет только после проверки.

– Молодец! Понял главную суть всего, что я сегодня рассказал, – похвалил я. – Продумайте хорошенько всё, что сегодня обсудили, а возникшие вопросы зададите мне в следующий раз.

– Вот это ты выдал… – протянул Лич. – Загрузил наши мозги по полной. Всю ночь теперь буду размышлять.

– Забей. Пусть само переварится, – улыбнулся я. – Завтра выход, лучше поспи.


Ночью я проснулся от щелчков. Сначала не понял, что такое, потом дошло – стреляют.

Тут в дом входит Лич и говорит, что звери решили напасть, несмотря на охранные артефакты, которые раньше не подводили. Сказал, что утром будут разбираться, в чём дело.

Я послушал стрельбу, а когда она прекратилась, уснул.

Глава 8

Утром так и не разобрались, в чём причина ночной атаки хищников. Ну а наша звезда вышла в другую от посёлка сторону, чем в прошлый раз. Я решил времени не терять и сканировал местность на артефакты, периодически подбирая камни. Скорость сканирования ощутимо возросла. Наконец-то стали попадаться животные, но не приближались, а сопровождали в пути. Опасности я не ощущал, поэтому перестал обращать на них внимание, сосредоточившись на поиске. За час пути, который мы шли до бункера, я нашёл восемь артефактов, среди них два «фонарика».

Бункер выглядел как небольшой крутой холмик с замаскированной пещерой со стороны леса. Внутри во всех немногочисленных помещениях было действительно «чисто», в смысле не попалось вообще ни одного артефакта. Но я нашёл две аномалии, одну видимую и одну – просто почувствовал что-то неоднозначное в одной из стен. Насколько я понял, видимая и есть тот сюрприз, который меня здесь ждал.

– Это что? – спросил я Лича, показывая на слабо светящееся силовое поле, перегораживающее проход с поворотом, скрывающим, что там дальше.

– А никто не знает, – ответил он и опёрся на это поле плечом, как на стенку. Я заметил, что поле немного его спружинило. – Оно всех отталкивает, и даже блокирует находящуюся недалеко взрывчатку. Подкопаться с другой стороны тоже не получилось.

– Блин. Сссс… – просипел я, упав сквозь поле, которое меня почему-то не стало отталкивать. – Шутник хренов.

– Я так и думал, что оно тебя пропустит, – радостно произнёс Лич. – Один раз сквозь это поле смог пройти сталкер. Но его через некоторое время вытолкнуло обратно и больше не пропускало. Он сказал, что там, за поворотом, есть панель доступа и он не смог пройти проверку. Может, тебе повезёт, ведь ты же везунчик.

– Хорошо, – кивнул я, не почувствовав угрозы. – Только не уходите без меня.

– Естественно, – успокоил он. – Ты не торопись, у нас весь день впереди.

Заглянув за поворот, я увидел металлическую дверь огромного размера и рядом, на полу, панель доступа в виде изображения правой кисти на пластиковом прямоугольнике. Недолго думая, приложил руку к панели и, почувствовав укол, резко отдёрнул руку. А на панели изменился рисунок на диагональный крест.

– Хер тебе, а не пещера Али-Бабы, я так и понял, – пробормотал я вслух на русском.

Но тут крестик мигнул зелёным цветом, и рисунок сменился шахматной доской с фигурами. И тут я вспомнил, что диагональный крест является двадцать седьмой буквой в древнерусской азбуке, или буковице. И произносится эта буква именно «Хер». Я когда-то давно изучал буковицу в качестве языка программирования психики человека, но никак не мог подумать, что с её помощью смогу взломать код доступа к чему-либо. Здесь что, русские, что ли, окопались? Так, ладно, тут ещё один ребус, попробуем разгадать и его, учитывая русские корни.

То, что фигуры не совсем шахматные, я понял сразу, но что-то такое я в Интернете видел, и связано это было с чем-то тщательно скрываемым древнерусским. Некоторое время спустя я вспомнил, что это таврели[13]. Там на самих фигурах нарисовано, как они ходят. Увидев, что это середина партии, я стал вспоминать правила, они не сильно отличаются от классических шахмат. Главное – разобраться в башнях. Надеюсь, выиграть тут не потребуется, я в шахматах не силён, всё больше обманом у оппонентов выигрывал, с компьютером такое не прокатит, у него железная логика вместо психологии.

Сделал несколько ходов, разломав пару башен, и вдруг изображение доски исчезло, а дверь, вздрогнув, стала медленно открываться. Да ну на фиг, не может быть, чтобы было всё так просто, или это для меня так совпало?..

Я, предупредив Лича, что дверь открылась и иду внутрь, пошёл на разведку. Освещение шло из стен и потолка. Перешагнув через порог, я ожидал, что дверь захлопнется, и это произошло. Почувствовав, что мне ничто не угрожает, я стал спокойно изучать обстановку. А её-то, кстати, и не было, вообще. То есть комната являлась кубом с ребром в пять метров. И ничего не было из мебели, каких-либо проходов в другие комнаты или двери. Постояв немного, я понял, что так и не дождусь ничего, нужно что-то сделать. Сначала я прощупал стены и пол – толку никакого. Попрыгал, посвистел, покричал всякую фигню на языке Содружества – тишина в ответ. Поняв, что туплю, решил поприветствовать хозяев помещения на русском.

– Здравствуйте, – произнёс я и стал ждать реакции.

– И тебе здоровья, росен, – ответила появившаяся в центре комнаты четырёхметровая голограмма красивой женщины. – Уже 8173 лета жду, когда ты явишься для восстановления на службу.

– Меня зовут Владимир, – представился я. – Извини, пожалуйста, а ты меня ни с кем не путаешь? Я в составе группы археологов изучаю остатки погибшей цивилизации джоре. И может, не росен, а русский?

– Язык сияющих тебе знаком, хоть и искажённый. А название расы своей ты не знаешь. Видимо, ты погибший разведчик, из потомков деградировавших словен, – ответила она. – На базу ты прибыл. Все протоколы доступа прошёл, значит, готов и достоин стать разведчиком сияющих.

– Наверное, славян? – попробовал уточнить я.

– Именно словен. Видно, язык претерпел некоторые изменения, – сказала она. – Твоя принадлежность к словенам подтверждается генетическим анализом. На 82 процента – росен, 13 процентов – святорус, 3 процента – хаариец, 2 процента – даариец. Такой разброс генетики связан со смешением рас, что является следствием деградации потомков сияющих. Смешение генетики способствует универсализации и уменьшению способностей специализации расы, что увеличивает шансы на выживание одиночки в тылу врагов.

– Совсем ничего не понимаю, какая служба, какие сияющие и почему я погибший? – спросил я, запутавшись в сказанном.

– Отсутствие знаний о своём роде тоже следствие деградации, – ответила она. – Раз твоя совесть поспособствовала нахождению здесь тебя в данный момент, значит, ты раньше уже был разведчиком, просто смерть затёрла воспоминания об этом.

– Совесть-то тут при чём? – удивился я.

– Совесть является Совместной ВЕСТЬю. Связью твоего духа и рода.

– Всё, я поплыл, – признался я. – Совсем запутался в данной информации. – Чё мне делать-то и чем мне это грозит? Только попроще.

– Тебе необходимо установить сеть для прохождения службы в качестве разведки глубокого внедрения.

– А что у вас делают разведчики? – полюбопытствовал я.

– Они наблюдают за происходящим в тёмных областях галактики.

– А мы сейчас в какой области находимся?

– В тёмных областях на одной из планет расы джоре, – ответила она. – Несколько сияющих расы росен добровольно согласились пожертвовать собой и жить в тёмных областях для разведывательных целей.

– А в чём тут самопожертвование? – поинтересовался я.

– Длительное нахождение сияющих в тёмных областях приводит к деградации организма и разума, – объяснила женщина. – Это положительно сказывается на маскировке и отрицательно на способности анализировать. Поэтому специально для разведчиков разработали экспериментальную ментальную сеть, которая ставится поверх нейросети и не обнаруживается на оборудовании тёмных. Она также обеспечивает передачу информации на главный кристалл базы аналитиков.

– Да уж, на такой подвиг я, наверное, не способен, – покачал я головой. – Хотя не знаю всей информации о проблемах сияющих, так что всё может быть. А как деградация способствует маскировке?

– Самое демаскирующее – это рост, – ответила она.

– Так это у тебя нормальный рост сияющих? – очень удивившись, спросил я.

– Средний, если быть точнее, – ответила она. – А у тебя средний рост людей, живущих в тёмных областях.

– Понятно. В принципе я готов стать разведчиком и помогать сияющим, – заявил я. – Я ведь как раз и занимаюсь тем, что брожу и наблюдаю за окружающими в тёмных областях. Только у меня проблема с установкой нейросети. Возможно, повреждён мозг, при замерах показывает всего четыре единицы интеллекта.

– Установка ментосети не требует привязки к нейросвязям мозга и устанавливается прямо в ментальное поле человека. Прими горизонтальное положение во избежание повреждений, так как разум при установке временно отключается.

– Хорошо, – согласился я и, улёгшись на пол, тут же вырубился, а когда очнулся, не заметив изменений в организме и разуме, спросил: – Ничего не получилось?

– Ментосеть ещё не развернулась в рабочее состояние, – сказала женщина. – Как только это произойдёт, будет произведено полное сканирование организма с анализом повреждений.

– И что дальше? – поинтересовался я.

– Ты уйдёшь, а я останусь ждать следующего разведчика, которого судьба приведёт в это место, – ответила она.

– Так это совесть или судьба меня сюда привела?

– Они взаимосвязаны, – стала объяснять она. – Совесть является чувством справедливости, и в зависимости от её чистоты ты совершаешь или не можешь совершить определённые действия. А в зависимости от твоих поступков формируется судьба. При отсутствии совести от ошибок в поступках ничего не остановит, если только страх перед правилами, установленными в социуме. Главное отличие сияющих от остальных людей – наличие совести.

– Я не всё понял, но хрен с ним. Хочу предупредить, что, вероятно, скоро на этой планете будет много исследователей с большими возможностями, – сообщил я. – Они могут наткнуться на эту базу и попытаться взломать к ней доступ или узнать что-либо о технологиях, её составляющих. Джоре уже нет, и ничто не помешает им это сделать.

– Информация принята к сведению, – ответила она и распорядилась: – Запуск протокола эвакуации в одно из запасных местоположений.

– Мне уже пора? – спросил я.

– Активация переноса произойдёт после того, как ты покинешь базу, – сказала она.

– Тогда я поспрашиваю тебя, пока есть такая возможность, – воспрял я. – Расскажи вкратце о расах сияющих.

– Существует четыре расы сияющих, – начала она. – Генетическая предрасположенность расы росен: дипломатия, торговля, управление. Цвет радужной оболочки глаз – карий. Даарийцы имеют серый цвет глаз и являются воинами. Хаарийцы – зелёный цвет глаз, являются учёными и жрецами. Святорусы – небесный цвет глаз, являются мастерами, ремесленниками. Более подробную информацию получишь с помощью ментосети, когда чистота твоей совести поднимется до 95 процентов.

– А джоре тогда кто такие? – спросил я.

– Джоре являлись нашими союзниками в тёмных областях галактики, благодаря чему и была здесь построена данная база поддержки разведчиков.

– Что за поле на входе? – продолжил я спрашивать. – И почему оно пропустило только меня?

– Частота поля настроена на проверку чистоты совести, – пояснила она. – Твои 78 процентов позволили пройти его. Генетическая чистота в 97 процентов позволила пройти второй этап проверки, чего не смог предыдущий претендент. Последняя проверка на знание языка была тобой пройдена с ходу. Дополнительная проверка, на интеллект, психологическую устойчивость и знание традиционных игр, не влияла на доступ. Она была добавлена для статистики.

– Всё, уже мозги пухнут, пойду я, – отмахнулся я после небольших раздумий. – Удачи тебе в эвакуации.

– Во славу Рода! – воскликнула торжественно женщина и открыла мне дверь.

– Во славу, – тихо ответил я, выходя за порог, охреневая: «А не к нацистам ли я каким попал в секту? Да нет, не может быть. Тут ведь совесть лежит в основе, а она не даст совершить плохой поступок», – успокаивал я себя мысленно.

Как только я прошёл через поле, оно, мигнув, пропало. Тут подбежали Лич с остальными, обрадовавшись, что я наконец соизволил выйти. И, заметив, что поле пропало, громко поблагодарив меня за отключение защиты, побежали толпой смотреть, что там за поворотом. Через несколько минут они вышли с недоумённым видом.

– И чего ты там делал целых семь часов? – спросил меня Крис.

– Меня не было семь часов? – удивился я. – Видимо, был в отключке.

– и кто это, интересно, тебя выключил? – прищурился Риго.

– Не знаю, я имени не успел спросить. Вошёл, гляжу: пустая комната, потом вырубился, а потом вышел сюда, – решил я рассказать очень урезанную версию. – Я думал, времени прошло совсем немного.

– А куда тогда делась дверь и пульт доступа? – стал недоумевать Лич – Ты же подтвердил, что они были, перед тем как идти туда.

– Не знаю, – удивился я, пробежавшись до поворота и убедившись, что база исчезла. – А может, это всё мне приснилось, когда я пересёк поле? Хрен его знает, как оно на мозги действует.

– Может быть, может быть… – задумчиво протянул Крис. – Не хочешь проверить там всё потщательнее на артефакты?

– Да нет там ничего, я всё там обшарил, – ответил я. – Лучше покажу другое место. Там точно что-то есть.

И мы направились к месту второй аномалии.

Подойдя вплотную к стене, я попробовал точнее разобраться в своих чувствах. Мне чудились страх и радость одновременно. Поэтому я объяснил, что там опасность и, возможно, артефакты.

Моз достал из своего рюкзака кувалду и стал долбить по стене, а остальные приготовились стрелять в то, что может показаться из дыры. Я стоял сбоку, немного в стороне от возможной опасности. Мысленно распределил орихалк вокруг лица и тела, на большее его не хватало.

Вдруг раздался сильный удар изнутри, аж стена потрескалась. Все резко рванули прочь от этого места с криками «дроид!». А я с испугу неуклюже растянулся рядом с расширяющейся дырой в стене. Со звуками автоматических выстрелов из неё вылезало нечто, что я рассмотреть не смог, так как лежал лицом вниз. Но очень скоро почувствовал, что это нечто очень тяжёлое, так как оно наступило мне на кисть руки. Я инстинктивно сначала «мигнул», а затем, поняв, что боль от этого не уменьшилась, просто убрал это нечто в складку.

– Гад. Козёл. Тварь позорная, – выругался я не столько от боли, сколько от отходняка.

– Где он? – спросил меня подбежавший в крови Лич. – Куда делся?

– С-сука, руку отдавил и исчез. Редиска, – тихонько постукивал я рукой по коленке, пытаясь так массировать отдавленную руку. – Убил кого?

– Нет, два легкораненых, – ответил он и насторожился. – Нужно убираться отсюда, пока он не вернулся. Судя по следам, это штурмовой дроид. С нашим оружием мы его даже не поцарапаем. А ты действительно везунчик, был практически вплотную к нему, и даже ни царапины.

– Ага, отдавленная последняя рука не считается, – отшутился я.

– Главное, живой, – отметил он. – Уходим.

– Подожди, я не чувствую опасность, может, посмотрим, что он там охранял? Там лежит что-то ценное.

– А если он там? – спросил он в сомнении.

– Я сам туда схожу, всё-таки везунчик, – усмехнулся я. – Позову вас, если что.

– Ага, а если он тебя там грохнет, что мы Веге скажем, когда вернёмся? – спросил он и решился: – Пойдём все.

Когда собрались все, я увидел, что Риго ранили в плечо, а у Моза касательное на правой ноге. Перебинтовавшись, мы по очереди пролезли в дыру и оказались в небольшой комнате, метра три на четыре. По бокам находились стеллажи с артефактами, а в конце была явно бронированная дверь. Разобравшись, что она открывается с той стороны и пока опасности от неё я не чувствую, мы занялись набиванием рюкзаков артефактами. Всего их было около шестидесяти. Вот тебе и пещера Али-Бабы.

Затарившись, решили не проверять дверь, а выдвигаться домой. Жадность, как говорится, губит.

Обратно мы выдвигались не спеша, время было, да и Моз прихрамывал. Я был занят думами об эвакуированной базе разведчиков. Что тут могли делать русские? Нет, была, конечно, теория, что на Землю белая раса русичей прибыла из космоса. Но она граничила с фантастикой, и я её не воспринимал всерьёз. Хотя историю столько раз переписывали, что могли что угодно удалить из летописей. Мало информации, подождём, что ментосеть даст, хотя, думаю, это будет не скоро.

Тут я заметил, что зверюшки, что-то типа гиен, двигаются очень уж близко и их довольно много. Причём как-то нехорошо зыркают на меня, хотя, может, это мне всё мерещится на нервах пережитого. Я переместил орихалк на защиту лица, тела спереди и правой руки. На ноги хватило только до колен.

Риго начал превентивно отстреливать хищников, понимая, что может не успеть. Ему помогали остальные, а оставшиеся твари вдруг разом поскакали в мою сторону. Меня повалили, и я обеими руками (целой правой и астральной левой) стал ускоренно «мигать» противником. Что-то было в этом нападении не так, но что именно, ускользало от моего внимания. В очередной раз умудрившись «мигнуть» сразу двумя крупными тварями, я почувствовал, будто пытаюсь сдвинуть многотонный булыжник, надрывая жилы во всём теле. «Перегруз в складке», – подумал я и почувствовал удар по затылку.

«Аварийный запуск. Срочная мобилизация резервов организма. Повышение уровня адреналина в крови», – раздался отдалённый незнакомый голос в моей голове. Чувствую, на моё лицо кто-то льёт холодную воду. И хотя, благодаря орихалку, само лицо ничего не чувствует, затылок очень даже начинает замерзать, изредка пульсируя болью. Резко очнувшись, я пытаюсь отпрыгнуть в сторону от держащих меня рук. Перед глазами какая-то компьютерная графика: иконки, диаграммы, буквы и числа. «Сбой в матрице, – подумал я, – сейчас будет перезагрузка». В это время услышал успокаивающие голоса Лича и Криса, которые просили меня не шевелиться, пока перевязывают. Когда дошло, что произошло, то чуть не захохотал. Всего-то лишь нейросеть, в смысле ментосеть включилась, а я-то уж нафантазировал… Кто ж знал, что она выглядит как дополненная реальность. Нужно узнать, как выглядит интерфейс нейросети, для сравнения.

Я мысленно свернул ментосеть в угол, чтобы не отвлекала, не до неё пока. Посмотрел вокруг и увидел невдалеке кучу тел хищников. Судя по спокойным взглядам Лича, счёт в нашу пользу.

Увидев, что меня грузят на самодельные носилки, я попытался встать. Хотел показать, что дойду сам, пусть о других побеспокоятся. Но когда закружилась голова, понял, что ходок из меня никакой. Тут Крис скомандовал мне выпить как можно больше воды, а то я много крови потерял, и поднёс фляжку к моему рту. Выпив почти всю флягу, почувствовал, что в меня больше не влезет, и стал отфыркиваться.

Отряд выдвинулся дальше. По дороге я услышал, как они обсуждали странность нападения, ведь вся стая нападала исключительно на меня, не только не обращая на других внимания, но и иногда мешая друг другу. Соответственно, пострадавшим оказался только я. Я же, пытаясь понять, что меня ещё смутило в этом нападении, не заметил, как уснул.

– Вырубился? – спросил Риго у Криса.

– Он много крови потерял, – ответил тот. – И так-то не боец был, а сейчас совсем ослаб.

– А ты заметил, что раны у него только на спине и затылке? – спросил Риго у Лича. – Да и целую руку несколько раз кусали, а ни царапины.

– У него рука, лицо и живот словно каменные, будто искусственные, – дополнил Крис. – При перевязке не прощупываются.

– У каждого свои секреты, не так ли, Моз? – спросил Лич и, дождавшись, когда тот подтвердит, продолжил: – Если захочет, сам расскажет. Он и так нам сильно помог в поисках.

– Неделю его лучше не тревожить, пусть выздоравливает. – сказал Риго. – А нам нужно взять взрывчатки и узнать, что там за той дверью.

– Нужно будет также взять у Винка разряжающий и плазменный артефакты, – сосредоточился Лич. – Поискать пропавшего дроида и попытаться заманить его в ловушку.


Проснулся я, когда меня перекладывали на кровать. Пожелав мне скорейшего выздоровления, отряд ушёл отчитываться к Веге, оставив приглядывать за мной Моза.

От нечего делать я стал размышлять, что пора уже прорабатывать способ, как смыться с планеты. Нейросеть у меня теперь есть. И тут до меня дошло, что меня смущало в нападении зверей. Я их не чувствовал, вообще. Попробовав смоделировать какие-либо ситуации, я понял, что всё – приплыл. Сломалась везучесть. Только бы не насовсем. Я к ней уже привык, как к наркотику. И чувствую – будет ломка. Тут я заметил, что что-то красное заморгало в углу, куда я свернул ментосеть.

Развернув, читаю, на современном русском языке, что странно, надпись: «Сканирование завершено. Обнаружены ментальные программы высокого уровня. Повреждение тела лёгкой степени. Критически низкое значение уровня благости». Причём последняя надпись выделена красным. Я сначала обратил внимание на «лёгкую степень», не понимая, что же тогда средняя и тяжёлая. Хотя ведь у меня только разрезы да царапины, и в основном на спине и ногах. А с другой стороны, нет одной руки, непонятно. Что такое благость, я не понимал, хотя слово и знакомое, но красный цвет заставил насторожиться, ведь о лёгкой степени выделено светло-жёлтым. Мысленно сосредоточившись на надписи «благость», я получил развёрнутый ответ: «Благость – это Божественное начало, определённое количество которого заложено в человеке с рождения. Данный вид энергии необходим для определения качества прохождения жизненного пути. Полная растрата благости грозит скорой смертью от несчастного случая, катастрофы, болезни или убийства, как не оправдавшей доверия личности».

Когда я понял, чем мне грозит «критически низкое значение уровня благости», то стал искать, где этот уровень и что на него влияет. По указателю я перешёл сначала на сам уровень, который был равен нулю, затем на ментальную программу под названием «Модификатор судьбы». Поняв, что это и есть моя везучесть, причём она конкретно глюканула, на почве полного нуля благости я психанул:

– Ах, ты ж ё!.. Где этот Арес? Я ему засуну…

– Что ты мне засунешь? – ехидно улыбнулся Арес. – Зачем ты так громко обо мне думаешь, причём в негативном тоне? Я тебе все условия обеспечил, подарок такой шикарный сделал, а ты в ответ чёрную неблагодарность. Нехорошо.

– Ты меня, конечно, извини, но подарок твой меня почти убил, – начал я оправдываться, поняв, что у меня получилось попасть в междумирье, хоть и таким оригинальным способом. Только вместо костра был небольшой водопад. Антагонист, однако, подумал я, и продолжил: – Ты почему не предупредил, что способность, которую ты мне дал, меня же и убивает, пусть и медленно?

– С чего ты это взял? – удивился он. – Модификатор – самая безопасная и драгоценная способность, какая только может быть. Она вместо того, чтоб ты умер, просто забирает благость за пару лет жизни и спасает твою жизнь. Согласись, это недорого и очень эффектно.

– Нифигасе недорого, тогда почему моя благость уже закончилась? – заявил я ему.

– Как это закончилась? Для этого тебя должны были попытаться убить минимум двадцать раз. Ну-ка дай я сам гляну, что у тебя не так, – попросил он и приблизил лицо, вглядываясь в мои глаза. Вдруг он отскочил, отмахиваясь появившимся в руке небольшим мечом от кого-то невидимого. – Что это?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Тебе лучше знать.

– Сейчас, подготовимся как следует и попробуем ещё раз, – сказал он и принялся медленно водить около меня руками и что-то нашёптывать. Затем опять заглянул в мои глаза. – М-да-а-а! Ты как умудрился управлять этой способностью, если в ней этого не предусмотрено? Ты же не можешь выбирать, учить или нет языки в способности Гермеса, это всегда происходит автоматически, так и тут должно быть. Есть критическая угроза – заплатил, судьба скорректирована. И вместо целой жизни тратишь лишь небольшую её часть.

– А обучение языкам к чему привязано? – спохватился я.

– К ментальному телу. Оно совсем немного потребляет, будешь много изучать – просто голова заболит, – ответил он. – Нет, я ещё понимаю, когда надо спасти свою жизнь, но применять в казино и тотализаторах, не говоря уж о поиске безделушек…

– Но я же не знал, – продолжил оправдываться я. – Хоть бы инструкцию какую оставили. А то сунули, и разбирайся сам с подарком методом тыка. Вот я и наковырял. И чего теперь делать?

– Нужно как-то разрешить эту ситуацию, – задумался он. – Кстати, способность прицепилась к чему-то в твоём подпространственном кармане, благодаря чему ты до сих пор и жив. Чего у тебя там такого необычного есть?

– Вот, – показал я артефакты Древних и Предтеч, ибо чего ещё необычнее? – Должно быть, что-то из этого.

– Откуда это у тебя? – указал он мне на артефакт, предположительно Предтеч.

– Да… попалась тут, – пожал я плечами. – В общем, нашёл.

– Давай я у тебя возьму вот эту штуку себе, – предложил он. – А за это верну тебе благость на нормальный уровень.

– Не согласен. Глючная способность – твой косяк, поэтому ты должен исправить всё бесплатно, – заявил я. – А что это такое?

– Очень жаль, – огорчился он. – Ты её всё равно применить не сможешь. Это уровень богов.

– Ну, мне есть теперь куда стремиться, – усмехнулся я. – Так что это?

– От скромности не помрёшь, – ухмыльнулся Арес. – Это накопитель, или аккумулятор благости. Вот способность к нему и прицепилась, так как у всех окружающих она уже всё вычерпала. Вон даже ко мне пыталась подключиться, хотя у неё такой функции тоже не должно быть. Похоже, тебе на всё нужно давать инструкции, чтоб не ковырял чего не положено.

– Ты хочешь сказать, у всех, с кем я контактировал, она уже всю благость вычерпала? – ужаснулся я масштабом трагедии.

– Не хочу, а говорю, и не у всех, а только у тех, с кем ты контактировал в течение последних нескольких дней, – ответил он.

– А можешь помочь восстановить благость всем, кто пострадал от меня?

– Нет. Только тебе, иначе богиня судьбы нас с тобой точно прибьёт. Она и так уже замучилась настраивать судьбы окружающих тебя людей.

– А ты сам-то сможешь мне из неё перекачать благость? – спросил я. – Желательно до того уровня, что был при нашей первой встрече?

– Я-то смогу, – успокоил он. – Но половину оставшегося – мне.

– Зачем она тебе? – удивился я. – Насколько я понял, она только для людей.

– У меня кроме тебя ещё много народу, и некоторым требуется незначительно корректировать судьбы, – пояснил он. – А для этого нужна благость.

– Хорошо, тогда четверть, – решил я поумерить аппетиты у бога Хаоса, самому ещё пригодится.

– Треть, – начал он торговаться.

– Четверть, – решил я стоять на своём. – У меня ещё с мозгом проблемы из-за ваших с Гермесом глюков. Показывает всего четыре единицы интеллекта, хотя даже у дебилов их шестьдесят. Да и нахожусь я не в том месте, где можно обучаться техническим дисциплинам, а в месте, где электроника вообще не работает.

– Я сейчас, – предупредил он и исчез. А появившись через пару секунд, сказал: – Так, с Гермесом мы всё обсудили. Действительно, это наше одновременное вмешательство так оригинально способствовало изменению твоего мозга. Мы оба хотели ускорить твоё обучение. Меры для решения твоих проблем приняли, только ты больше не вмешивайся в окружающее, иначе опять всё сорвётся. Давай сюда артефакт, буду восстанавливать тебе уровень благости. Четверть мне, как и договаривались.

– А остальные артефакты для чего? – поинтересовался я, когда он закончил колдовать надо мной и отдал «батарейку благости».

– Рано тебе ещё с такими игрушками баловаться, – предостерёг он. – Лучше убери и не прикасайся, а то доковыряешься, совок. А ещё лучше продай их кому-нибудь от проблем. Ну ты смотри, модификатор опять подключился к твоей благости. Видно, всё-таки ещё работает, только из-за сбоя срабатывать он будет только в случае крайней угрозы жизни, и управлять им ты не сможешь, как, собственно, и должно было быть. Утром будешь чувствовать себя очень плохо, поэтому отдыхай и восстанавливайся.

– А могу я своей благостью поделиться с остальными? – спросил я.

– Почаще благодари их искренне, и именно «благо – дари», а не «СПАСИ тебя БОг». Это всё, что ты сможешь сделать сейчас, но, скорее всего, не успеешь… Тебе уже пора.


Очнулся я снова в кровати. Судя по окружающей обстановке, времени прошло совсем чуть-чуть. Сначала я подумал, как сообщить всем о наступающей опасности, да и стоит ли, вдруг будут непонятно чего бояться просто так. Ведь Арес сказал, что я не успею даже поделиться благостью. Но и не предупредить я не могу. Решено, как придёт весь отряд, пошлю кого-нибудь за Вегой и расскажу ему о проблеме, он лучше знает своих людей. Дождавшись отряда, я сказал им, что мне нужно переговорить с Вегой наедине.

– Я благодарен вам всем, что вы нянчитесь со мной, – начал я сразу, когда тот пришёл. – Но я потерял свою везучесть и не смогу теперь искать артефакты.

– Ничего страшного, тебе и в лагере найдут работу, – успокоил он. – Ты уже столько нашёл, сколько некоторые отряды не находили и за всю жизнь. Кстати, нужно ночью подать сигнал на досрочный обмен на товары. Утром уже прилетят.

– Это ещё не всё, – продолжил я колоться. – Всем, кто со мной контактировал, грозит опасность внезапной насильственной или случайной смерти, и мой отряд лучше вообще из лагеря не выпускать.

– Ты пойми, здесь в любой момент каждого ждёт смерть, и все об этом знают. Тут все обречены. А бойцы больше боятся дряхлой старости, чем быстрой смерти, – горько усмехнулся он. – Не знаю, с чего ты это взял, но тут остались одни военные, не считая женщин и новичков. И если мы будем бояться каждого шороха, то перестанем уважать сами себя.

– И что, теперь ничего не делать? – нахмурился я. – Там, в бункере, осталась неисследованная дверь. Лучше туда не посылать мой отряд, или если посылать, то в команде с другими.

– Пошлём две звезды, – согласился он. – Всё равно много взрывчатки придётся тащить для вскрытия двери.

– Я завтра буду сильно болеть и не смогу никуда пойти, – предупредил я.

– Да ты оптимист, как я погляжу, – усмехнулся он. – После такой потери крови ты неделю будешь восстанавливаться. Отдыхай, ты хорошо сегодня поработал.

– Может, лучше всё же предупредить остальных? – стал настаивать я.

– Незачем им забивать мозги ерундой, – мотнул головой Вега. – Сильнее контролировать пространство они не смогут, и так уже лучше некуда, зачем их нервировать. Ты лучше подумай, чем будешь заниматься в лагере, когда поправишься. У тебя всё?

– Да, всё, что хотел, я сообщил. И ещё раз благодарю, – сказал я, и он ушёл…

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Крис, когда подошла вся команда. – Мы очень благодарны тебе за тот улов, что сегодня принесли. Мы теперь самая везучая звезда.

– Это я вам благодарен, что притащили меня, – поморщившись, оглядел я всех, чувствуя вину перед ними. – Кончилась у меня везучесть, теперь я бесполезен как сталкер.

– Ты в этом уверен? – спросил Лич.

– Более чем, – вздохнул я. – К тому же мне завтра будет очень плохо. За всё нужно платить, и за везучесть тоже.

– Нам завтра на усиление дают первую звезду, – сказал он. – Попробуем расколупать эту дверь в бункере.

– Будьте там осторожны, – не смог не предупредить я их.

– Обязательно, – кивнул Риго, – а как же иначе? Там ведь ещё где-то дроид бегает. Отдыхай давай.

Когда они ушли, я попробовал вспомнить, что я пропустил из разговора с Аресом. Точно, вспомнил: а кто сказал, что нельзя управлять изучением языков? Нужно придумать способ, как самостоятельно использовать данную способность. Пока ломал над этим голову, не заметил, как уснул.


Наутро проснулся от звуков стрельбы. Странно, благость мне вроде восстановили. Или животные на что-то другое реагируют, или, скорее, на других, нужно разобраться. Самочувствие было не просто хреновое, а архихреновое, да плюс слабость во всём теле. Значит, будем валяться.

Совсем забыл, я ведь с орихалком хотел поиграть и с «фонариком» разобраться. А лучше бы это совместить. Ага, сейчас, разбежался.

Соратники принесли завтрак и в добровольно-принудительном порядке накормили. Потом, узнав, что я сегодня вставать не буду, пошли собираться. А ведь с ментосетью можно разбираться незаметно. Пока отряд не ушёл, поковыряюсь с ней.

Для начала, что она там писала о ментомодулях? Я пока только с одним разобрался, и то проблем с ним оказалось куча. Ага, вот список. «Установленные модули: неизвестный модуль „Модификатор судьбы МК2“ (странно, раньше приставки МК2 не было), информационный модуль „Полиглот“, транспортный модуль „Подпространственный карман“, паразитический модуль „Летун 81“. Неизвестные внешние модули: „Грузчик“, „Алхимик“, „Мир“. Известные внешние модули: репликационный модуль – „Орихалк“». Что-то до фига их, что радует, будет с чем поковыряться, чувствую, будет у меня много новых «плюшек». Что самое интересное, неизвестными внешними модулями оказались те три артефакта, предположительно древних. Там, рядом с названиями, были маленькие фотки с их изображениями. Умная сеть, даже в складку залезть умудрилась.

Полазаем по подменю: «Неизвестный модуль „Модификатор судьбы МК2“. Описание: сбой при анализе структуры. Рекомендация: удалить». И в выпадающем списке только один пункт: «Удалить», и тот серый, явно неактивный.

Смотрим дальше: «Информационный модуль „Полиглот“. Описание: ускоренное обучение различным языковым формам путём подключения к соответствующему ментальному полю. Рекомендация: полностью функционален, не модифицировать». В выпадающем списке: «„Удалить“, „Отключить“, „Извлечь“, „Копировать“, „Модифицировать“». Интересно, а «удалить» и «извлечь» – это разве не одно и то же? При нажатии копирования пишет, что не указано место назначения, и списка нет, куда можно. Потом с этим разберусь. Модификацию решил пока не нажимать, вдруг чего сломаю не знаючи.

Следующий: «Транспортный модуль „Подпространственный карман“. Описание: предназначен для хранения в подпространстве в стазисе различных предметов, самодостаточен, объём 1 кубометр, занято 71 %. Рекомендация: модифицировать, причина: в данной модификации доступны работы только с малым объёмом, механизм автоматического извлечения душ не позволяет хранить живые организмы». В выпадающем списке: «„Удалить“, „Отключить“, „Извлечь“, „Копировать“, „Модифицировать“». При активации кнопки «Модифицировать» выпало подменю со списком: «„Динамический объём“, „Удалить механизм автоматического извлечения душ“, „Трансформировать в ментоинформационный карман“, „Модификации пользователя“». Это я удачно зашёл, а то напрягает малый объём складки. Заодно стало понятно, что убивало в ней. Оказывается, она автоматически извлекает души. А интересно, куда они деваются? И на фиг Гермес эту модификацию добавил, неужто знал, что она мне пригодится? Ладно, с этим потом разберёмся, а пока надо сделать так, чтобы и осталась способность убивать, и была возможность хранить живность, например прятать орихалк, он ведь живой вроде. Дилемма, однако, если я умудрюсь сделать механизм извлечения душ ручным, то во время боя не буду успевать его применять. А попробуем-ка сдедать ещё один карман простым копированием. Выбираем копирование и мысленно представляем, как один карман раздваивается. Оп-па, в подменю появился подпункт «Дублирование», есть контакт, система явно самообучаемая. Дублируем, появляется обычная шкала процесса. Пять минут – и процесс завершён. В самочувствии нет дополнительных неприятных ощущений, уже неплохо. Жаль, сдублировался пустой карман, а то в мечтах совсем уже обогатился. Это всё жадность во мне проявляется.

Теперь выбираем пустой карман и пробуем модификацию с объёмом. Появляется предупреждающая надпись: «Внимание! При данной модификации встроенного энергетического питания недостаточно для работ с объёмом, превышающим 1 кубометр, для этого будет дополнительно произведено подключение к эфирному энергетическому полю организма». Нифигасе, а я-то думал, чего это Гермес пожадничал с объёмом. А оказывается, всё просто: встроенный аккумулятор – маленький. Видно, я больше не потянул бы, хотя скопировалось же? Ладно, потом разберёмся. Подтверждаю модификацию. Очередная шкала процесса заняла уже больше времени. Небольшой дискомфорт, почти незаметный на фоне моего плохого самочувствия, быстро проходит. Идём дальше: «Удалить механизм автоматического извлечения душ». Запуск, подтверждение. Шкала процесса двигалась очень быстро, примерно с минуту, а пробежавший дискомфорт был уже сильнее. Так, дальше у нас преобразование в ментоинформацион-ный карман, насколько я понял, это что-то типа флешки. А она мне нужна? Пусть будет. В хозяйстве всё пригодится, вдруг срочно потребуется, а у меня уже есть. Сказано – сделано.

Дублирую вторую складку и делаю из неё менто-информационный карман. Процесс на этот раз длился час, но ничего неприятного я не почувствовал. Теперь не запутаться бы. Мысленно перебираю складки и даю им названия: мёртвая складка, живая складка и инфоскладка. По умолчанию буду использовать живую, а если потребуется «оружие», то переключусь на мёртвую.

Осталось посмотреть, что же это за вкладка: «Модификации пользователя». При нажатии выпала надпись: «Отсутствуют знания языка программирования ментальных модулей. В доступе отказано». И где мне эти знания брать? Может, «Полиглот» поможет? Хрен там. Тут нужен как минимум образец программы для эксперимента. Но мысль интересная, это же способ самостоятельного использования «Полиглота», а говорили – нельзя. Но так ли это, покажет только эксперимент. Здесь в принципе пока всё.

Дальше: «Паразитический модуль „Летун 81“. Описание: ментальный паразит типа лярва. Особенности: самосознание и энерговампиризм. Рекомендация: удалить, извлечь или модифицировать. В текущем виде опасен для ментальной энергетики организма». Нифигасе, это получается бес, что ли? Да нет, лярвы или бесы – астральные сущности, а тут ментальная. Ладно, глянем, чего там, в выпадающем списке: «„Удалить“, „Отключить“, „Извлечь“, „Копировать“, „Дублировать“, „Модифицировать“». Ничего нового. Активируем «Модифицировать»: трансформировать в модуль энерговампиризма типа «Упырь», трансформировать в аналитический модуль типа «Ментальный искин», трансформировать в охранный модуль типа «Симбиот»», модификации пользователя. Круто, можно аж в три «плюшки» превратить паразита эдакого. Жмём «Дублировать». Полчаса наблюдения за шкалой процесса – и в результате в голове чего-то зашумело, мысли стали путаться. Мало, подумал я, нужен ещё один дубль. И тут завертелись мысли в голове: «Надо украсть!», «Нужно убить!», «Моя!», «Я жалок!». Я чуть крышей не поехал, пока успел отключить их все, совок, блин. Как здорово, когда голова чистая от мыслей.

Но тут меня стало ломать и плющить. Я минут пять пытался понять, в чём дело, пока меня коробило, но потом всё-таки дошло, и я включил одного паразита. Вот это кайф! С-с-сука какая, а? Вот это ломка была! Это что ж получается, я подсел на ментального паразита? И как с ним справиться? Ментал ведь выше по энергетике, чем астрал, а значит, и справиться с ним будет сложнее, если вообще возможно. Ну и фиг с ним, хреново будет, попробую избавиться от него (неё?). Есть такая методика распределения боли: если что-то сильно болит, нужно создать ещё один источник боли. И организм, распараллеливая внимание, уменьшит боль в обоих местах как минимум вдвое. А пока поэкспериментируем с отключённой парой паразитов.

Первый пошёл: «жмём» менюшку «Трансформировать в охранный модуль типа „Симбиот“», везучесть кончилась, пусть охраняет, всё польза. Тут появились три надписи: «Нехватка ментальной энергии, требуется 2800 ТИк, в наличии 15 ТИк – ошибка», «Достигут максимум лимита способностей – принудительная установка не рекомендуется», «Процесс невозможен». Не понял, ну ладно энергия, согласен – дрищ. Но что за лимит такой? Кто назначил, дай-ка гляну… «Лимит способностей зависит от чистоты совести, превышение лимита приводит к деградации совести и души». Вот ни хрена себе приплыли, а я уж губу раскатал. А подробнее?

Тут появилась сводная таблица зависимости количества рекомендуемых способностей от чистоты совести:

«33 % – 1 способность.

55 % – 2 способности.

70 % – 3 способности.

80 % – 4 способности.

87 % – 5 способностей.

91 % – 6 способностей.

94 % – 7 способностей.

96 % – 21 способность.

97 % – 73 способности.

98 % – 144 способности.

99 % – нет лимита способностей.

100 % – потребность в способностях отсутствует.

Текущее состояние чистоты совести – 78 %.

Доступно способностей – 3,8.

Установлено и активировано – 3,67:

„Модификатор судьбы МК2“ – 1;

„Полиглот“ – 1;

„Подпространственный карман“ – 1 (+ 2 активные модификации) 0,67».

Подробно, ничего не скажешь. Ага, если отключить «Полиглота», то освободится одна способность. А толку-то? Энергии не хватает, нужно сталкерить, ОВД качать или ещё как внутреннюю энергию накапливать. Фиг с ним, нужно поискать ещё способ очистки совести, чего-то не хочется деградировать. Ладно, всё это потом, пока гляну, что за внешние модули такие.

«Неизвестный модуль „Грузчик“. Описание: ментальный установщик. Рекомендация: исследовать для составления описания или установки». В выпадающем списке: «„Исследовать“, „Уничтожить“». Уничтожать я ничего не буду, проще продать. Жмём на меню «Исследовать». Вылетает подменю: «„Поверхностное исследование“, „Полное исследование“». Естественно, «Полное» – и появляется предупреждение «Нехватка ментальной энергии. Требуется 125 ТИк, в наличии 15 ТИк – ошибка». Блин, ну что за непруха, столько «плюшек», а применить никак. Кто, интересно, надо мной так издевается? Или это мне мстят за читерство с везучестью? А если попробовать «Поверхностное исследование»? Не понял, процесс пошёл, и, судя по скорости шкалы, минут на пятнадцать – это бесплатно, что ли? Не верю. Где там эта ментальная энергия? А ну-ка вытащить мне индикатор на внешнюю панель, буду составлять аналог HUD панели, как в компьютерных игрушках. В правом нижнем углу появляется полоска ТИк: «14/223». Ух ты, уже четырнадцать, а было пятнадцать. Значит, просто хватило свободной энергии. Посмотрим, сколько потратится. Когда закончилось, осталось 12 единиц ТИка, значит, 3 ТИка на одно поверхностное исследование. А где результат? А, вот, изменилось название: «Гравитационный модуль „Грузчик“». Для описания и установки, видно, требуется полное исследование. Фиг с ним, пока забьём на это дело, нужен источник ментальной энергии.

Следующий: «Неизвестный модуль „Алхимик“. Описание: ментальный установщик. Рекомендация: исследовать для составления описания или установки». В выпадающем списке: «„Исследовать“, „Уничтожить“». Ничего нового, жмём на «Поверхностное исследование». Результат: «Лабораторный модуль „Алхимик“. Остаток 9 ТИк» и небольшой шум в голове, а также лёгкая усталость.

Далее: «Неизвестный модуль „Мир“». Описание, рекомендация и выпадающий список без изменений. Поверхностное исследование выдало результат: «Телепорта – ционный модуль „Мир“. Остаток 6 ТИк». Шум в голове переходит в небольшую боль, а усталость усилилась. Всё, на сегодня хватит исследований.

И оставшийся кровный братишка: «Репликационный модуль „Орихалк“. Описание: колония реплицируемых нанороботов неизвестной модификации. Неконтролируемая репликация чрезвычайно опасна для всего живого. Рекомендация: уничтожить». В выпадающем списке: «„Исследовать“, „Уничтожить“». Ого! Так вот ты какой, «полярный лис». «Почему тебя считают страшным?» – поинтересовался я у орихалка. Тот ответил недоумением и передал мне мыслеформу с изображением цветка типа ромашки. Всё понятно, мы – белые и пушистые. И тут я подумал, что если его забросить на Солнце, то ведь он сможет съесть енту звезду целиком, наверное, если не лопнет. Хотя у него ведь желудка нет. И вообще я не в курсе, как он устроен. Да и ну на фиг такие эксперименты, всё-таки братан как-никак…

Наигравшись с ментосетью, я свернул её и решил поиграть с орихалком и «фонариком», пока никого нет. Ага, так мне и дали. Такое ощущение, будто за мной наблюдают. Ко мне подошла «жена» Лича и принесла поесть. Насытившись, я, отказавшись от помощи, по стеночке сходил в туалет, а то припирало уже. Затем попросил до вечера не беспокоить. Когда остался один, принялся за разработку метода незаметного исследования «фонарика» с помощью орихалка. Ничего умнее перчатки из орихалка на правой руке мне в голову не пришло. Включая и выключая «фонарик», обнаружил, что, двигая пальцем вдоль одной из загогулин, можно регулировать радиус круга света вплоть до точки. «Как на светодиодном фонаре, – подумал я, – только ещё круче». Через некоторое время тот, помигав, погас, а орихалк мысленно поблагодарил меня за угощение. И тут я заметил, что он ещё немного подрос. Вот и ни фига се проныра. Отругав своего «братика», я попросил его вернуть половину обратно. А то как я изучать его буду? Тот, огорчившись, нехотя облепил фонарь и через несколько секунд вернулся обратно в «перчатку». Я извинился перед ним за резкость и попросил, если он вдруг обнаружит «вкусную» энергию, то прежде, чем есть её, попросить у меня разрешения, а то ещё разрядит у меня оружие или силовую броню какую-нибудь. Тот, немного подумав, согласился.

Положив в стороне «фонарик», я попробовал снова поглядеть взглядом орихалка на окружающее и минут десять пытался разобраться в мешанине цветов, звуков, а иногда и вкусов. Максимум, чего я добился, – это определение артефактов (что очень даже неплохо) в радиусе пары метров. Они отображались яркими белыми звёздочками. Но я так понял, это будет работать только для заряженных артефактов.

Решив отдохнуть от мелькавших перед глазами пятен, я снова взял в руки «фонарик». Подёргав и покрутив всё, что, возможно, представляет собой хоть какой-то манипулятор, я обхватил его рукой и представил, как включается «джедайский меч». И тут же замигала свёрнутая в углу ментосеть. Я её сразу развернул и увидел, как в центре появилась надпись: «Обнаружен внешний ментальный порт» и сноски к ней, что доступны подменю. Смотрю на выбор: «,Исследовать“, „Заблокировать“». Естественно, выбираю «Исследовать», а в результате знакомое подменю: «„Поверхностное исследование“, „Полное исследование“». Прикинув, что у меня шесть единиц ментальной энергии, а на поверхностное исследование уходит всего три, я рискнул его активировать. «МФУ детский 13», – промелькнула надпись перед тем, как я вырубился.

Глава 9

Проснувшись рано утром, я почувствовал себя немного лучше. Глянул HUD и увидел изменения в ментальной энергии: «ТИк: 218/240». Это получается, я вчера, потратив почти всю энергию, немного её прокачал? Да и сон, получается, восстанавливает ТИк. А интересно, ментальный карман хранит информацию или энергию? Только подумал, появились ещё две полоски в HUD: «Инфоскладка (ТИк: 0, Пб: 0)». Какая у меня умная нейросеть, в смысле ментосеть. Вон как, оказывается, и инфу может хранить, и энергию. А если попробовать перекачать свою энергию, скажем, ТИк в десять в инфоскладку? Только подумал – результат: «(ТИк: 208/240), (ТИк: 10, Пб: 0)». А обратно? «(ТИк: 217/240), (ТИк: 0, Пб: 0)». Довы… э-э-э… кобенивался, один ТИк потратил. Нужно срочно придумать меры по наполнению инфоскладки этими самыми ТИками. Планов много, прокачивать медленно, точно, там ведь какой-то вампирский модуль был. Быстренько перехожу и мысленно настраиваю меню так, чтобы рядом со всеми подменю указывалась цена действий в ТИках.

«Паразитический модуль „Летун 81“:

1 ТИк – удалить;

0 ТИков – отключить/включить;

21 ТИк – извлечь;

20 ТИков – копировать;

15 ТИков – дублировать.

Модифицировать:

200 ТИков – трансформировать в модуль энерговампиризма типа „Упырь“;

1600 ТИков – трансформировать в аналитический модуль типа „Ментальный искин“;

2800 ТИков – трансформировать в охранный модуль типа, Симбиот“».

Совсем другое дело, всё сразу понятно, мне как раз хватает на «Упырьский» модуль. А интересно, он какую энергию тырить умеет? Где бы инструкцию к нему надыбать? И тут появляется инфотабличка: «Модуль энерговампиризма типа „Упырь“ предназначен для извлечения из объектов ментальной энергии и передачи её пользователю и обратно, возможны модификации для остальных видов энергии с помощью других ментальных модулей». А чё так дёшево-то? А в ответ тишина. Ну, если немного подумать, то в голову приходит только одна мысль: мне оставят лишь клыки этого вампира, остальное утилизируют. Короче, запускаем процесс для одного из отключённых паразитов. Сорок минут процесса, и… тишина. «ТИк: 17/240», а где способность-то? Чего-то я её не чувствую.

Блин, совсем забыл, ведь паразит был выключенный, значит, и способность, скорее всего, выключена. Врубаю и вижу предупреждающую табличку: «Превышение лимита способностей, принудительное включение не рекомендуется. Запустить принудительно: Да/Нет». А-а-а-а-а, о деградации-то я и забыл! Нужно придумать такую кнопку-переключатель: «,Упырь“ – „Полиглот“». Переводчик-то мне сейчас не нужен. Только подумал, и сразу на HUD появилась такая кнопка. «Щёлкаем» виртуальную кнопочку – и я почувствовал что-то непонятное. Включилась, теперь нужно у кого-то потырить энергию, а то ещё утро, а у меня она уже кончается, сейчас паразит высосет остатки, и опять я вырублюсь.

Бли-и-и-ин, совесть, зараза, чего-то не даёт брать чужое, а врагов рядом не наблюдается. Надо батарейку поискать. А, точно, чего там с фонариком? «„МФУ детский 13“ (381/800 ТИк)». Не понял, он что, на ментальной энергии работает? Это что за дети такие у джоре были, если детский фонарик имеет больше энергии, чем я? МФУ, я так понял, многофункциональное устройство, аналог мультитула. Чтобы использовать на полную, нужно соответственно полное исследование, а оно стоит 125 ТИков. Берём фонарик в руку и мысленно представляем, как энергия из него перетекает в меня. Вот это кайф, почувствовал я переполнение ментальной энергии. Как бы не подсесть на неё, как на наркоту. Увидев табличку: «Переполнение встроенного хранилища ментальной энергии. Перенаправить поток в ментальный карман: Да/Нет», я перестал закачивать энергию. Нужно и в фонарике немного оставить для экспериментов. «ТИк: 241/241» во мне и «(157/800 ТИк)» в фонарике. Опять куда-то один ТИк потерялся, или это паразит съел, непонятно. Кстати, максимум ТИков опять поднялся, видимо, переизбыток тоже прокачивает внутреннее хранилище, учтём при прокачке.

Вдруг раздался шум, похоже, на улице ливень. Все проснулись. Я решил тоже встать и позавтракать. Помню, как-то в детстве после операции лежал я две недели, пока швы заживали, так после учился заново ходить. Поэтому решил до этого не доводить и расхаживаться потихонечку. Во время завтрака узнал, что вчерашний выход к бункеру прошёл без происшествий. Странно, конечно, но я рад, что у них всё прошло хорошо, хоть и не нашли ничего. Поскольку сегодня нелётный день, то я, чтобы развеяться, решил прогуляться под дождём. Минут через пять, когда проходил около дома Веги, тот вышел под навес и окликнул меня.

– Вот смотрю я на тебя и удивляюсь, – начал разговор Вега из-под навеса, когда я к нему подошёл. – Спокойно прогуливаешься на неизвестной планете под дождём, а если он кислотный?

– Да ну на фиг! – воскликнул я и, задыхаясь, забежал под навес. – А что, раньше не могли предупредить?

– Да шучу я, ты уже сколько гуляешь, а не облез, – посмеялся он. – Ты что, всему, что тебе говорят, веришь?

– Само как-то получается, – нахмурился я. – Хоть и обжигался много раз на обмане, но всё равно почему-то хочется доверять.

– Ошибся ты с опасностью для твоей звезды, – усмехнулся он. – Вчера с ними ничего не произошло, и даже по дороге не было нападений.

– Я в курсе, – кивнул я. – С такими прогнозами лучше ошибиться.

– Это тебя нужно защищать, нападения зверей в последнее время происходят у забора, со стороны дома, где ты находишься.

– Я хочу попробовать завтра, если дождя не будет, сходить к бункеру и попытаться поискать артефакты, я придумал ещё один способ искать их. Ещё мне понадобится батарейка с энергией в размере как минимум пяти зарядов фонарика для создания моей защиты, для походов и ещё пара фонариков для экспериментов, думаю, они не только фонарики.

– Что ж, похвальное рвение, с твоим появлением в лагере не только увеличилась добыча артефактов, но и уменьшились потери поисковиков практически до нуля. Ты являешься единственным сильно пострадавшим за последние дни. Поэтому я выделю тебе одну полностью заряженную батарейку, в ней вмещается в среднем около десяти зарядов фонариков. Ну и фонари, конечно.

И на некоторе время Вега скрылся в доме…

– Благодарю за доверие, – сказал я, принимая от него батарейку и фонари.

– Пользуйся на здоровье, отдача от тебя ощутимая, – похлопал он меня по плечу.

– А где вы берёте энергию для батареек? – спросил я, увидев, что в батарейке аж 30 000 ТИков, а в фонариках – по 2800.

– У хозяев есть заряжающий артефакт, – ответил он. – Мы с каждой сдачей артефактов обмениваем две-три разряженные батарейки на заряженные.

– Ещё мне нужна лопата, – предупредил я.

– Сапёрная? – уточнил он, зная, что я инвалид.

– Большая. Мне она нужна в качестве посоха и щупа.

– Оригинал ты, однако, ну, как сам знаешь, по мне, так лучше ты взял бы обычную жердь, – пошутил он. – В общем, возьмёшь у Сета. Вон он выглядывает из своего дома.

– Хорошо, пойду к нему, – кивнул я и, попрощавшись, направился к Сету…

Подойдя к его дому, увидел, что Сет меня уже встречает. Он поздравил меня с выздоровлением, а я сказал ему, что мне нужна будет на завтра большая штыковая лопата. Сет удивился, конечно, но принёс то, что я просил.

– Лови, – кинул Сет мне лопату к левой руке.

– Блин, – выругался я, так как на автомате поймал лопату той рукой, которой нет, в смысле орихалк, уловив мой рефлекс, мгновенно трансформировался в недостающую руку. Ещё один шутник на мою голову. – Ну и как, легче стало, шутник?

– Это как это? – спросил офонаревший Сет.

– Я, конечно, тоже люблю пошутить, но ты в следующий раз хорошенько подумай, прежде чем так делать, – ухмыльнулся я и тоже решил ответить шуткой. Спрятал лопату в складку, правой рукой «оторвал» левую, причём мысленно представил, для орихалка, чтобы кровавые ошмётки были в месте разрыва. А оторванную руку медленно, для эффекта, трансформировал в копию исчезнувшей лопаты. – Это фокус такой, не забивай себе голову.

– И ты говоришь, что не псион? – поразился он.

– У вас что, фокусников нет? – прищурился я. – С вашим техническим оснащением такие фокусы можно показывать – закачаешься.

– Это там, – махнул он куда-то рукой. – Но ведь здесь электроника не работает.

– Ты забыл об артефактах, – напомнил я.

– У джоре нет таких артефактов, – возразил он. – По крайней мере, из известных.

– А с чего ты взял, что это артефакт джоре? – парировал я.

– Ты хочешь сказать, пираты тебя не обыскивали? – усомнился он.

– Почему, обыскивали. Просто этот артефакт вижу только я, да и приклеен он ко мне, – улыбнулся я. – Короче, забей. Есть и есть, он защищает меня, мне этого достаточно. Пойду заряжу его.

Попрощавшись с Сетом, я пошёл к себе в дом, по пути наладив зарядку орихалка от батарейки. По моим прикидкам, он вырастет раз так в пятнадцать – двадцать. Сантиметровая броня, конечно, неплохо, но ведь он будет размером примерно с футбольный мяч и даже больше. Нужно протестировать живую складку на ком-то, чтобы прятать туда его на всякий случай…

Дойдя до дома, увидел небольшую толпу народа.

– Что случилось? По какому случаю собрание?

– Сегодня идёт дождь, все вылазки отменены, а ты обещал рассказать, как стать псионом, – напомнил Риго. – Самое время. Вот, собрались желающие послушать.

– Ну что ж, раз хотят, расскажу, – сказал я. – Самому интересно, как вы отреагируете на такую необычную информацию.

– Давай сразу практику! – воскликнул один из слушающих.

– Вы же ничего не поймёте, – возразил я ему и остальным.

– Ты дай, а мы сами разберёмся, – стал настаивать он.

– Ну хорошо, – согласился я. – Полтора часа не думать, затем выходим из тела и концентрируемся на мыслеформе.

– Это как это не думать? – офонарел вопрошавший от необычной информации. – А из тела как выходить и чем?

– Я же говорил, сразу не разберётесь, – усмехнулся я. – Ну что, начнём с теории?

– Давай, а то что-то ты больно непонятно о практике загнул, специально, наверное? – согласился он.

– Есть такое, но не совсем, после теории сами поймёте, – ответил я. – Я вот думаю, может, сначала рассказать о том, что у вас уже есть и работает, но вы этим пользоваться просто не умеете, а потом, если успею, начну рассказывать основы псионической теории и практики, там не на один день.

– Давай про то, что есть! – послышались возгласы из толпы.

– А я говорю, он псион, – сказал кто-то кому-то.

– Это кто это там меня псионом обзывает? – шуточно возмутился я.

– А чем обидно называться псионом? – спросил этот кто-то.

– Да тупые какие-то у вас псионы, хотя и сильные, – пояснил я.

– Это ты о чём? – не понял он.

– Ну, представь себе, что спортсмен умеет только быстро бегать, но совсем не хочет учиться плавать там, или прыгать, или отжиматься. Соответственно, он развит очень односторонне, то есть перекошенно, – начал объяснять я. – Вот и у псионов обычно одна способность, редко две и вообще редкость – три. Они просто не знают, что можно развивать все способности, пусть и не до больших величин, но хоть до средних. Их так научили – пользоваться тем, что лучше получается, об остальном забыть.

– Всё, понял, давай рассказывай, что там у нас такое есть, – сказал самый активный.

– У всех людей с рождения есть установленная, скажем так, псионная нейросеть, – сразу огорошил я их и, услышав начинающийся гвалт, поторопился: – И прежде чем возмущаться, подумайте, а где она может быть, ведь её результаты вы все видите довольно часто, просто не обращаете на них внимания, как на ненужную вещь.

– Даже если мы не видим, то есть учёные, которые ничего не оставляют без внимания, – сказал Крис.

– Я понимаю, вы очень верите в своих учёных, но они тоже люди, и ими тоже могут манипулировать, – парировал я. – Да и вообще, людям свойственно ошибаться.

– Ну и где же нейросеть, раз ты такой умный? – раздались выкрики от слушателей. – Да, расскажи нам, таким глупым.

– Что-то лекция у нас пошла как-то неправильно. С чего вы все взяли, что я умнее вас? – начал я исправлять ситуацию. – Когда-то мне самому эту информацию донесли, а не сам я её открыл. Да и не нужно мне верить, просто то, что я вам рассказываю, надо проверить и использовать, если получится, уже свои знания в процессе.

– Мы тебя поняли, но ты так и не сказал, где она, – напомнил Крис.

– Сейчас расскажу, только скажи, как ваши учёные объясняют такую обычную вещь, как сновидение? – спросил я его.

– Ты хочешь сказать, что нейросеть – это сон? – удивился он. – Это же просто бред, сформированный на фоне дневных переживаний.

– Офигеть, какое научное определение. Просто бред, чего там изучать, прям как наши историки. Им доказывают, что бронзу сделать намного сложнее технологически, чем железо, а без толку.

– Ну так расскажи нам свою точку зрения, а мы послушаем и сравним, – ухмыльнулся Крис.

– То, что сон формируется на основе дневных переживаний, это правильно, – начал я. – Но бред – не основа сна, а следствие нашего отсутствия контроля за мыслями. В результате беспорядочности мыслей, которые формируют наш разум, а значит, программируют его, возможны сбои и ошибки в программах разума. Вот псионная сеть и вызывает сонное состояние для исправления ошибок и упорядочивания программ. Думаю, это аварийная работа этой псионной сети.

– Вот это ты выдал! – удивлённо высказался Крис. – И что же эта сеть умеет?

– Если научитесь ею пользоваться, то сможете общаться с такими же пользователями на любом расстоянии. Есть доступ к виртуальной реальности для отработки навыков и тренировок. Есть доступ к информации псионной, или, как её называют у нас, астральной инфосети, которая позволяет также находить какие-либо пропавшие предметы или людей. Более продвинутые пользователи смогут даже физически телепортироваться в любое место по желанию.

– И это всё она может? – спросил он.

– Это то, что я узнал, но думаю, больше. Очень мало людей, исследующих данную тему, – ответил я. – Вы только не думайте, что у всех вас это получится сразу, хотя у некоторых это может и получиться, тут зависит от врождённых способностей.

– Заинтересовал, рассказывай, как этим всем пользоваться, – потребовал Крис.

– Ну хорошо. Есть такой вид снов, называется «Осознанный сон»[14]. Он представляет собой сон с частичной осознанностью, – начал я объяснение. – В нём как раз и можно частично управлять астральной нейросетью. Этот сон отличается от обычного тем, что во сне ты понимаешь, что спишь, и появляется способность управлять событиями, а не просто смотреть. Примерно как разница между голофильмом и компьютерной игрой или виртуальным симулятором. У вас есть такие?

– Конечно, на них проводят тренировки навыков и сдают экзамены пилоты или бойцы после изучения баз знаний, – кивнул Лич.

– Вот. Значит, вы теперь примерно знаете разницу между обычными снами и осознанными, – продолжил я. – Есть ещё и более продвинутый вид снов: так называемый внетелесный опыт – ВТО. Тип сна с полной осознанностью, где вместо событий сна – реальность. Его можно также использовать для разведки.

– А как в эти осознанные сны попасть? – спросил Риго.

– Ах да, что-то я увлёкся. Как понятно из названия, основой для них является осознанность, – сосредоточился я. – Попробую объяснить, что это такое. Скажем так: это внимание на текущем моменте, а не обдумывание прошлого или будущего. Его поначалу будет сложно удержать на продолжительное время, но, как говорится, тренировки и ещё раз тренировки. Это даст вам дополнительную энергию для управляемости сновидений.

– А если кто-то вообще не видит снов? – спросил кто-то.

– Это заблуждение, – ответил я. – Если вы засыпаете, значит, начинает работать псионная сеть для дефрагментации памяти. А если вы не помните не только сами сны, но и то, что вам вообще что-то снилось, значит, у вас не развита такая хитрая штука, как астральная память. Так вот, если эта память хоть немного натренирована, вы запоминаете один или два сна за ночь. Если сильно натренирована, то до десяти за ночь. Если слабо – либо не помните сам сон, либо не помните, что вообще что-то снилось. Как тренировать эту память. Нужно после каждого сна, как проснулись, сразу записывать, что приснилось, как можно подробнее, и потом, в течение дня, если возможно, дополнять, если что такое вспомните. Самое интересное, что если в течение ближайших минут не начать записывать, просто забудешь, что снилось. А ещё через час будешь думать, что вообще ничего не приснилось. Правда, это не ко всем снам относится. Есть такие сны, которые вызывают сильные переживания, например кошмары. Такие сны запоминаются за счёт энергии чувств, которые вы при этом испытывали. После того как вы сможете уверенно запоминать до десяти снов за ночь, значит, астральная память уже хорошо натренирована.

– Как запоминать, понятно, а как управлять-то? – спросил Риго.

– Самое главное в управлении – осознанность, – продолжил я объяснять. – Если она у вас хорошо прокачана, то спонтанно некоторые сны сделает осознанными. А ещё есть такое упражнение, как «проверка реальности», оно представляет собой проверку реальности на подлинность, то есть снится вам то, что вы сейчас видите, или это реальность.

– Так это же и так понятно, – пожал плечами Лич.

– Вот тут ты ошибаешься. Во сне ты можешь даже летать сквозь звезду, в космосе, без скафандра и при этом будешь считать это нормальным, а после, когда проснёшься, поймёшь, что это был просто сон и вообще чушь. Хотя это была просто симуляция альтернативной реальности. Так вот, попробуйте проанализировать, что вы видите, на предмет реальности, затем попробуйте вспомнить, что происходило некоторое время назад. Либо придумайте что-то необычное, например мысленно отрезать кусок видимого изображения и сдвинуть либо мысленно взлететь. И периодически, как можно чаще, проделывать такие проверки в течение дня. И в итоге у вас выработается рефлекс проверки реальности, который сработает и во сне. Так вот, поняв, что вы видите сон, то есть осознав себя во сне, вы можете им управлять. Вы должны учитывать, что в астрале, то есть во сне, любая мысль мгновенно реализуется. А значит, что бы вы ни придумали, то и произойдёт. Так можно создавать любые ситуации и тренироваться в них, так называемая виртуальная реальность. Кстати, время в астральной реальности может идти быстрее и медленнее реального, как управлять этим, я не знаю, но как-то можно. Узнавая новую информацию, нужно обязательно перепроверять, так как есть вероятность получить желаемое вместо действительного.

– В смысле? – не понял Моз.

– Например, возьмём поиск артефактов, чем мы в основном и занимаемся. После того как мы осознали себя во сне, мы думаем или желаем оказаться в не слишком далёком месте, где валяются ненайденные артефакты. Затем нам нужно обернуться или моргнуть, то есть сменить картинку, и мы окажемся в нужном месте. Останется запомнить место и потом перепроверить его в реальности. Так же можно искать пропавших людей, любые вещи или просто виртуально путешествовать. Можно и толпой, но тут нужно, чтобы все участвующие умели осознавать себя во сне. Так же можно и общаться, и расстояние тут не помеха.

– Ты что-то упоминал о телепорте… – напомнил Риго.

– На словах я могу объяснить просто, хотя сам ни разу не пробовал, – стал объяснять я. – Думаю, тут нужно очень много внутренней псионной энергии. Так вот, когда ты во сне переместился туда, куда тебе нужно телепортироваться, то пытаешься проснуться в этом новом месте. Если энергии хватит, тело автоматически перенесётся туда вслед за сознанием. Во сне также можно учиться пользоваться псионическими способностями, и при накоплении энергии у вас это будет получаться и в реальности. Таким образом, сны являются ключом к любым магическим или псионическим способностям. Кстати, более прокачанная осознанность позволяет управлять несколькими вниманиями, например физическим телом, и гулять по астралу одновременно. Или несколькими по нескольким астралам сразу. Ну, тут информация непроверенная, просто так, для рассуждений о возможностях.

– А что такое этот астрал? – спросил Крис.

– Непростой вопрос. Для этого нужно рассказать устройство мира и души, а это разговор не на один день. Вкратце могу пояснить так: это параллельная реальность, доступ к которой даёт как раз и та псионная сеть, о которой я сегодня рассказывал. Таких реальностей несколько, и к каждой доступ осуществляется по-своему, но это я расскажу как-нибудь позже, как будет время.

– Ты упоминал о душе, а религия-то тут при чём? – не понял Моз.

– Термин «душа», конечно, из религии, но полностью отражает суть, поэтому его менять не стали. Есть аналог – «разум», но он лишь часть души, если знать, как она устроена. Повторюсь, тема большая, не на один день.

– Ты хочешь сказать, мы думаем не мозгом? – прищурился Крис.

– Конечно, – ответил я. – Мозг является приёмопередающим устройством для связи души и тела, а само тело – что-то типа скафандра для комфортного нахождения в этой реальности. В том же астрале или сне мы находимся вне физического тела.

– Ты же говорил, астрал – виртуальный.

– Это по сравнению с нашей реальностью он виртуальный, так как там можно сконструировать с помощью мысли хоть целую вселенную, как в каком-либо компьютерном редакторе. Там физика совсем другая, и она поддаётся манипулированию нашим разумом. В общем, это надо прочувствовать и проверить на собственном опыте, словами сложно описать. А насчёт души, её могли осознать военные, у которых была клиническая смерть, – и они могли увидеть своё тело снаружи. Это экстремальный вариант внетелесного опыта.

– Я сам не видел, но мне рассказывали сослуживцы, что-то такое есть, – призадумался Риго.

– Кстати, эти знания, что я вам даю, тоже нужно вам самим проверять на практике, – предупредил я. – Привыкайте всё подвергать сомнению, так легче будет перепрограммировать себя при появлении новой информации… Думаю, на сегодня хватит, уже вечереет. Пробуйте для начала управляемые сновидения, тем, кому это удастся, гарантирую незабываемые ощущения…

Мы распрощались и разошлись, я поужинал и перед сном надумал заняться фонариками и орихалком. Заглянул под подушку, куда я его сунул, а она аж приподнялась от раздувшегося орихалка. Судя по тихому счастливому эмоциональному фону, орихалк, объевшись, уснул, что совершенно невероятно. Я думал, сон свойствен только человеку. Или я совершенно не разбираюсь в жизни минералов, что скорее всего, или орихалк заразился от меня человечностью. Размером он стал немного больше футбольного мяча, усвоив больше двух третей батарейки. Я аккуратно отсоединил батарейку, снова накрыл орихалка подушкой, оставив его в покое, и вплотную занялся фонариками.

Оставшуюся в батарейке энергию (9622/30 000 ТИк) перекачал в инфоскладку, чтобы было что тратить на исследование. На это, судя по скорости перекачивания, должно уйти несколько часов. Чтобы не терять время, я мысленно обхватил батарейку покалеченной рукой, которая тоже неплохо перекачивает энергию, а правую стал использовать для исследования фонариков. Оба полноразмерных фонарика были неодинаковые, что давало почву для разносторонних исследований. Первый был с большим количеством разных непонятных выпуклостей и завитушек. После поверхностного исследования я получил сообщение: «„Инженерное МФУ“, для полного исследования требуется подключение к внутреннему порту устройства». Сосредоточившись на этом МФУ, мысленно представляю, что как бы проводом подключаюсь к нему. Вдруг вылетела табличка: «Введите пароль». М-да-а-а-а… это не детский, тут всё серьёзно с доступом к личным инструментам. Прикалываюсь, и набираю «111». И соответственно, получаю ответ: «Пароль не верен, в доступе отказано», – и пропала табличка с набором пароля. Что и требовалось доказать, не дураки безопасностью занимались, брутфорс[15] тут не прокатит. Откладываем этот МФУ в сторону, раз тут облом, и берём следующий. Его поверхностное исследование выдало: «Офицерский МФУ». Что-то я сомневаюсь, что военные ограничатся одним паролем. Ну-у-у… посмотрим на систему безопасности джоре, чем они там удивят меня. И только я захотел представить подключение к нему, как почувствовал буквально охватывающий меня ужас и чуть не выкинул этот МФУ, но переборол себя и просто отпустил его, и он упал на одеяло моей кровати. Также отметил мельком промелькнувшее сообщение: «Генетическое несоответствие пользователя».

Ну что я могу резюмировать из этих двух неудачных экспериментов? Во-первых – это всё-таки не только фонарики, во-вторых – различная специализация МФУ, что ведёт за собой, скорее всего, различное количество инструментов, в-третьих – на взрослых фонариках стоит серьёзная защита, а на военных вообще может убить, и в-четвёртых – моя везучесть всё-таки работает, хотя только в крайне опасных для жизни ситуациях. На всякий случай я попробовал мысленно взять фонарик в руку и включить. Не почувствовав угрозу, взял второй. Хорошо, они не сломались, а то не знаю, как отмазываться перед Вегой. Ну и напоследок решил полностью исследовать детский МФУ, ведь к нему я подключился без пароля. Почти час исследования – и таблица результата: «МФУ детский 13 (157/800 ТИк)

Режимы работы:

фонарь (5 ТИков в час) – доступен всегда; зонт (5ТИков в час) – доступен при подключении к порту;

ложка (1 ТИк в час) – доступен при подключении к порту;

нож (5 ТИков в час) – для доступа требуется изученная база знаний по технике безопасности;

лопата (10 ТИков в час) – для доступа требуется изученная база знаний по технике безопасности;

щит (100 ТИков в час) – доступен при подключении к порту;

меч (200 ТИков в час) – для доступа требуется изученная фехтовальная база знаний;

творческий – для доступа требуется изученная база знаний программирования МФУ».

Двойственное чувство от этого исследования – и радость, что я был прав, и досада оттого, что большинство режимов недоступно. Естественно, я сразу попробовал доступные режимы, потратив один ТИк. И ложка, и зонт, и щит являются разновидностями силового щита. В моём представлении силовой щит – это нечто полупрозрачное и светящееся. Здесь же – тёмное, немного прозрачное, слегка мягкое на ощупь поле. Ложка – в виде обычной ложки, зонт и щит – в виде линзы полутораметрового диаметра, только щит меняет положение в зависимости от положения модуля МФУ, а зонт всегда висит над тобой.

Так, с этим разобрались, детский МФУ – в складку, остальные – под подушку, завтра отдам обратно Веге.

Мысли сразу стали разбегаться в мечтах, что можно обнаружить в других артефактах, только времени на это потребуется много, да и энергии на это надо уйму и нервов, учитывая опасность военных артефактов. Спать, что ли, завалиться, вроде всё сделал, что хотел. Только мысли разогнались при исследовании, и вряд ли я быстро усну, да и энергию из батарейки осталось качать часика полтора.

Бли-и-ин, совсем забыл, у меня же остались неисследованными три неизвестных внешних ментальных модуля. Энергия есть, запускаю процесс на все три – и в результате:

«Готовые к установке внешние ментальные модули: гравитационный модуль „Грузчик 5000“. Предназначен для манипуляций с гравитационными полями с помощью ментальной энергии. Установка – 8000 ТИков;

лабораторный модуль „Алхимик 1“. Предназначен для трансформации материи в эфирную энергию и наоборот с помощью ментальной энергии. Установка – 96 000 ТИков;

телепортационный модуль „Мир 314“. Предназначен для перехода между мирами и слоями миров с помощью ментальной энергии. Установка 26 700 000 ТИков».

«Шок – это по-нашему», – вспомнился мне рекламный девиз. Ну почему это дурацкое ограничение на использование способностей! ГЦас бы я ух! А не! Где я столько ТИков надыбаю? Хватит только на «Грузчика». А что, если повторить фишку с переключателем, аналогичную «,Упырь“ —,Полиглот“»? Так, отключаем обе способности для снятия ограничений на ещё одну способность. Теперь запускаем установку и видим: «Поднесите внешний модуль к солнечному сплетению и держите там до окончания установки». И приведена фотография модуля. Тормозить тогда не будем, энергии на установку «Грузчика» хватает, а в качестве техники безопасности такого неизвестного фактора, как установка необычного модуля, будет способность «Модификатор судьбы МК2». Пять минут на настройку использования инфоскладки для питания установки и ещё десять – на установку. Затем настроил переключатель на три способности: «,Упырь“ – „Полиглот“ – „Грузчик“». Испытание «Грузчика» я решил оставить на потом, что-то уже в сон потянуло. Надо слушать свой организм, он знает, что ему нужнее, а значит, пора спать, но перед сном перекачиваю свои ТИки в складку, оставив единичку ТИка. Перед тем как вырубиться, вижу: «Инфоскладка (ТИк: 1337, Пб: 0)».

* * *

Утром я почувствовал себя очень даже неплохо, слабости практически не ощущалось. Я сначала не понял, из-за чего это, если бы не радостная эмоция, переданная мне от орихалка, который за ночь умудрился облепить всего меня. Видимо, он за счёт своей энергии немного подлечил меня – классная фишка. Я мысленно поблагодарил его, и его ответ подтвердил, что моё самочувствие – его «рук» (?) дело. Тут он попросил у меня разрешения съесть энергию обоих фонариков, что я оставил под подушкой. Я, подумав, разрешил. Скажу Веге, что исследовал, пока было возможно, а куда делась энергия – не важно, пусть сам додумывает, если спросит, скажу – на мою защиту, ведь орихалк меня защищает. Заодно я перераспределил орихалка поменьше – на кисть руки, голову, ступни, а потолще – в остальных местах, а то толстые пальцы и лицо – очень заметны, да и толстые ступни не дадут налезть обуви. Пока я это обдумывал, орихалк уже усвоил всю энергию из обоих МФУ. Круто у него возросла скорость поглощения энергии, ну и кто теперь «Упырь»? Короче, яблоко от яблони… и так далее, братан как-никак.

Мой максимум ТИка снова повысился, и на этот раз очень существенно (ТИк: 301/346), теперь перед сном всегда буду скачивать до единички, до нуля стрёмно.

Погода наладилась, а это значит, надо собираться на поиски. За завтраком обрадовал свою звезду, что иду сегодня с ними. Они сначала завозмущались, но, увидев, что я уже не покачиваюсь при ходьбе и выгляжу очень даже неплохо, согласились, особенно узнав, что с Вегой я уже всё согласовал. Пока все собирались, я дошёл до Веги и отдал ему оба фонарика, рассказав вкратце, что это инженерный и офицерский МФУ и исследования их могут быть опасными, но использовать в качестве фонариков – безопасно. Тот пожурил меня за риск опасных исследований и познакомил с двумя бойцами, которых он приставляет лично для моей охраны. Я не стал отказываться, в толпе веселее. Попрощавшись с Вегой, я пошёл обратно радовать звезду пополнением.

Вышли мы к бункеру, по моей просьбе, по другой дороге, из-за чего путь занял почти три часа. Я сначала тыкал в землю черенком лопаты из орихалка и, анализируя его зрение, пытался определить скрытые в земле артефакты. И на пятом тычке ментальная сеть выдала надпись: «Включить сканер ментальной энергии? Да/ Нет». Чё за фигня? Предупредив звезду сталкеров, что необходимо остановиться, я разобрался, что сканер работает в трёх режимах:

«Постоянный микроимпульс – радиус 2 метра 10 ТИков в час.

Слабый импульс – радиус 30 метров 20 ТИков.

Сильный импульс – радиус 800 метров 180 ТИков».

Попробовав слабый импульс, я увидел недалеко, под деревом небольшое свечение. Это светились люди, причём очень тускло, я предположил – из-за слабого ментального поля. Кстати, после импульса засветки не исчезали, а запоминались нейросетью, удобное дополнение. И ещё, я так понял, это не способность, а режим работы ментальной сети, что радует. Я попросил Лича покопаться в месте засветки, глубина была небольшая, примерно тридцать сантиметров. Оказалась батарейка с одной десятой заряда, и к ней подключён неизвестный артефакт. Убедившись, что штука не только рабочая, но и классная, я перекачал заряд себе в инфоскладку и включил постоянный микроимпульсный режим. А на ходу периодически активировал слабый импульс.

По дороге до бункера мы нашли ещё пару артефактов.

В бункере же за дверью находился коридор, который через двадцать метров начал уходить под уклон и был залит водой. Лич объяснил, что в воду они нырять не стали, так как там могут быть не только подводные дроиды, но и опасные твари, которых на планете очень много. Я попробовал слабый импульс и обнаружил, что в пределах радиуса сканирования показались какие-то щупальцы (по крайней мере, очень похоже). Зайдя чуть-чуть в воду, я повторил импульс и увидел, что щупальцы стали приближаться. Тогда я предупредил остальных, что нужно срочно эвакуироваться, и сам поспешил к выходу. Меня послушались почти сразу, хотя и недоумевали, что за причина. Дойдя до раскуроченной двери, я посветил в поспешно оставленный коридор, и все увидели вылезающие щупальца, похожие на осьминожьи, почему-то всего три. Прикинув, что эта тварь может вдруг вылезти из воды, и не факт, что мы её одолеем, мы быстренько покинули бункер.

Поняв, что здесь нам лучше не светиться, обратно мы решили идти по новой дороге, вернее, сделать крюк и зайти на поляну к первой звезде, которая была самая продуктивная, до меня. По пути ничего не нашли, хотя я уже раскатал губу на кучу сокровищ (правда, часть артефактов наверняка полностью разряжена и не фонит в ментальном диапазоне, что очень жаль). Кстати, Риго меня предупредил, что возможны конфликты, ведь не принято звёздам заходить на территорию поисков других звёзд. На что я ответил, что сам поговорю с ними, и если они будут против нашей помощи, то мы просто уйдём по их тропе, ведь на ней-то они не ищут артефакты. Со мной согласились.

На поляне нас встретили настороженно и угрюмо. Но тут один из первой звезды, Нор, поблагодарил меня за лекцию о снах и рассказал, как он во сне посетил жену на родной планете, и сообщил, что у него через полгода, как его похитили, родился сын и что его очень ждут дома. На что я ответил, что то, что он побывал дома, это, конечно, хорошо, но нужно не забывать, что астрал – всё-таки виртуальная среда и иногда выдаёт желаемое за действительное, поэтому нужны проверки. Пожелав ему дальнейших успехов в исследовании астрала, я познакомился с остальными поисковиками: Фарт – глава отряда, Муф – боец, Боч и Белья. Когда назвали главу отряда, я заулыбался и объяснил, что на одном из сленгов моей родины это имя обозначает сильное везение.

Затем я спросил, не нужна ли им моя помощь, причём мы не претендуем на их артефакты, просто если они – самый везучий отряд, то и на поляне можно найти много артефактов, я просто потренируюсь в поисках, а они побыстрее найдут их. Они решили попробовать, раз я не требую с них долю за ускорение поиска. Да и им самим было интересно, как я ищу артефакты.

Поляна была в диаметре метров четыреста и довольно ровная. Прикинул, что на ней применить сильный импульс выгодно как по времени, так и энергетически. Хотя, побегав в микроимпульсном режиме, энергетически выгоднее, но очень долго. В итоге я встал в центр и, восполнив свой запас ТИков из ментоскладки, активировал сильный импульс. Вот это да!.. На глубине, метрах в пятистах, я даже некоторых тварей обнаружил – видно, какие-то пустоты там или пещеры. А увидев, что на поляне двадцать четыре артефакта и вокруг ещё семь, сообщил присутствующим, что первая звезда действительно фартовая – тридцать с лишним артефактов! Но их нужно проверить.

Для начала достать те, которые на поверхности или неглубоко, таких пятнадцать, причём два – не артефакты. Пока их извлекали, я исследовал неартефактные источники. Первый оказался растением, ядовитым, и я «забрал» у него половину энергии. А вот вторым была какая-то аномалия, а так как она висела примерно в полуметре от земли, её никто не видел. Я решил разобраться с ней позже, а пока набрал палочек, пометил остальные артефакты для раскопок и сказал, на какой глубине каждый находится.

Пока их откапывали, я попробовал вытянуть энергию из висящей аномалии, и мне это удалось, правда, медленно, так как при увеличении скорости мне становилось плохо, видно, не прокачан канал передачи энергии. За полчаса закачав всего тысячу ТИков, я подумал подключить к этой задаче орихалка: половину он съедает, половину передаёт в мою складку. При подключении орихалка к складке ментосеть выдала предупреждение о несанкционированном подключении к ресурсам организма. Давно ли это способность стала ресурсом, непонятно, но я разрешил подключение, и в результате аномалия пропала, а моя складка пополнилась ещё на 15 000 ТИков. Силён братан, не только ускоренно выжрал аномалию, но и умудрился быстро передать энергию в мою складку.

Когда закончились поверхностные раскопки, я обрадовал первую звезду, что указал только те артефакты, которые были с энергией, и, вполне возможно, здесь ещё могут найтись и разряженные.

Но сейчас мы уже все засобирались домой, так как было хорошо за полдень.

На обратном пути я сканировал в том же режиме: микроимпульсы плюс изредка слабый импульс. По пути мне попалась мелкая зверюшка, которая попыталась укусить меня за ногу, но так как я был покрыт орихалком, то у неё это не вышло. Я взял её в руку, и, хотя Риго, испугавшись, хотел её выбить у меня, я, увернувшись, успокоил его, показав, что мне ничего не угрожает. Мелкая живность, похожая на крупную мышь или мелкую крысу, скреблась и кусалась, вернее, пыталась. Лич предупредил, что она очень опасная, так как ядовитая. Я решил провести над ней три эксперимента. Первый: я включил «Полиглота» и попытался понять, что она пищит, и мне это удалось, хотя и не понравилось. Я услышал такие слова, как «враг», «убить», «опасность». Попытавшись с ней поговорить, понял, что это не только бесполезно, но и опасно, так как она, услышав, что я говорю на её языке, постаралась вырваться, и ей почти это удалось. Крис поинтересовался, откуда я знаю язык зверей, на что я отшутился, что просто попытался повторить то, что она пищала, но не получилось, видимо, или обозвал её, или что-то неправильно пропищал, вот она и взбеленилась. Я обратно переключился на «Упыря» и перекачал две трети энергии от неё к себе (всего десять ТИков). Смотри-ка, уже не так весело шебуршится. Освободив ладонь от орихалка, «мигнул» в живую складку. Внешне ничего не изменилось, значит, можно туда прятать орихалка, что здорово. Ну и под конец я хотел уже «мигнуть» мёртвой складкой, но решил не губить невольного испытателя моего нового кармана. Я просто выкачал ментальную энергию до трех ТИков, благодаря чему зверюшка стала совсем вялой, и я выкинул её.

Больше ничего интересного за дорогу не произошло. Я нашёл всего один артефакт, что меня немного расстроило – начинаю наглеть, а это плохо.

Когда мы вернулись, то пошли, как обычно, на доклад к Веге. Тот, выслушав обоих глав звёзд, похвалил всех за ударную работу, но сразу понял, кто помог первой звезде, правда, не стал заострять на этом внимание и отпустил всех по домам, оставив меня явно для серьёзного разговора, так как остался и Сет.

– Сегодня вне срока прилетал шаттл, – сказал Вега. – Предлагал за сотню артефактов вывезти всех.

– Я так понял, ты сослался, что артефактов нашли ещё очень мало? – уточнил я.

– Естественно, – кивнул Сет. – Ведь можно забрать артефакты и всех пустить в расход. Кто нас тут искать будет?

– Удивительно, что потом они были согласны на любое количество, – продолжил Вега. – Но я отказался, и они улетели, очень разозлившись, хоть ничего нам и не сделали.

– Ясно, они решили сворачиваться, – подвёл я итог. – Или их будут вышибать конкуренты, или они продали это место кому-то ещё.

– Пусть ты и не признаёшься, что псион, но явно очень спокоен потому, что на что-то надеешься. Я прав? – спросил меня Сет.

– Да, ты прав, я не просто надеюсь, а практически уверен, что меня отсюда вытащат, – ответил я. – Насчёт вас – не знаю, но меня вытащат обязательно.

– Не буду допытываться в причине твоей уверенности, у каждого свои секреты, но, может, ты придумаешь, как уговорить тех, кто прилетит за тобой? – сказал Вега.

– Я подумаю, – кивнул я. – Уже есть несколько вариантов возможного разговора…

Перед сном я решил потестировать «Грузчика». Так как в моём представлении гравитация и левитация где-то рядом, я для начала попробовал полевитировать своим детским фонариком. Как это, оказывается, здорово – самому мысленно перемещать по воздуху предметы! Натуральная магия, я ж теперь, по их, настоящий псион! Я крут! У меня появилась очень эффектная способность. Как бы мне не загордиться. Теперь проверим на более крупном объекте, на себе, любимом: хочу летать, аки птица, чтоб вообще супер всё было. Увидев, что ТИк быстро снижается, а я не взлетаю, хотя и почувствовал лёгкость, я понял, что много мне не поднять, «силенок» вроде как не хватает. Я попытался придумать способ, как рассчитать мою грузоподъёмность, и вдруг выскочила табличка: «Максимальная эффективная грузоподъёмность равна 1/10 максимума личных ТИков (34,6 кг)».

– Твою дивизию, – вырвалось у меня.

Ну правильно, какой дурак будет читать инструкцию, если есть метод научного тыка. Моя ментосеть и то в шоке от меня, вон, по-всякому мне помогает, такому ущербному. Щас прям расплачусь. Шутка: чтоб такой циник, как я, да заплакал – ага, разбежались. Короче, почитав инструкцию, я понял, что можно не только поднимать предметы, но и увеличивать их вес, а также манипулировать гравитацией в произвольном месте в пределах той же 1/10 максимума личных ТИков, то есть на 34,6 м. Время работы при оптимальной загрузке – где-то час за максимум ТИков. Причём обмануть, подключив складку, тут не удастся, а жаль, придётся прокачивать личный максимум ТИков и делать много перерывов с перекачкой из складки. Кстати, а ведь форма и вектор гравитационного воздействия тоже произвольны, а это позволяет создавать невидимое холодное оружие неслабого веса.

Ну вот, опять из крутой фишки сделал оружие, что-то меня не туда всё тянет. Пора, наверное, баиньки, пока не до ОС, будем прокачивать максимум ТИков, а с минимумом энергии сны вряд ли запомню…

Проснулся глубокой ночью, почувствовав сильную опасность. Доверившись «Модификатору судьбы», я вскочил и побежал из посёлка, крича:

– Всем срочно покинуть посёлок! Убегайте и прячьтесь! – и так далее.

Пока бежал, распределил и по телу орихалка в качестве основной защиты. Я не понимал, чего конкретно бояться, только чувствовал, что надо быть как можно дальше от посёлка, чтобы выжить. Ворота открывать долго, поэтому я взбежал по лесенке на стену и спрыгнул с той стороны. Пробежав всего метров сто, увидел отсвет вспышки за спиной и сразу почувствовал удар в спину, слабо скомпенсированный орихалком. Пролетев некоторое расстояние из-за ударной волны, я понял, что просто он не смог всё поглотить или смягчить. Врезавшись в кустарник, который меня притормозил, я поднялся и, еле сдерживая слёзы, попытался понять: за что уничтожать столько людей, которые всё равно ничего не могут сделать…

Очнувшись утром в своей кровати, я понял, что это был просто сон. А ведь и верно: слёзы – это не моё, я перегорел в своё время. Но какой реалистичный, почти осознанный по ощущениям. Судя по смыслу, он вещий, а это что-то новенькое, мне вещие сны ни разу не снились. А раз меня, пусть и таким необычным образом, предупредили и я понял, что это действительно предупреждение, то нужно соответственно среагировать.

На завтраке я сказал остальным, что сегодня никуда не идём, так как у нас проблемы и я сейчас пойду решать их к Веге. Отговорив всех идти со мной, пообещал, что, как вернусь, всё расскажу.

Придя к Веге, увидел, что он беседует с Сетом – то, что мне и надо.

– Это хорошо, что вы оба здесь. Я придумал способ вас всех вытащить отсюда, – сразу заявил я им. – И вы оба мне нужны, чтобы показать, как я это сделаю.

– Интересно глянуть, что это может такое быть, – насторожился Вега.

– Сейчас я применю один артефакт на Веге, а ты, Сет, расскажешь потом, что с ним происходило, а то он не поймёт, – предупредил я и, засунув руку в карман робы, достал аккумулятор благости: нужно было как-то обосновать суперспособность, почему бы не артефактом предтеч? – Позже объясню почему… Вега, подойди ко мне, а ты, Сет, смотри внимательнее, – сказал я и, поднеся артефакт к груди Веги, одновременно астральной(?) частью покалеченной руки дотронулся до него и спрятал его в живую складку.

– И куда он делся? – возбуждённо спросил Сет. – Он уже в Содружестве?

– Какой ты резкий, – посетовал я. – Через минуту верну его и объясню, как собрался вас всех отсюда вытаскивать… – И через минуту, когда вернул Вегу, спросил у него: – Ты что-нибудь понял? – Причём сделал это приблизительно с теми же жестами, чтобы он ничего не понял, если там на самом деле стазис.

– А разве ты уже что-то сделал? – удивился он. – Я ничего не заметил.

– Ты исчез на целую минуту! – воскликнул Сет, вновь возбудившись. И уже мне: – Так ты хочешь нас всех спрятать в артефакт и выпустить в Содружестве?

– Ничего более эффективного придумать не могу, – пожал я плечами.

– А почему я ничего не увидел и не почувствовал? – спросил Вега.

– Там что-то типа стазиса поля, или просто время не идёт, – попробовал я объяснить. – Короче, сколько бы вы там ни просидели, для вас пройдёт всего один миг.

– А мы все туда поместимся? – поинтересовался Вега.

– Должны, и даже с вещами, но по очереди, – предупредил я.

– Не жалеешь, что открылся? – прищурился он. – Все ведь увидят такой ценный артефакт, и за тобой потом будет охота.

– Другого выхода не вижу, – вздохнул я. – Меня предупредили, что ночью посёлок уничтожат орбитальным ударом.

– Серьёзное заявление, не буду спрашивать, откуда информация, – нахмурился Вега.

– К тому же если перемещаемый будет стоять ко мне спиной, то он и не увидит артефакт, – добавил я.

– Хитро придумал. Сет, пробегись и отмени выходы звёзд, а к вечеру должна подойти четвёртая, она на дальнем выходе.

– Вы тогда до вечера подготовьтесь к эвакуации и остальных предупредите, упакуйте вещи, что возьмёте с собой, только не берите сильно громоздкие. А я пойду подготовлю свою звезду…

Я сказал своему отряду, что будет проводиться срочная эвакуация с планеты и у них времени – максимум до вечера, чтоб собрать вещи. Крупногабаритные лучше не брать, могут не влезть, – на всякий случай ограничил я их в объёме. Ещё сам не знаю, как скажется на мне переброска в складку таких объёмов, хотя, перекидывая Вегу, я ничего не почувствовал, но, может, при превышении разово кубометра буду что-то чувствовать.

А дальше началась суматоха, переселение целого лагеря, да ещё так срочно… это что-то. Но как бы то ни было, к обеду уже все сидели на баулах и узлах со скарбом, готовые к эвакуации. Мы с Вегой решили, что лучше нам втроём, с Сетом, дожидаться четвёртую группу, а всех спрятать в артефакт. Для этого я расположился в доме Веги, куда все заходили по одному, как говорится, с вещами, и перемещал сначала его самого, затем его вещи. Потом звал следующего. После того как всех спрятал, осталось ждать вечера. Сильной усталости я не заметил, да и трата в четырнадцать ТИков, думаю работа паразита, как раз укладывается в темпы потребления.

– Вот. Здесь почти четыреста артефактов, – сказал Вега, когда они с Сетом принесли шесть больших сумок в дом. – Это тебе за то, что доставишь нас всех в Содружество.

– Не доверяешь, – усмехнулся я.

– Раз ты так лихо орудуешь своим артефактом, то ничто не мешает тебе избавиться от нас, завладев артефактами, – внёс он долю сомнения. – А так я отдаю тебе все наши артефакты, и, может, ты в благодарность высадишь нас где-нибудь в Содружестве или в нейтральных пограничных государствах с космопортом, а дальше мы сами.

– Да я вообще хотел вас бесплатно и вместе с артефактами доставить, только тут есть одна проблема… – нахмурился я.

– Какая тут может быть проблема?! – возмутился Сет.

– Все ваши проблемы, я имею в виду предстоящий орбитальный удар, из-за меня, вернее, из-за моей способности везучести, – попытался объяснить я.

– А при чём тут твоя везучесть? – не понял Вега. – Ты же сказал, она больше не работает.

– Она сломалась из-за того, что высосалась не только у меня, но и у вас всех, – продолжил колоться я. – Себе-то везучесть я восстановил, а вот вам могу восстановить только одним способом: я должен вам всем сильно задолжать, остальное сделает закон кармы, или судьбы, не знаю, как он у вас называется. Иначе после того, как я вас выпущу, у всех вас будут внезапные неприятности или вообще смерти. И как ещё мне решить эту проблему, я не знаю.

– А о законах судьбы ты сейчас говорил – это из той псионной теории, что ты нам потом собирался рассказать? – спросил Сет.

– Сечёшь. В смысле правильно всё понял, – поправился я под недоумённым взглядом обоих. И, доставая заряженную батарейку из одного из баулов, поинтересовался: – Я вот тут подумал, вы охранные артефакты и ночные фонари тоже поснимали? Может, оружие какое приготовить на всякий случай?

– Ты прав, мы настолько привыкли к тому, что они должны оставаться на своих местах, что просто забыли о них, – подтвердил мою догадку Вега. – Сейчас сбегаем и снимем их все, а также приготовим ружья.

– А я пока перемещу сумки с артефактами и подожду вас здесь, – сказал я. – Всё равно не знаю всего расположения артефактов…

За то время, что они ходили, я заодно убрал ограничение на объём с мёртвой складки, давно хотел. Параллельно с этим перекачал 5000 ТИков в инфоскладку и спрятал в живую складку батарейку, потом остатки перелью. Вроде начинает вечереть, скоро должны подойти последние переселенцы, а чего дальше делать, я так и не придумал. Ну, из посёлка нужно тикать – это однозначно. А дальше-то что? Сидеть и ждать? Видимо, так и придётся делать. Арес ведь предупреждал: сидеть и не мешать. Значит, буду ждать, но снаружи, так, на всякий.

Прибежали Вега и Сет с тремя сумками, в одной были оставшиеся артефакты, в остальных – их личные вещи. Вега сообщил, что они услышали выстрелы и крики с той стороны, откуда должна прийти четвёртая звезда. Я им сказал, что, похоже, начинаются проблемы, о которых я предупреждал. Так как они были уже вооружены, я быстро переместил сумки в складку и, на всякий случай спрятав руку в карман, артефакт, чтобы не потерять в спешке. Потом мы быстро пошли к воротам, и я залез по лестнице на стену для лучшего обзора. Толщину орихалковой брони я немного увеличил на голове и кисти, а то фиг его знает, что там за опасность. Вега и Сет, приоткрыв ворота, стали ждать группу.

А вот и они, странно, их только трое, бегут и, оглядываясь, постреливают куда-то назад. Похоже, начались первые жертвы, вовремя я начал эвакуацию. Кто же их преследует? Не понял! Это что за приколы? За ними бежали натуральные индейцы, как в кино, с луками, стрелами и копьями. И чего они их испугались? Дикари же. Явно я что-то не понимаю. А, вот теперь понял, их просто очень много. Чуть ли не несколько сотен. Нифигасе замес. Так, короче, мне в орихалке холодное оружие не страшно, помчусь выручать оставшихся беглецов.

Сообщив Веге и Сету, что я в хитрой броне и мне туземцы ничего не сделают, поэтому побегу навстречу толпе, а они должны, пропустив звезду, запереть ворота. Затем сообщить вернувшимся об эвакуации, быстро собраться и ждать меня в доме Веги, я же, как распугаю всех, вернусь. Если индейцы не испугаются, я всё равно вернусь, перемещу вас в артефакт и слиняю из посёлка, его всё равно скоро взорвут. Они мне сначала не поверили, но когда увидели, как я превращаюсь в аналог Дьябло (из одноимённой компьютерной игрушки), то сразу поняли мою идею, хотя и были ошарашены, как я это делаю.

Сначала я превращался медленно, чтобы не распугать бегущих навстречу беглецов. Затем мгновенно завершил трансформацию, забыв о такой важной составляющей, как звук. Мой обычный крик как-то не очень будет впечатлять от подобного крылатого монстра. Но тут мне пришёл на помощь орихалк. Он создал в районе спины что-то типа низкочастотной духовой трубы, а я мысленно попросил его добавить инфразвук, порядка пяти герц, для усиления эффекта, и, что удивительно, он меня понял. От получившегося звука ошалели не только противники, но и я. Пока я не мог пошевелиться от так называемого дружественного огня, то есть ступора, я включил «Полиглота», чтобы понять, что им надо, да и может получиться их убедить.

Услышав «Убейте эту тварь и уничтожьте этот проклятый посёлок!», я понял, что договориться не удастся. Да и вообще, что меня надоумило пугать страшной тварью туземцев, которые наверняка видели зверей и пострашнее на этой планете? Не удивлюсь, если беркс, с которым я дрался на арене, откуда-то отсюда. В общем, крикнул я им, чтоб убирались отсюда, иначе «всех убью, один останусь». Мне не поверили, так как стали обстреливать и забрасывать копьями. Естественно, мне это не принесло никакого ущерба. Я даже не пошатнулся, так как заблаговременно с помощью орихалка заякорился аналогом корней деревьев. Однако отвечать-то как-то надо, а то наобещал убить, а сам лишь стою, глазами зыркаю. Короче, решил применить стрелковое оружие, раз пошло всё наперекосяк. Надеюсь, сразу не сдохнет.

Я хотел достать из мёртвой складки станнер, но, прикинув расстояние, решил не мелочиться и, достав игольник, выстрелил всю обойму. Затем, убрав его обратно, так как перезарядить его одной рукой очень трудно, а во время боя вообще невозможно, достал другой игольник и тоже опустошил его во врага. Ага, часть его повержена, часть попрятались. То-то же, а то совсем какие-то бесстрашные отморозки, прям как я.

Используя затишье, я вспомнил, что у меня есть вторая рука, часть которой сейчас является орихалком, но она ведь полностью функциональна. Совсем привык к своей инвалидности, раз такие ошибки допускаю. Словом, я перезарядил оба игольника и достал «МФУ детский 13» в левую руку. Пока бой, надо проверить, как работает режим щита, а то могут повредить игольник каким-нибудь копьём.

Что-то я не понял, они на что надеются? Никто никуда не убегает, все чего-то ждут. Вот начали изредка постреливать. Что-то мне это не нравится. Я ответил очередью и стал потихоньку отходить назад. Первый звоночек прозвучал, когда в щит попал яркий луч. Щит проверен, это хорошо, но откуда у этих туземцев лазерное оружие, и не факт, что оно одно. Вечереет, однако надо до темноты продержаться, а там и смыться, пусть с факелами ищут. Хотя у них и фонарики могут быть, а вдруг и шаманы ещё какие-нибудь?

Тут вдруг в небе заморгало и забухало. Гроза? Фиг вам, это в космосе тоже битва идёт. Похоже, прогнозируемый передел власти. Или это за мной? Одно другому не мешает. Шлёпс – какое-то необычное оружие пробило силовой щит МФУ, орихалка и проделало небольшую дырку в правой ноге, с самого края. Ай, больно-то как, чё за фигня, читеры нехорошие, это что за оружие у вас такое? Мне явно кранты, резюмировал я.

– Ну, лови тогда, фашист, гранату, – сказал я, шлёпнулся во весь рост, выставил правую руку ладонью вверх и, замаскировавшись под камень, выпустил из мёртвой складки свою вундервафлю – штурмового дроида.

Сначала было очень даже неплохо, этот дроид устроил им локальный геноцид. Но затем несколько попаданий по нему убавили его резвость, а я, на это глядючи, насколько смог быстро побрёл к посёлку. Подойдя к воротам, попробовал, сделав искусственные когти из орихалка, вскарабкаться по стене. Ага, хреновая из меня росомаха. Ну и ладно, я вышел из положения увеличением длины орихалковых ног, чтобы достать до верха стены. Там спустился уже по лестнице. Пока ковылял до дома Веги, сменил внешность на нормальную.

Все меня уже заждались. Вега, заметив, что я хромаю, поинтересовался моим самочувствием. Я уверил, что всё в пределах допустимого, построил их в колонну спиной ко мне, вещи справа. Быстро переместил всех и всё в живую складку, потом убрал туда же всё лишнее и стал пробираться к задней части посёлка. Уже почти ночь, пора делать ноги.

Как и во сне, не стал открывать ворота, а забрался по лестнице на стену и, перед тем как спрыгнуть с той стороны, включил «Грузчика», чтобы уменьшить гравитацию в месте приземления. Ого, со всей этой суматохой я и забыл посмотреть, насколько увеличился максимум ТИка. А стал он аж 490 единиц, а значит, при моих 70 килограммах очень существенная разница, то есть ноги не переломаю.

Пока шёл до рощи, услышал, как в посёлке уже стали хозяйничать туземцы.

В роще я спрятался за стволом толстого дерева, на всякий случай от взрывной волны. Пока ждал утра, времени не терял, перекачивая энергию из батарейки в складку, и решил потратиться на трансформацию копий паразита. Так как запасная копия у меня одна, делаю ещё одну, а затем трансформирую обе: одну в аналитический модуль «Ментальный искин» за 1800 ТИков, вторую – в охранный модуль «Симбиот» за 2800 ТИков.

Так как я теперь пользователь умный, то решил почитать инструкцию по применению обеих «плюшек». «Ментальный искин» полностью интегрируется в ментальную сеть, добавляя ей самостоятельности, и не является способностью. Бли-и-ин, надо было сразу все справки прочитать, можно ведь было её изначально установить. Запускаю процесс. А что там с симбиотом? «Симбиот – ментальное симбиотическое существо, располагается в ментальном поле охраняемого объекта, автономный внешний модуль, не является способностью». Блин, и его тоже уже давно можно было установить.

«Запускаю установку симбиота, – услышал я женский голос. – Ускорить регенерацию в повреждённых конечностях?»

«А ты кто?» – спросил я мысленно голос.

«Я – ментальный искин ментосети 87275375247ТСВЛК».

«Ясно, а то я уж подумал, „белочка“, – успокоился я и услышал смех орихалка, его эмоции я знаю. – Давай я тебе дам имя Оля, а то надо как-то к тебе обращаться, а номер длинный, не запомню».

«Принято, имя Оля зарегистрировано», – услышал я подтверждение команды.

«Запускай регенерацию, какую ты там хотела», – скомандовал я и, тут же подлетев от земли почти на метр, оглох. А дальше – тьма.


Они всё-таки взорвали посёлок, подумал я утром, когда очнулся.

«Взрыв подтверждаю, шесть часов тридцать две минуты назад», – услышал я голос Оли в своей голове.

Птичек тоже слышу, значит, слух вернулся, уже хорошо. Пойду-ка гляну на пепелище, или что там от посёлка осталось. М-да-а-а… Серьёзная воронка, метров двадцать в диаметре. А если бы я не за деревом был?

«Прогнозируемые повреждения, до шестидесяти процентов», – услышал я отклик Оли на свои мысли.

«Да это-то понятно, это я так, риторически».

Что удивительно, некоторые крайние дома в посёлке хоть и развалились, но не разлетелись по брёвнышку, как остальные. «Серьёзно строили, основательно», – думал я, шастая средь руин, совершенно потеряв страх, а ведь не факт, что все уцелевшие туземцы покинули посёлок, совсем не факт.


– Вовчик, – услышал я знакомый голос, говоривший на русском.

Гена?

Глава 10

Вот уж кого-кого, а Геннадия я не ожидал здесь встретить. Тут же я, на всякий случай, трансформировал орихалка в шар, спрятал его в живую складку и приготовил мёртвую и «Упыря». Я так понял, это обещанная Аресом «помощь», и, хотя я и обещал не мешать себя «спасать», приготовился к битве. Скомандовал Оле выключить усиленную регенерацию, а также спрятал всё, что можно у меня найти необычного, если вдруг меня вырубят.

– Какими судьбами? – поинтересовался я у Гены по-русски, медленно ковыляя к нему.

– Говорите на лингве! – потребовал мелодичным голосом стоящий рядом с Геной некто в броне.

– Я же говорил, он всё равно выживет. Все всмятку, а ему хоть бы хны, – сказал обрадованный Геннадий своему «хозяину» (?) на общем языке. – Вам пригодится такой везунчик.

– Гена, ты ничего не хочешь мне сказать? – прищурился я, приближаясь. – Вот ни в жизнь не поверю, что ты меня нашёл случайно.

– Нет, конечно, это я запугал Винка до того, что он захотел от тебя избавиться, и посоветовал, куда именно тебя деть. А затем нашёл, кому продать известную мне информацию о тебе и тех, кто тебя купил.

– Надо было тебя всё-таки грохнуть, когда была возможность, – сказал я, подойдя к нему вплотную и дотрагиваясь до него астральной частью покалеченной руки, чтобы мог быстро применить мёртвую складку. Но не торопился: пока он считает, что победил, из него можно выдоить ещё информации.

– Уже поздно. Куда теперь тебе, убогому: руки нет, ножка бо-бо… – продолжил он. – Мне сейчас уважаемый аграф Аеликатер[16] много денег за тебя заплатит, и мы больше никогда не увидимся, так как из их лабораторий, для подопытных, ещё никто живым не выходил.

– Ой, дура-а-а-ак. Я всегда был уверен, что маньяки очень хитрые и двести раз подумают, прежде чем что-либо делать, – усмехулся я, узнав наконец, что за участь мне уготована. Ну, Арес, ну, шутник, всё у него через одно место – то раб, то «лабораторная мышь». Я, конечно, понимаю, что они могут меня не только вывезти с планеты, но и решить проблему с нейросетью, но ведь никакой свободы выбора! Затем я «обрадовал» Гену: – Ты уже труп, на хрена тебе платить, если у них уже всё есть – и координаты планеты, и я, грохнут – и все дела. Тут галимый капитализм, бабло превыше всего. Как говорится, нет тела – нет дела, да и кто тебя тут искать будет?

– Скоростная аналитика при четырёх единицах интеллекта? – удивился аграф. – Ты уверен, что у него диагностировали всего четыре единицы?

– На нём вообще все медкапсулы сбоили, как Док говорил, – ответил Гена и добавил, уже сомневаясь: – У нас был договор под протокол.

– Неужели ты думаешь, что аграф будет заключать договор с человеком, да ещё пиратом? Сам протокол есть только у тебя в нейросети, – усмехнулся Аеликатер и достал оружие. – Ещё рассказать, что будет, или уже догадался, обезьянка?

– Я оставил копию адвокату, вам так всё с рук не сойдёт, – заволновался Геннадий, но по голосу было понятно, что он всё это сочиняет на ходу, пытаясь вывернуться. А я приготовился применить на нём мёртвую складку. Если она извлекает души, то я найду, как её использовать, он так легко не отделается, как думает этот Аеликатер. – Нет, подож…

– Кренамоуфат иллизкентро[17], – произнёс аграф на непонятном языке, а я только-только успел «мигнуть» Геной перед выстрелом. Зря я выбрал «Упыря», был бы «Полиглот», сейчас я изучил бы ещё один язык. Кстати, сразу на него и переключим, вдруг он ещё чего скажет. А аграф тем временем полностью сжёг тело Гены своим оружием. – А теперь разберёмся с тобой.

– Я думал, нужен вам живым, – сказал я, не чувствуя опасности.

Но аграф, видно, псион и решил применить на мне что-то из своих способностей. Мне будто голову сдавили, но кто-то явно мне помогал. Я чувствовал эмоцию сопереживания, хотя орихалк сейчас был в складке. «Это работает симбиот, – пояснила Оля. – Его основная задача – защищать тебя от энергетического воздействия, а также способствовать ускоренному развитию энергетики организма».

– А тебя никто и не убивает, – ответил Аеликатер. – Ну надо же, ещё и с симбиотом. Хотя чему тут удивляться, это ведь планета джоре, здесь могли ещё и не только их найти. Как только установить умудрились, ведь это не простая процедура, и не каждый её выдержит. Не зря Троашк затребовал такой необычный экземпляр.

Он достал станнер, судя по ощущениям от воздействия оружия, и с четвёртого выстрела всё-таки меня вырубил.


Аеликатер спешил на встречу с Троашком, главным учёным засекреченной лаборатории по исследованиям нейросетей джоре. Он торопился избавиться от потенциальной проблемы. Кто же знал, что от этого дикаря проблемы не только в медкапсулах, но и в окружающем оборудовании. Целых два крупных сбоя в энергосети, и это на новом линкоре, это не может быть совпадением. Ладно, шаттл в итоге сломался, но он хотя бы был на этой тарковой планете, повезло, что дотянул до шлюза. Видимо, этот человек излучает так же, надо будет предупредить Троашка, ведь от его успехов зависят и мои преференции.

– Забирай свою игрушку. И вот ещё полный отчёт о сбоях в энергосистеме линкора за время пути, – сказал аграф. – Ты мне объясни, зачем тебе такой сбойный экземпляр, он же может сломать твоё ценное оборудование.

– Ты однобоко смотришь на данное явление, – возразил Троашк. – Представь, исследуя его, мы не только сможем защитить своё оборудование от данного вида излучения, но и, возможно, создадим излучатель на основе этих волн.

– Ты серьёзно? – удивился Аеликатер. – О таком я даже не подумал. Представляю, как повысят нам финансирование за такое оружие.

– Не так быстро, – притормозил его Троашк. – Чем необычнее экземпляр, тем дольше его исследовать. А у этого, как я понял, несколько аномалий. И каждая может дать пищу для размышлений.

– Ну, тогда не буду отвлекать тебя от исследований, – усмехнулся Аеликатер. – Буду ждать предварительных результатов.

– Кстати, а почему не было доставлено ни одного артефакта для исследований? – спросил Троашк.

– Мы немного опоздали. Когда добивали последний корабль пиратов, они успели запустить ракету по посёлку и уничтожили его полностью, как этот раб выжил, непонятно, – поморщился Аеликатер. – Проводить поиски без подготовки на планете, где быстро выходит из строя оборудование, мы не стали. Разработка и планирование организационных мероприятий по добыче артефактов лежит на твоей помощнице Амариор[18]. У неё достаточно изучено баз знаний для такой работы, к тому же её подопытный недавно умер, а нового ещё не прикрепили.

– Согласен, пойду подготавливать оборудование для исследований, – кивнул Троашк. – Этот экземпляр прикреплю к Ахрету, у него тоже сейчас отсутствует объект для исследований.


– Сначала проводим процедуру самотестирования диагностической капсулы, затем извлекаем объект из стазис-камеры и помещаем его в диагностическую капсулу, – стал инструктировать Троашк своего помощника Ахрета. – После замеров всех параметров – повторное самотестирование капсулы. Диагностику необходимо проводить после каждого изменения или эксперимента. Самотестирование всех капсул – до и после необходимых процедур обязательно с занесением всех параметров в исследовательский журнал.

– Зачем так часто? Я считаю, достаточно раз в сутки, – пожал плечами помощник, проводя замеры объекта в диагносте. – Четыре единицы интеллекта? А он вообще разумен? Столько ведь не бывает.

– Судя по сопроводительной информации, вполне разумен, – возразил Троашк. – Ты не понимаешь уникальности данного экземпляра, у него не только интеллект четыре единицы, но и повышенная выживаемость, установлен необычный вид симбиота, а также, возможно, излучение, аналогичное планете джоре.

– Сразу четыре направления исследования? – изумился Ахрет. – Перспективный образец.

– Не удивлюсь, если при углублённом изучении найдутся ещё несколько, – ответил Троашк. – Давай сначала полную очистку организма от шлаков и других загрязнений, для чистоты экспериментов. Не забывай каждый раз пропускать его через диагност…

– Вы это видели?! – воскликнул помощник во время проведения процедуры очистки. – Шесть из десяти картриджей, хотя, судя по параметрам, ему хватило бы и половины одного.

– Так вот, что они имели в виду, говоря, что картриджи быстро уничтожаются… – протянул Троашк. – Судя по параметрам капсулы, это не сбой оборудования, а особенность организма, который количеством потреблённых картриджей ускоряет процесс лечения. Странно, что капсула не сигнализирует об аномальном потреблении картриджей, нужна консультация программиста. Узнай в четвёртом отделе об этой проблеме ПО, там есть программисты…

– Я подал заявку через местную сеть, обещали разобраться, – доложил помощник. – Диагност выдаёт общее улучшение состояния организма, остальное без изменений.

– Давай пропустим его через ментосканер и мнемоскоп, – указал Троашк. – Хочу посмотреть, как он умудряется думать при четырёх единицах интеллекта…

– Ментосканер и мнемоскоп не пробивают его защиту, даже на агрессивных настройках, – через некоторое время сообщил Ахрет. – Защита напоминает объект номер 238, может, он…

– Он человек, ты же сам видел всё на диагносте, – покачал головой Троашк. – В бессознательном состоянии в диагносте он не смог бы выдавать себя за человека. Скорее всего, тут работа его необычного симбиота. Ты зафиксировал параметры сил противодействия? Тогда дальше – диагност и регенерационная капсула…

– Диагност выдаёт информацию о принудительной инициации псионических способностей у объекта, – сказал помощник начальнику. – Минимальные по параметрам, но всё же.

– Нужно его разбудить и узнать, как сказалось это на рассудке, – решил Троашк. – Исследования интеллекта необходимо проводить на вменяемом объекте, иначе они теряют смысл.

* * *

Очнулся я в медкапсуле. Голова трещала и очень сильно болела. Перед глазами мелькали какие-то полупрозрачные пятна и линии, причём закрытые глаза от них не избавляли. Кажется, зря я доверился Аресу и не стал сопротивляться, эти учёные-вивисекторы могут и мозги наизнанку выкрутить. Но что поделаешь, как говориться, будем поглядеть.

«Энергетическое зрение – результат принудительной инициации магических способностей с помощью пропускания большого количества ментальной энергии через мозг», – объяснила Оля.

«А интересно, это мелькание теперь навсегда у меня? – поинтересовался я. – Да и вообще что это?»

«Это так выглядит эфирная энергия окружающего пространства. Если мешает, могу выключить, но лучше будет, если ты сможешь это сделать сам».

«Ну, сам так сам, – ответил я мысленно. – Вон учёных напрягу, они напортачили – пусть и исправляют. А это не новая способность? У меня вроде как лимит».

«Ментальная сеть регулирует только ментальные способности, – предупредила Оля. – Эфирное зрение относится к магическим способностям и регулируется количеством эфирной энергии организма…»

– Он очнулся, судя по показаниям приборов, – услышал я приглушённый мелодичный голос на незнакомом языке. Это я удачно включил «Полиглота», выучил ещё один язык. – Жалко, невозможно извлечь этого необычного симбиота, придётся изучать так. На сегодня опытов достаточно. Завтра попробуем регенерационную капсулу.

– Как себя чувствуешь? – спросил меня незнакомый аграф на общем языке, когда открылась крышка капсулы. – Ты меня понимаешь?

– Голова сильно болит, – тихо пробормотал я тоже на общем. – Вы что со мной сделали? Исправлять кто будет?

– Смотри-ка, с ума не сошёл, похоже, мозг очень выносливый, даже возникать пытается. Он явно ещё не осознал, где находится, – услышал я второго на этом новом, мелодичном языке. – Установи ему гипнопрограмму наречия зелёной ветви. Не хочу его опрашивать на их обезьяньем языке. Да, и заодно «Эспер» первого уровня, пусть возьмёт свои пси-способности под контроль. Нам его мизерные силы не смогут повредить, а он случайно не сожжёт сам себя энергетически.

– Вылезай, – услышал я обращение уже ко мне первого аграфа на общем. – Одевайся и садись вон в то кресло.

Пока я шёл к креслу, рассмотрел, невзирая на мелькающие линии, обоих аграфов. Один постарше, похоже, тот самый Троашк, о котором говорил Аеликатер. Блин, ну и имена, хотя, думаю, русские имена для них не менее труднопроизносимые, это особенности языка. Второй явно ученик или лаборант. В кресле я сначала почувствовал усиление головной боли, потом отпустило.

«Перехвачен ментальный поток данных, идёт перенаправление для стабилизации усвоения информации», – уловил я голос Оли.

«Это что такое было?» – спросил я у неё.

«Чтобы не сжечь ментальные каналы и не подхватить вирус, все информационные потоки будут проходить через инфоскладку и анализироваться ментальной сетью, – пояснила она. – После анализа информация будет с необходимой скоростью направлена для усвоения разумом».

«Что за информация?» – уточнил я.

«Обучение наречию зелёной ветви было пропущено, так как ты уже изучил его с помощью „Полиглота“, – сказала Оля. – В обучении овладению псионическими способностями исправляются ошибки, затем будет произведено потоковое обучение, автоматически или по команде».

«Лучше по команде, но потом, в спокойной обстановке, а то вдруг чего», – распорядился я.

«Принято», – ответила она.

– Что-то больно быстро усвоилась информация, это нормально? – обратился на своём наречии молодой аграф к старшему.

– Вполне, – кивнул тот. – У некоторых индивидуумов бывает постепенное осмысление информации после быстрого усвоения. Отведи объект в его камеру, завтра продолжим. Тебе ещё писать отчёт о прошедших исследованиях, а также составить план проведения следующих.

И снова я в плену. Да что ж такое-то! Что там у этих богов за мания такая, всё через… э-э-э… рабство.

Так-с, посмотрим. Камера-одиночка два на три метра – уже неплохо, а то сокамерники всякие бывают, следи ещё за ними. Персональный туалет и душ – вообще зашибись. Вполне приличная кровать. Можно жить. Вон еда на столике, пахнет вкусно, но аппетита что-то нет, выбрасываем в туалет. Вот я дурак, лучше в складку спрятал бы! Ладно, впредь буду умнее. Не понял, что это на шее такое слабозаметное? Ошейник! Да я их… Ай, как больно-то. Забыл совсем, что он на мысли реагирует. Видно, надели, чтоб я сам себя не грохнул от тоски или злости. Ну ничего, я им ещё покажу весёлую жизнь. А пока я вроде как заперт, займусь инвентаризацией ресурсов.

Козлы, руку не вылечили. Хотя, может, у них и не получилось или ещё не пробовали? Завтра узнаю, если дадут, или, может, попробовать им по ушам поездить? Врать правдой я умею, развеселюсь заодно.

Сколько у меня ТИков? – удивился я, увидев 6532/7215 ТИков внутренней ментальной энергии и 29 698 ТИков в ментоскладке. И ещё добавилась информация в инфоскладку аж 5 Гб. Надо бы узнать, чем это они меня инициировали, вдруг это оборудование окажется источником ментальной энергии? Фига я размечтался, мне бы выжить для начала. Ничего, Арес ведь обещал, надо ему верить. На то они и боги, чтобы в них верили. Значит, будем верить, пока. Пока не придумал, как смыться отсюда. А сейчас – душ и сон.

М-да, спать ещё не хочется. Что там у меня есть такого интересного в запасе? Точно, внутренний ментал вырос, летать теперь могу. Ну-ка, переключаем на «Грузчика», и… Бум-шлёп, больно-то как. Повезло, потолки низкие, нужно переучиваться под возросшие способности. Тоже мне Икар нашёлся. Короче, тренироваться на себе пока не будем, хотя…

«Оля, ты можешь взять мои способности и организм под контроль, особенно когда я без сознания или в большой опасности, а также регулировать параметры для моей лучшей прокачки? – спросил я. – Я понимаю, у меня есть „Модификатор судьбы “, но он ведь работает только в критических случаях».

«Только при подтверждённом тобой допуске», – уточнила она.

«Допуск подтверждаю. Только делай это как можно незаметнее для окружающих, – попросил я. – Может, заодно поможешь с освоением способностей?»

«Эффект будет лучше, если ты освоишь самостоятельно, – сказала она. – Но я могу с помощью „Грузчика“ помочь в развитии мышц».

И я почувствовал увеличившуюся тяжесть. Ого, если отбросить её, то ощущения как в воде или на гироскоп-ном экспандере PowerBall[19], этаком гравитационном манипуляторе, который работает даже в невесомости.

«Штука, конечно, хорошая, но баловаться с ней будем после регенерации и восстановления здоровья, – сказал я Оле. – Верни как было».

«Возвращаю», – ответила она.

Что у нас ещё? Ага, «Упырь», его пока использовать рано, переключаем обратно на «Полиглота». Всё, что ли? Негусто, однако. Жалко, ошейник работает не на ментальной энергии… Оп-па, о ком я забыл! Достаю из складки орихалка и прошу его выкачать всю энергию из ошейника. Проверка: «Бей ушастых!» Ура! Ломаю ошейник! О, кстати, вспомнил одну штуку, которую хотел испробовать на орихалке. Поделил его на две части и поместил одну в складку. Спросил его о самочувствии, он откликнулся, что всё нормально. Похоже, складка ему совершенно не мешает, что странно. Разберёмся с этим потом, а пока поделил его на сотню частей и все их поместил в складку. А то доставать его целиком незаметно проблематично.

«Пять гигабайт, пять гигабайт» – это откуда такая мысль? Совсем забыл, у меня же «Учебник по магии» на паузе стоит!

«Оля, мне как лучше учиться, перед сном или во сне?» – спросил я свой ментальный искин.

«Осознанное обучение в несколько раз быстрее неосознанного», – отчиталась она.

«Ясно, – кивнул я и попробовал схитрить: – А если сон осознанный?»

«Данная возможность заблокирована ментальной сетью из-за низкого уровня чистоты совести», – ответила Оля.

«А чем её чистить?» – прикольнулся я.

«Тройной отработкой кармы», – очередной раз не поняла моего юмора Оля.

«Я знаю, что такое отработка кармы. А в тройном размере – это ещё больнее и дольше, – сказал я. – Хорошо, запускай учебник по магии, пока я не сплю».

И пошёл процесс обучения. Перед глазами мелькали картинки, эмоциональные чувства (и это у меня-то?) играли одну только им понятную «мелодию». И так продолжалось несколько часов, пока я наконец не уснул. Проснувшись утром, почувствовал себя очень хорошо, голова перестала болеть. Только снова мешали пятна и линии, мелькающие перед глазами. Стоило об этом подумать, как всё пропало, будто и не было. Не понял, оп – появилось, оп – пропало. Мысленное управление? Круто, учебник работает. Я, правда, не понял, что за знания он мне закачал. Но, видно, они работают на интуитивном уровне. Магия – она такая, словами хрен объяснишь. Ладно, сначала в душ, чтобы взбодриться, затем тренировки с «Грузчиком».


Как говорил один умный человек, «Хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах». У меня в начальниках целых два, значит, им в два раза смешнее. Короче, не успел я выйти из душа, как за мной пришли.

– Быстро раздевайся и полезай в диагност, – скомандовал молодой аграф, когда мы пришли в… «лабораторию»?

– Больше ничего не хочешь? – решил поприкалываться я в режиме отморозка, чтобы посильнее их позлить. – Тоже мне высшая раса. Совсем бескультурные. Нет бы представиться сначала полным именем, поинтересоваться самочувствием, наконец. А вот тебе, глубокоуважаемый Троашк, представляться нет необходимости, твоя слава гремит по всей галактике.

Как же здорово наблюдать полное охренение на их лицах.

– Почему на нём не работает ошейник?! – воскликнул молодой аграф.

– Его может блокировать симбиот или сломался, – предположил Троашк. – А вот почему моя слава может греметь, если СБ Галантэ засекретило обо мне всю информацию, уже интереснее.

– Ну, преувеличил немного, – признался я. – Просто случайно слышал о тебе.

– От кого, если не секрет?

– От Аеликатера, – сдал я аграфа, который меня увёз с планеты.

– Слушай, ты, грязная обезьяна, быстро полезай в диагност, пока я не разозлился! – закричал на меня молодой.

– А поддаваться эмоциям – недостойно учёного, – продолжил я изгаляться над ними.

– Да я тебя… – уже вовсю завёлся молодой аграф.

– Стой, не шевелись, – остановил его серьёзный и сосредоточенный Троашк. – Искин безопасности, просканируй объект и помещение на предмет опасности.

– Вот он – истинный учёный, всё для науки, – не переставал я ездить по ушам. – Практически не поддаётся эмоциям, совсем как я.

– Видимых угроз не обнаружено, – ответил голос Пекина. – Высылаю команду дронов обороны для предотвращения возможных скрытых атак.

– Я, кажется, переборщил. Я же просто попросил вежливого обращения от представителей более высокоразвитой расы к представителю развивающейся, – попробовал устыдить я их. – Неужели вы настолько морально деградировали, что даже элементарного культурного обращения не понимаете?

– Какой молодец, так меня не разыгрывали со времён студенчества, – улыбнулся Троашк. – Он же блефует, никакой силы за ним нет.

– Я ни о какой силе не говорил, просто попросил быть вежливыми, только и всего. Неужели так трудно? – повторил я. – Заодно подарок вам сделал.

– Какой, интересно? – удивился Троашк.

– Показал молодому учёному его слабую сторону – недостаток контроля над эмоциями. Им можно с помощью этого манипулировать, – ответил я. – Но у тебя, глубокоуважаемый Троашк, тоже не идеальный контроль над эмоциями.

– Ты в этом уверен? – скептически уточнил тот.

– Что, заяц, плохо слышишь? – протроллил я его. – А на хрена тебе тогда большие уши?

Отрадно лицезреть, что не одного меня припечатало к стене, видно, он не управляет направлением, когда психует. Хорошо хоть, мне симбиот помогает, а то совсем хреново было бы, и так сильно давит. Не у меня одного, оказывается, гравитационные способности.

«Гравитационное воздействие на организм – 820 килограммов, противодействие „Грузчиком“ – 725 килограммов, результирующее воздействие – 95 килограммов», – пояснила Оля.

«Так это ты? – удивился я. – Спасибо. В смысле благодарю. А почему симбиот халтурит?»

«Он не может оперировать гравитационными полями», – объяснила она.


– Он что, издевается? – спросил Арес Гермеса. – Я же просил его не вмешиваться.

– А он и не вмешивается, – откликнулся Гермес. – Он ведь даже не применяет свои способности.

– С таким ядовитым языком уж лучше бы применил что-нибудь из способностей, – проворчал Арес. – Странно, что модификатор судьбы молчит.

– Он искушает верой… нас? – удивился Гермес. – Ну ни хрена себе многоходовочка. Ты чувствуешь поток веры от него? Он в нас верит. Верит, что мы ведём его по верному пути.

– Ведь по грани идёт! – воскликнул Арес. – Ещё немного – и придётся вмешаться.

– Мне нравятся такие безбашенные, – улыбнулся Гермес. – Надо будет с ним сыграть как-нибудь по-крупному.

– Ох и устрою ему при встрече… – заявил Арес. – Игрушками точно не отделается.

– А ведь ты купился, – подколол Гермес Ареса. – Не вздумай обсуждать это с ним. Не опускай себя до его уровня. Пусть думает, что мы усиленно стабилизировали последствия его выходки. Пусть чувствует себя должником.

– И что, спустить это просто так ему? – прищурился Арес.

– По крайней мере, пока не выполнит обязательную запланированную работу, – закончил обсуждение Гермес. – Ты забыл, для чего мы его готовим?..


– А ты молодец, нашёл чем меня зацепить, – ухмыльнулся Троашк, отпуская меня и своего помощника из захвата. – Уважаю храбрых… людей. Искин, переводи режим защиты до шестой категории безопасности.

– Я не храбрый, я отмороженный, – поправил я, и тут мне пришла одна идея, основанная на дословном переводе его имени. – Я ведь пришёл сюда за знаниями в обмен на знания, необходимые вашему виду.

– Пришёл? – прищурился тот. – А не привели?

– Позволил привести, – уточнил я. – Ведь это ты у нас Познающий судьбу?

– Ты откуда знаешь язык имён? – очень удивился Троашк.

– Судьба даровала мне многие знания, в том числе и о себе самой, вот я и пришёл, то есть меня привели, чтобы обменять их на те знания, которые необходимы мне, – начал грузить я его. – Вам ведь нужны знания о судьбе?

– Нужны, но я сомневаюсь в полноте твоих знаний, – ответил он и со всей серьёзностью спросил: – Почему ты нас не боишься?

– Кто я такой, чтобы спорить с судьбой?.. – протянул я, и почему-то получилось стихами. – Не думаю, что и вам обоим стоит ей перечить.

– Ты так в ней уверен? – усомнился он.

– Ну смотри: мне необходимы технические знания, а установить нейросеть я не могу из-за проблем с мозгом. У вас есть такие знания и есть возможность установить мне нейросеть, – принялся я заинтересовывать моего «спасителя». – У меня есть знания о судьбе: принцип действия, суть, цель; которые нужны вам. Совпадение? Или судьба?

– Действительно, что-то в этом есть, – подтвердил он. – Убеждать ты умеешь, вернее, находить интерес для противоположной стороны. Давай тогда знакомиться: моё имя, как ты знаешь, Троашк, а это мой помощник Ахрет.

– Владимир Викторович Кунин, – подколол я их.

– Хорошо, снова уел, действительно, что-то мы разучились вести себя в обществе, – догадался он. – Давай снова. Моё полное имя Троашк квис Наван[20], а моего помощника – Ахрет лит Илира[21]. А не мог бы ты перевести значение своего имени, ведь наши ты знаешь.

– Вносящий ЛАД И МИР, сын победителя, из рода хитрых хищников, – не стал скрывать я.

– И сколько лет твоему роду, насколько он древний? – поинтересовался он. – Моему уже почти тридцать тысяч.

– Согласно древним знаниям, передаваемым устно хранителями на протяжении многих тысячелетий, мой род более древний, как минимум на несколько миллиардов лет, – сказанул я, чтобы сразу ошеломить. Надеюсь, не сильно соврал, ведь нашу историю стёрли полностью, поэтому могу говорить всё, что угодно, ни доказать, ни опровергнуть практически нереально. – Я больше чем уверен, что вашему роду тоже намного больше лет, чем вы думаете, просто историю постоянно переписывают, и ваш род могли сделать более молодым. Вы наверняка тоже переписали историю после победы над джоре?

– Несколько миллиардов? – скептически переспросил он. – Хотя ведь и вашу историю могли искусственно состарить.

– Согласен, тут доказательств никаких, – кивнул я. – Всё больше на веру.

– Да и ещё, ты же дикий, откуда информация о нашей истории? – поинтересовался он.

– Да было время немного полазать по инфосети, – пожал я плечами. – Что-то оттуда узнал, что-то додумал на основе своих знаний. Я где-то ошибся?

– Нет, всё так, – подтвердил Троашк. – Но почему тогда мы более развиты технически?

– Значит, мы были не техногенной цивилизацией или просто одичали после очередного поражения в войне, – продолжил заливать я. – Всё течёт, всё изменяется. У любых цивилизаций есть взлёты и падения.

– Интересно, почему тестирование показывает у тебя всего четыре единицы интеллекта при таких рассуждениях? – вспомнил Троашк.

– Может, у вас есть какие логические тесты с текстами или картинками на планшете? – спросил я. – Они-то точно покажут более реальные значения. А уж проблему с диагностом вы, скорее всего, быстро решите.

– Вот что значит дикий, действительно, такие тесты к технике отношения не имеют, соответственно, и сбоев не дадут, – хмыкнул он. – Молодец, решил проблему, взглянув на неё с другой стороны.

– Всегда пожалуйста, – проявил я вежливость. – Если есть ещё проблемы, говорите, не стесняйтесь, у меня хорошо получается их решать.

– Кроме своих, как я погляжу. – Теперь он подколол меня. – Ладно, я подумаю.

– Мне проще с вашей помощью решить проблему, – пояснил я.

– И что ты конкретно предлагаешь?

– Для начала восстанавливаете мне здоровье, это вы всё равно будете делать для чистоты экспериментов. Затем я рассказываю о судьбе. И наконец, жду, что мне будет установлена нейросеть и закачаны необходимые знания. Ну, или без нейросети, по примеру гипнопрограмм.

– Хорошо, я в принципе согласен. Это вполне соотносится с планом работ над объектом, в смысле над тобой, – подумав, кивнул он. – Но я для начала послушал бы, что ты мне можешь рассказать нового о судьбе.

– Да без проблем, в любое время, – махнул я рукой и стал лихорадочно вспоминать, что читал о судьбе в Интернете на различных форумах.

Нужно бы ему выдать более-менее стройную теорию, и если она и окажется неправильной, то я тут ни при чём, чего набрался, то и рассказал.

– Тогда будь так добр выполнять распоряжения моего помощника, это ведь теперь и в твоих интересах. А пока будешь тестироваться в диагносте, подготовлю логические тесты и кабинет для беседы.

– Кстати, ты не знаешь, почему ошейник не работает? – спросил у меня Ахрет.

– Этот? – Я потянул за него, и он вдруг рассыпался у меня в руках в пыль и на какие-то детальки.

Ну нифигасе орихалк поработал, не знал, что он так может.

– Так и знал, что он сломался, но как-то странно. Ахрет, собери пыль для анализа, а ты полезай в капсулу.

И я залез в диагностическую капсулу…

– Диагност показывает увеличение индекса интеллекта на единицу, – услышал я голос Ахрета. – Текущее количество – пять единиц.

– Как интересно. Думаю, это последствия усвоения гипнопрограмм, – сосредоточился Троашк и радостно воскликнул: – Я же говорил, объект полон сюрпризов! Добавь в журнал исследований ещё одно направление: увеличение индекса интеллекта с помощью гипнопрограмм. Запланируй на завтра установку ему гипнопрограммы «Эспер» второго уровня. Заодно посмотрим, как изменится уровень интеллекта после установки.

– Может, лучше сразу поместить его в исследовательскую капсулу? – предложил Ахрет. – Она ведь совмещает в себе диагностическую, медицинскую, хирургическую, регенерационную и обучающую капсулы. Не нужно будет каждый раз его перетаскивать из одной в другую.

– Ты думай, что говоришь, – урезонил его Троашк. – Она в единственном экземпляре на этой исследовательской станции. А если она выйдет из строя? Совсем обленился, может, тебе помощников выделить?

– Не надо, сам справлюсь, – поспешил уверить Ахрет, ему не хотелось делить славу от будущих перспективных исследований с кем-либо ещё. – Я просто подумал, что можно было бы протестировать её на объекте.

– Протестировать?.. – задумался Троашк. – А ведь это идея. Если сломать её с помощью объекта и связаться с производителями этой «неубиваемой», по их словам, капсулы, думаю, они выделят под тестирование ещё несколько экземпляров. Правда, это займёт какое-то время, но всё же…


«Замечена логическая ошибка во внешнем диагностическом оборудовании, из-за которой неверно фиксируется твой индекс интеллекта», – вдруг сообщила мне Оля.

«А конкретнее?» – уточнил я.

«На текущий момент общий индекс интеллекта – 4005 единиц, а в оборудовании отображаются только последние три цифры», – ответила она.

«Столько же не бывает, – поразился я. – Там что-то связано с каким-то эффектом, не помню, в общем, максимум 500 с чем-то. И что значит общий индекс?»

«Сумма индексов сегментированного разума», – сообщила Оля.

«Сегментированный?.. – задумался я. – Я что, супершизофреник? Хотя о чём это я, разговариваю ведь сам с собой, всё очевидно».

«Разум сегментирован из-за вмешательства несогласованных видов энергий», – в очередной раз не поняла моего юмора Оля.

«Я всё понял, это работа Гермеса с Аресом, – догадался я. – И чего теперь делать с таким мозгом?»

«С мозгом всё в порядке, сегментирована ментальная часть души, всего 21 часть: 198, 99, 202, 251, 187, 285, 120, 61, 211, 223, 226, 145, 133, 117, 290, 254, 239, 224, 178, 161, 201. Индекс интеллекта в общей сумме – 4005».

«И я думаю ими одновременно?» – спросил я.

«На данном уровне развития это невозможно, есть только способность менять активный сегмент среди включённых и выключать ненужные», – заявила она.

«Вещь, конечно, хорошая, но пока оставим всё, как есть. Пусть они думают, что у них оборудование глючит», – решил я.


– Вылезай и одевайся, – услышал я обращение ко мне Троашка, когда крышка капсулы открылась.

Когда мы пришли в кабинет, он вручил мне планшет с тестами. Я с полчасика погонял их, после чего он сообщил примерный уровень моего интеллекта – 200 единиц, чему очень удивился. Я же понял, что это активен первый сегмент разума, там 198 единиц. Затем он заказал на синтезаторе нам обоим еду и, пока мы ели, сказал, что этот кабинет защищён от прослушки и, если я что-то скажу ценное, он уверен в нераспространении такой информации и попросил меня поделиться ею.

– Для начала я хотел вкратце узнать ваши знания о судьбе, – поинтересовался я у Троашка. – Чтобы было от чего мне отталкиваться. И в последующем буду что-то уточнять.

– Мать-природа создала народы и сплела нити судьбы для каждого, чтобы никто не потерялся на жизненном пути, – стал рассказывать он. – Мы уже научились рассчитывать до семидесяти процентов судьбы каждого.

– Всё, я понял. У нас тоже есть такие религии, а есть даже такие, в которых Бог, который создал людей, периодически слушает их молитвы и некоторые исполняет. Не понимая, какие это проблемы для самого Бога, которому делать больше нечего, как слушать миллиарды жалоб, – сказал я и спросил: – Да, а что у вас с грехами, или табу, или правила, есть такие понятия?

– Есть. Мать-природа завещала детям своим соблюдать ряд правил, за нарушение которых она будет наказывать провинившихся, – ответил он.

– Во-во, у нас тоже такие страшилки придумали, а для чего, не объяснили: грех, и всё тут. Всё намного проще, так как те, кто бы нас ни создал, были вовсе не дураки, чтобы создавать самим себе проблемы, они просто-напросто сотворили ещё один закон природы вроде гравитации, который работает постоянно, независимо, веришь ты в него или нет. Этот закон направлен на то, чтобы люди – под людьми я имею в виду любые разумные создания – развивались и не мешали развиваться другим. Развивались вплоть до уровня создателей и дальше, всё-таки мы их дети, а любые родители всегда хотят, чтобы их дети не только доросли до их уровня, но и превзошли их, – принялся объяснять я одну из теорий о судьбе. Затем продолжил уточнять их теорию относительно своих знаний: – Кстати, вы сколько уровней или слоёв души знаете? Ведь как-то же вы псионике обучаете, да и базы знаний наверняка тоже не на физическом уровне закачиваются?

– А они тут при чём? – не понял он. – Они тоже имеют отношение к судьбе? – Получив подтверждающий кивок, ответил: – Ну, хорошо: два эфирных, два астральных и два ментальных. Высший и низший уровни каждого соответственно.

– Замечательно, а дальше?

– А дальше разве что-то есть? – удивился Троашк. – Дальше только зерно или ядро души, и оно неделимо.

– С вами всё ясно. Вам сказали, что неделимо, и вы успокоились на этом. Над нами так же изгалялись. Дальше как раз идёт кармический уровень души, или уровень судьбы. Он нужен для фиксации поступков, совершённых конкретным индивидом. И при последующих инкарнациях формируют место, время рождения и судьбу на основе грехов или благих деяний, которые не успели отработаться в течение прошлой жизни, – продолжил я рассказ и уточнил: – Про реинкарнацию тоже знаете?

– А как же, – успокоил Троашк меня. – Но рассчитать место и время пока не удаётся.

– Ну так вот, – подтвердил я, что понял, – таким образом, судьба является законом природы, который фиксирует, оценивает и записывает в соответствующем уровне души поступки, на основе которых формируются условия для отработки (исправления) грехов и вознаграждение за благие дела соответственно.

– Так это что, суперискин такой? – спросил он.

– Примерно так, только он существует на уровне выше ментального, и у вас, насколько я понял, пока нет устройств не только возможных для работы с ним, но и для регистрации его, – сообщил я ему очевидную вещь. – После нашего разговора, думаю, вы выделите направление изучения частот кармического уровня души и мира.

– Обязательно, – согласился Троашк и воскликнул: – Но это тогда получается, мы сами формируем свою судьбу и в любой момент можем её начать исправлять или сформировать другую!

– Ты ухватил самую суть, или принцип действия судьбы, – подтвердил я его выводы. – Причём вполне допускаю, что существуют боги судьбы, которые представляют собой этаких суперпсионов, которые могут работать на кармическом уровне. Типа астральщиков для астрального уровня или менталов – для ментального.

– Тогда поясни, как судьбой учитываются положительные и отрицательные поступки, нейтрализуются математически или ещё как-нибудь? – стал уточнять он некоторые моменты.

– Отрицательные формируют плохие события в будущей судьбе, а положительные, соответственно, хорошие, – пояснил я. – Причём отрабатывать придётся как отрицательные, так и положительные.

– Ну хорошо, тогда чем плохо, скажем, украсть, ведь сколько ты украдёшь, столько и у тебя украдут, но позже, ведь не будет же судьба противоречить такому закону природы, как закон равновесия, – предложил он вариант для анализа работы судьбы. – Выходит, ты получишь богатства сейчас, когда они нужны, и отберут их у тебя потом, когда они не будут нужны.

– А как же затраченное время на исправление? Тут как в банке: берёшь деньги в кредит, отдавать надо потом, но с процентами. Соответственно, если положишь под проценты вклад, то есть совершишь хороший поступок, то получишь потом вознаграждение с набежавшим процентом.

– Слушай, а ведь наверняка у души есть ещё более тонкие слои? – поинтересовался он. – Расскажешь?

– Есть, но рассказывать не буду, рано ещё, вы не доросли морально, вон даже совести ещё нет, проблемы могут быть, – решил я заинтриговать его, чтобы не сразу меня убрал, как носителя ценной информации. – Вот судьба разрешит, расскажу.

– Как это не доросли морально? – удивился он.

– Ну смотри, вы ведь почитаете мать-природу, так? – начал я пояснять.

– Так, – подтвердил он.

– Значит, относитесь с трепетом и ко всему, что она создала, как к божественным творениям, – продолжил я.

– Естественно, – не поняв, куда я клоню, подтвердил он.

– А почему тогда проблемы с, как минимум, таким же отношением к людям Содружества или диким? – спросил я прямо.

– Так ведь… – хотел он что-то объяснить мне, но понял, что я загнал его в ловушку.

– Вот видишь, – подтвердил я ему очевидное и на всякий случай пояснил: – А ведь и мы также дети матери-природы. Пусть, с вашей точки зрения, и младшие. Зачем же издеваться или гнобить, помогать надо, одна семья всё-таки.

– Так вот почему ты со мной разговариваешь как с равным, – понял он. – Ты, значит, считаешь себя выше меня морально?

– Иначе мне такие знания судьба не доверила бы, – прищурился я. – Вот ваша раса доросла до знаний о судьбе, меня к вам привели. Но так как у судьбы на меня ещё имеются планы, правда, с техническими знаниями, то выбрали конкретно вашу лабораторию для взаимовыгодного обмена. Так судьба и работает: если человек, например, собирается украсть, то его судьба подведёт к тому, кто должен отработать своё воровство и, соответственно, понести утрату какой-либо ценности.

– А если ты не выживешь из-за опытов или я вообще прикажу тебя пытать и убить, что сделает судьба? – спросил он, а я подумал, что он всё-таки козёл. Я тут делюсь ценными знаниями, а ему всё бы кого замочить, пусть и с научными целями.

– Ты хочешь проблем с судьбой? – решил я взять его на понт. – Да пожалуйста, рискуй. Я своей душой никогда не рискнул бы. Ты даже не представляешь, как она может наказать. Думаешь, мне приятно тут с тобой разговаривать, зная, что вы с людьми творите в своих лабораториях? Но я понимаю, что она нашла максимально эффективный способ разрешить две проблемы: донести до вас знания и подготовить меня к предстоящей работе.

– Ну что ж, ценная информация, она действительно стоит того, что ты запросил за неё, – согласился он и спросил: – Только почему технические знания?

– Мне предстоит работать с различной техникой в разных мирах, но и от других знаний я не отказался бы.

– Может, на разных планетах? – уточнил он.

– Я не на столько дикий, – парировал я. – Именно мирах, параллельных, насколько я знаю, а может, и других вселенных, я не очень-то знаком с реальным устройством мироздания.

– Ты умеешь перемещаться между мирами? – невероятно удивился он.

– Как бы не так, – успокоил я его. – Меня таскают по ним по работе. Если им надоест меня таскать, пусть учат меня перемещаться самостоятельно.

– А они – это кто? – спросил он.

– Боги, насколько я понял по их возможностям. – Под богами я подразумеваю сверхпсионов с возможностями, превосходящими ваших самых сильных псионов на порядки.

– И ведь не врёшь, – удивился он, посмотрев куда-то на стену. – Я так понимаю, что на эту тему лучше тебя не допытывать?

– Мне-то без разницы, а вот им может не понравиться, – согласился я.

– Ещё что о судьбе расскажи или связанное с ней, – попросил он.

– Могу добавить, что мне повезло родиться в роду со способностью чувствовать судьбу, вернее, оценку события. Само чувство называется совесть и позволяет совершать меньше отрицательных с точки зрения судьбы поступков и ускоренно отрабатывать долги за поступки. Ввиду частичной деградации моего рода это чувство передалось с искажениями и неравномерно по родственникам. У кого-то оно более полно или чище, а у кого-то вообще нет.

– А как это чувство работает? – заинтересовался он.

– Я, увидев какое-нибудь действие или собираясь что-то совершить, чувствую оценку события судьбой в виде либо усиливающихся неприятных ощущений вплоть до боли, либо удовлетворения, в зависимости от оценки события судьбой. И естественно, при сильных неприятных ощущениях или боли мне очень трудно совершить отрицательный поступок.

– Какое интересное свойство! – восхитился он. – Таким и законы не нужны.

– Насколько я знаю, мои предки жили без законов, как раз по совести, – подтвердил я его измышления. – Она у них была практически чистая и не давала совершать ошибок.

– Вполне возможно, твоему роду действительно миллиарды лет, – проанализировал он эти данные. – Такое чувство естественным способом за тысячелетия не сформируешь, на это гораздо больше времени нужно. И откуда же ты прибыл, такой интересный?

– С Земли, нас там много таких, – сказал я и, заметив, как он вздрогнул, спросил: – Что, встречался с моими земляками?

– Не встречался, но наслышан, – нахмурился он. – Проблемы вы умеете создавать.

– Это ты, наверное, о русских слышал, – усмехнулся я и прикольнулся: – Я сам их боюсь.

– А ты тогда кто? – удивился он.

– Я росен, практически самый безобидный – прирождённый торгаш, ну, или дипломат, переговорщик, в моём случае – миротворец, – продолжил заливать я. – Сам же видишь, язык подвешен неплохо, работает практически на генетическом уровне. Вот я и делаю то, что умею лучше всего, – договариваюсь. Взаимовыгодный обмен максимально эффективен…

– Ну что ж, раз с этим закончили, тогда пойдём работать с тобой. Я решил лечить тебя на новейшей научной капсуле, для экономии времени, там же будем и обучать тебя, и изучать…

По дороге я думал, насколько я, оказывается, складную теорию сформулировал, самому понравилась. Главное, она подошла в качестве цены, а остальное не важно. Хотя надо быть повнимательнее, что-то я этим учёным не доверяю, могут и припомнить, как я над ними изгалялся.

«Информация о судьбе на 72 % достоверна», – сказала вдруг Оля.

«Я настолько гениален? – сыронизировал я. – Ведь от балды же придумал».

«Может, просто вспомнил?» – не согласилась она.

«Ты, естественно, не подскажешь», – попробовал я хоть что-то выведать у неё. А в ответ тишина.

Научная капсула не впечатляла. Я думал, она будет размером с помещение, всё-таки столько в неё запихали, и учить будет, и лечить, и изучать. Как в старом анекдоте про СССР: «Советские микросхемы – самые большие микросхемы в мире». Но она была практически копией медицинской. А рядом стояло несколько шкафов, я так понял, это компьютеры, или, как их тут называют, искины. Ахрет уже что-то настраивал на голографических мониторах. Вероятно, они управляются сенсорно с помощью обработки видео с камер, как на новых теликах на Земле. Хотя могу и ошибаться, нет местных технических знаний. Один из шкафов меня очень удивил, он имел не только физический монитор, но и механическую клавиатуру. Зачем это устаревшее оборудование здесь, я не понял, но решил не уточнять, сами расскажут, если надо будет.

– Раздевайся и залезай, – скомандовал Троашк. – Будем тебя сначала восстанавливать до нормального физического состояния.

«Перекачивай всю энергию в складку», – приказал я Оле, когда залез в капсулу, решив заодно прокачать свой ментальный резервуар.

– Объект умер, – сказал, растерявшись, Ахрет Троашку.

Глава 11

– Да что ж такое-то? Всё же нормально идёт! – воскликнул Троашк.

– Могу предположить, что это отдача от капсулы на попытку её уничтожить его «разрушающим» излучением, – прикололся Ахрет.

– Ты сам-то понял, что сказал? – удивился Троашк. – А что, вполне стройная теория, – усмехнулся он. – Смех смехом, но он мне нужен живым и вменяемым, – надавил Троашк. – Кстати, включи автоматическое пополнение регенерационных картриджей.

– Пять картриджей за час, и всё без толку, – огорчился Ахрет.

– Десять процентов восстановления за час для тебя – без толку? – возразил Троашк. – Хоть и зафиксирован аномально низкий уровень восстановления относительно затрат картриджей, но он компенсируется высокой скоростью самой регенерации. Не забывай периодически замерять параметры организма.

– Зачем нам исследование увеличения расхода картриджей? – спросил Ахрет, он надеялся толкнуть их во флот знакомому интенданту для перепродажи во фронтире. – Не лучше ли, наоборот, изучать пути их экономии?

– Ты представляешь, сколько нам от флотских перепадёт, если мы сможем ускорить восстановление раненых? К тому же мне нужен экземпляр с идеальным здоровьем для экспериментов, – ответил Троашк. – У этих картриджей всё равно скоро выходит срок годности, и должны привезти новые, вот и пустим их в дело.

– Всё равно я считаю, что мы зря с ним возимся, – попробовал ещё раз убедить своего начальника помощник.

– От него уже идёт отдача, я благодаря его информации увеличил прогнозирование судеб до восьмидесяти процентов, – возразил Троашк. – Я уже должен ему как минимум поправить здоровье. А если он ещё какую информацию даст? Мне уже за эти добавочные проценты прогнозирования увеличат финансирование в несколько раз. А если с его помощью я открою возможность увеличивать индекс интеллекта гипнопрограммами или если я смогу установить ему нейросеть, при таком необычном повреждении мозга? Не говорю уж об исследовании нового вида симбиота.

– Тогда предлагаю после лечения продолжить тестирование расхода картриджей ампутацией различных конечностей, – ляпнул Ахрет из вредности первое, что пришло ему в голову.

– Там видно будет, – неожиданно не отверг его предложение Троашк. – Твоя задача сейчас – следить за состоянием объекта. Он главный приоритет.

– Я останусь дежурить всю ночь рядом с ним на случай непредвиденных ситуаций. Искин уже вычислил методику быстрой реанимации после аномальных смертей, да и они всё реже, – доложил Ахрет. – Если бы не диагностика капсулы, то возникает чувство, что он их симулирует.

– Ладно, занимайся объектом, а я пойду проверю другие проекты, – задумался Троашк. – Завтра жду от тебя краткий отчёт.

– Объект опять умер, реанимирую, – сказал помощник. – Объект стабилен. Может, когда он очнётся, узнаем у него, что там с этими странными смертями?

– Сомневаюсь, что он сам в курсе, хотя с этим странным объектом всё может быть. Время покажет. – И Троашк вышел.


Как же болит башка, мышцы ноют, в горле першит, это ж кто так надо мной пошутил? А-а-а-а-а, кажется, я знаю кто, опять, наверное, надо мной эксперименты проводят, ну, сейчас я им выскажу всё, что о них думаю.

И тут я обратил внимание на снова изменившийся максимум ТИка (84 544/100 789 ТИк) внутренней ментальной энергии и 320 676 ТИков в ментоскладке. Заметив, что внутренняя энергия очень быстро перекачивается в ментоскладку, я сразу скомандовал Оле прекратить перекачку энергии. Вот я дурак! Это ж надо же так тупануть, я ведь сам виноват, что голова болит, а не учёные, на которых я изначально подумал. Отдал приказ искину на перекачку без указания лимита.

«Оля, а что это такое было? – спросил я у своего Пекина. – Ты почему согласилась выполнять команду, причиняющую мне вред?»

«Ты сам дал доступ для прокачки организма, – пояснила она. – Благодаря обнулению ментальной энергии и вследствие этого клиническим смертям отработана часть кармы, что увеличило чистоту совести на одиннадцать процентов, одновременно с этим резко увеличен внутренний резервуар ТИка».

«И сколько раз я умер?» – стало мне интересно.

«84 раза, – «обрадовала» меня Оля. – Первые тринадцать раз помогал реанимировать симбиот, затем справлялись внешние устройства».

«Больше так не делай. По крайней мере, уточняй у меня критические команды, – приказал я Оле. – А то в следующий раз медкапсулы под рукой может и не оказаться».

«Дальнейшее увеличение чистоты совести с помощью клинических смертей невозможно», – сообщила она.

«А что так?» – спросил я чисто механически.

«Судя по таблице твоей кармы, остались только разнообразные болевые ощущения, как физические, так и психические», – также автоматически ответила Оля.

«А можно глянуть на эту таблицу?» – поинтересовался я, заранее подозревая ответ.

«Нет доступа. Только по достижении 97 % чистоты совести», – подтвердила она мою догадку.

«Кругом засада! – возмутился я. – Ещё есть что нового?» – спросил я у неё.

«Бобик сдох», – услышал в ответ.

«А если поподробнее?» – охренел я от новости обретения моим искином чувства юмора и предчувствуя за этим возможные шуточки.

«Паразитический модуль не выдержал клинические смерти и погиб. Это ускорит обучение базами данных и исключит потерю ментальной энергии, – выдала она подробный отчёт. – Закрыть внешний порт доступа к ментальной энергии?»

«Зачем? Будем использовать, – сказал я, а сам подумал, что, может, это из-за этого голова болит? Да нет, там другая боль была, психическая, а это физическая, голова раскалывается, как при сильном гриппе. Да и с мышцами что-то не то, как чужие, не слушаются. И скомандовал Оле: – Если кто клюнет на открытый порт и вздумает подключиться, отключай его, тащи в ментальную складку, или где там хранятся отключённые модули? Потом, когда время свободное будет, посмотрю, куда их девать и что делать».

«Выполнено, – отчиталась она. – Слежение за ментальным портом установлено».

«Совсем забыл, а сколько у меня теперь можно активировать способностей?» – вспомнил я о таблице.

«Чистота совести 89 %, доступно способностей – 5.5, активировано – 3.67».

«Почти две штуки ещё можно активировать, – задумался я и дал команду: – Убери из кнопки переключателя „Грузчика“ и включи его на постоянку».

«Сделано», – сказала она, и тут что-то промелькнуло, я кое-как открыл глаза и понял, что это открылась крышка капсулы.

– Живой? – спросил меня Троашк. – Если понимаешь меня, моргни.

Я с большим трудом моргнул.

– Не дёргайся, всё нормально, – сказал он мне, когда я попытался пошевелиться и попал рукой себе в глаз, больно-то как! – У тебя нарушена речь и координация движений.

«Ни фига себе „всё нормально“», – удивился я так, что аж о боли забыл.

– Дело в том, что капсула, вопреки программе, заменила твой организм полностью, затратив на это аж семьсот восемьдесят четыре картриджа за трое суток, – начал он подробно объяснять ситуацию. – А так как организм у тебя теперь новый, а мышечная память сформирована под старый, то придётся тебе по новой учиться говорить и двигаться. Необходимо заново сформировать мышечную память. Я предполагаю, это займёт примерно неделю или две. И хотя мне очень хотелось бы с тобой кое-что обсудить, но пока это невозможно. Сейчас тебе нужен отдых от капсулы для балансировки полей организма. Тебя отнесут в твою… э-э-э… комнату, а завтра начнём процесс реабилитации в тренировочной капсуле.

И меня с помощью медицинского дроида погрузили на гравиплатформу и перевезли в мою камеру, где перегрузили на кровать. Когда они ушли, я спросил Олю, чем она может мне помочь, чтобы ускорить формирование мышечной памяти. Она сказала, что есть возможность на основе осознанного сна и формирования эфирных потоков души, а также «Грузчика» сформировать виртуальную реальность для безопасной ускоренной тренировки тела. Мне вдруг стало интересно, это только сейчас появилась такая возможность или и раньше была? Оля сказала, что это изначально было заложено в ментальную сеть для моделирования ситуаций, но так как у меня практически не развит контроль над чувствами, то нежелательно этим пользоваться. Принудительное использование данного способа приведёт к дальнейшей деградации контроля. Благодаря этому же у меня и осознанные сны, оказывается, бывают так редко. Я решил уточнить, а как же осознанность, разве не она важна для ОС? Оказалось, это только половина необходимого, хоть и большая.

Астрал – мир чувств и ощущений, а так как он является местом, где и формируются ОС, то контроль над чувствами тоже важен. Я хотел было возразить, что отключение чувств было мне очень нужно, чтобы выжить, но потом подумал: перед кем я оправдываюсь? Но Оля ответила, что череду критических ситуаций, которые привели к отключению моих чувств, судьба создала для отработки моей кармы и, соответственно, мне необходимо всё это пережить. Правда, эти ситуации наложились на психологическое давление информационной среды, сформированной для пропаганды так называемых «свобод Запада». Что привело к увеличению суммарного психологического давления выше критического, и сработала защита психики, которая отключила чувства полностью. Откуда у меня такая защита, история, понятно, как всегда, умалчивает, но благодаря ей я избежал либо смерти от разрыва сердца, либо психушки, тут уж мне как бы «повезло».

Сейчас же у меня сильный перекос в ментальную сторону и очень слабо сформированы астральный и эфирный слои души. Тогда я спросил у Оли, нельзя ли в программу тренировки мышц добавить программу тренировки контроля над чувствами и эфирными потоками? Она ответила, что такая возможность есть, но смогу ли я выдержать, если учесть, что чувства я отключать там не смогу, а ситуации будут более жёсткие, чем те, что привели к способности глушить чувства. Я заверил, что смогу, накопленные знания должны помочь, и дал доступ ей для моей срочной и полной реабилитации, а также попросил её запустить процесс как можно быстрее. Меня напрягала моя беспомощность…

Началось всё с того, что моё тело взлетело над кроватью и развернулось вертикально. Круто, когда ж я сам так научусь? Перед глазами промелькнули какие-то пятна, которые постепенно сформировались в очень чёткое изображение лесной опушки, в центре которой я находился. «Обычный осознанный сон, – подумал я и попробовал полетать, но ничего не вышло. – Ага, сон-то осознанный, но не мной, а Олей, это она управляет этой реальностью». Странно, мышцы не болят, и тело слушается. И тут я упал и не смог даже пошевелиться, появилась сильная боль во всех мышцах. «Сглазил», – промелькнула мысль, но потом понял: началась тренировка, с болью я знаком, ничего страшного.

Вдруг рядом со мной упал чей-то труп с безжизненным изуродованным лицом. И чего? В ужастиках и пострашнее показывают. А затем до меня дошла ещё одна истина: нужно двести раз подумать, чем опрометчиво давать разрешения на такие тренировки. Такого ужаса, который я стал испытывать от вида обычного, казалось бы, трупа, я ещё не испытывал никогда. Ещё больше усугубляло ситуацию то, что даже отвернуться я не мог из-за отсутствия контроля над мышцами шеи.

Перечислять всё то, что я пережил за эту «тренировку», я не буду, даже вспоминать страшно. По моим личным ощущениям, я провёл в симуляции больше месяца, хотя Оля сказала, что прошло всего шесть часов. Когда утром очнулся на кровати, мне стало стыдно, что я испугался таких мелочей. Результат меня, конечно, порадовал: я уже мог медленно ходить и более-менее внятно говорить, но чтобы я ещё раз добровольно испытал такое?! Ну на фиг. Также порадовала меня Оля тем, что я не только повысил немного контроль над чувствами, но и отработал некоторое количество кармы, очистив совесть ещё на один процент. Мне сразу стало интересно: это каждый процент стоит таких переживаний? Но она меня огорчила, пояснив, что каждый следующий процент требует в семь раз больше или сильнее переживаний, чем предыдущий. Поняв, что я такое не выдержу, я забил на это и стал просто ходить туда-сюда по моей маленькой камере в ожидании, когда за мной придут.

Пока ходил, увидел, что в ментоскладке осталось всего около 60 тысяч ТИков, и спросил Олю, куда делась энергия. Оказалось, я потратил её на симуляцию, мог бы и сам догадаться. Прикинув, что 60 тысяч в складке и 80 тысяч внутренней мне хватит на установку «Алхимика», я скомандовал Оле проследить за мной на всякий пожарный и начал установку. Почти ничего нового: «Поднесите внешний модуль к шее и держите там до окончания установки». Модуль, естественно, оказался следующим артефактом погибшего техника. Понятно, что оставшийся модуль – «Мир», но на него нужно уж вообще нереальное количество ТИков. Потратив на установку 96 тысяч ТИков и полчаса времени, я увидел такое меню:

«Лабораторный модуль „Алхимик 1“.

Предназначен для трансформации материи в эфирную энергию и наоборот с помощью ментальной энергии. Скорость трансформации однородного материала 1/100 максимума личных ТИков кубометров в минуту за первый уровень. Скорость трансформации разнородного материала кратна количеству материалов. Максимальная дальность доступа к материалу 1/10 максимума личных ТИков метров за первый уровень».

Сразу же спросил у Оли, что это за непонятный уровень в описании, а то я уж подумал всякое, типа в игре, что ли, нахожусь? Оказалось, это уровень опытности использования способности, и, естественно, он прокачивается количеством использований. «Алхимика» я сначала решил не испытывать, так как, возможно, меня скоро придут проведать, запалюсь ещё, отмазы придётся придумывать. Но, подумав, спросил у Оли, вдруг чего посоветует, и она объяснила, что собой представляет этот самый «Алхимик». Это не просто вещь, а ВЕЩЬ. Им можно не только трансформировать один химический элемент в другой, как я изначально подумал, ну, типа философского камня, а самый натуральный 3D-ксерокс. Можно копировать и запоминать различные предметы и создавать их из запасов энергии. Кстати, создавать эти самые запасы можно, разложив материю. Да я теперь сам как орихалк, даже круче. Хотя тут Оля меня притормозила: оказывается, я не могу копировать и разлагать живые организмы, по крайней мере пока они живы. Да и эфирная энергия у меня практически в зачаточном состоянии. Но я могу пока заняться копированием всего подряд для прокачивания уровня опытности, это потребует только затрат ментальной энергии, а у меня её очень много. Я решил, что зря я «Грузчика» убрал из переключателя, но Оля меня обрадовала, что дополнительного процента чистоты совести, что я очистил за ночь, мне хватает, чтобы и «Алхимика» включить на постоянное использование. Что я и сделал. Проверил копирование на кровати, внешне никаких эффектов, но я почувствовал, что теперь в любой момент могу создать копию, правда, энергии мне хватит процентов на пять этой кровати.

И тут я услышал небольшой шум.

Оказалось, это пришёл за мной Ахрет. Он сначала удивлённо наблюдал, как я хожу, затем стал меня ругать.

– Ты зачем встал?! – воскликнул он.

– Мне никто не сказал, что нельзя, – стал я косить под тупого.

– Тебе ещё рано, – сказал он, всё ещё не отойдя от увиденного.

– Так мне что, обратно ложиться? – спросил я, решив совсем добить.

– Не надо, если уж встал, – опомнился он. – Пойдём, я покажу тебя Троашку, он осмотрит тебя и решит, что делать с тобой дальше… Как ты вообще смог? – поинтересовался он по дороге к исследовательской капсуле.

– Лучше не напоминай, было очень больно и страшно, – ответил я неопределённо.

Больше он ничего не спрашивал.

Троашк такого удивления моей прытью не показал. Заглянул только в мои глаза и приказал раздеваться и залезать в капсулу для диагностики. А когда я вылез, он мне высказал, что зря я так себя истязаю. Хотя я внешне и не показываю, чего мне это стоило, но глаза выдают всю ту боль, что я испытал. Капсула не показала никаких растяжений или вывихов, которые можно было бы ожидать при такой скорой нагрузке мышц.

– Ты в курсе, что умирал очень много раз? – решил спросить у меня Ахрет.

– Теперь знаю, – ответил я равнодушно.

– Не знаешь из-за чего? – продолжил он расспрос.

– Возможно, ляпнул то, что рано вам ещё рассказывать, – начал я мутно отмазываться от своей дурости. – И это предупреждение мне, чтоб следил за тем, что говорю и кому.

– Очень жаль, – расстроился Троашк. – А я так хотел ещё побеседовать с тобой на тему судьбы.

– Почему нет? – успокоил я его. – Просто теперь буду более осмотрителен в разговоре. Очередь за обучением.

– Не бережёшь ты себя, куда ты торопишься? – обеспокоился он.

– Могу не успеть, – снова неопределённо ответил я. – Ты учить-то будешь, нет?

– Ну хорошо. Хоть во время обучения отдохнёшь, – согласился он. – Я настрою так, что, пока порция знаний не усвоится, следующая не пойдёт.

Троашк подошёл к тому самому шкафу, похожему на древний компьютер, что меня так удивил. Он что-то долго набирал на клавиатуре, потом тыкал на мониторе и, наконец, достал лежавший сверху на нём планшет, который я не заметил, и протянул его мне:

– Вот тебе планшет, там указаны доступные тебе базы знаний, отметь порядок изучения.

– А почему только технические? – увидел я большой список запрещённых к изучению баз. – Жалко что ли, может, добавишь ещё какие? Типа выживания в дикой природе или вышивания крестиком, мало ли что в жизни пригодится.

– Ладно, добавлю ещё, если так мало, только все всё равно не выучишь, на первый уровень баз уходят сутки у человека с интеллектом в 60 единиц. Каждый следующий уровень почти на порядок больше. Есть нелинейная зависимость скорости обучения от базового интеллекта, то есть если интеллект 120, то не 12 часов, а 8, если 180, то 4 часа, плюс можно ускорить с помощью различных химических препаратов. Я сейчас настрою капсулу для наиболее подходящего для тебя коктейля ускоряющих препаратов, это ускорит изучение примерно в десять раз. Как только закончишь с выбором, просто ложись в капсулу, дальше она всё сделает сама, – подробно проинструктировал он меня. – Завтра сделаем перерыв на пару часов для тренировки мышц, они у тебя всё ещё очень слабые, и движения у тебя неуверенные. Капсула будет периодически замерять параметры интеллекта, да и в случае проблем она нас вызовет по сети.

– Я всё понял, отмечаю базы и ложусь в капсулу, – кивнул я, отмечая порядок изучения баз на планшете.

Троашк с Ахретом постояли немного и пошли по своим делам, при этом заперев лабораторию, судя по щелчкам. Странно, космические технологии, а замки механические. Хотя, может, это защита от сбоев электричества. А базы мне достались очень даже интересные:


«Разрешённые для установки базы знаний:

Администратор 1–5

Биохимия человека 1–5

Верховая езда 1–2

Выживание 1–7

Геология 1—3

Геология астероидных полей 1—3

Геофизика 1—4

Инжинеринг 1—8

Катализ и катализаторы 1—2

Кибернетика 1—7

Кулинария 1—5

Лазер 1—6

Медицина 1—9

Металлургия 1—5

Обслуживание малого корабля 1—4

Обслуживание среднего корабля 1—5

Обслуживание большого корабля 1—6

Общие сведения об Империи и Содружестве 1

Пилот малых атмосферных кораблей 1—5

Пилотирование малых космических кораблей 1—5

Пилотирование средних космических кораблей 1—5

Пилотирование больших космических кораблей 1—5

Производственные системы 1—4

Промышленность 1—4

Промышленные лазеры 1—5

Промышленные сканеры 1—5

Разработка астероидных месторождений 1—4

Реакторы и двигатели 1—6

Сканеры шахтёрские 1—5

Современное производство 1—5

Теория строения Вселенной 1—3

Техник малых кораблей 1—5

Техник средних кораблей 1—6

Техник больших кораблей 1—7

Техник станционного оборудования 1—5

Техник бытовой аппаратуры 1—4

Техник ручного оружия 1—4

Техник планетарных средств передвижения 1—5

Техник медицинского оборудования 1—4

Техник 1—3

Техник малых промышленных систем 1–5

Техник средних промышленных систем 1–5

Техник больших промышленных систем 1–5

Технические роботы-дроны 1–4

Технологии добычи руд 1–3

Технологии и производства 1–6

Технологические аспекты переработки руд 1–3

Торговец 1–7

Управленец 1—5

Управление кораблями малого класса 1–4

Управление кораблями среднего класса 1–5

Управление кораблями большого класса 1–6

Физиологические процессы и их стимуляция 1–4

Физиология мозга 1–5

Химия 1—4

Химия металлов и сплавов 1–3

Шахтёр 1–5

Экономика 1—8

Электроника корабельных систем 1–7

Энергетик малого корабля 1–4

Энергетик среднего корабля 1–5

Энергетик большого корабля 1–6

Энергетик промышленных систем 1–6

Энергетические системы промышленных комплексов 1-5

Юрист 1–5


Запрещённые:

Боевая медицина 1—5

Боевые роботы-дроны 1—5

Бой в невесомости 1—5

Взлом кибернетических систем 1—8

Защиты объёмов космического пространства 1—5

Звено 1—5

Искины 1—5

Костюмы химической защиты 1–3

Малая корабельная пушка 1–5

Навигация 1–7

Оружейник 1–5

Погонщик 1—4

Пушка 1—5

Программирование 1–6

Ракетные системы 1–5

Ракетчик 1–5

Рукопашный бой 1–8

Силовые щиты 1–5

Системы безопасности 1–4

Сканер 1–9

Сканеры боевые 1–7

Стрелковое оружие 1–8

Стрелок 1–8

Фехтование 1–7

Флот 1—5

Электромагнитное оружие 1–5

Эскадрилья 1–4

Эспер 1—11»


Интересные-то, конечно, интересные, но запретные ещё круче. Как же жалко-то! Я глянул на механическую клавиатуру в надежде «а вдруг», и, что странно, это «вдруг» сработало. Я как-то понял, что знаю комбинацию, которую он набирал, все 212 знаков. Попробовал набрать и получил полный доступ к настройкам баз знаний. Недолго думая, разрешил себе все запрещённые и добавил в очередь на планшете. Затем спросил Олю, что это такое было с паролем. Она объяснила, что это моё видение сработало, и я увидел ментальный поток данных, привязанных к предмету. Я спросил: это способность? Нет, это теперь часть ви́дения, наложилась в виде подпрограммы часть от установки «Алхимика». Затем я задумался, как бы вернуть настройки обратно, чтобы никто не заметил, капсула ведь меня усыпит. «Да и хрен с ним, – подумал я, – пускай списывают на очередной сбой, их и так много, одним больше, одним меньше».

Ради интереса спросил у Оли, сколько времени уйдёт у меня на обучение, и она «обрадовала» меня тем, что все эти базы рассчитаны на три с лишним миллиона лет обучения без ускорения интеллектом в 60 единиц. Я, охренев от такого срока, справился: а если ускорить по максимуму и изучать начиная с первых уровней все базы? Оля ответила, что если учесть только первые уровни баз, а их 93, то стандарт изучения – 93 дня. Средний индекс интеллекта в моих ментальных сегментах – 190 единиц, это ускоряет обучение примерно в шесть раз. Затем химическое ускорение капсулы – это примерно в десять раз, ну, и ещё можно распараллелить изучение на все потоки, это потребует ментальной энергии, но она перекачивается в складку вместе с информацией, так что должно хватить примерно на восемнадцать часов, итого общее ускорение увеличивается аж в 1260 раз. На все базы первого уровня затраты – два часа, второго уровня – ещё 15 часов, ну, и третий уровень – пять дней. Соответственно, выучить сможешь только первые два уровня всех баз и пакетов. Поинтересовался, что за пакеты такие, оказалось, есть наборы баз знаний, объединяемые в пакеты, и они, кстати, в списке тоже присутствуют, например, «Техник».

Сразу же спросил, можно ли как-то все базы сначала скачать в ментоскладку, а то ведь заблокируют, когда увидят, что полный доступ открыт к базам. Она меня успокоила, что обучение не начнётся, пока всё не перекачается в ментоскладку, на что потребуется примерно полчаса, затем процесс ликвидации метальных закладок, исправление ошибок и удаление дублирующей информации – ещё часов восемь, причём обучение я смогу начать уже через полчаса. Тогда я скомандовал Оле при исправлении ошибок оставлять ошибочную информацию с пометкой «ошибка», иначе я не буду знать, где местные знания с ошибками, а где исправленные. Это нужно, чтобы я сильно не выделялся. А также нужно сделать копии оригиналов без модификаций, мало ли, смогу копировать такие базы на носители вроде флешек, бизнес замутить можно будет. Или нельзя, неизвестно, чем тут карается нарушение авторских прав.

Наглеть так наглеть. Я поинтересовался у Оли, можно ли использовать ту виртуальную реальность, с помощью которой я учился ходить, для освоения знаний на практике, вроде тренажёра. Она обрадовала меня, что не только можно, но это ускорит изучение баз ещё до двадцати раз, но при этом будет тратиться больше ментальной и астральной энергии, а также повысится деградация контроля чувств, и это нужно будет как-то компенсировать. Я, вспомнив тот ужас, что тогда пережил, аж вздрогнул. Стал допытываться, нельзя ли это чем-то безболезненным заменить. Оказалось, заменить нельзя, но и такую интенсивность переживаний уже не надо будет применять, всего лишь восьмую часть от того уровня, для полной компенсации. Я согласился на половину, пусть хоть чуть-чуть, но увеличивается контроль над чувствами. Правда, тут ещё одна проблема: организм может просто не выдержать такого объёма знаний за один раз. И чем больше я смогу воспринять за этот один раз, тем больше перерыв нужно будет делать до второго такого изучения, а также не меньше недели нельзя вообще ничего изучать.

Решили сделать так: Оля скачивает все базы кроме последнего ранга последней базы, чтобы капсула не прервала процесс обучения, и когда она увидит, что я перегружаюсь, то выводит меня из состояния ускоренного обучения и докачивает остатки, чтобы капсула выпустила меня. Оля подсчитала, что энергии хватит максимум на третий уровень баз знаний, с учётом всех ускорений это должно занять шесть часов. Когда я залез в капсулу, то понял, что полчаса до начала обучения мне делать будет нечего, и тут вспомнил о «копировании» и стал «запоминать» всё подряд, что находилось в лаборатории. Когда все предметы и оборудование закончились, как раз подошло время обучения.

Не буду описывать все оригинальные сюжеты тренировочных ситуаций, тут места не хватит. Фантазия у Оли очень оригинальная, или это моя, не знаю, но там было такое: от космических битв до зомби-апокалипсиса, от уроков в школе до магистра Йоды. Правда, под конец меня даже затошнило. Оля объяснила, что это остатки токсинов коктейля препаратов для обучения и скоро всё пройдёт.

Когда открылась крышка, Оля мне сказала, что удалось выучить почти все базы до третьего уровня, у которых такие были, кроме базы «Эспер», которая обучает псионике. Проблема оказалась в том самом контроле над чувствами: пока не подниму его хотя бы до половины, следующий уровень изучаться не будет из-за опасности самоуничтожения. Оказывается, текущий мой уровень – всего четыре процента. Кстати, пока никого нет, я занялся уничтожением улик, то есть убирал следы моего вмешательства в доступ к базам знаний, а также убрал метки изучения мной всех баз, оставил только метки на десятке технических баз первого уровня. А пока я заметал следы, Оля продолжила меня информировать, что снова изменился мой индекс интеллекта, причём на всех сегментах сразу, теперь он составлял 5183 единицы.

Если подробнее, то: 253, 104, 263, 340, 243, 381, 140, 63, 274, 296, 303, 183, 156, 134, 386, 346, 322, 305, 235, 199, 257. Я сначала заметался, как бы скрыть это всё, ведь капсула всё это протоколировала. Но заметил, что двенадцатый сегмент как раз 183 единицы, и если выключить все остальные сегменты, то при замере покажет относительно нормальное число единиц интеллекта. Что Оля тут же и проделала, заодно сообщила, что мне теперь не только неделю запрещено учить базы, но и повторить такой фокус удастся не раньше чем через год.

Анализируя знания, я вспомнил то, что изучал в своё время на Земле. Оказывается, здесь эффект полостных структур (ЭПС) Гребенникова используют вовсю. Только открыли больше частотных данных, и называется – частотная геометрия пространства. Например, в том же скафандре и других пустотных костюмах защита от радиации обеспечена прослойкой пористого материала с ячейками определённого размера и выложенных в определённом порядке, типа кристаллической решётки атомов, как я их помню из уроков химии. Антигравитационные двигатели также сделаны на основе пористого металла с определёнными порами нужного размера и порядка, только добавили резонансную полостям частоту электрического тока для активации и управления процессом.

Когда я первый раз, на Земле, увидел видео о гравитолёте Гребенникова[22], то вспомнил один старый телеспектакль[23], когда-то виденный по телевизору ещё во времена СССР. Там была очень похожая ситуация: спецслужбы собирают ведущих учёных США и сообщают им, что некий неизвестный изобретатель сумел изобрести действующую модель антигравитационного двигателя. К сожалению, в ходе испытаний изобретатель погиб, а его аппарат пришёл в негодность. Перед учёными поставлена задача: в кратчайшие сроки воссоздать этот аппарат. Самое прикольное, что после того, как этот аппарат воссоздали, им сказали, что это был розыгрыш. Но они смогли, «вот что крест животворящий делает!», они поверили – и сделали фантастику реальной.

Самоделки, сделанные по принципу эффекта полостных структур Гребенникова, на Земле работали очень плохо из-за невнимательности, ведь Гребенников писал в книге «Мой мир»[24] о геометрически упорядоченных полостях. Соответственно, чем точнее геометрическая точность, тем выше эффект. Детали можно рассчитать и нарисовать на компьютере и сделать из пластика с помощью 3D-принтера или, если нужно, из металла, ведь существует так называемая порошковая металлургия – тот же 3D-принтер, только по металлу.

Кстати, а ведь квартиры в многоквартирных домах являются полостями и геометрически упорядочены. Помню, что-то было такое о стоячих волнах – это ведь тоже ЭПС. Не зря же в древности все дома были разными, даже углы кривили, чтоб этих «волн» не было. Хорошо хоть, улицы кривые, иначе вообще труба. Интересно, а ведь фасады разукрашивали узорами, то есть создавали геометрически упорядоченные полости, скорее всего, для определённых частот, знать бы, для чего конкретно. Тут нужно вычислять резонанс и частоты воздействия, ведь какие-то частоты ЭПС лечили боль, а какие-то уменьшали вес, а могли быть и вредные частоты. Это как частоты света, звука, радио и т. д. А ещё есть такая мысль: задающая частота – в виде песни, а резонирующие полости – в виде внутренних органов. Безумно интересно.

«Оля, а почему нет информации о размерах комнат и стоячих волнах в виде частот? – спросил я у личного искина, ведь она обещала исправлять ошибки, если они будут найдены в базах. – Ведь разработана частотная геометрия пространства, а таких частот и вообще данных нет, а должны быть».

«Дана только та информация, что есть в базах знаний, – ответила она и огорошила: – Полная информация засекречена, нет доступа».

Ну ни фига себе, похоже, там можно натворить делов, раз засекречено. Или тут тоже не всю информацию дают населению? Наверняка учёные что-нибудь нарыли, но, видно, что-то страшное, раз секретят. Ведь комнаты все стандартные и как-то воздействуют, а данных нет, или есть, но не для простых людей? Придётся самому изучать, методом тыка, хотя что-то страшновато, вон Гребенников долетался. В общем, потом посмотрю, как время свободное будет, может, и попадётся что-либо на эту тематику.

Только я закончил с уликами, как вбегают оба аграфа, я даже отойти от компа не успел.

– Немедленно отойди от терминала! – воскликнул Троашк.

– Да чё ему будет-то? Он же железный, – стал я снова косить под тупого.

– Хорошо, блокировка не успела сработать, – облегчённо выдохнул он. – Странные данные эта капсула выдаёт.

– Похоже, он её всё-таки сломал, – обрадованно сказал Ахрет. – Не может быть, чтобы он так быстро выучил все базы.

– На терминале указаны только десять баз первого уровня, – уточнил Троашк.

– А индекс интеллекта вообще, дойдя до 999, обнулился и пошёл по новой увеличиваться, – продолжил Ахрет.

– Вот где ошибка! Индикатор не предназначен для тысяч! – возбуждённо сказал Троашк. – Я передал программистам данные, сейчас проверят.

– Ты хочешь сказать, что у него интеллект больше тысячи? – спросил у Троашка Ахрет, очень удивившись.

– Всё может быть, с ним я скоро перестану чему-либо удивляться, – усмехнулся Троашк, и я как-то почувствовал, что они оба стали меня побаиваться. – А с интеллектом в несколько тысяч он мог вполне выучить все базы.

– Но-но-но, не надо делать из меня монстра, – стал я выкручиваться. – Мне, конечно, льстит, что меня боятся даже аграфы, но можно ведь проверить на другой капсуле.

– Хорошо, пошли в ту лабораторию, там программисты сейчас исправляют неисправность. Действительно, индикатор за ненадобностью показывал только последние три цифры числа, – подтвердил Троашк. – Пока дойдём, там всё исправят.

Пока шли, я анализировал внешний вид стен и технических ниш, выходило, что находимся мы на станции империи Агар. Странно, вроде аграфы против рабовладения, по крайней мере официально. Значит, просто купили эту станцию или захватили и используют для маскировки, чтобы, если что, это всё «проклятые агарцы» виноваты, а они, как всегда, «белые и пушистые».

В лаборатории мы дождались, пока программисты исправят ошибки на всех капсулах. Троашк прогнал меня через десяток, тестируя, пока не успокоился.

– У тебя базовый индекс интеллекта равен 183, – сообщил он мне расстроенно, но уже без опаски.

– А что, со второго раза разве не понятно было? – «раздражённо» спросил я.

– Я даже сейчас в этом не уверен, – ответил он. – С тобой никогда ни в чём невозможно быть уверенным.

– О, кстати, мне теперь можно нейросеть поставить, – решил я перевести внимание на другую тему. – Хочу самую крутую.

– А больше ничего не хочешь? – разозлился на меня Ахрет.

– Вообще-то мы договаривались только на знания, – сказал мне более спокойно, но заинтересованно Троашк.

Я понял, на что он намекает: ему ещё знания о судьбе нужны, блин, а я почти всё, что знал, уже рассказал, хотя остались ещё крохи, но можно разбавить, сославшись на якобы угрозу смерти, я ему уже говорил.

– А проверить, как она будет устанавливаться после моего полного выздоровления? – выдал я идею Троашку. – Да и не отказываюсь я ещё знаниями делиться, просто буду фильтровать… э-э-э… информацию. А может, у вас какая-нибудь проблема есть, если взглянуть на неё альтернативным взглядом и попробовать решить в качестве оплаты?

– Покажи ему тринадцатый объект, мне интересно поглядеть на его реакцию, – выдал вдруг Ахрет Троашку. – Вот будет прикол, если он справится с тем, что уже год как не может решить весь отдел.

– Я согласен. Давайте посмотрим, что там у вас, – кивнул я.

– Действительно, можно попробовать, – прищурился Троашк. – И я не удивлюсь, если он предложит простой вариант решения нашей проблемы.

Мы прошли по длинным коридорам и спустились на несколько этажей. И подошли к прозрачной стене, за которой видно несколько комнат, или кают, с перевёрнутой мебелью, кругом намусорено, пятна крови на стене. Выглядит всё немного жутковато, это больше подходит для декорации к ужастикам. Троашк поинтересовался моим мнением от увиденного. Я сначала попробовал разглядеть что-то необычное. Вроде всё необычно. Затем включил магическое видение. Понятностей не прибавилось, целая куча линий и пятен, некоторые медленно перемещаются, некоторые промелькнут и исчезнут как дым. Тогда опять вырубил и включил ментальный сканер и явно нашёл проблему. Если сканер не ошибается, то пол, причём весь, показывает ментальную активность на уровне человека.

– Ну, что скажешь? – спросил у меня Ахрет.

– Вообще-то мало информации, – медленно начал я, переходя в режим отморозка, чтобы не психануть. А заметив ухмылку Ахрета и разочарование Троашка, сказал: – Интересно только, как вы умудрились, не убивая человека, сделать из него линолеум? Да и вообще, зачем это вам понадобилось? В чём конкретно проблема-то?

– Хочешь сказать, он на полу, ты видишь его? – удивился Ахрет.

– Ничего удивительного, у него хоть и самый низкий уровень псионических способностей, всего 19, и то в перспективе, но это компенсируется способностью видения силовых линий. Из него получится хороший детектор аномалий и псионов, – пояснил Ахрету Троашк, а у меня спросил: – Думаешь, это только покрытие пола?

– Искин, прояви особь, – скомандовал Ахрет.

Послышался щелчок, и засветилась одна из стен. И тут весь пол собрался в ком, прям как в «Терминаторе-2», только не металлический, а из какой-то слизи. Затем этот ком прыгнул на стену и прилип к ней.

– Я сделать из этого обратно человека не смогу, по крайней мере в ближайшие лет сто, – высказал я Троашку.

– Да это и не требуется, нужно избавиться от него, у нас не получается, он не умирает, – объяснил он.

– Как вы вообще смогли это сотворить, если уничтожить не получается? – спросил я обоих.

– Это работа артефакта древних, он вообще не должен был сработать, – признался Троашк, – тем более мы не ожидали такого результата.

– Не вижу проблемы: вырезать весь отсек и выкинуть в сторону ближайшей звезды, и желательно в системе без обитаемых планет, – предложил я.

– Почему именно без обитаемых планет? – удивился Ахрет.

– Ну, если он уничтожит звезду, обитателей планет будет жалко, – спокойно пожал я плечами, а он вздрогнул от такого предположения.

– Это существо уничтожает всё живое, игнорирует силу псионов, не боится огня и может жить даже без воздуха, – стал говорить он, пребывая в прострации от возможных проблем. – Так что всё может быть. Но проблема не только в нём. После того как его смогли изолировать, выяснилось, что отсек является критичным с точки зрения прочности каркаса станции и его выемка связана с очень крупными работами. А он больших проблем не создаёт, поэтому решили пока ничего не делать и попытаться решить проблему другим путём.

– Ты что-то знаешь о нём? – спросил Троашк у меня.

– Да ничего я о нём не знаю! – взъерепенился я и решил их запутать и попугать немного, имея в виду орихалка. – Хотя с неуничтожимыми творениями работал, поэтому могу попробовать решить вашу проблему, но для этого мне нужны все материалы по нему или как можно больше из доступных. Это ускорит решение проблемы. Тяжеловато будет, но возможно.

– Ты это серьёзно? – не поверил Ахрет.

– И ведь не врёшь и уверен в себе, – удивился Троашк.

– Нет, ну если вы не хотите потренироваться на нём, применяя различное летальное оружие или препараты… – начал я придумывать за них отмазки, но передумал, пусть помучаются: – Но если он выйдет из-под контроля от какой-либо непредвиденной реакции, он сможет уничтожить и всю эту звёздную систему, поэтому лучше всё-таки с ним разобраться, и желательно побыстрее.

– Там в принципе ничего почти нет, да и не поймёшь там ничего, – начал юлить Троашк.

– Это мои проблемы, – отрезал я. – Ты предоставь всё, остальное за мной, а с тебя – самая лучшая нейросеть по моему выбору, если их несколько.

– Если справишься, будет тебе сеть, – согласился Троашк. – Ахрет, реши с СБ, что можно открыть для него, и подготовь разрешённую информацию на планшете.

– А сейчас мне чем заниматься? – спросил я у Троашка. – Может, я к себе пойду?

– Пока Ахрет занят, я хотел бы с тобой ещё побеседовать, пройдём в кабинет, – пригласил Троашк.

Пока шли к кабинету, я думал, что бы такое выдать, чтобы ещё заинтересовать. Специально ведь решил сейчас меня расспросить, без подготовки и после экстремальной учёбы, может, проговорюсь о чём.

– Что ты ещё можешь рассказать о судьбе? – начал расспрашивать меня Троашк.

– Какой ты шустрый, забыл, к чему привёл прошлый наш разговор? – решил я его притормозить. – Кстати, насколько повысился процент прогноза судьбы?

– До восьмидесяти процентов, и я тебе за это очень благодарен, – ответил он. – Но, может, ещё что есть, мелочь, которую ты мог пропустить?

– Тогда давай поговорим на отвлечённые темы, а там, глядишь, и промелькнёт чего, – предложил я.

– Ну хорошо, не хотел я, правда, сейчас говорить с тобой на эту тему, но… как ты собираешься уходить отсюда? – спросил он. – Как ты сам понимаешь, это засекреченный объект, и выпускать тебя никто не будет, в том числе и я.

– А я и не собираюсь сам отсюда уходить, за мной придут, кто и когда – не знаю, – удивил я его.

– Зря ты это мне сказал, мне придётся предупредить об этом охрану объекта, – заявил Троашк.

– Я не против, но тогда тебе придётся ответить за последствия твоих действий, – решил я его запугать.

– Не объяснишь? – растерялся Троашк.

– Как бы ни готовилась ваша охрана, противодействие будет всегда больше, если не найдётся дипломатический вариант, – продолжил я мутить.

– Это как это? – всё ещё ничего не понимал он.

– Я же рассказывал о судьбе, а я ей, похоже, нужен, – начал я подталкивать его к нужным мне выводам. – Судьба всегда может рассчитать наиболее благоприятный ей вариант. Ты думаешь, сможешь обмануть её?

– Но я не могу не предупредить, это будет предательством, – возразил он.

– Тяжёлый выбор: либо предатель, либо виновный в гибели своих, – «посочувствовал» я.

– Но как же тогда? – спросил он меня в надежде на подсказку.

– Я могу посоветовать наладить систему эвакуации персонала и документации, – предложил я. – Все довольны, и никаких жертв.

– Сдаться?! Каким-то людишкам?! – резко вскрикнул Троашк. – А не проще тогда тебя уничтожить?

– Не думаю, что это хорошая идея, подумай, какая будет отдача, если ты нарушишь планы богов, – спокойно возразил я. – Решать, конечно, тебе, но я на твоём месте готовился бы к эвакуации. Хотя остаётся ещё дипломатический выход, тогда просто за мной придут аграфы, и ничего решать не придётся, но это маловероятно.

– Почему ты так малоэмоционален? Смерть не пугает тебя? Даже испытываемую тобой боль я могу определить только по твоим глазам, – продолжил расспрос Троашк.

– Ты хочешь об этом поговорить? – вспомнил я прикол из анекдота.

– Молодец, подколол, – наконец-то отвлёкся от больной темы Троашк. – Ты тоже изучал психологию?

– Так, нахватался верхушек, чтобы вставлять в разговор для приколов, – усмехнулся я.

– Что-то не идёт у нас сегодня разговор, – огорчился Троашк. – Может, сам предложишь тему?

– Даже и не знаю… – задумался я. – Давай пока скажу, почему русские так быстро развиваются у вас, что вы за ними не успеваете.

– Интересно, с удовольствием послушаю, – согласился Троашк.

– Тут нужно начинать с очень древних времён, чтобы понятнее было. – Мутить так мутить, решил я. – Давным-давно их предки жили без законов и вообще без денег.

– Так не бывает, – сразу возразил Троашк. – Деньги всегда нужны.

– Бывает, вот пример. Возьмём семью, например, твою. Ты со своей жены, если она у тебя есть, деньги берёшь за что-либо или ей платишь? – стал я объяснять на простых примерах.

– Нет, конечно, одна же семья. – Тут он согласился со мной.

– Вот и они жили так – весь народ как одна семья, – пояснил я.

– Фантастика, а так бывает? – удивился он.

– Ещё как! Вот смотри: в те времена слова «люди» и «человеки» имели другое значение и не обозначали биологический вид, – продолжил я рассказ.

– Интересно. А что тогда? – спросил он.

– Уровень морального развития: низший уровень – «жители», это эгоисты, которые заботятся только о себе; следующий уровень – «люди», это клановый тип, заботятся о себе, семье и друзьях, остальные – чужие, у них уже появляется такая моральная ценность, как «честь». Ты, кстати, тоже относишься к этому уровню. Следующий уровень – «человеки», заботятся обо всех, невзирая на родственные связи или личные предпочтения, у них «честь» перерастает в чувство «совесть», такими были предки русских, и мои тоже, – начал я его грузить уже по полной.

– То-то я смотрю, что-то знакомое, ты же говорил, твои предки жили без законов и чувство судьбы сформировали, – вспомнил он предыдущий наш разговор.

– Так вот, после катаклизмов или войн из истории эти данные были удалены, большинство знаний и способностей утеряно. Совесть потеряла чистоту и стала ошибаться. Поэтому ввели законы и придумали религии, которые с помощью страха управляли обществом, не давая ему скатиться в дикость, – стал рассказывать я дальше. – Но постепенно наука начала развиваться и отвоёвывать позиции у религии, которая стала выглядеть с точки зрения науки очень неприглядно. И тогда в стране, где жило большинство потомков этого древнего народа, над населением провели глобальный социальный эксперимент. Попытались восстановить моральный уровень до человеческого с помощью воспитания молодёжи и обучения более взрослого населения. Получалось не только почистить совесть у тех, у кого она была, но и привить другим народам, у которых её изначально не было. Не везде всё так хорошо и гладко получалось, где-то вообще никак, но главное в том, что это сработало, и очень эффективно. То есть даже малая часть совести сильно меняла мировоззрение населения страны. Деньги для них стали не главным, и это очень испугало остальные государства, которые жили исключительно по страху перед законом и силе денег. Они уже на втором поколении народа страны усилили подрывную деятельность. Кого манили властью, кого богатством, а кого и потаканием различными слабостями. В итоге эксперимент развалился изнутри, я застал самый его конец, поэтому и мне досталась частичка совести, чему я очень рад. Развалу также способствовал так называемый «железный занавес», информационная блокада. Она, конечно, была призвана защитить людей от вредоносной информации, например о всяких извращениях и тому подобном, преподносящемся как «свободы». Но люди из-за него стали доверчивыми и перестали критически осмысливать данные, поэтому их стало легко обмануть. Не было уроков противостояния лжи.

– И кто из них русские? – совсем потерялся Троашк.

– То самое большинство потомков древнего народа, – горько усмехнулся я. – Потом, правда, словом «русские» стали называть всех, кто жил в данном государстве до его развала, вместе с экспериментом.

– Тогда ты тоже, получается, русский? – сразу подловил он меня.

– В какой-то мере да, но частично. Я застал самый конец эксперимента, перед распадом, буквально несколько лет, – продолжил я отмазываться от «страшной» славы русских, мало ли, пригодится. – До человека мне ещё очень далеко, хотя и ближе, чем тебе. Русские уже почти доросли морально. Соответственно, энергетически они выше и поэтому развиваются быстрее. И что самое удивительное, помешать вы им не сможете, придётся приспосабливаться.

– Это ещё почему? – снова удивился он.

– Элементарно. – И чуть не добавил на автопилоте: «Ватсон». – Судьба на их стороне, так как они кармически и морально чище.

– Да-а-а, это проблема, – согласился он и стал разводить меня ещё на порцию знаний. – Ну хорошо, а дальше ведь ещё, наверное, есть уровни морального развития?

– Есть, причём не только вверх, но и вниз.

– Куда уж ниже-то? – не понял он. – Это уже в минус получается.

– Всегда есть куда, просто мы ещё мало знаем. Я, например, знаю семь положительных и семь отрицательных уровней морального развития.

– А отрицательных – это как? – всё ещё не понимал меня Троашк.

– Ни разу не встречался с чистым злом? – прищурился я. – Когда противник пытается уничтожить всех, кто не похож на него. Когда он не может не вредить из-за своей сути, или, точнее, из-за отрицательного морального развития.

– Так вот, значит, кто он? – тихо пробормотал он.

– Кто? – автоматически спросил я его.

– Не важно, – быстро спохватился Троашк. – Так ты расскажешь о других уровнях?

– Возможно, позже, – начал юлить я: когда он узнает у меня всю нужную ему информацию, я стану уже не нужен. – Сначала узнаю реакцию судьбы на эту информацию.

– Тогда ответь на такой вопрос: вот судьба нам дана, чтобы мы морально и энергетически развивались, так? – решил он зайти с другой стороны.

– Так, – согласился я.

– Так, может, тогда лучше умирать молодыми, а в будущем изобретут способ быстрее морально и энергетически прогрессировать, – предложил он совсем бредовый вариант, чтобы хоть как-то зацепить меня.

– Во-первых, если все умрут, изобретать будет некому? – усмехнулся я. – Во-вторых, с чего ты взял, что переродишься именно в будущем? Морально и энергетически развиваться можно и в прошлом.

– А при чём тут прошлое? – совсем уже запутался он.

– Ты забываешь об уровне создателя судьбы, а именно она определяет, когда и где ты переродишься, плюс-минус пять тысяч лет, насколько я знаю.

– Почему столько?

– Наверное, чтобы, если вдруг твоя память не обнулится, ты не смог бы повлиять сам на себя, – постарался объяснить я.

– Но ведь даже если память стереть, то прошлое ведь изменит будущее, – стал он рассказывать мне «эффект бабочки»[25].

– У вас что, нет теории параллельных вселенных? – поинтересовался я.

– Есть, но она не доказана, – ответил он и снова попросил: – Расскажи подробнее.

– Да что тут рассказывать! Вместо изменения истории при попадании в прошлое ты отслаиваешь изменившийся мир в параллельный. Мои предки это знали, а возможно, и управлять могли, теперь вряд ли узнаем, всю историю стёрли и переписали враги уникального эксперимента по очеловечиванию русских. Единственный способ ускорить своё развитие, кроме обучения, конечно, это – после смерти сжигать тело. При кремировании душа уходит на перерождение быстрее. При закапывании в землю, например, минимум через год, – ответил я и решил закруглить разговор: – Долго там ещё Ахрет? Я ещё перед сном хотел просмотреть документацию.

– Устал? Ну хорошо, Ахрет уже ждёт в коридоре, он проводит тебя в твою комнату, – согласился Троашк.

Пока шли с Ахретом назад, я сначала задумался о разговоре: всё ли так прошло? Затем заметил, что идём мы куда-то не туда. Я на всякий случай достал из складки орихалка и «оделся» в живую броню.

– Документы где? – спросил я у Ахрета.

– На, – отдал он мне планшет. – Только они тебе сейчас вряд ли пригодятся.

– А куда мы идём-то? – спросил я и спрятал планшет в складку, сделав вид, что убираю его в карман.

– Ты слишком запудрил мозги Троашку. Он верит тебе больше, чем мне, – начал он объяснять мне суть проблемы. – А я решил проверить твою живучесть на практике. Так ли уж благоволит тебе судьба?

– Ты так и не сказал, куда мы идём, – упёрся я, и хотя надеялся на «Модификатор судьбы», но на всякий пожарный попросил Олю взять мою безопасность под дополнительный контроль.

– Мы уже пришли, – останавился он перед большой дверью. – Объект 238. Зайди и поговори с ним. Если справишься, то я тебе тоже поверю.

Я прошёл внутрь, и дверь за мной закрылась.

В центре помещения находилась закованная в толстые металлические ленты огромная летучая мышь. Вдруг я понял, что не сам иду, а кто-то управляет мной. Остановившись перед ней, я увидел, как она странно обмякла, будто потеряла сознание. Тут вдруг Оля обрадовала, что мой приказ выполнен. На вопрос, что за приказ, оказалось, что эта тварь управляла мной через мой открытый порт и Оля отключила его и перекачала в ментальную складку. Когда я спросил, как это возможно – душу поместить в ментальную складку, она объяснила, что у этого существа нет души, это ментальный паразит в физическом теле, причём он может принимать любую форму, маскируясь на местности или в социуме. И я сразу понял, кого так боятся псионы, это очень страшный враг. Их ведь наверняка много, а при такой маскировке непонятно, кем он может быть, даже твоим другом.

И я стал думать, как объяснить произошедшее аграфам. Решил разыграть и запутать их ещё сильнее. Протянул к мышу руку и незаметно дал перетечь к нему орихалку. Тот принял его форму, обтекая его со всех сторон, а я убрал его тело в складку, чтоб замести улики. Пока орихалк «ослаблял» путы, я спросил Олю, сможет ли она «Грузчиком» сломать дверь. Она ответила, что энергии хватит только на пару таких дверей. А мне как раз пару дверей и надо сломать. В итоге орихалк в виде упыря разорвал свои путы, оттолкнул меня к стене и побежал к двери. Там с помощью Оли вынес дверь и побежал мимо застывшего у стены Ахрета, а выбив дверь в следующий коридор, исчез, распадаясь в воздухе в пыль. Пока царили шок и паника, орихалк по полу перетёк ко мне, и я спрятал его обратно в складку.

– Что он тут делает, отведи его в камеру, – приказал неизвестный мне аграф Ахрету.

Что тот и проделал, поняв, что лучше пока свалить от греха подальше.

– А это не их, случайно, вампирами называют? – спросил я у Ахрета по дороге.

– Это Дети ночи. Ты встречался с такими? – удивился он.

– Нет, первый раз вижу, – пожал я плечами и решил припугнуть: – Но вроде мои предки их пачками валили в стародавние времена. Может, он испугался меня, раз так рванул?

– Не знаю, – помотал головой Ахрет, и я почувствовал, что он меня очень боится.

Мы пришли в мою камеру, и Ахрет быстро удалился. А я решил сначала глянуть на документы, собранные по 13-му объекту. Номер соответствует невезению объекта, а мне почему-то постоянно везёт на это число, в смысле часто попадается. Естественно, в научной терминологии я ничего не понял, но фотографию артефакта увидел, теперь буду знать, чего мне опасаться. Перед сном я попросил Олю обеспечить мне ВТО для работы с 13-м объектом. Она сказала, что на это придётся потратить контроль, которого у меня и так мало. Узнав, что потрачу всего четверть процента, я пообещал, что буду нарабатывать его при благоприятных условиях, но сейчас без ВТО мне никак. Разговаривать со мной это не будет, сразу попытается убить. А в режиме ВТО я могу попробовать с ним поговорить. На этом и порешили.

Ну и где я? Что-то не похоже на ВТО.

Глава 12

Кругом туман, причём такой плотный, что даже ног не разглядеть. Где-то я это видел, что-то знакомое, междумирье, что ли? А вдруг это просто сон такой? Сразу делаю свою любимую проверку, подпрыгиваю и взлетаю. «Всё-таки сон», – подумал я.

«Сам ты сон, это „Грузчик“ работает», – возразила мне Оля.

«Твою дивизию! Оль, приземли меня аккуратно, а то я шмякнусь, не умеючи-то», – попросил я.

«Выполняю». – И спустила меня на поверхность.

Нужно придумать новую проверку на сон, а то позже могу опять лопухнуться. Вспоминаю свой первый осознанный сон и «разрыв шаблона», который превратил обычный сон в осознанный. Я попробовал вырезать кусочек видимого изображения, как делал это в графических редакторах, и мысленно пожелал сдвинуть его. Не получается, значит, всё-таки не сон. А раз не сон, тогда идём… вперёд. Короче, идём, а там – куда выведут. По пути я достал из складки плащ, который мне в своё время дал Гермес для маскировки технического костюма.

Впереди появился знакомый водопад. Ясно, Арес вызвал на ковёр. Около водопада – пара амбалов, один – типичный браток, темноволосый, короткостриженый, с двумя средними мечами за спиной, у второго – белые длинные волосы, затянутые в хвост, и в качестве оружия – полуторник и лук с колчаном за спиной. Я решил познакомиться с ними, а дальше как пойдёт.

– Тор, – представился двуручник, когда я протянул ему руку, чтобы поздороваться.

Вдруг над его головой высветилось имя «ТОР 79». Я немного опешил от виртуальности происходящего и опять засомневался в реальности.

«Объект подключён к виртуальному тренажёру с помощью демонстрационной нейросети», – пояснила мне Оля.

«И чем она отличается от обычной?» – спросил я у неё.

«Ограничением по времени работы», – ответила она.

– И где твой знаменитый молоток? – поинтересовался я у Тора.

– Я не тот Тор, я его тёзка, – парировал он.

– Демонолог, – представился я Тору своим компьютерным псевдонимом.

– Вован, ты, что ли? – вдруг выдал Тор. – Я еле узнал тебя без усов, бороды да ещё лысым.

– Виталик? – высказал я предположение, и тот подтвердил кивком. – Да-а-а, а облысение – это из-за восстановления тела, полностью тело переделали, отрастут ещё. Ты вот вообще на себя не похож.

– А! Это виртуальный персонаж, какой дали, таким и пользуюсь. Почему я здесь такой, не знаю, вон Никита сказал, что это Арес нас вызвал.

– Арктур, Никита, – сразу представился второй и ником, и именем.

– Как пристроился? – спросил у меня Виталик.

– В пути поговорите, время – деньги, – прервал нас появившийся из тумана Арес.

– А как же управление временем? – удивился я. – Вон Гермес легко мог им управлять.

– Управлял он, как же! – не согласился со мной Арес. – У времени свой бог есть, вот по договорённости с ним я и могу иногда сместить время, в небольших пределах. И то это не я сам делаю, а он, по моим запрошенным параметрам, так же и Гермес делает.

– Очень жаль, мне бы ещё пару месяцев подготовки, – пояснил я. – Куда торопимся?

– Срочная работа появилась, задание средней сложности, поэтому возьмёшь обоих охранников, технических знаний тебе должно хватить. Задача: пробраться на секретный объект и изъять вот такой артефакт, – показал он мне образец. – Он виден в ментальном диапазоне, просканируй и запомни.

Внешне этот артефакт представляет собой хрустальный шар восемь сантиметров в диаметре, внутри – прозрачный куб зелёного цвета, также внутри которого – матово-серая пирамида с тридцатью семью гранями, почти конус. В ментальном диапазоне он светился всеми цветами радуги, что странно, обычно там слегка голубоватое свечение, ближе к белому, но так будет проще различить.

– Э-э-э-э… – хотел я прервать его, узнав артефакт.

– Вопросы потом, – отрезал он. – Прогнозируется уничтожение целой ветки миров при применении данного артефакта. Даю вам всего месяц на работу. Если не справитесь или поймёте, что не в силах, то возвращайтесь, после вас пойдёт группа зачистки. На место попадёте через портал, который выведет вас примерно в ста километрах от объекта. Вот этот артефакт напитаешь ментально для досрочного возврата, – дал он мне мелкую висюльку непонятного вида на цепочке, абстракционист, однако, сразу чувствуется Хаос.

– А как мы найдём это секретное место? – решил я всё-таки уточнить детали.

– Язык до Хаоса доведёт, – прикольнулся Арес, нервничает, что ли? – Спросите у местных самое страшное место, где люди пропадают, у меня уже две группы там пропали. Но у них не было техномага, поэтому применяй весь свой арсенал, иначе от планеты придётся избавляться. Дешевле планету потерять, чем целую ветку миров. Ещё вопросы?

– А у нас шансы есть? – спросил Виталик.

– Как ни странно, есть, целых восемь процентов, при учёте способностей всех троих и его командовании, – указал он на меня.

– Я такой артефакт уже видел, – выдал я ему.

– Где? – очень удивился Арес.

– С его помощью сделали монстра. – И коротко рассказал о проблеме аграфов. – Лучше посмотри у меня в памяти, ты так уже делал.

– Вы, люди, меня всегда удивляли своей способностью применять неприменяемое, причём так, как изначально не задумывалось. – И он посмотрел мне в глаза: – Информация интересная, я постараюсь узнать больше, пока вы выполняете работу. Портал вон в той стороне, возврат через месяц в любом месте автоматически, если раньше не активируешь артефакт возврата. Оплата по факту выполнения вариативная. Вопросов больше нет? Тогда вперёд и с песней. Кстати, маскироваться там необязательно, планета – перекрёсток миров, там всякие личности ходят, народ, привыкший к чудесам, да и сам мир магический.

И мы пошли в указанном направлении. Через несколько минут среди тумана что-то замерцало тёмно-синим цветом. Подойдя ближе, я увидел арку портала. Похож на одноимённую игрушку[26], такой же вертикальный овал, только размером раза в два больше, висит в воздухе и немного утоплен в поверхность. Недолго думая, я вошёл в портал, показав пример остальным.

* * *

Вышли мы из портала в лесу на небольшой поляне. Время, судя по солнцу, вернее, светилу и зною – ближе к вечеру, поэтому решили пока никуда не выдвигаться и осмотреться на местности. Так как я – объект охраняемый, то с поляны мне далеко ходить не разрешили, так, с краю, хвороста для костра насобирать. А бойцы пошли пробежаться по ближайшей местности, разведать, может, дорога какая попадётся, ну и на ужин живности раздобыть. Я посоветовал им быть поаккуратнее, всё-таки незнакомая планета, мало ли.

Обшарил всю поляну в поисках чего необычного, всё вроде как и на Земле. Достал из складки мешок с барахлом: дешёвенький нож с пластиковыми ножнами, сапёрная лопатка, топор, фляга с воздушным фильтром, ложка и небольшой котелок. Оставив всё это в центре поляны, взял топор и пошёл за дровами и хворостом. Пока рубил поваленное дерево, спросил у Оли, есть ли какая срочная информация, о которой я мог забыть по запарке. Оказалось, тот вурдалак преподнёс мне сюрприз в виде нескольких ментальных модификаций. Ух ты, какая полезная тварюшка оказалась, хоть и опасная. Устроить, что ли, на них охоту? Да ну на фиг, и так в прошлый раз повезло, если только сами попадутся. Анализ его ментальных программ позволил сформировать несколько модификаций, и Оля посоветовала сделать их как можно скорее, а также попросила меня предоставить ей доступ к щупу. Я спросил, что это, и она объяснила, что это такое энергетическое щупальце для тонких манипуляций с эфирной энергией и я уже умею ею пользоваться, просто не помню из-за скоростного обучения. Учиться обращению с ним я решил позже, как время свободное будет. Дав Оле доступ к этому щупу, я открыл меню с ментальными модулями.

«Меню модификаций.

Интегрировать произвольную трансформацию материи в „Алхимик 1“ – 5000 ТИков.

Интегрировать трансформацию астральной, эфирной и ментальной энергий в „Алхимик 1“ – 6000 ТИков.

Интегрировать возможность хранения астральной и эфирной энергии в ментальный карман – 500 ТИков.

Интегрировать „Упырь“ в „Алхимик 1“ – 220 ТИков.

Интегрировать произвольное увеличение радиуса ментального сканирования кратно затратам ментальной энергии – 260 Тиков».

Отметив порядок установки, я велел Оле начать её, а сам, пока ждал разведчиков, решил вытащить из складки Вегу с его вещами, побеседовать.

– Мы уже в Содружестве? – спросил он меня, оглядевшись.

– С чего ты взял? – удивился я его выводам.

– Планета другая, – пояснил он.

– Как догадался? – стало мне вдруг интересно.

– Деревья и растения некоторые незнакомые, спектр и размер звезды другой, запахи незнакомые – достаточно? – выдал он свои замечания.

– Круто, я ещё мало по разным планетам путешествовал, недостаточно опыта, – вздохнул я. – Я чего хотел тебя спросить: это не миры Содружества, но, может, вас здесь всех выпустить? Здесь живут люди, правда, цивилизация не космическая, но и не дикари.

– Нет, нам привычнее в знакомой цивилизации, – возразил он и поинтересовался: – Может, помощь какая нужна?

– Мне на время нужна одна пневматическая винтовка с запасными патронами и баллоном, а также фляга с водой и сухой паёк. Не помешают пряности для приготовления мяса или другой пищи, – попросил я его предоставить образцы для копирования, вернее, запоминания в «Алхимике 1».

– Всё это есть у меня в сумке, причём сухой паёк высокого качества, офицерский, – обрадовал он меня.

– Замечательно. А пока я работаю с этими предметами, расскажи, как настраивать охранный артефакт, а то я его только включать умею.

И он объяснил, как включать сигнализацию приближения к периметру. А я про себя подумал, что совсем поглупел. Ещё не решил местную проблему, а уже предлагаю заселяться, нехорошо. Это как делить шкуру неубитого медведя, не к добру. На всякий случай я создал копию специй и убрал к себе в складку.

– Так, я закончил с этим, собирай всё, и я спрячу тебя обратно.

Убрав Винка в складку, я достал последнюю сумку с артефактами и извлёк из неё три: «Охранника», который отпугивает живность, «Ночной фонарь» – для освещения и МФУ «Инженерный» – для опытов и экспериментов. Кстати, а артефакт «Ночной фонарь» умеет зависать в воздухе, прикольно.

Вечереет, скоро тёмка наступит, что-то запропала моя охрана. Мне уже стоит волноваться? Достал из складки орихалка, на всякий случай, и обернул его вокруг себя в качестве бронированной кожи, давно пора. Наконец появился Виталик, с уловом – в его руках были два обычных зайца. Пока разделывали зайцев, решали, как пойдём искать Никиту. Вдруг мы оба услышали вдалеке кого-то несущегося через лес напролом, судя по звукам многочисленных ломаемых веток. Я, конечно, понимаю, что уже темнеет, но зачем так уж торопиться? Или это не он? Или его преследуют? А чего гадать, судя по звуку, скоро появится на поляне. Я предупредил Виталика о возможной опасности и активировал артефакты «Охранник» и «Ночной фонарь». Виталик достал оба меча и приготовился к битве, а я половину орихалка трансформировал во что-то типа меча, размером метр с небольшим.

– Не порежешься, – прикольнулся надо мной Виталик, хотя явно хотел спросить, как я из руки вырастил меч, но тут стало не до шуток.

Никита вылетел из леса в изодранной одежде и с криком «Бегите!» резко отпрыгнул вбок, я даже и не знал, что человек вообще так может. Но тут на то место, откуда он отпрыгнул, приземлился какой-то тёмный и блестящий зверь. Что это зверь, я понял по тому, как тот передвигался на четырёх лапах. Пригляделся. Это явно кто-то из семейства кошачьих, только вместо шерсти какая-то чешуя.

– Помоги Никите! – приказал я Виталику, а сам кинул в сторону твари орихалковый меч, с командой ему связать эту зверюшку. – Иди сюда, тварь! – крикнул я зверю и сам осторожно пошёл ему навстречу, полностью закупорив себя оставшимся орихалком.

Зверь, увидев более лёгкую добычу, направился ко мне. Правда, сделав несколько шагов, он остановился, будто уткнувшись в стену. Видимо, в поле сторожевого артефакта. И тут зверь медленно продавил невидимую плёнку и снова пошёл в мою сторону. Нифигасе зверюшки тут водятся, артефакты джоре им побоку. Наконец он дошёл до орихалка, и тот напрыгнул на него и растёкся по нему, как вторая кожа. Но, видно, зверь был очень силён или применял какую-то способность, раз даже хитрости орихалка с рёбрами жёсткости не смогли полностью остановить его. Он хоть и очень медленно, но двигался. Я пошёл к нему, собираясь убрать его в складку, чувствуя с каждым шагом усиливающийся непонятный страх, но на расстоянии в пять шагов от него вдруг остановился и не смог пошевелиться. Орихалковая броня глюканула? Эмоция недоумения от орихалка, типа «сам такой», сказала мне, что тут, скорее всего, виноват зверь.

– Не смотри ему в глаза, это василиск! – услышал я возглас Никиты.

Позняк, подумал я, почувствовав, что теряю сознание.

«Убрать василиска в складку?» – уловил я от Оли уплывающим сознанием.

«Да!» – прокричал я мысленно и вырубился.


Открыв глаза, я увидел знакомый негатив изображения; у меня почему-то так возвращается сознание: сначала негативное чёрно-белое монохромное изображение, затем постепенно появляются отдельные цвета и оттенки, и в течение минут пяти – семи всё приходит в норму.

– Долго я был в отключке? – спросил я Виталика, увидев его рядом с собой.

– Несколько секунд, я только подошёл, – ответил он мне.

– Ты что со зверем сделал? – спросил меня Никита. – Он что, в камень превратился?

«Оля, ты куда дела василиска?» – на всякий случай спросил я у своей ментальной сети местонахождение тварюшки.

«В складку, как ты и приказал», – услышал я ответ.

«В какую?» – уточнил я.

«В живую», – откликнулась она.

– Это ловушка осталась, которая почему-то не сработала, – сказал я, поняв, что они за окаменевшего василиска принимают застывший орихалк.

Я, слегка приподнявшись, протянув руку по направлению к орихалку и скомандовал ему уменьшиться в три раза, всё равно полый, подбежать ко мне, впрыгнуть в руку и растечься по телу дополнительным слоем. Красиво получилось.

– Это что такое было? – ошалел Виталик.

– А василиск где? – заволновался Никита.

– Где, где, в… э-э-э… Нету его, короче, нигде. Техномаг я или кто? Колданул – и нету гада, – отмазался я от длинных объяснений и решил расшевелить их: – Зайцев кто жарить будет? Почему костёр не горит?

– Блин, зажигалку дома забыл, сейчас схожу, – пошутил Виталик.

– Надо кремень найти, я быстро, – уже серьёзно начал решать проблему Никита.

– Не надо кремень, нам василиска хватило, – остановил я их, достав плазменный резак из складки и подпалив им костёр.

– Ты откуда горелку достал? – стал допытываться Виталик.

– Оттуда, где сейчас василиск лежит, – хмыкнул я и прикольнулся: – Хочешь, его тоже достану?

– Не надо, я просто так спросил, – не понял шутки Виталик.

– Тогда бери специи и давай жарь добычу, – скомандовал я и спросил Никиту: – А ты сам-то как, не ранен?

– Так, несколько царапин, но это от веток, – отмахнулся он и вытащил иголку с ниткой из уголка воротника костюма. – Правда, костюм весь разодран, ниток не хватит зашить.

– Может, тебе такой костюм надеть? – достал я из складки костюм техника.

– Чего-то он больно технологичный, будет много вопросов, если кто увидит в другом мире, – отказался он. – Я лучше свой попробую зашить.

– Тогда давай нитку и иголку, сейчас колдовать буду, – сказал я и, взяв у него нитку с иголкой, скопировал их десяток раз. – Столько хватит? Если нужно будет, я ещё сделаю.

– Круто! – воскликнул Виталик. – А ты что угодно так множить можешь?

– Не знаю, сам ещё не освоился, постоянно в передрягах, знаю, что живое не могу и энергии на крупные предметы не хватит, – вздохнул я и спросил обоих о результатах рекогносцировки. Нифигасе я словечки знаю! А-а-а, это из усвоенных баз знаний, наверное. – Как там местность? Дорог не нашли?

– Я ничего не нашёл, даже тропинок, – отчитался Виталик.

– Я тоже, деревья и растения в большинстве своём похожи на земные, – сказал Никита.

– Точно, я иван-чай нашёл, пока дорогу искал, – добавил Виталик.

– Завтра покажешь, наберём немного, из него хороший напиток получается, нам тут целый месяц на работу выделили, думаю, успеем попить.

– И куда завтра пойдём? – поинтересовался Никита.

– А ты куда бы пошёл? – вопросом на вопрос ответил я.

– Туда, – указал он направление, откуда выбежал с василиском.

– Вот туда и пойдём, а там увидим. Жаль, здесь нет Ленки, она сразу нашла бы куда идти, – посетовал я.

– А почему туда? Ты где Ленку видел? Как она? – забросал меня вопросами Виталик.

– Во-первых, у Никиты самые длинные волосы среди нас троих, значит, интуиция более чувствительная, – ответил я и продолжил: – Во-вторых, с Ленкой, а точнее, с Эленуэль, я проходил тренировочную миссию. Подробнее расскажу позже, как больше свободного времени будет.

– Так вот почему ты длинные волосы отращивал, а я-то всё гадал! – воскликнул он. – Тогда получается, женщины самые интуитивные, но почему им так же не везёт, как и нам?

– Иметь чувствительную интуицию и уметь ею пользоваться – разные вещи, к тому же алкоголь, даже в малых дозах, отключает от неё на несколько лет, а на Земле – это продукт питания. Надеюсь, так понятнее? Ну и где там жаркое? Пахнет вкусно, дай оценю.

– Рано ещё, а ты пока расскажи, как сам пристроился, – попросил Виталик.

– Сейчас подрабатываю лабораторной мышью, пока платят техническими знаниями и восстановленным здоровьем, – усмехнулся я.

– У кого, где, как?! Что из тебя всё приходится вытягивать, колись давай! – стал допытываться он.

– В космосе, у эльфов, – выдавил я ещё немного информации о себе.

– Э-э-э… серьёзно? – опешил он.

– А смысл мне шутить? Правда, называют они себя не эльфы, а аграфы, но выглядят как эльфы, такие же длинноухие, – уточнил я и спросил уже его: – Сам-то как? Почему я вижу твоё имя и уровень над тобой? Такое чувство, что я в виртуальной игре.

– А я почему не вижу? – заинтересовался Никита.

– Видно, это моё колдунство такое, – усмехнулся я, имея в виду мою ментальную сеть.

– И какой у меня уровень? – осведомился Виталик.

– Семьдесят девятый, – ответил я.

– Смотри-ка, точно! – удивился он. – Я сейчас на ускоренном обучении у шамана одного, вроде как в виртуальной реальности, для приобретения навыков мечника.

– Ну а ты чего расскажешь, или секрет? – спросил я у Никиты.

– А мне почти нечего рассказывать. Я готовился как охотник на монстров, мечником, – всё же начал он. – Но однажды запорол миссию: мне нужно было захватить одного негодяя, а я его грохнул, настолько зол был на его дела. В итоге меня Арес оставил в том мире на несколько лет, а там опасностей не было вообще, максимум волки, скучнейший мир. Эта миссия дана мне как попытка для исправления, если справлюсь, отправят в другой мир, по выбору. Поэтому, хошь как хошь, а надо, кровь из носу, сделать все правильно, иначе я попал конкретно.

– Раз очень надо, значит, будем прилагать все усилия, и даже больше, – заверил я его.

«Обновление модулей завершено», – доложила Оля.

– Зайцы готовы, можно есть, – одновременно с ней позвал Виталик.

– Наконец-то, – выдохнул я и автоматически перед едой скопировал зайцев. – Ты уже закончил зашиваться? – спросил я у Никиты, забрал у него иголки без ниток и разобрал их на энергию с помощью «Алхимика». – Ладно, мне надо поспать, ману восстановить, а то завтра не смогу колдовать в полную силу. Охранный артефакт запищит, если крупный зверь подойдёт к охранному периметру. Если хотите, дежурьте без меня, но на текущий момент тут в радиусе пары километров нет тварей крупнее зайца.


Проснувшись утром, я порадовался очередному увеличению внутренней ТИк (121 626/122 593). Попросил свою охрану посмотреть их оружие поближе, попутно скопировал их. Правда, Никита меч мне в руки не дал, сказал, что без рук останусь. Скопировать я его всё равно не смог бы, он, оказывается, живой. Половину орихалка разделил на части, сформировал тренировочные мечи и предложил Виталику протестировать мои навыки мечника. Он оценил на двоечку по десятибалльной системе, а когда я спросил, не на десятку ли он сам себя оценивает, то оказалось, что всего на восьмёрочку, так как видел более умелых мечников. Затем попробовал протестировать Никиту, и тот показал класс аж четырнадцать баллов, но по своей шкале. Пока Виталик допытывался у Никиты взять несколько уроков фехтования, я попробовал сделать живую броню из орихалка напарникам, но орихалк их тормозил, не было синхронизации, поэтому переделал всё в бронежилеты в виде кольчуг.

На завтрак я создал три офицерских пайка, чем очень обрадовал свою команду. Затем все сходили и набрали иван-чая, который я сразу убрал в складку, некогда правильно ферментировать, чтобы он заваривался, позже этим займусь. И мы выдвинулись в ту сторону, что указал Никита. Охрана моя договорилась действовать так: сначала один двигается около меня, а второй в это время осматривается подальше, чтобы охватить больше местности и не оставлять меня без охраны. Примерно через час они меняются. А я по пути думал, как ускорить наше передвижение, а также искал способ разведать местность, естественно, с помощью «Грузчика», ведь ментальное сканирование обнаруживало только живность. Чтобы никому не навредить, я искал поваленное толстое дерево, самое то для тренировок. Но нашёлся объект получше, попался большой камень весом под двести килограммов.

Недолго думая, я попытался его поднять, и он с треском взлетел сквозь ветки деревьев с огромной скоростью. Еле успел удержать его на высоте примерно в три километра, как, сам не понял, и сдавил его снизу и сверху. Как он не лопнул, непонятно, видно очень крепкий. Тут подбежал Никита и спросил, не видел ли я кого, а то он услышал странные, непонятные звуки. Я заверил, что никого не было, только булыжники летают. На вопрос, что за булыжники, я показал ему уже видимый валун примерно на высоте метров сто. В это время появился Виталик и, увидев, что мы что-то рассматриваем в высоте, тоже присмотрелся и заметил падающий камень. Когда я его еле-еле опустил на землю, то объяснил охране, чего хочу и почему на живых испытателях пока лучше не пробовать. И на меня сразу посыпались разные советы по оптимизации левитации. Виталик предложил самое простое и очевидное: увеличить площадь воздействия. Как я сам не догадался, не пойму? Когда я смог уверенно поднимать и опускать валун, он всё-таки не выдержал и раскололся на несколько частей. Странно, ведь усилий я к нему прикладывал всё меньше и меньше. Но самое интересное, что внутри его оказался другой по цвету камень, как зёрнышко в фрукте. Сам камень был тёмно-коричневым, а «зёрнышко» – ярко-зелёное. Размер у этой семечки оказался, конечно, большим, сантиметров двадцать в длину десять в ширину и семь в толщину.

Убрал его пока в складку, потом спрошу у местных, может, знают, что это такое.

Так как тренироваться теперь не на чем, осколки больно малы, я попробовал подняться сам, хотя бы на несколько метров, прикольно получилось. Затем поднял всех троих, и после пары десятков тренировок, для уверенности, мы решили передвигаться по воздуху, да и видно сверху далеко. В итоге сначала поднялись на пару сотен метров, чтобы оглядеться и уточнить направление движения. Страшновато вообще-то, хотя и интересно, ведь когда не видишь под ногами опоры, а высота огромная, то инстинкты вопят об опасности, но ничего, пообвыклись.

Никита заметил проблеск чуть правее направления, в котором мы двигались. Полетели туда не спеша, ветерок всё-таки, нужно решить эту проблему для более скоростных передвижений. Не долетая до реки, обнаружилась дорога, которую раньше не было видно из-за деревьев. Дальше полетели вдоль дороги по течению реки, по-любому или к селению, или в порт приведёт.

– Хорошо хоть, ПВО здесь нет, – прикольнулся Никита. – Летай себе вволю.

– Шутник, блин, ещё выискался, – высказался я, сразу снижаясь, как говорится, во избежание, всё-таки мы не знаем об этом мире ничего. – А вдруг здесь противодра-коновские артефакты какие-нибудь есть? Или мало ли какая нечисть летающая, если уж василиски имеются.

– Ты лучше про Ленку расскажи, пока время есть, обещал ведь, – попросил Виталик.

– А чего там рассказывать? Я с ней проходил миссию для Гермеса. Теперь её зовут Эленуэль, так как она эльфийка, а позывной разведчика у неё – Хельга. Она была в качестве моей охраны и проводника, у неё такая способность есть, знает, где находится местность, которая ей нужна. Ничего такого сложного, карту с компьютера перерисовал, одно слово – тренировочная миссия. За это мне Гермес сделал подпространственный карман, чтобы вещи было куда складывать, ведь я вроде как в рабстве находился, а рабам свои вещи не положены, да и сейчас не лучше, добровольцем-испытателем у космических эльфов тружусь.

– Ты мне объясни, почему в космической цивилизации существует рабство? – спросил Виталик. – А как же роботы и высокопроизводительные системы?

– Развитой капитализм. Две системы рабства, неприкрытое в одном государстве и замаскированное, как у нас на Земле, в других, – ухмыльнулся я.

– В смысле? Я имею в виду, какое такое рабство у нас на Земле? Россия только-только от совка отошла, куча свобод! – не понял Никита.

– Весь секрет в самом слове «капитализм», – начал объяснять я. – То есть главная ценность – это капитал, а это деньги. А свобода – это миф. Свобода от чего? В случае капитализма получается, свобода от совести, деньги превыше всего. Выгодно обмануть, законным путём изымать деньги у тех, кто не умеет или совесть не позволяет делать деньги.

– А что поделаешь, если люди развиваются только в борьбе за выживание, – высказал он мне.

– Тут ты прав только отчасти. Дело в том, что борьба бывает разная: у людей, идущих по демоническому пути развития, созидательное начало питается энергией в результате борьбы, связанной с насилием и мучениями, – начал объяснять я основы развития личности.

– Погоди, погоди. Что за демонический путь и как борьба может быть без насилия? – спросил он.

– Ну я же не просто так выбрал псевдоним Демонолог. Врага надо знать как можно лучше для уверенной победы над ним. Мы с вами родились на Земле, а это срединный мир. То есть у каждого родившегося там есть два пути развития: божественный, или творческий, и демонический, или инфернальный. У каждого пути есть свои плюсы и минусы. При творческом ты сам излучаешь энергию для своего творчества, но для развития нужно увеличивать контроль над своим телом и разумом, постоянно ограничивать себя в чём-либо, бороться с соблазнами, чем ты чище, тем энергии вырабатывается больше. А при инфернальном пути ты потребляешь энергию у кого-то и тебе постоянно нужно ещё и ещё, ограничивать себя ни в чём не нужно, достаточно следить за притоком энергии. Энергия тратится на создание, заметь, не на творчество, а именно на создание чего-либо.

– А есть разница? – спросил Никита. – Это, по-моему, синонимы.

– Сотворение – это когда получается что-то принципиально новое, а создание – это копирование уже существующего, – пояснил я.

– Ты всегда утверждал, что наш мир не двоичен, и даже в сказках есть три пути. Колись давай, что за третий путь, – высказал мне Виталик.

– Есть, конечно, третий путь и даже четвёртый, но он не интересен, – продолжил я объяснение. – Третий путь описывает в своих книгах Карлос Кастанеда. Это путь безупречного воина. Этакий человек-невидимка, в смысле невидимка для судьбы, так как не имеет ни положительной кармы, ни отрицательной. Он – как наблюдатель, вне основной системы развития, поэтому, в чём смысл его существования, я не знаю, но он есть. А четвёртый – это путь деградации, это алкоголь, табак и другие наркотики. В зависимости от того, насколько человек деградирует свой разум, он в следующей жизни может стать или животным, или растением.

– Вот это ты задвинул… Откуда инфа? – спросил Никита.

– Да отовсюду понемногу, плюс сам пораскинул мозгами, – пожал я плечами.

– А при чём тут капитализм и демонический путь развития? – потряс головой Виталик. – Я так и не понял.

– Ну как же, помогать людям не выгодно, если это не приносит денег, а если обмануть, да ещё умудриться не нарушить закон, то вообще красавчик, деньги при капитализме – это основа всего, то есть сила, – начал пояснять я. – И эта сила начинает изменять тебя самого. Не каждый может справиться с ней и не пойти по демоническому пути развития. А некоторых эта сила ломает, и они вообще идут по пути деградации. Там, в космосе, вообще умудрились грабёж узаконить, типа люди так быстрее развиваться будут.

– Шутишь? – прищурился он.

– Вполне серьёзно, – возразил я. – Закон десяти: то есть ты можешь с не более чем десятикратным преимуществом в силе напасть на кого-нибудь либо на отряд. Но если видишь, что человек при смерти, обязан вызвать помощь, типа жизнь бесценна и так далее. Вот такой там маразм, но это с нашей точки зрения.

– А если никто не увидит? – улыбнулся он.

– Не пойман – не вор. Эта поговорка в любом мире в силе, – усмехнулся я.

– Оп-па, вон и домик показался! – воскликнул Никита.

– Снижаемся, незачем народ пугать, – предупредил я охрану.


Похоже, это таверна, можно пообедать и спросить, далеко ли до города, или, может, сразу укажут на «страшное место». Таверна представляла собой обычный двухэтажный деревянный дом у дороги. Я такие только в играх типа «Скайрим» видел. Сразу договорились, что мои бойцы будут молчать, а я – разговаривать. Когда я подошёл к бармену, тот сразу что-то сказал мне, и через пару секунд, изучив новый язык, я понял, что тот спросил: «Пообедать или комнату?» Я поинтересовался, какие у них деньги и цены, так как мы люди издалека и у нас деньги разные, даже бумажные бывают. Тот не очень удивился такому и показал медную и серебряную монеты, сказав, что еда на троих – девять медных, комната на троих – серебрушка в день. Сто медных – серебряная, двадцать серебряных – золотая. Если деньги не местные, то серебро или золото по весу. Я отошёл к своим охранникам типа за деньгами, а сам, пока ходил, создал пять серебрушек и десять медных монет. Спросил у Виталика и Никиты, что они хотели бы заказать из еды, и они попросили что-нибудь овощное с мясом, сок и молоко. Я подошёл к бармену, заказал еду, заодно спросил о ближайшем городе и страшном месте. Город по дороге – в трёх днях пути, если на лошади. О страшном месте он слышал, но где конкретно, лучше в городе спросить. Бармен показался странным, хотя я вижу первого, но я их представлял другими. Этот – спортивного телосложения и с грамотным построением речи. Может, они разные бывают? Чего это у меня паранойя проснулась не в тему?

Вдруг сзади раздался возглас Никиты по-русски:

– Спецназ рулит!

Оборачиваюсь и вижу: за соседним с ним столом усаживается группа людей в костюмах цвета хаки в количестве пяти человек. Боевая пятёрка? Я сначала удивился, откуда они могли вообще здесь взяться, видно, из комнат отдыха пришли. А затем заметил, как они напряглись при возгласе моего охранника. Судя по их застывшим лицам, они русские, причём на задании.

– Ну и зачем земляков баламутишь? Не видишь, люди при исполнении, вряд ли их к нам в помощь прислали, – сказал я громко так же по-русски Никите, так, чтобы все слышали, для разрядки обстановки. И добавил уже незнакомой группе, усаживаясь к ним за стол: – И вообще, разведчики не любят, когда их спецназом обзывают. Я прав?

– Прав, – согласился один из них, видимо старший в команде, и спросил у меня: – Вы, я так понял, тоже на задании? Очень надеюсь, что не конкуренты или группа противодействия.

– Вряд ли конкуренты, у нас не секретная задача, требуется изъять опасный предмет у некоторых совков в этой местности, чтобы не угробили здесь кучу народа. Типа: «Спички детям не игрушка», – ответил я.

– Понятно, – кивнул он, успокоившись. – У нас другая задача и в другом месте. В городе нас ждут, для транспортировки через портал.

Во время еды я договорился с командиром на копирование их вещей в обмен на несколько серебряных монет и инопланетные: пневматическую винтовку, аптечку, офицерский сухпаёк, технический планшет, для образца технологий. Он согласился, правда, вынул несколько предметов, не подлежащих разглашению из-за их секретности, и я за пару часов скопировал все их рюкзаки с амуницией. Из оружия: несколько автоматов, снайперка, пистолеты, гранаты и взрывчатка, все незнакомого вида. К оружию – запасные рожки и три разных типа патронов. Далее: рации, сканер частот, навигатор, цифровой и плёночный фотоаппараты, смартфон с большой красной звездой с серпом и молотом на обороте. Ну и походный набор: компас, спички, сухой спирт, пара котелков, кружки и фляги с водой, чай, кофе, специи, ложки, вилки, ножи, консервы, пара пайков, одеяла, палатка, плащи и запасные костюмы. И всё это упаковано в запирающиеся полиэтиленовые пакеты, и есть несколько пустых, наверное, для новых предметов. Я пояснил, что планшет работает на электретных[27] источниках питания, а они, оказывается, знают, что это такое, ведь у них всё оборудование запитывается от них. Кстати, разглядывая фотоаппарат и смартфон, я заметил на них надписи: «Сделано в СССР», что очень меня удивило, в пути уточню, наверняка вместе в город пойдём.


Для дальнейшего продвижения группа разведки решила приобрести коней. А я, глянув на основной местный вид транспорта, понял, что, оказывается, научился ездить верхом не на лошадях, а на каких-то ящерах. В итоге предложил землякам подбросить их до города по воздуху, решив сэкономить время. Они согласились, и я, отойдя подальше от таверны, чтобы не пугать местных, используя весь свой орихалк, создал полупрозрачный обтекаемый летательный корпус с сиденьями, чтобы комфортно путешествовать и ветер не мешал. Уселись и полетели, плавно набирая скорость, а в пути я, пока подготавливал иван-чай к ферментации[28], раз уж есть теперь пакеты, поинтересовался у военных о надписях «СССР» на их технике.

– Так это знак качества, везде на нашей технике так пишут, – ответил он и насторожился: – Странно, по-русски разговариваете чётко, а элементарных вещей не знаете.

– Так вы из СССР? – спросил удивлённый Виталик.

– Мы-то да, а вы откуда?

– Мы из России, – ответил Никита.

– Её же в 1917 году ликвидировали, – удивился другой военный. – Вы из прошлого, что ли?

– Какое прошлое? Мы из 2017-го, э-э-э, от Рождества Христова, – возразил Виталик. – Странно, СССР в 1991 году распался, ещё до моего рождения, тогда получается, что это вы из прошлого.

– Мы тоже из 2017-го, СССР вполне здравствует, – не поверил командир. – Мы уже освоили Солнечную систему и собираемся скоро лететь к соседним звёздам.

– Я всё понял, – сказал я землякам. – Вы из параллельной Земли, и у вас Сталин не умер в 1953 году и оставил подготовленного преемника власти?

– Да, он умер в 1985 году, – кивнул собеседник.

– Значит, ваша Земля более старшая, – подытожил я и стал объяснять: – Согласно одной из теорий о параллельных вселенных, при изменении прошлого «эффект бабочки» создаёт параллельную вселенную при крупных изменениях, а не изменяет будущее изначальной. И раз у вас Сталин прожил больше, значит, у нас его убили, скорее всего, отравили, и этим самым запустили процесс распада СССР. Я где-то в Интернете видел информацию, что наш мир создан в 1953 году, видно, гибель Сталина запустила процесс создания нашей вселенной.

– Интересно, – успокоившись сказал он. – А Интернет в переводе с английского – межсеть, международная сеть, правильно?

– Наверно, я как-то не интересовался этим, Интернет и в Африке Интернет, всемирная сеть вроде, – согласился я.

– Похоже, натовцы вас захватили уже, раз страну переименовали обратно в Россию? – спросил он у меня.

– Да нет, пока только идеологически, в 2000 году нашёлся сильный лидер, который не позволил окончательно развалиться стране и захватить ее, – начал я рассказывать о нашем родном мире. – Мы научились распознавать большинство видов обмана, правда на своём опыте, и это было очень больно, и не только морально. Много локальных войн и смертей, но вроде пока держались, когда мы там были в последний раз.

– А разве вы не от своей страны задание выполняете? – удивился он.

– Мы на более крупные личности, чем главы государств, работаем, – ответил я. – Для богов даже планеты – это расходный материал, и они могут легко пожертвовать ими, если им выгодно.

– Серьёзно, – кивнул он. – Видимо, очень опасный предмет вам требуется изъять, раз сами боги посылают.

– А скажи, как там у вас натовцы поживают? – спросил у него Никита.

– Да нет их уже, самоликвидировались за ненадобностью, – пожал тот плечами. – К СССР присоединились более трёх четвертей государств мира, остальные мы оставили в покое, для наглядного примера и чтобы было куда ссылать ненормальных и бессовестных.

– Хорошо, должно быть, у вас, – предположил я. – Будет возможность, обязательно к вам загляну… О, похоже, уже подлетаем, часто деревеньки стали мелькать под нами.

Добирались мы до города от таверны всего три часа, правда, на подлёте нас всё-таки обстреляли огненными шарами, хоть летели мы низко. Значит, всё-таки есть у них ПВО, не зря моя паранойя беспокоилась. Обстрел пришёлся по душе орихалку, он ещё немного подрос, но я решил не рисковать и снизился в лесочке недалеко у дороги, и мы выгрузились из моего ОЛО[29].


В город нас пропустили, взяв на входе по паре медяков с человека, и спросили, зачем прибыли. Мы ответили, что по делам к главе города, и нас вызвался проводить один из стражи.

Город выглядел, как на картинке Средневековья, правда, почти без грязи, хотя странно, лошадей ведь на улицах много.

В городе мы разошлись с земляками, каждый отправился по своим делам: их ждали в каком-то баре, а мы пошли к главе города за информацией. Хотя вечерело, но он нас принял, узнав, зачем мы к нему пришли. Глава оказался магом огня и природы высшей категории. Звали его Клив. У него выяснили, что нужное нам место находится недалеко от той таверны, в которой мы были. А бармен направил нас сюда для того, чтобы здесь нас отговорили от безумной идеи посетить это страшное место. Таких, как мы, героев в месяц по несколько набирается. Там неделю назад пропал главный архимаг страны, Зод, поэтому у нас шансов никаких. Я пояснил, что я техник, ну, или механик, если учитывать гномов. И если не получилось силой, то можно попробовать хитростью. Увидев, что глава не хочет нас туда пропускать, я начал пояснять ему ситуацию.

– Ты пойми, меня специально готовили к таким миссиям, – попытался я объяснить, что нам очень туда нужно. – К тому же не хотел этого говорить, но вам самим это нужнее.

– Это место не увеличивается, просто огородить – и нет проблем, – возразил он мне. – Буквально перед вами ещё две группы пропали там.

– Проблема в том, что если мы не справимся, то не только ваш мир может погибнуть, а вся ветка миров. Ты представляешь уровень ответственности? – уже конкретно стал объяснять я.

– Откуда такая информация? – очень удивился он. – Это уровень богов.

– А ты думаешь, мы сами по себе? Нас Арес прислал, мы уже третья группа, последняя, – пояснил я. – Две предыдущие тоже от него были.

– Сколько у вас времени? – спросил он, поняв, что я серьёзно говорю.

– Меньше месяца. Если мы не справимся, то там, наверху, приняли решение не рисковать всей веткой миров и уничтожить вашу планету, – сказал я. – Мне нужно сначала хотя бы издали глянуть на это место, чтобы оценить суть проблемы и варианты решения.

– Сейчас уже поздно, не пойдёте же вы туда на ночь глядя? – начал он намекать мне, что утро вечера мудренее, и я кивнул. – Давайте сделаем так: вы, все трое, сейчас пойдёте в комнату отдыха, еду вам туда принесут, поспите, а завтра с утра вам доставят всё, что есть по нашей проблеме.

И мы пошли в указанную комнату. Не слабая комнатка оказалась, натуральная четырёхкомнатная квартира.


– Ну как? – спросил Клив у человека, показавшегося из потайной дверцы в стене, когда ушли посетители. – Что показал артефакт?

– Он говорил правду насчёт вероятности уничтожения нашего мира, – ответил тот. – Теперь ясно, почему профлеры срочно всё распродали и ушли телепортом. Похоже, у них действительно есть артефакт древних «Пророк».

– Значит, у них ничего не выйдет? – уточнил Клив.

– Возможно, это один из вариантов, ты же знаешь, как этот артефакт работает, я тебе показывал древние свитки с описанием его работы.

– Да, помню, там показывается пять самых вероятных вариантов ближайшего крупного события, – кивнул глава. – Но ведь в одном из вариантов постоянно какие-то страсти должны показывать? И чего тогда беспокоиться?

– Скорее всего, они увидели несколько пугающих вариантов, – объяснил он. – Я послал за ними своего агента, чтобы узнал, что они там увидели. Может, показать им запись боя Зода?

– Ничего секретного там нет, а их мнение многое может нам дать, – согласился Клив. – Приготовь к утру все материалы. Ещё можно было бы снабдить их нашими артефактами, но они не маги. Возможно, они сами что-нибудь придумают.


Мы хорошо поужинали, а кровати вообще шикарные. Я уже по привычке и еду, и кровати, и даже столовые приборы «запоминал» «Алхимиком». А перед сном создал около сотни серебрушек, в качестве тренировки. Ночью снилась какая-то чушь. А утром, после завтрака, нас пригласили в кабинет к главе города. Я попросил, пока мы беседуем, чтобы на кухне пережарили до сухого состояния «созревший» иван-чай, а у главы на время пару амулетов-переводчиков и снабдил ими и сотней серебра своих охранников, отправив их с сопровождающим на рынок закупиться мелочами для предстоящего похода. К тому же Никите требовался новый костюм.

Когда они ушли, передо мной выложили карту местности с точным местонахождением проблемной области. Я с помощью Оли запомнил её для ориентирования на местности. Затем статистику пропавших в том районе людей за последние пять лет, что-то около двухсот пятидесяти человек. Не факт, что они именно там сгинули, судя по василиску, но количество внушает опасение: простые люди здесь из городов и деревень в леса не суются. Потом мне показали объёмную запись боя местного архимага против пулемётов и лазерных турелей. Теперь ясно, почему именно я тут нужен. Мощный старичок, полчаса продержался. Когда потерял сознание, его забрали двое в знакомого вида силовой броне, а третий подошёл к снимающему изображение артефакту. На этом запись обрывается.

– Нам повезло, что запись велась дистанционно и вовремя извлекли кристалл из записывающего артефакта, – сообщил мне Клив. – Через минуту после извлечения записывающий артефакт взорвался.

– Давно это произошло? – спросил я.

– Неделю назад.

– Ваш архимаг, возможно, ещё жив, – обнадёжил я.

– Тебе знакомы эти… оружие и люди с записи? – напрягся он.

– Во-первых, это не люди, а аграфы, ну, или эльфы, по-вашему, – пояснил я.

– У эльфов нет такого оружия! – категорически возразил он.

– А я и не говорю, что это ваши эльфы, это эльфы с других звёзд, вернее, планет, – пожал я плечами.

– Я в курсе, как устроена вселенная, – резко ответил он, решив, наверное, что я над ним издеваюсь. – А что скажешь о стреляющих светом кочках земли?

– А это замаскированный бункер противокосмической обороны класса АЗ, – автоматически ответил я. – Если проще, подземная крепость размером с город с запасами еды, воды и оружия на несколько лет.

– Значит, ты знаешь, как с этим справиться? – с надеждой спросил он.

– Я знаю, что моих знаний недостаточно для проникновения на объект, – честно ответил я. – А ваши знания и бойцы тут тоже ничего не изменят.

– И что, ничего нельзя сделать? – спросил он, пристально глядя мне в глаза.

– Ну почему сразу нельзя? – успокоил я его. – Можно попробовать договориться с ними, а если не получится, то применим запасной план.

– Что за план? – оживился Клив и ухмыльнулся: – А, боишься прослушивания и предателей?

– Просто подслушивающая аппаратура, в смысле артефакты у них вашими методами не определяются, – пояснил я. – Поостерегусь, хуже не будет.

– Телепортировать я вас туда не смогу, нет артефакт – ной привязки к местности, но, думаю, для вас быстро добраться туда не проблема, – перешёл он к вопросу посильной помощи. – Я дал бы вам наблюдательный и переговорный артефакты, но среди вас нет магов, поэтому – вот три защитных артефакта, они включаются простым сжатием в руке с желанием включить или выключить и могут использоваться даже не магами, пока не разрядятся.

– Странно, мне сказали, что я маг, пусть и очень слабый и вообще необученный, – удивился я, «запоминая» и эти артефакты.

– Ты в этом уверен? – удивился уже он.

– Вот, к примеру, стул, на котором ты сидишь, я вижу как артефакт, – сказал я, включив магическое зрение и увидев переливающийся разными цветами стул.

– Интересно. – Клив взял какой-то синий кристалл в руку и пристально посмотрел на меня. – Действительно, что-то есть, но очень мало, буквально на уровне погрешности. Раз у тебя уже есть магическое зрение, значит, ты инициирован, могу попробовать пригласить специалиста по инициации магов, у меня есть такой знакомый, может, что посоветует.

– А также не помешали бы книги по начальной магии и теории, – добавил я, поняв, что он таким образом готов заплатить за решение проблемы. – Но это мы обсудим после того, как всё разрешится.

В это время вернулись оба моих охранника. Оба весёлые, и давай наперебой мне рассказывать о том, как их хотели обокрасть. Об увиденных эльфах и гномах. О закупленных припасах. И тут же с кухни принесли готовый к завариванию иван-чай. Я забрал у своих бойцов оба артефакта-переводчика, естественно их «запомнив», и вернул их Кливу. Затем выдал два защитных артефакта своей охране, показал, как ими пользоваться, и засобирался в путь. Сопровождать нас до выхода из города вызвался неприметный мужичок.


В лесу у города я сформировал из орихалка транспорт поменьше, ведь нас теперь всего трое. И мы полетели непосредственно к месту «работы». Во время пути я подготавливался к переговорам, потому что по-другому я туда вряд ли попаду. Для взлома охранной системы мне не хватает знаний, а обучаться мне пока нельзя. Достал из складки осветительный артефакт и положил его в карман, буду типа торговец артефактами. И включил режим отморозка, чтобы не отвлекаться.

– Вот сколько читал фэнтези, постоянно кого-то на дорогах грабят, а тут, сколько ни летим, тишина, – высказался Виталик.

– И кого ты ринулся бы спасать? – усмехнулся Никита.

– Тех, кто защищается, естественно, – ответил тот.

– А если нападающие решили отбить кого-либо из своих, например, из плена или рабства? – уточнил он.

– Ну, сначала пригляжусь, короче, разберусь по-любому, – парировал Виталик.

– Ну-ну, – скептически высказался я. – Мы уже пролетели мимо одного такого нападения, не хотел я вас отвлекать.

– Ты серьёзно? – удивился Никита. – И кто ты после этого? Мы же могли там кого-то спасти!

– Вот поэтому и назначили главным меня, чтобы не отвлекался наш отряд на мелочи. Всех не спасёшь, а у нас очень ответственное задание. Если не выполним задание, то это на них всех скажется, – надавил я, но всё-таки развернул транспорт назад. – Но в данном случае я решил посмотреть на вас двоих в деле. Давайте покажите, на что вы способны. Я хоть буду знать, как вас применять помимо охраны.

Высадил я их в лесу метрах в двухстах от битвы. Судя по звуку, они быстро сориентировались, куда выдвигаться, и тут же пропали в ближайших кустарниках. Я же обеспечил себе место в первом ряду и поглядел на всё сверху, замаскировавшись небесного цвета орихалком.

Судя по дорогой карете, среди обороняющихся – кто-то из знати. По идее, там должна быть прекрасная принцесса, которую надо спасти. И нападающие были явно военными, очень уж слаженно двигались и в одинаковой форме. Ментальный сканер показал, что один из нападающих, скорее всего, маг, уж больно яркая засветка. Да и в карете что-то неоднозначное, вроде и маг, но какой-то мелкий, может, ребёнок? Короче, понятно, что ничего непонятно. Ладно, дождусь своих, может, снизу виднее, кому лучше помогать. А то сунусь, а не туда, и разгребай потом.

Но тут вдруг раздались сильные крики сзади напавших. Ясно, значит, валим их. Только хотел помочь своим «Грузчиком», как понял, что справятся и без меня. Я такие «шинковальные машинки» видел только в китайских и индийских боевиках. Две минуты – и они оба сосредоточились на маге. Его защита продержалась минуту. Я, вернув себе внешний вид, спустился недалеко от них, за деревом.

– Почему решили вступиться за обороняющихся? – спросил я у своих, пока никто не нападает.

Вокруг кареты собрались оставшиеся защитники и смотрели на нас, не зная, чего ожидать.

– Этот провёл обряд жертвоприношения, недалеко здесь, – ткнул Никита в мага.

– Хорошо, – одобрил я. – Шмонать на трофеи будете?

– Только кошельки срежем, оружие у них не такое уж дорогое, а мага обыскивать – себе дороже, – разложил он мне всё по полочкам.

– Тогда не задерживайтесь, у нас ещё дело даже не начинало разрешаться, – сказал я им и обратился на местном языке к наблюдающим за нами пострадавшим: – А вы можете быть спокойны, мы скоро вас покинем, ваши дела – это ваши дела.

– А это тогда что? – спросил один из них.

И я увидел детское личико, выглянувшее из кареты. Всё-таки ребёнок, надеюсь, мы правильно помогли, и это не какой-нибудь демон-некромант. Но дело сделано, а разбираться в местных проблемах некогда.

– А это разминка перед настоящим делом, – ответил я ему и кинул своим: – Нам пора.

Отойдя на место «высадки десанта», мы снова погрузились в орихалковый транспорт и помчались дальше. Бойцов решил спрятать в складку, иначе их обезоружат, и не факт, что вернут оружие. А искать его по базе предполагаемого противника будет проблематично. Если решу проводить зачистку, то выпущу их непосредственно для работы, так им и объяснил.


И вот наконец я на месте. Вдали показался просвет между деревьев. Судя по всему, я прибыл в место назначения. Аккуратно выглянув из-за деревьев, так, на всякий случай, я увидел знакомую по записи поляну, усеянную костями. Сформировав из орихалка броник типа живой кожи, толщиной примерно в миллиметр, я вышел на поляну и стал ждать, вдруг выйдут узнать, чего мне надо. Надеюсь, стрелять на поражение на всякий случай не будут, хотя в этом случае я полагаюсь на орихалка.

Не прошло и часа, как вдруг из-под земли показалась пятёрка бойцов в бронескафах девятого поколения. Один из них крикнул на местном языке:

– Руки на виду и медленно подходи сюда!

И я пошёл им навстречу.

– Артефактами джоре не интересуетесь? Есть очень интересная коллекция, и не очень дорого, – сказал я на лингве, решив их с ходу огорошить.

– И много у тебя этих артефактов? – спросил крикнувший, пока я к нему подходил.

– Тебе должно хватить, уважаемый аграф, – уверил я его.

– Вон даже как! Ты имел дело с нашим народом? – спросил он.

– А как же, и мы всегда заключали взаимовыгодные сделки, – ответил я.

– Хм… Ну тогда добро пожаловать в гости, – хмыкнул он, и мы пошли внутрь бункера.


Просканировав импульсом местность, я обнаружил отклик необходимого артефакта. Значит, уже меньше работы, поиск завершён, осталось его экспроприировать. Прошли через двойной шлюз, двери которого толщиной в полметра, цельнометаллические, – неслабо защитились. Внутри бункера меня провели в… э… комнату для допросов? Если в коридорах стены были из камня, то тут из чёрно-красного металла. При входе Оля что-то сказала о повышенных энергопотерях и замолчала. Орихалк тоже намекнул, что ему тут больно, и я попросил его немного потерпеть. Попробовав «Алхимиком» запомнить материал стен, я обнаружил, что все мои способности тут не работают. М-да, вот те и всесильный техномаг, почти что встрял, один орихалк меня и выручит, случись чего. Решил на всякий случай внешне не показывать, что мне эта комната не нравится. А внутри кроме меня и сопровождающего меня бойца было ещё двое аграфов.

– Ну, показывай, что у тебя за артефакты, – усмехнулся один.

– Я пока только один захватил, времена нынче неспокойные, – достал я охранный артефакт из кармана, незаметно цепляя на него маленькую частицу орихалка для отслеживания. – Но если договоримся, я ещё много могу принести.

– Да кто с обезьяной договариваться-то будет, – брезгливо произнёс второй.

– Ну надо же, действительно, артефакт джоре, причём работающий! – воскликнул первый.

– Стой и не дёргайся, – приказал мне боец, надевая на меня знакомый ошейник, а я попросил орихалка пока с ним ничего не делать, – если не хочешь, чтобы тебе причинили сильную боль.

– С помощью ментоскопирования мы узнаем не только где ты прячешь артефакты, но и как попал в этот мир, – сказал первый и тихо добавил: – А то мы, как попали сюда в результате эксперимента пять лет назад, так и находимся в автономке. Домой хочется.

– Могли бы просто попросить, я бесплатно вас домой отправил бы, а то ведёте себя как пираты, – попробовал я решить проблему мирным путём.

– Заткнись, грязная обезьяна! – закричал второй, задействовав ошейник.

Я свалился на пол, зашипев от боли.

Ничего страшного, это всего лишь боль, вспомнилось детство, проведённое в боли.

– Троашку это не понравится, – процедил я сквозь зажатый от боли рот.

– Ты знаешь Троашка? – удивился первый и скомандовал второму: – Выключи болевой режим ошейника.

– Я на него работаю, – ответил я.

– И наверное, его полное имя знаешь? – ехидно уточнил он.

– Конечно, – так же ехидно передразнил я. – Троашк квис Наван.

– Смотри-ка, правильно, – удивился он. – А ведь его имя должно быть засекречено больше, чем моё. Может, и в самом деле на него работаешь.

– И что ты для него делаешь? – спросил второй.

– Решаю его проблемы, какие именно, лучше сами у него спросите, – отмахнулся я. – А он за это решает мои проблемы.

– А что у тебя за проблемы? – снова спросил второй.

– Аппаратура рядом со мной глючит, даже ментоскоп, да и нейросеть никак нельзя установить, – огорчил я их. – Троашк пообещал решить вопрос, так как это по его квалификации.

– Действительно, Троашк специалист по проблемам установки нейросетей, – согласился первый. – Только он работает в засекреченной лаборатории, и допуск туда даже не у каждого аграфа есть, а ты вообще человек.

– Да шпион это! – нахмурился второй. – Ментосканер всё равно на нём проверить надо, заодно узнаем, врёт он или нет. Интересно же, как он нас нашёл и как нам вернуться в Содружество.

– Отведите его к остальным, пока ментосканер занят, – распорядился первый.

На этом мой первичный опрос был закончен, а я решил перейти к плану «Б». Сами виноваты.


Камера оказалась обычным ангаром, или складским помещением, где вместо полок – нары мест так на пятьдесят. Народу было человек тридцать пять. Входная дверь – в виде вертикальных светящихся энергетических жгутов диаметром примерно в сантиметр. Они тихо гудели, и что-то проверять на себе мне не захотелось.

– Наши есть? В смысле от Ареса или Гермеса, – спросил я по-русски.

– Есть, – отозвался один после некоторых раздумий. – Нас пять человек осталось из восьми. Две группы от Ареса в пять и три человека было.

– Зря ты ему всё это рассказываешь. Он, может, подсадной, – возник вдруг ещё один.

– Крон по-любому уже раскололся, ты же слышал, что местные в курсе насчёт Ареса и артефакта.

– Местные кто? – обратился я на местном.

– Есть, двадцать восемь нас осталось.

– А вы кто такие? – спросил я оставшихся двоих, мужчину и женщину, на лингве.

– Империя Атаран, – ответил мужчина.

– Ясно, разберёмся, – кивнул я и проговорил на всех трёх языках: – Все, кто хочет эвакуироваться отсюда домой, делятся на три группы: слева те, кто на богов работают, справа местные, в центре – из миров Содружества.

Кому здесь понравилось, могут располагаться на нарах и желательно нам не мешать.

Люди не спеша делились на три группы, не веря в спасение. Один из них показал на ошейник. Я подошёл к нему и с помощью орихалка высосал из него всю энергию, пока он не распался пылью. После этой демонстрации все задвигались оживлённее.

В итоге я всех спрятал в складку, предварительно разрушив им и себе ошейники. Выпустил Виталика и Никиту. Сформировал им из части орихалка кольчуги. Моя броня осталась при мне. Из остатков орихалка сделал копию увиденного когда-то мной вампира, для пущего психологического эффекта. Объяснил орихалку, что моих бойцов трогать нельзя, остальных по возможности глушить, если не получится – уничтожать. Послал его вперёд для разведки дороги в хранилище артефактов, судя по сканеру, его частица с артефактом джоре находится в том же помещении. Он на ходу высосал всю энергию из энергопрутьев и механизма, их вызывающего. Узнав у Оли, что она может не только отслеживать орихалка, но и составлять карту перемещений, я сказал охране, что при движении к цели они могут немного отклоняться для зачистки и сбора трофеев. Предупредив их об опасности лазерного и плазменного оружия, убедился, что они поняли меня правильно и активировали артефактные щиты. И сообщил им, что направляюсь к хранилищу артефактов.


Половину пути была тишина, только кучки мусора от охранных турелей и дроидов да семь бессознательных тел аграфов. Их я убрал в живую складку, предварительно освободив от оружия. Потом подумаю, куда их сплавить.

Внезапно из боковой двери выбежал аграф и выстрелил в нас из лазерного пистолета. Орихалк умудрился перехватить импульс перед щитом у всех троих и, обрадовавшись, ещё немного прибавил в объёме. Я не успел ничего сделать, как Никита располовинил аграфа. Сами виноваты, огорчившись, подумал я. И почему мне больно, если он враг? А, ну да, совесть чище стала, вот и мучает. Думаю, скоро от неё будут проблемы. Заглянув в дверь, откуда этот аграф выбежал, я увидел десять медицинских капсул неизвестного вида и кресло с привязанным к нему архимагом Зодом. Судя по его виду, он чему-то сопротивлялся и силы его заканчиваются. Я с помощью орихалка плавно понизил энергоснабжение аппарата и переместил потерявшего сознание Зода в складку. Затем и капсулы с ментоскопом туда же.

Так и шли: Виталик с Никитой впереди, а я за ними, показывая, куда сворачивать на развилках. Если удавалось оглушить аграфа, то я убирал его в складку. Трупы по очереди шмонали Виталик с Никитой, отдавая технику, если находили, мне, им она без надобности. Многие аграфы были с холодным оружием, чему я удивился.

Немного не доходя до хранилища чуть не произошла трагедия. Не успели мы завернуть за угол, как внезапно распахнулась дверь, и у меня промелькнула мысль: «Ну вот ещё один придурок с игольником». Виталик резко толкнул меня обратно за угол, а Никита устремился к противнику. Падая, я почувствовал, как вскрикнул от боли орихалк.

Когда я выглянул посмотреть, что там произошло, то увидел висящий в воздухе полупрозрачный фиолетовый шар над половинками Виталика, внутри шара шёл обратный отсчёт. Судя по числу, часа через два воскреснет, если я правильно понял. Никита успел убить противника, но потерял ногу, вон она, рядом с ним лежит. Её отрезало чуть выше колена. Я попробовал убрать этот шар в складку, но у меня ничего не получилось. Тогда, убрав разрезанную кольчугу, я поместил в складку обе половинки тела. Шар сразу исчез. Вернув тело обратно, я увидел снова появившийся шар, чему был очень рад: мне не улыбается здесь ждать воскрешения Виталика. Забрав и у Никиты кольчугу, я обнадёжил его, что маги, скорее всего, смогут вылечить его ногу, в крайнем случае Арес поможет. Убрав пострадавших охранников в складку, я сделал из кольчуг ещё одного вампира, пусть хоть кто-то меня прикрывает. Спрятав и оружие, которое нас всех чуть не убило, в складку, я поспешил в хранилище. Запоздало пришла мысль, что я мог погибнуть, не успев выполнить миссию. Чтобы не комплексовать, включил свой любимый режим отморозка. Но и не выключать его нельзя, а то получится, как с тем нападением в лесу: пролетел мимо – и будто так и надо.

В хранилище было четыре тела в отключке и орихалк в виде толстого вампира в качестве охраны. Видно, хорошо отъелся, пока досюда шёл. Я быстренько попрятал тела в складку и принялся за артефакты, естественно, первым убрал тот, из-за которого сюда прибыл. Всего их было около пятидесяти, последний был похож на стоп-кадр голограммы костра. Надо будет у магов спросить, может, они скажут, что это.

Закончив, я направился к выходу, решив поковырять ту тёмную комнату, может, чего ценного наковыряю. Тут вдруг сработала способность «Модификатор судьбы МК2», и я почувствовал сильную угрозу, а тело почти перестало меня слушаться. Я с усилием побежал по направлению к выходу. Скорость бега постепенно увеличивалась, похоже, за счёт применения «Грузчика». Вылезающие из потолка турели я плющил с помощью его же. И им же расшвыривал попадающихся на пути аграфов. Сосредоточившись, я попытался запомнить приёмы, которые применяет моё неуправляемое тело. В итоге не заметил, как вылетел из базы, и успел: отлетел практически на километр по диагонали к поверхности, как взорвалась база. Взрыв был примерно на уровне атомного, поскольку вспышка ослепила меня, даже повёрнутого к ней спиной. Пока отходил от шока, пытался вспомнить, как я прошёл через шлюз? Ведь там три толстенные двери из металла. Как только смог видеть, обернулся и обнаружил, уже с расстояния километров семи, знакомый гриб из пепла и огня. Я сначала не понял, почему они себя подорвали, а потом дошло, что я их очень испугал этими «вампирами». Как то не подумал о такой на них реакции.

Когда мне вернулось управление телом, я понял, что орихалк, который исполнял роль живой бронированной кожи, в отключке. Причём очень счастливый, судя по исходящей от него эмоции. Убрав его в складку, я вспомнил, что оставил обоих орихалковых вампиров в бункере. Он что, ядерным взрывом объелся? Решив глянуть поближе, я надел скафандр, который когда-то спёр у работорговцев.

Приземлившись у кратера эпицентра взрыва, я заметил в центре шар знакомого зеленоватого оттенка, примерно пять метров в диаметре. Попросив Олю убрать щупом орихалк в складку, так как сам ещё не умею им пользоваться, я кратковременно почувствовал сильную тяжесть. Как объяснила мне Оля, это потому, что единовременная порция, помещаемая в складку, превышает кубометр. С помощью сканера ментальной энергии я сильным импульсом просканировал местность и выяснил, что в радиусе километра нет ничего живого.

Что-то темнеет уже, явно до ночи успею только до таверны, да и устал уже, надо там отдохнуть.

Перед таверной в лесу я выложил весь орихалк, вдруг за ночь очухается.


Зайдя в таверну, я сначала не понял, почему бармен целится в меня из арбалета. Но, вспомнив, что скафандр всё-таки выглядит чрезмерно футуристично, я открыл шлем.

– Ты чего, не узнал меня? – спросил я у него.

– Ты так не пугай. Сначала что-то бабахнуло, аж вся таверна затряслась, потом ты тут в чудных латах являешься, – ответил он, успокоившись и убирая арбалет.

– Ну, тихо с вашим гиблым местом разобраться не получилось, пришлось решать громко, – усмехнулся я.

– Ну и как? – спросил он.

– А нету его больше, сгорело там всё, – пожал я плечами. – Мне ужин на двоих и комнату для отдыха, вот деньги.

– Вот ключ от седьмой комнаты, она на втором этаже, могу ужин принести прямо туда, – предложил он.

– Очень хорошо, – согласился я и спросил: – А ты не в курсе, здешние маги могут отрезанную ногу обратно прирастить?

– Мочь-то могут, только дорого это и не быстро, – вздохнул он. – А тебе зачем?

– Да охрана моя пострадала, – ответил я и пошёл наверх. – Я жду ужин в комнате.

Поднявшись в комнату, я, пока дожидался ужина, снял скафандр. Появившемуся бармену объяснил, что второй пока без сознания и невидимый, как очнётся, так и поест. Попросил до утра нас не беспокоить и заперся. Еду, которую заказал для Виталика, я убрал в складку, чтоб не теряла свежести, а свою, прежде чем съесть, по привычке скопировал. Достал тело Виталика и улёгся спать, попросив Олю разбудить меня за две минуты до его воскрешения.

Пробудившись, я стал ждать спецэффектов, но ничего такого не произошло: шар с телом исчезли, и появился Виталик с руганью, что про… э-э-э… фукал целый уровень опыта. Успокоив его, что всё закончилось, я достал из складки его еду и, пожелав приятного аппетита, улёгся спать дальше, попросив Олю теперь разбудить меня за час до рассвета.


Утром, позавтракав копией ужина, мы с Виталиком направились забирать орихалка. Я уже почувствовал, что с ним всё нормально, он пришёл в себя. Что интересно, на месте, где я его оставил, находился какой-то чёрный металлический куб с гранью сантиметров в семьдесят, а сам орихалк в виде параллелепипеда – рядом. И он объяснил, что это тот самый металл из комнаты, что меня заинтересовал. Какой у меня замечательный братишка, что бы я без него делал, в бункер-ловушку уж точно не полез бы. Попробовав убрать этот куб в складку, я понял, что без Оли вряд ли справлюсь, так как рядом с ним мои способности перестают работать. Отойдя от него метров на пять, я скомандовал Оле убрать его с помощью щупа, и это удалось. Затем, разделив орихалка на мелкие брусочки, я убрал его в складку, потратив на это почти час, всё-таки в шестьдесят с лишним кубов он вымахал.


До города добрались без проблем, даже на входе плату не взяли. А у главы я сразу развил бурную деятельность. Мы прошли в лекарскую комнату, куда Клив пригласил ещё одного целителя, Фета, и там я извлёк из складки архимага и Никиту, положив их на кушетки. Клив и Фет сначала невероятно удивились, что я достал страждущих практически из воздуха, но потом, посовещавшись, успокоились, и я понял, что они такое уже видели.

– Зода пытали… э-э-э… артефактом, который у меня принудительно инициировал магические способности, – пояснил я суть проблемы. – Скорее всего, у него сильная энергопотеря и, возможно, испорчены энергоканалы, ну, вам виднее. А у… э-э-э… Арктура нужно ногу прирастить, но для начала обезболить.

Клив с Фетом стали врачевать, изредка что-то обсуждая между собой. Зода обложили артефактами и, дождавшись каких-то результатов, переключились на Никиту. Усыпив его, срезали ожоги на ноге, заложили недостающее какой-то массой, забинтовали всё. Затем достали четыре мелких камушка, похожие на ту семечку, что я в булыжнике обнаружил, и привязали к бинтам. И так как здесь больше нечего было делать, мы пошли в главный зал для обеда и обсуждения дальнейших дел.

– Как я понял, то место уничтожено полностью? – спросил у меня Клив.

– Только снаружи, там под землёй может быть ещё несколько тысяч эльфов, – ответил я.

– Дроу? – уточнил Фет.

– Нет, это обычные эльфы, хотя и не местные, но они могут вырастить рощу даже под землёй, – сообщил я. – Кстати, они вполне могут выкопаться, так что следить за ними придётся вам, мы, как только поправится Арктур, сразу уйдём. Сколько времени будет сращиваться у него нога?

– Если бы она была отрезана мечом, то пару недель, а так не меньше трёх месяцев, – уверенно сказал Фет.

– Слишком долго, у нас максимум три недели есть, – покачал я головой в надежде, что они что-нибудь предложат для ускорения процесса.

– Ты вроде упоминал, что вы на богов работаете, – напомнил Клив. – Неужто они вам не помогут?

– Ногу срастить и вы можете, а у них выгоднее спрашивать то, что у вас не достать, – ухмыльнулся я.

– Ты прямо как гном, те тоже везде выгоду ищут, – улыбнулся Фей. – Торговлей не пробовал заниматься?

– Слишком просто и неинтересно, – отмахнулся я и вспомнил о местной животинке: – Кстати, вам василиск не нужен?

– Если тело свежее и не сильно подпорченное, то пару сотен золотых можно выторговать, – кивнул Клив.

– А если живой? – прищурился я.

– Скажешь тоже, живой! – фыркнул Фет.

– Я серьёзно, – сказал я. – Он у меня спрятан там, откуда я достал Зода.

– Тут подумать надо. Я так понял, в деньгах ты не очень нуждаешься, – посмотрел на меня Клив. – Ну, пойдём попробуем клетку, которая может удержать этого василиска.

– Ты о камере из адамантия? – уточнил у него Фет.

– Да, о ней, – кивнул тот и пояснил уже мне: – Это одна из камер для содержания магов. Адамантий блокирует магические способности не только людей, но и некоторых животных. Говорят, добывают его в каких-то нижних мирах.

Мы прошли в подвал, где я вынул из складки василиска и поместил в камеру из знакомого чёрно-красного металла. Там даже дверь была из этого металла, и даже два окошечка, как я понял, для наблюдения и подачи еды. Камера уверенно держала его способности, и даже наблюдательное отверстие не сильно фонило. Можно было продержаться пару минут.


– Ну, думайте об оплате за василиска, – сказал я им, когда мы шли из подвала, и достал из складки «семечку»: – Да, чуть не забыл, а таким камнем можно ускорить лечение Никиты?

– Ты где такое чудо достал? – спросил, крайне удивившись, Клив.

– Таких же не бывает! – не менее удивлённо воскликнул Фет и протянул ко мне вдруг затрясшуюся руку. – Помочь-то поможет, но на сколько? Тут пробовать надо.

Они сразу прошли, чтобы приспособить этот лечебный артефакт, к Никите.

– На сколько сократится время излечения, можно будет определить уже вечером, – сказал Фет.

– А пока Арктур лечится, предлагаю и тебе подлечиться, я имею в виду исправить ауру. А то она у тебя кривая после неправильной инициации, – предложил Клив и указал на Фета: – Вот и специалист в этой области есть. В качестве оплаты за василиска можно даже потратить одноразовые артефакты древних. Они уникальны, поэтому и цена на них неопределённа.

– Хорошо, только остальных узников надо бы опознать и пристроить, – вспомнил я о других пленниках. – Кто у вас за безопасность отвечает?

– Есть такой, – кивнул Клив. – А они у тебя там же, в сумке?

– Да, всё там, – подтвердил я, не поняв, о какой сумке он говорит.

Вошёл человек, который прошлый раз провожал нас за город, и я стал доставать из складки партию пленников из местных. В результате опознали почти всех, только один вызвал странную реакцию. Оказалось, его давно уже разыскивают за грабежи и разбои.


Восстановление эфирного и астрального тел, как пояснил мне Фет, у меня провели оба целителя в течение пяти часов. Я ничего не почувствовал, хотя обложили меня целой кучей артефактов. Некоторые из них гасли, другие вообще рассыпались в пыль, видно, что-то всё-таки происходило. Мне объяснили, что это они просто запустили процесс исправления, а закончится он через неделю – полторы.

Я же поинтересовался, как называется мир, страна и город, где мы сейчас находимся, мало ли, когда ещё загляну сюда. У мира было странное название – Перекрёсток-4, страна – Весия, а город – Пограничный, так как тут оказывается граница с соседней страной, Тробнией, где живут вампиры.


Пока ждали первой ревизии раны Никиты, я поинтересовался странным артефактом в виде голограммы стоп-кадра костра. Оказалось, этот артефакт аналогичен моей складке и называется сумка путешественника. Внешний вид – это маскировка, которая настраивается его хозяином. Сумка оказалась не привязана к кому-либо и вообще не заперта, что удивило обоих магов. Но меня больше всего удивило то, что, когда Клив объяснил, как ею пользоваться я достал из неё всего один предмет, хранившийся там. И это оказался ещё один артефакт, практически копия того, который нам надо доставить Аресу. Я даже перепроверил, и действительно, у меня их теперь два. Ладно, отдам оба, мне такие опасные вещи ни к чему.

Потом меня пригласили в библиотеку и показали три книги по начальной магии. Я, почитав только начало, понял, что тут без наставника делать нечего. Ну а как ещё понять текст: «Войдя в состояние эйния, выделите пять энергонов маны и мысленно нарисуйте знаки огня и воздуха. Заранее проследите, чтобы был наблюдающий из опытных магов для безопасности окружающих и самого мага». Книги я, конечно, забрал, но учить их буду только в глуши или под присмотром кого-либо из магов.

Вечером при проверке состояния ноги Никиты оказалось, что он уже вполне здоров. Забирая артефакт-семечку, который называется камень жизни, я узнал, как его можно использовать немагам. Выяснилось, что из-за своего огромного размера он обладает самосознанием. Поэтому достаточно мысленно представить, как и что ты хочешь вылечить, и прикрепить его как можно ближе к ране.

Я захотел вернуть защитные артефакты Кливу, но тот отказался, отговорившись, что это подарок. Тогда я засобирался возвращаться к Аресу, но Никита уговорил меня задержаться ещё на день, он хотел с утра пробежаться по местному рынку закупиться в дорогу. Я согласился, и нас заселили в те же апартаменты. Клив попросил сообщить, когда мы будем отправляться обратно, уж очень ему интересно посмотреть на портал, который создаётся без арки. А Фет спросил рецепт иван-чая. Оказалось, на кухне оставили себе немного на пробу, и выяснилось, что после того, как его выпьешь, в течение пяти – семи часов вдвое ускоряется восстановление маны. Само растение они узнали, а вот почему оно приобрело другие свойства, не поняли. Я объяснил, как проводить процесс ферментации, посоветовав использовать для сбора листьев травников, это должно увеличить эффект «зелья». И рассказал, что в моём мире этот напиток использовался для повышения выносливости при длительных и монотонных работах. Особенно если некогда отвлекаться на еду.

С утра я создал пару артефактов-переводчиков, и, что интересно, они были рабочими. Я отдал их Виталику и Никите, и мы отправились на рынок.


– Куда ты торопишься, у нас ещё почти месяц свободного времени? – спросил у меня по дороге Виталик.

– Задача закончится, когда вернёмся к Аресу, – ответил я. – Всегда есть шанс потерять артефакты. Да и чувство у меня, что может произойти что-то нехорошее.

– В смысле – артефакты? – спросил Никита. – Он же один.

– Ну, их оказалось два, – пояснил я. – Ещё один оказался в хитрой сумке-артефакте.

– Круто, значит, можно просить удвоения награды! – обрадованно воскликнул Виталик.

– Кстати, Никит, ты вроде в мир к Виталику хотел попроситься у Ареса? – спросил я у Никиты.

– Да, напарник стоящий, да и мир там подходящий, судя по его рассказам, – ответил он.

– Вот я тебя о чём попрошу. Так как сам Виталик сейчас виртуальный, то вещи я ему передать не могу. Можешь ты передать ему от меня вещи, когда он закончит обучение?

– Да без проблем, – пожал тот плечами.

– Вот тогда артефакт сумка путешественника. Умеешь пользоваться?

– Приходилось, – ответил Никита. – Дорогущая вещь.

– Пока идём до рынка, попробую создать ещё одну, для тебя, – решил я порадовать его.

– Было бы очень круто, – кивнул охранник.

– Дальше: камень жизни, пару запасных амулетов-переводчиков и десяток защитных, – начал я перечислять предметы, которые хотел отдать Виталику.

– Почему не хочешь оставить камень жизни себе? – спросил у меня Виталик. – Ценнейшая же вещь, всегда может пригодиться.

– В том мире, где я сейчас нахожусь, восстановить тело могут даже из одной головы, если вовремя поместить в регенерационную капсулу, – объяснил я. – А у вас там таких технологий нет. Короче, вам там больше пригодится.

– Согласен, – кивнул он. – Тогда я в сумку и оружие, которое у тех эльфов собрал, положу, после обучения оно мне пригодится.

– Так, сумка просканировалась, значит, смогу создать ещё одну. Никита, можешь привязывать эту к себе и смени ей внешний вид, а то вид стоп-кадра костра какой-то необычный, привлекает внимание, – посоветовал я. – Виталик, дай-ка одну золотую монету, тоже просканирую для образца.

– Чувствую себя лишним в этом задании, ты и один мог со всеми справиться, – высказался вдруг Никита.

– Зря ты так, вы оба спасли мне жизнь, рискуя собой, – возразил я. – Не зря Арес говорил о шансе в восемь процентов. Это судьба.

– Ты веришь в предопределённость? – удивился он.

– Судьба и предопределена и неопределённа одновременно, – ответил я. – Вон Виталик может рассказать тебе мой вариант принципа действия судьбы, я ему как-то на Земле рассказывал.

– В общем, проще всего объяснить на примере онлайновых ролевых компьютерных игр, – начал Виталик. – Сама судьба – это сервер игры, мы, соответственно, игроки. В зависимости от наших поступков, хороших или плохих, судьба формирует квесты для исправления грехов или вознаграждения. Это предопределённость, только мы её сами формируем. А судьба старается создать квест таким способом, чтобы отработать карму у как можно большего количества людей. Иногда жизни человека не хватает для формирования условий квеста, и эти долги остаются на следующую жизнь. А так как память при рождении стирается, чтобы мы не повторяли прежних ошибок, то мы не можем понять, почему это «на нас все так свалилось» и «в чем мы виноваты».

– А в чём тогда неопределенность? – спросил Никита.

– Так а никто тебя и не заставляет проходить все квесты, – пожал плечами Виталик. – При определённой сноровке можно обойти даже те, которые обязательны к прохождению.

– И в чём смысл этих квестов? – продолжал допытываться его друг.

– В развитии моральных качеств и, соответственно, души вплоть до уровня бога и далее, – ответил Виталик и спросил у меня: – Я так всё рассказал?

– Именно так, – кивнул я, – но это при условии творческого пути развития, я вам о нём уже говорил.

– Интересная теория, логичная, – отреагировал Никита и указал: – А вот и базар.


Пока шли до рынка, я успел создать копию сумки путешественника и отдал её Виталику. Пока они закупались, я медленно ходил у прилавков, постепенно «запоминая» понравившееся.

«Оль, а можно как-то разблокировать нейросеть у Виталика?» – спросил я у своей нейросети.

«У неё открыт порт доступа. Можно сделать постактивацию ключевым словом, заодно отключить внешнее управление», – ответила она.

Оказалось, эта нейросеть после обучения давала возможность брать под управление Виталика. Ну что ж, за всё надо платить, только не в этом случае и не так. Я с помощью Оли подготовил нейросеть Виталика к разблокировке. Согласовал с ним кодовое слово и объяснил, как пользоваться нейросетью. Заодно напомнил об опасности встречи с другими такими же «учениками». Обдумав вместе эту ситуацию, мы добавили в его нейросеть возможность сканировать другие нейросети, подключаться к ним с возможностью разблокировки и отключения внешнего порта. Правда, Оля предупредила, что эту возможность позже смогут заблокировать, но, как говорится, хоть что-то.

Во время закупок выяснилась одна интересная вещь. Сумка путешественника, которую я скопировал, использовала то же пространство, что и другая. Это заметил Виталик, увидев в своей сумке те вещи, что положил в свою Никита. Я, подумав, предложил, как можно использовать такой оригинальный глюк. Например, можно обмениваться вещами на расстоянии или переписываться. Заодно закупились писчей бумагой и свинцовыми карандашами. А я решил проверить качество сумки, ведь при вместимости в десять кубов она может использоваться и как телепорт. Это при условии, если в ней можно хранить живых. Отловив с помощью орихалка одну из крыс, сновавших рядом с продуктовыми прилавками, я проверил и убедился, что жизнь она, по крайней мере у крысы, не забрала. Объяснив Виталику с Никитой перспективы такого глюка с сумкой, я попросил их сначала испытать на каком-нибудь пленнике из тех, кого не жалко.

Потратив все деньги, мы направились обратно к дому главы города.


– Я тоже думал над тем, что слабоваты мы для таких заданий, только альтернатива нам – чистильщики, – размышлял я вслух по дороге назад. – Но считаю, что они – это не вариант. Раз мы – последний шанс этого мира, то можно попытаться хоть что-нибудь сделать, тем более у меня есть орихалк, без него у нас ничего не вышло бы.

– Так это орихалк! – воскликнул удивлённый Никита и вдруг отошёл от меня. – А ты в курсе, что от него даже боги шарахаются? Он очень опасен.

– Кто бы мне рассказал в своё время, я, может, и поостерёгся бы, а так вон побратался, и теперь это мой кровный брат, – улыбнулся я.

Внезапно я почувствовал сильную боль в животе, а на языке – привкус крови. Не понял, это меня отравили, что ли? Или колдует кто-то? Виталик с Никитой тут же окружили меня и стали искать источник опасности. Странно, модуль «Модификатор судьбы МК2» указывал на то, что я сам для себя представляю опасность. Значит, придётся испытывать эту сумку путешественника на себе.

Я распорядился, чтобы Никита поместил меня в сумку и срочно доставил к Кливу и Фету, а там извлёк меня и камень жизни, а уж дальше они сами разберутся.

Очнулся я уже в лекарской комнате, где Клив, Фет и пришедший в себя Зод стали осматривать меня магическим зрением и лечить с помощью камня жизни. На лечение ушло всего полчаса, но что со мной случилось, так никто и не понял. Внешнего магического воздействия нет, отравления тоже, сам организм полностью здоров. Поэтому я решил спросить об этом у Ареса и сообщил об этом им всем, уже конкретно засобиравшись «домой». Поняв, что отговаривать меня бесполезно, они попросили меня сделать в портальном доме портал возврата под запись кристалла. Заодно мне покажут арку межмирового портала и руны координат этого мира.

В портальном доме, пока я изучал арку, запоминая порядок рун координат, заодно «запомнив» «Алхимиком» и саму арку, потратил полчаса. Потом мы трое попрощались с магами, и я напитал ментальной энергией артефакт возврата. Кстати, а скопировать его у меня так и не получилось. И все три мага уверяли, что в нём нет ни капли магии. Как бы то ни было, но портал появился, и мы быстро прошли в него.


И вот мы у знакомого водопада. Никого вокруг нет, но это и неудивительно, нас так рано никто не ждал. Чтобы не тратить времени, предупредив Виталика и Никиту, дабы не удивлялись, достал из складки пятерых пленников из предыдущих двух отрядов.

– С вами я потом разберусь! – воскликнул, как всегда, внезапно появившийся Арес всем пятерым, и они исчезли.

– Зря ты так, мы тоже не справились бы, хорошо, орихалк помог, – укорил я его.

– Да, насчёт орихалка, – тут же переключился он на меня. – Ты в последнее время никаких странностей со своим организмом не замечал?

– Да вот недавно внутренние органы внезапно сами повредились, – сказал я о самой очевидной и свежей странности. Всё равно о ней хотел спросить.

– Так я и знал. Доигрался ты со своим орихалком, но пока ещё ничего страшного, ещё можно что-то сделать, – огорошил он меня. – Для начала расскажу, что именно произошло, чтобы ты понял, как опасно играть с такими игрушками. Мы выяснили, что случилось с тем монстром, о котором ты спрашивал. Это дикий бог с полностью уничтоженным разумом. Представь себе дикого зверя с возможностями бога. А что будет, когда он себя осознает?

– А я-то тут при чём? – не понял я, к чему он клонит. – И орихалк тут где?

– И до этого постепенно дойдём, – остановил он меня и продолжил: – Ты говорил, что на человеке применили тот же артефакт, за которым я вас и посылал. Кстати, где он?

– Вот, только их два, – передал я ему оба артефакта.

– И почему я не удивлён? – тихо проговорил Арес. – Так вот, для создания дикого бога нужен катализатор и два артефакта, с помощью одного ничего не получится. В случае монстра для катализатора использовали активную биологическую смесь, а у тебя сработал сам орихалк. Мощнее катализатора не найдёшь.

– Так я что, превращаюсь в такого же монстра?! – ужаснулся я перспективе.

– Из тебя получится более опасный монстр, правда, лет этак через пятьдесят, и каждую неделю будут происходить повреждения внутренних органов, – «обрадовал» он меня. – Но тебе повезло. Полноценная привязка к орихалку и излучения планеты, на которой ты был, когда я прошлый раз с тобой виделся, сильно исказили твою ауру. И поэтому замедлился процесс преобразования. Он практически в самом начале.

– Ты вроде говорил, что это можно вылечить? – с надеждой спросил я.

– Ну не то чтобы вылечить, но повернуть в нужную нам сторону эти изменения пока ещё можно, – ответил он. – Сознание орихалка я помещу в твоего симбионта, а металл будет частью тебя.

– Значит, я превращусь в орихалка? – Не сильно меня обрадовало такое «излечение».

– Не совсем так, просто ты этот металл будешь ощущать как часть себя самого и, если тебе это не нравится, можешь поместить его в подпространственный карман и не доставать. Так ты будешь как обычный человек, – объяснил он мне подробности. – Ты пойми, свойства орихалка уже прописаны внутри ядра твоей души, и как это исправить, я не знаю. Таких при… э-э-э… приключенцев, как ты, ещё поискать. Если ты найдёшь способ лучше, я готов изучить его вместе с тобой.

– Я согласен, – устало согласился я, а он достал оба «злосчастных» артефакта, расположил их по обе стороны от меня, взял у меня часть орихалка и стал шептать что-то, что именно, я не расслышал.

Внезапно я перестал чувствовать орихалка, и тут же он отозвался внутри меня. Это было немного странно, а орихалку явно понравилось.

– Вот и всё, – устало сообщил он мне спустя час.

– Мы добыли два артефакта, да ещё раньше времени. Как насчёт увеличения награды? – заметил ему Виталик.

– Согласен, – ответил тот. – Тем более проблема была не совсем в самом артефакте, а в том, что их оказалось два.

– Я хочу стать ещё и магом, – попросил он его. – Мне понравилось, как Вовчик колдует.

– Я не маг, это способности, – осадил я Виталика.

– Хочешь стать, как рыцарь смерти, одновременно и магом, и мечником, я правильно тебя понял? – уточнил Арес.

– Ага, – подтвердил он.

– Молодец, мне нравятся амбициозные личности, – улыбнулся Арес Виталику. – Тогда, пока не окончилось твоё обучение, выбери себе учителя какого-либо направления в магии, и я наделю тебя такой способностью. Учти, только одно направление, на несколько ты ещё не заработал. Вторую способность я сам выберу, тебе понравится.

– А я хотел бы в мир к Виталику, то есть к Тору, – тихо произнёс Никита и добавил, спохватившись: – И способность на твой выбор.

– Договорились. С вами двоими тогда пока всё, свободны, – сказал моим бывшим охранникам Арес и обернулся ко мне: – А с тобой я ещё не закончил. Насчёт этого дикого бога сделаем так: когда будешь рядом с ним, мысленно представь вот такую руну и напитай её ментальной энергией. Потренируйся пока здесь. А когда будешь у себя в мире, просто так использовать её даже и не думай. Только по конкретному делу.

У меня всё прекрасно получилось с первого раза, но я на всякий случай повторил раз десять.

– Хорошо, вижу, что усвоил, – одобрил он и дал небольшой камень: – Вот ещё подарок. Тебе такие вроде очень нравятся. А теперь и тебе пора.

«И почему мне кажется, что меня где-то нагрели?» – хмурился я, убирая в складку непонятный артефакт с названием камень иллюзий.

Глава 13

«Ну, это уже точно сон», – подумал я, глядя на своё спящее тело. Так, а что же я хотел-то? Совсем забыл с этим заданием. А, точно, разобраться с монстром. Значит, идём в ту сторону. Как идём? Я же в камере заперт. А прям сквозь стену, мой сон – что хочу, то и творю.

В соседней камере вижу плачущую девушку, которая зовёт мамку, и, что интересно, по-русски. Надо будет помочь землячке, но это потом, сейчас мне нужен монстр, пока опять не забыл.

Преодолев следующую стену, вдруг оказываюсь в каморке с монстром, который мне и нужен. Астрал, однако, тут и не такие коллизии с пространством бывают. Монстр явно собрался прыгнуть на меня, и я с испугу попятился назад сквозь стену. Уф, успел, может, он душами и не питается, но лучше не рисковать. Подхожу к стене, где есть стекло. Вон монстр рыщет в поисках меня. Итак, представляем руну, о которой говорил Арес, и напитываем её ментальной энергией. Рядом с монстром появляется светящийся синим шар диаметром сантиметров двадцать, и они оба исчезают. А я банально просыпаюсь у себя в камере.

Поинтересовавшись у Оли, что так мало длился сон, узнал, что закончилась астральная энергия. И чтобы её накопить, нужно тренироваться в контроле над эмоциями. Ну правильно, качаться и качаться. И ведь знаю, что умею теперь трансформировать ментальную энергию, которой у меня очень много, в астральную, но помню, что дал Оле распоряжение содействовать моей прокачке. Не хочется, а надо.

Ну, раз проснулся, нужно вставать и заниматься накопившимися делами. Для начала – орихалк. Нет, он подождёт, надо землячку спасти, а то вдруг опоздаю. Очень надеюсь, что она настоящая, с астралом ещё и не такое может быть, и я не буду напрасно тратить время. Сперва «запомним» «Алхимиком» часть стены, чтобы восстановить потом, как было. Теперь растворяем её в энергию тем же «Алхимиком». Заглядываем и видим… э-э-э… амбала, да ещё четырёхрукого. Это чего за мортал-комбат? Это раса такая или кому-то пришили запасную пару рук? От этих учёных уж и не знаешь, чего ждать. Похоже, опять шутки астрала, ведь я точно помню, что в эту стену шёл. Быстренько заделываем, пока он не проснулся, и пробуем пробуриться в противоположную стену, надеюсь, там не вакуум, а то ведь я до сих пор не в курсе, где находится этот исследовательский центр. Если не повезёт, значит, не судьба, и… оп-па, она, точно. Заляпываем стену обратно, и надо подумать, как поэффектнее появиться для ускорения коммуникации. О, наряжусь джедаем, где там этот детский фонарик, может, уже работает режим меча?

«МФУ детский 13 (157/800 ТИков)

Режимы работы:

фонарь (5 ТИков в час) – доступен всегда;

зонт (5 ТИков в час) – доступен при подключении к порту;

ложка (1 ТИк в час) – доступен при подключении к порту;

нож (5 ТИков в час) – доступен при подключении к порту, изучена техника безопасности;

лопата (10 ТИков в час) – доступен при подключении к порту, изучена техника безопасности;

щит (100 ТИков в час) – доступен при подключении к порту;

меч (200 ТИков в час) – доступен при подключении к порту, изучена фехтовальная база знаний;

творческий – для доступа требуется изученная база знаний программирования МФУ».

Проверяю, работает, и цвет нужный, белый. Запоминаем большую часть стены, чтобы пролезть, а сам надеваю «джедайский» плащ из мешковины, который мне подарил Гермес. Пора. Убедившись, что не задену землячку, вырезаю этот кусок мечом. Пролезаю аккуратно, чтобы не обжечься о раскалённые края, и, эффектно отключая меч, начинаю разговор с девушкой по-русски:

– Приветствую тебя, юная падаван. – Надо же как-то начать разговор, почему не так? И засыпал вопросами, пока не испугалась: – Э-э-э… падаванша? Падаванка? Не знаешь, как правильно?

– А ты кто? – спросила она, улыбнувшись.

– Да просто мимо проходил. А ты что тут делаешь? – продолжаю настраивать контакт. – Насколько я понял, ты с Земли из России.

– Да, меня похитили, я домой хочу, – подтвердила она мои предположения.

– Домой вряд ли сейчас получится, но могу попробовать перенести тебя в мир меча и магии, тем более у тебя неплохие магические способности, – предложил я ей, взглянув на неё магическим зрением и увидев сильную засветку. – Как насчёт пока поступить в магическую академию? А там что-нибудь, может, и придумаем с дорогой на Землю.

– И чё, бесплатно поможешь? – Оп-па, умная попалась девочка, разучили уже верить в доброту людей.

– Ага, щас, у меня тоже есть способности, только раз в пятьдесят меньше, чем твои, – начал я выстраивать взаимовыгодное предложение. – Научишься чему, меня учить будешь, ну и учебники там заранее припаси, какие надо.

– Хорошо, – кивнула она, – на это я согласна.

– Ну и замечательно, – машинально сказал я, убирая её в складку.

Вернувшись, я заделал дыру, чтобы было как раньше, и занялся наконец орихалком. Достал маленький кусочек и удивился, что я не просто его чувствую, а им ощущаю тепло. И даже могу видеть им на все стороны. Настолько необычные ощущения, что голова немного закружилась, надо будет тренироваться с ним, мне теперь с этим жить. Скорость формирования объектов орихалком ещё увеличилась, теперь это происходит практически мгновенно. Достал побольше орихалка, облачился в живую броню из него и лёг на всякий случай на кровать, чтобы не упасть. Буду привыкать к новому режиму управления металлом. Не понял, а где душа орихалка, он же живой?

«Я тут, внутри тебя, – раздался весёлый мысленный голос в моей голове. – Я теперь твой энергетический страж, вместо симбионта».

«Зашибись, и как теперь тебя называть? – совсем растерявшись, спросил я первое, что пришло мне в голову. – Ведь металл тоже орихалк».

«Я тут в твоей памяти увидел фильм о сильном зелёном герое с именем Халк, созвучно с орихалк, не находишь?» – озвучил он необычное наблюдение.

«Ну, если очень хочешь, то буду называть тебя Халк. А что, звучит: ОРИгинальный ХАЛК, – согласился я. Заодно поинтересовался его нынешним положением: – А как тебе внутри меня, удобно?»

«Зашибись! Ведь в металле я осознавал себя только при воздействии твоей ауры. А теперь я постоянно осознанный, к тому же у тебя в памяти столько интересного…» – огорошил он своими новыми возможностями.

«Ты там поаккуратнее, там и нехорошего тоже хватает», – предупредил я, а сам немного охренел от того, что в моей памяти ещё один субъект теперь будет ковыряться.

В Интернете, бывает, такого насмотришься, что думаешь, как бы изобрести машинку забвения.

«Не переживай, там вся информация помечена твоими эмоциями», – «обрадовал» он.

«В том-то и дело, что не всё правильно там… э-э-э… промаркировано, я же до сих пор не умею нормально управлять эмоциями, – сказал я ему и скомандовал своему искину: – Оль, проконтролируй доступ информации Халку, уж ты-то, я надеюсь, сможешь отсортировать полезное от вредного».

«Будет исполнено, мой господин». – Блин, ещё и искин подкалывает.

Так, теперь камень иллюзий, с виду он похож на артефакт древних, возможно, это установочный пакет ментальной способности. Глядим в меню ментальной сети.

«Обнаружены: неизвестный внешний модуль камень иллюзий – установочный пакет, известные модули „Эго“ – 53 единицы, отключены, в инфоскладке».

«Оль, откуда 53 модуля, Эго“?» – спросил я искина.

«Цитирую твоё распоряжение: „Если кто клюнет на открытый порт и вздумает подключиться, отключай его, тащи в ментальную складку“», – сухо отчеканила она.

«А-а-а, так это паразиты… – догадался я и спросил: – Только почему „Эго“, если были, Летуны“?»

«Модификация более высокого уровня», – тут же отчиталась Оля.

«Тогда это уже не бесы, а ближе к демонам будут, – подумал я и скомандовал ей снова: – Продолжай их отлавливать и складировать. Куда применить, найдём».

Запускаем полное исследование артефакта камень иллюзий и видим:

«Готовые к установке внешние ментальные модули:

Модуль дополненной реальности „Иллюзор 18“. Предназначен для формирования иллюзий на основе высококачественных голограмм, с помощью ментальной энергии. Установка 3000 ТИков».

Что за глюк? В конце описания модуля две точки, причём одна круглая, вторая квадратная. Сосредоточился на одной точке – ничего, на второй:

«Обнаружен порт доступа к скрытому слою пакета установки с названием „Интеграл “, требуется повторное полное исследование», – тут же выдала Оля.

«Надо, значит, надо», – ответил я, подумав: «Это не баг, а фича», и запустил повторное исследование модуля.

«Модуль автоматического объединения способностей „Интеграл“. Предназначен для оптимизации стандартных модулей или сторонних программ, имеющих стандартные порты ввода-вывода. Установка – 29 000 ТИков».

Ну надо же, артефакт один, а модуля два. А-а-а, понятно, это как флешка, и кто-то записал два модуля, причём второй скрыл, а не запаролил. Зачем, неизвестно, но чую какую-то подставу с такой питерской способностью. Как бы опять не пришлось отвечать за «сверхвозможности». Ну и ладно, будут проблемы – просто отключу. Устанавливаю оба – и полчаса как не бывало.

«Модуль дополненной реальности „Иллюзор 18“. Предназначен для формирования иллюзий на основе высококачественных голограмм с помощью ментальной энергии. Радиус формирования – 1/1000 максимума личных ТИков, метров, за один уровень. Наполненность деталями – 1 % максимального объёма, за один уровень. Максимальная дальность формирования – 1/10 максимума личных ТИков, метров, за один уровень.

Модуль автоматического объединения способностей „Интеграл“ Предназначен для оптимизации стандартных модулей или ПО, имеющих стандартные порты ввода-вывода. Сканирование модулей на возможность интеграции – 100 ТИков за модуль. Создание пустого пакета модулей – 1000 ТИков. Добавление в пакет модулей – 2000 ТИков за модуль».

Первоначально, перед такими глобальными изменениями в способностях, я сделал копии всех установленных модулей в складку. Затем запустил сканирование модулей. И в результате выявилось четыре группы возможных модулей. Создав четыре пустых пакета модулей, я добавил туда эти группы, чтобы по аналогии с возможностями придумать им названия. Как я понял, этот «Интеграл» объединяет функции модулей по принципу объектно-ориентированного программирования (ООП).

Первый пакет назвал «Универсальная складка», сокращённо – «Складка».

«Состав:

0,5 – живая складка, основа, добавляет возможность хранения объектов в подпространстве;

0,1 – мёртвая складка, добавляет возможность извлечения душ из живых объектов в подпространстве и возможность переключать режим в автоматическое извлечение душ у перемещаемых объектов;

0,1 – ментальная складка, добавляет возможность хранения информации и энергии различных типов в подпространстве;

0,1 – порт доступа к ментальной части складки, добавляет возможность автоматического питания накопленной энергией модуля для более эффективного манипулирования с объектами, превышающими объём более 1 кубометра;

0,0 – доступ к магическому манипулятору типа „Щуп“ для дистанционного манипулирования объектами;

0,05 × 8 – „Эго“ в модификации „Ментальный некий“, добавляет кратное увеличение качества автоматического преобразования энергии;

0,05 – „Эго“ в модификации „Ментальный искин“, добавляет возможность автоматического поиска и сбора предметов;

0,05 – „Эго“ в модификации „Ментальный искин“, каталогизатор хранимого в модуле».

Итого занимает 1,3 слота.

Второй назвал «Универсальный помощник», сокращённо – «Вещь».

«Состав:

0,5 – „Иллюзор“, основа, добавляет возможность формировать и управлять иллюзиями на основе голограмм;

0,1 – порт доступа к ментальной части складки, добавляет возможность автоматического питания модуля накопленной энергией;

0,5 – „Грузчик“, добавляет возможность управлять инерцией и гравитацией;

0,5 – „Алхимик“, добавляет возможность преобразования неживых объектов в энергию и наоборот;

0,1 – ПО „МФУ детский“, добавляет возможность формировать и управлять силовыми полями, а также светом и плазмой для овеществления иллюзий;

0,1 – ПО орихалка, добавляет возможность излучать различные виды энергии;

0,05 × 10 – „Эго“ в модификации „Ментальный искин“, добавляет кратное увеличение реалистичности и автономности иллюзий».

Итого занимает 2,3 слота.

Третий назвал «Универсальное зрение», сокращённо – «Визор».

«Состав:

0,3 – сканер ментальной энергии, основа, добавляет возможность видеть ментальную энергию;

0,1 – «Полиглот», добавляет возможность подключать режим автоматического изучения языка;

0,8 – энергетическое магическое зрение, добавляет возможность видеть эфирную и астральную энергии;

0,05 – ПО орихалка, добавляет возможность видеть тепловые и электромагнитные поля;

0,05 – „Эго“ в модификации „Ментальный искин“, добавляет возможность автоматического распознавания типов энергий, регулировка и увеличение видимого зрением;

0,1 – порт доступа к ментальной части складки, добавляет возможность автоматического питания накопленной энергией модуля».

Итого занимает 1,4 слота.

Четвёртый назвал «Универсальная одежда», сокращённо – «Броник».

«Состав:

0,05 – орихалк, основа, добавляет возможность формировать объекты из доступного объёма репликантов;

0,05 × 9 – „Эго“ в модификации „Ментальный искин“, добавляет возможность формирования автономных объектов из репликантов;

0,1 – порт доступа к ментальной части складки, добавляет возможность автоматического питания накопленной энергией модуля, преобразования поглощённой энергии в ментальную энергию или репликанты и наоборот;

0,1 – порт доступа к транспортной части складки, добавляет возможность для самостоятельной работы репликантов с подпространственной частью».

Итого занимает 0,7 слота.

Не всё так здорово со слотами, как я думал, но и так не плохо. Система оказалась настолько умная, что по мере заполнения пакетов модулей порт ментальной складки поменялся на порт доступа к ментальной части «Складки». Видно, учитывается, что буду использовать пакеты вместо отдельных модулей, что логично, выгода очевидна. Отключаю все модули, которые возможно, «Модификатор судьбы» так и глючит. Для пакетов использовал заполненные складки, чтобы не перебрасывать ничего. Сорок минут процесса модификаций и… тишина. А чего я хотел? Всё же выключено, зато проапгрейдился по самое не балуйся. Глянем на таблицу зависимости.

«Таблица зависимости безопасного количества способностей от чистоты совести.

33 % – 1 способность.

55 % – 2 способности.

70 % – 3 способности.

80 % – 4 способности.

87 % – 5 способностей.

91 % – 6 способностей.

94 % – 7 способностей.

96 % – 21 способность.

97 % – 73 способности.

98 % – 144 способности.

99 % – нет лимита способностей.

100 % – потребность в способностях отсутствует.

Чистота совести: 90 %.

Доступно 5,8 слота способностей.

Установлено – 6,7.

Активировано – 1:

1/1 – эвакуационный модуль „Модификатор судьбы МК2“;

0/0 – модуль автоматического объединения способностей „Интеграл

0/1,3 – пакет модулей „Складка“;

0/2,3 – пакет модулей „Вещь“;

0/1,4 – пакет модулей „Визор“;

0/0,7 – пакет модулей, Броник“».

М-да, дебет с кредитом не сходится, ну ничего, зато есть стимул на дальнейшую прокачку совести. Подключил все пакеты, кроме «Визора». На него места не хватило. Получилось так:

«Доступно 5,8 слота способностей.

Установлено – 6,7.

Активировано – 5,3:

1,0/1,0 – „Модификатор судьбы МК2“;

0,0/0,0 – „Интеграл“;

1,3/1,3 – „Складка“;

0,7/0,7 – „Броник“;

2,3/2,3 – „Вещь“;

0,0/1,4 – „Визор“».

«Оль, что-то мне не нравится эта сильно возросшая мощь пакетов способностей, особенно частичная самостоятельность, – посетовал я своему искину и распорядился: – Возьми их под свой контроль».

«Принято», – ответила она. Краткость – сестра таланта.


В это же время где-то в неизвестности

– На фиг ты дал ему такой модуль?! – высказывал Гермес Аресу.

– А что такое? – недоумённо спросил Арес. – Да вообще не было этого там.

– Не было, не было и вдруг появилось. Как мы будем теперь оплачивать ему его услуги?! – продолжал возмущаться Гермес. – С такой способностью его запросы сильно возрастут.

– Да уж, действительно проблема, – согласился Арес. – Там были только иллюзии. Специально такую способность подобрал, чтобы и вроде красивая, и толку мало. В смысле натворить с её помощью можно мало.

– А ты где взял этот камень иллюзий? – поинтересовался Гермес.

– У Хроноса выменял, – ответил тот.

– Ты сам-то понял, чего натворил?! – вдруг снова закипел бог игры.

– Что не так? – не понял возмущений Гермеса Арес. – Хронос никогда не обманывал, он выше этого.

– Ты забыл, кто у него внучка? – решил тот напомнить главную причину возможных проблем.

– Ё-о-о!.. – дошло до Ареса. – Интересно, а над кем она таким образом издевается, над ним или над нами?

– Над всеми, – бросил Гермес. – Её вообще лучше обходить семимильными кругами.


Ну, раз с этим разобрались, теперь надо как-то отмазаться от пропажи землячки. Что там можно замутить с помощью «Вещи»?

Только подумал, вдруг рядом со мной появилась она и молча уставилась на меня. «Нифигасе глюк, – подумал я и ткнул её пальцем в живот для проверки реальности. Отлетев к стене от удара, я, потирая звеневшее ухо, спросил себя: – А может, не глюк?» Достав из «Складки» землячку, я понял, что это типа прикол такой.

– Оль, зачётная шутка, – высказал я вслух этой приколистке. – Только зачем сразу по уху-то?

– Я не Оля, меня Настей зовут, – сказала землячка.

– А меня Вова, ну вот и познакомились, – представился я автоматически.

– Это кто такая? – спросила Настя, показывая на свою отнюдь не иллюзорную копию.

– Это глюк, – ответил я невнятно. – Тебя замещать в камере будет.

– А с какой Олей ты тут разговаривал? – заинтересовалась вдруг она.

– Это… э-э-э… мой бортовой компьютер… – начал я. Любопытная какая. Не до глупых разговоров пока. – Спрячу-ка я тебя снова, пока разгребаю нерешённые дела.

Запоминаю алхимической частью «Вещи» немного воздуха и воды. Теперь создаю иллюзию Насти в её камере. На стене, в её же камере, иллюзию окна портала, куда она «смоется», когда туда заглянут надзиратели. Оригинально работает иллюзия: представляешь, что тебе надо, – и это происходит. А чтобы они захотели туда заглянуть, я стал кубометрами прятать в свою складку воздух из её камеры, постепенно ускоряя процесс. Наверняка у них есть датчики давления воздуха, все-таки объект, наверное, стратегический.

Ускорение «утечки» воздуха пришлось замедлить, так как самому стало трудно дышать. Не прошло и пяти минут, как загрохотали шаги и прибежавшие в соседнюю камеру увидели как «Настя» пролезает в «портал», который закрывается за ней. Ну и соответственно прекращается «утечка» воздуха. Заглянули ко мне, и я затребовал у надзирателей чего-нибудь пожрать для правдоподобности. Не увидев ничего подозрительного, они молча ушли.


«Так, идём дальше, – продолжил я разгребаться с навалившимися делами. – Оль, почему я почти ничего не помню из изученных баз?»

«Слабо развита связь астральной и ментальной части памяти, – стала объяснять она, – поэтому обучение и тренировки с помощью астральной реальности мало эффективны, пока не увеличишь контроль над чувствами выше двадцати процентов».

«Опять двадцать пять. Да почему всё на чувства завязано?!» – вскипел я и задумался. И ведь знала, что ничего не выйдет, но промолчала. Почему? А! Понятно, я же сам её попросил способствовать своей прокачке, вот она и старается как может.

«Потому что чувства дают дополнительную энергию для записи информации в память, – снова спокойно начала объяснять Оля суть проблемы. – И чем больше затратишь энергии на запоминание, а также чем выше её качество, тем меньше её потребуется для извлечения из памяти».

«И чего я тогда зря время на изучение потратил?!» – возмутился я.

«У тебя были сформированы основные нейронные цепочки, ментальные связи и мышечная память, – продолжила пояснять Оля и подытожила: – Повторное изучение этих же баз займёт меньшее время».

«Ну хоть что-то, – успокоился я и спросил её в надежде на чудо: – Может, ещё что расскажешь на эту тему?»

«Беря под контроль свои эмоции, ты можешь заодно приобрести способности, которые не занимают слоты», – удивила она меня ответом. Видимо, решила таким образом простимулировать мою заинтересованность в увеличении контроля эмоций.

«Здорово! Например?» – принялся я допытываться конкретики.

«Контролируя злость, ты учишься использовать ярость. Это астральная способность, которая увеличивает твои физические параметры во много раз на определённое время», – сказала она.

«Круто! А ещё?» – решил я ковать железо, пока горячо.

«Контролируя мысли, ты учишься использовать интуицию, это ментальное чувство, оно позволяет тебе почувствовать ошибки в будущих действиях», – тут же ответила Оля.

«А что такое совесть? – решил я уточнить один давно интересующий меня вопрос. – Не, знаю, зачем она нужна, а что это такое конкретно?»

«Совесть – это кармическое чувство, контролируемый эгоизм».

Ну что ж, чётко и лаконично.

«Офигеть! Ну а контроль страха что даёт?» – продолжил я спрашивать, пока есть возможность.

«Ты будешь знать направление опасности для своего организма», – ответила она, как всегда, по существу.

«Радость?»

«На определённое время повышается выносливость организма».

«Грусть?»

«Управление сбросом сбойных участков напряжённости в организме на базовые параметры или по параметрам пользователя».

«Скука?»

«Управление скоростью внутреннего времени».

«А вот это не просто круто, а вообще зашибись. Я хочу такую штуку, – заявил я. – И как понимаю, это всё сохраняется в душе и может быть использовано в следующей жизни?»

«Да, именно так, – подтвердила Оля моё предположение и добавила: – Причём моральная и физическая боль, которую ты испытываешь при прокачке контроля, это сигнал о повышенных энергопотерях из-за слабо развитого навыка».

«Ну хорошо, с этим почти разобрались. А что такое способности, ну, те, которые занимают слоты?» – не унимался я.

«Ментальные способности – это доведённые до автоматизма магические программные модули», – выдала она неожиданный ответ.

«Так вот зачем магия нужна! – обрадовался я информации. – Это язык программирования способностей».

«Не совсем так, – указала Оля на мою ошибку. – Это язык программирования эфирных и астральных способностей».

«А для ментальных чего нужно?» – решил я узнать главный секрет.

«Нет доступа», – выдала наконец она ожидаемый стандартный отказ.

«Вот и поговорили, – вздохнул я. – Надо бы ещё силу воли прокачать, чтобы не лень мне было заниматься всем этим».

«Сила воли – это синоним слова „дисциплина“», – стала декламировать она уже известную мне информацию.

«Да знаю. Прокачивается контролируемым осознанным выполнением определённого действия. Чем действие у тебя хуже изначально получается или меньше хочется заниматься, тем больше прокачивается сила воли. Надо или учиться тому, что плохо получается, или бросать вредные привычки. Это у Карлоса Кастанеды называлось „неделание “. Даже обычное мытьё посуды, если тебе лень этим заниматься, прокачает твою дисциплину», – выдал я Оле свой вариант определения дисциплины.

«Эффективнее будет совмещать развитие интеллектуальных, творческих и трудовых навыков. Например: сочинение книги, пока производишь уборку. Петь – для тебя малоэффективно, у тебя уже развит этот навык. Параллельно с трудом можно и избавляться от вредных привычек, но это требует постоянной осознанности деятельности», – уточнила она.

«А как же спорт?» – задал я провокационный вопрос.

«Спортивные навыки являются вспомогательными для трудовых. Смысл заниматься спортом есть тогда, когда нет возможности трудиться. Ставить целью жизни спорт – мало эффективно как для себя, так и для окружающих», – последовал от неё неожиданный ответ.

«Хочешь сказать, спорт бесполезен?» – удивился я.

«Для прокачки дисциплины он слабо подходит. Его лучше применять для разгрузки нервной системы», – пояснила Оля свою мысль.

«Это как?» – не понял я.

«Спортивные игры очень эффективно сбрасывают нервное напряжение», – сказала искин.

«Понятно, а ещё лучше вообще не напрягаться. Позанимаюсь-ка я ещё с обновлёнными способностями», – решил я закруглиться с беседой.


Что там следующее? Попробуем «Броник». Прикольно, если внешний вид заранее не представлять, то орихалк тонким слоем покрывает моё тело, причём я его почти не ощущаю и не вижу с его помощью, что радует. Достал из складки ещё немного орихалка в виде металлического куска. Я им полностью ощущаю даже окружающее тепло. Потренировался немного, по совету Халка, отвлекаться от живого металла. Минут через двадцать добился того, что это стала очень слабо ощущаемая мной «железяка». Затем сформировал из неё пластину с надписью «Никита, сожми эту табличку, если захочешь позвать меня. Вова» и собрался засунуть её в сумку путешественника – надо попробовать с помощью её связь наладить.

«Надолго оставлять части орихалка далеко от себя не советую, потеряешь с ними связь», – раздался голос Халка в моей голове.

«А надолго – это на сколько?» – сразу начал допытываться я подробностей.

«На год максимум», – ответил тот.

«А если через полгода обновлять на другую часть орихалка?» – стал я моделировать процесс.

«Так – можно», – согласился он.

«А если потеряю часть, то что с ней случится?» – заинтересовался я этим процессом.

«Через год она станет самостоятельной», – сказал Хал к, и я почувствовал, что он засмущался.

«Так вы размножаетесь делением?» – Это неожиданное открытие меня развеселило.

«На самом деле это очень больно, но в твоём случае это может быть не так, ты сам стал частью орихалка, причём биологической», – пояснил он.

«Так я смогу таким образом тебя отпустить?» – пришла мне вдруг в голову одна мысль.

«Я тебе уже надоел?» – удивился он, и я почувствовал его испуг.

«Нет, я просто подумал, что тебе скучно и непривычно», – объяснил я.

«Непривычно – да, но ни в коем случае не скучно, – возразил Халк, – мне здесь у тебя нравится».

«Ну и хорошо, живи тут, сколько хочешь, – успокоил я его и попробовал отвлечь: – А орихалк в виде „Броника“ только сам себя может из складки вынимать?»

«А что ты хотел? – спросил Халк и перевёл стрелки: – Оля, наверное, знает больше о способностях».

«Да вот думаю попробовать телепортацию с его помощью и складки наладить, получится? – задумался я о расширении своих способностей. – Оль, поможешь, если я не смогу из своей складки выбраться?»

«И как, если я сама там, в стазисе, буду?» – выдала она в ответ очевидное.

«Неужели никак не получится?» – схитрил я.

«Если части орихалка будут с искинами, у которых будет команда тебя извлечь, то всё получится, – решила она мою проблему. – Да и на орихалка стазис не действует».

«Точно? – засомневался я. – Не хотелось бы там застрять навечно, но и телепортация штука нужная».

«Точно. Если сомневаешься, попробуй сначала на предметах», – посоветовала Оля.

«Это мысль», – согласился я.

Достал из «Складки» два куска орихалка с искинами «Эго». Сформировал из них сначала круглые пластины сантиметров двадцати в диаметре и сантиметр толщиной. Положил их на пол на расстоянии метра друг от друга. На один из них положил фляжку. И попробовал сначала голосовое, затем мысленное управление телепортацией с помощью «мигания» «Складкой». Вроде всё работает нормально, но как это сработает со мной? Не успел это подумать, как оказался на той пустой пластине, на которую смотрел. Волна испуга пробежала по всему телу сверху вниз, на время парализовав меня. Как давно я не испытывал это чувство, а всё потому, что часто режим отморозка включаю, забывать уже начал, каково это – чувствовать. Но как бы то ни было, испытание прошло успешно.

«Оль, опять твои шуточки?» – спросил я, предположив, кто тут поработал.

«Ты долго не осмеливался, и я решила тебе помочь», – ответила она.

«Благодарю, конечно, но я так с тобой скоро поседею», – высказал я ей.

«У тебя и волос ещё нет», – засмеялась она.

Ох, и намаюсь я с такой приколисткой.

Я попробовал ещё несколько раз переместиться. Причём как между пластинами, так и рядом с ними. Ну, с любого места до пластины я ещё могу понять, сама «Складка»-то во мне. Но как я смог телепортироваться рядом с пластиной? Оля объяснила это тем, что «Складка» теперь может работать с магическим щупом, что позволяет ей дистанционно брать и выкладывать объекты. Круто. Добавив в табличку для Никиты искин «Эго» с командой связаться со мной при сжатии пластины, я положил её в сумку путешественника.

С «Броником» более-менее разобрался. Но, убрав пластины в «Складку», оставил маленький незаметный кусочек орихалка с искином, «приклеенным» к стене. Так, на всякий случай.


Теперь на очереди «Визор». Запускаем. И опять двадцать пять. Всё в пятнах и линиях. Оп-па, всё исчезло. Не понял. А, ясно, пакет способностей пытается разобраться, чего я хочу. Я сам иногда себя не понимаю, к тому же настолько сильно я мысли контролировать ещё не могу. Ага, сосредотачиваемся на желании увидеть магию. Неплохо, вон тоненькая серо-коричневая линия висит недалеко от меня. Сосредоточился на ней и вижу рядом с ней надпись: «Силовая линия, при подключении возможно подпитывание маны у магов земли и металла». Интересно, ну, магов земли я знаю примерно, в фентэзи о них читал, но что такое маг металла, кузнец, что ли? Может, в книжках есть, которые мне Клив дал? Там было что-то теоретическое. Но с книгами потом разберёмся, попозже их почитаю. «Визор» работает очень круто.

Теперь глянем повнимательнее на обновлённые возможности «Вещи», есть одна идея, как с помощью иллюзий сделать себе шапку-невидимку. Но, видно, пока не судьба. Птичка обломинго прилетела, кто-то идёт по коридору, и явно сюда. Оказалось, это пришёл Ахрет и принёс мне еды. Пока я завтракал, решил поболтать с ним.

– Что за суета? – спросил я его, типа не в курсе. – Почему все бегают?

– Объекты 238, 502 и 13 сбежали, – автоматом ответил он, о чём-то задумавшись.

– Ну-у-у, 238-й и 13-й объекты – моя работа, – решил я честно признаться и на всякий случай отмазаться от пропажи Насти. – А 502-й номер – это кто?

– То есть как это твоя работа? – очень удивился Ахрет.

– Ты забыл? Троашк пообещал поставить мне крутую нейросеть, если я помогу вам избавиться от объекта 13, ну и от этого, как его, Дитя ночи заодно избавился, а то, похоже, вы его тоже боитесь, – пожал я плечами.

– Ты меня не путай. Это ты требовал нейросеть. А он ничего не обещал, просто попросил посмотреть на 13-й объект и попробовать решить проблему, – начал тот юлить. – и как ты это сделал?

– Это я расскажу Троашку, я с ним договаривался, – обломал я его.

– Сейчас я у него узнаю, что он об этом думает, – сказал Ахрет и завис на несколько секунд. – Действительно, он готов поставить тебе нейросеть. Доедай быстрее, он просил привести тебя к нему.

И после завтрака Ахрет повёл меня к Троашку. Судя по дороге, это не тот кабинет, где меня лечили. Даже этаж другой.

– Так ты хочешь сказать, что это твоя работа с 13-м и 238-м объектами? – спросил меня Троашк.

– Ты попросил, я сделал, – уверенно сказал я и вздохнул: – Вернее, не я сам, мне помогли.

– Опять боги? – уточнил тот, почему-то улыбнувшись.

– Ну а кто же ещё, я ещё слабоват для таких дел, – ответил я и решил немного припугнуть: – Кстати, даже их взволновала ваша проблема, через некоторое время могло стать намного хуже.

– Ну хорошо, допустим, так и было. Хоть я и не успел с тобой конкретно договориться насчёт нейросети, но думаю, ты её заработал. Сам выберешь или мне доверишься? – спросил Троашк, показав шкафчик, забитый маленькими прозрачными баночками.

– Сначала попробую сам, – решительно заявил я. – Это всё нейросети?

– Вот эта и эта полки заняты модификационными имплантатами, некоторые люди их называют модами, а остальное – нейросети, – пояснил он.

Я, недолго думая, стал «запоминать» алхимической частью «Вещи» всё подряд, начиная с имплантатов. Одна из сетей скопировалась наполовину. Спросив Олю, я получил объяснение, что это биологическая нейросеть и она живая, а скопировать получилось только её программное обеспечение (ПО). «Копируя» очередную баночку с нейросетями, я получил уведомление от Оли: «Индивидуальная нейросеть джоре опасна для установки всем кроме индивида, кому она предназначена». Интересно, запомним. Запоминая самую большую баночку с чем-то напоминающим персиковую косточку с небольшими наростами, Оля порадовала меня сообщением: «Аварийная нейросеть джоре, тебе подойдёт идеально, среднее время развёртывания – 170 часов» – и объяснила, как её устанавливать и что она собой представляет.

«Оль, просканируй эту нейросеть своими методами и убери всё, что мне может повредить», – попросил я её, закончив всё сканировать.

«Сделаю, – сказала она и пояснила: – Но это возможно только во время установки».

– Вот эту нейросеть никому поставить не получится, она завязана на конкретного джоре, поэтому можно разобрать на детальки, вряд ли вы найдёте того, под кого она делалась, – выдал я неожиданную информацию обоим аграфам.

– Откуда ты знаешь? – удивился Ахрет.

– Да я тут у… э-э-э… одного знакомого спросил, – начал я отмазываться, не успевая придумать что-либо правдоподобное.

«Халк, не против немного моим персональным богом поработать, если надо будет явить воочию „страшного и могучего“?» – спросил я своего кровного брата.

«Не против, думаю, будет весело», – усмехнулся тот.

– Опять боги? – иронично спросил Троашк.

– Ну-у-у, почти, – неуверенно ответил я и решил отвлечь их. – Вот эту самую большую можно мне поставить, – показал я на самую большую баночку.

– Ты хорошо подумал? – удивился Троашк. – Я не совсем уверен, что это именно нейросеть, и не знаю, как её устанавливать.

– Дай мне её в руку, и я покажу, как она устанавливается, – уверенно сказал я. – Это нейросеть джоре.

– Вообще-то нейросети джоре требуют высокой ментальной активности мозга, – неуверенно произнёс Троашк.

– На пальцах, что ли, покажешь? – засмеялся Ахрет, протягивая баночку.

– Лучше на себе. – Я достал из баночки шишку и тут же проглотил её.

– Ты чего сделал?! – испугавшись, воскликнул Ахрет.

– Срочно его в медкапсулу, – приказал Троашк.

– Да чего вы перепугались? Она так и устанавливается, это аварийная нейросеть спасателей джоре. Поэтому и сделана так, чтобы можно было установить без медкапсул. И поэтому же у неё понижены требования к интеллекту и вообще организму, – объяснил я им суть этой нейросети.

– Воякам наверняка такая концепция понравится, – высказался Ахрет.

– Интересное техническое решение, – согласился Троашк. – Она поэтому такая большая?

– Там ещё несколько интегрированных имплантантов и основных баз знаний, – пояснил я.

– Ты так больше не пугай. Пошли в капсулу, надо проследить процесс установки, – сказал мне Троашк, и мы пошли в кабинет с научной капсулой.

– И долго она будет устанавливаться? – спросил меня Троашк по дороге.

– Неделю где-то, – посчитал я и спросил уже его: – Как насчёт ещё одной сделки?

– У нас больше нет настолько проблемных объектов, как был 13-й, – ответил он, немного подумав.

– Зато есть пропавший бункер с учёными, которые когда-то проводили эксперимент над 13-м объектом, – сообщил я ему, решив сбагрить тех живых аграфов, что находились в моей «Складке».

– Откуда ты знаешь, что они пропали, и про бункер тоже? – удивился он моей информированности.

– Так они сами мне это рассказали, – ответил я честно.

– Когда ты их видел? Где? – остановившись, засыпал он меня вопросами.

– Да задание одно тут выполнял для богов, вот и повстречались, – решил я рассказать вкратце, как всё было, всё равно не поверят, а заодно покапать им немного на мозги неблагодарностью их сородичей: – Помоги, говорят, домой добраться, а лучше иди сюда, мы сами тебя выпотрошим и узнаем, как попасть в Содружество. Естественно, я сбежал от них. Разве так помощи просят?

– Координаты, где они сейчас находятся, знаешь? – нашёлся тут же Ахрет. – Мы сами их спасём.

– А толку-то с координат? – хмыкнул я. – Это даже не в другой галактике, это другая вселенная.

– Ты в этом так уверен? – прищурился Троашк.

– Они здесь пропали где-то с год назад? – уточнил я у него.

– Полгода, – поправил он.

– Ну вот, а там у них прошло пять лет.

– И ты можешь их сюда привести? – прямо спросил Троашк.

– Между мирами в основном только боги легко перебираются, – решил я отмазаться витиеватым ответом. – Но я могу договориться кое с кем.

– И на что ты хочешь их поменять? – спросил Ахрет.

– На остальных подопытных, – ответил я.

– Хм, интересное предложение, – задумался Троашк. – Всех на всех?

– У вас так много «объектов»? – удивился я, ведь у меня около восьмидесяти аграфов, и глянул на каталогизатор «Складки»: да, ровно восемьдесят. – Всех подопытных на несколько десятков аграфов. Вряд ли он согласится всех перетаскивать.

– Тогда и не всех подопытных, – сказал Троашк и пояснил: – Сам понимаешь, что есть те, которым даже мы уже не можем помочь. Они не смогут жить вне лаборатории. А есть и такие, которые были приговорены к высшей мере за свои злодеяния. Будет большой ошибкой отпускать таких на свободу. Или куда ты их хочешь девать?

– Хорошо. Тогда меняемся на всех, кроме обречённых, – подытожил я. – Осужденные могут быть и невиновны.

– Нам надо решить такой сложный вопрос с начальством станции, – заявил Ахрет, когда мы зашли в кабинет.

– Решайте, а я подумаю, чем заинтересовать… э-э-э… перевозчика. – ответил я, укладываясь в капсулу, подумав, что здесь всё-таки станция. А это означает, что я в космосе.


В это же время снова где-то в неизвестности

– Это он, случаем, не о нас? – спросил Арес у Гермеса.

– Неплохо было бы сделать его должным нам, но тут, я думаю, он затеял какую-то свою махинацию, – нахмурился тот.

– Точно, у него уже есть несколько эльфов в подпространственном кармане, – вспомнил Арес.

– Они же должны быть мёртвыми. Я специально добавил в его способность убивать помещаемые живые объекты, – засомневался Гермес.

– Он даже мою способность класса «Пророк» умудрился сломать, – сообщил Арес и вдруг воскликнул: – Ну зачем опять-то?!

– Что случилось? – заволновался Гермес.

– Я на всякий случай подготовил шесть запасных вариантов его спасения. С таким индивидом уже даже и не знаешь, чего ждать. А он одним предложением все их уничтожил. Остался один основной. Ну вот как его спасать, если и этот сможет… э-э-э… аннулировать? Ведь просил же его ничего не творить! – возмутился бог Хаоса.

– А что конкретно «не творить», не сообщил. Забыл, как мы сами прикалываемся над смертными? – ухмыльнулся бог игры. – А основной сильно ненадёжен?

– Да нет, наоборот, я там, как только мог, повышал надёжность, – успоколся Арес. – Может, и прокатит.

– Подождём, – ответил Гермес.


– Ты ему веришь? – спросил Ахрет Троашка.

– Он почти не врёт, если только что-то недоговаривает. В любом случае мы будем в плюсе, если он сможет вернуть хотя бы одного пропавшего учёного, – ответил тот. – А подопытных всегда можно и ещё набрать.


Очнулся я в космосе в своём трофейном скафандре. Снаружи скафандра, насколько мог почувствовать, я покрыт тонким слоем орихалка. Немного порефлексировав, я стал размышлять. Ведь всё же шло нормально, я и новую причину оставить меня в живых им подкинул. Или это не они? А сама станция-то ещё жива?

«Оль, что случилось?» – решил я всё-таки узнать побольше конкретики.

«Тебя выкинули через шлюз в космос, затем попытались сжечь двигателем фрегата. В результате зарядили складку на 81 200 ТИков», – ответила она.

«А почему я в скафандре?»

«Ты сам дал мне доступ к своим способностям, и я предприняла меры для твоего спасения», – пояснила она мне очевидное.

«Здорово. Благодарю за помощь. Ещё новости есть?»

«Мы находимся на расстоянии 50 километров от станции, скорость нулевая, стабилизирована со станцией. Включён режим невидимости в пакете, Вещь“».

«А ведь я только собирался его разработать, – подумал я и спросил: – Долго я был в отключке?»

«Восемь часов», – как всегда кратко отчиталась Оля.

«Ясно, двигаемся к станции, – скомандовал я. – Трындец этим зайцам, ведь по-хорошему же хотел».

«А телепортироваться не хочешь? – спросила Оля. – Так будет быстрее и дешевле».

Вот ведь, совсем забыл, что оставил кусочек орихалка в камере! И согласился, выбросив рядом с собой ещё один кусочек орихалка с искином, пусть привычкой будет. Внезапно я усомнился в работоспособности телепортации на такое огромное для меня расстояние.

«И чего, даже на таком расстоянии сработает?»

Не успел дождаться ответа, как очутился в своей камере.


Некоторое время назад в кабинете СБ станции

– Насколько я понял, нам невыгодно возвращать пропавших учёных из клана наших противников. Это приведёт к их усилению.

– Твои действия?

– Сотру все записи разговора с камер наблюдения. Затем лично переговорю с Троашком и Ахретом, есть у меня на них компромат.

– А с этим, объектом, что сделаешь?

– Объект можно зачистить способом номер пять. Хотя Гена говорил, что рядом с ним оборудование сбоит. Утилизатор может и не сработать. Лучше способ номер один с модификацией номер два.

– Об исполнении доложишь, свободен.


Оказавшись в камере, я захотел сразу снять скафандр, в нём непривычно передвигаться. Но не успел об этом подумать, как он исчез, и я остался голый. Только решил повозмущаться такой наглостью, как на мне появилась одежда в виде костюма техника. А поверх кожи привычно растёкся «Броник».

«Оль, заканчивай шутить, я так скоро заикаться начну!» – воскликнул я мысленно.

«Заодно прокачаешь контроль эмоций, пока будешь от заикания избавляться», – парировала она.

И тут в мою камеру вошёл Троашк с небольшой сумкой на плече. Пока я раздумывал, что предпринять, он решил первым заговорить со мной.

– Я так и думал, что тебя так просто не убьёшь и ты снова придёшь сюда, – сказал он. – А ты в курсе, что светишься?

«Оль, опять твои шуточки?» – спросил я свой искин, убедившись, что действительно небольшое свечение от меня идёт.

«Ореол таинственности тебе не помешает», – сообщила она с небольшим смешком.

– Во мне присутствует аватар бога. Ну, правильно, а как бы я ещё смог спастись? – начал я мутно отмазываться от суперспособностей. Не уверен, что поможет, но вдруг? – Откуда такая уверенность, что я окажусь здесь?

– Ты забыл, что передал мне знания о Судьбе? – напомнил он мне о моих лекциях. – Я теперь могу более точно прогнозировать своё будущее. Вот из-за этих расчётов я сюда и пришёл. Согласно им, у меня только тут есть шанс спастись.

– А кто меня в космос выкинул? – спросил я, вспомнив, что нужно возмущаться несправедливостью.

– Это Аеликатер. Он распорядился также уничтожить все записи твоих разговоров, – ответил учёный и тихо пробормотал: – Видно, опять клановики что-то мутят.

– А твоё спасение тут при чём? – не понял я сути происходящего. – Или тебя тоже решили зачистить?

– Через час после того, как от тебя «избавились». В систему вошло большое количество кораблей империи Атаран и потребовали сообщить, кто мы и чем здесь занимаемся. А так как наша база не просто засекречена, но и официально нигде не фигурирует, то внешне сделано всё, чтобы выглядело, будто это станция империи Арвар, – сообщил он.

– И чего? – всё ещё ничего не понимал я. – Неужели не смогли эвакуироваться?

– Как ты понимаешь, сообщать, кто мы и что делаем, запрещено, а сил для отражения атаки не хватает. Поэтому принято решение включить режим самоуничтожения станции. Всех, кого хотели, уже эвакуировали, а меня с подопытными оставили здесь. Даже спасательные боты не поленились уничтожить. Мне жалко потерять наработки в области прогнозирования. Ты мне поможешь? Мне достаточно высадиться где-нибудь ближе к фронтиру, дальше я сам, – огорошил он меня очередной новостью.

– Как будет уничтожена станция и через какое время? – сразу я ухватил суть проблемы.

– Минут через пятнадцать произойдёт кварковый взрыв, я даже не представляю, как нам спастись от него.

– Пошли покажешь, кого из испытуемых можно забрать. – Я снял со стены орихалка, вышиб дверь и первым вышел в коридор.

– Всех, кто за дверями по правую сторону, – указал Троашк.

– А где Ахрет? – спросил я, пока выламывал двери и собирал в «Складку» «транспортабельные объекты».

– Аеликатер его забрал с собой, – сообщил он, негодуя, и продолжил возмущаться: – Он думает, что какой-то лаборант сможет заменить меня. Но Ахрет слишком узкоспециализированно обучен, причём чисто технически. А я считаю, что настоящий учёный должен знать и гуманитарные науки. Хотя бы на обывательском уровне. Петь, писать стихи, рисовать. Никогда не угадаешь, что может пригодиться при исследовании.

– Ты можешь как-то предупредить всех, кто напал на станцию, о взрыве? – спросил я, не представляя, как самому это сделать.

– Могу мысленно, с помощью псионики, сообщить всем, кто в системе, но это будет на пределе моих сил. Я буду без чувств.

– Это будет твоей платой за эвакуацию, – пообещал я решить его проблему.

– Хорошо, – согласился он, и я услышал в своей голове мысль: «На станции включена система самоуничтожения. Кварковый взрыв будет через десять минут. Срочно всем покинуть опасную зону».

Дождавшись, когда Троашк будет падать, перенёс его в «Складку». Надев скафандр, телепортировался наружу, сразу убирая в складку и второй кусочек орихалка, а то потом забуду. Включив на скафандре систему аварийного оповещения, я ускорился к предположительному местонахождению кораблей. Не понял, откуда я знаю, где находятся корабли?

«Это последствия изучения первого уровня базы, Эспер“», – последовал логичный ответ Оли.

«Это интуиция?!» – радосно спросил я её.

«Да, интуиция, – подтвердила она, – только её работоспособность ниже двадцати процентов. Необходимы специальные тренировки для увеличения этого процента».

«Двадцатипроцентная способность угадать? А как понять, что угадали? Мы вообще туда летим?» – заволновался я. Всё-таки космос. Неприятно будет здесь потеряться.

«Двадцать процентов, что сработает. А когда сработает, ты почувствуешь уверенность, – пояснила искин. – Включи „Визор“ и сам посмотри».

– Он чё, ещё и как телескоп работает? Что-то я пропустил в описании, – пробормотали, включая „Визор“. – Точно, вон они. Нифигасе, их тут больше полусотни. Надеюсь, догоню, вон как драпают».

Пролетая мимо одного из кораблей, я уж думал, что меня не подберут, как сзади что-то прицепилось ко мне и потянуло к кораблю. Вдруг я почувствовал сильный дискомфорт, на уровне разума, не знаю, как это описать. Вроде и не боль, но что-то похожее. А, это, наверное, кварковый взрыв.

Неслабый кораблик вблизи оказался, наверное, километровой длины. А издали казался мелкий такой. Когда меня протащило через мерцающее силовое поле и плавно отпустило на пол, я встал и стал дожидаться, когда подойдёт местная охрана. Пока никто не видит, я незаметно сбросил на пол кусочек орихалка с искином, пусть будет. Заодно дал ему команду растечься по полу и замаскироваться.

А вот и боец, судя по мерцающему силовому полю вокруг мощного бронированного скафандра.

– Сначала пройди вон туда, – приказал он мне, держа меня под прицелом, насколько я понял, плазменного оружия.

И я прошёл в кабинку, на которую он показал. Когда закрылась дверь, я уже подумал, что это камера такая. Но тут зашипело, поплевалось, с различных сторон просветило разноцветными лучами. Я так понял, что идёт дезактивация или дезинфекция. Затем я услышал из-за двери команду снять скафандр и одежду и положить в ящик слева, для второго цикла очистки. После того как я это проделал, услышал совет закрыть глаза и нос. Только успел это сделать, как и на меня уже посыпалось, полилось и посветилось, насколько я почувствовал с закрытыми глазами. И вдруг смог нормально видеть, не открывая глаз. Блин, эта Оля уже начинает раздражать. Точно, «Визор» включила, на фига? Вырубаем. Опа, водичка пошла, видно, смывают химическую гадость. Да что такое? Откуда я про воду узнал? Насколько понял, это «Вещь» с помощью «Алхимика» всё просканировала и выдала мне такую мысль.

«Оль, что за беспредел? Я тебе зачем доступ к