Book: On



On

Жильникова Елена

Безбашенная Онса

Пролог. Ненавижу ягуаров

1999 год. Юкатан. Центральная Америка

Сезон дождей на Юкатане обычно заканчивался в сентябре, но в этом году дождь продолжал лить и в начале октября. С утра ливень разошелся не на шутку, и в такую мерзкую погоду экипаж капитана Роджерса включили в группу переброски подразделений морской пехоты на базу в Сальвадоре. Из–за плохой видимости Хьюи приходилось вести по приборам.

– Лейтенант, на двадцать футов выше, – приказал капитан Роджерс, поджарый брюнет лет тридцати пяти с резкими чертами лица.

– Есть, сэр!

Винтокрылая машина набрала требуемую высоту. Капитан мрачно кивнул, и в кабине воцарилась тишина, если не считать грохота двигателей. Обычно словоохотливый первый пилот играл в молчанку с самого вылета с авианосца. Неделю назад капитана бросила жена, и с тех пор его отношение к женскому полу стало резко отрицательным. Лейтенант, вернее, второй лейтенант – Елена Смирнофф, пухленькая круглолицая двадцатидвухлетняя девушка, «сопливая девчонка», по мнению Роджерса, покосилась на напарника, покачала головой и вернулась к приборам. Летный стаж лейтенанта не играл никакой роли, все равно в глазах опытного пилота она оставалась лишь симпатичной мордашкой, решившей поиграть в солдатики. Правда, такое мнение у капитана сложилось о напарнице только после ухода жены. До этого Роджерс относился к девушке снисходительно–дружелюбно, считая ее для женщины неплохим пилотом, что в его устах звучало высшей похвалой. «Пусть дуется, если хочет», решила Елена. У нее и своих проблем хватало. Ее мысли были заняты предстоящим разговором с мужем. Сразу после прилета на базу девушка планировала рассказать ему о результате теста на беременность, который она сделала перед самым вылетом. Ее любимый Андрес, точнее, мастер–сержант Андрес Куинн, сидел сейчас в салоне в компании своего отделения и ржал как жеребец. В кабине был хорошо слышен мужской смех…

«Гад! Он там кайфует, анекдоты, наверное, травит. А я тут пытаюсь не уронить вертолет в джунгли. Если врач на базе подтвердит результат теста, прощай моя действительная служба, здравствуй, национальная гвардия! Конечно, подтвердит, два теста врать не могут», – Елена возмущенно фыркнула. На краткий миг она пожалела, что пошла в армию и вообще приехала в штаты. Сидела бы сейчас в какой–нибудь конторе в родном городе и получала бы копейки за скучную работу, а не балансировала между небом и землей в металлическом сундуке... «Что за чушь в голову лезет, – дала себе мысленный подзатыльник Елена. Все эти решения были приняты на трезвую голову, так о чем теперь плакать».

В 1992 году кандидата исторических наук Наталью Смирнову, известного археолога, специалиста по доколумбовым цивилизациям, пригласили прочитать курс лекций в университете штата Нью–Мексико, США. Контракт предлагался на три года, поэтому вместе с доктором археологии в Альбукерке приехали ее муж и пятнадцатилетняя дочь Елена. «Ура, я еду в Америку! Это круто!» Руководству университета понравились лекции русской ученой. Ей предложили постоянную работу в штате университета и способствовали получению вида на жительства на нее и ее семью. «Мама, ты самая лучшая. У меня столько новых друзей в Альбукерке. Хорошо, что с ними не придется расставаться». В возрасте семнадцати лет Елена успешно поступила на юридический факультет университета. «Мама, папа, я поступила! Они сказали, что с таким резюме у меня есть шансы на стипендию». Не смотря на успешную научную карьеру матери и прибыль, получаемую от отцовского автосервиса, с деньгами в семье Смирновых было не густо. На первый год учебы Елена заработала, приняв участие в маминой экспедиции в горы Майя. Чем платить за последующее обучение она еще не решила, к счастью, в первый же учебный день ей в руки попала листовка ROTC (Корпуса вневойсковой подготовки офицеров запаса). «Мэри, ты только посмотри, они приглашают юношей и девушек в возрасте от семнадцати лет на четырехлетние курсы подготовки офицеров запаса. Это же для таких как мы. Вау, всего за один выходной в неделю, потраченный на их лекции, обещают заплатить за обучение в университете, да еще и за военные курсы платить не надо! А здесь сказано, что они предоставляют бесплатные путевки в летний лагерь. Это просто фантастика! Давай сходим на вводную лекцию?» Спустя четыре года Елена Смирнофф получила диплом юриста и согласно контракту отправилась к месту несения службы в качестве пилота вертолета в звании второго лейтенанта.

– Ну и духота, – буркнул Роджерс и, сняв шлем, вытер взмокший лоб. Это замечание прервало сеанс воспоминаний вертолетчицы. По лобовому стеклу дробно стучали капли дождя, но в кабине было душно и жарко, однако лейтенант не рискнула последовать примеру капитана.

Вдруг вертолет содрогнулся от винта до шасси. Ударившись об обшивку, первый пилот обмяк в кресле, уронив голову на грудь. Шлем упал ему на колени. Машина вошла в левый крен и ее начало крутить. Заревел сигнал, сообщающий о падении оборотов винта, панель загорелась огоньками отказа систем. Похоже, выведен из строя рулевой винт. Лейтенант, ругаясь на русском и английском, сбросила газ, пытаясь выровнять Хьюи, заваливающийся теперь уже вправо.

– Капитан, ты как там? Майк, ты заснул, что ли или в обморок грохнулся? Вот тупой янки, когда не надо, вечно лезет с советами, а когда нужен, то он пьян, то в отключке. Да когда же кончится этот чертов ливень! Не видно ни зги. Проклятые тропики! – Бросив быстрый взгляд на напарника, девушка продолжила битву за вертолет, предупреждая задирание кабины вверх.

Словно испугавшись проклятий, ливень поутих, и оказалось, что вертушка падает прямехонько на ровную площадку у подножья холма, поросшего густым кустарником. "Давай, Лапочка, мы справимся». Футах в десяти от земли вертолет смог зависнуть, прежде чем рухнуть на землю.

– Держитесь, парни!

«Святой Николай, силы небесные, если вы существуете, помогите нам! А если нет, то валите, на хер, с дороги!» – удар об землю, скрип железа и звон разбитого стекла.

– Похоже, сели, – выдохнула Елена. Прежде чем отключиться, в ее сознании мелькнула мысль: «Андрес так и не узнал, что станет папой».


– Элли, дорогая, очнись! – где–то на краю сознания Елена услышала голос мужа.

– Милый, сегодня же суббота, дай поспать, – попыталась отмахнуться она. У нее не было никакого желания открывать глаза, хотелось лежать в тишине и покое. Но Андрес не отставал.

– Элли, очнись, не пугай меня, – щеку девушки обожгла резкая боль. Пощечина разбудила злость, а вслед за ней вернулось и сознание.

– Да, что ты себе позволяешь, проклятый ирландец! Я тебе не боксерская груша, – лейтенант открыла глаза и с яростью посмотрела на обеспокоенного мужа.

– Элли, наконец–то ты пришла в себя, – Андрес, рослый широкоплечий темно–рыжий морпех, обнял жену и прижал к груди. – Прости меня за пощечину, любимая. Ты так долго не приходила в себя, что я уже подумал, что потерял тебя. Как ты себя чувствуешь?

– Бывало и хуже, – она уткнулась мужу в плечо. – Энди, я так боялась, что не смогу посадить Хьюи. Где все? Кто–нибудь еще уцелел?

– Не волнуйся, все хорошо. Ты посадила вертушку, и почти все выжили. Ты молодец, – муж успокаивающе погладил Елену по спине.

– Почти! – девушка отстранила любимого и огляделась.

Она лежала на мокрой траве посреди той самой площадки, на которую падал вертолет. Хьюи обнаружился в нескольких ярдах от Елены. Он стоял, накренившись, носовой частью зарывшись в заросший холм, а висящий на механических проводах рулевой винт застрял в кустарнике. Внешне он напоминал гигантскую стрекозу, смотрящую в небо разбитым лобовым стеклом. Это обстоятельство показалось лейтенанту забавным, и она рассмеялась. Смех перешел в истерику. Сержант привлек любимую к себе и гладил по спине, пока она не взяла себя в руки.

– Я должна осмотреть машину, – лейтенант резко вскочила на ноги, но из–за головокружения была вынуждена вцепиться в мужа. Разместившиеся на безопасном расстоянии от вертолета выжившие морпехи проверяли оружие и старательно делали вид, что истерика пилота после аварии – вещь обычная. Подойдя к Хьюи, пилот чуть не столкнулась с огромным, как медведь, капралом Крисом Джорданом. Крис служил пулеметчиком в одной из огневых групп, которые Елена везла в Сальвадор.

– У вас есть какое–нибудь оружие, мэм? – поинтересовался капрал, изучая крепление бортового пулемета.

– Швейцарский нож и пистолет Беретта, – чуть язвительно заметила пилот, похлопав по висевшей на боку кобуре. Капрал словно и не заметил этого жеста.

– Пользоваться умеете? – так же отстранено спросил Джордан.

– Первое место по стрельбе из пистолета и автомата на курсах ROTC, – с вызовом бросила лейтенант, покраснев от возмущения. «Да что он себе позволяет этот капрал», подумала пилот, забыв о пережитом стрессе. Она действительно считалась хорошим стрелком, стабильно занимая призовые места на соревнованиях.

– Послушайте, мэм, – капрал Джордан тяжело вздохнул, подбирая слова, устало и в тоже время серьезно глядя на разозленную девушку. Обижать лейтенанта ему не хотелось. Девушка проявила себя как хороший пилот, посадив вертушку практически без жертв, но и давать повод для самонадеянности не входило в его планы.– У меня большая просьба, доставайте оружие только в крайнем случае!

Он поднял ладонь, останавливая возможные возражения.

– Я ничего не имею против вас и не сомневаюсь, что вы отличный стрелок, но вы никогда не воевали в джунглях. Поверьте, нам будет проще вас защитить.

Загнав поглубже рвущееся с языка возмущение, Елена мрачно кивнула и забралась в вертолет. Спорить с опытным морпехом она не стала, в душе осознавая его правоту. Ее память услужливо подсказала любимую фразу специалиста по выживанию на курсах подготовки офицеров, сержанта Матильды Рейли: «Никогда не пытайтесь убедить опытного солдата в своих боевых навыках, бесполезно. Уверяю, после первого же настоящего дела, отношение к вам изменится к лучшему».

На задней стене салона обнаружился автоматический карабин. Пилот машинально проверила магазин, повесила автомат на плечо, и, прихватив аптечку, и заглянула в кабину. Отыскав под своим креслом канистру с водой, она перевела взгляд на напарника и едва сдержала крик. Капитан Роджерс все также сидел в кресле, но его лицо представляла собой кровавое месиво. Лейтенант выскочила из кабины и, прислонившись к обшивке салона, с трудом сдержала рвотный позыв. «Ужас какой! Бедный Майк!» – подумала она, и, держась за стенку, выбралась на свежий воздух. Капрал бросил на бледную как полотно девушку сочувствующий взгляд и вернулся к пулемету.

В это время мастер–сержант Андрес Куинн пытался сориентироваться на местности. По его расчетам выходило, что до базы придется добираться как минимум неделю.

– Выступаем через двадцать минут, пилот пойдет в середине, – объявил Андрес и, отыскав глазами жену, ободряюще ей кивнул.

После похорон первого пилота морпехи ступили в сумрак джунглей.


Дождь кончился, но от земли поднимался густой теплый туман, окутывая людей и деревья, словно вата. Туман был такой плотный, что уже на расстоянии двух шагов солдаты не могли ничего разглядеть. Тяжелый влажный воздух создавал ощущение русской бани и затруднял дыхание. Сквозь густую листву почти не пробивалось солнце, из-за чего едва различимые сквозь туман растения приобретали неземной вид. Под ногами хлюпала вязкая жижа, в которую превратилась мокрая земля, с деревьев ручьями стекала вода. Все это не улучшало и без того паршивое состояние Елены. Девушка шла в середине отряда, держа карабин наизготовку, и ругалась сквозь зубы. Чувствовала она себя ужасно. Из-за духоты у нее слегка кружилась голова, а после аварии немного мутило. Хотя может, и виной тому вовсе не авария. «Похоже, у меня начинается токсикоз, – подумала она. – Как не вовремя».

– Лейтенант, что вы можете пилотировать помимо Хьюи? – раздался у нее из-за спины голос Джордана. – Метлу?

– Я замужем, капрал, а потому могу летать даже на метле, – ответила девушка, слегка улыбнувшись. Она по достоинству оценила попытку капрала поднять ей настроение.

Идущие рядом солдаты тихо засмеялись.


Джунгли расступились, и перед солдатами оказалась открытая площадка. Справа высилась заросшая лианами ступенчатая пирамида, слева покрытый травой холм.

– Капрал Джордан, лейтенант Смирнофф, остаетесь в просеке. Остальные за мной, – приказал мастер–сержант Куинн. Разбившись на пары, морпехи, крадучись, двинулись к пирамиде.

Джордан с пулеметом занял позицию на поваленном дереве, пилот пристроилась с другой стороны просеки. Со своей позиции ей было видно, как на вершине холма, будто из воздуха, возник старый индеец, одетый в яркий украшенный перьями плащ.

– Уходите! Это место священно, – произнес старик на плохом испанском. – Горе тому, кто потревожит покой древних.

Солдаты двинулись к индейцу. Возле старика появилось несколько молодых мужчин, одетых в такие же плащи из перьев. Едва морпехи приблизились к холму, индейцы скинули плащи и, превратились в ягуаров. Елена протерла глаза рукавом. Нет, все верно. На месте индейцев теперь скалились крупные коты, красно–рыжие, в черных розетках пятен.

– Вот, черт, – высказался капрал.

Кого–то из ягуаров успели подстрелить, но их было слишком много. Звери прыгали на солдат, сбивали с ног, ударами лап выбивая автоматы из рук. Завязалась рукопашная. Тела зверей сплетались с телами морпехов в отчаянной борьбе. Происходящее Елена воспринимала урывками, словно отдельными кадрами. Вот Андерс, ее милый Андерс, с залитым кровью лицом остервенело всаживает нож в бок повалившего его ягуара. Крик другого морпеха сменяется хрипом, когда ягуар вцепляется ему в горло. Автомат в руках парня истошно бьется, дырявя брюхо оборотня.

Рядом Джордан с оскаленным лицом поливал очередями все перед собой, но там же живые, или... Закусив губу, лейтенант стреляла, стреляла туда, где копошились пятнистые тела, вжимаясь в вздрагивающий, словно живой, карабин. Живых там, наверное, уже нет. Весь мир сузился до прицельной планки, до оскаленных морд этих ужасных зверей, людей?


– Мэм, мэм,  – Елена очнулась от того, что капрал тряс ее за плечо. Джордан аккуратно забрал из рук девушки карабин с опустевшим магазином, быстро перезарядил, протянул обратно.

Машинально взяв его в руки, пилот подняла бешеные глаза на морпеха.

– Все уже кончалось, мэм...

Не понимая, о чем он говорит, лейтенант перевела взгляд на поле боя. Нет, ад только начался. По крайней мере, для Елены. Все пространство между холмом и пирамидой было завалено телами людей и оборотней. Подобрав отлетевшее мачете и держа оружие наготове, лейтенант и капрал приблизились к павшим. У них на глазах тела зверей превращались в человеческие. Все, к кому они прикасались, были мертвы. Девушка склонилась над мужем – Андрес лежал неподвижно под телом ягуара. Она попыталась спихнуть кошачью тушу и, зверь зашевелился. Не раздумывая, пилот взмахнула мачете, и голова ягуара отлетела в сторону. На грудь мастер–сержанта упало ожерелье из металла и кости. В агонии ягуар вырвал Андресу горло. Девушка машинально сгребла ожерелье в горсть и, упав на грудь любимого, зарыдала. Только сейчас она осознала, насколько все ужасно.

– Мэм, нам надо идти, – на плечо Елены легла тяжелая лапа Джордана. Девушка немедленно ткнула стволом в его грудь. – Я уже собрал почти все жетоны.

– Да, конечно, – вытерев влажные глаза, кивнула пилот. Взяв себя в руки, она сняла жетон с шеи мужа и обыскала его вещи. «Прощай, любимый, я позабочусь о нашем ребенке». Подумав, девушка стащила с тела Андреса разгрузочный жилет, надела его на себя и, распределив найденные предметы и ожерелье по карманам, поднялась. Джордан выбрал направление, и они отправились в путь.





Глава 1. Потеряшки

Июнь 2012 года. Непризнанное государство Шан, Бирма, Индокитай

Потрепанный джип проехал по единственной улице маленькой деревни, застроенной плетенными из бамбука лачугами, стоящими на сваях и крытыми пальмовыми листьями, и остановился на центральной площади, в утренние часы становившейся местом торговли. Из машины вылезла пухленькая и круглолицая девушка с легкомысленным хвостиком на затылке, одетая в куртку и шорты цвета хаки. Она слегка поклонилась подошедшим на шум двигателя мужчинам и поприветствовала их на местном наречии шанов. Селяне ответили на приветствие и поинтересовались, зачем белая женщина к ним пожаловала, настороженно поглядывая на оставшихся в джипе двух здоровых китайцев, лениво курящих хорошие сигареты.

– Наша экспедиция ведет раскопки княжеского дворца в трех километрах отсюда, и нам нужны рабочие. Я приехала нанять несколько молодых сильных мужчин, – сказала девушка, устало рассматривая своих собеседников. За месяц раскопок она уже вдоволь насмотрелась на традиционные шаньские костюмы, состоящие из распашной куртки, широких штанов, тюрбана и деревянных сандалий. Шаны зашумели, обсуждая ее заявление. Меланхолично облокотившись на капот джипа, пришелица спокойно ждала ответа на свое предложение, лениво скользя взглядом по пыльной улице, по которой гуляло несколько индеек. Наконец, мужчины пришли к какому–то решению. Один из селян куда–то ушел и вернулся, ведя за собой высокого грязного парня, одетого в какие–то обноски.

– Хороший работник, сильный и выносливый, – седой, но еще крепкий шан толкнул своего спутника к девушке. Парень поднял на нее давно немытое, заросшее, изможденное лицо. В отличие от невысокого раскосого хозяина, предлагаемый работник был белым мужчиной с выразительными карими глазами и квадратным лицом, наполовину скрытым густой черной бородой. Его одежда при ближайшем рассмотрении оказалась ношенной американской военной формой.

«Ты только посмотри, он же мне бывшего сержанта предлагает», – подумала пришелица, заметив на его рукаве чудом сохранившуюся нашивку.

– Купите меня, мэм. Я могу много работать, – тихо по-английски попросил парень, умоляюще глядя на нее.

Девушка окинула его оценивающим взглядом и потрогала мышцы. Она вела себя так, словно выбирала лошадь. Продавец одобрительно кивал на ее действия.

– Годится, но мне нужно три–четыре человека, – сказала пришелица и хлопком по спине направила парня в сторону джипа.

В этот момент селяне привели еще двух своих работников. Вновь прибывшие, также оказавшиеся американскими пленными, подверглись такому же осмотру белой покупательницей и были признаны годными.

– Мэм, у хозяина есть еще работник, но он сегодня упал в поле и не смог подняться, – шепнул ей бывший сержант.

– Я возьму любого, кто сможет дойти до машины, – объявила покупательница на местном наречии и повторила по–английски.

Парень переговорил с хозяином и после кивка последнего ушел. Вскоре он привел такого же грязного доходягу, положив его руку себе на плечи и буквально таща на себе. Начались переговоры. Девушка предлагала по двадцать долларов за здоровых, а за больного – десять. Селяне требовали за каждого по шестьдесят. Тут зазвонил спутниковый телефон.

– Доктор Смирнофф? Это Миллер, руководитель экспедиции. Звоню сообщить, что рабочих мы уже наняли. Простите за беспокойство. Сегодня вы нам не понадобитесь, а завтра приезжайте обязательно. Мы открываем новую комнату дворца, – раздался из трубки мужской голос, говоривший с французским акцентом.

– Вас поняла, – девушка убрала телефон и обернулась к селянам. – Моя последняя цена: сорок долларов за каждого здорового и двадцать за полудохлого.

– А если мы просто отберем у тебя деньги, женщина, и пешком выгоним из деревни? – поинтересовался шан в богато украшенной вышивкой куртке.

– Не советую. Перестрелять вас у меня рука не дрогнет, – девушка лениво достала из–под сидения автомат Калашникова и наставила на опешивших селян. Китайцы спрыгнули наземь и заняли круговую оборону с автоматами наперевес.

Ее предложение цены было немедленно принято единогласно. Девушка расплатилась и, загнав "покупки" на заднее сидение, покинула деревню.



***

Уже стемнело, когда джип подъехал к знавшему лучшие дни двухэтажному коттеджу в викторианском стиле, окруженному высоким забором. Из машины вылезли китайцы и, получив свою плату, скрылись в ночи. Девушка посигналила и въехала в распахнувшиеся ворота.

– Ким, найди аптечку и полотенца, постели на диване в гостиной, – приказала она невысокому, одетому в джинсы и майку пареньку–китайцу, запиравшему ворота, и припарковала машину под навесом.

– Идите за мной, – бросила хозяйка работникам и вошла в дом. Парни последовали за ней в гостиную с линялыми зелеными обоями, состоящую из старого потертого дивана, стола со стульями и телевизора на тумбе. Ким стелил постель на диване, аптечка и полотенца уже лежали на столе.

– Полудохлого в душ и на диван, остальные тоже в душ. Одежду оставите там же. Душевые находятся на первом, – она распахнула дверь ванной комнаты и пропустила двух доходяг. – И на втором этаже справа от лестницы.

Поднявшись на второй этаж, девушка загнала оставшихся парней в ванную и ушла в свою комнату. Покайфовав под душем и смыв пот и дорожную пыль, она сменила шорты и куртку на удобные брюки с футболкой и спустилась в гостиную. В углу лежали грязные обноски, тщательно упакованные в пакеты. При ее появлении трое парней, завернутые в полотенца, поднялись со стульев. Четвертый тоже сделал попытку встать, но рухнул обратно на диван. Девушка взяла аптечку и подошла к лежащему на диване. Измерив температуру и давление, уточнив, когда последний раз питался, она велела принести высокую вешалку, стоящую у входа. Получив требуемое, хозяйка поставила больному капельницу и, махнув рукой одному из парней, чтобы шел за ней, удалилась на кухню. Через несколько минут она внесла тарелку сэндвичей и пригласила парней к столу. Ее помощник принес упаковку минеральной воды.

После трапезы хозяйка уточнила у парней размеры одежды и обуви, написала записку и окликнула подростка:

– Ким, бегом к Ли Хо. Купи штаны, футболки, носки и ботинки из старых армейских запасов, скажешь для меня. Вот деньги.

Парнишка взял записку и мгновенно исчез. Девушка задумчиво оглядела парней.

«Хороши работнички, нечего сказать, кожа да кости», – подумала она.

Под ее взглядом бывшие пленные выпрямили покрытые многочисленными синяками спины и расправили плечи.

– Я – доктор Елена Смирнофф, археолог-лингвист Университета Колорадо. Это мой дом. Как мне сегодня по телефону сообщили, нашей экспедиции рабочие больше не требуются. Поэтому, пока поживете здесь, – сказала она, теребя ожерелье из кости и металла. Парни слушали, ее не перебивая. – Ко мне следует обращаться: мэм или доктор Смирнофф. Мои правила: дом не покидать, меня и Кима не задирать и не обижать, в мою комнату не входить. Все понятно?

– Да, мэм, – ответили хором «покупки».

– Теперь представьтесь, – Елена откинулась на спинку и сделала глоток минералки.

– Мастер–сержант Рой Доусон, сержант–специалист по оперативным и тактическим вопросам, «зеленый берет» США, – вскочив и вытянувшись по стойке смирно, проорал первый купленный ею парень. В душе он привел себя в порядок и теперь выглядел симпатичным широкоплечим брюнетом.

– Сержант первого класса Дэвид Митчелл, сержант–медик, «зеленый берет» США, – раздался голос с дивана. После мытья доходяга стал похож на типичного англосакса.

– Штаб–сержант Терренс Маршалл, сержант–техник, «зеленый берет» США, – высокий крепкий блондин поднялся со стула.

– Штаб–сержант Лукас Тревис, сержант–связист, «зеленый берет» США, – коренастый шатен отдал честь.

– Сколько вы пробыли в плену? – полюбопытствовала она, разглядывая парней с живым интересом. «Ну и дела! Съездила за рабочими, называется. Своих забот мало? Так нет, завела себе команду А».

– Полгода, мэм, – доложил Доусон, беря с тарелки очередной сэндвич.

– Мне нужны номера ваших личных жетонов, – девушка достала из лежащей на полу сумки фотокамеру и сделала несколько снимков парней и в увеличенном виде жетонов. После этого, она распахнула дверь в комнату. – Спать будете в этой комнате, и кто–то должен присмотреть за Митчеллом. Если что–то случится, моя комната на втором этаже в конце коридора. Ким утром принесет одежду. Доброй ночи, джентльмены.

В своей комнате Елена пробила в интернете номера личных жетонов и выяснила, что ее подопечные действительно уже полгода считаются пропавшими без вести. Фотографии в интернете совпадали с «оригиналами», спавшими в ее доме. Девушка отправила письма родственникам, что располагает сведениями о пропавших и легла спать.



***

Утром Елена спустилась в гостиную в отличном расположении духа. Завтрак уже лежал на столе, а Митчеллу явно было лучше, так как он сидел за столом вместе со всеми. Парни были одеты в футболки и брюки цвета хаки, из-за чего со спины выглядели как горошины в стручке. Увидев хозяйку, они немедленно поднялись и хором произнесли: «Доброе утро, мэм». Девушка села за стол, и перед ней появилась полная чашка ароматного чая и пара сэндвичей.

– Я уезжаю на раскоп, вернусь вечером. Поправляйтесь, парни, кухня в вашем распоряжении, можете смотреть телевизор и помните мои правила. Нарушителя я просто пристрелю как собаку или продам местным авторитетам, – объявила она и, мило улыбнувшись, отбыла.


Вечером Елена вернулась с готовым решением проблемы под названием «вывоз бывших пленных на родину». Днем она сделала перевод всех найденных надписей, и мистер Миллер, руководитель экспедиции объявил, что в ее услугах больше не нуждается, и университет чек за работу вышлет на ее адрес. Девушка вошла в дом и ахнула: гостиная сверкала чистотой, парни чинно сидели на диване и смотрели спортивный канал. Услышав входную дверь, Терри и Люк унеслись на кухню. И через пару минут хозяйку уже кормили вкусным ужином.

– С завтрашнего дня я свободна как ветер, а потому у меня сообщение. Утром я еду в американское посольство, двоих из вас возьму с собой. Сами решайте кого. Попробуем ввести вас в США по официальным каналам, – объявила Елена, перед тем, как подняться в свою комнату.


Утро началось с неприятного случая. Едва хозяйка в синем брючном костюме, белой блузке и синих туфлях спустилась в гостиную, ее немедленно прижал к стене и облапал Терри Маршалл. Парень явно изголодался по женскому обществу и вел себя довольно грубо. «Ничего себе заявочки. Пару дней назад умолял купить его, а сегодня мачо себя возомнил». Елена обняла Терри за шею, крепко поцеловала и сильно ударила коленом между ног. Блондин с руганью рухнул на пол. Добавив сложенными вместе руками по загривку, она перешагнула через упавшее тело и вошла в комнату.

– Доброе утро, мэм. Вы сегодня потрясающе выглядите, – заметил Митчелл и остальные, включая приковылявшего Маршалла, согласно закивали.

– Доброе утро, спасибо, – хозяйка села за стол и пододвинула к себе чашку с чаем. – Похоже, Терри временно выведен из строя, поэтому со мной поедут Доусон и Тревис.

Позавтракав, они поехали в посольство.



***

– Он издевается. – Люк ударил кулаком по капоту джипа. – Откуда у нас документы, если мы провели полгода в плену? «США не воюет с Бирмой, значит и пленных солдат в том регионе быть не может». Ублюдок!

– Это же Азия, Люк. Тут сплошная бюрократия и коррупция, – попытался урезонить его Рой, хотя и сам злился на сотрудника посольства, отказавшего в помощи. – С какой стати посольство станет возиться и посылать запросы на счет тебя в военное ведомство? У них и так забот с туристами хватает. Нас с тобой формально здесь нет и быть не могло. Ты сам поверил бы свежевыбритому чисто одетому парню, что он бывший пленный солдат? Я – нет. А именно так мы сейчас и выглядим, спасибо доктору Смирнофф.

– Успокойся и садись в машину, – сказала Елена с водительского сидения. – Я предполагала и такой ответ, поэтому нам нужно заехать еще в одно место.

– Как скажете, мэм, – Тревис, ругаясь, залез на переднее сидение, и джип рванул с места.

Остановив машину возле покосившейся вывески «Ароматная река», девушка попросила Доусона передать ей с заднего сидения кожаную куртку и берцы. Переодевшись, она толкнула дверь в бар. Обычный бар, какой можно встретить почти в любой точке мира: барная стойка с телевизором, несколько столов с лавками, вот и вся обстановка. Поскольку только наступил полдень, посетителей было мало.

– Привет, Елена. Давненько ты к нам не заглядывала, – из–за стойки приветствовала вошедших хрупкая азиатка в легком платье с цветочным орнаментом, владелица бара.

– И тебе привет, Зунг. Сама знаешь, у работающей женщины всегда дел по горло. Джерри здесь?

– А куда он денется? С утра в углу сидит, одну бутылку виски цедит, – Зунг неопределенно махнула рукой.

Девушка направилась в указанный угол, парни за ней. За столиком сидел коренастый шатен лет сорока в летной кожанке и занимался армрестлингом с молодым бенгальцем. Слева от него стояла бутылка виски, из которой он периодически делал глоток. Под потолком над их головами лениво крутились лопасти старого вентилятора.

– Джерри, оставь мальчика в покое, есть дело, – окликнула Елена мужчину в кожанке.

– Что за дело? – коренастый резким движением положил руку противника.

Побежденный взревел как раненый бык.

– Не лезь, женщина, когда мужчины отдыхают, – рявкнул он и добавил пару нелестных выражений в адрес девушки.

Стоявшие за ее спиной парни напряглись.

– Я не женщина, я – вдова, – бросила девушка и отвесила пощечину, сбив начавшего вставать бенгальца с ног. (Это выражение она вычитала, когда искала перевод надписи на своем ожерелье. Во многих языках слово «женщина» и «жена» – звучат одинаково, а вот «вдова» всегда отличается. Это знание Елена нередко использовала, чтобы сбить с толку неприятного собеседника). Наступив ботинком на горло рухнувшему на пол азиату, археолог добавила. – Извинись перед леди.

– Извините, мэм, – прохрипел хам. – Был не прав.

Елена убрала ногу, и посрамленный бенгалец поспешно покинул бар.

– Джерри, милый, «пташка» на ходу? – мурлыкнула она, садясь на место ушедшего азиата.

– Почти, – потупился Джерри, – требуется небольшой ремонт.

– Я хочу вылететь домой послезавтра, крайний срок в пятницу. Со мной ты и еще четверо.

– Ладно. Все будет сделано к пятнице. Все, что захочешь за твои деньги, босс, – мужчина отсалютовал бутылкой и сделал глоток. Парни переглянулись.

– Если рухнем посреди океана, имей в виду, я тебя до самого дна Марианской впадины пилить буду. Тебе ад раем покажется, – на губах девушки заиграла неприятная улыбка.

– Понял, босс. Все будет в лучшем виде, – произнес Джерри совершенно трезвым голосом.

– Верю, – Елена чмокнула мужчину в щеку, и, поманив своих спутников, покинула бар.



***

Домой ехали в гробовом молчании, Елена прикидывала, во сколько ей обойдется ремонт «пташки» и транстихоокеанский перелет. Парни переваривали увиденное.

На столе в гостиной их ждал горячий обед. После еды хозяйка сразу ушла к себе, а мужчины остались делиться новостями.

Девушка так увлеклась разработкой летного маршрута, что не заметила, как стемнело. Самым оптимальным, по ее мнению, выходил путь по островам, через Гавайи, но она изучала и другие варианты. В десять вечера в ее дверь постучали. На пороге стоял Терри Маршалл с подносом, полным снеди.

– Мэм, вы не спустились к ужину. Вот и я подумал, что вы, наверное, голодная, – парень заискивающе улыбнулся.

– Спасибо за заботу, Терри. Входи, – Елена посторонилась, пропуская его в комнату. «Извиняться за утренний фортель пришел, не иначе, – подумала она. – Мог бы и раньше явиться. А есть, и правда, хочется».

Терри нерешительно перешагнул порог и, поставив поднос на журнальный столик, огляделся. В углу комнаты у окна стоял стол с ноутбуком, МФУ, спутниковым телефоном и другими приспособлениями, названия которых он сходу вспомнить не смог. Над столом висела фотография мальчика лет одиннадцати. Рядом со столом ютились два стенных шкафа. У противоположенной стены располагалась двуспальная кровать под черным покрывалом. Возле кровати – дверь в ванную комнату. Все стены комнаты занимали карты и фотографии с раскопок.

– Что–то еще? – холодно спросила доктор Смирнофф. Она так и не переоделась после утренней поездки в посольство и смотрелась очень официально.



Маршалл недоуменно посмотрел на нее и бухнулся на колени. За полгода плена парень привык разговаривать с хозяевами в такой позе, а уж перед женщиной, от которой зависела его свобода и возвращение домой, грех не прогнуть спину. Тем более, что Терри утром нарушил правила ее дома и вполне мог лишиться только обретенных нормальных условий существования, а возможно, и жизни.

– Не продавайте меня, хозяйка, лучше пристрелите, – в голосе парня зазвучало отчаяние. – Нового рабства я не перенесу. Не знаю, что на меня нашло, прошу прошения за недостойное поведение. Делайте со мной, что пожелаете, только умоляю, не продавайте местным.

– Я не продам тебя, штаб–сержант Маршалл, – серьезно произнесла Елена, и он почему–то ей сразу поверил. – Свое наказание ты получил утром, до сих пор хромаешь. Я собираюсь отвести тебя домой в США.

– Благослови вас Бог, хозяйка, – Терри поцеловал руку девушки и вышел из комнаты.


Глава 2. Это сладкое слово «Свобода»

Над штатом Колорадо уже сгустилась ночная тьма, когда небольшой двухмоторный самолет приземлился на частном аэродроме в пригороде Колорадо Спрингс.

– Вот мы и дома, – устало сказала Елена и по трапу спустилась на взлетную полосу. Парни вышли следом и с наслаждением вдохнули горный воздух. Воздух Родины, воздух Свободы. Не важно, что только один из них жил в Колорадо, а остальные в других штатах, в этот момент они все чувствовали себя совершенно счастливыми.

– Хватит стоять столбом, – прервал идиллию голос хозяйки. Парни обернулись и увидели припаркованный возле ангара темный джип «Tahoe». – Залезайте и поехали.

Через час автомобиль остановился в самом конце латинского квартала перед двухэтажным коттеджем с белым заборчиком. Дом был небольшой, с маленьким запущенным садиком, зажатый с боков более ухоженными соседями. Сзади к садику подступал лес.

Поставив машину в гараж, Елена впустила своих спутников в темную прихожую и включила свет. Прихожая оказалась оклеенным бежевыми обоями уютным холлом, в который выходили четыре двери. Напротив входа располагалась лестница на второй этаж.

– Добро пожаловать в мой дом, – девушка положила ключи в ажурную металлическую пепельницу, стоящую на комоде у входа, и толкнула ближайшую дверь слева. – Здесь у меня гостиная. Вещи пока можете закинуть сюда, потом с ними разберемся. Следующие двери слева и справа – спальни. На втором этаже находятся моя комната и спальня моего сына. Туда вам путь заказан.

– Понятно, мэм.

Сложив багаж в гостиной, «зеленые береты» вместе с хозяйкой вошли в правую от входа дверь и очутились в кухне, центральную часть которой занимал деревянный стол, окруженный шестью стульями. Усадив гостей за стол, хозяйка озадачилась ужином.

– Скотт, какое же ты сокровище! – воскликнула она, открывая холодильник, и пояснила. – Скотт Мюррей – это мой личный помощник. По моему звонку он купил кое–какие продукты. Что предпочитаете, джентльмены, пиццу с анчоусами или ризотто с телятиной?

– Пиццу, пожалуйста, мэм, – попросили парни.

После полугода рисовой диеты пицца казалась им райским блюдом. Пока Елена разогревала еду и накрывала на стол, они с шутками, хохотом и жестикуляцией обсуждали перелет и строили планы на будущее. Реальная перспектива этого будущего на родной земле, а не в яме под хижиной, заставляла парней улыбаться и радоваться жизни. «Как мальчишки, честное слово», – подумала девушка, с нежностью сравнивая своих гостей с собственным сыном, который проводил лето на ранчо у дедушки в соседнем штате.

После ужина хозяйка пригласила всех в гостиную.

– Пока Джерри чинил «пташку», я через интернет связалась с вашими родственниками и сообщила дату нашего прибытия. Поэтому завтра я жду их в гости, – сообщила девушка, устроившись в мягком кресле. Ее гости заняли диван напротив. – Только просто так я вас не отдам. На вашу покупку, одежду, питание и перелет на родину я потратила свои деньги. Благотворительностью я не занимаюсь, а потому оцениваю каждого в тридцать тысяч баксов. Если у ваших родных нет таких денег, вы мне выплатите их в течение трех лет или отработаете. Кроме того, как адвокат, я планирую от вашего имени подать в суд на посольство, отказавшее вам в помощи, и потребовать от государства компенсацию за все время, проведенное в неволе.

На парней было приятно посмотреть. Широко открытые от удивления глаза, отпавшие челюсти.

– Мэм, – спросил за всех Доусон, – вы помимо того, что археолог и пилот, еще и адвокат?

– Уже больше десяти лет, – улыбнулась Елена. – Это моя основная профессия, а археология – хобби.

– А полеты? – уточнил Терри.

– Я военный пилот в составе Национальной Гвардии штата Колорадо.

Девушка небрежно махнула рукой на стену у себя за спиной. Там висело множество фотографий доктора Смирнофф, одной и в компании различных людей. Внимание парней привлекли два портрета. На первом снимке девушка в летном комбинезоне стояла в обнимку с высоким темно–рыжим морпехом, одетым в камуфляж, на фоне вертолета, на втором – в парадной форме морской пехоты со знаками различия капитана она позировала с мальчиком лет семи–восьми возле мемориала Иводзимы[1].

Наступило длительное молчание.

– Ну, ладно, парни, уже поздно, – сказала Елена и поднялась. – У меня есть две спальни на первом этаже, гостиная и комната над гаражом. Располагайтесь. Постельное белье я сейчас принесу.

– Мэм, а насчет суда вы не шутили? – спросил Митчелл.

– Не шутила. Я подам исковое заявление от вашего имени на следующей неделе, если вы не против, конечно.

– Нет, мэм, – хором ответили мужчины.

– Доброй ночи, завтра у нас длинный день.



***

В субботу утром прибыла миссис Митчелл, маленькая полноватая женщина средних лет с недовольным лицом и крашенными в рыжий цвет волосами. С криком «Где мой мальчик?» она ворвалась в гостиную, едва не сбив с ног хозяйку дома.

– Дэви, как ты осунулся! – она обняла сыночка и чуть не расплакалась. Расчувствовавшийся Митчелл поцеловал маму и попытался сказать, что с ним все в порядке, но его не услышали. – Ничего, мамочка тебя откормит. Поехали домой, дорогой!

– Минуточку, миссис Митчелл, – вмешалась в трогательную сцену доктор Смирнофф. – Прежде чем вы с мистером Митчеллом покинете мой дом, я хочу получить компенсацию.

– О чем вы говорите, милочка? – почти искренне удивилась мать Дэвида.

– Я потратила свои личные средства на спасение вашего сына из плена и доставку домой и вправе требовать возмещения издержек, – резонно ответила Елена. – Письмо, которое привело вас в мой дом, содержало роспись расходов и счет на тридцать тысяч долларов.

– Я не располагаю такими деньгами, – категорично заявила миссис Митчелл. – Могу предложить только пять тысяч.

– Хорошо. Заплатите ту сумму, какую можете. Я сейчас составлю схему, по которой мистер Митчелл выплатит мне остальной долг.

– Дэви ничего сверх этого не заплатит. С вас и пяти тысяч довольно, – возразила взбешенная мамаша.

– Мама… – начал Дэвид, но мать его прервала.

– Дэви, ничего не плати этой жадной стерве! – бросила она в лицо девушке. – Я в суд подам на нее за вымогательство.

– Мам, если бы не доктор Смирнофф, я до сих пор гнил бы на рисовом поле, – резко сказал Дэвид, отстраняясь от матери. – Заплати немедленно, иначе я домой не поеду.

Миссис Митчелл осеклась на полуслове и молча вручила Елене пачку наличных. Пока она не опомнилась, Митчелл попрощался с хозяйкой и вывел мать из дома.


После полудня за Люком приехала Люси, изящная шатенка. Она долго благодарила за возвращение мужа, оставила чек на требуемую сумму и увезла Тревиса домой.

В четыре вечера явилась Хильда, жена Доусона, высокая, хорошо одетая, тридцатилетняя блондинка с ярким макияжем. Она вошла вместе с Еленой в кухню, где Рой и Терри накрывали к чаю, и положила на стол перед мужем несколько документов.

– Подпиши здесь и здесь, – велела она, не здороваясь.

– Здравствуй, дорогая, – растеряно произнес Рой, ставя подписи в указанных местах. Не такой он представлял себе встречу с женой.

– Привет, милый, и пока, – язвительно ответила девушка, убирая бумаги в папку. – Ты только что дал свое согласие на наш развод. В понедельник я съезжу в Рино и, наконец, стану свободной женщиной.

– Хильда, что–то случилось? – спросил окончательно сбитый с толку Доусон. – Если я чем–нибудь тебя обидел, давай, сядем и все обсудим.

– Обидел? – миссис Доусон усмехнулась. – Ты полгода шлялся неизвестно где, бросил меня одну, без денег, выплачивать кредит на машину. Спасибо нашлись добрые люди, помогли мне рассчитаться с долгами.

– Как без денег? – поразился Рой. – У нас же на совместном счете лежало десять тысяч. И о каком кредите за машину ты говоришь? Мы же год назад купили за наличные двухлетний бьюик.

– Я его уже продала и взяла новый Шеви седан. Через три месяца я выхожу замуж, и ты мне без надобности.

Рой так и застыл с открытым ртом.

– Миссис Доусон, меня не касаются ваши отношения с мужем, – подала голос Елена. – Вы мне должны тридцать тысяч долларов.

– С какой стати я вам, что–то должна? – неприятно удивилась Хильда.

– Согласно этой бумаге, вы обещаете пять тысяч за любые сведения о мастер–сержанте Доусоне, – ответила доктор Смирнофф и показала распечатку сообщения от имени Хильды Дойсон с форума розыска пропавших без вести. – Мистер Доусон сидит за этим столом, свою часть сделки я выполнила. Дело за вами.

Хильда фыркнула и выписала чек указанную сумму. Хозяйка не поленилась позвонить в банк и проверить платежеспособность этого чека. Миссис Доусон в ярости вылетела из дома, даже не попрощавшись с мужем.


За Терри Маршаллом никто не приехал. В десять вечера Елена убрала посуду после ужина, вытерла кухонный стол и позвонила мистеру Маршаллу в Оклахому.

– Добрый вечер. Мое имя доктор Смирнофф. Простите за поздний звонок. Могу я поговорить с мистером Маршаллом? Он не пришел на деловую встречу, и я звоню узнать причину неявки.

– Здравствуйте, – ответила какая–то женщина и всхлипнула. – Я Эмма, его жена. Теперь уже вдова. Тим вчера полез зачем–то на крышу, сорвался и сломал себе шею.

– Примите мои соболезнования, – посочувствовала девушка. – Могу я узнать имя его адвоката?

– Да, конечно. Адвоката зовут Генри Уайт.

– Доброй ночи. Еще раз сожалею о вашей утрате, – попрощалась Елена и повесила трубку. Она достала бутылку бурбона и три бокала, наполнила каждый на два пальца и пересказала своим подопечным телефонный разговор. Терри, молча, взял и выпил бокал залпом. Девушка наполнила снова.

– А теперь самое время обсудить, что мы будем делать дальше, – Маршалл тупо посмотрел на нее. – Штаб–сержант Терренс Маршалл, мне очень жаль, что твой отец умер. Я не была с ним знакома, но он искал тебя все–то время, пока ты был в плену. В воскресенье, то есть завтра, я отвезу тебя в Гаймон, штат Оклахома, к его адвокату. Это не обсуждается. Можешь считать меня бессердечной стервой, но ты получишь свое наследство и расплатишься со мной.

Елена повернулась к Рою.

– А тебя, Доусон, я, пожалуй, найму в качестве охранника в мой офис. Нам давно нужен кто–нибудь для поддержания порядка.

– Мэм, я не знаю, что сказать ... – растерялся бывший «зеленый берет».

– И не говори. Ты мне должен двадцать пять тысяч, и я предоставляю тебе возможность их отработать, – Елена вымыла бокалы и убрала их на место. – Жить можешь в комнате над гаражом. Проживание – сто пятьдесят в неделю, если сам заполняешь холодильник, то – сотня. Я буду платить тебе пятьсот в неделю, из них сто баксов пойдут в счет долга. Доброй ночи.

В дверях кухни она обернулась.

– Доусон, твоя бывшая жена оставила на крыльце коробку с твоими вещами. Советую разобрать, вдруг найдутся водительские права. Тогда сможешь брать машину в мое отсутствие.



***

В воскресенье в 10 утра раздался звонок в дверь. На крыльце стоял симпатичный молодой шатен ростом чуть ниже шести футов, спортивного телосложения и живого характера. Над головой пришельца витал образ канадской рыси: массивный серо–бурый, будто припорошенный снегом, кот невозмутимо облизывал крупную мохнатую лапу, поводя ушами с длинными кисточками. Сдерживая смех, вызванный умильным зрелищем, Елена пропустила его в кухню, где она завтракала вместе с Терри и Роем.

– Познакомьтесь, джентльмены, Скотт Мюррей, мой личный помощник, – сказала она, возвращаясь к недопитому чаю. Терри с кофейником в руке и Рой с лопаткой для жарки (он жарил оладьи) дружно обернулись на ее голос. – Скотт, это наш новый охранник, Рой Доусон.

Мюррей смерил плечистого Доусона оценивающим взглядом и кивнул.

– Я сегодня уезжаю в Гаймон, штат Оклахома, вместе с нашим клиентом мистером Маршаллом на открытие наследства, – Елена кивнула на Терри. – Меня не будет дня три, возможно неделю. Поэтому ты введешь мистера Доусона в курс дела, отвезешь завтра в офис, представишь Грегсону и Алисе, объяснишь правила моей адвокатского офиса. Если Грегсон будет возмущаться, напомни, кто у нас босс. Пусть звонит мне, если захочет, но за свой счет. Вопросы есть?

– Неделю, босс? – уточнил Мюррей.

– Неужели ты думаешь, что я, будучи в Оклахоме, не навещу Ника? – улыбнулась она.

– Нет, босс, – Мюррей ухмыльнулся, демонстрируя ровные белые зубы. – Что–нибудь еще?

– Забронируй два номера в отеле Гаймона и свози Доусона по магазинам. Ему нужно обновить гардероб и приобрести приличный костюм на выход. Используй корпоративную кредитку. Счета пусть присылают на адрес офиса.

– Конечно, босс.



***

В Гаймон Елена и Терри прибыли в восемь вечера. Девушка прошлась со своим клиентом по магазинам, и в отель он въехал с полным чемоданом одежды и необходимых вещей. Мюррей забронировал номера и по дороге по смс сбросил ей название отеля, так что вселились они быстро. Елена нашла в телефонной книге имя адвоката семьи Маршалл и, забив его адрес в навигатор, пошла к Терри напомнить о времени встречи с адвокатом. Она планировала явиться к открытию адвокатского кабинета и побеседовать с мистером Уайтом о завещании отца Терри.

Елена постучала в смежную дверь между номерами, но никто не ответил. Решив, что Маршалл уже спит, хотя было только 10 вечера, она написала записку и робко заглянула в отчего–то незапертую дверь. Обнаженный Терри полулежал на кровати, широко раскинув ноги, и смотрел порно–канал. Одной рукой мужчина занимался самоудовлетворением, а другой, густо вымазанной кремом, пытался массировать задний проход. «Что же он творит! Это же не так делается, – посетовала девушка, невольно наблюдая, за действиями своего подопечного. – Таким путем он наверняка сотрется!». Отсутствие опыта блондин старался компенсировать энтузиазмом, и, судя по недовольному выражению лица, выходило неважно.

Положив записку на столик у входа, адвокат прикрыла дверь и присела на свою разобранную постель. Увиденное ее скорее удивило, чем шокировало. За годы вдовства Елене доводилось заводить романы с очень разными мужчинами, встречались среди них и бисексуалы, и латентные геи, и даже мазохисты. Вот садистов она сторонилась, решительно изгоняя из своей жизни любого, кому приходило в голову использовать в качестве доказательства своей правоты грубую силу. Одному из таких любителей избивать женщин Елена сломала руку и, чтоб неповадно было, упекла на два года за решетку по обвинению в домашнем насилии. Решив, что помощь начинающему бисексуалу карму не испортит, адвокат порылась в своем багаже и, отыскав необходимое, вернулась в номер Терри.

Забравшись с ногами на кровать, она отодвинула руку в креме и осторожно ввела в освободившееся отверстие обильно смазанный лубрикатом пальчик. Ошарашенный неожиданным вмешательством в свою частную жизнь, Маршалл хотел что–то сказать, но мягкая ладошка закрыла ему рот. Зажав в кулаке достоинство, блондин не сводил огромных от потрясения глаз с пальца, медленно исчезающего в его теле. Вздумай проделать с Терри подобный трюк другой мужчина, и бедолагу на следующее утро нашли бы в сточной канаве с проломленным черепом и многочисленными переломами. Но тронуть хозяйку… Маршалл и до плена никогда не бил женщин, и поднять руку на свою спасительницу, особенно после достойного отпора, желанием не горел. Зато его тело помимо воли загоралось желанием совсем другого рода. Не подозревая об опасности, которая ей угрожала, леди нежно и аккуратно массировала пальчиком задний проход, самым кончиком надавливая и задевая какую–то точку, и Терри захлестнула волна сладкой истомы. Напрочь забыв о порнофильме, блондин откинулся на подушку и прикрыл глаза, полностью отдаваясь необычной ласке. Его ладонь сама собой заскользила по стояку, подстраиваясь под заданный ритм. «Вот, умница, – про себя умилилась девушка, потихоньку добавляя еще пальцы в разрабатываемое отверстие. – Хорошему мальчику положена конфетка». Через некоторое время ручка выскользнула из растянутого ануса, вырвав из груди парня разочарованный стон. Он только–только вошел во вкус, распробовал запретный плод, и вдруг такая подстава. Коварно улыбнувшись, хозяйка вынула из лежащей рядом с ней косметички почти точную копию достоинства Терри телесного цвета, щедро облила смазкой, неторопливо поместила на освободившееся место и, сделав несколько поступательных движений, включила вибрацию. Терри словно током прошило. Рыча и высоко вскидывая бедра, он забился словно в конвульсиях. Женская ладошка накрыла руку, яростно терзающую возбужденную плоть, и ноготками легонько царапнула головку. Совсем легонько, почти невесомо, но это прикосновение прорвало плотину возбуждения, достигшего своего апогея. Чуть не встав на мостик, блондин с воплем излился в шаловливую ладошку.

Погладив по щеке парня, сомлевшего от пережитого наслаждения, Елена соскочила с кровати, положила тюбик смазки и извлеченный девайс на столик рядом с запиской и, бросив: «Это твое. Записка на столе», ушла к себе в номер.



***

В 8:50 Елена уже стучала в дверь офиса адвоката Генри Уайта. Адвокат, худой импозантный мужчина лет шестидесяти, только пришел в свой офис и крайне удивился, увидев Терренса Маршалла у себя на пороге. Девушка протянула ему свою визитку и объяснила ситуацию.

– Терри, как я рад, что ты вернулся живым и здоровым, мой мальчик, – мистер Уайт обнял парня. – Жаль, Тим не дожил до этого дня. Мы ведь с ним со школы дружили. Еще утром в пятницу он уверял меня, что ты нашелся, и с нетерпением ждал субботы, когда сможет с тобой увидеться. Мы даже поспорили из–за этого, а после полудня случилась трагедия…

– Мистер Уайт, – вмешалась Елена. – Могу я узнать, на какой день назначено оглашение завещания?

– Вы очень удачно приехали, – взял себя в руки Уайт. – Оглашение состоится буквально через полчаса.

В 9:20 Терренс Маршалл вновь вошел в кабинет адвоката Уайта, на этот раз полный народу. Его появление повергло присутствующих в шок. В кабинете повисла гробовая тишина, все смотрели, как он идет по проходу между стульями, словно на привидение. Девушку просто никто не заметил, пока Уайт не произнес:

– Мистер Маршалл, миссис Куинн, проходите, присаживайтесь, и мы начнем оглашение завещания.

Услышав «миссис Куинн», Терри впервые за утро осмелился поднять глаза на свою спутницу. «Черное ей определенно идет, – невольно подумал блондин, любуясь строгим антрацитовым жакетом и длинной, чуть расклешенной юбкой в тон. Нежно–салатовая блузка оживляла серьезное лицо девушки, добавляя толику кокетства к образу сурового адвоката. Заметив вопрос в глазах клиента, Елена вручила ему свою визитку. Надпись на картонном прямоугольнике гласила:

Миссис Елена Смирнофф Куинн Адвокат Колорадо Спрингс, Колорадо

Маршалл уважительно кивнул. Началось оглашение. Миссис Маршалл достались акции преуспевающих компаний, две замужние сестры Терри получили по 30 000 $ каждая, а бывшему военнопленному отошел дом отца и его автомобиль. Сестры обняли Теренса, поздравили его с возвращением, пригласили в гости и разъехались. Миссис Маршалл громко возмущалась, что ее обманули, и кричала, что будет судиться с пасынком Терри из–за дома. А Елена и Терри тихо вышли из офиса и уехали. Девушка оставила Маршалла на пороге его дома и поехала на ранчо Куиннов проведать сына.



***

– Мама, посмотри, как я езжу галопом! – раздался детский вопль над Великими Равнинами.

Ник увидел джип «Tahoe» издалека и поскакал к ограде пустого загона для коров, где ему разрешалось ездить верхом. Низенький рыжий квотер[2] резво подлетел к ограде и резко затормозил. Мальчик засмеялся.

– Здравствуй, сынок, – Елена подъехала к загону и вышла из машины. – Выпрями спину и не лупи коня пятками.

– Мама, а ты к нам надолго?

– К сожалению, только до субботы. В пятницу я прилетела из Бирмы, а сегодня оказалась по делам в Оклахоме. Дай, думаю, проверю, как ты разносишь дедушкино ранчо.

Мальчик снова расхохотался и ускакал в сторону приземистого дома, оглашая окрестности воплями: «Дедушка, бабушка, мама приехала, ей нужна лошадь!».

Елена тяжело вздохнула и поехала следом за сыном. С родителями мужа у нее были сложные отношения. Джон и Холли Куинн до сих пор считали, что «эта русская» обманом женила на себе их ненаглядного Андреса, а, залетев от него, угробила в джунглях вместе с вертолетом. Хорошо еще, что Ника они признавали своим внуком, правда, только после сделанного по их настоянию теста ДНК. Вот и сейчас Елене предстояла нелегкая неделька. «Мужайся, дорогая, – сказала она себе, паркуя джип возле крыльца. – Нику нравится на ранчо бабушки и дедушки, а ради него можно потерпеть ворчание Холли и мрачные взгляды Джона вместе с воспоминаниями о Вьетнаме. Андрес был бы рад, что ты ладишь с его мамочкой».



***

Целую неделю Елена гостила на ранчо Куиннов. С утра до вечера Ник таскал ее по самым, по его мнению, интересным местам. Они объездили верхом всю округу и провели прощальный вечер у костра ковбоев.

В субботу в полдень миссис Куинн выехала в сторону дома. На повороте в Гаймон ей встретился Терри. Блондин стоял, прислонившись к капоту вишневого кабриолета, и явно кого–то ждал.

– Добрый день, мистер Маршалл, – девушка остановила машину и открыла окно. – Кого–то ожидаете?

– Вас, миссис Куинн, – сказал парень и приблизился к джипу.

– Что–то случилось? – заинтересовалась Елена. – Миссис Маршалл подала–таки на вас в суд, и вам нужен адвокат?

– Нет, мэм. – ответил Терри. – Я заключил с вдовой отца соглашение. Она получила дом и выглядела очень довольной, а я приобрел акции преуспевающих компаний.

– Тогда, почему вы меня ждете? – удивилась она.

– Мэм, я решил переехать в Колорадо Спрингс, и подумал, что вы могли бы порекомендовать мне какой–нибудь дом в вашем районе, – Терри смущенно улыбнулся.

– Мой сосед, мистер Гарридо, решил продать свой дом и перебраться на юг, во Флориду, – задумчиво произнесла Елена. – Я могу с ним поговорить. А почему вы решили уехать из Гаймона?

– Меня здесь ничто не держит. Отец умер, с мачехой мы поладили, у сестер давно уже свои семьи. Моя девушка меня не дождалась и вышла замуж. Вот я и решил переехать и открыть свое дело, возможно, автомастерскую. Кроме того, вы сказали, нам предстоит суд. Поэтому будет лучше, если я окажусь поблизости.

– Вам повезло. Мистер Гарридо владеет автомастерской и кажется, продает и ее.

– Спасибо, мэм. Вы очень любезны, – Терри вернулся к своей машине и запрыгнул на водительское место.

– Увидимся в Колорадо, мистер Маршалл, – помахала ему Елена и уехала.



Глава 3. Дело о военнопленных

В воскресенье утром Елена Куинн зашла к соседу и обговорила с ним вопрос приобретения Терренсом Маршаллом дома и автомастерской. Она пообещала обсудить выдвинутые условия со своим клиентом и подготовить договора купли–продажи к среде. Вечером того же дня Рой за ужином сообщил Елене, что мать Митчелла подает на нее в суд за вымогательство.

В понедельник миссис Куинн получила повестку в суд «миссис Митчелл против доктора Смирнофф». Слушание было назначено на полдень четверга в Пуэбло. Рой все утро не мог поверить, что мать Дэвида все–таки подала на его спасительницу в суд, и рвался ему позвонить, но девушка отговорила. Связавшись с Маршаллом, она изложила ему условия продажи. Терри согласился на все и пообещал приехать в среду. Позвонив Люку Тревису, Елена пригласила его в качестве свидетеля защиты, поручила Мюррею собрать сведения о миссис Митчелл и запросить по факсу копию ее искового заявления. В полдень адвокат вернулась домой и сняла копии со всех счетов и расходов на выкуп, содержание и перевозку солдат в США. Она подготовила видеоматериалы, показывающие процесс выкупа и переговоров в консульстве (такие вещи девушка обычно снимала скрытой камерой). После ланча Елена составила проекты договоров купли–продажи. Ближе к вечеру она зашла к Биллу Грегсону, работавшему у нее уже год выпускнику юридической школы, и объявила, что он назначается ее адвокатом по иску «миссис Митчелл против доктора Смирнофф». Остаток дня и весь вторник Елена с Биллом обсуждали линию защиты. В среду утром приехал Терри. Елена накормила его завтраком и повела к соседу. Они обсудили вопрос оплаты сделки и решили следующее: Маршалл сразу платит по четверти стоимости дома и автомастерской, а оставшуюся сумму вносит в течение года.

Елена попросила разрешение воспользоваться компьютером соседа и быстро написала дополнительное соглашение к договорам с указанием схемы оплаты. После подписания контракта Терри с продавцом уточнили дату передачи собственности новому владельцу. Мистер Гарридо сообщил, что готов полностью съехать уже в пятницу. Терри выписал чек, получил расписку, и вместе со своим адвокатом отправился к ней домой выгружать вещи из машины. Багажа оказалось немного – две коробки с личными вещами и фотографиями, да чемодан с купленной для него одеждой. В полдень они поехали в офис. Тревис уже сидел на стуле для посетителей и пил кофе, предложенный заботливой Алисой. Елена пригласила Люка в свой кабинет и рассказала ему и Терри детали предстоящего судебного разбирательства. Парни были шокированы известием, как и Рой, они не могли поверить услышанному.

Еще раз уже всемером (включая Мюррея) Елена и ее союзники изучили исковое заявление, вчитываясь в каждое предложение и прорабатывая все варианты перекрестного допроса адвоката противной стороны.



***

В четверг Елена вместе со своим адвокатом и бывшими пленными приехала в Пуэбло. У дверей зала судебного заседания девушку окликнул знакомый адвокат Буриан, полноватый седовласый чех с вечной ухмылкой на губах. Эта ухмылка и манеры доброго дядюшки не раз вводили в заблуждение молодых юристов, но миссис Куинн знала, что он считается одним из лучших адвокатов штата.

– Онса, какими судьбами? Что такой преуспевающий адвокат делает в наших краях? – всплеснул руками законник, широко улыбаясь девушке.

– Добрый день, Георг. У меня здесь сегодня слушание, – девушка пожала руку коллеге. – Может, слышали об иске миссис Митчелл?

– Разумеется, слышал. Эта дама периодически на кого–нибудь подает в суд, – посерьезнел старый юрист. – Ее адвокат Карлос Гонзалес – очень въедливый педант, будьте с ним осторожны.

Он повернулся к ее спутникам, молча наблюдающим за беседой, и добавил.

– Джентльмены, вам крупно повезло, что с вами Онса. Не ошибусь, если скажу, что она лучшая женщина–адвокат в нашем штате.

– Вы слишком добры, – миссис Куинн неподдельно смутилась. Ей была приятна похвала старшего и опытного законника.

– Ничуть. Это правда. Ну, мне нужно идти, – произнес Георг и удалился, оставив спутников девушки в недоумении.


Слушание оказалось отличной репетицией к иску о компенсации за время, проведенное в плену. После вступительной речи адвокат Гонзалес вызвал на свидетельское место истицу.

Миссис Митчелл рассказала душещипательную историю, о том, как она полгода искала своего пропавшего без вести сына, и как некая доктор Смирнофф выманила у нее тридцать тысяч долларов за возвращение ее мальчика.

– Скажите, миссис Митчелл, а сына вам вернули? – в свою очередь задал вопрос Грегсон.

– Сына вернули, но с меня содрали кучу денег, – женщина промокнула платком уголок глаза.

– Вопросов нет, – сказал Грегсон и вызвал доктора Смирнофф.

– Ответчик, назовите себя, – сказал судебный пристав, усадив девушку на свидетельское место.

– Я – Елена Смирнофф Куинн, доктор археологии, специалист по мертвым языкам университета Колорадо, – представилась Елена и, выдержав короткую паузу, добавила. – А также адвокат в Колорадо Спрингс.

В зале произошло оживление. Адвокат Гонзалес встрепенулся и с интересом посмотрел на девушку, а миссис Митчелл занервничала.

– Расскажите, как вы познакомились с мистером Митчеллом.

– Меня пригласили для перевода фресок в недавно открытом дворце в Юго–восточной Азии. Для расчистки заросших растительностью частей дворца нам понадобилось больше рабочих, поэтому я поехала за ними в ближайшую деревню. В деревне мне предложили купить работника и привели грязного белого мужчину в обносках неопределенного цвета. Лохмотья я определила как остатки нашей военной формы и заинтересовалась. Я объявила, что куплю любого, кто сможет своими ногами дойти до моей машины, и один из предложенных мне работников буквально притащил на себе человека, который впоследствии оказался Дэвидом Митчеллом. В это время мне позвонил руководитель экспедиции и сообщил, что рабочие больше не нужны. Однако дело было сделано, и я отвезла купленных мужчин в снятый мной дом. Там я поставила мистеру Митчеллу капельницу и обеспечила полный покой. Купленные мной мужчины оказались американскими солдатами, попавшими в плен. Когда в посольстве США им отказались помочь в возвращении домой, я привезла солдат на своем частном самолете. Деньги, полученные от миссис Митчелл, едва покрыли мои расходы на содержание и перевозку мистера Митчелла на родину. Мои слова могут подтвердить присутствующие здесь мастер–сержант Доусон, штаб–сержанты Маршалл и Тревис и сам сержант первого класса Митчелл.

– Прошу приобщить к материалам дела копии счетов и расчетов на содержание и перелет мистера Митчелла и других военнопленных, – Грегсон передал бумаги судебному приставу.

– Советник Гонзалес, у вас есть вопросы к доктору Смирнофф? – задал вопрос судья.

– Нет, ваша честь. Прошу вызвать в качестве свидетеля мистера Митчелла.

Грегсон не возражал. Митчелл кратко поведал о том, как попал в плен, о своей жизни рабстве, как упал в поле, а очнулся на диване в гостиной, и доктор Смирнофф ставила ему капельницу. На этом Гонзалес прервал его.

Грегсон попросил прояснить вопрос, как Митчелл попал домой, и Дэвид рассказал о пребывании в доме доктора Смирнофф и о перелете через Тихий океан. В заключение своей речи он в лицах описал скандал, учиненный матерью при выплате компенсации доктору Смирнофф.

Доусон, Маршалл и Тревис также рассказали, как попали к доктору и вернулись домой.

Присяжные единогласно вынесли вердикт «Невиновна».


Когда Елена садилась в машину, к ней подошел Митчелл.

– Мэм, я могу с вами поговорить? – спросил парень, заметно нервничая.

– Конечно, мистер Митчелл, – девушка попросила подождать ее и заверила своих спутников, что это ненадолго.

Адвокат и Митчелл отошли к углу здания Правосудия.

– Я хотел извиниться за маму, – Дэвид смутился, не зная, куда деть руки. – Она очень любит судиться, неважно из–за чего. Я узнал об иске слишком поздно и не успел ей помешать.

– Все в порядке, мистер Митчелл, – ободряюще улыбнулась его спасительница. – Я получила свои деньги, и вы ничего мне не должны.

– Вы ошибаетесь, доктор Смирнофф или правильнее адвокат Куинн? – уточнил бывший сержант, путаясь в обращениях.

– В деловых кругах я больше известна как миссис Куинн, – пояснила девушка, поправляя ремешок сумочки.

– Миссис Куинн, я должен вам за свою жизнь и свободу, и никакие деньги этот долг не покроют, – горячо заверил ее Дэвид.

Заиграла мелодия «Тореадор, смелее в бой», и девушка поднесла к уху извлеченный из сумочки сотовый.

– Поняла. Спасибо, Мюррей, – сказала она и, повесив трубку, вернулась к разговору с Дэвидом. – Мистер Митчелл, звонил мой личный помощник. В понедельник в полдень слушается дело о взыскании с государства компенсации вам и вашим товарищам за проведенное в плену время. Я буду вам крайне признательна, если приедете на слушание.



***

Дело о военнопленных Елена выиграла. Видеозаписей, счетов и расчетов доктора Смирнофф, а также показаний Доусона, Маршалла, Тревиса и Митчелла оказалось достаточно, чтобы суд вынес решение в их пользу. Каждому из них присудили по пять миллионов долларов компенсации. Миссис Куинн, разумеется, получила свой процент и начала раздумывать о выкупе здания, в котором располагался ее офис. Маршалл и Доусон рассчитались с ней за возвращение домой. Терри полностью выплатил оставшуюся сумму за дом и автомастерскую.


На открытие своего предприятия Терри пригласил свою бывшую хозяйку. Как оказалось, не зря.

Только Терри поднял ворота, к автомастерской подъехал джип, и из него вышли два крупных латиноамериканца.

– Мистер открывает дело в нашем районе, – произнес тот, что повыше. – Надеюсь, мистер не забыл, что нужно заплатить за охрану Яго?

– Что еще за Яго? – поинтересовался Маршалл, незаметно доставая из багажника монтировку. Назревала драка.

– Хосе, Мигель, рада вас видеть, – из–за спины здоровяков раздался спокойный женский голос. – Как поживает твоя матушка, Мигель, давно ее не видела.

– Спасибо, миссис Куинн. Благодаря вашей помощи, она провела месяц в санатории, и спина у нее как новая, – высокий латинос повернулся и вежливо кивнул Елене.

– А как дела у твоей сестры, Хосе? – обратилась девушка ко второму мужчине.

– Она по вашей рекомендации поступила на курсы и сейчас работает медсестрой в нашей больнице, – коренастый латинос тоже ей поклонился.

– Приятно слышать, – проговорила леди, щелкнув застежкой сумочки. Здоровяки нервно вздрогнули, чем сильно удивили Терри. – Джентльмены, передайте Яго от меня привет и напомните, что эта автомастерская и все, что находится на этой улице – моя территория. Вы отделались предупреждением. Надеюсь, Яго еще помнит, какова Онса в гневе. Не смею вас больше задерживать.

Громилы запрыгнули в джип и умчались.

– Не думал, что вас так боятся бандиты, миссис Куинн, – Терри восхищенно присвистнул и убрал монтировку обратно в багажник.

– Я живу в этом районе уже больше десяти лет, с тех пор как купила дом. Как только я открыла свой первый адвокатский кабинет на этой улице, ко мне тоже пришли Хосе и Мигель. Я настояла на личной встрече с местным авторитетом и объяснила, что собираюсь и дальше жить в этом районе, все мои клиенты – жители этого района, и в его интересах оставить меня в покое.   А иначе, если его родне понадобиться адвокат, я откажу в помощи. Направленный в лоб пистолет на меня впечатления не произвел. А когда он пообещал убить моего сына, я объявила что вырежу его семью. Он поверил. С тех пор многие местные на свободе только благодаря мне, и ни один человек Яго со мной не связывается.

– Вы удивительная женщина, миссис Куинн, – произнес Маршалл и пригласил ее внутрь.



Глава 4. Свидание втроем

В конце июля Терри Маршалл устроил на веранде барбекю и пригласил Елену с Доусоном отпраздновать новоселье. Девушка делала салат, Терри жарил мясо, Рой собирал садовую мебель.

За столом зашел разговор о личной жизни, и Рой предложил выпить за удачу в любви. Они чокнулись пивными бутылками, и Терри пригласил девушку на свидание. Она согласилась.

– А почему ты ведешь миссис Куинн на свидание? – возмутился Рой, со стуком ставя полупустую бутылку на стол.

– Потому, что вы, мистер Доусон, меня не приглашаете, а мистер Маршалл пригласил, – улыбнулась Елена, подцепляя вилкой кусок хорошо прожаренного бифштекса.

– Мэм, называйте нас по имени. Вы имеете на это право, как наша хозяйка, – потребовал Терри, накладывая в тарелку салат.

– Я не хозяйка, – возразила девушка. – Вы оба полностью со мной расплатились.

– Вы спасли нам жизнь и вернули домой, этот долг мы никогда не выплатим, – согласился с Маршаллом Рой, доставая из холодильника еще пиво.

– Что, ты собираешься делать со своими миллионами? Уволишься и уедешь на Гавайи?– спросила Елена у Доусона.

– Увольняться я не собираюсь, а деньги нужно куда–то вложить, – брюнет озадачено почесал затылок, любуясь своей собеседницей. – У вас есть какие–нибудь идеи, мэм?

– Я по работе нередко прибегаю к услугам частных детективов и иногда нанимаю охрану для своих клиентов, – пододвинув к себе миску салата, сказала адвокат. – Вот я и подумала, почему бы не создать свое детективное агентство, помещение у меня имеется. Я недавно выкупила здание, где находится мой офис. В доме четыре этажа. На втором, напротив моего офиса, есть большое пустое помещение, там можно разместить агентство. Юридическое оформление и кадровую работу я беру на себя.

– Отличная идея, мэм, – парни отсалютовали бутылками с пивом.

На следующий день в реестре торгового суда появилась запись о регистрации новой публичной компании: «Детективное агентство Куинн и Доусон Инкорпорейшн».



***

Почти год Маршалл не общался с женщинами и сейчас чувствовал себя не в своей тарелке. Протрезвев после барбекю на свежем воздухе, блондин усомнился в разумности идеи свидания. Терри немного пугала спокойная уверенность привлекательной, знающей себе цену девушки, и в тоже время кружила голову. Чем автомеханик мог развлечь образованную леди, преуспевающего адвоката? Не сорить же деньгами, приобретенными не без ее активного участия? Язык у Терри был не слишком подвешен, значит, увлечь интересными рассказами не вариант. Салли, местная красавица, за которой Маршалл ухаживал еще со школы, любила поболтать, и от кавалера требовалось только умение слушать и вовремя поддакивать. С этим немногословный блондин отлично справлялся, но вряд ли такое поведение уместно с жительницей мегаполиса. Воспоминание о бывшей пассии, не дождавшись его выскочившей замуж, не прибавляло бывшему сержанту энтузиазма. Незнание местных достопримечательностей затрудняло выбор развлечений и вопрос, куда сводить леди, стоял довольно остро. Промучившись неделю, блондин решил отдать инициативу в ручки своей дамы, рассудив, что ей лучше знать, где можно провести теплый летний день.

В субботу утром Терри припарковал свой кабриолет на лужайке перед домом миссис Куинн и поднялся на крыльцо.

– Привет, – Рой открыл, раньше, чем раздался стук в дверь. Оглядев нарядного приятеля, он ухмыльнулся. – Ты рановато явился. Твоя дама еще не собралась.

– Думаешь, рано? – Терри вскинул руку и взглянул на циферблат новенького бове. – Напугал! Одиннадцать утра. Я приехал, как договаривались. Если ты не против, я подожду Елену в гостиной.

– Не стоит, – послышался веселый женский голос. – Я готова. Мы можем ехать, как только мистер Доусон соизволит освободить дверной проем.

Брюнет, посмеиваясь, отступил в сторону, отвесил шутливый поклон в сторону лестницы, да так и застыл в неудобной позе, таращась на неспешно спускающуюся девушку. Маршалл восхищенно ахнул разительной перемене в облике соседки. Елена сменила привычный деловой костюм на легкомысленное воздушное платье персикового цвета, опоясанное кожаным ремешком. Расклешенная юбка при ходьбе чуть приоткрывала колени. Тонкая витая цепочка с кулоном–капелькой розового кварца выглядывала из неглубокого декольте. Мерный стук белых лодочек по плиткам прихожей вернул мужчин из сладкого наваждения к грубой реальности.

– Мистер Маршалл, вы идете, или планируете провести весь день, украшая собой мой холл? Лучшего украшения и придумать сложно, но у нас, кажется, запланировано свидание. Или вы передумали? – подмигнула девушка, беря со столика у двери бежевую сумочку, и обратилась к своему постояльцу. – Мистер Доусон, до вечера дом в вашем распоряжении. Если решите устроить вечеринку, потрудитесь убрать ее последствия до моего возвращения.

– Нет, мэм. Все в силе, – Терри поспешно распахнул дверцу автомобиля и, стараясь скрыть волнение, небрежно спросил. – Куда вас доставить, прекрасная леди?

– В зоопарк, пожалуйста, – в тон ответила Елена, устраивая на пассажирском сидении.

– Традиционное начало детского уикенда, – ехидно заметил Рой, распрямившись, и усмехнулся. – А потом рванете в парк аттракционов?

– Все может быть, мистер Доусон. По теории вероятности вообще возможно все, что угодно, – рассмеялась миссис Куинн, бросая на него лукавый взгляд. Терри вместо ответа ударил по газам, и вишневый кабриолет умчался вверх по улице. Брюнет проводил его задумчивым взглядом и достал из кармана сотовый.



***


Гуляя по тенистым тропинкам зоопарка, Маршалл с Еленой вышли к клеткам с хищниками. Посреди первого на их пути вольера лениво развалился на траве и, прикрыв глаза, грелся на солнышке крупный красновато–рыжий зверь с черными розетками на шкуре.

– Это Panthera Onca – ягуар или американский тигр. В его честь я получила свое прозвище, – девушка томно прислонилась спиной к бетонной опоре клетки и медленно убрала за ушко упавшую на щеку прядку, уложенных красивыми волнами распущенных волос. Терри послушно взглянул на пояснительную табличку и, якобы случайно, сделал шаг вперед, нависая надо своим «гидом».

– Как вышло, что столь очаровательная девушка получила такое прозвище? – поинтересовался он, кладя ладони по обе стороны от прелестной головки. Миссис Куинн обняла его за шею, и когда их губы почти соприкоснулись…

– А действительно, как это случилось? – раздался насмешливый голос Доусона.

Момент был испорчен. Терри отпрянул от девушки и злобно зыркнул на скалящегося в ухмылке рослого брюнета.

– Мистер Доусон, что вы тут делаете? – спросила Елена, кладя руку на грудь Маршалла и удерживая его подальше от Роя. «Только драки мне здесь не хватало», – подумала она, видя, как сжались в тонкую линию губы ее кавалера.

– Зовите меня Рой, мэм. Я давно не был в зоопарке. Вот решил прогуляться, зверюшек посмотреть, – произнес Доусон, с вызовом глядя на Терри. Блондин одарил его сердитым взглядом и собственнически привлек к себе свою спутницу. Эта игра в гляделки Елене не понравилась. «Если им кажется, что я приз или нарядная кукла, то они просчитались», – обиделась она.

– Джентльмены, вы можете до заката выяснять: кто из вас альфа–самец и кто с кем встречается. Но без меня, – Елена решительно отодвинула руку Терри и отступила к тропинке в серпентарий. – Меня брачные битвы самцов уже не возбуждают. Счастливо оставаться.

Полюбовавшись на ошарашенные лица мужчин, девушка направилась к павильону с рептилиями.



***

– Ну и что ты здесь забыл? – процедил Терри, прожигая приятеля яростным взглядом. – Сегодня она моя. У тебя была куча возможностей, чтобы предложить леди встречаться. Ты ими не воспользовался, а теперь портишь мне свидание. Вали отсюда, по–хорошему.

– А то что? – набычился Рой, сжимая кулаки. – Устроишь драку в двух шагах от детской экскурсии? Слышишь, они скоро будут здесь.

Терри повернулся в указанном направлении, не теряя из виду противника. Со стороны серпентария слышались голоса. Минуту спустя из–за деревьев показалась грузная фигура экскурсовода, окруженная толпой туристов в ярких гавайских рубашках с фотоаппаратами на шее. Шумно обсуждая размеры рептилий, посетители двинулись к клеткам с хищниками и могли помешать выяснению отношений.

– Ты прав, здесь не место для разборок, – миролюбиво сказал Маршалл, пряча под длинными ресницами ярость. – Закончим разговор на моем заднем дворе. Сейчас есть дело поважней. Найти нашу очаровательную леди, пока ее кто–нибудь еще не закадрил.



***

На выходе из зоопарка какой–то тип попытался вырвать у Елены из рук сумочку. Крепкий ремешок, оплетающий золотистую цепочку, который девушка успела обернуть вокруг запястья, не позволил воришке скрыться с добычей. Убедившись, что быстро поживиться не удастся, парень выщелкнул выкидной нож.

– Отпусти сумку, сука, – бросил он, угрожающе размахивая клинком. Елена отрицательно покачала головой, прикидывая варианты решения проблемы. В сумочке не было ничего особо ценного: кошелек с карточками, чековая книжка, расческа, косметический набор и мобильник. Ради последнего стоило побороться. В памяти смартфона хранились номера знакомых оборотней, которым совершенно не к чему раскрытие их второй сущности. Среди этих людей встречались весьма влиятельные особы.

– Отдай, а то порежу, – парень полоснул по ремешку, но нож только звякнул по звену цепочки. – Ах ты…

Договорить грабитель не успел, на его плечи легли тяжелые руки бывших «зеленых беретов».

– Он вам досаждает, леди? – поинтересовался Рой, сгребая нападавшего в охапку.

– Маленькой красивой леди опасно ходить в одиночку, – сказал Терри, возвращая Елене сумочку, которую он отобрал у незадачливого грабителя.

– Спасибо за помощь, джентльмены. Избавьтесь от этого субъекта и продолжим наше свидание уже втроем, – Елена перекинула ремешок через плечо и поправила растрепавшуюся прическу. Маршалл подогнал машину, усадил миссис Куинн на переднее сидение и, помахав сопернику ручкой, собрался снова газануть. Рой разжал руки и, как только незадачливый грабитель испарился, запрыгнул в отъезжающий автомобиль.

– А ты куда? – рыкнул блондин, не отрывая взгляд от дороги. – Тебя не звали на прогулку.

– Мэм, одно ваше слово, и я покину машину прямо на ходу, – воззвал Рой к милосердию девушки, привставая. – Мне уйти?

– Сядь, Доусон, и не привлекай внимание дорожной полиции, – смеясь, одернула брюнета Елена. – Мистер Маршалл, на перекрестке сверните направо, затем три мили прямо и налево. Джентльмены, я приглашаю вас отобедать в премилое местечко.



***

После залитой палящим солнцем улицы общий зал маленького мексиканского ресторанчика, расположенного в полуподвале, казался темным и уютным. Тихо шумящий кондиционер дарил прохладу измученным летним зноем немногочисленным посетителям. Деревянные столики в деревенском стиле манили присесть и отдохнуть после утомительной прогулки.

– Добрый день, мистер, какой столик предпочитаете? – обратился официант, невысокий мексиканец в полосатом пончо, к смеющемуся брюнету, одному из здоровяков, вошедших в ресторан под ручку с хорошенькой русоволосой девушкой.

– С видом на горы, пожалуйста, – ответила красотка, хотя ее никто не спрашивал. Второй мужчина, плечистый блондин жестко произнес: – Вы слышали? Леди желает с видом на горы.

– Конечно, конечно, – засуетился мексиканец и шустро проводил компанию к столику у окна.

– Так все–таки, почему вам называют Онса, мэм? – спросил Рой, когда официант принял заказ и ушел на кухню.

– Такое объяснение устроит? – девушка убедилась, что их компания не привлекает ненужного внимания, и приподняла легкий рукав, доходивший почти до локтя. С девичьего плечика на мужчин оскалился разлегшийся на зеленой ветке брат–близнец пятнистого зверя, возле клетки которого они чуть не подрались.

– Ошибка юности? – посочувствовал Терри, сцепляя ладони в замок, чтобы удержаться от соблазна погладить бархатистую кожу.

– Память о трагедии в джунглях, – возразила Елена, опуская ткань.

– Неудачная экспедиция? – поинтересовался Доусон, отщипывая кусок тортилии, традиционно стоящей на краю столика.

– Можно сказать и так, – помолчав, миссис Куинн тихо заговорила. – Дюжину лет назад в самый разгар сезона дождей мой Хьюи перевозил две огневые группы морской пехоты с авианосца на базу в Латинской Америке и, не дотянув до места назначения, рухнул посреди тропического леса. Мой муж, мастер–сержант Андрес Куинн принял решение доставить выживших солдат, включая меня и капрала пулеметчика, на базу пешком. По дороге мы попали в засаду повстанцев, наряженных в шкуры ягуаров, – о превращении индейцев в зверей она благоразумно умолчала. «Все равно не поверят», – решила она и закончила рассказ словами. – Нам с пулеметчиком удалось отбиться, а вот Андрес и парни погибли. В городке, где нам посчастливилось достать транспорт, местные предупредили о рыщущих поблизости ночных демонах – людях–ягуарах и посоветовали приобрести подвески–обереги в виде пятнистых котов. Как ни странно, но с этими оберегами мы благополучно добрались до базы. Капрал набил себе памятную татуировку с ягуаром сразу после рапорта о случившемся, а я вскоре после рождения сына.

– Мне очень жаль, мэм, – сказал Маршалл первое, что пришло в голову. Сержанту тоже пришлось пережить гибель товарищей по оружию и смерть отца, поэтому он отлично понимал горе этой отважной леди.

– Не стоит. Это случилось давно, и боль уже притупилась, – Елена мрачно пододвинула к себе стакан содовой и сделала глоток.

– Искренне сочувствую вашей утрате, мэм, – напомнил о себе брюнет. – Но это не объясняет, почему адвокат в Пуэбло назвал вас Онсой.

– Это очень забавная история, – девушка повеселела и, улыбаясь краешками губ, спросила. – Мистер Доусон, вы не обращали внимание, что изображено на водительской дверце моего автомобиля?

– Нет, мэм. Я обычно езжу на пассажирском сидении, – подумав, ответил Рой. – А разве там аэрография?

– Лет восемь назад у моего соседа Альфонса Гарридо, у которого мистер Маршалл приобрел дом, случилось несчастье, – загадочным тоном начала рассказ Елена. – Альфонс чем–то обидел члена подростковой банды, и как–то вечером в окно его кухни влетела бутылка с зажигательной смесью. К счастью пожарные приехали быстро, и дом почти не пострадал. Я по–соседски помогла мистеру Гарридо взыскать со страховой компании компенсацию. В благодарность Альфонс провел бесплатную диагностику моего «Tahoe». Да, мой джип старше, чем кажется. Я его купила уже двухлетним. Выезжая из полутемного гаража автомастерской, я и не подозревала, насколько велика благодарность моего соседа. Меня просветил соседский мальчишка из семьи бразильских эмигрантов, игравший с друзьями неподалеку. Увидев мою машину, он начал кричать: «Onca pintada!». В переводе с португальского это означает «ягуар». К тому моменту, как я добралась до своего дома, вся улица знала, что на моем джипе нарисован ягуар. Буквально через пару дней мать одного из местных хулиганов попросила меня спасти ее сына от обвинения в угоне. Этот оболтус встретил меня радостным воплем из «обезьянника»: «Утритесь, копы. За мной пришла Онса–пинтада». Похожих случаев было несколько, и полицейские подхватили это прозвище. Потом я отстояла в суде законность владения детенышем ягуара хозяина частного зверинца. Журналист, освещавший процесс, назвал меня защитницей ягуара, ошибочно поместив латинское название ягуара рядом с моей фамилией. В результате за мной закрепилось это кличка. С тех пор коллеги и криминальный мир называют меня Онса.

Вернувшийся с заказом официант прервал рассказ девушки.



***

Остаток дня Елена, Терри и Рой провели втроем, гуляя в Саду богов. Девушка целовала то одного парня, то другого, и никто не был в обиде. Вечером они пили чай у нее на кухне. Ближе к ночи троица поднялась в спальню Елены (она же кабинет) посмотреть сделанные за день фотографии. Войдя в комнату, девушка машинально заперла дверь и повесила ключ на гвоздик у двери поверх кипу (узелкового орнамента инков). Просмотрев и залив понравившиеся снимки парням в телефоны, она присела на кровать и отключилась.

Открыв глаза, Елена обнаружила, что уже утро воскресенья. Она лежала в центре собственной кровати в одежде, с одной стороны ее обнимал Терри, с другой – положив руку на ее бедро, спал Рой. Решив, что видит сон, девушка снова закрыла глаза. Да не тут–то было. «Вставай, красавица, проснись!» – шепнул ей на ухо Терри. Она окончательно проснулась и села.

– Джентльмены, что вы делаете в моей постели? – девушка не столько сердилась, сколько была озадачена. Она, конечно, надеялась на такой исход вечера, но честно говоря, не верила.

– Некая леди вчера заперла дверь и заснула. Поэтому наш выбор был небогат: заночевать или на полу, или на кровати. Разумеется, мы выбрали кровать и общество очаровательной леди, – подмигнул Рой.

Елена поднялась с постели и подергала дверь. Заперто. Девушка подняла глаза и обнаружила, что ключ висит на месте поверх кипу.

– Джентльмены, у меня смутные подозрения, что вы не очень-то рвались на свободу, – ехидно заметила миссис Куинн. обернувшись.

– Мы обшарили всю комнату, но ключа нигде не нашли. Значит он у тебя, – обиженно протянул Терри.

– Так вот почему ты обыскивал мое декольте, лапая грудь, – поддела она, подходя к постели. – А Рой искал под юбкой.

Мужчины смутились и отвели глаза.

– Ключ все время висел возле двери, – миссис Куинн выразительно похлопала ладошкой по кипу и коварно улыбнулась. – Джентльмены, вы уничтожили мою самооценку. Провели ночь в моей постели и даже не попытались соблазнить. Я требую более детального обыска с изучением самых сокровенных тайников моего тела, а иначе ключа вам не видать.

– Мэм, это шантаж, – возмутился Рой.

– Нет, деловое предложение. Ни хочешь, не надо. Уговаривать не буду, – на глазах изумленных парней Елена сняла юбку и блузку, кинула им – «Нате, обыскивайте» и в одном белье удалилась в ванную комнату.

Через пару минут в душевую кабину постучали. Снаружи стоял Терри в одних трусах–плавках.

– Мэм, можно я потру вам спинку? – он смущенно улыбнулся.

«Хорош, – подумала Елена, разглядывая рослого широкоплечего тридцатилетнего блондина. За последний месяц он вернулся в форму и стал еще привлекательней. – Почему бы не пустить его? У меня уже месяца четыре мужчины не было, а этот очень даже в моем вкусе».

– Заходи, – девушка посторонилась. Терри быстро разделся и шагнул под душ.

– Мне нужно с вами поговорить еще с Гаймона, – намыливавший Елене спину, парень вдруг задержал мочалку на пояснице.

– Нам не о чем говорить, – девушка поерзала, побуждая его продолжать, и ее спина ощутила прикосновение некоей части Терри, а ведь он стоял отнюдь не вплотную. – Твои пристрастия в сексе – это твое личное дело. Никто не вправе судить или осуждать, если от этого никому нет вреда.

– Ты правда так думаешь? – от волнения он перешел на ты.

– Я действительно считаю – если двое получают удовольствие от секса, никого не касается, как они этого добиваются.

–Ты не могла бы повторить то, что сделала тогда в отеле, – взмолился Маршалл, мочалка куда–то делась, и девушку намыливали его большие сильные ладони. Его руки скользили по всему телу Елены, не касаясь только интимных мест.

Девушка повернулась к нему, полила на руки жидкое мыло и взбила пену. Прижавшись к телу блондина так, что его вздыбленное достоинство уперлось ей в живот, Елена провела мыльным пальчиком между половинками. Терри задрожал от возбуждения. Палец скользнул внутрь, нащупал и погладил упругий бугорок. Терри застонал, его руки накрыли грудь девушки, а стояк потерся об нее живот. Палец входил и выходил из его зада, задевая простату, к нему прибавился еще один палец и еще. Парень выгнулся и стал насаживать сам себя на пальцы, двигая бедрами. Другой рукой девушка накрыла его достоинство, прижимая к животу. Ловкие пальцы быстрее заскользили внутри мужчины, рука активнее задвигалась по стояку, Терри заорал, кончил на Елену и в порыве чувств упал на колени.

– Хозяйка! Спасибо, моя хозяйка, – прохрипел он, целуя ноги девушки и пытаясь прийти в себя после сокрушительного оргазма.

– Бедный парень, что же с тобой делали в плену, – девушка погладила его по голове, мокрой от душа.

– Все, что хотели. Днем я работал на рисовом поле, а вечером отправлялся в яму под хижиной. Хозяин овдовел за пару месяцев до моего пленения. Купив меня у повстанцев, он обрел и работника и средство снимать напряжение. Три раза в неделю он доставал меня из ямы и вместе с сыновьями насиловал. Теперь я не могу обходиться без анального секса, но мужчину к моей заднице и на пушечный выстрел не подпущу. Я и приставал–то к тебе только чтобы убедиться, что я не гей и меня еще интересуют девушки.

– И какой вывод?

– Интересует одна девушка. Это ты, хозяйка. Я все для тебя сделаю, буду бесплатно чинить твою машину, присматривать за сыном – у тебя очень смышленый мальчуган, если ты будешь трахать мою задницу, хотя бы раз в неделю.

– Где ты видел моего сына? – девушка отстранилась.

– На ранчо Куиннов. Я заезжал туда в четверг. Ты здорово ездишь верхом.

– Договорились, я тебя имею, а с тебя ремонт машины и присмотр за Ником в любое время, когда мне это нужно.

– Как пожелаешь, хозяйка, – Терри поцеловал ее сокровенное место.

В душевую кабинку постучали.

– Эй, чем это вы так долго занимаетесь? – голый Рой распахнул дверь и вошел. К счастью сперма с тела девушки уже смылась душем.

– Девушку моем, – ответил Терри и лизнул клитор. Елена вздрогнула.

– Кто же так моет, – Рой взял шампунь и намылил ей голову. Терри длинным движением снова лизнул. Она застонала. Рой быстро вымыл голову и начал ласкать грудь хозяйки мыльными руками. Девушка блаженствовала: Рой целовал шею и ласкал грудь, Терри лизал клитор и играл пальцами в вагине. В какой–то момент ее накрыла волна удовольствия и, если бы не Рой, она рухнула бы на дно кабины.

– Джентльмены, я жажду продолжения банкета. Перебираемся в постель, – дрожащим от пережитого оргазма голосом объявила девушка и вышла из кабинки, держась за стену.

Елену еще пошатывало, но она уже могла стоять ровно. Она завернулась в махровый халат и, кинув парням полотенца, ушла в спальню и забралась на кровать. Терри взглянул на вставшее достоинство Роя и пулей вылетел следом за девушкой, на ходу вытираясь. Рой посмотрел им вслед, спокойно вымылся и только потом пошел в спальню. Когда он появился, Елена и Терри уже вовсю играли в шесть на девять. Рой усмехнулся и присоединился к веселью. Кончили они одновременно, и потом долго лежали в обнимку.

– Я в полном восторге, – с третьей попытки произнесла она. – Надо как–нибудь повторить и вместе, и с каждым в отдельности.

В следующие выходные Елену вновь пригласили на свидание, на этот раз мужчины сделали это оба одновременно.




Глава 5. Поездка в Косово

В пятницу Елена и Рой вернулись домой довольно поздно. Рой сразу ушел на кухню разбирать покупки и готовить ужин, а девушка присела на диван в гостиной. День выдался тяжелый: составление завещания скандальному деду, два слушания в суде, обсуждение с подрядчиком планировки нового агентства и сроков работ, выбор мебели, утверждение макета объявления о наборе сотрудников и сроках его размещения и знакомство с резюме кандидатов на должность адвокатов, присланные выпускниками юридической школы. После выигрыша дела о военнопленных миссис Куинн стала пользоваться популярностью, и многие студенты мечтали поработать у столь успешного адвоката.

Только она устроилась перед телевизором, раздался звонок в дверь. На крыльце стоял высокий смуглый брюнет в форме полковника ВВС США, в руках он держал металлический дипломат.

– Капитан Смирнофф? – уточнил полковник, его внимательный взгляд изучающе оглядел невысокую круглолицую девушку в юбочном деловом костюме и, похоже, остался доволен осмотром.

– Да, это я, – устало ответила Елена.

– Полковник Джонсон, – представился офицер. – Могу я войти, мэм? У меня дело чрезвычайной важности.

Девушка впустила гостя и пригласила в гостиную.

– Чем обязана визитом?– спросила она, опускаясь в кресло.

– Мэм, мне недавно стало известно, что вы вернули на родину четырех пропавших без вести «зеленых беретов», – начал полковник, положив свою ношу на журнальный столик. – Я навел о вас справки и пришел к выводу, что вы – то, что мне нужно.

– Чем же скромный адвокат или даже доктор археологии может вам помочь? – без интереса проговорила Елена. Откровенно говоря, ей была без разницы цель визита гостя, но служба в Национальной Гвардии штата обязывала принимать подобных визитеров.

Джонсон открыл «дипломат» и достал папку.

– Тринадцать лет назад ваш вертолет был сбит над джунглями Гватемалы. Из дюжины морских пехотинцев и пилота до цивилизации добрались только вы и капрал Джордан – сейчас он уже первый сержант. Он мне вас и рекомендовал. Четыре года назад вы были в Конго с экспедицией, искавшей копи царя Соломона – копи, судя по всему, не нашли, но экспедиция добралась до Габона в полном составе, несмотря на гражданскую войну в стране, плюс два французских легионера, пропавших за месяц до этого, вернулись домой. Три года назад вы делали перевод в какой–то христианской пещере на африканском роге. Итог – освобожден русский танкер и уничтожено гнездо пиратов. Два года назад вы переводили фрески в непальском храме – три британских солдата, пропавших без вести, увидели свой дом.

Год назад вы участвовали в экспедиции в Сахаре, об этом случае даже в прессе писали. У руководителя экспедиции возникли разногласия с вождем племени туарегов. Молодой воин украл вашего сына, а вы догнали его и притащили на веревке, заявив «Любой, кто обидит моего сына, сильно об этом пожалеет». Разногласия тут же были решены. С тех пор вас называют «Львица пустыни». В этом году вы ездили в Бирму – в качестве сувениров привезли четырех «зеленых беретов», которых вооруженные силы потеряли полгода назад.

– К чему вы клоните? – равнодушно спросила Елена.

– Вы отличный пилот и очень смелая женщина. В криминальной среде вас зовут не иначе как «Onca–pintada» – ягуар. Мне требуется ваша помощь, мэм, – полковник захлопнул папку и убрал в «дипломат».

В гостиную заглянул Рой. Поверх джинсов и футболки на нем был надет фартук.

– Мэм, у вас все в порядке? – он смерил полковника недобрым взглядом.

– Рой, это полковник Джонсон. Полковник, это мастер–сержант Доусон – один и привезенных из Индокитая «зеленых беретов», – представила она мужчин друг другу. – Он снимает у меня комнату над гаражом. Все нормально, Рой.

– Если что, я на кухне, – Доусон послал полковнику предостерегающий взгляд и прикрыл дверь в гостиную.

– Он ваш парень? – поинтересовался Джонсон, занимая соседнее кресло.

– Это вас не касается, – отрезала Елена. – Какая помощь вам нужна?

– Мой сын служит в Косово в войсках миротворцев. Две недели назад он не вернулся из увольнительной в Призрене, – объяснил гость, нервно постукивая пальцами по подлокотнику. – Расследование, проведенное военной полицией, не дало результатов.

– Ничем не могу помочь. В восточной Европе и России не работаю, – резко ответила девушка. – Обращайтесь к наемникам.

– Обращался, – невесело вздохнул полковник и махнул рукой. – Мне назвали цену в миллион долларов без гарантии возвращения сына живым.

– Думаете, я возьму дешевле? – хозяйка откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди. – Я вообще не спасаю людей по предварительной договоренности. Я – археолог и адвокат, а не спецназ и наемники.

– Семь лет назад некая лейтенант Смирнофф на самолете колумбийских повстанцев вывезла из Колумбии дочь сенатора и команду «зеленых беретов», отправленных на ее спасение и застрявших в сельве, так как присланный за ними вертолет был сбит колумбийцами, – как бы между прочим, сказал Джонсон. – «Зеленые береты» до сих пор посылают ей открытки на Рождество, Онса.

– Это другое, – возразила Елена. – Совсем другое.



***

Август 2005 года. Департамент Какета. Колумбия

– Чем ты думал? Каким местом ты размышлял, когда согласился доставить груз в Колумбию, не посовещавшись со мной? – стоя на взлетном поле возле «пташки», Елена распекала Джерри Льюиса, пилота и по совместительству своего компаньона. Мужчина виновато сутулился, молча снося ругань девушки, даже не пытаясь оправдаться. – Какого черта ты вообще взялся за этот контракт? Мы же договаривались, что ты ничего не подписываешь, пока я не проверю документы.

– Мне предложили очень хорошие деньги за доставку партии груза в Колумбию, – негромко ответил Джерри, изучая свои ботинки. – Ты была в суде, а клиент требовал ответ немедленно. Я решил, что…

От дальнейших объяснений его спас звонок спутникового телефона.

– Елена Смирнофф? Добрый день, мэм, это Джордан. Вы еще в Колумбии? – раздался в трубке неспешный голос сержанта морской пехоты, с которым Елена все еще поддерживала связь. Отправляясь в Колумбию выручать Джерри, которого арестовали вместе с «пташкой» за контрабанду, она на всякий случай сообщила свое место нахождения бывшему сослуживцу. Девушка без труда въехала в страну и путем переговоров и банального подкупа должностных лиц выручила своего компаньона и самолет.

– Привет, Крис. Пока да, но через полчаса отбываю в штаты, – ответила она, и Джерри, поняв намек, занялся подготовкой «пташки» к вылету.

– Мэм, у меня к вам полуофициальная просьба, – Джордан замялся, формулируя фразу. – В общем, несколько ребят из соседнего подразделения застряли в сельве. В населенные пункты они по определенным причинам соваться не рискуют… Очень нужно их выручить.

– Нужно, значит, нужно, – тяжело вздохнула девушка. Елене не слишком хотелось тащиться в тропический лес, но отказывать человеку, который помог ей выжить в джунглях, было неловко. – Крис, дайте им мой номер телефона. Пусть звонят и объясняют ситуацию сами.

– Спасибо, мэм. С ними спасенная заложница. Если не затруднит, привезите для нее какую–нибудь одежду. Я в долгу не останусь, – произнес с явным облегчением Джордан и отключился.

– Джерри, возвращайся в штаты один, – велела она, поднявшись в самолет с чемоданом в руках. – У меня здесь есть еще дела.

– Как скажешь, босс, – откликнулся мужчина из кресла пилота. Он был рад покинуть негостеприимную страну и улететь домой.

Отправив Джерри в США, девушка припарковала арендованный джип около маленького кафе на окраине городка под названием Солано и, устроившись за столиком, в ожидании звонка заказала кофе с пирожным.

– Добрый день, лейтенант Смирнофф, – произнес низкий мужской голос, едва Елена сняла трубку. – Это капитан Дуглас. Звоню по рекомендации сержанта Джордана. Нам сообщили, что вы можете решить наше затруднение.

– Слушаю вас, капитан…

Получив координаты места встречи и имя контактного лица, она расплатилась, посетила магазинчик одежды и направила джип по дороге, ведущей к Национальному парку.


Джордан описал обещанного пилота, как отличного военного специалиста, аккуратно посадившего сбитый Хьюи без человеческих жертв, и хорошего стрелка, великолепно державшегося во время перехода через джунгли. Поэтому когда на место встречи в сельве на джипе приехала маленькая пухленькая девушка в сарафане и мокасинах с небольшим рюкзаком на переднем сидение "зеленые береты приняли ее радушно.

– Леди, вы миз Смирнофф? – уточнил здоровенный светловолосый гигант в камуфляже. По ушам резанул гортанный выговор высокогорного шотландца.

– Да, я – лейтенант Смирнофф, обещанный пилот. А вы, я так понимаю – капитан Дуглас? – улыбнулась «пышка». – Сержант Джордан сказал, что с вами должна быть девушка. Я привезла для нее одежду.

Худая девушка с испуганным лицом, наполовину скрытым грязными растрепанными волосами неопределенного цвета в рваном платье, спотыкаясь на каблуках, вышла из–за кустов и подошла к джипу.

– – Одежду я выбирала по словесному описанию вашей фигуры сержантом, поэтому она может быть слегка велика. В рюкзаке есть влажные салфетки и шампунь для сухого мытья, если хотите помыться, – сказала лейтенант вдогонку скрывшейся в кустах с рюкзаком в руках девушке.

Мужчины деликатно отвернулись.

– Я капитан Дуглас, – подтвердил здоровяк. – Честно говоря, по рассказам Джордана мы ожидали тренированного парня, а не домохозяйку.

– Мой отец тоже был разочарован, что у него дочь, а не сын, – хмыкнула пилот, разглядывая спецназовцев.

– Лейтенант, вы, кроме сбитого Хьюи, на чем–нибудь еще летали? – спросил капитан с сомнением в голосе.

– Моя транспортная компания владеет несколькими небольшими двухмоторными самолетами, на одном из которых летаю только я, – ответила девушка без ложной скромности. – Кроме того, я пилотировала военно–транспортные самолеты и многоцелевые вертолеты Блэк Хоук и Кайова.

– Здесь неподалеку есть база повстанцев. Сможете угнать самолет? – поинтересовался один из солдат.

– Вполне возможно, – произнесла пилот, отмахиваясь от комара. – Доставьте меня к нему, а дальше уже моя забота.

«Зеленый берет» скептически хмыкнул, но через пару часов спецназовцы проводили Елену к базе повстанцев. На асфальтированной площадке посреди казавшего вымершим, по случаю обеденной сиесты, лагеря, стоял двухмоторный самолет.

– Капитан, я разбираюсь с самолетом, а вы доставляете девушку и своих людей на борт, – шепнула лейтенант Дугласу, и, прежде чем он успел возразить, вышла из–за кустов и направилась к самолету.

Почти сразу девушку окликнул дремавший у бунгало смуглый брюнет с автоматом Калашникова на шее, одетый в форму цвета хаки. Она ответила по–испански и продолжила свой путь. Колумбиец догнал Елену у самолета и схватил за руку. На глазах сидевших в укрытии спецназовцев, лейтенант повернулась к повстанцу, закинула свободную руку ему на шею и поцеловала. Парень растаял, обнял ее за талию и повел вдоль самолета, шепча непристойности. Выслушав шепот прильнувшей к нему девушки, колумбиец огляделся, убедился, что их никто не видит, и пропустил ее в самолет. Оказавшись в салоне, парень прижал свою новую знакомую к стене и полез под юбку. Девушка обняла его за шею и ударила коленом в пах, тот выронил автомат и с воем упал на колени. Недолго думая, лейтенант вырубила его ударом приклада по голове, и, убедившись, что самолет заправлен и полностью готов к отлету, завела двигатели. Через несколько минут в салоне уже были "зеленые береты" и девушка. Бросив через плечо «избавьтесь от тела», пилот вырулила на взлетную полосу. Тело еще не коснулось земли, а самолет уже набирал скорость. Лагерь загудел, как потревоженный муравейник. Из–за припаркованного в конце площадки джипа взлетная полоса оказалась чуть короче необходимой.

– В деревья не врежемся? – обеспокоенно спросил капитан, занимая кресло второго пилота. В ответ он услышал «Не выдай, Николай Угодник!», и самолет оторвался от земли, пройдя чуть выше крон деревьев.

– Куда летим, капитан? – весело поинтересовалась лейтенант.

– До Панамы дотянем? – вопросом на вопрос ответил Дуглас.

– На авианосец не сяду, у меня морская болезнь, – серьезно предупредила девушка и добавила. – А до Флориды доброшу.

Через четыре часа самолет сел на военной авиабазе в штате Флорида. За девушкой немедленно приехал сенатор, долго благодарил «зеленых беретов» и не поверил, что самолет вела девушка в сарафане, пока это не подтвердили десять парней и его собственная дочь.

– Лейтенант Смирнофф, вы самый безбашенный пилот, какого я встречал в своей жизни, – сказал капитан Дуглас, сажая девушку в транспортный самолет до форта Карсон, штат Колорадо. – Когда вы, не прячась, пошли к самолету, меня чуть инфаркт не хватил. Парни до сих пор обсуждают то, как вы избавились от охранника. А ваш безумный взлет с помощью какого–то «Николая». Где вы этому научились?

– Не какого–то, а любимого русскими Святого Николая. Русские мужчины предпочитают действовать, поминая мать, а я – Святого Николая, меня он еще не подводил, – с теплотой произнесла Елена и пояснила. – Я вдова, капитан. Живу с сыном в латинском квартале уже пять лет и работаю адвокатом. Как, по–вашему, я выжила бы и добилась уважения, не умея за себя постоять?

–, Если бы не вы, лейтенант, наша миссия была бы провалена, – признался Дуглас и, помявшись, спросил. – Как мы можем вас отблагодарить?

– Сделайте меня капитаном и присылайте открытки по праздникам, – предложила Елена, улыбаясь. – Например: на рождество и на день рождения.

– До свидания, лейтенант, – Дуглас пожал ей руку.

– Друзья называют меня Онса, – сказала девушка и поднялась по трапу в самолет.

Через месяц лейтенант Смирнофф стала капитаном. А на день рождения она получила десять открыток с поздравлениями, корзину тропических фруктов и плюшевого ягуара.



***

Наши дни. Дом Елены Смирнофф Куинн. Колорадо Спрингс

– Что мне сделать, чтобы вы передумали? – взмолился Джонсон. – Вы – моя последняя надежда.

– Я вам уже сказала, сэр, – жестко заявила Елена, вскакивая на ноги. – Я не поеду в бывшую Югославию, ни за какие деньги. Вы собрали на меня отличное досье. Только прижать меня вам нечем. Все мои поездки и действия абсолютно законны.

– Я вас умоляю, мэм. Дилан – мой единственный сын. Ему осталось служить всего две недели. – Полковник бухнулся на колени. Девушка отшатнулась. – У вас же самой есть сын. Вы знаете, каково это, когда пропадает ребенок.

– Когда украли моего сына, как вы верно сказали, я протащила туарега за конем по песку целую милю, – сказала она, борясь с жалостью к просителю. Не желая видеть его унижение, девушка отвернулась лицом к стене, украшенной фотографиями ее сына. – Встаньте. Как, по–вашему, я – гражданское лицо попаду в Призрен? А под каким предлогом? Это закрытая зона. Кроме того, мои шансы на выживание там стремятся к нулю.

– Но почему? – удивился Джонсон, возвращаясь в кресло. Он уже понял, что победил.

– Потому, что я русская, – горько произнесла Елена. – Эту нацию не жалуют в Восточной Европе, и особенно в Косово.

– Вы попадете в Косово вместе со свежим составом наших миротворцев, – ответил гость и принялся объяснять. – Вы – капитан морской пехоты, хотя и в резерве Национальной Гвардии. Я договорюсь, и вас возьмут на борт. В Косово вас встретят и проводят к командиру части Дилана. У вас форма есть?

Джонсон вскочил на ноги и забегал по комнате.

– Представьте, нет, – схитрила капитан. Кто же откажется получить комплект формы за просто так. – За лето я похудела, и приобретенная в прошлом году форма мне велика.

– Напишите мне размер, завтра вам ее доставят вместе со знаками различия.

– Под каким предлогом я, интересно, туда поеду?

– Вас пригласит перевести недавно обнаруженную на месте взрыва древнюю фреску настоятель православного монастыря.

– Действительно только что найденную? – усомнилась в его словах девушка.

– Действительно. Никто не знает, на каком языке надпись. А вы – одна из немногих специалистов по редким мертвым языкам. Фреской заинтересовалось ЮНЕСКО, поэтому вызов вам вполне официальный.

– Теперь главный вопрос, – Елена сделала драматическую паузу и произнесла. – Какой мне интерес вам помогать?

– Я – офицер по особым поручениям штаба воздушных сил США в Пентагоне, – надменно произнес полковник.

– И что? Мне какое до этого дело? – фыркнула капитан. – Я состою в кавалерийском эскадроне Национальной гвардии штата. Вы мне не начальник.

– Как насчет звания майора? – закинул удочку Джонсон.

– Договорились, – она написала свои размеры и отдала листок полковнику.

– Здесь вся информация о пропаже Дилана. Форму вам доставят завтра к полудню. В воскресенье вы вылетите из Форта Карсон, утром будете в Косово, – Джонсон достал еще одну папку и протянул Елене.

– Приятно было познакомиться, полковник Джонсон, – сказала девушка, закрывая за гостем дверь.

– Зовите меня Стивен, – ответил он, сел в машину и уехал.


***

В понедельник утром Елена прибыла в Косово. У трапа ее встретили два морских пехотинца.

– Капитан Смирнофф? Вас ожидает майор Гарсиа, мэм. Мы вас проводим, – девушку посадили в джип и доставили в штаб–квартиру американских миротворцев.

– Здравствуйте, капитан Смирнофф. Я – майор Гарсия, – сидевший за столом коренастый испанец в камуфляже был настроен весьма скептично. – Вы здесь по настоянию полковника Джонсона, хотя я не представляю, как женщина может помочь там, где опустила руки военная полиция.

– Честно? Я тоже не представляю, – откровенно призналась Елена. – Но полковник Джонсон почему–то уверен, что я справлюсь.

– А вы, похоже, не слишком уверены в благополучном исходе поисков, – заметил майор. – Я представлял вас самоуверенной феминисткой, а вы – реалистка.

– Как адвокат, я всегда готовлюсь к худшему и не даю ложную надежду, – сказала девушка и улыбнулась. – Но, будучи археологом, я никогда не теряю надежды и верю в свою удачу.

– Что вам требуется для работы? – перешел к делу Гарсия.

– Прежде всего, я должна попасть в монастырь и сделать перевод фрески, – набросала она план мероприятий. – Затем мне необходимо знать, где обычно проводил выходные капрал Джонсон в Призрене. Это небольшой город, наверняка не так много мест, где могут развлечься молодые люди.

– Вас немедленно отвезут в монастырь, настоятель ждет вашего приезда и примет вас с радостью. Ваши сопровождающие – сослуживцы капрала и, насколько я знаю, близкие друзья. Они в курсе вашей миссии и окажут все возможное содействие. – Он открыл дверь кабинета и распорядился: – Капрал Стюарт, капрал Шоу, поступаете в полное распоряжение капитана Смирнофф и отвечаете за ее безопасность на территории Косово.

– Да, сер, – морские пехотинцы посадили капитана в джип и повезли за город.

Капрал Стюарт оказался добродушным и говорливым афроамериканцем, а севший за руль капрал Шоу – молчаливым валлийцем. До монастыря в машине стояла полная тишина, девушке нужно было подумать, а солдаты к старшему по званию с разговорами не лезли.

Как и говорил майор, настоятель православного монастыря, энергичный пожилой серб очень обрадовался приезду археолога–лингвиста. Когда же он узнал, что гостья говорит по–сербски, и ему не надо мучиться с английским, то был в полном восторге и сразу потащил ее к фреске. Оказалось, что взорванная албанцами бомба открыла под монастырем ранее неизвестные подземелья. По специальной лестнице настоятель, Елена и ее сопровождающие спустились под землю, и в свете факелов пред ними предстала фреска с изображенным святым и белая надпись на синем фоне.

Шрифт напоминал готский, написанный необычным способом.

– Мне нужно больше света, – сказала девушка, осмотрев фреску.

Шоу тут же поднес к фреске факел. Достав из сумочки зеркальце, Елена поднесла его к фреске и ахнула от удивления. Фреска оказалась готской с зеркальной надписью. Надпись гласила, что монастырь основан Никитой Готским в IV веке н.э. (в пересчете на современное летоисчисление). Настоятель был просто счастлив, когда, выйдя на поверхность, получил из рук археолога официальное заключение о возрасте и содержимом надписи фрески. По его настоянию американцы остались оттрапезничать «чем бог послал».

Обратно ехали уже веселее. Девушка подробно расспросила солдат о Дилане. Оказалось, что он в каждую увольнительную покупал на базаре у одной и той же девушки семечки.

Стюарт трещал без остановки, рассказывая о своем друге, когда Шоу вдруг спросил.

– Мэм, а как вы догадались, что надпись зеркальная?

– Готский я узнала сразу, но выглядел он необычно. Я присмотрелась и выяснила, что некоторые буквы написаны наоборот справа налево, как в зеркале. А когда поднесла зеркало, оказалось что надпись действительно зеркальная, – ответила капитан и улыбнулась. – Что–нибудь еще интересует, капрал?

– Нет, мэм. Спасибо за разъяснения, мэм, – произнес Шоу и снова замолчал.

Приехав в Призрен, Елена потребовала, чтобы ее отвели к «девушке с семечками». На базаре торговки семечками не оказалось.

– Здравствуйте, – обратилась капитан Смирнофф по–гегски к веселой пожилой албанке, торгующей за соседним прилавком персиками. – Не подскажете, девушка, продающая семечки, сегодня еще появится?

– Не думаю. Агнес уже второй день не видно, – ответила продавщица и подозрительно сощурилась. – А зачем она вам?

– Простите мою назойливость, – сказала Елена и выдала экспромт. – Неделю назад она обещала мне принести рецепт пирога с яблоками. У нашего майора завтра День рождения, мне хотелось устроить праздник по–домашнему.

– А вы к ней домой загляните. Она живет здесь недалеко, – посоветовала албанка и дала Елене адрес.

Возле дома девушки капитан сняла китель, перекинула его через руку и постучала в дверь. Солдат она оставила чуть в стороне от двери. На стук открыла хорошенькая албанская девушка.

– Что вам нужно? – вопрос звучал очень недружелюбно.

– У вас не найдется стакана воды? – попросила Елена.

– Продуктовая лавка за углом, – отрезала девушка и начала закрывать дверь.

Капитан покачнулась и навалилась на дверь, побуждая ее распахнуться.

– Кажется у меня тепловой удар, – пробормотала она, хватаясь за косяк. Албанка не удивилась, впустила ее в дом, усадила на лавку и принесла воды.

Елена огляделась. Обычная деревенская кухня, с плитой у окна, столом и стульями посередине комнаты и плетеной дорожкой на полу. Дорожка заинтересовала капитана, она была неровно постелена, словно ее укладывали в спешке. Выпив воду, Елена заорала по–английски: «Дилан, где ты прячешься, лживый ублюдок?». Девушка пыталась объяснить, что здесь нет никого Дилана, но капитан продолжала орать: «Дилан, это Елена, ты обещал на мне жениться!».

Из–под коврика раздался мужской голос: «Это Дилан, я здесь». Несмотря на протесты хозяйки, Елена откинула плетенку и открыла крышку погреба. Оттуда на нее посмотрела более молодая версия полковника Джонсона.

– А ты говоришь никого нет, – подмигнула капитан Агнес и велела парню, – Вылезай, Дилан, мы тебя уже обыскались.

Девушка схватила нож и принялась им размахивать.

– Он мой, я его не отпущу, – со злостью закричала она.

Елена помогла капралу выбраться из подвала и подтолкнула к двери.

– Иди, милый. А мы с твоей подружкой потолкуем.

Албанка бросилась к нему, но капитан заступила ей дорогу. Отбив нож кителем, Елена заломила ей руку за спину и, ласково шепнув «Будешь знать, как чужих женихов запирать», вырубила противницу.

По дороге в расположение части, Дилан, рассказал, что с ним случилось. Он как обычно шел на базар, когда встретил Агнес (девушку, у которой покупал семечки и домашние сласти) с полными воды ведрами. Она попросила помочь донести. Он, как воспитанный мужчина, донес ведра до дома и поставил на лавку. Затем выпил предложенный прохладный морс и отключился. Две недели его держали в подвале и требовали жениться на Агнес.

Около полудня они все явились в кабинет майора Гарсии.

– Как вам это удалось, капитан? – опешил майор, увидев пропавшего капрала живым и здоровым.

– Прикинула, если бы капрала Джонсона захватили бандиты или повстанцы, то потребовали выкуп, – пояснила Елена успех своего расследования. – Значит, это личное. Капрал Стюарт рассказал мне о знакомой капралу Джонсону девушке, которой он вольно или невольно оказывал знаки внимания. Этот вопрос меня заинтересовал, а поскольку в материалах дела она не упоминается, я решила проверить эту версию и оказалась права.

– Как вы думаете, почему военная полиция не рассмотрела и эту версию? – задумчиво произнес майор, разглядывая собеседницу.

– Потому, что вы находитесь в горячей точке, и на фоне межнациональной розни, никому и в голову не придет такая мелодрама. А я гражданский адвокат – такие вещи для меня обычная рутина, – пожала плечами капитан. – Вы командир капрала Джонсона и не мне вам советовать, но моя рекомендация как женщины и матери: заприте его на оставшиеся две недели службы на гауптвахте за нарушение срока увольнительной.

– Так и сделаем. Спасибо вам, капитан Смирнофф, – Гарсия пожал леди руку. – Я рад, что полковник Джонсон в вас не ошибся. Ваш самолет улетает через полчаса, вас проводят..


В сопровождении капралов Елена покинула кабинет и направилась к ожидавшей ее машине.

– Мэм, мы хотим поблагодарить вас за спасение Дилана, – сказал Стюарт, переглянувшись с Шоу.

– Спасибо, мэм. Если бы ни вы, я сгнил бы в том подвале, – сердечно проговорил Джонсон.

– Не стоит, джентльмены, будете в Колорадо Спрингс, заходите в мой офис, – ответила капитан, протягивая солдатам свои визитки.

Девушка села в джип, и положила себе на колени, так и, невостребованный вещмешок, когда ее к ней обратился Шоу, забравшийся на место водителя.

– Капитан Смирнофф, это не вы вывезли дочь сенатора и команду «зеленых беретов» из Колумбии на самолете ФАРК? У меня знакомый есть в спецвойсках. Он описал пилота как симпатичную маленькую кругленькую женщину с храбростью «зеленого берета». Это описание вам очень подходит.

– Да, это я, – подтвердила она и улыбнулась. – Передавайте привет майору Дугласу из второго батальона от Онсы. Он поймет.


В самолете капитан дремала в обнимку с вещмешком, когда ее окликнул мальчишеский голос.

– Мэм, а вы тоже служили в Косово?

– Нет, выполняла одиночную миссию, – ответила Елена, не открывая глаз. У противоположенной стены зашептались.

– Мэм, в каком вы звании, а то освещение неяркое и знаков различия не видно.

– Капитан морской пехоты США, – рявкнула она, и в салоне наступила гробовая тишина.

– Простите, мэм, – пискнул кто–то, и до Америки ее не беспокоили.


В Форте Карсон Елена была в полдень того же дня. На аэродроме ее встретил полковник Джонсон, подхватил вещмешок и повел к припаркованной машине.

– Мне звонил майор Гарсия и все рассказал. Дилан превозносит вас до небес. Я не знаю, как вас благодарить. – Сказать, что полковник был рад, значит, ничего не сказать. Он светился от счастья как рождественская елка.

– На самом деле, обе миссии решились на удивление быстро и просто, – ответила девушка, сдерживая зевок. – Мне от вас нужно только подтверждение нашего договора и доставить меня домой. Эта смена часовых поясов меня здорово вымотала.

– Вот моя визитка, звоните в любое время, – полковник протянул ее картонный прямоугольник. Посадил ее в машину и велел доставить, куда леди пожелает.

Доусон чуть со стула не упал, когда в два часа дня миссис Куинн вошла в свой офис в военной форме и с вещмешком в руке.

– Босс, ты же только вчера уехала на неделю в Югославию, – удивленно уточнил он. – Рейс отменили?

– Нет, – мрачно ответила девушка, ставя вещмешок на пол. – Уже выполнила работу и вернулась. Разницу во времени учитывай.

– Босс, а вам форма к лицу, – заметил Мюррей, выходя из–за своего рабочего стола, и доложил. – Только что пришли резюме кандидатов на должность адвоката. Я отобрал подходящих, если вы готовы, могу пригласить на три часа дня.

– Мой костюм вернулся из чистки? – спросила миссис Куинн, позволяя помощнику забрать ее вещи.

– Да, босс, – кивнул он, отдавая боссу распечатанные анкеты.

– Тогда чашку чая, пару пончиков с джемом и приглашай на три, – распорядилась она, отпирая дверь своего кабинета.

– Как пожелаешь, босс.

Елена подмигнула Рою.

– Как хорошо дома.



Глава 6. Кошкам тоже нужна работа

Нил Брэм вошел в здание по адресу, указанному в объявлении, и вызвал лифт. Еще две недели назад он служил сержантом взвода морской пехоты США, дислоцированного в Афганистане. А сегодняшний день не заладился с самого утра. Сначала его демобилизовали, в связи, как они сказали, «с невозможностью продолжать прохождение службы по состоянию здоровья». На самом деле, Нил был полностью здоров. Но две треклятые недели назад на него напал леопард и порвал когтями. Во время лечения выяснилось, что он заразился ликантропией. Это значит, что в ближайшее полнолуние он превратится в большую пятнистую кошку. В районе полудня он зашел к своей девушке и неприятно удивился, узнав, что та за последние три месяца разлуки к нему охладела, видеть его не хочет и уезжает с новым приятелем во Флориду. Сержанту вручили коробку с его вещами и захлопнули перед носом дверь. Сидя в кафе и размышляя, как жить дальше, в забытой кем–то газете Нил увидел объявление о найме на работу:

«Детективному агентству «Куинн и Доусон» требуются сотрудники:
– на должности детективов – бывшие сотрудники полиции и частные детективы;
– на должности охранников – бывшие военнослужащие и ветераны любых войн;
– на должность секретаря – два сотрудника, умеющие пользоваться компьютером и интернетом, вежливо отвечать по телефону и желательно имеющие опыт работы секретарем или личным помощником.
Возраст до 45 лет. Пол, раса, национальность, вероисповедание значения не имеют.
По поводу работы обращаться в «Юридическую фирму Смирнофф и Куинн».

Это был шанс, и отставной сержант ухватился за него как утопающий за соломинку.



Подошел лифт. Вместе с Брэмом в кабину вошла молодая женщина в светлом деловом костюме, маленькая и пухленькая.


– Какой вам этаж, мистер Леопард? – поинтересовалась она, поднося руку к кнопкам.

– Как вы сказали? – Нил решил, что ослышался.

– Мистер Леопард. Разве я ошиблась? – леди окинула Брэма внимательным взглядом и кивнула своим мыслям. – Нет, вы определенно леопард, только еще не перекидывались, поэтому трудно сказать какого типа.

Двери открылись, и Брэм с леди вышли на площадку между большими стеклянными дверьми. На левой было написано «Детективное агентство «Куинн и Доусон», на правой – «Юридическая фирма Смирнофф и Куинн». Брэм подошел к левой двери и посмотрел сквозь стекло. Там шел ремонт. Нил повернулся и направился к дверям юридической фирмы.


– Босс, к вам посетитель по поводу работы в детективном агентстве, – в кабинет адвоката заглянул Мюррей.

– Зови, – велела миссис Куинн, поправляя прическу перед зеркалом.

На пороге появился высокий, крепкий мужчина с бронзовым от загара квадратным лицом и ежиком светлых волос, одетый в песочные куртку и брюки в стиле милитари. По выправке и короткой стрижке Елена определила, что пришелец – бывший военный.

– Добрый день, мистер Леопард, – узнала она своего попутчика. – Чем могу помочь?

– Миссис Куинн? – на всякий случай уточнил бывший сержант. Перед ним стояла та самая русоволосая пышка, с которой он ехал в лифте.

– Да, я Елена Куинн, – ответила девушка, садясь за стол. – Слушаю вам, мистер Леопард.

– Здравствуйте, мэм. Я пришел по этому объявлению, – блондин протянул леди газету. – Меня зовут Нил Брэм.

– Присаживайтесь, – предложила Елена, указав на кресло для посетителей. – Вы претендуете на вакансию охранника? Расскажите о себе.

Брэм рассказал о своей службе в армии и нападении леопарда.

– Что ж, вы нам подходите, – сказала миссис Куинн и положила перед ним распечатанный документ. – Ознакомьтесь с контрактом и, если согласны, подпишите.

Он прочитал договор.

– Мэм, здесь сказано, что мне предоставляются выходные на вечер перед полнолунием, день полнолуния и день после полнолуния, – удивленно произнес Нил. – При этом предусмотрены три рабочие субботы.

– Все верно, – кивнула нанимательница. – Оборотни должны проводить полнолуние со своей стаей, а не на людях.

– Мэм, откуда вы узнали, что я леопард, и столько знаете об оборотнях? – поразился Брэм.

– Как ни странно это звучит, я вижу вторую сущность оборотней, – просто ответила девушка. – Я представляю интересы оборотней в суде около шести лет. Сейчас нам нужно решить вопрос с вашим вхождением в стаю вер–леопардов.

Елена сняла трубку и позвонила Монро, вожаку стаи вервольфов. В это время Брэм рассматривал дипломы и фотографии, висевшие на стене справа от стола. Его заинтересовали две фотографии: на первом хозяйка кабинета в летной форме со знаками различия лейтенанта обнималась с высоким морпехом на фоне вертолета, на втором – в той же форме, но одна и со знаками различия капитана на фоне самолета.

Когда она закончила разговор, Брэм спросил.

– Мэм, это вы на фотографиях?

– Да, я. Это последняя фотография меня с моим погибшим мужем, – ответила адвокат и добавила. – Пойдемте, нас ждет вожак стаи вер–леопардов.



***

Бар «Рыжая кошка», где миссис Куинн предстояло познакомиться с главой общины леопардов – оборотней, встретил посетителей приглушенным светом, утопленных в потолочные панели плафонов, и пустыми столиками, окруженными мягкими диванчиками. За стойкой, украшенной изображениями переплетающихся в странном танце пятнистых кошек, высокая изящная блондинка протирала стаканы.

– Где я могу найти Теда Эванса? Мы договаривались о встрече, – обратилась к ней адвокат.

– Вы Онса, – не спросила, а констатировала она. – Эванс наверху, по лестнице направо, в конце коридора.

Кабинет вожака стаи имел самый обычный вид: у окна стоял стол, заваленный бумагами, перед столом несколько стульев для посетителей, у одной стены шкаф с папками, у другой кофейный столик. За столом сидел моложавый сухопарый мужчина лет сорока с темными волосами и умными ореховыми глазами, и разговаривал с подпиравшим стену рядом с кофейным столиком плечистым двухметровым шатеном в джинсовой паре. Они оба повернулись на шум открывшейся двери.

– Добрый день, джентльмены. Мне нужен мистер Эванс, – произнесла Елена. – У нас назначена встреча.

– Здравствуйте, я – Тед Эванс, а вы, должно быть, Онса, – отозвался сухопарый. – Проходите, присаживайтесь. Это Рэдфорд Толли, мой помощник. Мне звонил Варг. Чем могу помочь?

– Рада познакомится, мистер Эванс или правильнее будет Парс–Малик? Я здесь по делам вер–леопардов, – сказала Елена, садясь напротив вожака. Ее спутник оценивающе оглядел громилу и переставил свой стул, чтобы держать помощника в поле зрения. По знаку Эванса здоровяк поставил перед ними чашки с чаем.

– Вам доставляет проблемы кто–то из наших? – поинтересовался сухопарый.

– Сегодня утром я наняла мистера Брэма в качестве охранника, – девушка кивнула на Нила, – а потому сочла своим долгом представить его парду для его собственной и общественной безопасности. Мистер Брэм недавно демобилизовался из армии по здоровью. Он служил в Афганистане, и на него напал персидский вер–леопард. В госпитале выяснилось, что он заразился ликантропией. С момента нападения прошло две недели. До нападения мистер Брэм не знал о существовании вер–леопардов.

– Весьма своевременное решение, Онса, – Эванс поднял бровь. – Или предпочитаете миссис Куинн?

– В данной ситуации «Онса» вполне уместно, – кивнула девушка.

– На мой взгляд, несколько неосторожно нанимать в качестве охраны вер–леопарда, к тому же неперекидывавшегося и необученного контролю над своим зверем.

– Мы здесь, чтобы пард научил мистера Брэма быть вер–леопардом.

– Парень, а за тебя всегда бабы говорят? – раздался ехидный голос. Брэм, молча, потягивающий чай, поперхнулся.

Елена обернулась. У стены стоял Рэдфорд и ухмылялся.

– Не следует коту влезать в разговор доминантов, – резко бросила она.

– И чей же вы доминант, Онса? – его оскал стал шире.

Девушка поднялась со стула. Толли угрожающе надвинулся на нее и с руганью рухнул на колени, получив удар туфелькой по голени и одновременно кулаком в кадык. Не дав опомниться, Елена сгребла в кулак каштановые волосы, запрокидывая голову, и приставила появившийся как по волшебству нож к горлу. Здоровяк дернулся, и по его шее потекла капелька крови.

– Сегодня твой, – ласково произнесла она, слегка улыбнувшись, и повернулась к вожаку. – Парс–Малик, этого достаточно или для признания меня доминантом вер–леопардов мне нужно перерезать ему горло?

– Вполне достаточно, – произнес ошарашенный сухопарый. Брэм застыл с чашкой в руке не менее шокированный увиденным.

Отпустив свою жертву, леди вернулась к своему стулу и убрала нож. Здоровяк на четвереньках подполз к ней, потерся об руку и принялся облизывать.

– Я твой доминант, твоя альфа. Твоя добыча – моя добыча. Твоя беда – моя беда. Моя потребность, твои услуги, – четко проговорила Елена стандартную формулу принятия оборотня под покровительство.

– Ты мой доминант, моя альфа… – повторил Толли за победительницей, и та коснулась лицом его щеки.

Вид и запах крови заставил Брэма нервничать, из его рта раздалось низкое рычание. Встав у него за спиной, девушка положила ладони на широкие плечи и велела: «Дыши, Нил. Медленно вдохни, и медленно выдохни». Бывший сержант послушался и вскоре взял себя в руки.

– Онса, мы поможем вашему коту обуздать зверя, но это займет время. После первого полнолуния он должен быть под присмотром хотя бы до января, – решил вожак и для проформы уточнил. – Как, интересно, он будет работать охранником до этого времени?

– В контракте мистера Брэма предусмотрены три дня выходных на период полнолуния, а в остальные дни он будет при мне, – подробно изложила свои планы Елена. – Надеюсь, ближайший месяц он сможет ночевать у вас, а в октябре у меня в охранном агентстве будет оборудована специальная комната для вновь обращенных веров.

– А вы уверены, что справитесь с потерявшим контроль вер–леопардом? – с сомнением в голосе спросил Парс–Малик, кладя подбородок на сцепленные руки.

– Я уже несколько лет доминант Ликое и имею некоторый опыт в укрощении возбужденных вервольфов, – небрежно ответила девушка.

– Мне бы вашу уверенность, леди, – вздохнул Эванс. – Я позабочусь о вашем коте. Приятно было познакомиться.

– Рада знакомству, Парс–Малик, – Елена поднялась, и повесила сумочку на плечо. – Мистер Брэм, я жду вас первого октября в девять утра, не опаздывайте. Счастливо оставаться, Толли.

Рэдфорд, прихрамывая, проводил девушку до машины, произнес: «Всегда к твоим услугам, мистрис» и вернулся в бар. Хмыкнув, леди поехала к подрядчику обговаривать оборудование специальной комнаты для оборотней.



***

В середине сентября с миссис Куинн связался  Эванс.

– Онса, вам бухгалтер или специалист по налогообложению не требуется?

– Не помешает, – подумав, ответила адвокат. – У вас есть кандидаты?

– Мою знакомую месяц назад уволили из банка в Денвере, когда узнали, что она – вер–леопард, – проговорил Парс–Малик. – Вчера она переехала в Колорадо Спрингс, и я подумал, что вашему агентству не помешает бухгалтер.

– Пусть приходит до пяти вечера, я с ней побеседую, но ничего не гарантирую.

– На большее я и не смел рассчитывать.

– Как дела у мистера Брэма? – спросила Елена, которой чем–то понравился бывший морпех.

– Ваш кот быстро учится. До полнолуния всего три дня, а он для новичка очень хорошо себя контролирует. Такими темпами к первому октября вы получите кота, неплохо держащего в узде своего зверя, – похвалил своего нового подопечного вожак стаи вер–леопардов. – Но мой вам совет – ближайшие два месяца без серебряной цепочки или браслета с ним не общайтесь. На кровь ваш кот будет сильно реагировать еще полгода.

– Рада это слышать.

– Рэд передает вам привет и надеется на скорую встречу.

– Там видно будет, – дала уклончивый ответ девушка, и собеседники повесили трубки.

 

В четыре вечера Мюррей ввел в кабинет босса симпатичную миниатюрную женщину лет тридцати пяти с волосами цвета красного дерева.

– Добрый вечер, меня зовут Анна Фриман. Парс–Малик договаривался о встрече, – женщина ойкнула и прикрыла рот рукой. Но увидев, что этот титул будущего работодателя не смутил, продолжила.– Спасибо, что согласились со мной побеседовать.

– Присаживайтесь, миз Фриман. я миссис Куинн, адвокат.

– Миссис Фриман. Я вдова. Вот, мое резюме и рекомендации.

Познания и достижения Анны впечатляли. Согласно подготовленному Мюрреем отчету, увольнения миссис Фриман из банков совпадали с подъемом этих банков. Банк, в котором она работала последним, на данный момент, числился в пятерке самых стабильных.

– По какой причине вы покинули прежнее место работы?

– Мой начальник узнал, что я ликантроп, и начал меня шантажировать. Мне пришлось покинуть город.

– В других банках произошло тоже самое?

– Да. Странно, что вы от меня не шарахаетесь.

– Если вы не заметили, мой секретарь – вер–рысь. Кроме того, я доминант парда и, как говорят в среде ликантропов, «адвокат пушистых». Меня сложно напугать.

– Просто не вериться. Если, не секрет, кого вы одолели?

– Рэдфорда Толли, – Анна скептически улыбнулась. – Спросите его сами, если не верите. Вам ли не знать, что внешность обманчива. По вам тоже не скажешь, что через три дня вы будете бегать в шкуре черной пантеры.

– Вам Эванс сказал, что я – черный вер–леопард? Нет, он не стал бы. Откуда вы знаете? – она всполошилась не на шутку. Голос стал более низким, клыки заострились.

– Мне никто не говорил, я это просто вижу. Держите себя в руках. Дышите, – когда Анна успокоилась, Елена добавила. – Вы нам подходите. На работу можете выйти первого октября. Тогда и обговорим зарплату. Сейчас, вы плохо себя контролируете. Как давно вы – вер–леопард?

– Уже два года.

– Если создадите успешную финансовую схему для агентства, я как владелец детективного агентства и юридической фирмы передам в ваши руки финансы своего офиса с прибавкой к зарплате, разумеется. Ознакомьтесь с контрактом и, если согласны, подпишите. Выходные на полнолуние – отрабатываются по субботам.

Она внимательно прочитала контракт и подписала.

– Миссис Куинн, вы отличный юрист, подкопаться не к чему. Приятно было познакомиться.

– Предупреждение на будущее. Мистер Доусон – охранник у входа, сидящий у входа в адвокатский офис – мой партнер и совладелец детективного агентства. Как другие сотрудники моей фирмы, он не знает о существовании ликантропов. Пусть и дальше остается в неведении. Вы меня поняли?

– Вполне, босс, – кивнула Анна и ушла.



Глава 7. Волчье чутье

В теплый сентябрьский день позвонил детектив Санчес.

– Мистрис, это Мэни Санчес. Я слышал, ты открываешь детективное агентство.

– Открываю, надоело искать детективов в последний момент за любые деньги, когда клиент пришел сегодня, а слушание уже завтра, – подтвердила адвокат, привычно отмечая, что знакомый полицейский опять не поздоровался.

– У меня есть пара знакомых, которым нужна работа. Оба бывшие полицейские, уволенные после того, как пострадали от нападения оборотней. В остальном, нормальные парни и хорошие ищейки.

– Не хочешь, чтобы и тебя за подобное уволили? Мне нетрудно это устроить, – поддела детектива Елена, и услышала в ответ нервный смешок. Оба прекрасно знали, что адвокат так никогда не поступит, слишком взаимовыгодным оказалось их многолетнее сотрудничество.

– Ты этого не сделаешь, адвокат «пушистых», – рассмеялся Санчес. – Я тебе еще нужен. Резюме скину электронной почтой.

– Тоже верно, – вздохнула девушка. – Ладно, присылай своих ребят, но не позже 10:30. У меня в полдень слушание.


Весна 2006 года, Колорадо Спрингс.

«Ирландский волк», прочитала вывеску бара адвокат Куинн, сверилась с текстом в записке и толкнула тяжелую дверь. Тусклые точечные светильники освещали небольшой, уставленный столиками мрачноватый зал с крашенными в темно–коричневый цвет стенами и дымчатыми окнами, почти не пропускавшими уличного света. За обшитой деревом барной стойкой посетителям улыбался, не размыкая губ, огненно–рыжий здоровяк в клетчатой рубашке. «В такие места приличных леди обычно не приглашают… только адвокатов», – сказала себе Елена, поежившись, и решительно направилась к угловому столику, над которым висела стилизованная волчья голова. Девушку уже ждали. Мужчина неопределенного возраста и незапоминающейся внешности, одетый в серую ветровку, приветливо кивнул вновь прибывшей, но со своего места не поднялся. Сев так, чтобы хорошо видеть зал, адвокат заказала подошедшей официантке содовую и, достав блокнот, проговорила:

– Я вас слушаю, мистер Вульф.

Минут через двадцать исповедь свидетеля прервала соловьиная трель. Извинившись, Елена достала из кармана бордового плаща смартфон и прочла сообщение: «Прости, дорогая, но этим вечером я не приду на ужин. Сегодня полнолуние, и я не хочу подвергать твою жизнь опасности. Джо».

«Полнолуние», – повторила про себя девушка, звякнув серебряным браслетом, спрятала сотовый на место, и, потягивая через соломинку напиток, внимательно оглядела бар. Несмотря на поздний час, зал практически пустовал. Адвокат с собеседником, бармен, официантка, которая едва принесла заказ, сразу скрылась на кухне, да двое мужчин с пивными бокалами за стойкой, вот и все, кто находился в баре. В неровном освещении ламп дневного света она увидела над головой «серого» мужчины переливающийся образ некрупного светло–серого волка. Рыжий здоровяк оказался крупным гривистым волчарой с красновато–бурой шерстью и белыми носками на передних лапах, а худощавый дерганный шатен лет двадцати–двадцати пяти в джинсовом костюме – молоденьким, недавно обращенным волчком черно–бежевого окраса. Только подтянутый, смуглый брюнет в кожаной куртке спортивного телосложения, заказавший еще бокал пива, был человеком. «Вот, попала, так, попала», – подумала Елена, перекладывая сумочку с соседнего стула себе на колени.

– Мистер Вульф, у вас есть, что добавить к сказанному? – уточнила адвокат, наблюдая, как желтеют, бывшие в начале разговора карими, глаза собеседника.

– Нет, мэм, – с едва слышным рычанием ответил мужчина, взглянул на висевшие над стойкой часы и резко поднялся. – Мне пока идти. Я свяжусь с вами, если еще что–нибудь узнаю.

Оставив на столике банкноту, он поспешно покинул бар. Адвокат убрала блокнот, выключила в кармане диктофон и неспешно допивала свою содовую, когда у стойки разразился скандал.

– Поаккуратнее, приятель, – спокойно заметил брюнет и поймал опасно накренившийся бокал, который толкнул изрядно набравшийся сосед.

– Как ты меня назвал! – вызверился шатен, с нечеловеческой грацией вскакивая на стойку. – Да, я тебя, грязный латинос, на ленточки порву.

– Уймись, Флойд, – пробасил бармен, делая попытку стащить задиру со столешницы. – Плати за выпивку и катись отсюда, пока не наломал дров.

– Отстань, Кон, я в своем праве, – бросил «тощий», уворачиваясь от лап «рыжего». – Давно пора показать этим «потным спинам» их место.

– Мы закрыты, – объявил здоровяк, видя, как Флойд пинком опрокидывает свой бокал на брюнета. – Сэр, и вы, леди, пожалуйста, покиньте бар.

Девушка отставила пустой стакан, положила на столешницу несколько монет, и, придерживая висевшую через плечо сумочку рукой, по широкой дуге направилась к выходу. Брюнет невозмутимо смахнул с куртки жидкость, отдал бармену плату за пиво и, ловко сдернув поскользнувшегося обидчика за ногу на пол, заломил ему руки за спину.

– Мистер, вы арестованы за нарушение общественного порядка, – проговорил он и, защелкнув на запястьях шатена «браслеты», откинул полу куртки, демонстрируя полицейский жетон. – Вы имеете права хранить молчание…

Больше брюнет ничего сказать не успел. «Тощий» мощным рывком разорвал наручники, отшвырнул на соседний столик полицейского и окутался белой дымкой. Минуту спустя на его месте появился черно–бежевый волк и бросился на оглушенного брюнета. Бармен перепрыгнул через стойку и, схватив зверя за уши, попытался оттащить от жертвы. Раздался выстрел, потом еще один. Зверь обмяк и позволил «рыжему» оторвать себя от растерзанного тела. Бармен машинально прижал к себе Флойда и потрясенно уставился на ствол небольшого пистолета, из которого в него целилась белая, как смерть, маленькая леди в бордовом плаще.

– Джо, это Онса, мне срочно требуется твоя консультация, – проговорила девушка в микрофон сотового, продолжая держать вервольфов на мушке. – Мне фиолетово, что ты на грани перекидывания, в баре «Ирландский волк» твой собрат только что порвал копа. Откуда знаю? Я минуту назад пристрелила нападавшего. Да, я в курсе, что обычными пулями вас не убьешь, но, к сожалению, на серебро пока не заработала. Нет, я не пострадала. Куда мне отвести копа, чтобы ему оказали помощь? Какой еще О’Коннелл тебе понадобился? Рыжий бармен? Да, он здесь. Передать ему трубку? Уверен, что это безопасно? Ладно, поверю, – она вытянула руку с телефоном и сказала. – Мистер О’Коннелл, с вами желает побеседовать мой близкий друг Джоэль Монро.

– Вы девушка альфы Монро? – переспросил бармен, принимая сотовый. Получив согласный кивок, он восхищенно покачал головой и поднес смартфон к уху. – Да, сэр. Флойд потерял контроль над своим зверем и напал на полицейского. Конечно, я окажу такой храброй леди всяческую помощь. Не волнуйся, я прослежу, чтобы она не пострадала.

– Я подгоню машину и принесу аптечку, а вы свяжите чем–нибудь этого «несдержанного», – распорядилась девушка, сунула возвращенный мобильник в карман плаща и, убрав пистолет в сумочку, вышла из бара.

Час спустя синий седан въехал на заставленную автомобилями парковку на опушке леса. Едва машина остановилась, в свете фар из темноты деревьев показался пшеничный блондин лет тридцати, с суровым обветренным лицом, шести с половиной футов ростом, поджарый, но мускулистый. Ему навстречу с водительского сидения выбрался рыжий здоровяк. Они обменялись короткими фразами, и Кон, достав из багажника связанного волка, понес свою ношу вглубь леса, а блондин распахнул заднюю дверцу и, наклонившись к бледной девушке, машинально глядящей по волосам лежащего у нее на коленях брюнета, заботливо спросил:

– Как ты, милая?

– Бывало и хуже, Джо, – невесело улыбнулась она и кивнула на раненого. – Ему срочно нужна медицинская помощь, иначе до утра он вряд ли доживет. Я уже видела такое нападение в своей жизни, и новое зрелище меня совершенно не воодушевило.

– Сейчас заберу твоего крестника в лупанарий, он перекинется, а через неделю явится в твой офис кланяться в ножки своей мистрис, – ободряюще осклабился Джо, осторожно извлекая жертву из салона. – Ты же теперь его альфа.

– Не говори ерунды, – фыркнула Елена, вылезая следом. – Какая я альфа? Так, перепуганная девчонка. Это ты у меня большой страшный волк.

– Перепуганная девчонка? – мужчина расхохотался, сквозь смех явственно слышалось подвывание. – Кон рассказал, как ты хладнокровно расстреляла Флойда. Такая самка у нас называется альфа, и ты, любимая, это отлично знаешь.

– Ладно, альфа так альфа, тебя не переспоришь, волчара, – со вздохом согласилась девушка. – Утром пусть этот коп позвонит на службу и возьмет отпуск. Не дело, если из–за твоего собрата хороший человек лишится работы.

– Как прикажете, мэм, – шутливо отсалютовал блондин, и, взвалив на плечо раненого, бегом скрылся за деревьями. Елена проводила его ласковым взглядом и, сев за руль, рванула с парковки.


Через пару недель в районе полудня спасенный полицейский явился в офисный центр и, помявшись перед дверью с табличкой «Адвокат Елена Куинн», неуверенно постучал. Услышав «Войдите», он одернул куртку, ладонью причесал волосы и вошел в маленький стандартный кабинет.

– Здравствуйте, я адвокат Куинн. Чем могу помочь? – осведомилась сидевшая за письменным столом хорошенькая русоволосая девушка в синем деловом костюме, подняв глаза от документов.

– Привет, я… – брюнет откашлялся, взял себя в руки и, привычным движением предъявив значок, уверенным тоном продолжил. – Добрый день, мэм, детектив Санчес, отдел убийств. Меня интересует информация по делу о стрельбе в баре «Ирландский волк».

– Там нечего расследовать, детектив, – холодно заметила адвокат. – Бармен подтвердит, что это чистой воды самооборона. Потерпевший отделался незначительными повреждениями и претензий к стрелку не имеет. Насколько мне известно, в полицию никто не заявлял.

Брюнет смутился и, рухнув в кресло для посетителей, принялся крутить в руках взятую из настольной подставки ручку. Елена смерила посетителя равнодушным взглядом и вернулась к бумагам.

– Карамба, – выругался детектив, швырнув ручку на стол, через пару минут тягостного молчания. Он вскочил на ноги и, пометавшись из угла в угол, присел на край столешницы. – Леди, вы совершенно не облегчаете мне задачу.

– О чем вы, детектив? – удивилась девушка, поднимая на него ясные синие глаза. – Не хочу показаться невежливой, но на двенадцать у меня записан клиент. Излагайте, зачем пришли или покиньте мой кабинет. Мой секретарь сегодня выходной, поэтому почты скопилось много, и я не могу уделить вам более пятнадцати минут.

– Мне рассказали, что вы, мэм, гм… нейтрализовали напавшего на меня волка, – вкрадчиво произнес Санчес, пристально глядя на адвоката. – Мало того, вы отвезли меня в лупанарий, где я перекинулся, хотя должны были вызвать полицию и скорую.

– Если это претензия, то советую подать ее в письменном виде и привлечь меня к суду за неоказание помощи потерпевшему и несообщение о стрельбе в общественном месте, – сухо ответила девушка, откидываясь на спинку кресла. – Месяц исправительных работ и баксов пятьсот, может, и отсудите. Хотя сомневаюсь.

– Да что ж такое, – детектив раздраженно хлопнул ладонью по столу и, нависнув над собеседницей, прорычал. – Монро объяснил, что поскольку вы спасли мою жизнь, мне следует называть вас «моя альфа» или «мистрис».

– Ему лучше знать, – пожала плечами Елена и, поправив серебряный браслет, украшенный цирконами и рельефным изображением бегущего волка, неожиданно рявкнула. – А ну, живо слез с моего стола, волчара облезлый. Ишь, взял моду вваливаться в мой офис без приглашения и распоряжаться, как у себя в лупанарии.

Брюнет дернулся от неожиданности и упал на пол. Такого командного тона от тихой, с виду, девушки он не ожидал.

– Простите, мэм, – машинально пробормотал он, таращась на нее, как на заговорившую статую. Елена медленно поднялась и, опершись на стол руками, посмотрела на мужчину сверху вниз.

– Детектив Санчес, мы с вами оба занятые люди, поэтому предлагаю следующий вариант завершения нашей беседы. Вы приветствуете меня как альфу, оставляете телефон для связи и идете по своим делам. Если мне потребуется ваша консультация или помощь, я рассчитываю получить ее по первому требованию. Так уж вышло, что мне уже приходилось убивать оборотней, и, в случае нового нападения, я не постесняюсь пустить вход оружие.

Санчес хотел спросить, почему леди не боится ликантропов, но заметил за ее спиной несколько фотографий, на которых изображена хозяйка кабинета в военной форме в компании спецназа, и все понял сам.

«Офицер национальной гвардии, кто бы мог подумать», – пробормотал брюнет, перетекая на колени, а вслух сказал. – Конечно, мэм. Ты мой доминант, моя альфа…



Наши дни, офис адвоката Куинн.

В 10:00 в кабинет проскользнул Мюррей и закрыл за собой дверь.

– Босс, к вам пришли двое, говорят, что от детектива Санчеса.

– Да, он мне звонил, – кивнула Елена, проглядывая резюме кандидатов. – Пригласи их. С этим есть какая–то проблема?

– Босс, вы знаете, что они – оборотни? – вкрадчиво уточнил Скотт, барабаня пальцами по косяку.

– Я в курсе. Принятые на работу Брэм и Фриман – вер–леопарды, а ты сам – вер–рысь. В чем проблема? – девушка отложила бумаги и, скрестив руки на груди, с интересом посмотрела на помощника. – Почему мне не нанять оборотней–детективов, если их рекомендовал Санчес – детектив–вервольф?

– Я думал, вы не знали, что Брэм – вер–леопард, когда его нанимали, – пробормотал Мюррей, отлипая от двери. – Он же еще не перекидывался. Я сам его зверя едва учуял.

– Скотт, я не чую оборотней – а вижу, как картинку над головой, – очередной раз объяснила адвокат и распорядилась. – Зови, посмотрим, что за ищеек мне прислал Санчес.

– Да, босс. Необычное у вас будет агентство,– проворчал секретарь и позвал кандидатов.


В кабинет вошли двое мужчин лет тридцати пяти, шести футов ростом, спортивного телосложения, и, несмотря на жару, одетых в темные деловые костюмы.

– Доброе утро, я адвокат Куинн, – представилась Елена, внимательно разглядывая посетителей. – Чем могу помочь, джентльмены?

– Здравствуйте, мэм. Детектив Санчес сказал, что вы открываете детективное агентство и набираете сотрудников, – произнес брюнет с легким венгерским акцентом.

– Он рассказал, как вы спасли ему жизнь и карьеру. Что вы знаете, кто он и кто мы, и вас это не испугает, – красивый блондин подмигнул девушке.

– Я знаю, кто он, так как сама отвезла Мэни в полнолуние к Монро, и наблюдала за его первым превращением. И знаю, кто вы, – согласилась Елена, и с ехидцем добавила: – Вы, сэр, явно венгр, очевидно, вервольф.

– Мэм, откуда вы знаете, что я родом из Венгрии? – удивился брюнет. – Обычно меня принимают за русского или поляка.

– Вас выдал акцент, – рассмеялась адвокат. – В свободное время я – археолог–лингвист, и уж русский выговор от венгерского отличаю сразу.

– Доктор Смирнофф?! – уточнил брюнет. – Я слышал о деле военнопленных и узнал в охраннике одного из них.

– Да, это мое дело, – кивнула она и улыбнулась блондину. – А вы – крысолюд, думаю, что англичанин.

– Санчес не обманул. Вы действительно видите нас насквозь и не шарахаетесь, – обрадовался он.

– Присаживайтесь, джентльмены, и расскажите о себе, – предложила девушка, указав на стулья для посетителей.

Брюнета звали Ласло Фаркас, его родители привезли его в страну в возрасте тринадцати лет. Ласло отслужил в армии, затем отработал в полиции десять лет, а в прошлом году охотился в горах и на него напал волк. В больнице установили, что у него ликантропия. Из полиции вынудили уволиться, никто не хотел работать с оборотнем. Получил лицензию частного детектива, но с поиском клиентов не заладилось. Пришел ко мне по рекомендации сослуживца Санчеса.

Блондин – именовался Бобом Рэнкином: пятнадцать лет в полиции, ликантропию подхватил, когда полтора года назад, гнался за подозреваемым по коллектору и налетел на гигантскую крысу, которая его укусила. Дальше как у Ласло. Пытался устроиться охранником, имеет лицензию частного детектива.

– Джентльмены, я вас нанимаю. Рекомендация Мэни дорогого стоит, и резюме у вас хорошие. Прочитайте контракты и, если согласны, распишитесь.

– Мэм, здесь сказано, что три дня полнолуния выходные. Вы и это учли? – воскликнул Боб.

– Все верно. Я не враг себе, держать на рабочем месте оборотня на грани превращения. Пропущенные дни отработаете в субботу.

Подписанные документы вернулись на стол.

– Теперь об агентстве. Агентство будет располагаться напротив моего офиса, там сейчас ремонт. Открываемся первого октября. Значит, в назначенный день в девять утра прошу быть на работе. Форма одежды – свободная, но приличная. Темные костюмы в жару – вы герои или мазохисты, ребята. Охранник в холле – совладелец агентства, мистер Рой Доусон. Он, скорее всего, будет командовать охранниками. Детективы полностью подчиняются мне. Ко мне можно обращаться: миссис Куинн или просто босс. Оплата – на первое время 600 $ в неделю + проценты от удачно проведенного расследования или от выигранного моим офисом дела, для которого вы собирали сведения. А дальше – по результатам вашей работы. Предупреждаю сразу, много авральной работы, когда нужно еще вчера. Вопросы есть?

– Нет, босс, – засияли мужчины.

– Тогда вот для пробы задание, – Елена поручила им собрать сведения для завтрашнего дела. – Срок завтра до 10–30. В полдень у меня слушание в суде и эти сведения очень пригодятся.

– Да, босс, – они улыбнулись и ушли.


Надо ли говорить, что требуемые сведения она получила утром в 10–27.



Глава 8. Клуб «Лео»

Пятница – самый безумный день в любом офисе, а в преуспевающей юридической фирме и подавно. Клиенты спешат оформить документы до уикэнда. Бухгалтеру срочно требуется подпись босса в зарплатной ведомости. Юристы и детективы представляют отчеты о проделанной за неделю работе, секретари…

К вечеру Елена склонялась к мысли о массовом убийстве сотрудников и иммиграции в Антарктиду. Звонок Терри Маршала стал для девушки глотком свежего воздуха.

– Прекрасная леди не уделит мне толику своего внимания? – загадочно произнес бывший военнопленный. Его голос частично заглушал работающий двигатель. Видно он звонил из своей автомастерской.

– Привет, Терри. Чем порадуешь?– поинтересовалась адвокат, пользуясь возможностью отвлечься от составления сложного контракта.

– Благодарный клиент оставил мне приглашение в новый закрытый клуб на два лица, – немного смущенно проговорил он. – Уверял, что клуб очень модный и …

– И ты хочешь меня туда пригласить? – догадалась миссис Куинн.

– А ты согласишься? – сомнения Терри были вполне оправданы. После возвращения в штаты рослый блондин все еще иногда называл свою спасительницу хозяйкой и немного робел, договариваясь об очередном свидании, искренне считая Роя более успешным соперником. Ко всему прочему, Маршалл совершенно не умел танцевать, а потому предпочитал водить свою девушку в парки и музеи, старательно избегая танцполы.

– С большим удовольствием, – ободрила друга Елена. – Давненько меня на танцы не приглашали.

– Значит, решено, – облегченно выдохнул автомеханик. – В шесть я подберу тебя у твоего офиса.

– А как же Ник? Кто заберет его из школы? – спохватилась адвокат. Мысль о сыне несколько охладила радость перспективы отдохнуть в клубе после напряженной недели.

– Поручи это Рою, – нашел выход Маршалл. – Сегодня он обещал мальчику рассказать о подготовке спецназа, вот пусть начнет свой рассказ по дороге из школы.



***

Маршалл лихо припарковал свой кабриолет возле неказистого серого строения с блеклой желтоватой вывеской «Лео» и галантно распахнул дверцу со стороны пассажирского сидения. Опираясь на предложенную ладонь, девушка вышла из машины и под ручку с кавалером направилась к едва заметной на фоне кирпичной стены металлической двери под неприметным козырьком, открывшейся при их приближении.

– Ваши приглашения, сэр, мэм, – пробасил закрывающий плечами дверной проем охранник. Взглянув на прямоугольник плотной матовой бумаги, он посторонился, пропуская гостей внутрь.

Ярко освещенный зал заполняли необычного вида столики, наводя на мысли о разбитом вдребезги Кубике Рубика. За разбросанными в художественном беспорядке большими кубами различных цветов и оттенков потягивали коктейли преимущественно мужчины, женщин почти не наблюдалось. Стульями служили кубики поменьше. Ненавязчивая музыка и вечерние костюмы посетителей создавали впечатление светского ужина в сюрреалистическом мире.

– Прекрасная леди что–нибудь желает? – спросил Терри, усаживая свою спутницу за «столик». Материализовавшийся рядом официант вопросительно открыл блокнот.

– Безалкогольную Пина коладу, пожалуйста, – заказала девушка, машинально расстегивая бордовый плащ. Гардеробной при входе в клуб не наблюдалось, и она предпочла остаться в верхней одежде.

– Кружку пива, – бросил автомеханик, садясь на соседний кубик. По случаю свидания он сменил привычные джинсы с ковбойкой на черные брюки и темно–синий джемпер с V–образным вырезом, из которого выглядывала кремовая рубашка. Кожаную куртку–пилот Терри небрежно скинул на свободный «стул».

– Здесь очень мило, – проговорила Елена, улыбаясь немного нервничающему кавалеру, и кивком поблагодарила принесшего заказ официанта. – Хорошая атмосфера и обслуживание…

Взметнувшаяся под потолок музыка и медленно гаснущий свет заставили девушку замолчать и настороженно оглядеться. Терри подобрался, как кот перед прыжком, готовый в случае опасности прикрыть отступление спутницы.

Забили рваный ритм ударные, заметались по залу прожектора, и на свободное место между «столиками» выпорхнула полуголая девица в фантазийной серебряной маске, серебристом корсете и трусиках бикини. Посетители заинтересованно повернулись к пришелице. Заиграла мелодия, в которой слышались латиноамериканские ритмы и восточные напевы, и началось представление. Поигрывая бёдрами, танцовщица ходила между кубов, заглядывая в лица посетителей. Возле каждого мужчины она останавливалась, позволяя полюбоваться собой, и наклонялась, демонстрируя декольте. Описав круг по залу, девица приблизилась к мужчине за соседним от Елены столиком и попросила помочь снять корсет. Дрожащими пальцами он расстегнул крючки, и благодарная танцовщица огрела добровольного помощника по лицу снятым предметом гардероба. Его сотрапезник удостоился звонкой пощечины, но почему–то не обиделся, а расплылся в довольной улыбке. Следующей остановкой жестокой девицы стал столик Елены и Маршалла. Игнорируя девушку, танцовщица раскинула руки в стороны, извиваясь всем телом, и, склонившись над блондином, потрясла грудью перед его лицом. Терри как зачарованный уставился на обтянутый блестящей тканью лиф, и на его щеке отпечатался красный след женской ладошки.

– Куда ты меня привел, дорогой? – негромко спросила Елена, отставляя полупустой бокал, чтобы случайно не раздавить от злости. Пока оплеухи доставались посторонним мужчинам, девушку не беспокоила жестокость представления, но когда дело дошло до ЕЕ кавалера…

– Не знаю, дорогая, но мне здесь очень нравится, – глаза блондина горели возбуждением, а губы растягивала счастливая улыбка.

– Нравится, говоришь, – зловеще произнесла адвокат, поднимаясь. Она медленно сняла плащ, уронила поверх куртки Терри и с решительным видом надвинулась на танцовщицу, оттесняя от столика. Девица удивленно отшатнулась. – Своего мужчину я бью сама, милочка.

Музыка оборвалась на середине аккорда. Посетители оживленно зашептались. На танцпол выскочил щеголь в светлом костюме–тройке и, подняв микрофон к лицу, громко объявил:

– Небывалое событие в нашем клубе. С самого его основания мы проводим конкурс среди посетителей, предлагая любой женщине посоревноваться с нашей несравненной Сильвой за честь именоваться самой горячей леди клуба. До сего дня никто не осмелился на это, и вот, наконец, свершилось. Молодая и привлекательная леди даже подготовилась к соревнованию. Взгляните на ее костюм.

Прожектор высветил Елену из полумрака зала. Яркие огоньки заметались по расшитому бисером антрацитовому болеро, запылало люрексом маленькое черное платье с тонким кожаным пояском, мигнули золотом сережки с темными камушками.

– Какой контраст, какая тонкая ирония над обыденностью, – надрывался ведущий. – Ваше имя, прекрасная конкурсантка?

Елена беспомощно посмотрела на друга и, решив, что отступать уже поздно, хорошо поставленным голосом проговорила в услужливо подставленный микрофон:

– Сегодня я Онса Прета[3].

– Встречайте обворожительную Онсу, дамы и господа, – выкрикнул щеголь и вместе с Сильвой присел за свободный столик. – Ваш выход, Онса Прета.

Голоса стихли, все взгляды обратились на стройную фигурку в черном. Сделав большой глоток коктейля для храбрости, Елена сбросила болеро на руки Терри и, пританцовывая, двинулась вокруг танцпола, лаская кончиками пальцев плечи сидящих на ее пути зрителей. Каблучки ботильонов постукивали, задавая ритм, который подхватила заигравшая мелодия. Девушка улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям юности и, взмахнув руками, как крыльями, закружилась в танце. Подрагивая плечами, Онса присела рядом с ведущим, давая возможность оценить ее пышный бюст, и когда он, масленно свернув глазками, подался вперед, резко оттолкнула, чуть не уронив с кубика. Такого восторга она от своей выходки не ожидала. Выписывая круги бёдрами, Онса приблизилась к другому мужчине, потрепала по волосам, провела рукой по шее, привлекая к себе, и несильно хлопнула по щеке. В глазах зрителя мелькнуло столько разочарования и незаслуженной обиды, что девушка ударила уже в полную силу. Счастье, озарившее его лицо, убедило адвоката, что ее действия верны. Дразня и заманивая, Онса танцевала по залу, щедро раздавая пощечины, и купалась в волнах обожания и вожделения.

C жаром в груди и теснотой в штанах Терри ждал, когда до него дойдет черед. Ждал, машинально сжимая в ладонях антрацитовое болеро, пахнущее жасмином и розой. Неспешно, словно нехотя, адвокат подошла к блондину, потерлась о джемпер, погладила по скуле костяшками пальцев и ноготком обрисовала контур губ.

– Ты обалденно танцуешь, дорогая, – тихо произнес Маршалл, восхищенно глядя на свою девушку. Или все–таки хозяйку... Величественная осанка, чуть порозовевшее после танца лицо с хищно заострившимися скулами, пылающие глаза, нежные, но по–хозяйски требовательные руки... Перед бывшим военнопленным стояла вовсе не милая и заботливая соседка, у которой он вкусно ужинал каждый вечер. Эта была леди, которая выкупила его из рабства в деревне Шанов, с автоматом наперевес отстояла свои покупки и уверенно вела самолет через Тихий Океан. Помимо воли губы блондина прошептали: – Ты великолепна, хозяйка.

Вместо ответа она чарующе улыбнулась и хлесткой затрещиной сбила Терри на пол.

Достигнув апогея, музыка смолкла.

– Браво, Онса Прета, – возвестил ведущий, выходя в центр танцпола. Со всех сторон раздались бурные аплодисменты. Трое мужчин опрометью бросились в мужскую комнату. Злобные взгляды немногочисленных женщин и одобрительный кивок Сильвы показали, что Елена не зря в молодости занималась танцами. – Дамы и господа, по–моему, победа Онсы очевидна. Дорогая леди, от имени клуба «Лео» примите с восхищением эту дисконтную карту магазина «Все для истинного мастера». Надеюсь, вы и ваш спутник найдете немало полезного для совместного досуга.

Приняв приз, девушка заставила друга подняться, помогла надеть куртку и, оплатив счет, повела к выходу. До самого дома Терри молча ехал на пассажирском сидении, гипнотизируя бардачок.

– Ты меня презираешь? – горько спросил он, пультом открывая дверь своего гаража.

– Нет, все в порядке, – ответила Елена, загоняя кабриолет на законное место. Она вышла из машины и похлопала парня по плечу. – Доброй ночи, Терри.

– Значит, все. Ты меня бросаешь?

– Нет, дорогой. Завтра ты везешь меня в магазин «Все для истинного мастера». Нужно прикупить кое–какие вещички для совместного досуга.

Помахав ручкой, она пошла по тропинке к своему дому. На лице Маршалла зажглась счастливая улыбка.



Глава 9. Открытие агентства

Три дня до открытия агентства

Утро началось как обычно. Елена готовила завтрак, Ник накрывал на стол, когда в кухню вошел Рой, с кем–то беседуя по сотовому. «Не вопрос. Конечно, приезжай», – произнес он, сунул телефон в карман брюк, поздоровался и сел за стол. Елена и Ник переглянулись, но помолчали.

Хотя Доусон отсудил у государства несколько миллионов, он продолжал жить над гаражом в доме миссис Куинн и работать охранником в ее юридической фирме, а значит, без согласия хозяйки не имел права приглашать гостей. Поскольку девушка не спросила, кого пригласили, Рой заговорил об этом сам.

– Звонил Митчелл. Благодаря матери, он не может ни дело свое организовать, ни за девушкой поухаживать. Миссис Митчелл всюду лезет с советами и устраивает ему сцены. Дэйв уже на пределе, но с матерью ругаться не может. Он спрашивал, не наймем ли мы его хотя бы вышибалой или дворником, только бы свалить из Пуэбло. Я сказал – приезжай. Мы же открываем в новое предприятие. Наверняка там найдется для него работа, – здоровяк молитвенно сложил руки и послал девушке лукавый взгляд.

– В понедельник открывается наше детективное агентство, а в приемную сажать некого, – задумчиво проговорила Елена, ставя на стол блюдо с оладьями. – Пусть посидит за стойкой, пока не наймем секретаря.

– Уже в понедельник? – Рой посмотрел на нее с ужасом. Ник хрюкнул от смеха и, наложив в тарелку горку оладушек, полил их кленовым сиропом.

– Да. Вчера я приняла объект у подрядчика. Работа проведена огромная, но сделано великолепно, – сказала девушка, наливая в чашки свежезаваренный чай. – У нас будет общий кабинет, фактически только твой, так как большую часть времени я буду проводить в своем адвокатском офисе. Для охранников и детективов предусмотрены две комнаты отдыха с диванами, гардеробом, столом с микроволновкой и кофеваркой, телевизором и санузлом.

– Почему две? – удивился Доусон, макая оладушек в сметану.

– Потому что, женщины тоже бывают детективами и охранниками, – заметила Елена, отпивая из чашки. – К тому же я планирую нанять двух секретарш–администраторов. Кроме того, для каждого детектива предусмотрен отдельный кабинет со столом и диваном для посетителей. В холле между кабинетами установлены кушетки и журнальные столики. Увидишь, тебе понравится.

– А сколько у нас сотрудников? – пока шел ремонт, и агентство еще не открылось, Рой не вникал, кто приходил на собеседование и был принят на работу. А сейчас спохватился, что работать то может и некому.

– У нас пока два детектива. Толковые ребята, бывшие копы. Они уже две недели для моего офиса собирают сведения, – начала перечислять девушка. – Один охранник, бывший морской пехотинец – недавно вышел в отставку по ранению, сейчас здоров, приступит к работе в понедельник. Бухгалтер – бывший банковский работник, переехала в наш город из Денвера по семейным обстоятельствам, будет работать на две фирмы, – Рой понимающе кивнул. – Ты, скорее всего, возьмешь на себя руководство охраной. Митчелла наймем в качестве секретаря, потом переведем тоже в охрану. Я займусь юридическими вопросами, поиском клиентов и детективами, у меня для них всегда найдется работа. Короче – буду исполнительным директором. Вот и все.

– Мам, а курьер тебе не требуется? – подал голос Ник, которому надоели взрослые разговоры о делах.

– Пока нет, сынок, но как только понадобится, я буду иметь тебя в виду, – улыбнулась Елена, загружая посудомоечную машину. Рой с интересом наблюдал за ними. – Иди, собирайся в школу. Выезжаем минут через десять. Не успеешь, поедешь на школьном автобусе.

Мальчик засунул в рот последний кусок пышки и умчался наверх.

– Строго ты с ним, – заметил Рой, убирая сметану в холодильник.

– С детьми иначе нельзя, – ответила Елена, моя руки, и добавила. – Сегодня должны прийти подключать интернет в агентстве, и в девять утра обещала явиться девушка на вакансию секретаря. Собирайся и поехали.


Кандидатка в секретари и интернетчики приехали одновременно. Выбрав из двух зол большее, Елена предоставила Доусону свой кабинет для собеседования, приказав Мюррею приготовить обычный контракт для приема на работу, а сама отправилась открывать двери агентства.

Несмотря на оперативность связистов, освободилась миссис Куинн только через час. Вернувшись в свой кабинет, она с удивлением обнаружила, что собеседование еще продолжается. Напротив Роя, занявшего кресло адвоката, сидела привлекательная девушка с персиковыми волосами и наивными веснушками на светлой коже, одетая в белую блузку и черную юбку, и весело над чем–то смеялась. Обычно мрачноватое после плена лицо Доусона освещала широкая улыбка, какую Елена видела лишь однажды – в день оглашения судебного вердикта в пользу бывших пленных. Контракт покоился на столе неподписанный, а рядом дымятся чашки с кофе.

– Здравствуйте, я компаньон мистера Доусона, миссис Куинн, – сердито цокая каблучками, адвокат прошла к своему столу, и Рой тут же уступил ей место, а сам встал за спинкой кресла. – Какой у вас опыт работы секретарем?

– Честно говоря, у меня нет опыта в этой области, – призналась кандидатка, моментально посерьезнев. – Я работала официанткой и помощником менеджера в супермаркете.

Кандидатка была молода и красива, неудивительно, что Рой с ней так долго беседовал.

– Компьютером пользоваться умеете, в интернете информацию найти сможете? – бросив безнадежный взгляд на Доусона, спросила Елена. «Ну и компаньон мне достался, – с досадой подумала она. – Вместо собеседования устроил романтический вечер. Погоди же у меня, дорогой. Ох, и влетит тебе за флирт на работе».

– Умею, – серьезно кивнула рыжая. – И вести переговоры по телефону тоже.

– Как ваше полное имя? – адвокат открыла контракт и приготовилась впечатать имя нового сотрудника. Опытные секретарши не выстраивались в очередь за этой вакансией, и Елена решила дать девушке шанс проявить себя.

– Джейн Питерс, – сказала кандидатка, улыбаясь уголками губ.

– Что ж, мисс Питерс, – Елена посмотрела на Доусона, и он кивнул, – мы берем вас на должность секретаря–администратора. К работе можете приступить первого октября в девять утра. Зарплата на первое время шестьсот долларов плюс премия по итогам недели. Надеюсь, мы сработается. Работе секретарем вас научат Алиса Милтон – секретарь адвокатского офиса и Скотт Мюррей – мой личный помощник.

Питерс подписала бумаги и ушла, а миссис Куинн решительно развернула кресло к компаньону.

– Рой, милый, о чем ты так долго беседовал с Джейн? – вкрадчиво спросила адвокат, постукивая пальцами по подлокотнику. Будучи девушкой Доусона, она имела полное право на ревность. Рой и Терри не смогли решить, кто же ухаживает за бывшей хозяйкой, а потому Елена встречалась с обоими, иногда одновременно.

– Я выяснил, как ее зовут, и кем она работала, – смущенно ответил Рой, виновато опустив плечи. – А потом я не знал, о чем еще спрашивать, и мы коротали время до твоего прихода, обсуждая твои фотографии и колледжи, куда неплохо бы поступить, моя бизнес–леди.

– Сам принять на работу и подписать с ней контракт ты не мог? – начинала заводиться Елена. С ней это происходило редко, но от души. Рабочие, подключавшие интернет, изрядно потрепали ей нервы, а тут еще и собеседование, медленно перетекшее в свидание.

– Не мог, – Рой обнял свою девушку и прижал к себе. – Вдруг, я нанял бы, а она не подходит.

– Уволил бы, – уже не так сердито фыркнула бизнес–леди, упираясь ладонями ему в грудь.

– Это по твоей части. Ты у нас исполнительный директор – умница и красавица, – Рой поцеловал возмущенную пышку, не дав разгореться скандалу.



***

Митчелл приехал поздно вечером, когда Ник был отправлен спать, а Елена с Роем и Терри втроем пили на кухне чай, обсуждая прошедший день и планы на вечер. Гостя сразу же усадили за стол и предложили поесть. От ужина он отказался, сказав, что не голоден, но соблазнился домашней выпечкой. Уплетая пирожок с мармеладом, Дэвид пожаловался на мать и поблагодарил за приглашение приехать. Ссылаясь на звонок друга, он смог объявить матери, что едет на открытие сослуживцем собственного дела, собрать вещи и уехать от нее.

– Простите, мэм, – парень вспомнил, что новое агентство принадлежит не только Рою, но и миссис Куинн, и робко уточнил. – Если бы она узнала, что вы совладелица, то я получил бы еще одну сцену и уехал бы налегке. После того, как вы сначала выиграли у нее суд, а потом у государства отсудили нам компенсацию, мама боится вас до дрожи.

– Все в порядке, – ободрила его Елена. – Это ваше дело, мистер Митчелл, как разговаривать с матерью.

– Может у вас найдется для меня какая–никакая работа? Пусть даже уборщиком, – растерянно произнес Дэвид, машинально кроша булку. – Я понимаю, что и так многим вам обязан, и просить об еще одной любезности, наглость...

– Неужели все деньги потратил? – ехидно поинтересовался Терри. Митчелл отрицательно покачал головой, и, опомнившись, собрал крошки на блюдце.

– Деньги есть, без дела уже тошно, – шутливо ткнул его в плечо Дэвид.

– Я тут прикинула: завтра открытие, а у нас, кроме Роя, только один охранник. Может, вы согласитесь поработать в охране, пока не создадите собственное дело, мистер Митчелл? – предложила Елена, вопросительно глядя на него. – Контракт я сейчас подготовлю.

– Это наилучший вариант, мэм, – с чувством проговорил Дэвид, и его глаза заблестели. – Не знаю, как вас и благодарить.

Пользуясь моментом, Елена умчалась в свою спальню–кабинет и вскоре вернулась с готовым контрактом. Митчелл, не читая, подписал бумаги.

– Обращайтесь ко мне по имени без мистера и на ты, мэм, – попросил он. – А то я чувствую себя провинившимся школьником.

– Договорились, Дэвид, – гость и хозяйка пожали руки. – На работе ты можешь называть меня босс, или миссис Куинн, а вне работы – Елена или Онса – меня все так называют.

– Почему Онса? – удивился Митчелл.

– Потому, что защищая свою семью, своих людей и клиентов, дерусь как ягуар, обычно до максимально выгодного финала, – не без гордости объяснила Елена.

Дэвид вспомнил суд, принесший ему миллионы, и понимающе кивнул.

Терри пригласил бывшего сослуживца пожить, пока он не купит себе дом, и мужчины ушли перегонять машину и переносить вещи.



Первое октября 2012 года. Колорадо Спрингс

С самого утра Елена была сама не своя. Такой рассеянной и потерянной Рой и Ник ее ни разу не видели. Нику вместо блинчиков она предлагала на завтрак сварить кашу, которую мальчик терпеть не мог. Раз пятнадцать адвокат переодевалась и забраковывала костюм. Она чуть не забыла ключи от нового агентства и еле успела завести сына в школу. В результате завтрак готовил Рой, а Ник достал обычный темно–синий брючный костюм и заявил, что мама в нем очень красивая – вопрос с одеждой был решен.



***

Когда Рой с Ником успели поладить, Елена и не заметила. В конце августа она привезла сына от дедушки и за ужином представила Доусона как жильца комнаты над гаражом и своего сотрудника.

– Вы – новый парень мамы? – серьезно спросил мальчик, смерив здоровяка оценивающим взглядом.

– Похоже на то, – несколько неуверенно ответил Рой, не ожидавший такой прямоты от невысокого крепко сбитого паренька с такими же, как у матери, синими глазами, и русыми, отдающими в рыжину, короткими волосами.

– Я присмотрю, чтобы вы не расстраивали маму, – сказал Ник и, протянув руку, представился: – Николай Андрес Смирнофф Куинн, сын капитана воздушной кавалерии Елены Смирнофф и мастер–сержанта морской пехоты Андреса Куинна.

– Майора, сынок, – небрежно поправила его Елена, ставя на стол вазочку солений. – Летом я получила звание майора.

– Ух, ты, мам, расскажешь, как было дело? – у Ника загорелись глаза от предвкушения занимательной истории. Он гордился своей мамой и всегда с удовольствием слушал ее армейские байки.

– Перед сном расскажу, если сразу после ужина пойдешь разбирать свои вещи, – мягко сказала миссис Куинн. Ник согласно кивнул и вернулся к Доусону, терпеливо ожидающему своей очереди.

– Мастер–сержант Рой Доусон, «зеленый берет» в отставке, – отчеканил Рой, едва удержавшись, чтобы не отдать честь, и по–взрослому пожал мальчику руку. – Постараюсь не расстраивать миссис Куинн, сэр.


С Терри Ник нашел общий язык на удивление быстро. Как только выяснилось, что они оба помешаны на видеоиграх, вопрос с оставлением и забиранием ребенка из школы с продленки решился сам собой. Елена могла оставить вечером мальчика с Терри и уйти на встречу с клиентом с уверенностью, что сын сделает уроки, поужинает и ляжет спать во время.



***

В гараже миссис Куинн ухитрилась дважды уронить ключи и перепутать водительское и пассажирское сидение. В конце концов, Рой не выдержал, сам сел за руль и всю дорогу до работы пытался привести свою девушку в чувство:

– Чего ты так нервничаешь? – спрашивал он, лавируя в плотном потоке. – Это же не первое твое предприятие, дорогая.

– Третье, – мрачно ответила Елена, глядя в окно на мелькающие дома. – Первое – юридическая фирма, но там я все делала постепенно. Сначала долго работала одна, потом наняла секретаря, затем помощника адвоката и только в этом году личного помощника и пару молодых юристов.

– А второе? – ухватился за мысль Доусон, видя, что расспросы отвлекают девушку от паники.

– Транспортная компания Джерри. Это была чистой воды авантюра отчаявшейся женщины…



Апрель 2000 года. Аэропорт Гаймон. Оклахома США.

– Черт бы побрал эту пыль. Только бы ураган не начался, – глядя в окно, проворчал бармен, коренастый мужчина лет пятидесяти в ковбойке и джинсах, протирая бокалы. Пепельно–белые волосы и грубоватое лицо выдавали его скандинавское происхождение. Бар с телевизором, да несколько кресел, вот и все, что мог предложить своим клиентам аэропорт Гаймона, небольшого городка посреди Великих Равнин.

– Добрый день, мэм. Что–нибудь желаете? – приветствовал он первую за сегодня клиентку, невысокую круглолицую девушку с вещмешком на плече, одетую в теплую серую куртку, впрочем, почти не скрывающую круглый животик, прямые, хорошо выглаженные брюки, да удобные тупоносые ботинки на низком каблуке.

– Молочный коктейль, пожалуйста, – мрачно проговорила русоволосая посетительница, присаживаясь на высокий барный стул. Вещмешок привычно, как верный пес, устроился у ног хозяйки. Бармен машинально отметил незнакомый акцент, но не стал расспрашивать клиентку, откуда она приехала и куда держит путь. Он не первый год работал в этом баре и давно научился распознавать, нужна ли посетителю компания, или его стоит оставить в покое. Эта девушка определенно относилась ко второму типу.

Обхватив губами трубочку, девушка неспешно потягивала коктейль, равнодушно пялясь в экран телевизора, крутившего «Том и Джерри», и размышляла о чем–то явно невеселом. «Вот, попала, так попала, – думала она, покусывая соломинку. – Приехала в гости, называется».

Отдых не задался с самого начала. На восьмом месяце беременности лейтенант Елена Смирнофф оформила неотгуленный отпуск за два прошедших года и поехала к родителям в Нью–Мексико, планируя после родов перевестись с действительной службы в Национальную Гвардию родного штата. Приземлившись в Альбукерке, лейтенант получила запоздалое sms от матери: «Извини, милая, но встретить тебя не смогу. Моя экспедиция в Перу продлится еще на месяц». Увлеченная новыми раскопками города инков, профессор Смирнов напрочь забыла не только о беременности дочери, но и о том, что в доме недавно сменили замок. Отца Елена тоже дома не застала. Из найденной в почтовом ящике открытки девушка узнала, что он срочно отбыл в Россию на похороны брата. Подергав запертую входную дверь, девушка отыскала в записной книжке адрес родственников мужа и отправилась на такси в обратно в аэропорт. На особо радушный прием Елена не слишком рассчитывала, помня по рассказам любимого, как не жалуют чужаков ранчеро Куинны, но враждебность, с какой встретила невестку Холли Куинн, она просто не ожидала. Узнав о смерти сына, немолодая ирландка чуть ли не с кулаками набросилась на девушку, обвиняя во всех смертных грехах. Только вмешательство рыжего атлета, оказавшегося младшим братом Андреса, спасло девушку от трепки. Седоватый, но еще крепкий Джон не терпящим возражений тоном велел сыну увести мать в дом и холодно пригласил гостью на веранду, где покачивались видавшие виды кресла–качалки, накрытые выгоревшими пледами. Покуривая трубку, он невозмутимо выслушал рассказ о двух последних годах жизни Андреса, молча взглянул на свидетельство о браке и свадебные фотографии, чуть помедлив, принял медаль «Пурпурное Сердце» и в лоб спросил: «Зачем вы приехали к нам, мэм? Награду нам могло направить и военное ведомство. На что вы рассчитывали, проделав такой долгий путь?» Растерянная Елена протянула мистеру Куинн один из двух оставшихся у нее личных жетонов Андреса, подобрала вещмешок и понуро потащилась к арендованному бьюику. Час спустя она входила в двери аэропорта Гаймона, совершенно не представляя, куда податься.

– Двойной виски, – прервал переживания девушки хрипловатый мужской голос. На соседний стул плюхнулся тридцатилетний крепыш в летной кожанке и, презрительно оглядев молочный коктейль соседки, добавил. – Чистый.

– С прилетом, Джерри, – поприветствовал пришельца бармен, ставя на стойку бокал алкоголя. – Надолго ты к нам?

– Сейчас горло промочу, приму на борт новый груз и обратно в Колорадо Спрингс, – небрежно ответил мужчина и залпом выпил. – Повтори.

Услышав «С прилетом», посетительница пристально посмотрела на Джерри. В открытом взгляде читались любопытство и осуждение, приправленное иронией.

– Кто это у нас такой праведный? – хмыкнул Джерри, откровенно разглядывая соседку. «Симпатичная. Будь больше времени, подкатил бы, – отметил про себя пилот, но заметив округлый животик, выглядывающий из–под расстегнутой куртки, выругался. – Вот черт, она же беременная». Посетовав на насмешницу–судьбу, мужчина вслух добавил. – Дамочка, ближайшее общество трезвости находится в Гаймоне. Это в паре миль отсюда. Вот там и проповедуйте «белым воротничкам», а здесь настоящие мужчины работают.

– Если вы пилот, не советую больше пить, – сухо заметила лейтенант, с неодобрением наблюдая, как крепыш опрокидывает в себя пятый бокал виски. – Сомневаюсь, что после бутылки вы сможете поднять в воздух хотя бы воздушный шар.

– Да, что вы понимаете в воздухоплавании, дамочка? – обиделся мужчина, делая глоток шестой порции виски. – Я бомбил иракские позиции во время «Бури в пустыне», когда вы еще под стол пешком ходили. Спорю, вы даже в кабину авиалайнера никогда не заглядывали.

– Не заглядывала, – согласилась девушка, убирая за ушко выбившуюся прядку. – Хотя пару лет назад получила лицензию пилота самолета. Моя военная специальность – вертолеты общего назначения.

Пилот поперхнулся виски и закашлялся. Соседка заботливо постучала его по спине.

– Джерри Льюис, – протянул ладонь впечатленный здоровяк. – Капитан ВВС в отставке.

– Елена Смирнофф, – крепко пожала предложенную руку девушка. – Первый лейтенант воздушной кавалерии корпуса морской пехоты в отпуске.

– И на чем сейчас летает морская пехота? – поинтересовался Джерри, отставляя бокал.

– Вчера это были Хьюи, а сегодня уже не в курсе, – улыбнулась Елена и облизнула молочные усы.

– Старые добрые Хьюи, – ностальгически вздохнул Льюис. – А я после увольнения из ВВС купил Каталину 56 года и вот уже лет пять занимаюсь на своей «пташке» грузовыми перевозками.

– Каталина – хорошая машина, – уважительно поддакнула лейтенант.

– Хотите посмотреть? – предложил пилот. Девушка согласно кивнула, положила на стойку деньги и, ловким движением закинув вещмешок на плечо, направилась к выходу на взлетное поле.

– Не тяжело? – участливо спросил Джерри, нагоняя лейтенанта у самых дверей. – Давайте, помогу.

– Спасибо, я привычная, – отмахнулась Елена, выходя на улицу. «Вот еще. Кто же доверит свои вещи первому встречному. Дураков нет», – подумала она. Резкий порыв ветра чуть не сбил девушку с ног. Льюис подхватил ее под локоток и увлек под защиту стоящего неподалеку слегка потрепанного временем двухмоторного самолета.

– Залезайте внутрь, а то ветром унесет, – осклабился Джерри, распахивая дверцу кабины.

Забравшись на сидение второго пилота, Елена профессиональным взглядом окинула приборную панель и задала несколько вопросов о технических характеристиках «пташки». Беседа затянулась на полчаса и незаметно перешла к сравнению преимуществ и недостатков самолетов и вертолетов.

– Джерри, просыпайся. Груз прибыл, – прервал увлекательное обсуждение рекламируемой модели вертолета Сикорского стук по борту. Льюис вылез из кресла и открыл грузовой отсек. Рыжий здоровяк протянул ему папку и крикнул кому–то за своей спиной. – Билли, подгоняй ближе, разгружаться будем.

Пилот бросил бумаги на сидение и вышел руководить погрузкой. Ради любопытства Елена заглянула в сопроводительные документы, пересчитала ящики в кузове грузовика и присвистнула. Семья Куинн (а рыжик оказался никем иным, как Остином – родным братом ее милого Андреса), как выяснилось, занималась поставками мяса в Колорадо, и прямо сейчас Джерри пытались обмануть. Подавив приступ гражданской сознательности, она убрала мобильник обратно в карман и, любуясь слаженной работой фермеров, спокойно дождалась окончания погрузочных работ.

– Ну, бывай, Джерри, – Остин пожал пилоту руку, да так и застыл с приоткрытым ртом, увидев дневную посетительницу ранчо в кабине самолета. – Вы… Что вы здесь делаете?

– Я компаньон мистера Льюиса. А вам, мистер Куинн, следует внимательней читать собственные документы, – не моргнув глазом, ответила лейтенант и, похлопывая бумагами по ладони, присоединилась к мужчинам в грузовом отсеке. – Согласно накладным, вы передаете перевозчику четыреста фунтов говядины, однако если верить маркировке на ящиках, на борт погружено только триста восемьдесят. Не утруждайтесь пересчитывать, я это уже сделала за вас.

– Мисс Смирнофф, о чем вы говорите? – не понял пилот, чувствуя, что трезвеет. – Что происходит, Остин?

– Я говорю о мошенничестве или выставлении перевозчика крайним, – пояснила Елена, злорадно наблюдая, как сжимает кулаки деверь. – На борту на двадцать фунтов груза меньше, чем заявлено в бумагах. Это значит, что получатель спросит недостачу с нас. Мистер Остин, ваш выбор невелик: или меняйте накладные или догрузите недостающие ящики. В противном случае, нам придется решать разногласие с хозяином груза. Думаю, мистер Джон Куинн не обрадуется задержке поставки.

Поминая родословную лейтенанта по материнской линии, Остин махнул напарнику, и тот внес в самолет двадцатифунтовый ящик.

– Вопросов больше нет, можем отправляться, – ухмыльнулась девушка, кладя бумаги на место. – Приятно с вами работать, мистер Куинн.

– Что тебя черти забрали, русская ведьма. Андреса сгубила и нас разорить хочешь. Не быть тебе в нашей семье. Ни тебе, ни твоему выродку, – бросил Остин, запрыгивая в кабину грузовика. Автомобиль, визжа шинами, умчался прочь.

– Вы знакомы? – рассеяно уточнил Джерри, проверяя груз. – Никогда прежде не видел Остина таким злым.

– Сегодня познакомились. Это родня моего мужа, – пожала плечами лейтенант. – Погибшего мужа. Я вдова уже полгода.

– Соболезную.

Елена неопределенно кивнула.

– Вроде все правильно, – Льюис запер грузовой отсек и, сложив руки на груди, насмешливо посмотрел на девушку. – Компаньон, значит?

– Нужно же было как–то представиться, – Елена небрежно смахнула с рукава невидимую пылинку.

– А где вы в документах разбираться научились? – продолжал допрос пилот, загораживая широкими плечами дверь кабины.

– Четыре года юридической школы университета Альбукерке и шесть лет работы с поставщиками в автомастерской отца, – похвасталась девушка и, подобрав вещмешок, с вызовом вздернула подбородок, усилием воли сдерживая рвущиеся наружу слезы. – Я сожалею, что поссорила вам с постоянными клиентами. Довольны? Выпустите меня, и я покину этот город на первой же попутке. Честно говоря, мне все равно куда ехать. Мне сейчас нигде не рады.

– Если без разницы, то… – Джерри что–то прикинул и быстрым движением усадил ее в кресло второго пилота. – Как насчет совместной работы? Я вожу грузы, вы занимаетесь документацией. Прибыль пополам. На первое время можете поселиться в моей берлоге. Я все равно все время в разъездах. По рукам, компаньон?

– По рукам, – Елена хлопнула по ладони пилота, пристроила в ногах свои вещи и, откинувшись в кресле, повеселевшими глазами смотрела, как взлетная полоса сменяется прошлогодней травой Великих Равнин, а ту в свою очередь вытесняют горы Колорадо.



Наши дни. Колорадо Спрингс

– Вот так мы и организовали совместное дело, – закончила свой рассказ, миссис Куинн. – Тем же летом я перевелась в резерв Национальной Гвардии штата Колорадо. Через пару лет полностью я выкупила долю Джерри, приобрела обанкротившийся частный аэродром, купила второй самолет, наняла еще одного пилота, и сейчас наши авиаперевозки приносят неплохую прибыль.

– Смотри–ка, а за разговорами ты успокоилась, – усмехнулся Доусон, подъезжая к четырехэтажному офисному зданию.

– Действительно, ты меня заболтал, и мандраж прошел, – невесело улыбнулась Елена. – Но все равно страшно. У меня никогда не было сразу столько сотрудников. К тому же у меня приступ боязни публичных выступлений. Вдруг я оговорюсь или скажу что–то не то, а люди будут смеяться. Жуть!

– Все будет нормально, – ободрил ее Рой. – Представь, что ты в суде. В суде же ты выступать не боишься?

– В суде другое, – возразила она, – там интрига, азарт, желание переиграть оппонента и добиться наилучшего исхода дела. Может, ты толкнешь речь? Ты был командиром отделения, и к тому же ты будущий директор агентства. Тебе и выступать на открытии.

– Нет, дорогая, – открестился бывший сержант. – Ты придумала агентство, нашла помещение, наняла сотрудников – это твое детище. Тебе его и открывать.

Споря, они оставили машину на подземной парковке для сотрудников и поднялись на нужный этаж. На площадке между офисом и будущим агентством было людно. Все нанятые сотрудники будущего агентства и Мюррей с Алисой, секретарем юридической фирмы, уже ждали появления владельцев. Елена подошла к закрытым дверям и с помощью Доусона и Брэма сняла ткань, закрывающую вход. Скотт протянул ножницы, которыми девушка перерезала красную ленту, перегораживающую вход, и отперла двери нового агентства.

Полупрозрачная стена делила холл, выкрашенный в бирюзовый цвет, на две неравные части. Меньшая часть предназначалась для приема посетителей. Напротив входа, почти примыкая к перегородке, располагались полукруглая стойка администратора, декорированная под дерево, и кулер с водой. Над стойкой висел большой плакат с режимом работы агентства. Остальное пространство отводилось удобным креслам и журнальным столикам, в художественном беспорядке занимавшим почти все свободное место. Откинув занавеску, состоящую из пластиковых лент в тон перегородке, миссис Куинн повела своих сотрудников осматривать помещения. Уютные комнаты отдыха, обставленные мягкими диванами, гардеробами, обеденными столами с кофеваркой, СВЧ и, конечно, телевизорами всем очень понравились. Из своих кабинетов Доусон и детективы отказались выходить, заявив, что там можно жить.

Собрав всех в импровизированном конференц–зале, а по сути, зеркальной копии приемной, Елена произнесла небольшую речь и представила Доусона в качестве директора новой фирмы. Распустив сотрудников обживать кабинеты, адвокат взяла со стойки список телефонов агентства и в сопровождении Скотта с Алисой и отправилась в свой офис. Начинался очередной рабочий день.


Глава 10. Вер-леопарды в суде

Первый день октября выдался суетным. Сразу после открытия нового агентства Елена собрала сотрудников адвокатского офиса в своем кабинете и устроила пятиминутку.

– Дамы и господа, как вы все знаете, сегодня в помещении напротив нашего офиса открылось детективное агентство «Куинн и Доусон», – объявила миссис Куинн, поставив свою сумочку на письменный стол. Секретари согласно кивнули, а адвокаты – троица недавно принятых на работу выпускников юридической школы – заинтересованно навострили ушки. – Между нашими организациями заключено соглашение о сотрудничестве. С этого дня будьте любезны приглашать специалистов для сбора сведений и охраны клиентов только из этого агентства. Списки телефонов агентства раздаст Алиса. Если вопросов нет, возвращайтесь к работе.

Алиса Мэй, высокая блондинка с миловидным личиком и фигуркой фотомодели, воспользовалась копиром босса, вручила каждому по откопированному листку, и сотрудники разошлись по своим рабочим местам. Елена повесила пальто на вешалку и разложила на столе собранные детективами материалы по делу. Читая отчет о слежке, она подошла к столику у окна, налила себе чаю и вернулась за стол. «Очень интересно», – пробормотала адвокат, перечитывая исковое заявление клиентки. В кабинет без стука вошел Мюррей и положил перед начальницей запечатанный конверт, надписанный уверенным мужским почерком: «Онса Прета. Лично в руки».

– Вам письмо, босс. Курьер только что доставил, – доложил он и фыркнул, сдерживая смех. – Наверное, от поклонника.

– От поклонника? – удивленно переспросила миссис Куинн, осторожно вертя конверт в пальцах. Не так много людей знали ее под именем «Онса», а прозвище «Онса Прета» девушка использовала лишь однажды в каком–то клубе, куда ходила на свидание с Терри. – С чего ты взял? Может, это письмо с угрозами?

– Считайте это предчувствием, – уклончиво ответил личный помощник. Прислушавшись к негромкому шуму в приемной, он резко посерьезнел и, понизив голос, произнес. – Босс, в приемную явились вер–леопарды и просятся к вам на прием, – сверившись с записями в планшете, он несколько озадачено добавил. – Они не договаривались о встрече.

– Вер–леопарды, вер–леопарды, – повторила миссис Куинн, и, отложив конверт, озабочено прошлась по комнате. – Во сколько у меня сегодня слушание? – уточнила она, обдумывая ситуацию.

С одной стороны, она имела полное право отправить «кошек» восвояси, раз они явились без записи, но с другой… Неписаные законы мира «пушистых», как себя в шутку называли оборотни, гласили, что любой мог рассчитывать на помощь альфы стаи, попросив его покровительства. Будучи доминантом парда, адвокат подчинялась этим правилам, но не горела желанием отвлекаться от подготовки к предстоящему суду.

– В полдень, босс, – сочувственно улыбнулся личный помощник, отлично понимая сомнения начальницы.

– Я приму их, – обреченно вздохнула Елена и машинально убрала странное письмо в сумочку. – Приглашай.

Скотт широко распахнул дверь, и в кабинет вошел Рэдфорд Толли, как обычно в джинсовой паре, несмотря на прохладную погоду, ведя под ручку хорошенькую миниатюрную блондинку лет тридцати пяти в коричневом приталенном пальто. Над головами посетителей витали изображения крупных пятнистых барсов. Мюррей деликатно вышел, разумно полагая, что дела парда его, как вер–рысь, совершенно не касаются.

Отпустив руку спутницы, здоровяк почти вплотную подошел к хозяйке кабинета. Преклонив колени, он потерся плечом об бедро адвоката и боднул ладонь. «Совсем как кот», – подумала Елена с невозмутимым лицом, наблюдая за действиями оборотня. С этикетом парда девушка не была знакома, но по серьезному лицу Толли поняла, что ей оказывают почести как альфе стаи. Вызвав из памяти знания о принятых среди ликантропов приветствиях, она подняла голову вер–леопарда и потерлась лицом об его щеки.

– Приветствую тебя, моя альфа, и молю о помощи, – смиренно проговорил Рэд, просительно глядя на адвоката.

– Поднимись и расскажи, какая тебе нужна помощь, – велела Елена, занимая свое законное место.

– Познакомься, мистрис, это Эдит Эшли, член нашего парда, – Толли красивым движением вскочил на ноги и подвел к креслу для посетителей свою спутницу, шокированную уважением, оказанным огромным вер–леопардом. – Эдит, это мистрис Онса – доминант парда и известный адвокат. Если кто и может помочь, то только она.

– Доминант парда? – сморщив точеный носик, презрительно проговорила Эдит, игнорируя адвоката. – Она же обычная женщина.

– Рэдфорд, будь любезен кратко изложить свою просьбу. К сожалению, я сейчас не могу уделить достаточно времени обсуждению моего статуса в парде, – чуть резче, чем следовало, отозвалась Елена, задетая таким откровенным хамством. – Миссис Эшли, опустите шерсть на загривке и присаживайтесь. Здесь оборотней не обижают. В ногах правды нет.

– Она и правда, видит! – пораженно воскликнула блондинка, присаживаясь на краешек кресла. – Рэд, ты был прав.

– Я же тебе говорил, – оскалился Толли.

– Разумеется, я в курсе кто вы, миссис Эшли, – ответила миссис Куинн, с интересом разглядывая вер–леопардиху. Надменность на лице женщины сменилась озабоченностью. Плечи поникли, серые глаза наполнились отчаянием. – Я вижу, что вы песочный леопард уже больше года. Так какое дело привело вас ко мне?

– Мой муж подает на развод и хочет забрать детей, – Эдит протянула адвокату повестку в суд и нахохлилась, как озябшая птичка. – Я не знаю, что мне делать.

– Ваш муж знает, что вы вер–леопард? – уточнила Елена, открывая блокнот, и пультом включила скрытую видеокамеру. Она всегда записывала беседы с клиентами, чтобы после их ухода в спокойной обстановке изучить суть проблемы.

– Да, знает. В этом то и проблема. Боюсь, это обстоятельство он использует в качестве главного аргумента, – невесело проговорила женщина. – Мы живем на краю города у леса. Два года назад Артур взял меня на охоту на уток. Я выстрелила в утку, промахнулась и уронила ружье. Из кустов выскочил леопард и напал на меня. Муж выстрелами прогнал зверя, но я уже пострадала. В больнице, куда он меня отвез, поставили диагноз: ликантропия. К счастью дежурная медсестра оказалась членом парда. Она вызвала Рэда, а он ввел меня в стаю и обучил контролю над зверем. Мужа очень злили мои периодические отлучки на ночь глядя: сначала на обучение в парде, потом в полнолуния. Дети в такие дни гостили у моей мамы, а муж был предоставлен сам себе. Подозреваю, что он завел себе подружку на стороне.

– Я возьмусь за ваше дело, – взвесив все за и против, сказала миссис Куинн и сделала пометку в блокноте. – Что именно вы хотите получить при разводе?

– Дом, он достался мне от тети еще до свадьбы, – твердо заявила миссис Эшли. – Детей и алименты.

– Вы работаете?

– С тех пор, как вышла замуж, не работаю.

– Значит алименты на семью. Где работает ваш муж?

– У него сеть зоомагазинов.

– Как давно вы не живете вместе? – ручка зависла над линованным листком блокнота.

– В том то и дело, что живем, – мрачно усмехнулась Эдит. – Жили до последнего полнолуния. Утром я вернулась домой и обнаружила на обеденном столе эту повестку и записку, где муж сообщил, что переехал в свой старый дом.

– Мне необходимы от вас следующие документы: копии завещания и свидетельства о собственности на дом, справки из больницы о повреждениях в результате нападения, из полиции о произведенном расследовании, и от психолога, если пользовалась его услугами, – продиктовала Елена, распечатывая договор оказания юридических услуг.

– Я привезу вам их после обеда, – пообещала миссис Эшли, ставя подпись в контракте.

– Продиктуйте, свой контактный телефон и адрес вашего мужа, – попросила адвокат, убирая подписанные бумаги в папку.

Эдит выполнила требуемое и поднялась.

– До свидания, и извините за грубость. После получения известия о разводе я сама не своя, – проговорила женщина и покинула кабинет. Рэд задержался.

– Спасибо, мистрис. Эдит опасалась, что ты ей откажешь. Если что–то понадобится, только позвони, – здоровяк поцеловал руку своей альфы и тоже вышел.


Елена прочла текст повестки в суд и нажала кнопку селектора.

– Скотт, запроси в суде копии документов по делу о разводе «Эшли против Эшли» и выясни имя адвоката истца, – распорядилась она и набрала номер одного из детективов. – Фаркас, зайдите.

Ласло материализовался сразу после звонка и молча посмотрел на начальницу, всем своим видом выражая внимание.

– Мне требуется вся информация на Артура Эшли: где бывает, с кем проводит время, с кем спит, что ест и пьет. Аудио, видео, фото – все, что возможно. Не мне тебя учить. Вот адрес и телефон. Срок исполнения – третье октября 17:45. Вопросы есть? – адвокат машинально перешла на ты, как обычно поступала, когда говорила с оборотнями.

– Расходы, босс? – лаконично уточнил вервольф.

– Трать, сколько сочтешь нужным, – ответила Елена. – Будут вопросы или сложности, звони в любое время.

– Понял, босс, – Ласло кивнул и ушел.

Скотт принес копию искового заявления, и адвокат с помощником вместе склонились над документом. Мистер Эшли мотивировал свой развод приступами ярости, нередко случавшимися у жены после нападения дикого зверя, произошедшего два года назад. По просьбе Елены детектив Санчес сделал подборку полицейских вызовов в районе проживания четы Эшли за последний год. В дом Эшли наряд не вызывали ни разу. «Хорошенькое дело, – пробормотала миссис Куинн, просматривая полицейские сводки. – Эдит тишайшая женщина, а муж обвиняет ее в неуравновешенности. Похоже, он просто нашел законный способ избавиться от надоевшей жены. Ликантропия только повод».

В одиннадцать часов миссис Куинн пригласила в свой кабинет Нила Брэма.

– Мистер Брэм, сегодня вы сопровождаете меня в суд, – объявила она, надевая бежевое пальто. Кейс с документами и черная дамская сумочка ждали своего часа на столе. – Посмотрим, как вы контролируете своего зверя на людях. Одевайтесь и ждите меня на парковке.

– Слушаюсь, мэм, – отчеканил Нил и вылетел из кабинета. Елена хмыкнула и с кейсом в руках вышла в приемную.

– Вы берете в суд вер–леопарда, босс? – спросил Скотт, отрываясь от поиска данных о финансовом положении компании мистера Эшли. – Вы уверены, что это безопасно для вас?

– Не уверена, – призналась девушка и заговорщически подмигнула. – Но кто же откажется покрасоваться в обществе такого шикарного телохранителя?

– Дело ваше, босс, – скептически заметил Мюррей и посоветовал. – Возьмите хотя бы серебряную пудреницу. Мало ли что.

– Спасибо за заботу, Скотт. Я справлюсь, – девушка отдернула рукав, демонстрируя браслет с бегущим волком, сверкнула серебряными колечками на пальчиках и направилась к выходу.

– Отчаянная вы леди, босс, – покачал головой вер–рысь и вернулся работе.


Брэм ждал босса, небрежно прислонившись к капоту ее джипа. Услышав цокот каблучков, он выпрямился и встретил Елену по стойке смирно, пялясь в сумрак парковки немигающим взглядом.

– Вольно, сержант, – насмешливо проговорила миссис Куинн, отпирая машину. – Мы на гражданке. Не стоит лишний раз подчеркивать, что я старше по званию. Возьмете кейс и садитесь на переднее сидение.

Всю дорогу до здания правосудия Брэм сидел прямо, положив ладони на кейс, и, глядя в лобовое стекло, терялся в догадках, зачем его взяли собой в суд. С проблемой «Почему бывшего морпеха с диагнозом «ликантропия» приняли на работу охранником?», Нил за две недели обучения в стае худо–бедно разобрался. Раз наняли, значит, опыт, навыки и физические характеристики Брэма соответствовали требованиям, предъявляемых к кандидатам на должность. Сейчас отставного сержанта беспокоило, справится ли он со своим зверем в стрессовой ситуации, не перекинется ли на глазах испуганной толпы, и тем самым подорвет доверие своего работодателя. Привыкший трезво оценивать свои силы, вер–леопард сомневался в своей готовности вернуться к обычной жизни, опасаясь причинить вред «мирным гражданам». Правда получив приказ, сопровождать босса, Нилу и в голову не пришло оспорить его или поделиться сомнениями. Вбитые за годы военной службы прописные истины требовали сперва выполнить поставленную задачу, а после обсуждать ее разумность и правомерность. В конце концов, миссис Куинн на то и босс, чтобы самой решать, кому из подчиненных поручать то или иное задание. Бросив быстрый взгляд на миловидную молодую женщину, с каменным лицом ловко перестраивающую свой внедорожник в плотном потоке, Брэм еще раз задался вопросом, почему босс не боится его, недавно обращенного вер–леопарда.

Судя по расправе над Рэдфордом, адвокат Куинн, или как назвал ее Эванс, «Онса», вообще не знакома с чувством страха. Кто бы мог подумать, что безобидная с виду леди окажется таким умелым и опытным бойцом. После короткого, но эффективного боя здоровяк Толли признал ее своей альфой. Когда Нилу объяснили, что загадочный «альфа – доминант» – это что–то вроде офицера, только с большими полномочиями, он, к своему удивлению, понял, что Онса и его альфа тоже. Маленькая леди привела бывшего морпеха в стаю, убедила вожака принять новобранца и наглядно доказала, что за своего подопечного способна поручиться не только словом, но и делом. Если уж босс и, что важнее, альфа верит, что охранник достаточно контролирует свою вторую сущность, что бы выполнять работу, для которой его наняли, то кто Нил такой, чтобы спорить…

– Сегодня вы мой помощник, мистер Брэм. Держитесь рядом и, чтобы ни случилось, не отходите от меня ни на шаг, – прервала его размышления Елена, въезжая на парковку возле здания правосудия. Выйдя из машины, адвокат толкнула тяжелые двери и с видом завсегдатая уверено направилась через холл к лестнице на второй этаж. Нил тенью последовал за ней, приотстав всего на полшага.

В зале заседания адвокат беспрепятственно пересекла балюстраду, отделяющую зрителей от участников процесса, и сразу же прошла к левому столу, за которым сидела мрачная шатенка лет сорока в темном платье, кутаясь в белый палантин. Елена поздоровалась с ней, небрежно бросила пальто на спинку соседнего стула, перекинулась парой слов с лысоватым толстяком в черной в полоску тройке за соседним столом и кивнула охраннику на свободное место возле своего стола.

– Устраивайтесь поудобнее, мистер Брэм, слушание обещает быть долгим.

Нил отдал боссу кейс и опустился на жесткое сидение. Чуткие уши оборотня наполнил гул голосов зрителей, постепенно наполняющих зал. Неприятный шум нервировал мужчину, за время обучения отвыкшего от подобных раздражителей. «Дышите глубже, мистер Брэм», – шепнула босс, раскладывая перед собой бумаги, и бывший морпех послушно занялся дыхательной гимнастикой. Совет начальницы помог оборотню справиться с беспокойством, и он смог, наконец, оглядеться. Заседание шло полным ходом. Миссис Куинн кого–то допрашивала на трибуне, а толстяк о чем–то шептался со своим соседом, худым желчным мужчиной в сером пиджаке. Шатенка в темном с опаской покосилась на Нила и плотнее запахнула палантин, но вер–леопард успел учуять запах хищной птицы. «Сова в суде?» Додумать эту мысль Нилу не дал призывный металлический запах, наполнявший рот вязкой слюной. Кровь? Откуда–то рядом тянуло кровью. Брэм почувствовал, как заостряются его уши, клыки сами собой оскалились, глаза застил кровавый туман, а из горла поднялся тихий рык. «Нельзя перекидываться! Нельзя, не здесь! Соберись, сержант!» – уговаривал сам себя Нил, с ужасом осознавая, что теряет контроль над своим телом.

– Держись, Брэм. Вот, хороший котик, – раздался справа тихий женский голос. Резкая боль обожгла руку, проясняя сознание. Туман отступил, и Брэм увидел лицо босса, склонившееся над записями. Адвокат внимательно слушала выступление представителя противной стороны, делая пометки в блокноте, но ее левая ладошка крепко сжимала запястье охранника. Серебряные колечки впились в его кожу, обжигая и возвращая к реальности.

– Спасибо, мэм, – пробормотал вер–леопард, беря себя в руки. – Я в порядке.

Одарив Нила мимолетным взглядом, Елена убрала кисть, поднялась и выразила протест на какое–то замечание оппонента. Дальнейшее слушание прошло без осложнений. «Хороший котик» – от этих слов охраннику захотелось мурлыкнуть и тереться об локоть начальницы, выпрашивая ласку, но с подобными позывами бороться было проще. Ожоги от серебра помогали игнорировать пьянящий аромат крови и не давали Брэму забыть, кто он и где находится. Когда полчаса спустя суд объявил свое решение по делу, Нил был готов пропеть: «Аллелуйя». Он смог, справился и не подвел босса. «Киска заслужила почесон?»


– Отличная работа, мистер Брэм, – заметила адвокат, ведя машину обратно в офис. – Для первого раза вы отлично себя контролировали.

– Извините, мэм. Я вас подвел, – проговорил Нил, буравя виноватым взглядом несчастный кейс, лежащий на его коленях. – Я чуть было не сорвался…

– Все хорошо, мистер Брэм. Ваш дебют в качестве охранника меня вполне устроил, – возразила Елена, серьезно глядя на вер–леопарда через зеркало заднего вида. – Такое самообладание всего после месяца обучения – впечатляюще. Поверьте моему опыту, многие при таком сроке ведут себя гораздо хуже.

– Оставьте мистера, мэм. Обращайтесь ко мне просто «Брэм» или «Нил», – попросил бывший сержант, от волнения сжимая кейс сильными ладонями. «Может, она согласится…», – подумал он и робко добавил вслух. – Моя альфа, я официально прошу вашего покровительства.

– Вы хорошо подумали, Брэм? – уточнила миссис Куинн, и ее лицо стало суровым как в суде. – Вы готовы смешать деловые отношения и иерархию парда? Это очень серьезный шаг. Вы понимаете, на что вы подписываетесь, подавая такое прошение? Если я соглашусь, вам придется выполнять не только служебные, но и мои личные задания. Любые задания. Абсолютно любые.

– Да, мэм. Мне объясняли, что значит иметь альфу, – согласно кивнул Нил. – Я также в курсе, что в случае нужды вы окажите мне всестороннюю помощь. Любую возможную.

– Твоя взяла, пятнистый котик, – усмехнулась альфа Онса и погладила вер–леопарда по щеке. Брэм громко замурчал. – Не пожалей потом о своем решении, сержант.


– Как все прошло, босс? – взволнованно спросил Мюррей, едва Елена вошла в приемную.

– Мы выиграли, – устало улыбнулась девушка. – Меня кто–нибудь спрашивал?

– Нет, босс. Миссис Эшли привезла требуемые документы, – доложил личный помощник, протягивая конверт с бумагами. – Отчет о финансовом положении мистера Эшли у вас на столе.

– Спасибо, Скотт, – поблагодарила адвокат, отпирая свой кабинет. Войдя внутрь, она бросила пальто на диван для посетителей, убрала документы по выигранному делу в сейф, и присев на край стола, разложила перед собой материалы по разводу вер–леопардихи.

– Вы опять забыли пообедать, босс, – укоризненно произнес помощник, внося на подносе чашку ароматного чая и тарелочку с крекерами. – Поешьте, а то от голода в обморок упадете.

Елена прервала работу и, пересев в свое рабочее кресло, с наслаждением пригубила чай с мелиссой. Мюррей тихо вышел, оставив начальницу чаевничать в одиночестве. Расправившись с крекерами, девушка открыла сумочку в поисках салфетки и обнаружила утреннее письмо от «поклонника». «Интересно, что в нем?» – подумала адвокат, пользуясь возможностью отсрочить возвращение к работе над разводом. Из вскрытого конверта на столешницу высыпались сложенный втрое листок бумаги и бархатный мешочек. В мешочке обнаружилась серебристая брошь в виде летящей бабочки, тоненькая и невесомая. Полюбовавшись на изящную вещицу, девушка развернула письмо.

«Здравствуйте, Онса Прета.

К сожалению, не знаю вашего настоящего имени. На конкурсе в клубе «Лео» вы представились «Онса Прета», и я взял на себя смелость обратиться к вам именно так. Мне посчастливилось лицезреть ваше выступление… И я потерял покой! Это было фантастическое по своей силе и красоте зрелище. Ничего подобного я прежде не видел. Какая грация, какое чувство ритма! Каждую ночь мне снится ваш феерический танец, и я просыпаюсь с красными щеками. Жаль, что от подушки. У вас тяжелая рука, Онса Прета. Такой шикарной пощечины я в жизни не получал. Душа просто пела от такого праздника. Восторг и восхищение переполняли меня в тот вечер. Искренне жаль, что вы больше не выступаете. Я регулярно наведываюсь в «Лео», но вас с тех пор не встречал. Ни одно шоу, которое там ставятся, не идет ни в какое сравнение с вашим танцем.

Не удержался и написал Вам это письмо. Не сочтите дерзостью признания скромного поклонника, потерявшего голову от вашего таланта.

С восхищением, Рем».

Не зная, как реагировать на такое послание, Елена аккуратно спрятала послание и бабочку обратно в конверт. Положив письмо в сумочку, адвокат вернулась к работе.



***

Третьего октября после полудня позвонил Фаркас и сказал, что есть интересные материалы, но до вечера не успеет. Миссис Куинн велела представить наработки к девяти утра следующего дня.

Утром, когда Елена подошла к офису, Ласло уже ждал у дверей с документами.

– Босс, – начал он с порога. – Артур Эшли – весьма интересная личность. Кроме сети зоомагазинов, он совладелец прачечной, где работают нелегалы из Китая, и подпольного борделя. Кроме того, у него есть любовница и любовник, которым он оплачивает квартиры. Я сделал несколько фотографий, они прояснят картину.

Он открыл папку и начал выкладывать содержимое на стол. Сначала у адвоката округлились глаза, потом загорелись, как у кошки при виде сметаны.

– Скотт, мне нужен телефон адвоката Артура Эшли, срочно, – бросила она в селектор, как только помощник откликнулся.

– Босс, у вас сегодня слушание по делу Эшли, – напомнил Мюррей.

– Да, я помню, сегодня в полдень.

– В десять, босс, – поправил ее Скотт, сверяясь с графиком заседаний суда.

– Как в десять? – всполошилась девушка, доставая из подставки повестку. – Действительно в десять. Вызови ко мне Брэма.

Велев Ласло дорассказать по дороге, миссис Куинн вылетела из офиса, на ходу застегивая пальто. Перехватив вер–леопарда у лифтов, Елена вручила ему кейс с документами и, едва кабина открыла двери на парковку, быстрым шагом направилась к своему джипу. Брэм и Фаркас, переглянувшись, рванули следом.

Эдит прогуливалась перед зданием суда, нервно барабаня пальцами по сумочке.

– Добрый день, миссис Эшли, – приветствовала ее адвокат Куинн, выходя из машины.

– Рада вас видеть, мистрис Онса, – мрачно отозвалась вер–леопардиха. Похоже, она до последнего не верила, что Онса возьмется за ее дело. – Надеюсь, вы сможете меня обнадежить. Мистер Рубс, адвокат мужа уже второй день предлагает мне подписать мировую с Артуром, отдать ему детей и взять отступные. Я отправила адвоката к вам. Он с вами связывался?

– Нет. Очень интересный поворот, – покачала головой Елена. – Я и сама планировала связаться адвокатом Рубсом, но он был не доступен. Думаю, мы найдем его у судебного зала.

Адвокат Рубс и Артур Эшли обнаружились возле окна напротив зала заседания. До слушания еще оставалось время, и Елена предложила побеседовать в переговорной. Эшли отказался, но миссис Куинн сказала, что у нее есть очень важная информация, и Рубс убедил клиента согласиться.

– Мистер Эшли, вы мотивируете свой развод, вспышками гнева своей супруги и многочисленными скандалами. Однако соседи не жаловались на доносящиеся из вашего дома громкие звуки, кроме радостного детского смеха. Полиция ни разу не приезжала по вашему адресу.

– К чему вы ведете, советник? – спросил адвокат Артура Эшли.

– Мистер Эшли не сможет обосновать свой иск к миссис Эшли. А вот у миссис Эшли есть повод для развода. Мистер Эшли, вам знакомы люди, изображенные на этой фотографии? И на этой. – Елена передала мужчинам фотографии мистера Эшли в постели с любовником и любовницей в весьма пикантных позах.

– Что вы предлагаете? – хрипло произнес адвокат.

– Во–первых, мистер Эшли изменяет основание иска на развод по обоюдному согласию. – Увидев фотографии, Эдит побелела как полотно и, бросилась бы на мужа, но Брэм, стоявший у начальницы за спиной, положил руку на плечо миссис Эшли и спросил, не принести ли воды. – Во–вторых, обязуется не претендовать на дом миссис Эшли, перешедший к ней по наследству до заключения брака. В–третьих, дети остаются с миссис Эшли, поскольку именно она занимается их воспитанием. И наконец, мистер Эшли выплачивает на семью алименты не только с сети зоомагазинов, но и с других принадлежащих ему предприятий.

– У мистера Эшли нет других предприятий, – удивленно произнес адвокат. Артур выглядел спокойным, но его пальцы нервно щелкали ручкой.

– У меня другие сведения, которые наверняка заинтересуют полицию, но их я озвучу, только если мы не придем к соглашению. Решайте, джентльмены, до начала слушания осталось десять минут.

Адвокат посовещался со своим клиентом, и они согласились на все условия миссис Эшли. В зале суда мистер Эшли изменил основание иска, озвучил результат переговоров и, началось обсуждение условий совместной опеки над детьми.

К концу ноября развод был окончательно оформлен. Эдит сохранила все, что хотела: дом, детей и получила щедрые алименты на семью.



Глава 11. Роман в письмах

Конец сентября 2012 год, офис детектива. Колорадо Спрингс.

– Что вы узнали? – небрежно спросил Рем, уютно устроившись в потертом кожаном кресле напротив детектива. Немолодой грузный латиноамериканец неторопливо открыл ящик стола и положил на стол синюю пластиковую папку. Снедаемый нетерпением Рем с трудом подавил желание схватить «ищейку» за грудки и хорошенько встряхнуть, чтобы быстрей шевелился. «Успокойся, – велел он себе, сохраняя на лице каменное выражение. – Это лучший сыщик, какого ты можешь себе позволить. Неважно, как он себя ставит, главное, что он нарыл. Дай ему сделать доклад, вспылить всегда успеешь».

– Кабриолет принадлежит Теренсу Маршаллу, автомеханику. С владельцем кабриолета объект состоит в дружеских отношениях. Объект проживает в латинском квартале, точный адрес установить не удалось, местная шпана помешала. Ездит на темно–зеленом вседорожнике «Tahoe» 2001 года выпуска. Работает адвокатом, адрес офиса прилагается. Растит ребенка, мальчика двенадцати лет, – доложил детектив, протягивая клиенту досье. – Здесь подробные сведения об объекте.

Рем открыл папку, и с первой страницы на него взглянула привлекательная девушка восточно–европейской внешности. Камера засняла леди за рулем джипа, выезжающего из автомастерской. Спокойное округлое лицо уверено смотрело на фотографа ясными синими глазами, русые волосы собраны на затылке в хвост. На светлой золотистой коже щек играл легкий румянец, едва тронутые розовой помадой пухлые губки чему–то загадочно улыбались. «Вот ты какая, Онса Прета, – подумал Рем, разглядывая фотографию. – Красивая, умная и счастливая. Мечта. Моя мечта».



***

В середине октября Елена получила новое письмо от загадочного Рема. Мюррей принес его с утренней почтой и так ухмылялся, что адвокат заподозрила неладное.

– Вам снова письмо от поклонника, босс, – торжественно объявил помощник, кладя на стол конверт, помеченный: «Онса Прета. Лично в руки».

– Скотт, почему ты так уверен, что этот пакет предназначен для меня? – строго спросила миссис Куинн, отодвигаясь от таинственного послания. – Может, его доставили по ошибке.

– Но, ты же Онса, мистрис, – посерьезнел вер–рысь, переходя на принятое в среде оборотней обращение на «ты». – Ты – Онса–пинтада, адвокат «пушистых» и, как я слышал, доминант двух крупнейших стай города.

– Письмо адресовано «Онса Прета», – девушка обвиняюще указала на рукописную надпись поверх конверта.

– Наверное, поклонник неверно расслышал твое прозвище, – предположил Скотт, но прозвучало это неубедительно. – Думаю, это кто–то из твоих бывших клиентов.

– Обнюхай пакет, – велела адвокат, скрестив руки на груди. – Я не притронусь к нему, пока не буду уверена, что это безопасно.

Рысь–оборотень покорно склонился над столешницей. Поводив носом над конвертом, он выпрямился, смешно фыркнул и доложил:

– Пахнет дорогим мужским парфюмом. По мне, аромат слишком терпкий, но дамам такое нравится.

– Больше ничем не порадуешь? – язвительно уточнила Елена, беря из подставки нож для писем.

– Нет, босс. Сибирская язва и подобные пакости вам сегодня не угрожают. Другой информации из очень слабого коктейля запахов, сохранившихся на бумаге, вам даже волк не добудет. Дорогой парфюм, клей и пот с ладоней курьера. Больше ничего, – официальным тоном ответил личный помощник. – Мне проверить всю почту, босс или достаточно этого послания?

– Достаточно, – согласилась миссис Куинн и взмахом руки отпустила Мюррея. Осторожно взяв конверт за краешек, девушка сделала надрез и вытряхнула на стол сложенный втрое лист обычной бумаги для принтера. Уже знакомым угловатым почерком там было написано следующее:

«Здравствуйте, Онса Прета.

Несмотря на все мои старания, мне так и не удалось узнать ваше настоящее имя. Прошел месяц с тех пор, как я удостоился чести любоваться вашим танцем, но его магия и сейчас будоражит мое воображение, волнует и побуждает каждый вечер наведываться в «Лео» в тщетной надежде встретить вас. Никто из завсегдатаев клуба с вами незнаком, да и охранник у входа видел лишь мельком. По номеру кабриолета мой друг установил имя вашего спутника, а наблюдая за ним, нашел место вашей работы. На этом ваш след обрывается. Моей смелости не хватает, чтобы подняться в ваш офис и познакомиться вживую. Вы – мое наваждение. Ваш образ преследует меня днем и ночью. Мне уже мало воспоминаний о волшебных мгновениях того вечера, я мечтаю выразить вам свое почтение если не на личном, то хотя бы виртуальном свидании. Бумага неспособна передать все гамму чувств, которая переполняет мое сердце при воспоминании о вашем умопомрачительном танце.

Если сочтёте возможным общение со мной, буду счастлив.

С восхищением, Рем»

В конце письма был указан адрес электронной почты.

– Он за мной следил! Вернее, этот «поклонник» следил за Маршаллом и разгуливал вокруг моего офисного здания. Терри, во что ты меня втянул? Вот..., – возмущенная Елена от души помянула всю родню наглого Рема до седьмого колена, мешая русский мат с американским и испанским сленгом. – Ну, и что мне делать с этой проблемой? Во–первых, нанять еще охранников и разместить по одному в каждом офисе. Для охраны дома, пожалуй, хватит и Доусона. Ни к чему поднимать панику при отсутствии явной угрозы. Учительницу Ника стоит предупредить, чтобы отдавала его только мне и людям, указанным в моем списке…

Успокоив нервы планом мероприятий, миссис Куинн отдала распоряжение Мюррею обновить объявление о найме сотрудников в детективное агентство и переключилась на разбор почты. Работа закружила в водовороте забот, и о содержании неприятного письма в тот день адвокат больше и не вспоминала.


Со дня переезда в Колорадо Спрингс Терри Маршалл каждый вечер приходил на ужин к своей девушке, и всегда его встречали радушно. Но сегодня блондина ждал холодный прием.

– Всем привет, – с улыбкой произнес автомеханик, входя в кухню дома миссис Куинн через заднюю дверь.

– Привет, Терри, – весело крикнул накрывающий на стол Ник и помахал ему зажатыми в кулаке ложками. Доусон молча кивнул. Он точил нож и не хотел отвлекаться на разговоры.

– Добрый вечер, мистер Маршалл, – холодно отозвалась Елена, доставая из духовки рыбу по–русски. – Мойте руки и садитесь за стол. Будем ужинать.

– Что–то случилось? Почему Елена держится так официально? – тихо спросил Терри у Роя, смывая мыло с ладоней под струей воды.

Тот неопределенно пожал плечами. На взгляд брюнета миссис Куинн вела себя совершенно нормально. Назвать своего кавалера «мистер» для нее было делом обычным. Особенно после тяжелого рабочего дня. Раскладывая по тарелкам рыбу, запеченную с картошкой, Елена против обыкновения не спросила, как у Маршалла дела и сколько ему положить гарнира. Во время еды девушка молчала, односложно отвечая на вопросы сына, устроившего шуточную пикировку с Роем и Терри, выясняя, какая гоночная машина быстрее.

– Приятного вечера, джентльмены, – произнесла Елена в конце ужина и поднялась из–за стола. – Рой, не забудь, сегодня твоя очередь мыть посуду.

– Ты куда, дорогая? А как же чай с ягодными кексами? – удивленно спросил Доусон, подбирая с тарелки остатки жареного лука.

– Мне нужно поработать над делом, пейте без меня, – сказала миссис Куинн и направилась к выходу в коридор.

– Мам, можно мне поиграть на приставке с Терри? – окликнул ее в дверях Ник и клятвенно заверил. – Я все уроки сделал. Честно все.

– Можно. Только ложись спать не позже десяти, – разрешила она и вышла.

«Да, что же с ней творится? Будто в воду опущенная, – терялся в догадках Терри, отправляя в рот сочный кусок трески. – Нужно пойти за ней и узнать, может, помощь нужна».

Отставив пустую тарелку, блондин решительно встал и двинулся вслед за своей девушкой.

– А ты зачем вскочил? Чайник вот–вот согреется, – поинтересовался Рой, убирая со стола грязную посуду. – Сиди, мы на обратном пути с работы накупили кучу сладостей. Не пропадать же добру.

– Мне нужно выйти. Начинайте без меня, – бросил через плечо Маршалл и быстрым шагом покинул кухню.

– Смертник, – с сочувствием проговорил Ник, заливая кипяток в заварочный чайник.

– Почему ты так решил? – полюбопытствовал Доусон, снимая с полки упаковку кексов.

– Спорю на шоколадку, что он пошел за мамой. Когда мамочка чем–то озабочена, как сегодня, к ней лучше без острой необходимости не лезть, – пояснил Ник. – Терри крупно повезет, если его не спустят с лестницы. Случаи были.

Маршал догнал миссис Куинн возле самой ее комнаты. Девушка только потянула ручку двери, как Терри коснулся ее плеча.

– Милая, что тебя обеспокоило? – ласково проговорил он и невольно отшатнулся от ледяного взгляда Елены.

– Мистер Маршалл, напоминаю вам, что никому не позволено подниматься на второй этаж этого дома без приглашения. Никому, кроме меня и Ника, – процедила она, переступая порог своей комнаты. – Пожалуйста, избавьте этот коридор от своего присутствия. Мне нужно ознакомиться с документами.

– Милая, я никуда не уйду, пока ты со мной не поговоришь, – упрямо сказал Терри, но коридор от своей персоны очистил … войдя в ее спальню. – Что я сделал не так? Когда я успел тебя рассердить, что ты так холодна со мной?

– Читайте, – командным тоном велела она, протягивая извлеченный из сумочки листок бумаги. Блондин пробежал глазами текст и недоуменно уставился на девушку.

– Хорошо написано. От чистого сердца. Мужик явно на тебя запал. Чем же ты недовольна? Я думал, девушкам нравится, когда ими восхищаются, – непонимающе спросил Терри и едва избежал оплеухи. Елена в последний момент опомнилась и сунула ему в руку второе письмо.

– А теперь прочтите это, – бросила она, отходя к окну. Присев на подоконник, девушка злорадно наблюдала, как недоумение на лице друга сменяется негодованием.

– Он… да как он посмел следить за нами! Он ездил в твой офис, он…– задохнулся от возмущения блондин, возвращая письма. – Он тебя преследует! Хочешь, я с ним разберусь?

– Не представляю, что и думать, – вздохнула миссис Куинн, убирая конверты на место. – Автора посланий впечатлил мой танец, а вовсе не я. Обрати внимание, в письмах несколько раз повторяется «танец», но не слова обо мне как о живом человеке. Он считает, что я танцовщица из клуба для мазохистов, куда ты меня водил в прошлом месяце.

– Так это был клуб мазохистов? – переспросил Терри, потрясенно опускаясь на кровать. – А я все гадал, почему за выигрыш в конкурсе такой странный приз – карта скидок от магазина для взрослых.

– Да, вы прям гений, мистер Маршалл, – голос Елены просто сочился сарказмом. Она медленно приблизилась и нависла над отставным спецназовцем как статуя правосудия над осужденным. Мужчина невольно втянул голову в плечи и почувствовал себя провинившимся школьником. – По–твоему, это в порядке вещей – отвешивать пощечины зрителям? Часть развлекательной программы? Хоть бы в интернет слазил за информацией о клубе, прежде чем меня туда вести. По твоей милости я сейчас под колпаком тайного поклонника. Разберешься, говоришь? С кем ты разберешься? Ты знаешь, кто этот тип? Я тоже без понятия.

– Ударь меня, – тихо попросил Терри, поднимая на нее взгляд побитой собаки.

– Что ты сказал? – не поверила своим ушам девушка, от неожиданности потеряв мысль. – Что мне сделать?

– Ударь меня. Сильно. От души, – громче произнес блондин и, взяв ее ручку, хлопнул себя по щеке. – Ты права, хозяйка, я виноват и заслужил наказание. Не пригласи я тебя в клуб, этой проблемы бы не было. Накажи меня, напомни мое место.

«О, как его проняло–то!» – забеспокоилась Елена, глядя в виноватые глаза друга.

– Уверен в своих словах? Обид не будет? – уточнила она, дабы избежать недопонимания. Терри кивнул и снова хлопнул себя по лицу. – Ну, как знаешь.

Звонкая пощечина окрасила лицо блондина в красный цвет.

– Еще, еще, еще… – шептал Маршалл, подставляясь под новую оплеуху. Удары градом сыпались на блондина, а он преданно смотрел на свою хозяйку, прося продолжения.

Отведя душу, Елена остановилась и полюбовалась на свою работу. Пунцовые щеки блондина украсились бледными отпечатками ладошек. На его губах сияла довольная улыбка, а глаза горели благодарностью.

– Спасибо, хозяйка, – пробормотал Терри и поднес ее руку к губам. – Ты больше не сердишься на меня?

– Не сержусь, – Елена погладила мужчину по щеке и коротко поцеловала. – Странный ты парень, Терри Маршалл, но с тобой так спокойно. Так бы с тобой и сидела целую вечность, но мне и правда нужно поработать. Иди чай пить, а то остынет. Увидимся завтра.

– Слушаюсь, мэм, – шутливо отсалютовал блондин и вальяжной походкой пошел к лестнице.



Спустя пару дней миссис Куинн зашла в кабинет директора агентства за еженедельным отчетом о выполненных контрактах и застала Доусона беседующим с крупным шатеном, стриженным под машинку. Беседа была оживленной.

– Добрый день, сэр, – поздоровалась она с посетителем и строго спросила компаньона. – Рой, где отчет за неделю, который я прошу сдавать до полудня? Ты хочешь, чтобы наши сотрудники ушли на уикенд без премии?

– Дорогая, познакомься, это мой сослуживец, штаб–сержант Марк Вилсон, спецвойска. Я хочу нанять его охранником, что скажешь? – директор представил собеседника, вольготно развалившегося в кресле для посетителей, и лихорадочно захлопал ящиками в поисках требуемого документа, отлично зная, на что способна рассерженная пассия. – Не волнуйся, отчет я сейчас найду, Дэв его еще час назад принес.

Дэвид Митчелл в середине октября был повышен до заместителя директора по административным вопросам, так как отчеты и организация работы у него выходила лучше, чем у Доусона.

– Елена Смирнофф Куинн, совладелица агентства и исполнительный директор, – Елена протянула руку для рукопожатия. Марк насмешливо оглядел невысокую пышку в темно–сером жакетике поверх бордового платья, как диковинную зверюшку, демонстративно игнорируя протянутую ладонь, и приветливо ухмыльнулся. Девушка почувствовала себя оскорбленной. «Мистер не считает женщин ровней себе? Что ж посмотрим, подходишь ли ты на роль телохранителя, зазнавшийся здоровяк!»

– Мистер Вилсон, встаньте, пожалуйста, – едва сдерживая злость, холодно попросила миссис Куинн, подходя к директорскому столу. Вилсон остался сидеть, с интересом глядя на нее. – Встать, сержант – перед вами леди и старший по званию.

– Старший по званию? – Марк вопросительно посмотрел на Доусона.

– Миссис Куинн – майор воздушной кавалерии Национальной гвардии штата, – пояснил Рой и взмахнул найденным отчетом. – Держи, дорогая.

– Простите, мэм. – Вилсон поднялся и с издевкой спросил. – На чем же вы летаете, мэм, на метле?

– На всем, что летает, – задумчиво отозвалась Елена, придирчиво разглядывая ладную фигуру рослого спецназовца. – В наше время метла уже не актуальна. Все больше пылесосы.

Ответ девушки сбил спесь с высокомерного крепыша.

– Где вы служили, сержант Вилсон? – спросила миссис Куинн, закончив осмотр. – Вилсон?

– Просите, мэм, – опомнился сержант и отрапортовал. – Я был в Ираке и Афганистане, участвовал в высадке на Гаити, мэм.

– Доусон, ты уверен, что с ним справишься? Тогда бери. У нас охранников не хватает. Брэм охраняет меня и моих клиентов, остается только Митчелл.

Миссис Куинн присела на стол, подвинула мышь и клавиатуру, и напечатала несколько слов. Зажужжал принтер. Контракт лег на столешницу перед кандидатом в охранники. – Ознакомьтесь и, если согласны, распишитесь.

Вилсон прочитал и расписался. Адвокат заверила документы печатью и протянула Марку его экземпляр.

– Поздравляю, мистер Вилсон. С понедельника вы – охранник Детективного агентства «Куинн и Доусон». Ваш непосредственный начальник – Рой Доусон, и он введет вас в курс дела. Я, как исполнительный директор, в работу охраны обычно не вмешиваюсь, но мои приказы также обязательны для исполнения, как и мистера Доусона, – жестко проговорила девушка и, слегка усмехнувшись, уточнила – Вам все понятно?

– Да, мэм.

Уже закрывая дверь, Елена услышала: «Она всегда такая стерва или только по пятницам?», обернулась и ответила: «Всегда».


Разговор с наглым спецназовцем напомнил миссис Куинн о другом мужчине, уже дважды смутившим ее покой. Передав недельные отчеты для расчета премии бухгалтеру Анне Фриман, адвокат вернулась в свой кабинет и достала из сейфа последнее письмо «поклонника». Со смешанными чувствами Елена проглядела его, открыла ноутбук и, создав новый электронный ящик, написала такое сообщение.

«Здравствуйте, Рем.

Мне очень лестно, что мой экспромт вызвал в вашей душе такую бурю положительных эмоций. В клуб «Лео» меня пригласил сердечный друг в первый и, надеюсь, последний раз. Мое выступление – результат неудачного стечения обстоятельств и желания защитить своего кавалера от агрессии незнакомой женщины. О том, что пощечина является неотъемлемой частью представления я поняла только, когда начала танцевать и увидела восторг в глазах зрителя, которого случайно хлопнула по лицу. Я не жалую публичные экзекуции и вряд ли вновь соглашусь участвовать в подобном шоу.

Я не профессиональная танцовщица и обычно не танцую перед публикой, предпочитаю танцы на вечеринках с друзьями и любимым человеком.

Ваш навязчивый интерес к моей частной жизни характеризует вас не с лучшей стороны. Меня беспокоит слежка, которую, как следует из вашего последнего послания, вы организовали за моими близкими. Это, мягко говоря, непорядочно и недостойно приличного человека, которым вы показались мне после прочтения первого письма.

Прошу больше не присылать конверты с пометкой «Онса Прета». Не будите спящего ягуара. Не вынуждайте меня идти на крайние меры. Поверьте, обвинение в преследовании серьезно испортит вашу репутацию и придаст ненужную огласку клубу «Лео».

Онса Прета».


В тот же день позвонила девушка и спросила, свободна ли еще вакансия секретаря в детективном агентстве. Миссис Куинн пригласила ее на собеседование.

Миниатюрная мексиканка оказалась львицей. Над темной головкой изящной смуглой девушки лет двадцати пяти витал образ огромной песочного цвета хищницы, нервно бьющей себя хвостом по бокам.

– Долорес Мартинес, – представилась кандидатка и скромно присела на краешек кресла для посетителей. – Вот мои рекомендации.

Ее опыт работы и послужной список вполне устроили Елену. Протягивая контракт, ради проформы адвокат спросила о причине увольнения с прежнего места работы. Девушка смутилась.

– Если я скажу, вы мне тоже откажете в найме.

– Причина в том, что вы львица? – предположила миссис Куинн, пристально глядя на соискательницу вакансии.

– Как вы узнали? – Долорес испуганно вскочила со стула.

– Я вижу перед собой взволнованную львицу, хлещущую себя черной кисточкой на хвосте, – ободряюще улыбнулась Елена. – Я не ошиблась? Оборотни называют меня Онса, я адвокат «пушистых». Подписывайте контракт и приходите в понедельник на работу.

– Онса? Легендарная Онса? – Долорес прочитала контракт. – Выходные на полнолуние? Никогда не думала, что человек–работодатель будет заботиться об оборотне.

– У меня работают несколько оборотней, – серьезно заметила адвокат. – Зачем подвергать себя опасности в полнолуние – я не враг себе.

– До понедельника, босс, – Долорес подписала контракт и, робко улыбнувшись, покинула кабинет.


Несколько дней Рем не напоминал о себе. Елена уже решила, что ее оставили в покое, но однажды холодным дождливым вечером в конце октября, когда холодные струи грозят затопить маленький запушенный садик позади коттеджа, а в кухне тепло и уютно, она получила электронное письмо от поклонника.

«Здравствуйте, Онса Прета.

Я рад, что вы нашли время и возможность ответить на мое предложение пообщаться, и расстроен, что мои розыски ваших следов вызвали ваше неудовольствие. Мною двигало стремление найти Вас, и я ничего не смог с этим поделать. Это стало смыслом моей жизни в последнее время. Я сейчас вам пишу, а сердце стучит от волнения. Прошу поверить, что узнав адрес вашего офиса, я прекратил собирать о вас информацию и немедленно написал письмо. Я не хотел доставлять вам беспокойство, только выразить свое восхищение.

С надеждой, Рем».


«Ишь ты, «с надеждой», – фыркнула Елена и в ответ отстучала такой текст:

«Здравствуйте, Рем.

Сообщение о слежке за моими близкими заставило меня усомниться в чистоте ваших помыслов. Ничто так не портит впечатление о собеседнике, как излишний интерес к чужой частной жизни. Вы нашли меня, и что дальше? Вы выразили восхищение моим танцем, я поблагодарила за любезность, и, на мой взгляд, нам говорить больше не о чем. На что вы надеетесь, отправляя мне сперва рукописные, а теперь и электронные письма?

Онса Прета».

«Интересно, что ты на это ответишь, мистер поклонник», – усмехнулась девушка и захлопнула ноутбук.



Глава 12. Онса Прета

«Вы нашли меня, и что дальше? Вы выразили восхищение моим танцем, я поблагодарила за любезность, и, на мой взгляд, нам говорить больше не о чем. На что вы надеетесь, отправляя мне сперва рукописные, а теперь и электронные письма?»

Уже который день Рем перечитывал эти строки и не знал, какой дать ответ. Каждое письмо очаровательной Онсы, чье фото с некоторых пор служило фоном рабочего стола ноутбука, оживляло будни сорокалетнего холостяка и дарило призрачную надежду вновь лицезреть незабываемый танец, поразивший его в самое сердце. До встречи с Онсой Рем не считал свою жизнь серой или безрадостной. Для своего возраста он был совершенно здоров, ради поддержания формы несколько раз в неделю занимался в спортзале, много путешествовал как по работе, так и для удовольствия, общался с интересными людьми, заводил краткосрочные романы и, конечно, регулярно по вечерам посещал клуб «Лео». В один из таких вечеров мужчина увидел ЕЕ и забыл обо всем на свете. Полумрак клуба не позволил, как следует, рассмотреть лицо «черной» леди с достоинством королевы, исполнявшей танец страсти. Все, что успел Рем – это уловить раздающую оплеухи ручку, унизанную серебряными колечками, да вдохнуть умопомрачительный аромат ее духов: жасмина и розы. Пощечина Онсы резко отличалась от тех, которыми прекрасная Сильва щедро одаривала своих поклонников. В ней не чувствовалось желание причинить боль, это был элемент танца, танца торжества женственности. Рем вспомнил, как маленькая ладошка со всего размаху бьет по щеке, и по его телу разлилась волна сладкого томления. Острое желание испытать пережитое блаженство все чаще захлестывало мужчину, мешая работать. Ночью было совсем худо. Стоило Рему закрыть глаза, как перед внутренним взором возникала танцующая фигурка в темном платье с блестками, и он просыпался в сильном возбуждении, от которого плохо помогал даже холодный душ, приходилось решать проблему вручную. Хронический недосып плохо сказывался на результатах деятельности мужчины. Сердобольная секретарша отдела советовала попить снотворного и, наконец, выспаться, но Рему не хотелось травить свой организм химией и лишаться возможности любоваться предметом своих мечтаний хотя бы во сне. Каждое утро он давал себе зарок набраться смелости и пригласить свое «наваждение» на свидание, но слова отказывались складываться в предложения, да и рабочие моменты отвлекали от создания электронного сообщения. Промучившись пару недель, Рем перед работой заехал в ювелирный магазин, от руки написал письмо и отдал запечатанный конверт сотруднику курьерской фирмы.



***

Начало ноября 2012 год. Колорадо Спрингс.

В полдень Елена предупредила Мюррея, что ушла на деловой обед, и, накинув пальто, направилась к лифтам на парковку.

– Мэм, вас сопровождать? – окликнул ее Брэм, стоявший у стойки администратора. Он принес от Доусона недельный отчет в бухгалтерию и задержался поболтать с новенькой секретаршей Мирандой, по совместительству крысолюдкой.

– Нет, Брэм. До трех часов вы свободны. Я вернусь, и вы проводите меня в суд, – ответила миссис Куинн, входя в двери лифта.

«Tahoe» с ягуаром на передней дверце пересек деловой центр и остановился перед Галереей искусств, справа от стоящего на парковке темного тонированного седана Шевроле «Импала». «Как в плохом шпионском детективе, – усмехнулась адвокат, прикрепляя к лацкану пальто брошь в виде черной розы. – Явки, пароли, тайные знаки и секретная переписка». Она вышла из машины и, не глядя по сторонам, поднялась по ступенькам к дверям выставочного зала.


Рем приехал чуть раньше назначенного времени, поставил свою «Импалу» цвета мокрого асфальта у входа в галерею и откинулся на спинку сидения, приготовившись ждать свою даму. Через несколько минут его начали одолевать сомнения. «Придет или не придет? – гадал он, нервно барабаня пальцами по рулевому колесу. Вдруг она в последний момент передумала? С чего ты вообще решил, что ей нужна эта встреча? Ты же читал отчет детектива: у нее есть ребенок, постоянный мужчина и хорошая работа в юридической фирме. Зачем такой леди интрижка на стороне?» С каждой секундой ожидания мужчина все больше сомневался в разумности своего приглашения. Рем нетерпеливо поглядывал на часы, всерьез подумывая уехать, едва наступит назначенный час. Отчаяние грозило затопить разум, но душа еще цеплялась за остатки надежды.

Четко в оговоренное время рядом с «Импалой» припарковался темно–зеленый внедорожник. Из салона вышла привлекательная девушка и зацокала каблучками черных сапожек вверх по лестнице. На вороте бежевого пальто темнела изящная брошь. Мужчина захлопнул дверцу седана и последовал за дамой, отмеченной черным цветком. В фойе Рем заплатил за вход и еле успел заметить, как его «наваждение» сворачивает в зал современного искусства.

– Онса Прета? – несмело обратился он к невысокой русоволосой девушке в драповом пальто, с интересом смотрящую на картину с умывающимися котятами.

– Вы, я так понимаю, Рэм, – несколько прохладно отозвалась Елена, она же Онса, бросая мимолетный взгляд на собеседника. «Симпатичный спортивный брюнет лет сорока в классическом черном костюме. Скорее всего, менеджер высшего звена и ведущий сотрудник преуспевающей компании», – отметила она про себя, а вслух спросила. – Чем обязана приглашением на встречу?

– Мэм, я не знаю с чего начать, – промямлил брюнет, и дал себе мысленно подзатыльник. «Соберись, – мысленно рявкнул он на себя. – Будешь тормозить, она уйдет и больше не согласится увидеться». Взяв себя в руки, он заговорил более уверенным тоном. – Последнее время я сам не свой. Спать не могу, все из рук валится. В сентябре увидел ваш танец в клубе «Лео» и потерял покой. Все время перед глазами вы. Ваше представление – это… – мужчина замялся, подбирая слова. – Это… материализация моей юношеской мечты. Мои настойчивые просьбы о встрече, наверное, кажутся вам непозволительно наглыми. Даже вызывающими, но… Но я ничего не смог с собой поделать. Я должен был снова вас увидеть… Мне это жизненно необходимо…

Онса внимательно слушала собеседника, неспешно гуляя по залу, и любовалась полотнами маститых художников, не отвечая, но и не прерывая. Молчание сбивало с толку. Рем боялся, что его неправильно поймут и отвергнут. Он говорил и говорил, волнуясь и запинаясь, как юнец на первом свидании. Наконец, брюнет выдохся и умолк, не зная, как еще выразить охватившие его чувства.

Онса надолго задержалась перед картиной на романтическую тему. Посреди вымощенного грубым камнем двора, увенчанная серебряной тиарой молодая златоволосая женщина в красном платье с наборным медным поясом на талии бьет по лицу коленопреклоненного парня в парадных доспехах, смиренно склонившего голову. За спиной красавицы высится башня средневекового замка. В нижней части рамы висела медная табличка «Акколада».

– Никакой наглости я пока не услышала, сэр, – мягко произнесла девушка, изучая ценник понравившейся картины. – Что именно вы ждете от нашей встречи?

До Рема не сразу дошел смысл сказанного. Его глаза удивленно распахнулись. Холодная леди снизошла до ответа. Мужчина получал удовольствие от одной возможности находиться рядом с очаровательной незнакомкой и внимать ее негромкому приятному голосу, не особо надеясь на столь благосклонную реакцию. Действительно, чего он добивался, умоляя о свидании? Не станет же Онса Прета повторять свой номер для незнакомого мужчины? Или станет?

– Если бы вы подарили мне хоть толику того блаженства, что я испытал там, в клубе… Я был бы совершенно счастлив и благодарил бы вас всю жизнь, – выпалил Рем, сам удивляясь своей смелости. «Теперь я в твоей власти, Онса Прета, – подумал брюнет, с преувеличенным интересом любуясь плитками пола. – Я открыл тебе свою душу нараспашку. Убей сразу или окажи милость».

Онса повернулась к просителю, задумчиво разглядывая, и кивнула своим мыслям. Синие глаза девушки светились умом и легкой иронией.

– Пойдемте, – наконец, произнесла девушка и, не оглядываясь, направилась к выходу на улицу. Рем послушно пошел следом, явно не ожидая такой решимости. Подойдя к зеленому джипу, она отперла замок и буквально приказала. – Езжайте за мной.

Походкой, говорящей об озадаченности, брюнет подошел к своему седану и уселся за руль. Джип выехал с парковки и сразу же влился в поток автомобилей спешащих на ланч клерков. Несколько раз Рем терял из виду внедорожник, но тот быстро отыскивался на соседней полосе и гонка возобновлялась. Наконец, «Tahoe» свернул с проспекта на улицу с менее оживленным движением и подъехал к четырехэтажному офисному зданию, но не встал у главного входа, а обогнул его и остановился в двух шагах от неприметной арки. Загадочно улыбаясь, Онса вышла из машины и скрылась в темном провале прохода.

Рем припарковал свою машину рядом с джипом и, положив руки в карманы брюк, чтобы не было видно волнения, безмолвно последовал за таинственной проводницей во мрак портала и растеряно замер на пороге, не решаясь сделать шаг в неизвестность. Послышался сухой щелчок, и темноту проредили светильники, образовав дорожку света к двухместному дивану, установленному напротив входа. Откуда–то послышалась негромкая музыка: незнакомая, но мелодичная. Смахнув оцепенение, брюнет уверенным шагом приблизился к дивану, резко снял пиджак, бросил на сидение и сам уселся рядом. Сердце от волнения билось в груди пойманной птицей. Голова кружилась от предвкушения, и в брюках стало тесно. Из темноты материализовалась женская ручка, погладила по щеке и снова исчезала. Ноздри уловили знакомый аромат жасмина и розы. Из тьмы раздался стук каблучков, задавая ритм, находящий отклик душе Рема. Лампы загорелись ярче, и в полосу света выступила женская фигурка. Чуть приподнятые на затылке волосы, волной ниспадали на плечи. Наглухо застегнутый темный жакет посверкивал озорными искорками. Черная юбка ниже колен слегка колыхалась в такт ходьбе. Почти не дыша, Рем вперил взгляд на предмет своих мечтаний. Пальцы обеих рук сплелись на коленях. Глаза расширены....

Девушка подняла руку, и музыка заиграла громче, наполняя темное помещение звуками испанской гитары. Послав брюнету надменный взгляд, Онса Прета отдалась магии танца. Головка горделиво вскинута, ручки то взлетали к потолку, то хлопали по каблучкам, стройная фигурка кружилась, поигрывая бедрами. Черные сапожки притопывали и выписывали кренделя на бетонном полу. Танцуя, девушка медленно и неотвратимо приближалась к дивану. Выгибаясь и подрагивая плечами, она обошла вокруг дивана, едва касаясь пальчиками белой рубашки зрителя.

Мелодия все убыстрялась, Онса неистовее притопывала, кружилась, как юла, и склонялась над Ремом, позволяя полюбоваться своими прелестями. Вдруг музыка оборвалась, и тишину пустого посещения взорвал, словно выстрел, звон пощечины. Лампы погасли, погрузив помещение в кромешный мрак. Распахнулась входная дверь, впуская неяркий солнечный свет и ноябрьскую прохладу, но мужчина продолжал сидеть с прямой спиной, снова и снова переживая чудесное видение. Громкий стон, то ли от боли, то ли от удовольствия, вернул Рему чувство реальности. Он завертел головой, ища источник звука. Комната, в которой стоит диван, была совершенно пуста. Серая бетонная коробка, на полу которой разложены рождественские гирлянды. Со стены справа от дивана ощетинилась рожками крючков обычная вешалка для полотенец. Откинувшись на спинку дивана, Рем захохотал, восхищаясь изобретательностью девушки. Он и не думал стесняться явно вздыбленной ширинки на собственных штанах. Здесь и сейчас брюнета ничто не могло смутить или расстроить. Он был совершенно счастлив. По телу растекался приятный жар, похоже, от пылающей щеки...

Яростная трель мобильника, доносящаяся из кармана пиджака, напомнила Рему, что обеденный перерыв кончился и пора приступать к работе. Достав телефон, он выслушал негодующий рык начальника, спокойно объяснил, что застрял в пробке и явится пред его светлые очи не раньше, чем через час, и повесил трубку. Надев пиджак, мужчина вышел на улицу и, слегка покачиваясь от эйфории, приблизился к своей машине. Зеленого джипа поблизости не наблюдалось, зато под «дворником» «Импалы» обнаружился сложенный пополам листок из блокнота.

«Вы получили то, о чем просили. Не вижу причин продолжать знакомство», – гласила записка, написанная округлым женским почерком. Немного прыгающие буквы безжалостно кричали, что леди писала второпях и не в лучшем расположении духа. Рем с досадой смял бумажку, но, не решившись выбросить, сунул в карман и поехал свой офис. Мечта мечтой, но работу никто не отменял.



***

Выключив музыку на смартфоне, Елена широко распахнула дверь и вышла на улицу из сумрака пустого помещения, на ходу запахивая пальто. Возле джипа ее ждал Ласло.

– Вы выяснили имя владельца «Импалы»? – спросила миссис Куинн, подходя вплотную к детективу. Улыбка, зажженная на лице девушки радостью танца, еще играла на ее губах, но глаза смотрели серьезно.

– Да, босс, – мрачно кивнул вервольф. Вид довольно улыбающейся начальницы немного тревожил опытного сыщика, по опыту знающего, что это первый признак большого «геморроя». – Мэни пробил по базе регистрационный номер автомобиля. Седаном «Импала» владеет некто Рем Северин, сотрудник консалтинговой фирмы.

– Мне нужна о нем вся информация, – распорядилась девушка, открывая водительскую дверцу джипа. – Срок – еще вчера.

– Понял, босс. Будет сделано, – Фаркас развернулся на каблуках и бодро зашагал к входу на подземную парковку. Работа предстояла непростая, но за нее хорошо платили.

Проводив взглядом удаляющуюся спину детектива, Елена достала из бардачка блокнот с ручкой, когда раздался звонок телефона.

– Как все прошло, босс? – вежливо поинтересовался Мюррей, и отмахнулся от кого–то. – Подождите, мэм, я говорю с боссом.

– Отлично, спасибо за импровизацию, – отозвалась миссис Куинн, включая хэндсфри.

– Рад, что все удалось, как вы и планировали, – рассеяно проговорил Скотт и, снова шикнув на нетерпеливого просителя, добавил. – Босс, к вам пришла миссис Перос и умоляет вытащить под залог ее мальчика. С другими адвокатами она встречаться отказывается, говорит, что ее малыша может спасти только Онса–пинтада, и обещает за это бесплатно убирать ваш дом целый месяц.

Елена невесело вздохнула. Вдова Мариола Перос жила через два дома от нее и часто нанималась к соседям няней или уборщицей. Ее двадцативосьмилетний сын гордо называл себя одним из подручных Яго (местного авторитета), а на деле работал разнорабочим в супермаркете и вечно влипал в неприятности из–за своей неуемной жажды легкой наживы. Мариола нередко присматривала за Ником бесплатно, а адвокат в ответ регулярно вытаскивала непутевого Пекоса из полицейского участка. Вот и сейчас миссис Куинн предстоял очередной визит в полицию.

– Передай Мариоле, что я займусь делом ее сына, как только узнаю, во что он вляпался на этот раз, – тяжело вздохнув, проговорила в трубку Елена. Выслушав объяснения соседки, она пообещала сделать все возможное для освобождения «бедного мальчика».

Закончив разговор, девушка недоуменно посмотрела на все еще лежащий перед ней блокнот, вспомнила, зачем его достала, и саркастически усмехнулась.

– Всем нужны мои умения, но мало кому я интересна как личность, – невесело фыркнула Елена и написала прощальную записку. Подсунув сложенный листок под «дворник» седана, она вернулась за руль «Tahoe» и, вырулив на улицу, вслух подумала. – У тебя, Рем, ко мне тоже потребительское отношение. Танцы тебе подавай, красивую музыкальную куклу, а на мои чувства и переживания плевать. Ну, так и купи себе робота, а в мою жизнь больше не лезь. Ни к чему мне такой поклонник.



Глава 13. Как приручить гиену

До декабря Рем не беспокоил Елену своими электронными письмами и конвертами, адресованными «Онса Прета». Собранные детективом Фаркасом необходимые сведения ничего необычного в биографии поклонника не выявили. Рем родился в дружной семье среднего класса, с отличием окончил юридическую школу в Денвере, лет пять работает в крупной консалтинговой фирме, холост.

– Объект совершенно чист перед законом, босс, – доложил Ласло и не удержался от сарказма. – Не был, не участвовал, не привлекался... Даже неоплаченных штрафов за неправильную парковку и вождение в нетрезвом состоянии не имеет. Идеальный гражданин.

Девушка уже решила, что жизнь вернулась в привычное русло, когда в ее кабинет вошел смущенный личный помощник. «Неужели снова?» – встрепенулась миссис Куинн, морально готовясь к очередному восторженному посланию от навязчивого поклонника.

– Босс, у вас найдется минутка? – спросил Скотт, нервно ухмыляясь. Елена не раз замечала за помощником такую черту. Если оборотень сильно нервничал, то начинал скалиться в усмешке. Сегодня ухмылка выглядела особенно жутко. «Видно проблема у него очень серьезная», – решила девушка, снимая с вешалки пальто.

– Я собираюсь на ланч, – объявила адвокат, одеваясь. – Если дело срочное, поговорим в кафе.

– Конечно, босс, – Мюррей подал сумочку и, захлопнув дверь в кабинет начальницы, последовал за ней к выходу из офиса.

Маленькое уютное кафе «Мэриголд» располагалось напротив адвокатского офиса. Елене с помощником было достаточно пересечь улицу, чтобы оказаться за столиком с видом на родное здание, который вот уже лет пять оставлялся улыбчивой хозяйкой для ланча адвокатессы. Мария Голдер, владелица кафе уже давно являлась клиенткой миссис Куинн, и обе молодые женщины по молчаливой договоренности делали друг другу небольшие скидки за услуги и обменивались подарками на праздники.

– Босс, моему другу нужна работа, а в вашем агентстве есть вакансии, – выпалил секретарь, когда официантка принесла дежурный ланч и ушла на кухню. Не поднимая глаз на адвоката, он ковырял вилкой в салате. Такое поведение настолько не вязалось с Мюрреем, которого знала Елена, что ее это насторожило.

– Что ни так с твоим другом, что он без твоей рекомендации не может явиться ко мне на собеседование? – вкрадчиво спросила миссис Куинн, подвигая поближе тарелку овощного супа. – Он недавно вышел из мест заключения?

– Он – гиенолак, – Скотт, наконец, осмелился посмотреть в лицо начальницы, чтобы увидеть ее реакцию.

– Не вижу проблемы, – пожала плечами Елена, отправляя в рот ложку. – У меня работают: вер–рысь, два вер–леопарда, вер–львица, вервольф и крысолюд. Что ни так с гиеной?

– Босс, похоже, вы никогда не встречали вер–гиен, – принялся объяснять Мюррей. – Вопрос принадлежности для них очень важен. В отличие от других ликантропов гиенолаки всегда должны быть при ком–то. Если они не в стае, то признают только одного хозяина и ему преданы до смерти. Если возникает спор между хозяином и королевой вер–гиен – Негистой, гиенолак примет сторону хозяина. В остальных вопросах он подчиняется законам стаи. Короче, нанимая вер–гиену, будьте готовы, что он станет сообщать своей Негисте обо всем, что происходит в агентстве и в офисе. Если, конечно, вы специально не запретите ему это делать.

– Что я еще должна знать о вер–гиенах, если решу нанять твоего друга? – задумчиво спросила Елена, поливая кисло–сладким соусом картошку–фри.

– Все вер–гиены бисексуальны, поэтому не удивляйтесь, если он начнет строить глазки не только вам, но и Доусону, – серьезно произнес Скотт, настороженно глядя на нее. – Других причин для отказа гиенолаку я не вижу. Мой друг – отличный боец, бывший «зеленый берет», ликантропию подхватил во время миротворческой миссии в Сомали.

– В два у меня слушание в суде. Приглашай–ка своего приятеля на четыре, – решила адвокат и потребовала счет. – Посмотрим, что это за зверь.



***

Сразу после свидания начальник поручил Рему нового клиента, и до начала декабря мужчина работал как проклятый. Воодушевление, зажженное чудесным танцем Онсы, постепенно сходило, и брюнета вновь начала мучить бессонница и грезы о несбыточном. Больше месяца брюнет не писал Онсе, сначала он был занят, да и, сохраненная зачем–то записка недвусмысленно запрещала даже думать о продолжении знакомства, а потом пришел страх. Рем боялся, что чем–то обидел девушку, и теперь любое письмо может лишить его шанса на новое свидание. Пару раз ему посчастливилось увидеть свое «наваждение» в холле здания правосудия, но Онсу всегда сопровождал рослый загорелый блондин с армейской выправкой, и поклонник не решился ее окликнуть, даже под предлогом просто поздороваться. Да и, как подойдешь к затянутой в строгий деловой костюм леди, решительно цокающей каблучками к дверям зала заседания или невозмутимо беседующей с клиентом в ожидании слушания. Но как договориться о встрече, если Онса не желает продолжать общение, пусть и виртуальное? Как убедить «снежную королеву» согласиться на еще одну встречу или выпросить разрешение, хотя бы писать электронные сообщения в надежде на ответ, если мужчина не смеет к ней приблизиться, опасаясь отказа? Сомнения бередили душу и сказывались на поведении и работе обычно спокойного мужчины. Он стал раздражительным, чаще засиживался допоздна в офисе, лишь бы не идти в холостяцкую квартиру, а разработанные им стратегии ведения дел приобрели агрессивные черты. Желая отвлечься, Рем зачастил в клуб «Лео», но, ни одно из предлагаемых клубом развлечений не приносило такого удовольствия, как танец маленькой русоволосой славянки в черном платье с люрексом, полностью завладевшей мыслями брюнета. Ни изматывающие занятия в спортзале, ни сверхурочная работа не могли заглушить любовную тоску, и Рем, наконец, решился послать владычице своих грез универсальный подарок, откровенно сообщающий о его чувствах.



***

В дверях адвокатской фирмы миссис Куинн чуть не столкнулась с курьером, спешащим к выходу. Спереди и сзади серой форменной куртки сотрудника службы доставки гордо пылала красная надпись «Эдельвейс сервис». Буркнув: «Извините», парень проскользнул мимо телохранителя и скрылся в кабине лифта.

– Босс, вы пришли вовремя, – радостно окликнула начальницу секретарь, вынимая из фирменной коробки букет бордовых роз. – Посмотрите, какие красивые цветы прислали.

– Какая прелесть! – восхитилась Елена, подходя к стройке администратора. – У твоего поклонника отменный вкус.

– Это цветы для вас, босс, – возразила Алиса, доставая со дна упаковки карточку. – Кто–то признается вам в любви.

– Цветы для меня? – удивленно переспросила адвокат. – Алиса, ты не ошиблась?

– Нет, босс, взгляните сами, – секретарь протянула миссис Куинн прямоугольный квадратик.

«Несравненная Онса Прета.

Красота этих роз не в силах передать мое преклонение перед Вашим очарованием.

Смиренно молю о новой встрече.

Рем», – прочла Елена и нахмурилась.

«Зачем тебе еще одна встреча, Рем? – мысленно спросила она, машинально опуская записку в карман пальто. – Танцевать я больше не стану, так с какой стати ты вновь мне пишешь? Признание в любви? Может, ты и запал на меня, но я пока в новых отношениях не заинтересована. У меня стабильная личная жизнь». Она уже хотела предложить секретарше взять «веник» себе, но ее отвлек поднявшийся из–за стола Мюррей.

– Босс, мой друг только что звонил и принес извинения за опоздание. Из–за пробок он задержался в дороге и только–только въехал на нашу парковку, – сообщил личный помощник, забирая букет из рук Алисы. – Я поставлю цветы в вазу.

– Опоздание? А сколько сейчас времени? – спохватилась миссис Куинн, торопливо отпирая свою дверь. Брэм, не получив прямого приказа об окончании своей миссии, привычно прислонился к косяку. Часы на мраморной подставке для ручек, подарке благодарного клиента, показывали 16:01.

Через пару минут Скотт внес в кабинет изящную стеклянную вазу с цветами.

– Мой друг пришел и просит его принять, – доложил он, ставя букет на подоконник.

– Приглашай, – сказала Елена, опускаясь в свое рабочее кресло, и повернулась к телохранителю. – Нил, ты мне можешь понадобиться.

Бывший морпех кивнул и облокотился о стену возле стола.

В кабинет вошел плечистый брюнет шести с четвертью футов ростом, с классическими римскими чертами лица – так скульпторы эпохи возрождения изображали античных богов и героев. Смоляные кудри и легкая небритость добавляли мужественности и без того эффектному бруталу, одетому в потертую кожаную куртку, серый свитер и джинсы, на ногах – берцы. Над головой красавца нервно кружил образ крупного хищного животного бурого окраса. Зверь отдаленно напоминал волка, но отличался укороченным телом, сильными несколько искривленными лапами (задние выглядели короче передних) и лохматым хвостом. Черные полосы на шкуре, темная вытянутая морда с мощными челюстями и приподнятый гребень длинных щетинистых волос на спине недвусмысленно сообщали, что пришелец является полосатой гиеной – оборотнем.

– Скотт, где ты откопал этого Аполлона? – растерянно спросила Елена своего помощника.

– Мэм, откуда вы знаете мое имя? – в свою очередь опешил посетитель, широко распахнув и без того огромные карие глаза. – Меня действительно зовут Аполло. Мы разве с вами встречались?

– Я с вами не знакома, сер. Не стойте в дверях, присаживайтесь, – девушка вовремя вспомнила свои обязанности и постаралась объяснить вырвавшееся замечание. – Вы мне напомнили римские статуи, которые я видела в музее. Вы ведь итальянец, я не ошиблась?

– Наполовину: отец итальянец, а мать гречанка, – подтвердил кандидат в охранники, плюхаясь в кресло для посетителей, и тонко польстил нанимательнице. – Вы первая, кто угадал, почему меня назвали Аполло. Многие думают – в честь космического корабля. Вы – очень образованная леди.

– Елена Куинн, совладелица агентства «Куинн и Доусон», – представилась адвокат и, помня выходку Вилсона, предпочла руки не подавать. Вместо этого она указала на телохранителя. – Это Брэм, наш охранник.

– Он же вер–леопард! – потрясенно воскликнул Аполло. Гребень призрачной гиены встал торчком, клыки оскалились, а сам зверь сделал хватательный выпад в сторону предполагаемого противника. Леопард Брэма не остался в долгу. Огромный кот серо–охристого окраса с коричневыми розетками пятен прижал уши и, приоткрыв пасть, пошел навстречу незваному гостю, готовый к бою. Скотт благоразумно отступил к дверям, справедливо рассуждая, что рыси не стоит соперничать с такими крупными животными. Осознав, что ненароком проговорился о своей ликантропии, брюнет попытался сгладить негативное впечатление, хотя мысленно уже попрощался с перспективной вакансией. – Я хотел сказать…

– Вы правы, мистер Аполло, Нил Брэм действительно вер–леопард, – согласилась девушка, настороженно наблюдая за «танцами» хищников. «Не дай бог, у Брэма сдадут нервы, и он перекинется, а в приемной наверняка есть посетители… Опять стрелять придется… Прощай тогда новый ремонт и репутация», – с тоской подумала она, тихо приоткрывая ящик стола, где на всякий случай хранился заряженный револьвер, а вслух сказала. – Мюррей – вер–рысь, вы – полосатая вер–гиена. До полнолуния почти три недели – не вижу проблемы.

– Вы готовы взять на работу оборотня? – недоверчиво уточнил гиенолак и, решив, что терять ему особо нечего, усмехнулся. – Насколько же у вас плохи дела, если вы не брезгуете «пушистыми»?

– Дела нашего агентства настолько хороши, что мы можем себе позволить держать в штате несколько ликантропов. На репутации фирмы это никак не отразится, – спокойно ответила Елена. – Если ваш опыт и профессиональные качества меня устроят, и вы согласитесь с моими правилами, я вас найму.

– Я готов выслушать ваши условия, – заинтересованно подался вперед брюнет. Последние полгода он перебивался случайными подработками, и когда на горизонте забрезжила перспектива приличной работы, приготовился пересмотреть некоторые принципы.

– Сперва поговорим о вашем послужном списке, – сказала миссис Куинн, и кандидат помрачнел. – Могу я взглянуть на ваше резюме или рекомендации?

– Похоже, я забыл его дома, – выкрутился Аполло, демонстративно обхлопав куртку. – Мои предыдущие работодатели не особо интересовались моим трудовым стажем, чаще обращали внимание на скорость реакции и умение решить затруднения.

– Вот как? – девушка хотела еще что–то добавить, но ее прервал телефонный звонок. Извинившись, она сняла трубку и быстро заговорила на хорошем испанском.

«Здравствуйте. Да, это Онса…», – перевел для себя гиенолак и внимательнее оглядел нанимательницу. «Симпатичная «пышка», скорее всего славянка, ничего необычного», – несколько разочаровано решил он. Увиденное совершенно не вязалось с его представлением об отважной адвокатессе, защищающей права оборотней. На основе рассказов знакомых ликантропов о легендарной Онсе – доминанте стаи вервольфов, считающейся одной из лучших юристов, представляющих интересы «пушистых», у Аполло сложился образ суперженщины, сочетающей внешность фотомодели, ум Эйнштейна и боевые навыки спецназовца. Формы у Елены и впрямь были вполне аппетитные, насчет мозгов, тоже нареканий не наблюдалось, но представить, как пухленькая дамочка побеждает волка–оборотня, у гиенолака не получалось. Особенно его смущала последняя байка о том, как Онса стала доминантом леопардов, уложив на обе лопатки силовика стаи. Рэда Толли он знал лично и совершенно не верил, что здоровяк добровольно признал своей альфой эту девицу, разве что в шутку. Пользуясь заминкой, брюнет послал другу взгляд из серии: «Куда ты меня заманил?», в ответ получил жест: «Не волнуйся, все в порядке», и, покосившись на охранника, подпирающего стену в позе морпеха у ворот Белого Дома, вернулся к разглядыванию девушки.

– Извините за задержку, – проговорила она, кладя трубку. – Я, прежде всего адвокат, и только потом исполнительный директор агентства. Мой компаньон командует охранниками и не в курсе существования оборотней. Во избежание накладок и недопонимания, собеседования с кандидатами обычно провожу я. Мы остановились на ваших профессиональных навыках. Раз уж вы забыли резюме, расскажите о себе вкратце. По словам моего помощника, вы одно время служили в спецназе…

Брюнет невольно залюбовался собеседницей. Не мытьем так катанием Елена принудила мужчину огласить свою автобиографию, чего он очень хотел избежать. Были там некоторые моменты, которые могли помешать получению вакансии.

– Да, мэм. Я десять отслужил во втором батальоне «зеленых беретов». Военная специальность: специалист по вооружению и амуниции, – подтвердил Аполло и отрапортовал. – Подвергся нападению гиены во время миротворческой миссии в Сомали, в результате чего вышел в отставку по ранению. Пару лет проработал в частной военной компании. Как только начальство узнало о моей ликантропии, возникли проблемы, и мне пришлось уволиться.

– Какого рода проблемы? – полюбопытствовала миссис Куинн, что–то набирая на клавиатуре.

– Мои кураторы настойчиво рекомендовали мне использовать вторую сущность для решения поставленных задач, а длительное пребывание в звериной шкуре негативно сказывается на психике, – пояснил гиенолак и продолжил свой послужной список. – После этого работал охранником у частных лиц и компаний, пока не узнавали, что я оборотень. Сейчас подрабатываю вышибалой в барах, иногда берусь и за другую работу.

– Это все? – уточнила адвокат, отправляя на печать готовый документ. – Как называется последняя организация, где вы проработали больше полугода?

– «Ящик Пандоры», – нехотя процедил Аполло. – Частный клуб.

– Кем вы там работали и почему покинули это заведение? – девушка поднялась и недоуменно заглянула в принтер, чтобы выяснить, почему не напечатался документ. Оказалось, что кончилась бумага.

– Стриптизером. Ушел из–за разногласий с хозяином, – с ненавистью выплюнул брюнет, начхав на приличия. – Не люблю прилюдно щеголять в костюме Адама.

– Что ж, ваш опыт работы меня устраивает. Теперь мои условия… – Елена окинула его оценивающим взглядом и потянула за новой пачкой бумаги...

«Что ж ты из меня всю подноготную тянешь, дознаватель чертов»,– вызверился про себя Аполло, не расслышав последнего замечания девушки. Не в силах справиться с желанием обуздать неуемное любопытство самозваной Онсы, он перемахнул через стол. Вопреки ожиданиям, Елена не испугалась внезапного порыва брюнета. Ухватив нападающего за плечо, она использовала его же инерцию, и вышвырнула в окно.

Брэм и Мюррей опоздали всего на секунду. Елена и оборотни выглянули в разбитое окно. Офис располагался на втором этаже, и у каждого из зрителей был свой мотив для проявления интереса. Миссис Куинн интересовало насколько пострадало стекло, и не поврежден ли асфальт перед зданием. Брэма больше заботило физическое состояние посетителя. Будучи оборотнем всего несколько месяцев, он еще не привык к повышенной выносливости новых собратьев и опасался за здоровье визитера. Мюррей честил друга за глупую выходку и набирал на сотовом номер фирмы по ремонту. На газоне перед офисом на четвереньках стоял невредимый гиенолак в окружении осколков стекла. Вид у него был потрясенный.

– Поднимайтесь, мистер Аполло, мы не закончили разговор, – крикнула адвокат и, повернувшись к столу, загрузила, наконец, бумагу в принтер. Брэм спохватился, что сквозь разбитое стекло дует, и отдал ей свою куртку, оставшись в синем джемпере, из–под которого выглядывала серая рубашка, и брюках навыпуск. Мюррей бросился встречать непутевого приятеля. В кабинет вновь вошел Аполло, на его лице кровоточила глубокая царапина, куртка пестрела мелкими порезами. Брэм моментально переместился ему за спину.

– У вас кровь, – девушка достала из ящика стола влажные бактерицидные салфетки и протянула гиенолаку. – Возьмите и обработайте повреждения.

В большой мужской куртке, наброшенной на плечи поверх фиолетовой юбочной пары, адвокат должна была выглядеть нелепо, но почему–то смотрелась очень естественно, словно королева в мантии. У Аполло создалось впечатление, будто леди не впервой носить подобные вещи. «Как нехорошо получилось, – с досадой подумал брюнет, проходя в центр комнаты, машинально отметив маневр охранника. – Пришел наниматься на работу и напал на будущего работодателя. Нервы у тебя, приятель совсем ни к черту. Теперь еще перед леди извиняться. Онса–то оказалась настоящей! Как ни крути, а она одолела меня в честной схватке. Кому расскажешь, не поверят, что отставного спецназовца побила маленькая «пышка». Придется оказывать ей почести как своей альфе. Негисте это не понравится».

– Прости, мистрис, – гиенолак привычным движением рухнул на колени, – я не желал тебе зла. Просто перед подписанием договора должен был проверить, верны ли слухи.

– Какие слухи? – равнодушно спросила Елена, обрабатывая порез на щеке Аполло антисептиком. Сплетен об Онсе ходило по городу так много, что девушка уже не обращала на них особого внимания. Брэм положил ладони брюнету на плечи, предупреждая новое нападение.

– Слухи, о том, что человеческая женщина, адвокат Куинн, стала доминантом вер–леопардов. Поговаривают, что Онса уложила Рэда Толли и угрожала перерезать ему горло, – объяснил вер–гиена, стараясь не жмуриться от удовольствия, когда нежные пальчики задевали подбородок, заросший двухдневной щетиной.

С личной жизнью у брюнета тоже было не все ладно. Стремясь исключить борьбу за власть, Негиста всячески выживала из стаи других женщин и препятствовала вступлению новых, и вот уже год стая состояла из одних самцов, возглавляемых доминирующей самкой. Бисексуальная природа вер–гиен и брачная активность матриарха стаи частично компенсировала недостаток общения с противоположенным полом в ночи полнолуния, но в остальное время этот вопрос стоял очень остро. При внешности брюнета найти подругу на ночь не составляло труда, но создавать длительные связи он не рисковал, имея печальный опыт бурного разрыва с человеческой пассией, после того как сдуру признался в ликантропии. В тот раз дело чуть не дошло до полиции. Больше наступать на одни и те же грабли мужчина не хотел. Представительницы же других стай хоть и охотно делили с ним постель, решительно отказывались заводить роман с «падальщиком». Да и Негиста негативно реагировала на любые близкие контакты своих самцов с посторонними самками. Прежде, Аполло появлялся на территории стаи только в полнолуние, но сейчас, когда с деньгами стало совсем плохо, ему пришлось снимать комнату пополам с приятелем в здании, принадлежащим Негисте, и о романтических свиданиях пришлось забыть.

– Это правда, я тому свидетель, – произнес молчавший до этого Брэм. Аполло бросил на него удивленный взгляд и вернулся к разговору с нечаянно обретенным доминантом.

– Я и сам теперь вижу, что, правда, – несколько смущенно произнес он. – Мистрис – ты моя альфа, и я выполню любые твои условия.

– Вот мои требования: Любые драки на территории этого офисного знания строго запрещены. Исключение допускается только для защиты жизни и здоровья сотрудников или клиентов. Мои приказы выполняются быстро и четко. Если я что–то запретила – это закон. Распоряжения моего компаньона мистера Доусона обязательны к исполнению, если не противоречат моим. В этом случае, ставить меня в известность незамедлительно. Можешь информировать Негисту обо всем, что происходит в агентстве, кроме имен и существа дел, над которыми работаешь ты и другие сотрудники. Дополнительные ограничения, возможно, возникнут в процессе работы, – огласила Елена список правил для сотрудников агентства.

– Я принимаю все условия, мистрис. – Аполло ткнулся лицом в юбку Онсы, но сообразив, что леди, скорее всего, незнакома с этикетом гиен, поцеловал ее руку.

– Подписывай контракт и выметайся. На сегодня с тебя хватит подвигов, – распорядилась адвокат, и гиенолак покорно встал. – В этом месяце полнолуние приходится на рождественскую неделю, поэтому отработок не предвидится. С января полнолуние – три дня выходных, затем рабочие субботы. Жду тебя завтра.

– Слушаюсь, мэм, – Аполло расписался в предложенном контракте и направился к выходу.

– Разбитое стекло вычту из твоей премии, – строго сказала миссис Куинн ему в спину.

– Конечно, мэм, – брюнет обернулся и кивнул. Впервые за несколько месяцев оборотню улыбнулась удача, и он был готов на все, чтобы не потерять эту работу. Даже оплатить ремонт окна, через которое его выкинули.

– Если еще раз посмеешь напасть на меня, мистер хищник, – кровожадно улыбнулась леди, – моя гостиная украсится шкурой полосатой гиены.

– Понял, мистрис, – впечатленный как угрозой, так и корректностью обращения, гиенолак отвесил поклон и вышел.



Глава 14. Разбор полетов

Оставшись наедине с миссис Куинн, Брэм хотел было опуститься на пол, как до этого поступил Аполло, но решил, что не стоит смешивать рабочие отношения с этикетом оборотней, и, помявшись, вытянулся по стойке смирно.

– Какие–то проблемы, Нил? – заботливо спросила Елена, раздумывая, поменять ли уютную куртку, приятно пахнущую непередаваемой смесью хорошего парфюма и едва различимым запахом мужского пота, на висевшее на сквозняке пальто, или можно еще немного погреться. Из разбитого окна немилосердно дуло, и девушка собиралась перебраться в теплый кабинет компаньона сразу после ухода вер–гиены. Странное поведение охранника немного нарушало ее планы. – Тебя тоже задело осколками?

– Нет, мэм. Я в полном порядке, мэм, – отрапортовал отставной сержант. Брэму было стыдно за допущенную ситуацию. Опытный морпех, успешно участвовавший в военных конфликтах по всему миру, не раз осуществлявший охрану грузов и людей, не справился с простой задачей, не уберег от нападения своего работодателя и подопечную в одном лице. Из–за его нерасторопности леди самой пришлось разбираться с обидчиком. Какой он телохранитель после этого? Черепаха и то среагировала бы быстрее… За такой проступок сержант сам наказывал подчиненных, а босс почему–то проигнорировала его промах. «Наверное, она в шоке. Не каждый день посетители сигают через мебель, а охранники считают ворон. Нужно объясниться, пока снова не уволили за профнепригодность и на этот раз за дело. Зачем держать в штате охранника, который не в состоянии защитить своего клиента?», – подумал Нил, и отчеканил: – Я виноват, мэм. Моя медлительность чуть не стоила вам жизни.

– Ерунда. Аполло не стал бы меня убивать, максимум сбил бы с ног и придушил до потери сознания, – успокаивающе проговорила миссис Куинн, пытаясь убедить в этом, прежде всего себя. В момент атаки гиенолака девушка действовала на автоматизме, сработали рефлексы, оттачиваемые многолетними тренировками, и опыт схваток за статус альфы вервольфов. Сейчас, когда опасность миновала, Елена испытывала трепет, вспоминая, как здоровяк перепрыгивает через столешницу, а вместе с ним в бой бросается призрачная гиена. Именно горящие глаза и оскаленная пасть рассерженного хищника предупредили ее об опасности. Девушка давно заметила, что первым теряет терпение звериная сущность оборотня и только потом человеческая. Используя эту фору, адвокат нередко успевала принять защитные меры до того, как ликантроп решится на агрессию. – Уверена, ты никому не позволил бы причинить мне вред. Это чудо, что я справилась с проблемой сама.

– Я не выполнил свою работу, мэм, – горестно произнес Нил. – В Афгане за такое …

– Мы не в зоне боевых действий, сержант. Здесь у нас совсем другие ставки и штрафы за проигрыш,– строго проговорила адвокат и уже мягче добавила. – Ты не виноват, просто еще не привык к тому, что оборотни быстрее людей. Я общаюсь с ними уже шесть лет, с тех пор как случайно закрутила роман с одним из вервольфов. Он познакомил меня с миром «пушистых». Благодаря его рекомендациям число моих клиентов выросло в геометрической прогрессии за счет обращений за помощью членов волчьей стаи. Оказалось, что у «страшных» и «ужасных» оборотней те же проблемы, что и у обычных людей. Доминантом стаи я стала вообще совершенно случайно. К сожалению или к счастью этот статус приходится подтверждать почти ежегодно. Отсюда опыт и практика. – Елена потрепала вер–леопарда по плечу. – Не переживай, через месяц ты с легкостью остановишь любого ликантропа, решившего на меня напасть.

– Спасибо за доверие, мэм, – с чувством сказал Брэм и, наклонившись, потерся щекой о плечо девушки. – Вы не пожалеете об этом.

– Даже не сомневаюсь, – улыбнулась миссис Куинн, еле сдерживаясь, чтобы не почесать за ушком огромного «кота». «Одумайся, дорогая, тебе с ним еще работать. Не стоит фамильярничать с подчиненными», – решила она, переключая внимание на вернувшегося в кабинет помощника.

– Скотт, ты не сказал мне, что вер–гиена признает хозяином только своего доминанта, – прошипела Елена, как рассерженная кошка, буквально впечатывая Мюррея в стену. Рядом материализовался Нил. – Есть еще что–то, что ты забыл мне сказать?

– Гиенолаки вернее служат, если проведут ночь в постели хозяина, – смущено ответил секретарь, отводя глаза. Парня самого изрядно озадачила выходка друга, еще накануне плакавшегося на безденежье и согласного на любую вакансию, даже уборщика. Скотт дал себе зарок вечером обязательно выяснить, с какого перепуга Аполло переклинило, и он набросился на будущего работодателя. – Правда это необязательно. Я не ожидал, что Аполло захочет стать твоим дельтой, думал, ему нужна только работа. Но так еще лучше. Теперь он без возражений выполнит любой твой приказ, мистрис, у вер–гиен с этим строго. Он уже пять лет ликантроп и не раз видел, как вожак наказывает непокорных. Прости, босс, я, кажется, тебя подставил.

Не зная как выкрутиться из неприятного разговора, вер–рысь состроил виноватую мордочку, и девушка нервно расхохоталась.

– Что с окном? – спросила она, тщетно стараясь вернуть себе серьезное выражение лица.

– Стекольщик сказал, что заменит стекло до шести часов вечера, – сообщил Скотт, довольный произведенным эффектом.

– Сейчас почти полпятого, до шести я буду в агентстве, – сообщила адвокат, отпуская помощника. – В 18:00 стекло должно быть вставлено, иначе сверхурочные за твой счет.

– Понял, босс, – кивнул Мюррей, настороженно поглядывая на каменное лицо охранника. Брэм не то чтобы пугал личного помощника, скорее не внушал доверия своей непредсказуемой реакцией, как неопытного зверя.

Девушка нехотя вернула охраннику куртку, накинула холодное пальто, повесила на плечо сумочку и, передав запасной ключ от кабинета помощнику, направилась в агентство. Брэм привычно последовал за ней.

Приемная агентства как обычно пустовала. Благодаря оперативной работе секретарей клиентам не приходилось долго ждать своей очереди к детективам или Митчеллу, который занимался контактами на охрану. Временно освободившаяся Долорес Мартинес, перегнувшись через стойку, о чем–то хихикала с Вилсоном.

– Добрый вечер, босс. Вас в кабинете директора дожидается кандидат в детективы, – доложила она, отодвигаясь от насупившегося Марка. – Он только, что пришел, и мистер Доусон велел вас не беспокоить.

– Добрый вечер. Спасибо, Долорес, – поблагодарила Елена, забирая со стойки документы на подпись, и шепотом отдала ей распоряжение. Секретарь уточнила задание и, подмигнув Марку, села за компьютер. Адвокат пролистала бумаги и приказала охранникам. – Брэм, на сегодня вы свободны. Вилсон, завтра ваша смена сидеть в адвокатском офисе, не опаздывайте.

– Слушаюсь, босс, – процедил сквозь зубы Марк. Нил укоризненно на него посмотрел и, сочувственно улыбнувшись, удалился в комнату отдыха через полупрозрачный занавес.

Рой сидел за своим письменным столом и беседовал с худощавым молодым человеком лет двадцати пяти, одетым в ярко–зеленую водолазку, явно ботаником. Увидев совладелицу, Доусон просиял.

– Как ты удачно зашла, дорогая. Познакомься это Эдди Тайлер, он утверждает, что хорошо разбирается в компьютерах, – торопливо познакомил он Елену с посетителем. – Мистер Тайлер, это миссис Куинн, мой компаньон.

– Здравствуйте, мистер Тайлер, – адвокат пожала руку вежливо приподнявшемуся кандидату и опустилась в соседнее кресло для посетителей. – Расскажите, пожалуйста…

Елена задала Эдди несколько вопросов о компьютерах, преимуществах и недостатках различных операционных систем. Увлекшись, они обсудили различные программы и способы защиты от взлома.

– Мэм, где вы этому научились? – Парень был приятно удивлен познаниями девушки. Доусон же смотрел на компаньона так словно она переводила с марсианского.

– У меня сыну одиннадцать лет. Я должна разбираться в компьютерах лучше его, чтобы говорить с ним на одном языке и ограничивать доступ к моим личным данным, – без единой улыбки проговорила миссис Куинн. – А где получили образование вы?

– Университет Колорадо, – ответил Тайлер, прокашлявшись. – Я программист и системщик.

– Что ж, нам не помещает компьютерщик. Я беру вас при условии не взламывать личные данные сотрудников, а если взломали, я понимаю, что удержаться трудно, не разглашать эти данные, – проникновенно произнесла Елена, пристально глядя в глаза Эдди.– В агентстве хватает крутых парней, но если данные будут выставлены на всеобщее обозрение или в интернете, я своими руками скормлю вам ваш компьютер до последнего кусочка пластика.

– Понял, мэм, – пролепетал молодой человек, слегка заикаясь от волнения.

– Рой, у тебя возражения есть? – уточнила миссис Куинн, поворачиваясь к Доусону.

– Нет, мэм, – отчеканил отставной спецназовец, поедая свою девушку глазами.

– Рой, ты в порядке? – забеспокоилась Елена, подходя к нему. – Ты не заболел.

– Дорогая, ты в зеркало посмотрись, – взяв себя в руки, сказал Рой. – У тебя же глаза убийцы.

«Нда… Не ожидала, что случай с гиенолаком так на меня подействует, – подумала адвокат, любуясь в зеркало на свое заострившееся порозовевшее лицо с горящими глазами. – Нервы ни к черту. Нужно чаще бывать на природе».

– Минут десять я назад вправляла мозги новому охраннику, еще не остыла, – извиняющимся тоном проговорила она.

– Какому охраннику? – уточнил Рой, мысленно перебирая в голове немногочисленных сотрудников. – Неужели Вилсону?

Молчаливое противостояние Марка и Елены уже стало притчей во языцех в агентстве. Бывший сослуживец Доусона с первого дня не поладил с исполнительным директором, упорно демонстрируя свое несогласие с ее приказами, хотя не было случая, чтобы он какой–нибудь из них не исполнил. Вопрос как он это делал. Не имея возможности отказать начальнице в открытую, охранник действовал строго в рамках распоряжения, ни на йоту не отклоняясь от буквы приказа. Адвокат саркастически улыбалась на подобную итальянскую забастовку и давала новое задание, еще конкретнее предыдущего. Марк с непроницаемым лицом выслушивал поручение и выполнял его еще буквальнее…

– Аполло, наш новый охранник, – небрежно ответила миссис Куинн. – Парень решил, что может хамить леди. Больше он так не думает.

Эдди нервно сглотнул. Он уже видел, каких мужчин агентство набирает в охранники, и представил, как эта маленькая и кругленькая женщина чуть выше пяти футов ростом ставит на место огромного телохранителя.

Прогнав Роя с кресла, Елена распечатала контракт.

– Эдди Тайлер, вы приняты на должность детектива по информационным технологиям. Надеюсь на успешное сотрудничество, – объявила она, протягивая парню бумаги. – Детективы подчиняются напрямую мне, поэтому мы с вами будем часто видеться. Завтра в 9:00 вы должны быть в агентстве.

Эдди кивнул, подписал документы и вылетел за дверь.

В 17:30 вечера позвонил Мюррей и сообщил, что стекло вставлено.



***

– Мистер Северин, как хорошо, что вы еще не ушли, – в кабинет Рема заглянула секретарша отдела, Зельда Дроу, крашеная блондинка средних лет. Поверх неизменного серого юбочного костюма на ней был надето коричневое кашемировое пальто. – Для вас только что передали конверт.

– Для меня? – переспросил юрист и машинально бросил взгляд на часы. «Интересно, что могли доставить в 18:15?». До прихода секретарши он планировал, как обычно, поработать допоздна и очень удивился неожиданной посылке. – Миссис Дроу, до завтра пакет не подождет?

– На конверте ваше имя, – женщина положила на стол запечатанный конверт. – Курьер сказал, что это очень важно.

– Спасибо, миссис Дроу, – Рем опустил взгляд на письмо и, его сердце пропустило удар. Поверх конверта шла надпись знакомым округлым почерком: «Рему Северину. Лично в руки».

– До завтра, мистер Северин, – проговорила Зельда и, услышав «До свидания, миссис Дроу», ушла. В отличие от трудоголика Северина, она предпочитала покидать офис сразу после окончания рабочего дня.

Машинально попрощавшись с секретаршей, Рем нетерпеливо вскрыл пакет и впился глазами в рукописный текст.

«Добрый вечер, Рем.

Спасибо за цветы, бордовые розы отлично оживили мой кабинет в такой пасмурный день. К сожалению, не могу ответить вам похожим признанием. Моя личная жизнь меня вполне устраивает. Не вижу причин что–либо в ней менять. Ответ на вашу просьбу вы найдете в этом конверте. Очень надеюсь, что он вас не разочарует.

P.S. Вам не говорили, что вы слишком назойливый поклонник?

Онса Прета».

«Она согласна встретиться! – едва сдержал радостный крик мужчина. – Ей понравились цветы, и она хочет со мной увидеться. Вот только когда и где?» Рем перечитал письмо, но так и не нашел указаний по поводу свидания. Сообразив заглянуть в конверт, брюнет обнаружил прилипший к боковой стенке театральный билет на вечерний спектакль в четверг. «Счастье мое, ты приглашаешь меня в театр? – невольно ухмыльнулся брюнет. – Более романтического свидания я и представить себе не мог». Довольный неожиданным подарком от «снежной королевы», Рем выключил компьютер и засобирался домой. Особой необходимости засиживаться на работе у него не было, так почему бы не отпраздновать первый знак внимания возлюбленной. Весело насвистывая, он накинул куртку, запер офис и бодрым шагом совершенно счастливого человека спустился на парковку. Владычица грез подарила надежду, и Рем планировал провести вечер в уютном домашнем кресле с бокалом бренди, рисуя в своем воображении наброски предстоящего свидания. Только подъезжая к своему дому, мужчина озадачился вопросом, откуда Онса узнала его фамилию и место работы, но поразмыслив, решил, что сам по ошибке приложил к букету свою визитку вместо предложенной флористом карточки для кратких сообщений.



Глава 15. Театральное представление

Вечер 14 декабря 2012 года. Колорадо Спрингс

Явившись в театр за час до начала спектакля, Рем устроился на кушетке в фойе и открыл папку с документами, врученными секретаршей перед самым отъездом из офиса, периодически поглядывая на входящих зрителей, чтобы не пропустить свою даму. По–хорошему следовало приехать чуть позже, но два последних дня брюнет провел как на иголках, в красках представляя, как встретит Онсу в фойе театра и что ей скажет. В его мечтах прелестница позволяла за собой поухаживать и благосклонно принимала знаки внимания.

Чтобы не попасть впросак, мужчина изучил все доступные в интернете материалы по особенностям этикета жителей восточной Европы и России, но, запутавшись в порой противоречивых обычаях славянских народов, решил положиться на интуицию. В 18:29 в двери театра вошла невысокая дама в припорошенном мелким снежком сером пальто с поднятым капюшоном и протянула контролеру свой билет. Леди внешне ничем не выделялась на фоне других зрителей, но Рем почему–то сразу понял, что это его «снежная королева». Слишком независимо она держалась, звонко цокая каблучками–шпильками черных сапожек по ярким плиткам фойе в направлении гардеробной, целеустремленно проходя через толпу, как нож сквозь масло. Убрав бумаги в портфель, брюнет поднялся и пошел навстречу.

– Добрый вечер, мэм, – осторожно произнес он, нагнав леди возле стойки гардероба. Нейтральное обращение «мэм» мужчина выбрал специально, опасаясь ошибиться и назвать именем любимой постороннюю женщину.

– Здравствуйте, Рем, – дама обернулась и внимательно оглядела собеседника. – Вы, я смотрю, уже избавились от верхней одежды. Давно меня ждете?

Мужчина бросил быстрый взгляд в зеркало, висевшее напротив гардероба, и, убедившись, что темно–синий деловой костюм и белая рубашка с расстегнутым воротом выглядят безукоризненно, почувствовал себя увереннее.

– Нет, мэм. Я сам недавно приехал, – ответил он, не желая признаваться, что ждет уже полчаса, и галантно попросил. – Позвольте вам помочь.

– Если вас не затруднит, – в тон ему проговорила Онса и, положив маленькую черную сумочку на стойку, откинула капюшон. Она медленно расстегнула крупные ромбовидные пуговицы и, небрежно поведя плечами, уронила пальто в услужливо подставленные руки поклонника. Глаза работницы театра, пожилой афроамериканки в малиновом форменном жилете, округлись от удивления, но Рему было на это плевать, он был так доволен выпавшей удачей, что не сразу заметил, во что одета девушка. Подавив желание уткнуться лицом в шерстяную ткань, пахнущую жасмином и розой, мужчина передал пальто гардеробщице, принял из ее рук номерок и с трепетом повернулся к своей даме, придирчиво разглядывающей себя в зеркало. Сегодня «снежная королева» нарядилась в маленькое изумрудное платье чуть ниже колен, опоясанное широким черным ремешком. Открытые плечи прикрывал мятный кашемировый палантин.

– До представления еще добрых полчаса, – заметила девушка, взглянув на изящные часики, подаренные на ее день рождения Терри и Роем. – Пойдемте, где–нибудь посидим.

– Я приметил здесь кафе, – небрежно сказал Рем, успешно скрывая волнение. – Предлагаю подождать начало спектакля там.

– Отличная идея, – улыбнулась Онса, и, повесив на плечо сумочку, направилась к приветливо распахнутым дверям театрального буфета.


– Два кофе–эспрессо и какие–нибудь пирожные, – огласил брюнет шустро подскочившему к столику официанту и, спохватившись, что заказывает, не спросив мнения дамы, уточнил. – Вы любите пирожные, Онса?

– Пирожные обожаю, а кофе не жалую. Мне горячий шоколад и лимонную меренгу, пожалуйста, – проговорила девушка, с интересом глядя на кавалера. Официант записал заказ и удалился.

– Простите, мэм, я… – попытался извиниться за самоуправство Рем. – Я не хотел вас...

– Не берите в голову. Я и сама машинально делаю заказ за всю компанию, когда обедаю со своими сотрудниками, – Онса легкомысленно махнула ручкой и сменила тему разговора. – Мне кажется, я видела вас на днях на первом этаже здания правосудия. К сожалению, я спешила и не уверена, что это были именно вы.

– Это был я, – с внутренним трепетом признался брюнет. Рем не думал, что леди заметит его в толпе многочисленных посетителей суда. – Я подавал ходатайство от имени своего клиента.

– Так вы юрист? – восхитилась Онса, мысленно потирая ручки. Благодаря докладу своего детектива она и так знала, кто по образованию ее ухажер, а из приложенной к цветам карточки, оказавшейся корпоративной визиткой, была в курсе где и кем. – Приятно встретить коллегу в храме Мельпомены и Терпсихоры.

– Да, мэм. Я юрист–консультант по корпоративному праву консалтинговой компании, – подтвердил Рем и кивком поблагодарил официанта за принесенный заказ. При близком общении «снежная королева» оказалась очень милой леди и приятным собеседником. – А вы работаете в адвокатском офисе?

– Именно так, – кивнула девушка, кокетливо поправляя локон, выбившийся из прически. – Я адвокат по уголовным делам, иногда консультирую по гражданскому частному праву.

– Невероятная удача, – оживился брюнет, и куда только делась его скованность и робость. Сейчас перед Онсой сидел опасный противник, собранный и расчетливый, с горящим взором взявшего след гончего пса. – Мэм, вас мне сам бог послал. Перед самым выходом из офиса мне передали очень серьезные бумаги. В приложенном письме излагается просьба представлять интересы сына клиента в деле о бытовом насилии. Честно говоря, это совсем не мой профиль, а вы… Может, вы согласитесь хотя бы мельком взглянуть на собранные материалы?

– Только если по диагонали, – подмигнула адвокат, и в прекрасных синих глазах заплясали чертенята. Отодвинув тарелочку с пирожным, она склонилась над раскрытой папкой. – Этот вопрос требует показаний свидетелей… Здесь не хватает медицинских справок… Это оспоримое утверждение… – Онса перелистывала страницы и вполголоса что–то сама себе приговаривала, не забывая делать глоток горячего шоколада. Наконец, она подняла на Рема лукавый взгляд и облизнулась с видом кошки, сожравшей канарейку. – Из всего этого может получиться весьма многообещающее дело. А если подключить детективов и финансиста… Заявительница без соли съест свое исковое заявление и выплатит вашему клиенту компенсацию за клевету.

– Возьметесь? – с надеждой спросил Рем. Он не слишком рассчитывал на положительный ответ, но все же попытал счастья. – Я понимаю, что сейчас не подходящий момент, но...

– Дело интересное… – медленно проговорила адвокат, взламывая ложечкой твердую корочку пирожного. – Думаю, я найду время для встречи с вашим клиентом. Привезите его завтра вместе с сыном в мой офис к полудню. Адрес вы знаете.

– Спасибо, Онса, вы очень… – проговорил Рем, но громкий мелодичный звонок, приглашающий в зал, заглушил его последующие слова. Онса несколько минут смотрела на собеседника, ожидая повторения, но тот умолк, пряча смущение за поднесенной к губам чашкой кофе.

– Счет, пожалуйста, – попросила она, взмахом руки подозвав официанта.

– Раздельный счет, сэр, мэм? – уточнил юноша, отыскивая в блокноте записи о заказе.

– Я пригласила вас в театр, Рем, значит, мне и платить, – девушка положила сумочку, висевшую на спинке стула, себе на колени, достала кожаное портмоне и сказала официанту. – Общий счет, будьте добры.

Тот кивнул и ушел в сторону кассы. Брюнет погрустнел и, побарабанив пальцами по кремовой скатерти, неуверенно произнес.

– Онса, так нечестно. Вы достали билеты на спектакль. Позвольте мне заплатить за угощение.

– Ну, если вы настаиваете, я не стану спорить, – лучезарно улыбнулась Онса, убирая кошелек. – Вы никак за мной ухаживаете, сэр? Мне это нравится.

Рем облегченно выдохнул и расплатился с официантом.


Под звуки второго звонка Рем открыл перед своей дамой двери ложи бельэтажа. Небольшое тесное помещение было оформлено в красных тонах. Пара удобных кресел, обтянутых малиновым бархатом, располагалась как раз напротив сцены. Высокие боковые перегородки обеспечивали уединение, а неяркое освещение добавляло интимности. Онса заняла левое кресло и пристроила сумочку на полированном деревянном ограждении. Брюнет сел рядом и, борясь с возбуждением, вызванным близостью женщины своей мечты, огляделся. Пространство зрительного зала пестрело от невероятного обилия женских нарядов всевозможных цветов и фасонов. Рем с преувеличенным интересом разглядывал занавес, расшитый сценами из шекспировских пьес, боковым зрением наблюдая за девушкой. Сидения располагались очень близко, брюнет едва не касался оголенного плечика Онсы. Аромат розы и жасмина пьянил мужчину, пробуждая в памяти сцены умопомрачительного танца, и рисовал в его мозгу непристойные картины.

– Рем, в письмах вы неоднократно упоминали клуб Лео, – мягкий голос Онсы вернул брюнета с небес на землю. – Вы там часто бываете?

– Два–три раза в неделю, – отозвался он, поворачиваясь к собеседнице. – Там приятная обстановка и представления на высоком уровне.

– Вам правда нравятся экзотические танцы с пощечинами? – заинтересованно склонила головку набок девушка. Она небрежно закинула ногу на ногу, в разрезе платья показалась круглая коленка. – Разве боль и удовольствие совместимы?

– Мне странно слышать подобный вопрос от Топа, – в свою очередь удивился Рем, нервно сглотнув. – Вы же видели, как счастливо улыбались мужчины, удостоившись вашей пощечины. Это честь и блаженство заслужить внимание прекрасной госпожи, танцующей для своего развлечения.

– Как вы меня назвали? – потрясено переспросила Онса. – Кто такой Топ?

– Я был уверен, что вы уже давно в Теме, – несколько рассеяно и виновато проговорил брюнет. – От вас веет уверенностью в себе, способностью оберегать и в тоже время заставить слушаться. Это чувствуется на расстоянии. Вам хочется подчиняться. Вы так естественно и непринужденно раздавали пощечины зрителям, словно регулярно это проделываете со своими нижними. Да и ваш друг после представления держался, как заправный саб.

– О какой теме вы говорите? – не поняла девушка. – Причем здесь какие–то нижние и сабы?

– Как бы вам объяснить… – Рем помолчал, подбирая слова, и осторожно произнес. – Вы наверняка слышали о таком явлении как БДСМ, это синоним слова «Тема».

– Встречала мельком в прессе, – кивнула Онса, одергивая юбку. – Кажется, вы говорите о садистах и мазохистах?

– Не совсем так. Садизм и мазохизм – лишь часть широкого спектра практик, которые входят в Тему, – попытался дать объяснение Рем. – Садисты – это те, кто получает удовольствие от причинения боли другим. Я, как вы уже, наверное, поняли, являюсь мазохистом, как впрочем, и ваш друг, как мне показалось. Помимо боли мне нравится прислуживать дамам. Такие, как я, называются сабмиссивы или нижние, то есть подчиняющиеся, временно передающие контроль над своим телом доминирующему партнеру. Топ или верхний – это партнер, которому нравится ведущая или контролирующая роль в отношениях. На мой взгляд, вы и есть настоящая природная верхняя.

Третий звонок, возвещающий о начале представления, и медленно меркнущий свет помешали Онсе подробнее расспросить брюнета о загадочной Теме. Слова ухажера заронили в душу девушки зерна сомнения в нормальность ее отношений с Терри. До сих пор адвокат считала пощечины и легкую порку пикантным дополнением к не совсем традиционному, но очень приятному сексу с блондином, а из объяснений Рема выходило, что вот уже полгода она является доминантом не только оборотней, но и своего парня. Такую новость принять непросто. На сцене разворачивалось волшебное действо, но мысли девушки были заняты собственной личной жизнью. «Неужели я действительно садистка и Топ?» – спрашивала она себя, равнодушно глядя на искусных танцоров, и не находила ответа.

Рем честно старался сосредоточиться на балете, но его взгляд нет–нет, да и возвращался к соседке по ложе. Как можно любоваться ножками юных балерин, когда рядом сидит обольстительная леди, о которой он так долго мечтал. Палантин немного сполз, открывая взору точеное плечико, и в голове брюнета мелькнула шальная мысль прижаться губами бледно мерцающей в сумраке ключице. «Двойное удовольствие, – подумалось ему, – прикоснуться к возлюбленной и получить заслуженное наказание». Подобная перспектива заработать пощечину воодушевила мужчину, и он уже наклонился к белевшему в темноте плечику, но девушка повернула голову и одарила нечитаемым взглядом.

– Вы что-то хотели сказать, Рем? – спросила она, поправляя накидку.

– Нет, мэм, – смущенно пробормотал брюнет, поспешно отстраняясь.



***

– Красивый балет, – заметила Онса, спустившись в фойе. – Вам, как ценителю женских танцев, он должен был прийтись по вкусу.

– Да, хореография на высшем уровне, – согласился Рем, отдавая номерки гардеробщице. – Но мне больше по душе сольные выступления.

Он помог девушке надеть пальто, оделся сам и галантно распахнул дверь на улицу. Снегопад уже закончился, и свет фонарей искрился серебром на запорошенном белой крупой асфальте.

– Вы, оказывается, эстет, мистер ухажер, – рассмеялась адвокат, останавливаясь у подножья лестницы, по краям усыпанной снегом, и напомнила. – Вы, кажется, хотели отдать мне материалы дела.

– Конечно–конечно, – Рем суетливо достал из портфеля папку и, когда леди протянула руку, неожиданно для себя поцеловал запястье. Испугавшись собственной наглости, брюнет вложил в ее ладонь документы и благоразумно отступил на шаг. – Благодарю за чудесный вечер.

– Мне тоже было приятно пообщаться, – отозвалась девушка и, помахав кому–то на парковке, добавила. – Увидимся в понедельник в моем офисе.

Почти сразу к собеседникам подъехал темно–зеленый джип. Сжимая в руке папку, девушка забралась на пассажирское сидение, и автомобиль тут же рванул с места. Рем проводил взглядом умчавшийся внедорожник и пошел к своей машине.



***

Сжимая в руке папку, Елена забралась на пассажирское сидение, и автомобиль тут же рванул с места.

– Что–то случилось? Куда это ты так спешишь? – обеспокоено поинтересовалась девушка, пристегивая ремень безопасности. – У нас какие–то проблемы?

– Нет у меня никаких проблем, – грубовато ответил Рой, прибавляя скорость. «Tahoe» стрелой летел по пустым вечерним улицам, а его водитель злобно пялился в лобовое стекло. – Это ты флиртуешь прямо у меня на глазах.

– Ты это о чем? – недоуменно спросила миссис Куинн, машинально прижимая к груди документы. Ремешок сумочки соскользнул с плеча девушки, и сумочка упала на колени.– С кем это я, интересно, флиртую?

– Что это за тип, которому ты мило улыбалась возле театра? – рявкнул брюнет, повернув к Елене каменное лицо. – Неужели на представлении кого–нибудь подцепила? Нас с Терри тебе уже мало?

– Это мой клиент. Он передал мне бумаги по своему делу, – спокойно произнесла девушка, кладя папку поверх сумочки. Грозный взгляд мужчины не произвел на нее особого впечатления. Приметив впереди знакомое здание, Елена хорошо поставленным голосом скомандовала. – Сержант Доусон, немедленно остановите машину.

Повинуясь армейским рефлексам, Рой припарковался возле паба, над входом в который покачивалась на ветру вывеска с крупным зловещего вида взлохмаченным волком и надписью: «Ирландский волк».

– Вот теперь поговорим, – жестко сказала миссис Куинн и официальным тоном спросила. – Скажите, сержант Доусон, не поступало ли вам предложение посетить сегодняшний спектакль вместе с некой Еленой Смирнов Куинн?

– Да, мэм, – машинально ответил бывший спецназовец, стискивая ладонями руль, и сам себя поправил. – Виноват, мэм. Так точно, мэм.

– Отрадно, отрадно, – кивнула адвокат и продолжила импровизированный перекрестный допрос. Здесь и сейчас она чувствовала себя в своей тарелке. – Уточните, пожалуйста, правда ли, что не далее, как три часа назад вы отказались составить миссис Куинн компанию и, высадив ее возле театра, уехали, пообещав забрать после представления. Свой отказ вы мотивировали следующим заявлением. Цитирую: «Я лучше посмотрю бейсбол в спорт–баре, чем захраплю в зрительном зале под заунывную музыку и ужимки полудохлых танцорок».

– Да, мэм, – подтвердил совершенно сбитый с толку брюнет. – Но, я не понимаю, к чему…

– К чему все эти расспросы? – переспросила Елена и саркастически хмыкнула. – Дело в том, сержант, что отпуская свою пассию одну в театр или в кино, мужчина ставит ее в двусмысленное положение и провоцирует собственную ревность.

– Не понял, – озадачено буркнул здоровяк. – Что ты имеешь в виду?

– Представьте, молодая интересная женщина ждет начала представления, скучает в фойе, одна без пары… – проговорила Елена и невесело улыбнулась. – Неужели у вас не возникло бы желания подойти и познакомиться?

– Не знаю, я по театрам не хожу, – вызверился Рой, разворачиваясь всем корпусом к девушке, и хищно ухмыльнулся – Это ты так оправдываешь свое легкомыслие?

– Оправдываюсь? С какой стати? – возмутилась адвокат. – Как вы думаете, сержант, как, по вашему мнению, миссис Куинн должна была поступить с лишним билетом на балет? Разумеется, леди предложила его деловому партнеру, с которым уже несколько недель вела переговоры по весьма важному проекту.

– Партнер, значит, деловой, – процедил сквозь зубы Доусон. – Что ж тебе, дорогая, этот партнер ручки целует?

– К вашему сведению, сержант, мне часто целуют ручки благодарные клиенты и галантные джентльмены, с которыми я пересекаюсь по работе. Вы и сами к моим пальчикам не раз прикладывались, и в вашем присутствии знакомый адвокат как–то облобызал мою ладошку, – терпеливо объяснила Елена и, убедившись, что мужчине нечем возразить, ледяным тоном добавила. – Теперь, когда мы выяснили все обстоятельства досадного инцидента, я хочу услышать прямой и ясный ответ. Рой Доусон, вы готовы выдвинуть мне мотивированное обвинение в поведении, недостойном девушки, у которой есть постоянный мужчина, или все высказанные претензии – банальный приступ ревности?

– Твоя взяла, миссис адвокат, – брюнет поднял ладони вверх, признавая поражение. – Нет у меня никаких доказательств. Увидел, как этот тип тебе улыбается и запястья целует, и рассердился. Никто не отбивает женщин у сержанта Доусона.

– Неужели? – девушка заинтересовано подняла бровь. – Так уж и никто?

– Желающие обычно после беседы со мной обращались травмами в больницу, – самодовольно заявил Рой и демонстративно погладил пудовый кулак. – Посягательство на мою девушку – это вызов мне. А южане за своих женщин горой.

– Что ж, горячий южный парень, ты сегодня, наконец, отвезешь меня домой, или мне на такси добираться? – насмешливо спросила Елена и уже строже сказала. – Имей в виду, если я сейчас покину машину, мою собственную машину, прошу заметить, то завтра ты съедешь из моего дома.

– Уже едем, мэм, – отозвался впечатленный угрозой мужчина и вырулил с парковки. – Все будет так, как ты пожелаешь, грозная леди.

В тот вечер окончательное примирение состоялось в спальне, но легкий холодок нет–нет, да проскакивал в общении между Роем и его девушкой.



***

В назначенное время Рем на встречу не явился. Респектабельный джентльмен лет пятидесяти в кашемировом пальто и его непутевый сын, юноша лет двадцати, одетый в спортивном стиле, вошли в кабинет миссис Куинн в сопровождении Мюррея и представились клиентами мистера Северина. Подождав Рема еще минут десять, Елена вызвала детектива и, выслушав объяснения юноши, объявила, что берется защищать его интересы. Довольные клиенты удалились, а с ними и детектив, получивший задание собрать необходимые сведения. Оставшись одна, адвокат нервно прошлась по кабинету. Поступок ухажера совершенно не укладывался у нее в голове. До этого момента брюнет показал себя пунктуальным, надежным человеком, и вдруг такая подстава. Девушка еще могла бы понять неявку на свидание, но бизнес есть бизнес, и подобное поведение подействовало на нее как плевок в душу. Чувствуя, что злость вот–вот захлестнет ее целиком, она упала в кресло и, нажав кнопку селектора, велела помощнику заварить чай с мелиссой. Попивая маленькими глоточками горячий напиток, Елена открыла материалы и вчиталась в исковое заявление. Работа отвлекла ее от мыслей о непорядочном кавалере. Ближе к вечеру девушка получила электронное письмо от Рема.

«Несравненная Онса.

Нижайше прошу прощения за неприятные минуты, которых Вам пришлось пережить по моей вине. К счастью, у меня есть алиби. Этим утром мой начальник вручил мне билет на самолет и приказ о переводе в Бостон. Я пишу это сообщение, находясь на борту аэробуса на полпути к Восточному побережью. Я искренне сожалею, что не смог сегодня прийти в ваш офис и подвел Вас. К несчастью обстоятельства против нас. Очень надеюсь, когда–нибудь отработать свое прегрешение.

Всегда к вашим услугам, Рем».

– Финита ля комедия, – невесело усмехнулась миссис Куинн, прочитав письмо. – Больше тебя не потревожат странные конверты и дождь сообщений, переполняющих электронный ящик. Мир и покой. Даже немного обидно.

Посмеявшись над своей сентиментальностью, она закрыла ноутбук и засобиралась домой. Пересекая приемную, Елена чуть не столкнулась с посыльным, держащим в руках большой пакет.

– Мэм, мне нужна Онса Прета, – произнес он, сверившись с блокнотом.

– Это я, – отозвалась девушка, подозрительно разглядывая упаковку.

– Вам посылка, распишитесь здесь, – получив подпись, он поставил на стол охраны свою ношу и быстро ушел. Наблюдавший за всем этим Брэм извлек из кармана нож и снял коричневую бумагу. На столе осталась изящная плетеная корзинка, полная бордовых роз. Сбоку к корзинке была прикреплен конверт. Елена достала карточку и прочла:

«Я уехал в Бостон, но мое сердце осталось в Колорадо Спрингс.».


Эпилог

24 декабря 2012 года. Муниципальный аэропорт Колорадо Спрингс.

Темно–зеленый джип въехал на парковку и остановился возле ограждения, отделяющего парковочные места от проезжей части. Русоволосая девушка заглушила двигатель и повернулась к своему спутнику, мрачному плечистому брюнету. Мужчина сидел, насупившись, и смотрел прямо перед собой, крепко сжав пудовые кулаки.

– Позвони мне, как только прилетишь в Санта Фе, – проговорила Елена, с нежностью глядя на своего парня. – Пожалуйста, позвони.

– Конечно, как скажешь, – холодно отозвался Рой, отстегиваясь.

– Может, тебя все–таки проводить? – в который раз за утро спросила она, барабаня по рулевому колесу.

– Не стоит, – отрезал брюнет, открывая дверцу автомобиля. – Ненавижу прощания. Я сразу пройду регистрацию и подожду вылета в баре.

Он вышел из машины, достал из багажника чемодан и направился к входу в здание аэропорта. Он шел быстро, не оглядываясь, словно убегал от своего прошлого.

Тяжело вздохнув, миссис Куинн помахала вслед удаляющейся фигуре и выехала на дорогу в город. Мелкий снегопад бился в лобовое стекло затейливыми звездочками, безжалостно сметавшимися «дворниками», и словно оплакивал вместе с Еленой поспешный отъезд ее возлюбленного и холодное прощание. Последнее время общение с Доусоном напоминало прогулку по минному полю. Практически в каждой фразе своей девушки Рой усматривал двойной смысл, беспричинно язвил, все чаще позволял себе скабрезные шуточки, или замолкал на полуслове и, одарив мрачным взглядом, уходил, отговариваясь делами. Терпение миссис Куинн казалось безграничным, она спокойно выслушивала язвительные замечания компаньона, давала достойные контраргументы и возвращалась к прерванному занятию, оставив озадаченного брюнета, безмолвно открывать рот в поисках достойного ответа. Сцены ревности к счастью не повторялись, и Елена нежными прикосновениями, то холодным тоном, латала отношения, давшие трещину после посещения театра. Адвокат возлагала большие надежды на предстоящие праздники, неожиданный звонок, раздавшийся утром в субботу, похоронил ее планы под тяжелым могильным камнем. Звонила мать Роя. Родители бывшего сержанта пять лет назад уехали по контракту в Швейцарию и не знали о его пленении и разводе. Вернувшись в середине декабря, они обнаружили на своем автоответчике сообщение сына и перезвонили. Миссис Доусон подробно расспросила Роя о его жизни и пригласила в гости на рождественскую неделю. Брюнет радостно ухватился за это приглашение и оставшееся до отъезда время старательно избегал общества Елены, что было те так уж и просто, учитывая, что они жили под одной крышей, работали на одном этаже и вместе завтракали. Девушка смогла понять и простить внезапный приступ ревности своего милого, но Рой ни единым словом не упомянул матери о своей новой личной жизни и даже не намекнул на возможность поехать вдвоем. Это сильно задело обычно невозмутимую Елену. Однако она ничем не выразила свое недовольство, решив, что тот еще не готов познакомить ее со своей семьей. Подобное великодушие еще больше разозлило и без того пребывающего на взводе мужчину. Прощание в аэропорту, больше смахивающее на бегство, переполнило чашу терпения девушки, и только необходимость вести машину и предстоящий рабочий день удержали ее от слез.

Отгоняя прочь невеселые мысли, адвокат прибавила газу и, объехав несколько больших пробок, свернула к своему офису. Любовь любовью, а работу еще никто не отменял.



Конец


Примечания

1

Мемориал Корпуса морской пехоты в пригороде Вашингтона вблизи стен Арлингтонского кладбища – один из важнейших военных мемориалов Соединённых Штатов Америки. Мемориал посвящён всем военнослужащим Корпуса морской пехоты США, погибшим в военных конфликтах при защите демократических ценностей в интересах страны, начиная с 1775 года.

2

Квотерхорс или четвертьмильная лошадь – типичная ковбойская лошадь, компактная, коренастая, сильная, очень выносливая и невероятно проворная, высотой в холке 142-162 см, на короткой дистанции в четверть мили (400 метров – отсюда и название) развивает скорость до 88 км/ч.

3

Onca Preta – в переводе с португальского означает черный ягуар (ягуар меланист).


home | my bookshelf | | On |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 3
Средний рейтинг 2.3 из 5



Оцените эту книгу